Содержание 

Введение 2

1. Уголовно-правовая характеристика убийства матерью новорожденного ребенка 4

1.1. Объективные признаки детоубийства 5

1.2. Субъективные признаки детоубийства 13

Заключение 25

Список используемой литературы 28 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

      Введение

      В отечественной и зарубежной научной  литературе на протяжении последних ста лет подробно изучались уголовно-правовые, криминологические, социально-психологические и культурологические аспекты детоубийства. Однако приходится констатировать, что лишь единичные публикации содержат оценку произошедших в российском обществе изменений за последние десять лет, учитывают их влияние на мировоззрение граждан, их правосознание, на характер женской насильственной преступности, на возникновение и существование такого феномена, как детоубийство.

      Не  вызывает сомнения тот факт, что  убийства – одна из самых острых и сложных проблем, стоящих перед обществом.

      В доступной научной литературе нам  не удалось найти междисциплинарных криминологических исследований по данному вопросу. Крайне поверхностно освещается проблема девиантного поведения и психических аномалий у детоубийц, особенности проведения индивидуально-воспитательной работы с женщинами-осужденными в местах лишения свободы, проблемы их ресоциализации.

      Криминологический анализ показывает, что уровень убийств  новорожденных в России имеет выраженную тенденцию к росту. С января 1997 г. детоубийство выделено в самостоятельную норму, однако по-прежнему остаются вопросы, вызывающие неоднозначное понимание ряда моментов. Например, далеко не все юристы согласны с фактическим игнорированием ст. 106 УК отягчающих обстоятельств совершения убийства новорожденных, вызывают дискуссии вопросы о соучастии в преступлениях, предусмотренных ст. 106 УК РФ.

      Объектом исследования являются общественные отношения, складывающиеся в процессе реализации уголовно-правовых норм законодательства России, предусматривающих ответственность за убийство матерью новорожденного ребенка.

      Предметом исследования выступают: законодательство России и зарубежных государств об ответственности за убийство матерью новорожденного ребенка; практика применения уголовно-правовых норм об ответственности за детоубийство.

      Целью настоящего исследования является выработка  конкретных предложений и рекомендаций по унификации уголовно-правовых норм уголовного законодательства РФ, предусматривающих ответственность за убийство матерями своих новорожденных детей.

      Достижение  указанной цели предполагает решение  следующих задач:

• исследовать объективные и субъективные признаки составов преступлений, предусмотренных ст. 106 УК РФ и иными статьями нормативных правовых актов зарубежных государств, и провести их сравнительный анализ;
• изучить практику применения уголовно-правовых норм законодательства России, предусматривающих ответственность за убийство матерью своего новорожденного ребенка и на основании этого выявить современные проблемы реализации ответственности за детоубийство;

      Методологическую основу научного исследования составляют положения диалектического метода познания, а также положения, содержащиеся в теоретических трудах по философии, уголовному праву, криминологии, социальной психологии.

      1. Уголовно-правовая характеристика убийства матерью новорожденного ребенка

      Убийство  матерью новорожденного ребенка, предусмотренное  ст. 106 УК РФ, является относительно новым  видом преступления для современного российского законодательства. Уголовный кодекс РФ 1996 г. это общественно опасное деяние выделил в качестве самостоятельного состава и отнес его к так называемому привилегированному убийству. Специфика убийства матерью новорожденного ребенка обусловлена особым психическим и физическим состоянием женщины в период родов или сразу же после них, ослабляющим ее способность в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, что составляет конститутивный признак этого состава¹. Поэтому убийство матерью своего новорожденного ребенка признается преступлением со специальным субъектом (исполнителем). При наличии всех необходимых объективных и субъективных признаков такое убийство, совершенное матерью единолично, как правило, не вызывает затруднений с точки зрения его правовой оценки.

