Умысел и его виды. 33

Содержание

Введение

Среди признаков, характеризующих субъективную сторону преступления, центральное место принадлежит вине. Вина — субъективная предпосылка уголовной ответственности. Согласно ст. 5 УК лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина, уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается.

Вина — понятие уголовно-правовое, в нем выражается психическое (интеллектуальное и волевое) отношение лица к совершаемому им общественно опасному действию (бездействию) и наступившим общественно опасным последствиям. Вина как социальное понятие характеризует отношение лица к сложившимся в обществе социальным правилам и обычаям, предъявляемым к нему требованиям. Отрицательное отношение лица к социальным требованиям, правилам и обычаям, проявившееся в совершении им преступления, и определяет социальную сущность вины.

При раскрытии содержания вины и ее социальной сущности наука уголовного права России опирается на материалистическое понимание сознания и поступка, свободы и ответственности. В соответствии с этим вина рассматривается как реально существующее явление объективной действительности. Отечественные криминалисты отвергают оценочное понимание вины, при котором она рассматривается как упрек, адресуемый лицу, совершившему преступление (Н.В. Лясс).

Хотя вина и другие признаки конкретного состава преступления подлежат оценке со стороны органов расследования и суда, однако от этого вина не становится оценочным понятием, а является фактом объективной действительности и познается ими наряду с другими обстоятельствами дела в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом.

Согласно ч. 1 ст. 24 УК виновным в преступлении признается лицо, совершившее деяние умышленно или по неосторожности. Отграничение этих форм вины осуществляется по содержанию интеллектуальных моментов, нашедших свое проявление в совершенном общественно опасном деянии.

В статьях Особенной части УК не всегда содержатся прямые указания на форму вины того или иного преступления. В таких случаях определение формы вины производится на основе характера преступного деяния, способа его совершения, других субъективных признаков (мотива, цели). Так, в ст. 129 УК клевета характеризуется как распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, при этом в этой норме не указывается на форму вины. Однако наличие в диспозиции статьи указания на заведомо ложный характер измышлений дает основание считать, что клевета — умышленное преступление.

Целью работы является уточнение сущности умысла как формы вины.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

1) рассмотреть вину как признак  субъективной стороны преступления;

2) проанализировать умышленную  форму вины и её виды.

Объект исследования – система отношений связанных с умышленным преступлением.

Предметом исследования является нормативно-правовое регулирование ответственности за умышленные преступления.

Теоретико-методологическую и информационную основу исследования составили работы отечественных и зарубежных ученых по вопросам сущности умысла как формы вины.

Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы.

Глава 1. Вина как признак субъективной стороны преступления

1.1. Сущность субъективной стороны преступления

Являясь общественно опасным действием, совершающееся преступление обусловлено взаимосвязанными субъективными и объективными признаками. К последним относят объект и объективные характеристики. К первым относится субъект и субъективная сторона преступления. Они объединены тем, что разными подходами характеризуют одно – незаконное действие1.

Субъективная сторона преступления отражает все внутренние процессы, которые происходят в сознательной и волевой сфере человека, который совершает или готовится совершить правонарушение.

В действительности имеет место неразрывное существование обеих характеристик содеянного. И объективная, и субъективная сторона преступления обуславливает само действие, в одно время и в одном месте совершаемое лицом. Однако теоретический анализ предполагает рассмотрение обеих характеристик раздельно, имея в виду их внутреннее единство2.

Содержанием является психическая деятельность гражданина. Признаки субъективной стороны преступления включают в себя вину, цель и мотив. Последние два относятся к факультативным характеристикам. В целом они отражают внутренний процесс, который имеет место в психике гражданина, а также отражают взаимосвязь его воли и сознания с совершаемым или предполагаемым к совершению опасным деянием. Среди факультативных характеристик выделяют также и переживания (эмоции) лица. В качестве обязательных эти (факультативные) признаки в нормах закона указываются редко, однако, их присутствие может оказать воздействие на назначение или квалификацию наказания3.

