Содержание:

Введение

     Сделки  играют большую роль в хозяйственной жизни. О значении сделок можно судить уже потому, что все участники гражданского оборота осуществляют «Жизнь в праве» главным образом путем совершения различных сделок. Так, к примеру, физические лица ежедневно заключают сделки, на основе которых им продают товары, оказывают услуги, выполняют работы. И продолжается это в течение всей жизни человека - от рождения (имеется в виду, что до определенного возраста от имени малолетнего действуют его родители и опекуны) до самой смерти (достаточно указать на завещание, справедливо именуемое «последней волей»). Гражданско-правовая сделка является одним из важнейших институтов, на основе которых функционирует  товарно-денежный оборот, именно поэтому на современном этапе развития гражданского  права, этапе становления и развития рыночных отношений, особую актуальность приобретают вопросы сделок, и в особенности их действительности.

     Действительно, сравнительно небольшой период свободной  экономической деятельности (с начала 90-х) породил ряд проблем, в основном связанных с действительностью и недействительностью сделок: суды нагружены делами, связанными с действительностью сделок, особенно между предпринимателями. Создавшаяся ситуация требует переосмысления некоторых теоретических конструкций, связанных с действительностью сделок, в целях дать  практические рекомендации разрешения некоторых проблем современной правоприменительной практики¹.

     Такое же большое место занимают сделки в предпринимательской деятельности независимо от того, идет ли речь о торговле, торговом посредничестве, банковских и биржевых операциях, которые в иной, чем сделки, форме, не могут существовать. Совершая сделки, организации согласовывают свою деятельность по производству продукции, снабжению друг друга необходимыми материалами, сырьем, оборудованию, по капитальному строительству и выполнению научно-исследовательских, проектных и конструкторских работ. При помощи сделок юридические лица организуют перевозки продукции разными видами транспорта.

     Актуальность  выбранной темы также находит себя в том, что условия действительности сделок, в связи с их широким распространением, все чаще оспариваются в судах, что приводит к излишнему затягиванию гражданско-правовых отношений, затратам, связанным с судебными издержками, наряду с этим к упущенной выгоде.

     Целью настоящей работы является исследование условий действительности сделок в  России.

     Задачи:

1. Изучение понятия сделки, анализ общих положений сделки в соответствии с действующим законодательством.
2. Исследование законности содержания сделки, как условия её действительности.
3. Выявление правовых пробелов, коллизий, связанных с условиями действительности сделок в России.

     При написании данной работы были применены  следующие методы:

1. Исследование
2. Анализ
3. Синтез
4. Систематизация полученной информации.

ГЛАВА 1. Гражданско-правовые сделки как основания возникновения гражданских правоотношений.

§1. Понятие сделки.

      Сделки  являются одним из важнейших и  наиболее распространенных юридических  фактов и оснований возникновения, изменения или прекращения гражданских  прав и обязанностей. Именно поэтому понятие сделки относится к числу основных институтов и понятий гражданского права. Указанное значение сделок и сегодня требует всестороннего и полного изучения их правовой природы, отличительных признаков, условий действительности и оснований их недействительности.

     На  протяжении нескольких десятков лет, начиная  с принятия первого Гражданского кодекса РСФСР в 1922г., многие проблемы теории сделок были глубоко изучены  советской и российской цивилистической  наукой. По целому ряду вопросов высказывались интересные суждения, которые способствовали развитию не только теории права, но и непосредственно гражданского законодательства. Однако до настоящего времени, не смотря на введение в действие нового Гражданского кодекса Российской Федерации, некоторые аспекты теорий сделок оказались неразрешенными.

      Характерно  и то, что в течение более  двух десятилетий, до 1946 г., в советской  и российской цивилистической литературе не уделялось сколько-нибудь серьезного внимания исследованию и разработке рассматриваемого правового института. Мало того, даже не предпринимались попытки дать полное (научное) определение сделки, отграничивавшее ее от недействительных сделок.

     Впервые в литературе научное определение  сделки было сформулировано М.М. Агарковым в 2006 г². Впоследствии был опубликован ряд работ, в которых понятие сделки получило дальнейшее развитие³.

           Относительное обилие литературы, посвященной сделкам  по ранее действовавшему законодательству, ни в коей мере не снимает актуальность исследуемой проблемы, тем более, что до сих пор нет единогласия в определении сделки, нет единого взгляда на соотношение воли и волеизъявления, нет также единого понимания  всех аспектов недействительных сделок и их правовой природы.

