Усыновление (удочерение

Министерство  образования Республики Беларусь

Белорусский государственный  университет

Юридический факультет

Кафедра гражданского права

Курсовая работа

Усыновление (удочерение)

Выполнила:

студентка 4 курса, 2 группы,

юридического факультета БГУ

специальности «Правоведение»

заочной формы обучения

Муц Каролина Алексеевна

_________________

Научный руководитель:

                                                                                       Соколов Сергей Павлович

               доцент

Минск

2011 

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

     Республика  Беларусь рассматривает своей  важнейшей политической, социальной  и экономической задачей защиту  государством и обществом детства,  семьи и материнства. Праву  ребёнка жить и воспитываться  в семье корреспондирует не  только обязанность родителей  по обеспечению необходимых условий  жизни и воспитания, но и обязанность  государства обеспечивать условия  для реализации этого права  и контролировать выполнение  своих обязанностей родителями  и лицами, их замещающими. 

     Усыновление  в Республике Беларусь является  приоритетной  формой устройства  детей-сирот и детей, оставшихся  без попечения родителей, цель  которого состоит в том, чтобы  обеспечить детям надлежащее  воспитание, проживание в благоприятных  семейных условиях и защиту  их прав и законных интересов.  Статья 119 Кодекса Республики Беларусь  о браке и семье (далее - КоБС) определяет усыновление как юридический  акт, в силу которого  между  усыновителем и усыновлённым  возникают такие же права и  обязанности, как между родителями  и детьми.

     Под усыновлением понимается и общественное отношение, суть которого сводится к тому, что в семью принимается посторонний ребенок с целью содержания и воспитания его как своего родного сына или дочери.

     Кроме того, известный юрист в сфере семейного Ю. Беспалов рассматривает усыновление  как способ, применяемый судом для защиты прав и интересов ребенка. В основу такого подхода положено назначение усыновления. Представляется, что усыновление предназначено для реализации прав ребенка, оставшегося без родительского попечения и, прежде всего, права жить и воспитываться в семье и права на защиту. [1]

     Несмотря на все многообразие определений усыновления, считаем, что необходимо остановиться на понятии определяющим усыновление как юридический акт, в силу которого между усыновителем и ребенком устанавливаются такие же правовые отношения, какие существуют между родителями и детьми по происхождению.  При этом, усыновленные дети теряют юридическую связь с родителями (либо одним из них) и приобретают таковую с посторонними лицами - усыновителями, ничем не отличаясь по правам и обязанностям по отношению к ним от родного ребенка. [2, с.56]

     Институт усыновления в Республике Беларусь регулируется, прежде всего, Кодексом о браке и семье, Положением о порядке передачи детей на усыновление (удочерение) и осуществления контроля за условиями жизни и воспитания детей в семьях усыновителей на территории Республики Беларусь, утверждённым постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 28.02.2006 г. № 290; Конвенцией по защите детей и сотрудничеству в отношении международного усыновления, заключённой в Гааге 29.05.1993 г., утверждённой Указом Президента Республики Беларусь от 2 мая 2003 г. № 183; Положением о порядке международного усыновления (удочерения) и установления международной опеки, попечительства над детьми, утверждённое постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 31 января 2007 г. № 122, а также иными законодательными актами.

     Согласно действующему законодательству, усыновление возможно в отношении несовершеннолетних детей и только в их интересах – это центральный принцип института усыновления.

     Актуальность темы курсовой работы обусловлена, с одной стороны, большим интересом к теме "Усыновление (удочерение)" в современной науке, с другой стороны, ее недостаточной разработанностью. Рассмотрение вопросов связанных с данной тематикой носит как теоретическую, так и практическую значимость.

     Целью исследования является изучение темы "Усыновление (удочерение)" с точки зрения новейших отечественных и зарубежных исследований по сходной проблематике.

     В рамках достижения поставленной цели были поставлены следующие задачи:

1. рассмотреть историю  развития института усыновления;

2. изучить теоретические аспекты и выявить природу усыновления;

3. обозначить возможности решения коллизионных норм семейного законодательства;

4. обозначить тенденции развития семейного законодательства в части усыновления;

     Работа имеет традиционную структуру и включает в себя введение, основную часть, состоящую из 3 глав, заключение и библиографический список.