Субъективная сторона преступления используется при разграничении незаконных деяний между собой, а также при отличии их от прочих правонарушений. Уголовное правовое значение для каждой характеристики свое.

Факультативные признаки (эмоции, цель, мотив) принимают статус обязательных в случае, когда они в таком качестве включаются законодателем в структуру имеющегося состава преступления. В разных случаях они могут оказывать воздействие на квалификацию или приниматься во внимание при индивидуализации наказания, выступая отягчающим или смягчающим ответственность обстоятельством4.

Вина, проявляясь в виде неосторожности или умысла, относится к обязательным характеристикам любого незаконного деяния. При отсутствии вины не наступает уголовная ответственность, независимо от степени тяжести последствий деяния5.

Виной называют отношение гражданина к совершенному им действию и его последствиям.

Степень и характер общественной опасности незаконного деяния во многом определяется мотивами и целями содеянного.

Мотивом называют осознанное побуждение к правонарушению. Основой считается человеческая потребность в нематериальных или материальных благах. Мотивы преступления, как правило, базируются на низменных побуждениях. К ним, в частности, относят ревность, корысть, зависть, хулиганские побуждения, карьеризм и прочие.

Целью называют представление преступника о желаемом, конечном результате. Достижение цели, другими словами, виновным осуществляется посредством совершения правонарушения6.

Таким образом, из всего вышеизложенного следует несколько выводов, отражающих значение субъективных признаков преступления:

1. Они – обязательный элемент любого состава правонарушения.
2. Неотъемлемой характеристикой является вина. Без нее нет ни самой субъективной стороны, ни состава преступления в целом.
3. Преступление должно быть правильно обосновано и квалифицировано. Для этого должна быть правильно установлена субъективная сторона в составе правонарушения, все ее признаки, входящие в данный состав. При этом становится возможным отграничение одних незаконных деяний от других.
4. Выявление субъективной стороны дает возможность индивидуализировать и ответственность, и наказание. При этом также становится возможным определение режима лишения свободы виновного.
5. Выявление субъективной стороны способствует укреплению и обеспечению законности7.

1.2. Понятие  вины

Для признания лица виновным недостаточно установить, что это лицо совершило инкриминируемое ему деяние. Осуждение без установления вины будет объективным вменением, т. е. привлечением к уголовной ответственности лишь на основании установления факта связи между деянием и данным лицом. В действительности может оказаться, что вины лица в совершении деяния и наступивших последствиях нет (например, лицо могут привлечь к уголовной ответственности за изнасилование по оговору «потерпевшей», хотя фактически половой акт был совершен по обоюдному согласию, т. е. имеются все объективные признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 131 УК8, при отсутствии вины лица в совершенном деянии)9.

Вопросы вины регламентируются в гл. 5 УК. В соответствии с ч. 1 ст. 24 УК виновным в преступлении признается лицо, совершившее деяние умышленно или по неосторожности. Из данного определения следует, что вина является родовым понятием для умысла и неосторожности, однако понятия вины закон не дает.

В теории уголовного права в настоящее время наиболее распространено понятие вины как психического отношения субъекта к совершаемому им общественно опасному действию (бездействию) и его последствиям, выражающееся в форме умысла или неосторожности10.

Психологическое понимание вины не сразу стало господствующим в доктрине, законе и практике.

Первоначально под виной понималась объективная связь лица с причиненным вредом, а осуждение лица происходило лишь на основании последствий — объективное вменение. Затем вина толковалась как совокупность признаков, характеризующих личность субъекта преступления, а также обстоятельств совершенного им деяния.

Только в 50-х гг. XX в. в нашей стране была отвергнута так называемая оценочная теория вины, в соответствии с которой вина рассматривалась как оценка следствием и судом личности субъекта, а также всех обстоятельств содеянного им, но фактически без учета его субъективного отношения. Правоприменитель словно бы говорил субъекту: «Моя оценка твоего поведения и есть твоя вина»11.