     Как было отмечено ранее, сделка — это юридическое действие. Но юридическим действием является и правонарушение. Что же отграничивает сделку от правонарушения?

     В литературе предложена следующая классификация  юридических фактов⁴: события и действия; последние распадаются на правомерные и неправомерные. Правомерные действия в свою очередь делятся на юридические акты и юридические поступки и т.д.

     Поскольку мы не ставим своей задачей дать полную  классификацию юридических  фактов, а только намерение  подойти  к определению сделки путем ее отграничения  от других юридических фактов, то дальнейшее их деление на более детальные виды нас не интересует. Изложенная же выше  классификация юридических фактов, с которой в основном мы согласны, дает возможность подойти к рассмотрению вопроса о том, какие действия составляют сделку.

     Сделку  от деликтов отличает направленность на установление, изменение и прекращение  гражданского правоотношения, но и  то обстоятельство, что сделки являются действиями дозволенными, а деликты  — действиями не правомерными. Кроме того, сделка направлена на достижение положительного результата, к которому и стремятся стороны. Наступление же отрицательных последствий не характерно для стремления субъектов самой сделки.

     Обязательным  признаком сделки является правомерность  действия, составляющего ее существо. Правомерность действия — это конститутивный элемент сделки, отличающий ее от правонарушения. Отсутствие в конкретной сделке элемента правомерности означает, что возникшее по форме как сделка действие на самом деле является не сделкой, а правонарушением.

     Таким образом, сделка — это правомерное  юридическое действие, направленное на достижение определенных правовых последствий, и этим она отграничивается, во-первых, от событий, во-вторых, от неправомерных  действий и, в-третьих, от других правомерных действий.

     Признак направленности на достижение определенного  правового результата, отграничивая сделку от других правомерных действий, вместе с тем, сближает ее некоторыми административными актами, которые  не останавливают общую юридическую норму, определяющую обязательные правила поведения. Такие административные акты, относящиеся к конкретному случаю, порождают правоотношения, и в этом случае они, являются юридическими фактами.

           Сделки должны четко  отграничиваться от подобных административных актов, которым также присущ признак направленности на достижение определенного правового результата.

           И сделка, и административный акт представляют собой правомерное  волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение правоотношения. Однако административный акт, содержащий волю органа государственного управления, выражает начало властвования и обязательного выполнения этой воли. Сделка же есть выражение воли ее участников, действующих как равноправные субъекты гражданского права. Кроме того, сделка непосредственно устанавливает, и меняет или прекращает гражданское правоотношение, административный акт устанавливает административное правоотношение между органом, его издавшим, и адресатом: именно на основе акта будет установлено, изменено, прекращено гражданское правоотношение.

     Мотив является необходимым элементом  всякого волевого акта. Человек всегда действует под влиянием какого-либо мотива, составляющего психологическое  основание действия. Мотив — это  осознанное побуждение обуславливающее действие для удовлетворения какой-либо потребности человека. Возникая на основе потребности,  мотив представляет ее более или менее адекватное отражение.  Он отвечает на вопрос, почему человек ставит перед собой определенную цель и для достижения поставленной цели он действует определенным образом⁵. Мотив сделки является психологическим основанием ее совершения, но он лежит вне сделки.

     По  общему правилу мотивы, по которым  совершена сделка, юридического значения не имеют⁶. Безразличное отношение к мотивам сделки связано тем, что они не входят в содержание сделки (за исключением условных), а распознание и оценка их очень трудна. Гражданский оборот стал бы слишком затруднителен,  неустойчив, если бы можно было оспаривать сделку ввиду того, что мотивы ее не оправдались.

     Следует заметить, что ГК РФ (ч. 2 ст. 178) впервые  установил, что заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного  значения.

     Цель  сделки — это предвосхищение в  осознании результата, на достижение которого направлены действия⁷. Цель выступает как мысленное отражение потребности субъекта сделки в неразрывном единстве со стремлениями, интересами, эмоциями. Она направляет и регулирует действия, выражает активную сторону человеческого сознания.

           Цель в сделке — это то, к чему стремятся участник сделки, например, получение вещи в собственность при купле-продаже. Именно такой правовой результат и является целью сделки. Основание — это то главное, на чем зиждется сделка, то, что составляет ядро сделки.  Главное, что составляет ядро купли-продажи, — это получение вещи в собственность при условии уплаты денежного эквивалента.

     Изложенное  свидетельствует о том, что хотя «цель» и  «основание» — понятия  не тождественные, в сделке они означают одно и то же.

