Уголовно - правовая характеристика оскорбления представителя власти
ВВЕДЕНИЕ:
Актуальность темы исследования. Развитие российского государства характеризуется множеством процессов, в результате которых происходят значительные преобразования во всех сферах жизни. В период кардинального реформирования законодательства, в том числе и уголовного, особое значение приобретает деятельность представителей государственной власти. Однако социальная напряженность в обществе, повышенная конфликтность и незащищенность различных слоев населения в совокупности с правовыми, социально-политическими и экономическими противоречиями обусловливают рост преступности, что отражается на отношениях общества и государства в лице его представителей.
К середине 90-х годов резко обозначилась
проблема правовой охраны и защищенности сотрудников
правоохранительных органов. Высокая
социальная потребность в решении этой
проблемы, в том числе, уголовно-правовыми
средствами, была обусловлена остротой
криминогенной обстановки, значительным
увеличением наиболее опасных для граждан
и общества корыстно-насильственных преступлений
и преступлений против личности.
В этих условиях стабилизация криминальной
ситуации становиться стержневым моментом
уголовной политики государства, закономерно
повышается роль правоохранительных органов
и прежде всего органов внутренних дел,
стоящих "на переднем крае" борьбы
с преступностью.
Безопасность служебной деятельности представителей власти, в т.ч. сотрудников правоохранительных органов, как необходимое условие выполнения возложенных на них функций особенно в сфере обеспечения общественного порядка и общественной безопасности, становиться актуальной в силу возросшего количества посягательств на них. Проблемы уголовно-правовой охраны представителей власти , являясь частью более общей проблемы охраны отношений управления, представляется актуальной не только в прикладном, но и в теоретическом плане. Интерес к ней практически не ослабевает многие годы. Это связано с отмечаемой учеными - криминалистами "подвижностью" ее норм1, высокой востребованностью их совершенствования в периоды негативных социальных процессов: угроз общественной безопасности, общественному порядку, порядку управления, государственности.
Устанавливая уголовную ответственность за оскорбление представителя власти, законодатель закрепляет неприкосновенность общественных отношений, возникающих по поводу реализации ими управленческих полномочий, чести и достоинства представителей власти.
Указанные деяния ослабляют господствующие в обществе устои, существенно снижают эффективность деятельности государственных органов по управлению социальными процессами. Адекватная реакция со стороны государства на преступные проявления в отношении представителей власти является гарантом обеспечения их прав и позволяет своевременно предотвращать посягательства на порядок управления. Защита авторитета государства, а также чести и достоинства представителя власти является стабилизирующим фактором в период установившегося в российском обществе негативистского подхода значительной части граждан к деятельности отдельных их групп (например, сотрудников милиции).
Комплексный подход к его исследованию,
включающий в себя социально-правовую характеристику его
содержания, теоретический анализ его
норм, в целях их возможного совершенствования;
изучение способов и средств охраны и
защиты личности сотрудников правоохранительных
органов согласуется с повышенным вниманием
общества к проблемам личной безопасности
тех, кто стоит на охране его интересов.
Потребность в таком исследовании отмеченных
проблем обусловливается также появлением
требующего оценки опыта применения нового
уголовного законодательства.
Таким образом, высокая социальная потребность
охраны и защиты личности сотрудников
правоохранительных органов приводит
к необходимости дальнейших теоретических
исследований этой проблематики, углубленного
теоретического анализа проблем юридической
природы, квалификации и практики применения,
а также выработки научно обоснованных
рекомендаций по совершенствованию уголовно-правовой
нормы, содержащейся в ст. 319 УК РФ.
Объект и предмет исследования. Объектом исследования выступает совокупность общественных отношений, складывающихся в процессе уголовно-правового обеспечения управленческой деятельности, защиты чести и достоинства представителя власти.
Предметом исследования являются:
1. Теоретические положения науки уголовного права об элементах общественного отношения (субъект, предмет, объект), о механизме уголовно-правовой охраны.
2. Содержание и тенденции
3. Институты действующего
4. Особенности криминологической
характеристики
Цель и задачи исследования. Целью исследования является изучение основных теоретических и практических проблем уголовной ответственности за оскорбление представителей власти; выработка на этой основе комплекса предложений и рекомендаций по повышению эффективности их уголовно-правовой охраны и защиты; совершенствование уголовного законодательства и практики его применения.