В сущности, «оценочная» теория вины служила и служит теоретическим обоснованием незаконных репрессий. Однако попытки ее «реабилитации» в доктрине уголовного права имеются и поныне. И, к сожалению, следует признать, что до сих пор в правоприменительной практике встречаются случаи объективного вменения, а «оценочное» понимание вины среди правоприменителей распространено. Однако надо ли доказывать, что отступление от психологического понимания вины, данного в законе, недопустимо?12

Глава 2. Умышленная форма вины

2.1. Соотношение  умышленной и неосторожной форм  вины

В ч. 1 ст. 24 УК называются две формы вины — умысел и неосторожность. Исходя из философского понимания соотношения формы и содержания логично сделать вывод, что форма вины выражает ее содержание. Содержание вины составляет психическое отношение лица к совершенному им деянию. Психические процессы подразделяются на интеллектуальные, волевые и эмоциональные. При конструировании умышленной и неосторожной формы вины законодатель использовал только два элемента психики — интеллектуальный и волевой. Различное сочетание интеллектуального и волевого элементов психики образует умышленную и неосторожную формы вины13.

Содержанием умышленной формы вины закон в ч. 1 ст. 25 УК признает прямой и косвенный умысел. Содержанием неосторожной формы вины закон в ч. 1 ст. 26 УК называет легкомыслие и небрежность.

Следовательно, чтобы раскрыть содержание умышленной и неосторожной форм вины, необходимо проанализировать виды умысла и неосторожности. Иначе говоря, необходимо уяснить особенности интеллектуального и волевого элементов психики, а также их соотношение во всех четырех названных в законе случаях: при прямом и косвенном умысле, при легкомыслии и небрежности.

Однако, прежде чем мы приступим к анализу содержания данных понятий, следует обратить внимание на ч. 2 ст. 24 УК, в которой сказано следующее: «Деяние, совершенное только по неосторожности, признается преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса»14.

На первый взгляд в этой части статьи речь идет только о неосторожной форме вины. Фактически же в ч. 2 ст. 24 УК содержится правило, в соответствии с которым определяются формы вины применительно к конкретным составам преступлений, предусмотренным в статьях Особенной части УК РФ. Такого правила не было в УК РСФСР 1960 г., что на практике приводило к многочисленным проблемам15.

Так, в одном из магазинов в продажу поступили мясные консервы с истекшим сроком реализации. Многие из покупателей отравились. В некоторых случаях отравление привело к смерти. Возник вопрос: какова вина в смерти покупателей заведующего магазином, давшего указание о реализации товара, опасного для жизни (т. е. вина по отношению к последствиям)?

На момент совершения данного общественно опасного деяния оно подпадало под признаки состава преступления, предусмотренного ст. 157 УК РСФСР, в соответствии с которой ответственность наступала за выпуск в продажу заведомо недоброкачественных товаров. Исходя из анализа диспозиции статьи, можно было сделать вывод о том, что по отношению к выпуску недоброкачественных товаров вина предусматривалась в виде прямого умысла, поскольку речь шла о заведомо недоброкачественных товарах. А какова вина по отношению к последствиям, которые с точки зрения конструкции состава преступления находились за его пределами? Умысел или неосторожность? К сожалению, закон не давал ясного ответа на данные вопросы.

Поэтому желание законодателя дать точные критерии умышленной и неосторожной форм вины применительно к конкретным составам преступлений в УК РФ 1996 г. вполне обоснованно. Так, в ст. 238 УК, предусматривающей ответственность за сбыт товаров, не отвечающих требованиям безопасности для жизни или здоровья потребителей, указывается на неосторожную вину по отношению к последствиям в виде смерти потерпевших. Это означает, что при наличии умысла к смерти потребителей виновный должен отвечать за убийство, а не за преступление, предусмотренное ст. 238 УК16.

Проблема действующей редакции ч. 2 ст. 24 УК заключается в том, что ее содержание неоднозначно толкуется на практике и в теории уголовного права.