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ, УСЛОВИЯ И ПОРЯДОК УСЫНОВЛЕНИЯ  

(УДОЧЕРЕНИЯ)        

1. История усыновления

  Усыновление как «искусственное сыновство», как прием «стороннего» в состав семьи совершалось в Древней Руси еще во времена язычества. В пору, когда на смену язычеству пришло христианство, усыновление осуществлялось церковью посредством особого акта, исходящего от церковной власти. Оно освящалось особым церковным обрядом «сынотворенья». Для того чтобы усыновление имело силу, оно подлежало утверждению епархиальным архиереем при соблюдении определенного церковного обряда. Такими были требования, предъявлявшиеся к усыновлению нормами византийского права, под влиянием которых тогда находилась Русь.

     Следовательно, усыновление было известно еще тогда, когда существовала древняя семья с патриархальным отцом семейства во главе, в которую одинаково входили и дети, и рабы, и принятые в семью (примаки) из чужой семьи. Но если ранее усыновление вызывалось потребностью сохранить численность, прочность общины, то со временем все отчетливей становится другая цель усыновления — иметь наследника, который поминал бы души бездетных супругов. Это был своеобразный отголосок древности, поскольку в пору христианства заботу о душе усопшего можно было поручить церкви, а в языческие времена принесение ему жертв составляло исключительную обязанность его детей. Вместе с тем при усыновлении учитывались интересы не только усыновителя, но и усыновляемых, особенно тех, кто утратил собственную семью.

     Долгое время правила, касающиеся усыновления, не подвергались существенным изменениям и по-прежнему отличались большим разнообразием. Но по мере укрепления частнособственнических начал в семейных отношениях все большее значение стало приобретать предписание: нельзя усыновлять своих незаконных детей. Тем самым создавались преграды на пути возможного посягательства на собственность усыновителя со стороны его незаконных детей.

     В период реформ Петра I усыновлению как таковому специально внимания не уделялось. То же было характерно для эпохи царствования Екатерины II, которая много занималась укреплением правовых основ Российского государства, правовым регулированием различного рода отношений, в том числе семейных и особенно связанных с защитой прав детей. Но специальных законов, посвященных усыновлению как таковому, тогда не было.

     Законодательство, посвященное усыновлению, стало развиваться в основном в начале 19в. 11 октября 1803 г. появился Указ, позволяющий бездетным дворянам усыновлять ближайших законнорожденных родственников «через передачу им при жизни фамилии и герба». Несколько позже появляется целая серия указов, специально предназначенных для усыновления. Все они обращали внимание на необходимость неукоснительного соблюдения принципа сословности при усыновлении дворянами, купцами, нижними воинскими чинами и т.д. Усыновление лицами, принадлежащими к дворянскому сословию, в то же время получило значение генеалогического. Но существовало оно не только для поддержания угасающей фамилии, но и с целью приобретения ребенком новой семьи.

     С середины 19в. стали появляться правила, оказавшие влияние на усыновление, и в их числе те, что позволяли усыновлять не только сирот. Однако если родители ребенка были живы, требовалось их согласие на усыновление. Заметной вехой в законодательстве, посвященном усыновлению, стал Закон от 12 марта 1891 г. «О детях усыновленных и узаконенных». Этот закон разрешал не только узаконить, но и усыновлять незаконнорожденных детей. В это время усыновление понималось уже более широко — не только как средство решения имущественных проблем, но и как акт, имеющий моральное значение. В любом случае оно тесно связывалось с мотивацией поведения усыновителя, а потому усыновление делилось на несколько категорий. В первую входило усыновление по обещанию, которое считалось самым ценным, поскольку обещавший усыновить обычно делал все, чтобы усыновленному ребенку было у него хорошо. Во вторую категорию входило усыновление ребенка привязавшейся к нему кормилицей. И наконец, в третью, менее желательную — усыновление за награду. Считалось, что ценность такого акта невелика.

     Свод Законов Гражданских, впитавший многовековой опыт правовой культуры прошлого, по-прежнему всячески охранял принцип сословности. Это обстоятельство отражалось в конкретных правовых предписаниях. Свод Законов Гражданских не допускал усыновления чужих детей, если у усыновляющего были собственные законные или узаконенные дети.  Сохранялись и существовавшие прежде правила по поводу разницы в возрасте усыновителя и усыновляемого, согласия родителей, опекунов ребёнка на его усыновление и др. [3, с.156-157]