      Однако  нередко совместно с матерью  новорожденного ребенка в лишении его жизни принимает участие и другое лицо (другие лица), например сожитель, родственники и т.п. Причем участие других лиц в убийстве новорожденного ребенка может проявляться различным образом². В УК РСФСР 1960 г. детоубийство не выделялось, и рассматривалась практикой как разновидность простого убийства. Обстоятельства, сопутствующие детоубийству (особое физическое и психическое состояние женщины во время родов; тяжелая семейная обстановка; материальные трудности), обычно учитывались судами в качестве смягчающих обстоятельств в рамках санкции ст.103. Однако детоубийство могло быть квалифицировано и по ст. 102 УК 1960 г. при наличии отягчающих обстоятельств (повторность, особая жестокость).

      Исполнителем  преступления, предусмотренного ст. 106 УК, может быть только мать новорожденного ребенка. В качестве подстрекателя  или пособника может выступать  другое лицо (отец ребенка, акушерка). Действия такого лица квалифицируются по общему правилу о квалификации соучастия в преступлении со специальным субъектом, т.е. по ст. 33 и ст. 106 УК. Напротив, убийство новорожденного, совершенное другим лицом даже с согласия и по просьбе матери, квалифицируется по ч. 1 или ч. 2 ст. 105 УК.

      1.1. Объективные признаки  детоубийства

      Убийство  матерью новорожденного ребенка (ст.106 УК РФ) включает в себя четыре самостоятельных вида:

      1) убийство во время родов;

      2) убийство новорожденного ребенка  сразу после родов;

      3) убийство новорожденного ребенка  в условиях психотравмирующей ситуации;

      4) убийство новорожденного ребенка  в условиях психического расстройства, не исключающего вменяемости³.

      В ст. 106 УК предусмотрено две ситуации.

      Первая  ситуация – убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу же после родов – не обязательно связывается с каким-либо психическим расстройством матери. Практика  знает немало случаев, когда такое убийство совершается расчетливо и хладнокровно, планируется и готовится заранее, нередко из-за нежелания подвергать себя операции аборта. Важно установить, что убийство укладывается в определенный законом промежуток времени («во время или сразу же после родов»). Смягчение законодателем ответственности может быть объяснено тем, что в этот период женщина не всегда в состоянии воспринимать рождающегося человека как самостоятельное существо, продолжает видеть в нем свой плод, ощущать его как источник боли и страданий4.

      Вторая  ситуация – убийство матерью новорожденного ребенка в условиях психотравмирующей обстановки или психического расстройства, не исключающего вменяемости, - напротив, не связывает ответственность со столь узким промежутком времени. Психотравмирующая обстановка может возникнуть до родов, во время родов или некоторое время спустя. Роды сами по себе, необходимость заботится о новорожденном, семейные неурядицы – все это в совокупности может оказаться непосильной нагрузкой для психического состояния роженицы, особенно в первое время. Возможно и психическое расстройство, не исключающее вменяемости (ст. 22 УК). В данном случае состояние влияет и на квалификацию преступления.

      Во  втором варианте речь идет также об убийстве новорожденного ребенка. В медицинской практике новорожденный считается ребенок до достижения им одного месяца. Убийство ребенка большего возраста не может квалифицироваться по ст. 106 УК.

      В первом официальном проекте Уголовного кодекса РФ (1992  г.) формулировка соответствующей нормы была более краткой: «умышленное убийство матерью своего новорожденного ребенка во время родов или непосредственно после родов»⁵. Это совпадало с текстом статей о детоубийстве, имевшихся в то время в большинстве уголовных кодексов других союзных республик. В проекте Уголовного кодекса РФ, принятом Государственной думой в первом чтении (декабрь 1994 г.), детоубийство не было предусмотрено. Модельный Уголовный кодекс для стран СНГ (1996 г.) уточнил условия применения этой нормы, добавив слова: «совершенное в условиях психотравмирующей ситуации, вызванной родами». Это дополнение соответствовало существовавшему в науке уголовного права представлению о смягчающей роли данного обстоятельства.

      Небольшое изменение, внесенное в окончательную  редакцию нормы при последнем  голосовании проекта (слова «а равно» перед второй частью фразы), существенно  расширило ее содержание, разорвав связь между моментом родов и психическим состоянием матери.

