Уступка права требования и перевод долга

Введение

В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право требования, принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Необходимо обратить внимание на то, что законодатель, говоря о первом основании, в скобках указал "уступка требования", следовательно, об "уступке права требования" можно говорить только в том случае, когда основанием перемены кредитора в обязательстве является сделка. Сам термин "уступка" подчеркивает волевой характер данного явления. Одним из наиболее спорных моментов на сегодняшний день остается вопрос об определении вида договора, на основании которого совершается переход права требования.

Итак, уступка права требования (цессия) - это сделка, по которой одна сторона (цедент) передает другой стороне (цессионарию) право требования, возникшее на основании обязательства. ¹

Исходя из содержания главы 24 ГК РФ, могут быть названы следующие условия уступки права (условия, при которых она возможна): уступка не должна противоречить закону, иным правовым актам или договору; в случаях, предусмотренных законом или договором, для уступки необходимо согласие должника (п. 2 ст. 382, ст. 388 ГК РФ). Кроме того, в юридической литературе и судебной практике встречаются мнения о невозможности уступки права без перемены лиц в обязательстве.²

Перевод долга, наряду с цессией, получил достаточно широкое распространение в современном хозяйственном обороте. Причиной этому стали объективные особенности переходного периода к рыночным отношениям в российской экономике в начале - середине 90-х годов прошлого века. Масштабная инфляция вызвала дефицит оборотных средств. Многие предприятия, созданные в этот период в порядке приватизации государственного и муниципального имущества, не смогли приспособиться к новым условиям хозяйствования, стали фактически неплатежеспособными и обанкротились. Следует также отметить, что сознательное уклонение от платежей по обязательствам было одним из достаточно распространенных способов повышения эффективности использования собственного капитала. Дефицит оборотных средств и порожденный им "кризис неплатежей" объективно вызвали потребность в масштабном применении "безденежных" способов расчетов по обязательствам в виде так называемых зачетных схем, непременными атрибутами которых выступали цессия и перевод долга. ³

Данная тема актуальна на сегодняшний день так как имеются множество подходов к ее изучению. Целью курсовой работы является рассмотрение таких институтов как уступка права требования и перевод долга. Объектом исследования курсовой работы является совокупность правоотношений, возникающих при совершении сделки уступки права требования и переводе долга. Предметом исследования являются конкретные элементы правоотношении уступки права требования и перевода долга.

Работа написана на основе источников, включающих как учебную литературу, так и правовые акты: Кротов М. В., Крашенинников Е. А., Садиков О. Н., Алексеев С. С.. А так же журнальные статьи авторов Югай О. Д., Елисеев С. В., А. Габов, В. С. Ершов.

Структура работы обусловлена целями и задачами исследования.

Глава 1. Общая характеристика цессии

1.1 Формирование условий уступки прав требования

В договоре об уступке права требования (цессии) существо передаваемого требования должно быть четко определено, какие конкретно обязательства передаются цессионарию.

Рассмотрим пример из судебной практики:

Как видно из материалов дела, по условиям спорного договора цессии предприниматель К.Н. Шадчин передал истцу все права (требования), возникшие из сделок, заключенных между ним и ТОО "Магазин N 4 "Кристалл" в период с 01.05.96 по 15.09.97. Но в договоре цессии не указаны конкретные требования, передающиеся новому кредитору… Суд апелляционной инстанции правильно указал, что в спорном договоре отсутствует предмет договора, не определено конкретное требование, передающееся новому кредитору.

Права передаваемые Цессионарию переходят в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Ст. 384 ГК РФ. Например при уступке права требования задолженности переходят права требования погашения задолженности в полном объеме. Цедент, в силу закона, не может передать право требования погашения части задолженности. Вместе с тем передача права требования погашения задолженности не означает передачу только прав по задолженности. Передача прав требования погашения задолженности включает в себя, по общему правилу (в зависимости от условий обязательства), право требования погашения основной задолженности, процентов, пени и штрафных санкций за просрочку, права обеспечивающие исполнение обязательства⁴. Передача права требования означает переход права требования из обязательства в комплексе, отражает сущность и структуру обязательства. Передача же отдельных правомочий нарушает структуру обязательства и ведет к деградации правоотношений, а не к удовлетворению потребностей общества в отношениях по перемене лиц в обязательстве.