Достижение указанной цели предполагалось осуществить через постановку и решение следующих задач:
– изучение эволюции законодательства об уголовной ответственности за оскорбление представителя власти;
– криминологическое обоснование уголовной ответственности за оскорбление представителя власти;
– юридический анализ действующего уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за преступление;
– уточнение понятийного аппарата уголовно-правовой нормы;
– рассмотрение проблемных аспектов уголовной ответственности и спорных вопросов квалификации данного деяния;
– разработка предложений по совершенствованию уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за оскорбление представителя власти;
– обоснование рекомендаций правоприменительного характера (квалификация, назначение наказания).
ГЛАВА I. ИСТОРИЧЕСКАЯ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ОСКОРБЛЕНИЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЯ ВЛАСТИ»
§ 1 Становление и развитие уголовной ответственности за оскорбление представителя власти.
В социальном плане власть, как политическое руководство обществом, в своей сущности всегда ассоциировалась с наличием двух противоположных позиций: подчинение и исполнение, с одной стороны, и воздействие на деятельность, поведение людей и контроль - с другой.2 Такая полярность социальных ролей субъектов властных отношений всегда несла в себе высокую степень вероятности причинения вреда лицам, обладающим властными полномочиями.
Это обстоятельство обусловливало как в прошлом, так и в настоящее время принятие государством мер по охране своих представителей, в том числе уголовно-правовыми средствами, как крайней меры реагирования на нежелательное поведение граждан. Установление уголовной ответственности за оскорбление лиц, осуществляющих порядок управления, – закономерное, исторически обусловленное явление, подтверждающее заинтересованность общества в обеспечении гарантий их защиты.
Свидетельством тому может послужить
российская история становления и развития
института уголовно-правовой охраны представителей
власти, являющегося явлением более широким,
базовым и предшествующим по отношению
к институту уголовно-правовой охраны
личности сотрудников правоохранительных
органов в сфере обеспечения порядка управления.
Историко-правовая характеристика российского
законодательства в части рассматриваемого
института, представляется целесообразной
по убедительной позиции A.M. Яковлева:
"Для того, чтобы выявить определенные
устойчивые характеристики, тенденции
какого-либо процесса, необходимо, во-первых,
наличие достаточного количества отдельных
актов, из которых складывается данный
процесс, и, во-вторых, он должен быть рассмотрен
за достаточно длительный период"3.
Впервые упоминание об оскорблении личности появилось в международных договорах, заключенных между Древней Русью и Византией в 911 и 944 гг. Прямое закрепление нормы, устанавливающей уголовную ответственность за оскорбление представителя власти, произошло в Митрополичьем правосудии (XIV в.), по которому подлежали наказанию лица, совершившие бесчестье государственных лиц: княжеского наместника, тиуна, административно-судебного агента князя (сельского), армейского начальника (тысяцкого), а также великого князя.
В важнейшем правовом памятнике Древней Руси – Русской Правде (IX-XIV вв. ) отмечает лишь две группы преступлений ("обид"): против личности и имущественные. Судебник не называет преступных посягательств против государства. Предполагая наказание за убийство, Русская Правда содержит нормы о повышенной уголовной ответственности за посягательства на лиц, исполняющих княжескую службу. Однако законодатель того времени видел в таких действиях не посягательство на порядок управления, а лишь более высокую "обиду", больший моральный и материальный вред князю. Отсюда и своеобразие уголовных наказаний. Если за убийство свободного общинника определялось наказание в виде штрафа в 40 гривен, то за убийство управителей княжеского хозяйства и приближенных князя ставка увеличивалась до 80 гривен 4.
В отличие от убийств посягательства
на здоровье, честь и достоинство в Русской Правде: увечья, побои,
оскорбления действием (повреждение усов,
бороды - ст.8 Краткой редакции) не выделяли
отягчающих обстоятельств, касающихся
социального статуса потерпевшего. Штрафы
предусматривались
вне зависимости от его положения в обществе.
"Обида" потерпевшему, даже состоящему
на службе, не связывалась с обидой князю.
Лишь к XV-XVII вв. побои, увечья и оскорбления
постепенно эволюционировали к множественности
наказаний, налагаемых и исполняемых государственным
органом: смертной казни, тюремному заключению,
телесным карам и др.