           К категории «цель», которая имеет существенное значение в сделках, предъявляются два основных требования:

     1) цель каждой сделки должна  быть законной;

     2) цель сделки должна быть осуществимой.

     Хотя  законодательство не устанавливает  специальной нормы, регламентирующей осуществимость цели сделки, это качество правильно подмечено В.А. Рясенцевым: «Если в момент заключения сделки цель ее неосуществима, то сделка не имеет юридической силы. (Например, завещание вклада в пользу лица, о смерти которого в момент завещания вкладчик не знал)»⁸.

     Статья 14 Основ, ст. 41 ГК РСФСР, ст. 153 ГК РФ определили, что сделками признаются действия граждан (физических лиц) и организаций (юридических лиц).

     Значит  ли это, что все без исключения физические и юридические лица могут  быть субъектами сделок? Конечно нет. К участникам сделок закон предъявляет ряд требований.

     Статья 17 ГК РФ определяет, что гражданская  правоспособность признается в равной мере за всеми гражданами.  Причем она возникает в момент рождения гражданина и прекращается его смертью. Правоспособность - понятие абстрактное — это только возможность быть субъектом всех тех прав и обязанностей, которые признаны и допущены объективным правом. Для того чтобы эта возможность из абстрактной могла стать конкретной,  лицо должно обладать дееспособностью, которая в полном объеме возникает с наступлением совершеннолетия, т.е. по достижении восемнадцати лет. В случае когда законом допускается вступление в брак до достижения восемнадцати лет, гражданин, не достигший восемнадцатилетнего возраста, приобретает дееспособность в полном объеме со времени вступления в брак (ст. 21 ГК РФ).

     Малолетние  в возрасте от 6 до 14 лет вправе самостоятельно совершать:

     1) мелкие бытовые сделки , 2) сделки, направленные на безвозмездное  получение выгоды, не требующие  нотариального удостоверения либо государственной регистрации,

     3) сделки по распоряжению средствами, предоставленными законным представителем  или с согласия последнего  третьим лицом для определенной  цели или для свободного распоряжения.

     Признавая малолетних в возрасте до 14 лет недееспособными, закон все-таки наделяет их правом совершать конкретные юридические действия в отступление от общего правила. Изложенное дает нам основание считать, что малолетние в возрасте от 6 до 14 лет обладают конкретной дееспособностью, а малолетние в возрасте до 6 лет вообще не наделяются правомочиями.

     Гражданский кодекс Российской Федерации разграничил  дееспособность малолетних и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

     Статья 26 ГК РФ установила, что несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет совершают сделки с письменного согласия своих законных представителей — родителей, усыновителей или попечителя. Сделка, совершенная таким несовершеннолетним, действительна также при ее последующем письмённом одобрении его родителями, усыновителями или попечителем.

           Несовершеннолетний  вправе самостоятельно, без согласия родителей, усыновителей, и попечителя: 1) распоряжаться своим заработком, стипендией иными доходами; 2) осуществлять права автора, произведения науки, литературы или искусства, изобретения или иного охраняемого законом результата своей интеллектуальной деятельности; 3) в соответствии с законом вносить  вклады в кредитные учреждения и распоряжаться ими; 4) совершать мелкие бытовые сделки и иные сделки, разрешенные малолетним в соответствии с п. 2 ст. 28 РФ. По достижении 16 лет несовершеннолетние так же вправе быть членами кооперативов в соответствии с законами о кооперативах.

     Таким образом, законом (ст. 26 ГК РФ) установлено,  что несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет обладают ограниченной дееспособностью. Приведенные соображения свидетельствуют, что при решении вопроса о дееспособности (полной, конкретной или ограниченной) гражданское законодательство исходит прежде всего из возраста субъектов.

     Однако  ограничение дееспособности и недееспособность  связаны не только с возрастом. Статья 30 ГК РФ предусматривает, что гражданин, который злоупотребляет спиртными напитками или наркотическими веществами, ставит свою семью в тяжелое материальное положение, может быть ограничен судом в дееспособности в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации. Над ним устанавливается попечительство. Он может совершать  сделки по распоряжению имуществом, а также получать заработную плату, пенсию или иные виды доходов и распоряжаться ими лишь с согласия попечителя. Самостоятельно он может совершать только мелкие бытовые сделки, и в этом его положение схоже с положением малолетнего в возрасте от 6 до 14 лет, который также обладает только конкретной дееспособностью.