А. Габов отмечает: «Запрещение "расщепления" уступаемого права. Этот принцип выражен в четырех правилах: неизменности объема уступаемого права; возможности осуществления уступки права только после прекращения основного обязательства и запрете на уступку права в длящихся обязательствах; признании действительными только тех соглашений об уступке требования, по условиям которых первоначальный кредитор полностью выбывает из соответствующего правоотношения (договора)».⁵

О. Свиреденко, рассматривая вопрос о возможности передачи прав обеспечивающих основное обязательство отмечает: «Ограничивать передачу прав по дополнительному обязательству нельзя, поскольку это будет противоречить существу самого обязательства и института обеспечения исполнения обязательств. Права по дополнительному обязательству, так же как и по основному, принадлежат кредитору, который вправе уступить их другому лицу на тех же условиях и в том объеме, в каком они принадлежат ему на момент передачи. Каких-либо прямых ограничений на этот счет в законе не имеется. Однако следует иметь в виду, что не всякое дополнительное обязательство может быть предметом уступки без передачи основного»⁶ Представляется данный вывод сделан не совсем точно по следующим причинам:

а) в ст. 384 ГК РФ прямо указано на объем переходящих прав кредитора - «…в том объеме и на тех условиях которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе на неуплаченные проценты». Следовательно законодатель указал на полный объем прав передаваемых новому кредитору, в который, в соответствии с ст. 329 ГК РФ включаются неустойка, залог, удержание имущества должника, поручительство, банковская гарантия, задаток и другие способы предусмотренные законом или условиями договора.

б) Вместе с тем, необходимо отметить, что законодатель в ст. 384 ГК РФ связывает условия объема перехода прав требования непосредственно с теми правами, которые существовали на момент перехода права. В связи можно рассмотреть ситуацию, в которой возможность уступки прав требования по обязательству обеспечивающему основное право требования будет возможно, а именно в случае прекращения основного. Только в этом случае можно согласиться с О. Свиреденко о возможности уступки прав по обязательствам обеспечивающим основное, в предложенном примере: «Арбитражный суд принял по одному из дел решение, в соответствии с которым истцу - ЗАО "Инфраструктура ЛТД" было отказано в иске о взыскании 1911 600 руб. неустойки. Данное исковое требование было основано на уступке права по дополнительному обязательству, составляющему сумму указанной неустойки.

Отказывая в иске, суд первой инстанции сослался на ст. 384 ГК РФ, с учетом которой уступка требования влечет перемену лиц в обязательстве в том объеме и на тех условиях которые существуют к моменту перехода прав. В этой связи суд отметил, что перемены лиц в основном обязательстве не произошло, в результате чего не может ее быть и в дополнительном. Поэтому требование о взыскании неустойки было признано неправомерным.

Диспозитивность позиции законодателя по отношению к объему прав переходящих к кредитору выраженная в ст. 384 ГК не означает, что договором могут быть предусмотрены условия перехода как части права, так и права обеспечивающие исполнение. Анализируя судебную практику можно прийти к выводу о невозможности передачи отдельной части права требования. С этой точки зрения закрепленная диспозитивность является мертвой. Можно рассмотреть как вариант передачи части права, например на взыскание основной задолженности, с одновременным отказом от пени, процентов и т.д., то произойдет безусловная перемена лиц в обязательстве, с частичной передачей права требования, что не противоречит закону в силу диспозитивности ст. 384 ГК. Аналогичную позицию высказывает А.С. Дмитриев: «Необходимо отметить, что статья 384 Гражданского кодекса РФ предусматривает возможность частичной передачи прав первоначального кредитора, если об этом будет сделана специальная оговорка в договоре уступки. Однако если придерживаться позиции Высшего Арбитражного Суда РФ, это правило относится только к размеру передаваемых прав и обязанностей, то есть может быть передано право требования части долга должника. Но сам первоначальный кредитор после заключения такой уступки полностью из договора с должником выходит. И он не сможет в дальнейшем претендовать на получение непереданной части долга, поскольку все его прежние права и обязанности по договору прекратились»⁷.