Первоначально редакция ч. 2 ст. 24 УК была иной. Действующая редакция появилась в июне 1998 г., т. е. через полтора года после принятия и соответственно применения УК РФ 1996 г. В первоначальной редакции ч. 2 ст. 24 УК устанавливалось: «Деяние, совершенное по неосторожности, признается преступлением только в том случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса». В соответствии с данной редакцией ст. 24 УК однозначно можно было сделать вывод о том, что ответственность за неосторожное преступление наступала только в том случае, когда это прямо было предусмотрено Уголовным кодексом. Однако законодатель по неизвестным причинам не указал на неосторожную форму вины во многих составах преступлений, в том числе и тогда, когда такая форма вины могла быть единственной, например при халатности (ст. 293 УК). Вместо того чтобы исправить допущенные ошибки в статьях Особенной части УК, законодатель изменил ч. 2 ст. 24 УК, указав, что деяние признается совершенным только по неосторожности, если это специально указано в законе. А если неосторожная форма вины не указана?

В науке уголовного права имеются две трактовки действующей редакции ч. 2 ст. 24 УК.

1. Если в статье  Особенной части УК не указывается  на неосторожную форму вины, то  данное преступление может быть  совершенно только умышленно.

2. Если в статье  Особенной части УК не указывается  на неосторожную форму вины, то данное преступление может быть совершенно как умышленно, так и по неосторожности в зависимости от конструкции и особенностей состава преступления.

Правилен,  второй подход, поскольку в законе содержится формулировка, исключающая возможность иного толкования. Представляется, что если в статье Особенной части УК имеется специальное указание на неосторожную форму вины, то данное преступление может быть совершено только по неосторожности, потому что в этом случае неосторожность «вытесняет» умысел. При отсутствии прямого указания только на неосторожность преступление может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности. Действующий закон в ч. 2 ст. 24 УК проблему определения формы вины применительно к конкретным составам преступлений не разрешил. Он и юридически и фактически оставил ее на усмотрение правоприменителя, исключив лишь умысел при наличии неосторожности17.

Учитывая, что установление вины и других признаков субъективной стороны преступления вызывает значительные сложности, поскольку связано с проникновением в мысли, желания и чувства лица, совершившего преступление, теоретическая разработка вопросов субъективной стороны приобретает неоценимое практическое значение.

2.2. Виды умысла

Согласно ч. 1 ст. 25 УК преступлением, совершенным умышленно, признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом.

Определения умышленной формы вины закон не содержит. Нет общепринятого определения умышленной формы вины и в науке уголовного права. Понятие умысла раскрывается через его виды.

Определение прямого умысла сформулировано в ч. 2 ст. 25 УК. Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления18.

Косвенный умысел определяется в ч. 3 ст. 25 УК. Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

Приведенные формулировки прямого и косвенного умысла в полном объеме относятся только к преступлениям с материальным составом, поскольку их характеристика предусматривает отношение виновного к последствиям. В составах преступлений с законодательной конструкцией, не предусматривающей последствий как обязательного признака, характеристика умышленной и неосторожной форм вины должна быть иной19.

В этом смысле позитивным примером является законодательство иных государств, например УК Республики Беларусь, в котором имеется ст. 24 «Вина в преступлении, не связанном с наступлением последствий». В этой статье сказано:

«1. В преступлении, для наличия которого не требуется наступления общественно опасных последствий, форма вины устанавливается по отношению лица к общественно опасному деянию.

2. Преступление  признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало  общественно опасный характер своего действия или бездействия и желало его совершить»20.

Исходя из анализа данной нормы можно сделать вывод: законодатель Республики Беларусь считает, что подобные преступления могут быть совершены только с прямым умыслом.

Раскрывается содержание прямого умысла в преступлениях с материальным и формальным составами и в Уголовном кодексе Эстонской Республики.

В отечественной науке уголовного права широко распространено мнение, что косвенный умысел, определяемый отношением к последствиям, невозможен в преступлениях, где само деяние образует оконченный состав преступления.

Таким образом, с прямым умыслом могут быть совершены все умышленные преступления независимо от юридической конструкции состава преступления. С косвенным умыслом могут быть совершены лишь те умышленные преступления, в которых последствия относятся к обязательным признакам состава преступления.