Анализируя Судебники XV-XVI вв. и Соборное Уложение 1649 г., принятые в период обострения классовых и сословных противоречий, можно сделать вывод о дальнейшем усилении защиты чести и достоинства представителей власти. Кроме того, отмечается неравенство видов и размеров наказаний, зависящих от сословного статуса потерпевшего.
В указанном нормативном акте существенно расширен круг поставленных под охрану уголовного закона объектов. Соборное Уложение называет в их числе церковь, государство, семью, личность, собственность, нравственность. Прослеживаются попытки уголовно-правовой охраны порядка управления. В главе о преступлениях против "государской чести", со всей очевидностью относимых к разряду государственных, в отличие от судебников, предшествующих Соборному Уложению, под охрану поставлена личность государя: "Будет кто каким умышлением учнет мыслить на государское здоровье злое дело... такова по сыску казнить смертию".5
Глава 10 Уложения имеет ряд установлений, определяющих наказание за бесчестье. По Уложению это не только оскорбление словом, но и ложное обвинение, побои. Размер кары за бесчестье ставился в прямую зависимость от сословной принадлежности. Соборное Уложение приводит поражающий современника широтой охвата огромный список лиц с указанием их социального статуса, за бесчестье которых назначались разные наказания. В этом списке церковные служители, именитые люди, иногда с указанием фамилии; бояре, государственные служащие, судьи и др. Казуальность закона здесь достигает наиболее высокой точки. Бесчестье архимадрита или игумена со стороны представителей высших сословий (боярин, окольничий или служилый человек) каралось штрафом в размере, определяемом государем (ст.29 Уложения). Бесчестье этих лиц со стороны свободных посадских людей иноземцев и даже "служилых людей" каралось: "За патриарха бить батоги, за митрополита посадить в тюрму, за архиепископа и епископа в тюрму же посадить" (ст.30)6.
Бесчестье лиц, состоящих на государственном жаловании (стольник, стряпчий, дворовые люди и иные чины) каралось штрафом в размере их окладов. Бесчестье именитых людей Строгановых - по сто рублей человеку, гостя - по пятидесяти рублей человеку; людей гостиных с сотен от 10 до 20 рублей человеку; ямских охотников - 5 рублей человеку; государевых крестьян - по 1 рублю человеку. Однако Уложение не различало личного оскорбления от обиды служебной, потому что не умело отделять достоинство лица, как человека от звания, которое он носил.
Такова в целом в пределах предмета исследования оценка Соборного Уложения, которое по мнению специалистов, "по объему и богатству юридического материала, по уровню законодательной техники Соборное Уложение выгодно отличалось от современных ему европейских юридических памятников".7
Изменения, происшедшие в политической и государственной жизни страны в конце XVII в., не могли не оказать влияние на сферу уголовного права.
Первая систематизация уголовно-правовых норм в этот период была проведена при издании "Артикула воинского" Петра I в 1745 г.
Впервые относительно четкое понятие оскорбления на законодательном уровне было закреплено в Манифесте о поединках от 21 апреля 1787 г. В последующих нормативно-правовых актах происходит дальнейшее совершенствование нормы.
Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. содержало специальный раздел четвертый - "О преступлениях и проступках против порядка управления", в котором выделялись семь глав, в т.ч. глава вторая - "Об оскорблении и явном неуважении к присутственным местам и чиновникам при отправлении должности».
Анализируя Артикул Воинский 1715 г., Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями 1864 г., Уголовное Уложение 1903 г., можно придти к выводу о том, что законодатель того времени установил повышенную ответственность за оскорбление представителей власти, увязывая ее с исполняемыми ими обязанностями. В отличие от Соборного Уложения Артикул содержит нормы только уголовного права и фактически представляет собой военно-уголовный кодекс без Общей части. В основном в своем содержании он представлял изложение воинских преступлений. Однако его нормы представляют интерес в силу существующей тогда возможности их применения в отношении гражданских лиц.
Наиболее проработанным и систематизированным уголовным законом в России до 1917 г. признается Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года. Именно в нем преступления против порядка управления были выделены в специальный раздел «о преступлениях и проступках против порядка управления».
Существенным минусом, на наш взгляд, в дореволюционном законодательстве является отсутствие легальных определений терминов «порядок управления», «представитель власти», «насилие», как, впрочем, и других категорий уголовного права.