Согласно общепринятому мнению уступка права требования означает только замену кредитора в обязательстве, никаких изменений в объеме прав и обязанностей сторон не происходит. В силу ст. 384 ГК право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в объеме и на условиях, существовавших к моменту перехода прав, если иное не предусмотрено законом или договором. Соответственно в состав передаваемых прав входят дополнительно существовавшие к моменту передачи субсидиарные права, выражающие определенные способы обеспечения обязательств, права на неуплаченные проценты (ст. 384).

К сожалению, как показывает арбитражная практика, зачастую, при составлении договора передачи права требования и перевода долга, часто допускаются ошибки связанные именно с объемом переходящих прав (обязанностей), некоторые неточности допускаются и в литературе.

1.2 Связанные обязательства

На основе договора купли-продажи, выделив основные обязательства сторон (принять, оплатить, передать) рассмотрим возможности по передачи прав требования соответственно:

1. Случай перемены лиц по обязательству принять товар представляется ничтожным по своей правовой природе в силу связанности сущности обязательства с обязательством по передаче товара, в котором кредитора выступает должником. Представляется что рассмотренное правоотношение возможно, но в данном случае не применимы нормы об уступке права требования. При перемене кредитора происходит перемена и должника, что является и одновременным переводом долга, а по своей сути - исполнением обязательства по передаче товара третьему лицу и такое соглашение (договор) является не переменой лица в обязательстве, а существенным изменением условий договора и, в связи с необходимостью получения согласия кредитора на перевод долга, заключенном обеими сторонами. Перемена лица в обязательстве возможна только в случае если обязательство носит односторонний характер прав и обязанностей сторон - одна сторона является кредитором по отношению к другой - должнику. Только в таком обязательстве может быть осуществлена перемена лиц.

2. Передача права требования по оплате товара по договору цессии достаточно распространенное явление. Недостатки этого действия выражаются в пределах ответственности и гарантиях прав покупателя. Допустим продавец передает права требования оплаты товара до фактической его передачи. Дальнейшая несостоятельность продавца по обязательству передать товар, не порождает права покупателя предъявлять претензии к цеденту в силу ст. 386 ГК, устанавливающей гарантии прав цедента, «должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору», что исключает ответственность цедента по обязательствам цессионария (продавца) вследствие не передачи товара.⁸

В приведенном правоотношении просматривается необходимость дополнительного законодательного регулирования отношений по передаче прав требования по связанным обязательствам. Рассмотренное правоотношение значительно ущемляет права должника по обязательствам и здесь можно выделить несколько позиций:

А) к обязательству применимы общие нормы договора купли-продажи устанавливающие основания и порядок предъявления возражений к другой стороне обязательства в связи с недобросовестным исполнением связанного обязательства. В этом случае вытекает конкуренция ст. 386 ГК и общих норм договора - продажи купли (например ст. 463). Правовые последствия такого деяния как расторжение договора для обязательств вытекающих из этого договора с измененными лицами в этих обязательствах. В обязательстве уже изменено лицо, но обязательство регулируется договором и в случае его расторжения представляется прекращение всех обязательств вытекающих из этого договора с двухсторонней реституцией и возмещением убытков от недобросовестной стороны. При этом должник (покупатель) основываясь на нормах договора купли продажи вправе предъявлять претензии не только к продавцу, но и к новому кредитору, при этом ст. 386 ГК уступает, как общая норма, специальным нормам договора купли-продажи.

