Уголовно-правовая характеристика объективных и субъективных признаков состава убийства при превышении пределов необходимой обороны
Содержание
Введение
Актуальность темы работы заключается в том, что государство не в состоянии обеспечить надежную безопасность граждан только силами правопорядка, какими бы профессионально подготовленными они ни были. Поэтому важно в борьбе с преступностью грамотно использовать уголовно-правовые средства и методы, среди которых важную роль играет институт необходимой обороны. Защита уголовным законом прав и интересов лиц, действующих в состоянии необходимой обороны при отражении общественно опасного посягательства, является одной из правовых гарантий повышения социальной активности граждан в борьбе с преступностью и охране общественного порядка. Необходимая оборона является активным и действенным средством борьбы с преступностью, пресекая правонарушения специфическим способом – путем причинения физического вреда жизни и здоровью нападающего. Согласно ст.37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если при этом не допущено превышения пределов необходимой обороны. Превышение пределов необходимой обороны - действие преступное. Закон признает преступлением лишь виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное УК РФ (ст.14). Поэтому при решении вопроса о наличии или отсутствии правомерной необходимой обороны чрезвычайную сложность представляет установление грани, за которой это общественно полезное действие перерастает в социально опасное, предусмотренное законом в качестве преступления.
Изучение практических материалов выявило, что применение норм уголовного закона, касающихся превышения пределов необходимой обороны, вызывает серьезные трудности у правоприменителей. Трудности эти касаются в основном правовой оценки действий лица, причинившего смерть. Судебно-следственные органы зачастую не могут правильно установить, имело ли место убийство при превышении пределов необходимой обороны, либо умышленное убийство, либо причинение смерти было правомерным, укладывающимся в рамки необходимой обороны. Сложность правильного применения ч.1 ст.108 УК РФ и ошибки, допускаемые следствием и судами, как мне кажется, объясняются главным образом оценочными категориями понятия "превышение пределов необходимой обороны", размытостью четких, формализованных законом границ между правомерной необходимой обороной и ее эксцессом.
В этом и состоит одна из причин, в силу, которой правоохранительные органы стараются избегать обращения к ст.108 УК РФ. Статистика Сарапульского городского суда показывает, что в период с 2003 г. по 2007 г. не было рассмотрено ни одного уголовного дела по ч.1 ст.108 УК РФ, с 1996 г. по 2002 было рассмотрено 5 уголовных дел по обвинению лиц по ч.1 ст.108 УК РФ.
Цель работы – изучить понятие убийства, совершенное при превышении необходимой самообороны.
Задачи:
- Рассмотреть превышение пределов необходимой обороны как обстоятельство, смягчающее ответственность за умышленное причинение смерти.
- Изучить уголовно-правовую характеристику объективных и субъективных признаков состава убийства при превышении пределов необходимой обороны.
Глава 1. Превышение пределов необходимой обороны как обстоятельство, смягчающее ответственность за умышленное причинение смерти
1.1 Необходимая оборона:
понятие и условия
Под необходимой обороной понимается правомерная защита от общественно опасного посягательства путем причинения вреда посягающему.
Федеральным законом от 14 марта 2002 г. (№ 29-ФЗ) в ст. 37 УК, определяющую понятие и основания применения необходимой обороны, внесены весьма существенные изменения, которые значительно расширили права граждан на защиту личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасных посягательств, когда эти посягательства сопряжены с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
Статья 37 УК в новой редакции гласит:
«1. Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
2. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.
3. Право на необходимую оборону
имеют в равной мере все
лица независимо от их
Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. ст. 37 УК дополнена еще одним обстоятельством, освобождающим обороняющегося от ответственности за действия, совершенные в состоянии необходимой обороны. Этим Законом в указанную статью внесено дополнение следующего содержания: «...Не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения».