В советское время преступления против порядка управления в системе Особенной части впервые появились в Уголовном кодексе 1922 г., который относил эти преступления к государственным. Глава I "Государственные преступления" состояла из двух разделов: "О контрреволюционных преступлениях" и "О преступлениях против порядка управления". Во втором разделе Кодекса помещались преступления, которые весьма существенно отличались друг от друга по уровню общественной безопасности и впоследствии были предусмотрены в других главах уголовных кодексов 1926, 1960 и 1996 гг. В кодексе 1922 г. впервые давалось понятие "преступление против порядка управления". Согласно ст. 74 "Преступлением против порядка управления признается всякое деяние, направленное к нарушению правильного функционирования подчиненных органов управления или народного хозяйства, сопряженное с сопротивлением или неповиновением законам советской власти, с препятствованием деятельности ее органов и иными действиями, вызывающими ослабление силы и авторитета власти".
К числу преступлений против порядка управления относились в т.ч. публичное оскорбление отдельных представителей власти при исполнении ими своих служебных обязанностей (ст. 88);
Уголовный кодекс 1926 г. в своей первоначальной редакции ответственность за преступления против порядка управления предусматривал в главе второй, куда наряду с преступлениями, предусмотренными Кодексом 1922 г., были включены и другие составы преступлений, ранее помещавшиеся в иных разделах Кодекса, например, хулиганство. Положением о преступлениях государственных 1927 г., включенным в Кодекс 1926 г., в целях разграничения компетенции Союза ССР и союзных республик структура Кодекса была изменена. В главе первой "Государственные преступления" наряду с разд. 1 "Контрреволюционные преступления" был выделен разд. 2 - "Особо для Союза ССР опасные преступления против порядка управления", а глава вторая именовалась "Иные преступления против порядка управления".
К иным преступлениям против порядка управления относилось так же публичное оскорбление представителей власти (ст. 76).
Сосредоточие в главе об иных преступлениях против порядка управления столь различных по характеру и степени общественной опасности деяний свидетельствовало о том, что у законодателя этого периода отсутствовало достаточно ясное представление о порядке управления как родовом объекте охраны и, соответственно, о круге деяний, подлежащих включению в эту группу8.
В 1958 г. Верховным Советом СССР был принят Закон о государственных преступлениях, в разделе втором которого предусматривалась ответственность за "Иные государственные преступления". В этот раздел были помещены ряд норм о преступлениях, ранее относившихся к особо для Союза ССР опасным преступлениям против порядка управления: бандитизм, контрабанда, уклонение от очередного призыва на действительную военную службу и некоторые другие. Термин "преступления против порядка управления" стал применяться лишь к тем преступлениям, которые ранее относились к "иным преступлениям против порядка управления".
С принятием УК 1960 г. начался новый период в развитии законодательства, устанавливающего ответственность за посягательство на представителей власти. В кодексе постоянно вносились нормы об охране рассматриваемой категории лиц. Отрицательным моментом УК 1960 г., на наш взгляд, следует признать так называемое «нагромождение понятий» в названии норм главы 9: «представитель власти», «представитель общественности», «работник милиции», «народный дружинник», «должностное лицо» и «гражданин, выполняющий общественный долг или обязанности по охране общественного порядка». При этом закон не содержал ни одного легального определения.
В главе девятой Уголовного кодекса 1960 г. были предусмотрены статьи о таких преступлениях, как: сопротивление представителю власти или представителю общественности, выполняющему обязанности по охране общественного порядка (ст. 191); оскорбление представителя власти или представителя общественности, выполняющего обязанности по охране общественного порядка (ст. 192); угроза или насилие в отношении должностного лица или гражданина, выполняющего общественный долг (ст. 193) и т.д.
Впоследствии глава девятая Кодекса подвергалась многочисленным дополнениям и изменениям. Например, были введены следующие новые статьи: : ст. 190.1 "Распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй" (исключена Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 11 сентября 1989 г.), ст. 190.2 "Надругательство над Государственными гербом или флагом" (введена Указом Президиума ВС РСФСР от 16 сентября 1966 г.); ст. 192.2 "Оскорбление военнослужащего, сотрудника органа внутренних дел или иного лица при исполнении ими обязанностей по охране Государственной границы Российской Федерации" (введена Федеральным законом от 18 мая 1995 г. N 79-ФЗ);
Увеличение к концу 90-х гг. более чем вдвое количества статей в гл. 9 по сравнению с первоначальной редакцией УК 1960 г. явилось отражением общей тенденции развития уголовного законодательства советского периода, при которой глава о преступлениях против порядка управления выполняла роль своеобразного накопителя. В эту главу помещались нормы о тех преступлениях, объект посягательства которых первоначально однозначно не был определен, и поэтому точное место этих норм в системе Особенной части УК не было найдено. С течением времени юридическая природа этих преступлений становилась более понятной, уточнялся круг общественных отношений, которым причинялся вред при совершении этих преступлений, и в законодательство вносились соответствующие коррективы. Поэтому при подготовке УК 1996 г. законодатель фактически вернулся к первоначальной редакции УК 1960 г., оставив всего 14 статей. Остальные нормы либо вообще были исключены из УК, либо помещены в другие разделы и главы УК 1996 г.