И при прямом и при косвенном умысле в преступлениях с материальным составом интеллектуальный процесс умысла характеризуется:

• осознанием общественной опасности своего деяния;
• предвидением общественно опасных последствий21.

Некоторые ученые сделали вывод, что по интеллектуальному признаку прямой и косвенный умыслы совпадают, а различие между ними лишь в волевом моменте. Однако данный вывод представляется не корректным.

Закон раскрывает только один момент интеллектуального отношения субъекта, а именно — осознание общественной опасности своего деяния (действия или бездействия). Относительно предвидения общественно опасных последствий этого сказать нельзя. При прямом умысле лицо предвидит или возможность, или неизбежность последствий. При косвенном умысле лицо предвидит лишь возможность последствий. Следовательно, если лицо при совершении преступления предвидело неизбежность последствий в результате своего общественно опасного деяния, то оно признается действовавшим с прямым умыслом со всеми вытекающими из данного вывода последствиями, ибо понятно, что в подобных случаях лицо не может не желать данных последствий. Например, невозможно представить ситуацию, когда лицо предвидит, что в результате его деяния человек неизбежно погибнет, но, не желая причинения ему смерти, все же совершает общественно опасное деяние, приведшее к гибели потерпевшего22.

Для прямого умысла более характерно предвидение неизбежности последствий, чем их реальной возможности.

Сознание общественно опасного характера своего деяния относится к моменту совершения действия или к моменту отказа от его совершения. Предвидение относится к сфере будущего, поскольку оно следует за совершением деяния. Между деянием и последствиями присутствует причинно-следственная связь, которая также должна осознаваться лицом и входить в сферу его предвидения, т. е. интеллектуальным процессом сознания охватывается не только деяние и последствия, но и особенности причинно-следственной связи между деянием и возможными (наступившими) общественно опасными последствиями. Неосознание наличия причинно-следственной связи между деянием и последствиями исключает уголовную ответственность за умышленное преступление. При прямом умысле, когда лицо желает наступления определенных последствий, оно выбирает такой способ совершения деяния, при котором желаемые последствия с его точки зрения должны наступить в обязательном порядке, или, в исключительном случае, вероятность их наступления должна быть реально возможной при определенных обстоятельствах, к которым лицо стремится. Иначе ему не было бы необходимости действовать23.

Представляется, что в содержание прямого и косвенного умысла включается сознание и предвидение всех фактических обстоятельств, которые соответствуют объективным признакам состава конкретного преступления, предусмотренного уголовным законом. Например, при вменении убийства, совершенного общеопасным способом, обязательным предметом доказывания будет осознание лицом общеопасного способа убийства и предвидение им того, что в результате его деяния смерть угрожала как минимум двум потерпевшим.

Для косвенного умысла последствия не являются желательными. Это плата, которую виновный готов заплатить за достижение иной цели своего деяния. Степень вероятности наступления таких последствий лицо оценивает как реально возможную, т. е., по его мнению, данные последствия могут наступить и с такой же степенью вероятности могут не наступить.

Последствия при прямом умысле составляют цель деяния лица. Последствия при косвенном умысле представляют побочный, не желаемый результат его деяния. В силу значимости последствий для лица степень вероятности их наступления при прямом и косвенном умысле не могут совпадать. Человек, движимый осознанными побуждениями (мотивами), руководствуясь своим сознанием, на основе интеллекта и воли сам ставит себе цели, избирая наиболее оптимальный способ их достижения. Желаемой цели будет сопутствовать и более высокая степень вероятности ее наступления. При этом необходимо иметь в виду, что под желанием последствий закон подразумевает стремление лица достичь цели путем активных действий или сознательного бездействия, а не «голое» желание необходимого результата без затраты физических, интеллектуальных и волевых усилий24.