Институт необходимой обороны является одним из средств и гарантий охраны личности, ее прав, законных интересов общества и государства от преступных посягательств. Необходимая оборона осуществляется путем причинения вреда посягающему. Закрепленное в законе право гражданина самостоятельно отражать общественно опасные посягательства на свои личность и права, на личность и права других лиц, а равно на интересы общества и государства путем причинения вреда посягающему имеет важное предупредительное значение, нередко удерживает антиобщественные элементы от противоправных поступков/ В то же время оно дает возможность гражданам непосредственно участвовать в борьбе с нарушителями законов, правил общежития.
Необходимая оборона является субъективным правом гражданина, которое он может осуществить по своему усмотрению, закон его которому не обязывает. Только для лиц, которые в силу закона, иных правовых актов или служебного положения призваны охранять те или иные интересы от общественно опасных посягательств, она становится правовой обязанностью.
Например, в соответствии с Законом РФ oт 18 апреля 1991 г. «О милиции» на сотрудников милиции возложены задачи обеспечения личной безопасности граждан, предупреждения и пресечения преступлений, охраны общественного порядка и обеспечения общественной безопасности. Для выполнения возложенных на них обязанностей по службе в случаях, предусмотренных законом, сотрудники милиции наделяются правом применения силы, специальных средств и огнестрельного оружия.
В соответствии с Федеральным законом от 6 февраля 1997 г. «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» выполнению обязанностей по охране общественного порядка привлекаются также военнослужащие внутренних войск Министерства внутренних дел Действия сотрудников милиции, а также военнослужащих внутренних войск по пресечению преступных посягательств на правоохраняемые объекты представляют собой необходимую оборону, которая осуществляется в силу служебного долга по прямому требованию закона. За невыполнение этого требования виновные подлежат ответственности. В ст. 24 Закона РФ «О милиции» и ст. 40 Федерального закона «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» закреплено, что на деятельность сотрудников милиции и военнослужащих внутренних войск распространяются положения о необходимой обороне и крайней необходимости, установленные законодательством2.
Необходимая оборона, направленная на защиту интересов Вооруженных Сил, установленного порядка несения военной службы от общественно опасных посягательств, составляет правовую обязанность военнослужащих, вытекающую из требований военной присяги и воинских уставов. Невыполнение этой обязанности есть нарушение воинской дисциплины, за которое может наступать дисциплинарная или даже уголовная ответственность3. Так, уклонение часового от необходимой обороны, включая применение оружия, в случае похищения военного имущества из охраняемого объекта образует воинское преступление, предусмотренное ст. 342 УК (нарушение правил несения караульной службы).
Действия, совершенные в состоянии необходимой обороны, признаются общественно полезными при соблюдении определенных условий. В теории уголовного права эти условия называются условиями правомерности необходимой обороны. Различаются условия необходимой обороны, относящиеся к посягательству и относящиеся к защите.
Условиями правомерности необходимой обороны, относящимися к посягательству, принято считать общественную опасность посягательства, его наличность и действительность. Важнейшим условием правомерности необходимой обороны, основанием возникновения права на нее является общественная опасность посягательства, против которого осуществляется оборона. Под общественно опасным посягательством, защита от которого допустима в пределах ст. 37 УК, следует понимать деяние, предусмотренное Особенной частью УК, независимо от того, привлечено лицо, его совершившее, к уголовной ответственности или нет. Источник общественно опасного посягательства при необходимой обороне составляют действия человека4. В большинстве случаев это преступные действия, сопряженные с угрозой немедленного причинения ущерба охраняемым законом интересам (преступления против жизни и здоровья, изнасилование, хулиганство, посягательства на имущество и т.п.). Необходимая оборона возможна против незаконных действий должностных лиц, например, против превышения должностных полномочий, сопряженных с насилием над личностью потерпевшего. Право на необходимую оборону может возникнуть в связи с насильственным посягательством военнослужащего на порядок воинской подчиненности (например, в ответ на насильственные действия, совершаемые им в отношении начальника, принуждение начальника или иного лица к нарушению обязанностей по военной службе и др.).