В 1993 году в России стартовал процесс приведения в соответствие с Конституцией всей правовой системы. Естественным следствием этой работы стало принятие в 1996 году Уголовного кодекса РФ. Однако УК РФ при всей своей новизне еще далек от совершенства, что подтверждают проблемы одного из его институтов, преступлений против порядка управления.
Анализ истории нормы об оскорблении представителя власти свидетельствует о значительном опыте правовой регламентации уголовной ответственности за данное деяние. При этом можно сделать вывод о пристальном внимании государства к охране представителей власти от данных посягательств. В различные периоды истории проявление норм было неоднообразным и зависело от мировоззрения законодателя и потребностей государственной власти в планомерной и целенаправленной охране лиц, представляющих государственную власть, от оскорблений. С развитием государственности произошло совершенствование редакции законов об оскорблении представителя власти с конечной дифференциацией уголовной ответственности по потерпевшему, способам преступления, обстановке преступления и т.п.
§ 2. Криминологические основания уголовно-правового запрета на оскорбление представителя власти.
Выполнение гражданами предписаний российских законов и основанных на них распоряжений органов власти или их представителей – необходимое условие нормальной деятельности органов государственной власти и управления. В статье 21 Конституции РФ сказано: «Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления». Любые посягательства на порядок управления, а уж тем более преступные, такие как оскорбление представителя правоохранительного органа, находящегося при исполнении, существенно нарушают нормальную деятельность органов власти и государственного управления, деятельность должностных лиц, подрывают их авторитет.
Порядок управления в нашей стране призван, в сущности, обеспечивать государственную власть, которая должна решать социальные проблемы членов общества, трудиться на ниве предупреждения преступлений, обеспечивать насущные нужды граждан.
Отвечая на вопрос, почему в УК РФ установлена ст. 319, можно выделить следующие основания, обусловившие данное законодательное решение: общественная опасность деяния; данные официальной статистики; прецедентность; мнение сотрудников судебных и правоохранительных органов.
Общественная опасность посягательств на порядок управления заключается в том, что они нарушают нормальную, планомерную государственной власти по обеспечению нужд населения, а подрывают ее авторитет, что негативно сказывается на общественном мнении.
Специфичность рассматриваемого преступления заключается в том, что нормальная деятельность государственных органов нарушается путем посягательства непосредственно на личность представителя власти. Эти два объекта находятся в органическом единстве, поскольку здоровье и неприкосновенность представителя власти неизбежно ставятся в опасность причинения вреда при совершении посягательства на основной непосредственный объект. Это деяние имеет «двойной срез», две части - внутреннюю и внешнюю. Внешняя часть деяния направлена на оскорбление представителя власти, а внутренняя, скрытая - на воспрепятствование нормальной управленческой деятельности. Неразрывная связь указанных объектов прослеживается и через механизм нарушения общественного отношения, заключающегося в установлении, какая именно составная часть этого отношения является мишенью, поражаемой преступлением.
Анализируя общественную опасность данного деяния, можно сделать вывод, что при совершении оскорбления представителя власти происходит разрушение сложившихся стереотипов и интересов в обществе, находящихся под охраной уголовного закона. Преступная деятельность в итоге приводит к игнорированию деятельности представителей государственной власти и разрушению социально полезных связей – гаранта управленческой деятельности представителя власти и реализации своих профессиональных обязанностей в обществе. Нереагирование уголовно-правовыми средствами на действия, связанные с оскорблением представителя власти, порождает серьезные последствия. Устанавливая в нормах права определенные правила поведения или запрещая некоторые виды деяний, общество таким образом закрепляет и развивает выгодные и угодные ему общественные отношения, защищает свои интересы.