Б) В силу ст. 386 ГК должник по обязательству может предъявить только возражения в ограниченном объеме. Гарантия прав цедента выглядит почти абсолютной. Все дальнейшие действия по связанным обязательствам не оказывают влияния на исполнение обязательства, в котором произошла перемена лиц. Такой подход почти отделяет обязательство возникшее из договора, от условий договора в силу закона. Ст. 386 ГК в силу приоритета закона по отношению к условиям договора ограничивает возражения должника определенным временным критерием (моментом перехода прав требования), чем изменяет условия договора по возражениям предъявляемым к этому обязательству. Происходит как бы отделение обязательства от условий договора по встречным возражениям, но порядок исполнения обязательства регулируется договорными условиями.

В) Невозможность уступки права требования вытекающего из договора до исполнения всех других обязательств этого договора См.: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 мая 1998 г. N 553/98.. Президиум ВАС указал: «признавая договор уступки требования недействительным, суд руководствовался тем, что уступка права требования в соответствии с нормами главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает безусловную перемену лиц в обязательстве. В то время как Коммерческий народный банк остался стороной по кредитному договору, поскольку обязательства по выдаче кредита полностью им не были выполнены». Президиум ВАС указал на необходимость признания договора цессии недействительным в силу того, что связанные обязательства по кредитному договору не были надлежаще выполнены, ссылаясь на нормы главы 24 ГК. Но такая позиция должна быть подвергнута строгой критике:

- во первых ссылка на главу 24 ГК достаточно неточна, также как ссылка на «действующее законодательство» не позволяет определить конкретную правовую норму на основании которой принято решение.

- во вторых, можно констатировать, что в данном Постановлении, Президиум ВАС делает попытку практического регулирования гражданских правоотношений рассмотренных выше. В гл. 24 ГК действительно указывает на замену кредитора (должника) в обязательстве, но в главе 24 нет ни каких указаний на необходимость замены стороны в договоре. Как неоднократно указано выше замена стороны в обязательстве не означает замену стороны в договоре. Данная позиция Президиума ВАС абсолютно неприемлема, если рассмотреть более сложные многосторонние и смешанные договоры, в которых с этой точки зрения цессия будет почти недопустимой.

Анализируя вышеперечисленные позиции можно заметить в каждой определенные недостатки, но наиболее правильной представляется первая. При уступке права требования из договора в котором другие обязательства прекращены и надлежаще исполнены не представляет особенной трудности для правоприменителя. Но в уступка права требования связанного с другими обязательствами достаточно проблемная.⁹

На примере договора оказания платных образовательных услуг в ВУЗЕ можно отметить что закон не исключает возможности уступки права требования долга за обучение исполнителем новому кредитору, являющемуся кредитором вуза по другому обязательству, вытекающему из иного договора. Для этого согласия заказчика-должника не требуется, достаточно лишь в соответствии с п. п. 2, 3 ст. 382 ГК РФ письменно уведомить заказчика о состоявшемся переходе прав кредитора другому лицу.

Так, по мнению некоторых авторов, обязательства, по которым права и обязанности возникают у кредитора с учетом специальной правосубъектности и в силу соответствующих разрешительных действий определенных органов, оформляющих лицензии, могут приобретаться новым кредитором с соблюдением всех законных процедур, которые прошел прежний кредитор относительно своей правосубъектности ¹⁰. Однако в данном положении речь идет о переходе лишь права требования денежного долга по договору, поэтому не имеет значения, обладает или нет специальной правоспособностью новый кредитор. А вот перевод долга исполнителем по образовательным услугам возможен только на учреждение, имеющее лицензию на право осуществления соответствующей образовательной деятельности.

Объем передаваемых прав может быть меньше или таким же, каким он был у цессионария к моменту заключения соглашения о цессии, поскольку согласно ст. 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором. Кредитор вправе уступить другому лицу все свои права в отношении своего должника (в полном объеме) либо часть своих прав (в меньшем объеме). В последнем случае кредитор не может передать больше прав, чем он имеет. То есть вуз может уступить своему кредитору право на получение с заказчика всей суммы, причитающейся ему по договору оказания образовательных услуг, или ее части.