      Данные  точки зрения отражают историю понятия  «убийство матерью новорожденного ребенка» и поэтому заслуживают рассмотрения для его уточнения.

      Н.И. Загородников свое возражение против установления специальной нормы о детоубийстве, в которой предусматривается пониженное наказание за это преступление, аргументировал тем, что действующее уголовное законодательство (УК РСФСР) о преступлениях против жизни и без специальной нормы дает суду широкие возможности определить наказание за детоубийство с учетом отягчающих и смягчающих обстоятельств, в том числе  и аномалий в состоянии здоровья женщины, а также особого психологического состояния роженицы. Выделение же состава детоубийства, считал он, создает привилегированное положение для лиц, совершивших убийство новорожденного ребенка по низменным, корыстным, антиобщественным мотивам, иногда жестоким образом и без каких бы то ни было смягчающих обстоятельств.

      Подобную  позицию занимает С.В. Бородин: «Известно, что основанием для выделения детоубийства в самостоятельный состав преступления является то, что женщина во время родов нередко оказывается в тяжелом состоянии, влияющем на психику⁶. Именно такое состояние признается смягчающим обстоятельством. Это правильно. Но вместе с тем необходимо отметить, что далеко не каждое детоубийство совершается при данных смягчающих обстоятельствах. Поэтому заранее относить все детоубийства к совершенным при смягчающих обстоятельствах вряд ли верно. Это ослабляет борьбу с данным видом преступления. Признание детоубийства простым убийством дает возможность дифференцированно подходить к каждому случаю».

      Противоположную точку зрения высказывают другие авторы. В основе их обоснования  отнесения убийства матерью новорожденного ребенка к менее тяжким преступлениям (в ред. УК РСФСР 1960 г.) лежит обстоятельство, связанное со здоровьем виновной, в частности, болезненным состоянием матери, патологическим состоянием роженицы, состоянием остро развившегося психоза, состоянием острого расстройства психики.

      Ряд исследователей данного вопроса  основанием признания детоубийства нетяжким преступлением и понижения за него наказания считают «расстройство», не уточняя его природу и именуя его повышенным нервным возбуждением, особым психическим состоянием, определенным состоянием психики, особым психофизическим состоянием.

      В числе оснований для понижения  ответственности за детоубийство отдельные  авторы называют меньшую степень  общественной опасности виновной. По мнению Б.С. Сарыева, единственной причиной признания детоубийства составом со смягчающими обстоятельствами являются побуждения, толкнувшие на убийство, обусловленные пережитками прошлого в отношении к женщине. Иногда причиной смягчения ответственности является то, что преступное деяние явилось результатом обмана девушки, введения ее в заблуждение.

      На  наш взгляд, более основательным  представляется мнение тех авторов, которые еще до введения нового Уголовного кодекса высказывались о целесообразности выделения детоубийства в самостоятельный состав со смягчающими вину обстоятельствами. Такая позиция по данному вопросу объясняется следующим. Во-первых, судебная практика и уголовное законодательство, учитывая низменность мотивов и общественную опасность, при назначении наказания исходят не только из предумышленности действий виновной, но и из того, какими причинами они были вызваны. Изучение материалов уголовных дел показывает, что в подавляющем большинстве случаев (70%) виновная заранее готовится избавиться от ребенка  и с этой целью скрывает беременность от органов здравоохранения и окружающих, но при детальном рассмотрении вопроса мы выясняем, что субъектом детоубийства  является молодая девушка, покинутая отцом ребенка во время беременности, либо женщина, как правило, незамужняя, которая находится в трудном материальном положении. Иными словами, умысел либо мотив убийств новорожденных детей не возникают сами по себе, их истоки обязательно кроются в социальной среде. На этом основании трудно согласиться с теми авторами, которые утверждают, что мотивы детоубийства низменны, эгоистичны, и поэтому данное преступление нельзя относить к привилегированному составу.