Закон (ст. 37 УК) не ограничивает необходимую оборону только защитой от посягательств, являющихся преступными, она может быть вызвана и другими общественно опасными действиями людей. Необходимой обороной признается, в частности, защита от общественно опасных посягательств невменяемых, а также лиц, не достигших возраста, с которого они могут привлекаться к уголовной ответственности. Однако нормы общественной морали требуют, чтобы в этих случаях защитительные действия совершались с особой осмотрительностью. Когда обороняющийся осознает, что на него нападает невменяемый или несовершеннолетний, действия обороняющегося прежде всего должны быть направлены на пресечение нападения наименьшими средствами, как этого требует институт крайней необходимости.
Новый КоАП нормы о необходимой обороне не содержит5.
Нельзя действовать по правилам необходимой обороны против правомерного ограничения тех или иных свобод и интересов личности. Так, лишние свободы по приговору суда, задержание работником милиции хулигана, арест и водворение на гауптвахту военнослужащих за нарушение воинской дисциплины органом дознания, следователем или прокурором по решению суда представляют собой правомерные действия, поэтому не создают права на необходимую оборону. Нельзя обороняться от действий, совершаемых при крайней необходимости. Недопустима оборона и против самого акта необходимой обороны.
Вторым условием правомерности необходимой обороны, относящимся к посягательству, является его наличность Наличным признался посягательство, которое уже началось и осуществляется. Наличным признается также посягательство, которое хотя фактически еще не началось, если имеется реальная угроза его непосредственного осуществления. Как отмечается в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. «состояние необходимой обороны возникает не только в самый момент общественно опасного посягательства, но и при наличии реальной угрозы нападения6».
Так, например, по делу Ю. было установлено, что, будучи в нетрезвом состоянии, Л. стал ломиться в его дом, намереваясь при этом бросить камень в комнату, где в это время находилась семья Ю. Последний предупредил, что будет стрелять, но это не оказало на Л. никакого влияния. Тогда Ю. произвел выстрел из охотничьею ружья, причинив Л. телесные повреждения. Верховный Суд признал, что действия Ю. в условиях угрозы реального нападения на него и членов его семьи были своевременными и правомерными, поэтому дело по обвинению Ю. производством прекратил7.
С окончанием посягательства отпадает состояние необходимой обороны. Посягательство может быть окончено в связи с достижением его цели, отражением нападения, добровольным его прекращением со стороны самого нападающего и т.п. Следует, однако, иметь в виду, что общественно опасное посягательство вызывает, как правило, сильное волнение у обороняющегося и он не всегда имеет возможность точно фиксировать момент окончания посягательства. Пленум Верховного Суда СССР в своем постановлении подчеркнул, что «состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом хотя бы и оконченного посягательства, но по обстоятельствам дела для обороняющегося не был ясен момент его окончания. Переход оружия или других предметов, использованных при нападении, от посягавшего к обороняющемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства8».
Не образуют необходимой обороны действия, совершенные против лишь предполагаемого посягательства. Нельзя считать необходимой обороной и причинение вреда нападающему, когда посягательство было окончено, необходимость применения средств защиты явно миновала, а причиненный вред является результатом мести, самочинной расправы.
Третьим условием правомерности необходимой обороны, относящимся к посягательству, является его действительность. Действительным считается посягательство, существующее реально, а не только в воображении субъекта как результат его ошибочной оценки той или иной конкретной ситуации. Действия, совершенные для отражения кажущегося посягательства, когда лицо ошибочно полагает, что происходит реальное посягательство, а в действительности его нет, называются мнимой обороной. Мнимой обороной признается причинение вреда потерпевшему при отсутствии реального общественно опасного посягательства вследствие заблуждения лица относительно наличия такого посягательства. Мнимая оборона исключает ответственность если обстановка происшествия давала субъекту достаточные основания полагать, что он подвергается реальному нападению. При этом лицо не могло и не должно было осознавать отсутствие реального общественно опасного посягательства.