Соглашение об уступке права требования, вытекающего из договора об оказании платных образовательных услуг, совершается в письменной форме и вступает в силу с момента его подписания, однако стороны могут установить в самом соглашении иной срок вступления его в действие, поскольку это не запрещено законом.¹¹

Глава 2. Некоторые проблемы уступки права требования

2.1 Цессия из двустороннего договора и в "длящихся" договорах

Необходимо подчеркнуть, что уступка права требования (цессия) была известна еще российскому дореволюционному праву, а русские цивилисты считали, что все обязательства способны к изменению субъектов на активной стороне, насколько возможность к тому не преграждена содержанием обязательства или законом.¹²

Субъекты коммерческого оборота в подавляющем большинстве случаев заключают двусторонний договор. Речь идет о договоре, где каждая из сторон одновременно является кредитором и должником, т.е. несет и права и обязанности. В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от каких либо действий, а кредитор имеет право требовать от должника исполнение его обязанности. Это определение наиболее простейшей модели обязательственного правоотношения, в рамках которого осуществляется перемещение только одного материального блага и только в одну сторону (либо воздержание лица от определенного действия). Такие элементарные обязательства встречаются крайне редко, к их числу относится например, заемное обязательство. Гораздо чаще встречаются более сложные модели обязательственных правоотношений, опосредующие встречное перемещение различных материальных благ. Не возникает вопросов по поводу уступки прав из обязательственного правоотношения, где цедент исполнил свою обязанность и обладает только правом требования встречного исполнения. Например, при совершении покупателем действия по уплате продавцу покупной цены эта его обязанность прекращается. На стороне покупателя остается право требовать передачи ему вещи. Все права и обязанности, относящиеся к уплате цены, исчерпаны. Следовательно, в том случае, когда лежащая на кредиторе обязанность погашена надлежащим исполнением и все иные обязанности прекратились, взаимное обязательство фактически становится односторонним. Но и для этого простейшего примера в юридической литературе можно встретить мнение о том, что одной из основных кредиторских обязанностях является принятие исполнения, предложенного должником. В связи с этим ставится под сомнение возможность уступки права требования, если оно включает в себя обязанность принять исполнение.¹³

И.В. Елисеев утверждает что обязанность приемки исполнения в принципе неотъемлема от любого права требования. Перевод этой обязанности не является переводом долга по смыслу, ибо в противном случае стала бы невозможной цессия как таковая: она всегда сопровождалась бы переводом долга.¹⁴

Что же касается так называемого сложного обязательства, то здесь найти ответ нелегко. Законодатель не дает прямого определения сложного обязательства, что порождает ряд трудностей при разрешении вопросов о допустимости цессии.

В современной юридической литературе эта проблема решается по-разному. Например, М.В. Кротов считает, что "поскольку субъект во взаимном обязательстве выступает как кредитором, так и должником, то для его замены необходимо соблюсти условия, относящиеся как к уступке права требования, так и к переводу долга. Таким образом, кредитор, уступая право требования по взаимному обязательству, должен лишь получить согласие должника для того, чтобы состоялся одновременный перевод долга. Невозможно разделить обязательство и уступить только права, сохранив за собой обязанности, равно как невозможно совершить уступку права требования, получив отрицательный ответ должника или не поставив его в известность". ¹⁵

Иное мнение высказывает Е.А. Крашенинников: "Ни в коем случае не исключается уступка требования из взаимного договора. В результате уступки требования цессионарий не становится стороной договора"¹⁶. Действительно, в гл. 24 ГК РФ не сказано, что при перемене кредитора в обязательстве происходит замена стороны в договоре.