     В соответствии со ст. 29 ГК РФ, гражданин, который вследствие психического расстройства не может понимать значения своих  действий или руководить ими, может  быть признан судом недееспособным в порядке, установленном Гражданским  процессуальным кодексом РСФСР. Над ним устанавливается опека. От имени гражданина, признанного недееспособным, сделки совершает опекун.

     Необходимость медицинского критерия недееспособности вызвана тем, что «...без установления наличия или отсутствия психического расстройства суд должен был бы разбираться в разнообразии степеней и оттенков сознательности и психической уравновешенности людей»⁹.

     Устанавливая  разный порядок признания недействительными  сделок, совершенных лицами, признанными  недееспособными, и лицами дееспособными, но находящимися в момент совершения сделок в таком состоянии, когда они не могли понимать значения своих действий или руководить ими, закон четко разграничивает эти состояния, что имеет большое теоретическое и практическое значение.

           Согласно ст. 171 ГК РФ ничтожна (недействительна) сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства.

     По  ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином  хотя и  дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком  состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, признается судом недействительной по иску этого гражданина.

           Сопоставление этих норм закона приводит нас к выводу, что в первом случае речь идет об установлении условия (основания) ничтожности сделки, а во втором — условия (основания) оспоримости.

     Таким образом, мы установили, что основанием недееспособности по закону служат возраст  и психическое расстройство.

     В связи с этим нельзя согласиться  с высказанным в литературе мнением о том, что понятия недееспособности и невменяемости близки между собой, поскольку и тому и другому присущи медицинский и психологический признаки, что содержание понятия недееспособности шире, чем содержание невменяемости, ибо первое включает в себя и не достижение определенного возраста.

     Участие в сделках юридических лиц  тоже связано с обладанием правоспособностью  и дееспособностью.

     Правоспособность  юридического лица возникает с момента  утверждения его устава или положения  и государственной регистрации (ст. 49, 51 и 52 ГК РФ).

     В отличие от гражданина, который, будучи всегда правоспособным, не всегда обладает дееспособностью, юридическое лицо одновременно становится и правоспособным, и дееспособным. Причем дееспособность, как и правоспособность, юридического лица определяется рамками его устава или положения и закона.

           Когда юридическое  лицо выступает в качестве стороны  в сделке, то условием ее действительности является соответствие этой сделки специальной  или общей правоспособности юридического лица. Этот вопрос решается на основании закона и содержания устава или положения данного юридического лица.

     Однако  запрещение вне уставных сделок не должно стеснять деятельность юридического лица, направленную на достижение поставленных перед ним целей.

     Круг  сделок, которые вправе совершать юридические лица не определяется каким-либо исчерпывающим перечнем и не ограничивается лишь теми сделками, которые являются основным содержанием деятельности этого юридического лица. Оно может совершать самые разнообразные единичные сделки, которые сопутствуют основной деятельности юридического лица и диктуются целью юридического лица, установленной в его уставе или положении о нем.

     Отдельными  видами деятельности, перечень которых  определяется законом, юридическое  лицо может заниматься только на основании специального разрешения (лицензий). В этом случае право юридического лица осуществлять такую деятельность возникает с момента получения соответствующей лицензии или в указанный в ней срок и прекращается по истечении срока ее действий, если иное не, установлено законом или иными правовыми актами.

     Полные (научные) определения сделки, предложенные М.М. Агарковым, И.Б. Новицким и В.П. Шахматовым, а также исследование нами элементов  и признаков сделки позволяют  предложить определение сделки, которое, во-первых, включило бы все имеющие существенное значение ее признаки, во-вторых, отграничило сделку от других юридических фактов, в том числе от недействительных сделок.

     Сделка  должна обладать следующими признаками:

           1) сделка — юридическое действие, т.е. волевой акт;

           2) сделка — дозволенное,  правомерное действие;

           3) сделка — действие, направленное на достижение положительного  результата и приводящее к  нему, т.е. к установлению, изменению  или прекращению гражданских  прав и обязанностей;

           4) участниками сделки могут быть только субъекты гражданского права — физические лица, обладающие дееспособностью (конкретной, ограниченной или полной), и юридические лица, обладающие специальной или общей правоспособностью;

           5) действия могут  быть односторонними (одного субъекта) и многосторонними (нескольких субъектов);

     6) предметом сделки могут быть  только имущественные отношения.