Например, по конкретному делу было установлено, что ночью, когда в доме спали, С. и его тесть Б. услышали подозрительный шорох на чердаке. С., взяв охотничье ружье, вместе с Б. вышел во двор. С. крикнул: «Кто там, слезай, стрелять буду!» Неизвестный, находившийся в чердаке, ответил, что свой, спрыгнул с чердака и спрятался за углом дома. С., держа в руках заряженное ружье, сделал несколько шагов по направлению к углу дома, за которым притаился неизвестный. В это время тот выскочил из-за угла и оказался прямо перед С., который, полагая, что отражает нападение, почти в упор выстрелил и убил гражданина. При убитом гражданине никакого оружия не было. Как выяснилось, он был сильно пьян и около двух часов ночи был замечен во дворе соседнего дома, откуда ушел с целью найти место для ночлега. С. вначале был осужден за убийство. Однако Верховный Суд признал, что он действовал в состоянии мнимой обороны и его действия в данных конкретных условиях не содержат состава преступлени9.
В тех случаях, когда в сложившейся обстановке лицо должно было и могло предвидеть отсутствие реального общественно опасного посягательства, оно подлежит ответственности за причинение вреда по неосторожности. Если же лицо, действующее в состоянии мнимой обороны, причинило потерпевшему вред, явно превышающий пределы допустимого в условиях реального общественно опасного посягательства, то его ответственность наступает как за превышение пределов необходимой обороны.
Условия правомерности необходимой обороны, относящиеся к защите, определяют круг защищаемых интересов лиц, которым причиняется вред при защите этих интересов, и соотношение нападения и защиты.
Защита при необходимой обороне осуществляется путем причинения вреда нападающему. Предотвращение опасности, угрожающей охраняемым законом интересам, путем причинения вреда не нападающему, а третьим лицам следует рассматривать по правилам крайней необходимости (ст. 39 УК)10. Вред, причиняемый нападающему, по своему характеру может быть различным; возможно, например, ограничение его свободы, нанесение побоев, причинение вреда здоровью различной степени тяжести и даже лишение жизни. В отдельных случаях допустима защита путем причинения посягающему имущественного ущерба (например, уничтожение или повреждение имущества, с помощью которого осуществляется посягательство).
Необходимая оборона может осуществляться для защиты личности и прав не только самого обороняющегося, но и других лиц, а также общественных и государственных интересов11.
1.2 Понятие превышения пределов необходимой обороны
Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства (ч. 2 ст. 37 УК). Превышение пределов необходимой обороны, признаваемое преступлением, граничит с необходимой обороной, являющейся общественно полезной, правомерной деятельностью. Этим обусловлены встречающиеся трудности в их разграничении как в теории, так и в судебной практике.
Закон определяет превышение пределов необходимой обороны (эксцесс обороны) как действия, явно не соответствующие характеру и опасности посягательства. Этим подчеркивается очевидный, в данной конкретной ситуации не вызывающий сомнений разрыв между защитительными действиями, с одной стороны, и характером и опасностью посягательства — с другой.
Так, убийством при превышении пределов необходимой обороны были признаны действия, совершенные при следующих обстоятельствах. Поздно вечером Б. на повозке подъехал к складу лесоматериалов на железнодорожной станции и стал похищать бревна. Вскоре он был обнаружен сторожем В., который потребовал, чтобы Б. сложил похищенное в штабель Поскольку тот отказался выполнить требование и продолжал грузить повозку, сторож с целью пресечения преступления выстрелил в Б. и убил его. В. был осужден за убийство при превышении пределов необходимой обороны12.
Не всякое превышение пределов необходимой обороны является уголовно наказуемым деянием. Закон устанавливает уголовную ответственность за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны (ст. 108 УК), и за причинение посягающему тяжкого или средней тяжести вреда здоровью (ст. 114 УК). Если превышение пределов необходимой обороны выразилось в причинении легкого вреда здоровью посягающего или в нанесении ему побоев, то содеянное не образует состава преступления.
Вопрос о субъективной стороне преступления, совершенного при превышении пределов необходимой обороны, длительное время был спорным, в теории на этот счет высказывались различные точки зрения. Четкая позиция по этому вопросу была высказана в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. В нем отмечалось, что уголовная ответственность наступает лишь за умышленное превышение пределов необходимой обороны, причинение вреда посягающему по неосторожности при отражении его общественно опасного посягательства не может влечь уголовной ответственности. Эта позиция сейчас законодательно закреплена в ст. 37, а также в ст. 108 и 114УК.