      Во-вторых, достижения медицинской науки свидетельствуют  о том, что беременность и роды, осложненные воздействием на психику  женщины других истощающих факторов, вызывают сильное возбуждение и расстройство психики, под влиянием которых женщина совершает убийство ребенка. Именно поэтому заслуживают внимания взгляды тех ученых, которые основанием смягчения ответственности за убийство новорожденного ребенка считают изменения в сознании и психике женщины вследствие родов. В-третьих,  практика назначения наказания за детоубийство в рамках действия УК РСФСР 1960 г. приводит к выводу, что квалификация действий детоубийц по ст.103 не соответствовала степени опасности этого преступления. При сопоставлении средних размеров наказания, назначаемых судами матерям-детоубийцам и лицам, виновным в совершении иных видов умышленных убийств, выясняется, что средний срок лишения свободы составлял 3,9 года. Средний размер наказания лицам, совершившим иные умышленные убийства и осужденным по ст.103 УК РСФСР, равен 6,2 года⁷. Кроме того, судебная практика зачастую (около 45%) прямо не признавала детоубийство тяжким преступлением: при вынесении приговора суды ссылались на положения ст.43,44,46 УК РСФСР, что предоставляло им возможность назначать наказание детоубийцам ниже санкции ст.103 УК РСФСР. В качестве примера можно привести следующее уголовное дело.

      Р. осуждена по ст.103 УК РСФСР (убийство новорожденного ребенка) к лишению свободы сроком на восемь лет. Заместитель Председателя Верховного Суда внес протест в Судебную коллегию Верховного Суда РСФСР о снижении Р. наказания до трех лет лишения свободы. Судебная коллегия протест удовлетворила: вина Р. материалами уголовного дела доказана, но в части меры наказания приговор суда подлежит изменению. Назначая виновной наказание, суд признал смягчающие вину обстоятельства (признание вины, совершение преступления впервые), но не учел их в достаточной степени. Также не было учтено судом болезненное состояние женщины, вызванное родами, и тот факт, что ее оставил отец родившегося ребенка. С учетом этого, назначение наказания Р. следует признать несправедливым вследствие его суровости и поэтому подлежит снижению до трех лет с применением ст.44 УК РСФСР (условное осуждение).

      В последнее время стали встречаться  молодые женщины имеющие синдром  приобретенного иммунодефицита. Как  правило, в своем большинстве данные женщины приобретают данное заболевание вследствие внутривенного употребления наркотических средств. Мотивом убийства детей среди подобных женщин наряду с общеописанными причинами может быть и нежелание иметь ребенка зараженного ВИЧ-инфекцией. Данный мотив ранее в практике не описывался⁸.

      Законодатель  совершенно обоснованно выделил  в самостоятельную уголовно-правовую норму убийство матерью новорожденного ребенка (ст.106 УК РФ) по признаку специального субъекта (мать новорожденного ребенка), со смягчающими вину обстоятельствами (особые изменения в сознании и психике женщины, вызванные родовыми процессами).

      Изложенное  выше позволяет мне перейти к  дальнейшему анализу объективных и субъективных признаков убийства матерью новорожденного ребенка.

      Уголовно-правовой охране по российскому законодательству в равной степени  подлежит жизнь любого человека независимо от его возраста, физических и моральных качеств. Со смертью человека прекращается уголовно-правовая охрана его жизни. Именно поэтому уголовный закон, ставя одной из своих задач всемерную охрану этого блага, относит преступление против жизни к числу наиболее опасных.

      Объект  посягательства при убийстве матерью  новорожденного ребенка указывает на особую общественную опасность этого преступления. Опасность, прежде всего, состоит в том, что человек лишается жизни.

      Российское  уголовное право содержит глубокую разработку проблемы объекта преступления, суть которой сводится к признанию его в качестве общественных отношений, охраняемых уголовным законом.

      Неразрывная связь между участниками общественных отношений и общественными отношениями  как таковыми позволяет определить объект уголовно-правовой охраны через  характеристику личности человека. Единство общественных отношений и личности не означает их взаимного поглощения⁹.