В ч. 2 ст. 25 УК сказано, что, совершая преступление с прямым умыслом, лицо предвидит возможность или неизбежность последствий. Законодатель на первый взгляд уравнял степень вероятности наступления последствий при прямом и косвенном умыслах, поскольку в обоих случаях последствия могут быть только реально возможными. Представляется, что это не так. Необходимо учитывать, что интеллектуальный момент вины составляет лишь часть умысла. Не менее важен и его волевой момент.

При прямом умысле виновный всегда стремится к определенным последствиям. Однако не во всех случаях его стремление в силу ряда объективных причин неизбежно приводит к их наступлению. В некоторых случаях его стремление может создать лишь реальную возможность их наступления. В подобных ситуациях при доказанности того, что лицо желало наступления определенных последствий, оно признается действующим с прямым умыслом25.

Таким образом, отличие прямого умысла от косвенного заключается как в интеллектуальном, так и в волевом моментах. При прямом умысле лицо, как правило, предвидит неизбежность последствий, к которым оно стремится. В отдельных случаях в силу объективных обстоятельств лицо может предвидеть лишь реальную возможность последствий, стремясь к тому, чтобы они наступили. При косвенном умысле субъект всегда предвидит реальную возможность последствий. Наступившие общественно опасные последствия не являлись целью его деяния. При косвенном умысле цель действий лица и полученный им преступный результат не совпадают изначально. Однако никаких сознательных волевых усилий для предотвращения последствий лицо нс предпринимает. Подобное отношение к общественно опасным последствиям позволяет утверждать, что и при прямом и при косвенном умысле у виновного лица имеется к ним позитивное отношение, только в первом случае — активно позитивное, а во втором — пассивно позитивное26.

Предвидение неизбежности последствий своего деяния исключает косвенный умысел. Это признак прямого умысла.

При совершении преступлений, конструкция состава которых исключает последствия, характеристика умысла включает в себя осознание лицом общественно опасного характера совершаемого им деяния и желание его совершения.

В зависимости от того, с каким видом умысла действовало лицо, решается ряд уголовно-правовых вопросов.

1. Если виновное  лицо действовало с прямым  умыслом, то при отсутствии последствий (при преступлении с материальным  составом) или несовершении деяния (при преступлении с формальным  составом) содеянное, как правило, квалифицируется  по направленности умысла; в зависимости от этапа прерванной преступной деятельности — как приготовление к совершению тяжкого или особо тяжкого преступления или как покушение на преступление. При косвенном умысле содеянное всегда квалифицируется по фактически наступившим последствиям.

Так, во время распития спиртных напитков между гражданами Щ. и В. возникла ссора, в ходе которой Щ. выгнал В. из дома, а когда тот сошел с крыльца, выстрелил в него из обреза, причинив тяжкий вред здоровью В. Районный народный суд осудил гражданина Щ. за покушение на убийство, обосновав квалификацию тем, что выстрел произведен с близкого расстояния и в жизненно важный орган (голову).

Между тем Щ. отрицал намерение лишить жизни В. Он пояснил, что, обидевшись на В., хотел его «попугать» и выстрелил не целясь, тем более что все происходило ночью.

Из материалов дела видно, что выстрел действительно произведен в темноте, при этом Щ. не проявил интереса к результатам выстрела и сразу возвратился в дом. На вопрос находившейся там гражданки 3. ответил, что В. ушел домой. Ранее отношения между осужденным и потерпевшим были нормальные.

Все это свидетельствовало о том, что Щ. безразлично относился к последствиям своих действий — возможной гибели потерпевшего, т. е. действовал с косвенным умыслом, а при отсутствии прямого умысла на лишение В. жизни содеянное не могло квалифицироваться как покушение на убийство27.

2. Предварительная  преступная деятельность в виде  приготовления к преступлению  или покушения на него возможна  только при прямом умысле.

3. Совершение  преступления, конструкция которого не включает последствия как обязательный признак состава преступления, считается возможным лишь при наличии прямого умысла.

4. Решение вопросов  соучастия зависит от вида  умысла лица. Например, организатор  и подстрекатель могут быть привлечены к уголовной ответственности за соучастие в преступлении только в том случае, когда они действовали с прямым умыслом.