Некоторые авторы предлагают под термином “посягательство” понимать только нападение, как наиболее распространенную для необходимой обороны форму посягательства. Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 6 постановления “О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм” от 17 января 1997 г. № 1 указал, что применительно к ст.ст. 227, 360 УК РФ нападение — это действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создания реальной угрозы его немедленного применения. Указанные авторы предлагают аналогично понимать понятие “нападение” и в отношении ст. 37 УК.
Исследование материалов
В случаях же, когда посягательство не связано с нападением, например, при покушении на убийство путем отравления, публичных призывах к насильственному изменению конституционного строя Российской Федерации; или когда посягательство не связано с насилием или угрозой его применения, например, в случаях кражи, ненасильственного грабежа, неправомерного завладения автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (угона), при умышленном уничтожении или повреждении имущества, при оскорблении и т.д., потерпевшему, если следовать вышеуказанной логике, остается лишь печально созерцать происходящее. Представляется, что защита возможна и против ненасильственного посягательства. Кроме того, есть и насильственные преступления без признаков нападения (изнасилование, случаи похищения людей, удержание заложника и т.д.).
Повод для применения оборонительных мер именуется в законе не нападением, а общественно опасным посягательством неслучайно. Тем самым позволительна защита против деяний, не имеющих признаков нападения, т.е. попыток причинить ущерб с использованием физической силы. Представляется, что к таковым можно отнести: шпионаж (ст. 276 УК), воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования (ст. 294 УК), побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи (ст. 313 УК) и др.
Поскольку законодательное определение превышения пределов необходимой обороны включает в себя оценочные моменты, очень важно сформулировать критерии, на основе которых можно сделать вывод, была ли оборона правомерной или налицо превышение ее пределов. Разумеется, прежде всего, необходимо констатировать возникновение ситуации необходимой обороны и совершения действий с целью защиты от общественно опасного посягательства, а затем уже оценивать, имело ли место явное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства14.
Совершенно очевидно, что превышение пределов необходимой обороны логически предполагает состояние такой обороны. Данную точку зрения разделяют большинство юристов. Превышение пределов необходимой обороны выражается в том, что лицо, находящееся в состоянии необходимой обороны, осуществляет чрезмерную защиту и в процессе обороны причиняет посягающему вред, резко несоразмерный с характером и опасностью посягательства и не оправдываемый важностью защищаемого интереса. Иными словами, при эксцессе обороны посягающему умышленно причиняется такой излишне тяжкий вред, который со всей очевидностью не вызывался обстоятельствами дела.
Чрезмерная защита — это такая защита, при которой ее средства и интенсивность не соответствуют средствам, интенсивности, опасности и всему характеру посягательства. Резкое же несоответствие вреда — это несоответствие ценности, важности, общественного значения интереса защищаемого и интереса, нарушаемого обороной. Речь идет именно о резком (явном, значительном) несоответствии между благом защищаемым и благом, нарушаемым обороной, а не вообще о нарушении выдвигаемого некоторыми юристами требования “соразмерности благ” при необходимой обороне15.
В состоянии необходимой обороны в большинстве случаев весьма трудно определить, каким должен быть тот “минимальный вред”, причинение которого будет “достаточным” для отражения посягательства. Важно, чтобы этот вред не был резко несоответствующим по сравнению с предотвращаемым вредом, а не “минимально возможным”. К тому же и грозящий вред далеко не всегда конкретно обозначен. Поэтому требование, чтобы причиненный посягающему вред был минимально возможным, представляется ошибочным.