      В.П. Тугаринов пишет: «Свойство быть личностью присуще человеку не как  биологическому существу, а как социальному  существу, т.е. общественно-историческому человеку как совокупности общественных отношений. Понятия «человек» и «личность» различаются между собой также и в том отношении, что понятие «человек» есть понятие природно-общественное, а понятие «личность» есть понятие социальное, т.е. оно связано не с физическим бытием человека, а с его определенными общественными свойствами. Личность есть человек, взятый в совокупности тех свойств (качеств), которые вырабатываются в нем в процессе взаимоотношений с обществом».

      На  этом основании, при убийстве матерью  новорожденного ребенка в качестве родового объекта выступает личность как совокупность всех общественных отношений и как субъект и носитель конкретного общественного отношения, а в качестве непосредственного объекта  - жизнь новорожденного ребенка.

      Совершенно  ясно, что новорожденный ребенок  лишь со временем может стать развитой, полноценной личностью. Однако сам факт рождения нового члена общества  порождает к жизни ряд новых общественных отношений: ребенок приобретает ряд прав (например, имущественные), у родителей и государства возникают обязанности по его воспитанию, защите и заботе. С этой точки зрения, ребенок должен рассматриваться как потенциальная личность, и поэтому посягательство на его жизнь должно относиться к преступлению против личности¹⁰.

      Понятие такого преступления, как убийство матерью новорожденного ребенка, неразрывно связано с жизнью и смертью человека. Основополагающим здесь является вопрос  определения начального и конечного моментов человеческой жизни, поскольку он в целом ряде случаев может являться решающим при квалификации преступлений, например, разграничение детоубийства от криминального аборта.

      Конституция РФ в ст.20 устанавливает, что «каждый  имеет право на жизнь. Применительно  к теме нашего исследования «право на жизнь» - это совокупность уголовных  и гражданско-правовых норм, направленных  на охрану жизни человека, устанавливающих недопустимость произвольного лишения жизни, запрет активной эвтаназии, дозволенность искусственного оплодотворения и имплантации эмбриона, а также самостоятельное решение женщиной  вопроса о материнстве, в том числе об искусственном прерывании беременности¹¹.

      Например, уголовное дело по факту обнаружения  трупа новорожденного мальчика на берегу р. Большой канал. Л., 32 года, обвиняемая в убийстве новорожденного ребенка, показывала, что забеременела четвертым ребенком. Трое других детей являются несовершеннолетними. В семье трудное материальное положение. На учет в женскую консультацию не вставала. Аборт не делала из-за отсутствия денежных средств. На протяжении всей беременности принимала различные препараты с целью избавиться от плода. По ее подсчетам примерно на девятом месяце ввела себе мыльный раствор, вследствие чего произошли роды. Рожала над унитазом, была уверена в рождении мертвого ребенка. Обнаружив, что младенец родился живой, задушила его и отнесла на свалку на берегу р. Большой канал.

      На  основании изложенного, можно сделать  вывод, что представление о рождающемся ребенке как о человеке, появляется только тогда, когда есть реальная возможность его увидеть. Отметим, что согласно медицинской науке, если ребенок не родился, т.е. не освободился полностью из утробы матери и не приобрел признаков жизни, то он в этот момент является плодом, и, следовательно, посягательство на него не может являться убийством.

      1.2. Субъективные  признаки детоубийства

      Совершение  убийства новорожденного ребенка возможно как с прямым, так и с косвенным умыслами. На это обстоятельство указано в п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)»¹². Следовательно, при совершении детоубийства с прямым умыслом мать новорожденного осознает, что своими действиями (бездействием) создает опасность для жизни ребенка, предвидит наступление смерти ребенка в результате своих действий (бездействия) и желает ее наступления с целью избавиться от новорожденного. При совершении убийства новорожденного с косвенным умыслом мать осознает фактическую сторону и опасность для жизни ребенка, предвидит наступление его смерти, не желает, но сознательно допускает ее наступление или безразлично относится к этому факту.