Очевидно, некоторые авторы смешивают понятия "обязательство" и "договор". Но если считать, что понятие "обязательство" полностью совпадает с понятием "договор", то тогда, как правильно отмечает В.В. Почуйкин, как понимать ст. 329 ГК РФ, где сказано, что исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией и другими способами, предусмотренными законом или договором? Какое здесь упоминается "обязательство"? Представляется, что речь идет об исполнении обязательства в узком смысле, а не об обеспечении исполнения договора. Под обязательством (из договора) в широком смысле понимается вся совокупность правомочий и обязанностей сторон по договору, но исходя из толкования ст. 329, 365, 382, 405, 406 и др. можно сделать вывод, что в этих нормах (в отличие от названий разделов ГК РФ) подразумеваются обязательства в узком смысле. Таким образом, уступка права требования, возникшего из взаимного договора, вполне допустима. Кстати, деление обязательств на обязательства в широком смысле и обязательства в узком смысле можно встретить и в германском праве.

Так, Я. Шапп отмечает: "Во второй книге ГГУ законодатель использует понятие обязательственного отношения для обозначения как обязательственного отношения, так и самого притязания. Это вызывает необходимость в каждом случае устанавливать, в каком смысле используется это понятие. Обязательственное отношение в первом случае обозначается так же, как и обязательственное отношение в широком смысле, обязательственное правопритязание - в качестве обязательственного отношения в узком смысле"¹⁷.

Не стоит, однако, воспринимать возможность уступки прав в отрыве от обязанностей по договору безгранично. Существуют права, тесно связанные с обязанностью из договора, в таком случае возможность уступки ставится под сомнение. При разрешении этого вопроса необходимо исходить из существа уступаемого права, соблюдения интересов должника и требований закона.

В теории гражданского права понятие "длящиеся договоры" (равно как и "длящиеся обязательства") отсутствует, данный термин был выработан судебной практикой. В.В. Почуйкин пишет, что "судебно-арбитражная практика исходит из того, что длящимися обязательствами являются отношения, возникающие из договоров поставки, энергоснабжения, газоснабжения, водоснабжения, оказания коммунальных услуг и т.д., т.е. те отношения, когда одна из сторон обязана в течение определенного периода времени (месяц, квартал, полгода, год, несколько лет) совершать определенные действия (поставлять товар, снабжать энергией, газом, водой, оказывать коммунальные услуги и т.д.), а другая сторона по этому договору - в установленные договором сроки оплачивать полученное благо. Такие отношения носят длящийся характер" .¹⁸

В судебной практике встречаются случаи признания недействительной уступки права требования об оплате услуг за определенный период третьему лицу, когда такое право требования возникает из договора, носящего длящийся характер (например, Постановление Президиума ВАС ПФ от 10 сентября 1996 г. N 1617/96).

Выяснилось, что уступка права в отрыве от встречного обязательства возможна, но как быть с "длящимися обязательствами". Что в данном случае уступается: часть требования или самостоятельное требование? Думается, что "длящиеся договоры" (водоснабжение, газоснабжение и т.д.) состоят из нескольких самостоятельных обязательств, количество которых зависит от срока договора и установленных периодов оплаты. Например, ГЭС обязана перечислять МП "Горводоканал" определенную денежную сумму не позднее 10-го числа каждого месяца. Так вот, обязанность по перечислению конкретной суммы за каждый период и соответственно право МП "Горводоканал" требовать исполнения этой обязанности составляет отдельное обязательство в рамках договора по водоснабжению. Следовательно, уступка права требования по такому обязательству не противоречит гл. 24 ГК РФ и не может быть признана по вышеуказанному основанию недействительной. Надо сказать, что некоторые цивилисты (например, В.В. Почуйкин, А.С. Яковлев ) видят в уступке права требования об оплате услуг за определенный период по "длящемуся договору" уступку части права.¹⁹ Однако автор не разделяет этого мнения и настаивает на том, что в данном случае речь идет об уступке самостоятельного требования, а не его части²⁰.