Следует подчеркнуть, что посягательство и защита абсолютно точно никогда не соответствуют друг другу. И закон допускает это несоответствие. Так, вред, причиненный посягающему, может быть не только равным, но и гораздо большим, чем вред, который он хотел причинить. Речь в законе идет только о явном несоответствии. Требование об обязательной соразмерности между причиненным вредом и вредом предотвращенным привело бы на практике к невозможности прибегнуть в ряде случаев к необходимой обороне. При таком положении нельзя, например, причинить тяжкий вред здоровью вора либо смерть лицу, пытающемуся изнасиловать женщину, поскольку жизнь и здоровье являются более ценными благами по сравнению с собственностью и половой неприкосновенностью и т.п.
Механическое сопоставление мер обороны и мер посягательства не дает нужного результата, так как в этом случае действует правило: на удар кулаком можно ответить только кулаком. Данная концепция абсолютно неприменима на практике. Трудно представить себе, как по этим правилам будет защищаться выпускник консерватории от выпускника военного училища. К тому же, существуют отдельные виды посягательств, как, например, изнасилование, на которые ответить адекватно обороняющаяся сторона просто не может.
На основании изложенного можно сделать вывод, что понятие превышения пределов необходимой обороны не может быть сведено только к явному несоответствию в соразмерности средств защиты характеру и степени общественной опасности посягательства.
В законодательной дефиниции эксцесса обороны указаны два признака посягательства — характер и степень общественной опасности. Характер посягательства указывает на его качественную сторону, определяемую главным образом ценностью объекта, на который оно направлено, характером причиненного вреда и способом посягательства. Степень общественной опасности посягательства выражает главным образом его количественную сторону и определяется тяжестью причиненных последствий, способом совершения преступления, формой вины, видом умысла, содержанием мотивов, а также другими обстоятельствами, влияющими на меру социальной опасности конкретного преступления.
Категории “характер посягательства” и “степень общественной опасности посягательства” рассматриваются в неразрывной связи. Это объясняется тем, что различие между данными понятиями носит весьма условный характер и только в совокупности они дают возможность решить основной вопрос эксцесса обороны — вопрос о соотношении между вредом, причиненным посягающему, и тем вредом, который он мог бы причинить защищаемым интересам.
Характер и степень общественной опасности посягательства определяется прежде всего характером и важностью объекта, которому угрожает опасность со стороны посягающего. Чем выше ценность защищаемого блага, чем более серьезным вредом гражданам или обществу грозит посягательство, тем более интенсивная оборона допускается против подобного посягательства16. При этом необходимо учитывать не только важность и ценность объекта посягательства, но и степень тяжести вреда, который может быть ему причинен.
Представляется, что применительно к эксцессу обороны в качестве дополнительного количественного критерия опасности посягательства может быть использован признак интенсивности. В то же время общественная опасность посягательства не меняется в зависимости от его интенсивности, поэтому интенсивность определяет объективную сторону посягательства и на ее основании обороняющийся судит о том, на какие общественные интересы направлены действия посягающего. Если эксцесс обороны сводить только к несоответствию интенсивности защиты и посягательства, то будет неправомерной энергичная защита против обычных краж и иных тайных преступлений, а с другой стороны будет правомерным причинение тяжкого вреда посягающему в случае совершения незначительных преступлений стремительным, энергичным способом.
Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 16 августа 1984 г. указывал, что нельзя требовать механического соответствия между интенсивностью защиты и интенсивностью посягательства. Защита может быть даже более интенсивной, чем посягательство. В ряде случаев только такая защита может обеспечить успех необходимой обороны.
Глава 2. Уголовно-правовая характеристика объективных и субъективных признаков состава убийства при превышении пределов необходимой обороны
2.1. Объективные признаки убийства при превышении пределов необходимой обороны
В УК РФ убийство при превышении пределов необходимой обороны отнесено к главе ХVI, предусматривающей ответственность за преступления против жизни и здоровья (раздел VII «Преступления против личности»). Исходя из данной законодательной конструкции родовой объект рассматриваемой группы преступлений составляют общественные отношения, в рамках которых реализуется личность как субъект социальной взаимосвязи и совокупность важнейших интересов и неотъемлемых благ (жизни, здоровья, личной неприкосновенности и т.п.) в качестве участника правоотношений со свойственными ему социальными, биологическими и психологическими признаками.