      Преступный  результат при прямом умысле является единственной целью (убить новорожденного ребенка) или необходимым средством для достижения какой-либо другой цели (избавиться от чувства стыда, позора в случае внебрачной беременности, результатом чего является смерть младенца). При косвенном умысле виновная допускает наступление смерти, либо безразлично относится к ее наступлению.

      Около 70% детоубийств совершается с  прямым умыслом. В этих случаях обстоятельства уголовных дел свидетельствуют о том, что виновная использовала такие действия (бездействия), направленные на убийство новорожденного ребенка, результатом которых неизбежно становилась смерть младенца. К подобным действиям (бездействию), например, можно отнести удушение ребенка руками и ногами во время родов, утопление в ведре с водой, длительное оставление без пищи.

      Примером  убийства с прямым умыслом служит уголовное дело по  обвинению Н., которая самостоятельно родила новорожденного, жизнеспособного младенца. Затем умышленно, с целью совершения убийства новорожденного ребенка, завернула его в пеленки, положила в полиэтиленовый пакет, который вынесла на улицу и положила в мусорный контейнер, где новорожденный ребенок  и скончался.

      Детоубийство  с косвенным умыслом характерно для тех случаев, когда мать, с  целью избавиться от ребенка, оставляет  его в местах, где обнаружение и спасение его маловероятно, а также при неоказании первой необходимой помощи новорожденному при родах, когда возможность оказать такую помощь реально существует (например, вызвать врача, перерезать пуповину, очистить дыхательные пути и т.д.).

      Интересным  представляется и рассмотрение вопроса  о моменте возникновения умысла и влияние данного обстоятельства на квалификацию детоубийства¹³.

      Так, В.И. Ткаченко отстаивал точку  зрения, что: «если детоубийство - результат  заранее обдуманных действий, то оно  должно квалифицироваться как убийство без смягчающих обстоятельств». За подобное решение вопроса высказывался и С.В. Бородин, который указывает, что «детоубийство при подобных обстоятельствах, когда виновная к нему заранее готовится, было бы неправильно признавать совершенным при смягчающих обстоятельствах».

      Обнаружение умысла еще до родов не должно повышать общественную опасность детоубийств, а значит, изменять квалификацию содеянного. Такая позиция подтверждается современной законодательной и судебной практикой, которая не проводит различий в квалификации детоубийств по моменту возникновения умысла. Действительно, при заранее обдуманном умысле между возникновением намерения совершить детоубийство и его реализацией есть определенный, иногда весьма продолжительный период времени. Однако длительный период подготовки к детоубийству свидетельствует о сомнениях и терзаниях беременной женщины. Лишь всесторонняя оценка обстоятельств по делу позволит суду правильно определить значение такого умысла. Анализ уголовных дел и юридической литературы свидетельствуют о том, что решимость избавиться от ребенка преступным путем дается нелегко, после длительных колебаний и переживаний. Такое решение принимается женщиной в период беременности и в состоянии, далеком от спокойного, нормального, т.к. беременность существенно изменяет общее психическое и эмоциональное состояние.

      Следует учитывать, что вовремя прервать беременность женщины не могут в  силу различных причин, но главными уважительными основаниями являются: обещания отца ребенка жениться, вследствие чего пропускается установленный срок (12; 22 недели) для производства аборта; боязнь огласки прерывания беременности в медицинском учреждении (характерно для несовершеннолетних, незамужних и в случаях внебрачной беременности); трудное материальное положение, когда на иждивении существуют несовершеннолетние дети; разнообразные «извинительные» мотивы, которые существенно влияют на первоначальное решение женщины иметь ребенка. Все указанные причины приобретают доминирующий характер в сознании женщины в момент и после родов¹⁴.

      Учитывая  подобные обстоятельства, совершенно недопустимо считать, что заранее возникший умысел на детоубийство обладает большой общественной опасностью и должен влиять на квалификацию содеянного. В данной ситуации необходимо обращать внимание не на момент, когда возникает умысел, а на те обстоятельства, которые послужили поводом к его возникновению.