     Определение сделки как правомерного действия дает возможность отграничить ее от действий неправомерных, т.е. правонарушений. Направленность действий на определенный правовой результат дает возможность отграничить сделку от других правомерных действий; совершение действий субъектами гражданского права, т.е. лицами равноправными, позволяет отграничить сделку от административных актов, которые также могут быть направлены на установление, изменение или прекращение гражданских правоотношений (прав или обязанностей).

     Наконец,

     7) волеизъявление субъекта (субъектов)  должно соответствовать его (их) подлинной воле;

     8) действие должно быть облечено в установленную законом или соглашением сторон форму.

§2. Воля и волеизъявление в сделке.

     Из  определения сделки, которое содержится в законе (ст. 14 Основ, ст. 41 ГК РФ и ст. 153 ГК РФ); прежде всего, следует, что сделка относится к тем юридическим фактам, которые являются действиями в противоположность событиям и которые происходит по воле людей. Исходным пунктом волевого действия человека является его потребность (или нужда), испытываемая им (в пище, одежде, обуви, жилище либо в книге, произведениях искусства и т.п.).

           Побудительные стимулы  деятельности человека должны быть им осознаны, чтобы превратиться в мотивы его воли. Прежде чем совершить  действие, человек обдумывает потребность, выбирает способ ее удовлетворения и  только после этого принимает решение. Таким образом, процесс формирования воли человека, направленной на совершение сделки (волеобразование), проходит три стадии: возникновение потребности и осознание способов ее удовлетворения, выбор способа удовлетворения потребности и принятие решения совершить сделку¹⁰.

           Несмотря на то, что  воля имеет большое значение для  права и составляет необходимую  предпосылку возникновения права, являясь только внутренней волей  лице она не способна влиять на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав или обязанностей Для этого внутренняя воля должна стать достоянием других лиц, она должна быть проявлена вовне, ибо воля не проявленная вовне, не имеет юридического значения Решение лица совершить сделку доводится до сведения других лиц посредством волеизъявления. Естественно, что воля, проявленная вовне, не перестает быть волей, но только таким способом она становится известной другим участникам гражданского оборота и может порождать правовые последствия.

     Таким образом, в сделке следует различать  два элемента: волю (субъективный) и волеизъявление (объективный). Оба эти элемента совершенно необходимы и  равнозначны. Только в их единстве заложена сущность сделки. Отсутствие любого из этих элементов означает отсутствие сделки.

           В литературе высказывались различные точки зрения по вопросу соотношения воли (субъективного элемента) и волеизъявления (объективного элемента).

     Одни  авторы считали, что закон отдает предпочтение воле¹¹, другие утверждали, что предпочтение законом отдается волеизъявлению¹², третьи занимали изложенную выше позицию о единстве и равнозначности воли и волеизъявления¹³.

     Таким образом, в литературе высказаны  три различные точки зрения по вопросу соотношения воли и воле изъявления.

           Представляется, что  в сделке должно обеспечиваться  единство, полное соответствие внутренней воли и волеизъявления, их равнозначность. Только в этом случае сделка будет действительной.

     Тот же факт, что на поверхности находится  волеизъявление, не означает, что закон  ему придает решающее значение в  противовес внутренней воле. Волеизъявление — это единственный способ сообщения о действительной внутренней воле субъекта другим участникам гражданского оборота. Поэтому, волеизъявление — следствие свободной воли субъекта сделки и обычно выражает ее действительное содержание.

           Совершенно очевидно, что нельзя противопоставлять  внутреннюю волю и способ ее проявления вовне. Ибо такое же объективное мерило можем мы приложить к намерению, помимо содержания действия и его  формы. Именно в этом значении закон  говорит о волеизъявлении, но исходит он из безусловного единства, воли и волеизъявления, не отдавая предпочтения ни одному, ни другому. И никакие соображения устойчивости гражданско-правовых связей не могут обусловить необходимостью считаться с тем, что было выражено вовне. В тех случаях, когда содержание волеизъявления не соответствует внутренней воле субъекта, закон (ст. 178, 179 ГК РФ) предоставляет возможность признавать такие сделки недействительными.

           Всегда предполагается (действует презумпция), что содержание волеизъявления полностью соответствует действительному намерению, действительной воле лица до тех пор, пока не будет доказано обратное.

     При доказанности несоответствия волеизъявления внутренней воле неизбежно возникает  вопрос о недействительности сделки. Следовательно, для того, чтобы сделка была действительной, требуется полное совпадение внутренней воли и волеизъявления, и ни тому, ни другому не отдается предпочтение.