УК РФ 1996 года в связи с переоценкой в российском обществе социальных ценностей принципиально изменил законодательное изложение механизма причинения вреда отношениям управления, в рамках которых обеспечиваются права и уголовно-правовая охрана сотрудников правоохранительных органов. Перенос центра тяжести в конструкциях уголовно-правовых норм о преступлениях против порядка управления на насильственный способ, отражая концептуальное положение о первостепенной защите личности, дает возможность говорить о становлении нового правового явления - "института уголовно-правовой охраны личности представителей власти "9.
Безопасность служебной деятельности представителей власти , как необходимое условие выполнения возложенных на них функций становиться актуальной в силу возросшего количества посягательств на них. Эта тенденция сохраняется и в настоящее время. Так количество посягательств на жизнь сотрудника правоохранительного органа возросло с 1999 по 2003 годы в 2,3 раза количество оскорблений представителей власти в целом за этот же период по статистике обнаружило резкий скачок в 7,2 раза.
Известно, что правоохранительными органами выявляется лишь незначительная часть от всех совершенных в отношении представителей власти посягательств, что в значительной степени предопределяет их высокую латентность. Кроме того, правоприменитель в большинстве случаев не может определить совокупность юридически значимых признаков, входящих в состав преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ.
Несмотря на то что среди общей массы преступлений доля оскорблений представителя власти сравнительно невелика, однако преступления этого вида стали носить все более распространенный характер. Судебная практика свидетельствует о стабильном росте преступлений данной категории. Так, по данным Главного информационно-аналитического центра МВД России, за период с 1992 по 2005 гг. количество регистрируемых оскорблений представителей власти (ст.ст. 192, 192-1 УК РСФСР 1960 г., ст. 319 УК РФ 1996 г.) увеличилось более чем в 460 раз. С момента вступления в силу Уголовного кодекса РФ 1996 г. в России зарегистрировано: в 1997 г. – 4308 преступлений, предусмотренных ст. 319 УК РФ, в 1998 г. – 6293 оскорбления представителя власти, в 1999 г. – 8624, в 2000 г. – 10897, в 2001 г. – 14304, в 2002 г.– 11190, в 2003 г. – 8901, в 2004 г. – 13702, а в 2005 г. – 16774 преступления, что на 16738 преступлений больше, по сравнению с 1992 г., в течение которого было зарегистрировано 36 преступлений, предусмотренных ст.ст. 192 и 192-1 УК РСФСР. Данную тенденцию подтверждает и анализ региональной судебной практики.
Анализ судебной и следственной практики по делам рассматриваемой категории свидетельствует о затруднениях при применении некоторых статей, входящих в главу 32 УК РФ. В определенной мере они вызваны несовершенством закона. Надо заметить, что по некоторым статьям главы 32 УК РФ к уголовной ответственности привлекается лишь около 50 % лиц, совершивших подобные преступления10. Это связано как с недостатками в деятельности правоохранительных органов, так и с несовершенством уголовно-правовых норм.
Данные статистики убедительно доказывают не только то, что объективно на территории Российской Федерации в течение 1992-2005 гг. происходило последовательное увеличение числа преступлений, предусматривающих уголовную ответственность за оскорбление представителя власти, но и то, что со стороны государства уделялось особое внимание уголовно-правовой охране лиц, представляющих государственную власть. С одной стороны, это свидетельствует об активизации судебных и правоохранительных органов по выявлению, оценке и привлечению к ответственности виновных лиц. Однако, с другой стороны, на негативные тенденции указывают масштабы совершаемых оскорблений представителя власти, их количественные и качественные характеристики. Общероссийские тенденции находят свое проявление в Сибирском федеральном округе (далее – Округ), что заметно при сравнении данных о совершаемых преступлениях за 2002- 2004 гг. Так, например, темп роста преступлений в 2003 г. относительно 2002 г. в целом по России составил 79,5%, а в Округе за тот же период – 85,3%, то же касается темпов прироста за обозначенный период. Вместе с тем противоположная картина складывается при анализе тех же показателей за 2004 г.: по Российской Федерации наблюдается увеличение темпов роста и прироста оскорблений представителя власти, а по Округу – уменьшение, что вполне закономерно, если учесть снижение показателей общего числа зарегистрированных оскорблений представителя власти в Округе при обратном процессе в целом по России.