     Таким образом, для конца 19 и начала 20 в. характерно использование усыновления, прежде всего для охраны имущественных интересов усыновителя-наследодателя. Одновременно благодаря усыновлению осуществлялась защита прав ребенка путем его устройства в семью усыновителя. Особое значение это имело для осиротевших детей. В сельской же местности усыновление давало возможность усыновителю приобрести дополнительные рабочие руки в домашнем сельском хозяйстве. И, что не менее важно, с помощью усыновления хозяйскому сыну можно было избежать воинской службы, так как усыновленный мог его заменить в случае призыва. Поэтому существовал специальный закон, где говорилось, что для исполнения воинской повинности имеет значение усыновление детей не старше пяти лет. Немаловажным для усыновителя соображением было его желание иметь в преклонном возрасте помощника и кормильца. Далеко не всегда усыновитель руководствовался соображениями материального, делового характера. Не было редкостью и усыновление как способ удовлетворения естественных чувств любви и привязанности, не находящих применения за отсутствием собственных детей.

     После Октябрьской революции практически во всех сферах жизни советского общества произошли серьезные перемены. Не стало исключением и правовое регулирование семейных отношений. В частности, с 1918 года было отменено усыновление.

     Исследователи называют несколько причин столь кардинального изменения в советском семейном законодательстве по сравнению с законодательством царской России. Основная из них - опасение, что в существующей на тот момент политической и социальной обстановке "усыновление будет использоваться для обхода закона, а именно - запрета использования наемного труда и отмены права наследования.

     Другая причина - ненадобность усыновления для целей уравнения в правах детей, рожденных в браке и вне брака. Вопрос о социальном статусе незаконнорожденных детей был актуальным во все времена, и регулярно предпринимались попытки его решения при помощи института усыновления. Декретом Совета Народных Комиссаров от 19 декабря 1919 года были уравнены в правах брачные и внебрачные дети. Для отмены усыновления существовала и причина идеологического характера. Предполагалось, что органы социального обеспечения будут иметь широчайшие задачи и функции, что будет устранена частная благотворительность, а заботу о детях целиком возьмет на себя государство. В первые годы советской власти роль государства в деле воспитания детей абсолютизировалась. Как писал П. И. Люблинский, «государство должно быть высшим опекуном ребенка... Государство рассматривает родительскую власть лишь как некоторую подчиненную его надзору форму попечения о ребенке… Государство, а не семья, определяет минимум необходимого для ребенка образования, ухода, благополучия... семейные отношения перестают быть одним из институтов права частного, как- то традиционно признается, а становятся одним из отделов права публичного, проникнутого властным вмешательством государства". [4, с.8]

     В литературе называлась еще одна, причина - теоретического характера. В основу семейного союза Кодексом 1918г. было положено "действительное происхождение" детей. Это начало было несовместимо с институтом усыновления. Считалось, что усыновление создаёт искусственное родство, а новое право, порывающее с фикциями вообще, и в этом случае от них отказывается.

     Несмотря на  отмену права усыновлять, законодатель признавал отношения усыновления, возникшие ранее. Усыновленные в дореволюционный период в соответствии с законодательством, действовавшим на момент установления усыновления, приравнивались к родственникам по крови. Но признавались только такие отношения, которые фактически действовали к моменту издания Кодекса. 

     Как способ узаконения фактических отношений усыновления во многих местах использовали институт примачества. Земельный кодекс Советской республики устанавливал, что состав крестьянского двора увеличивается в случае вхождения в крестьянский двор примака.  Примаком мог быть  не только несовершеннолетний, но и совершеннолетний. Иногда примаком являлось семейное лицо, тогда оно принималось на двор с  семьей. После этого примак становился полноправным членом крестьянского двора и приобретал права на имущество общего пользования. Размер доли примака в имуществе крестьянского двора определялся исходя из времени его работы и вложенного труда.

     Но попытки использовать примачество как замену усыновления не удовлетворяли полностью ни интересам семьи, ни интересам ребенка, принятого в семью, так как порядок установления отношений примачества, правовое положение примака и членов крестьянского двора значительно отличались от модели желаемых отношений. Эти институты имели разные цели. В основе отношений примачества лежал договор между примаком и крестьянским двором, одним из основных условий которого был личный труд примака. Ребенок же принятый в семью, в силу возраста или физических данных не всегда мог участвовать в трудовой жизни семьи. Защита прав примака в отношениях с крестьянским двором полностью ложилась на него самого, тогда как при усыновлении защита прав несовершеннолетних поручалась усыновителям, родителям и соответствующим государственным органам. Повсеместно росла детская беспризорность. Кроме того, содержание огромного количества детских учреждений для детей, лишенных родительского попечения, значительно увеличивало государственные расходы страны, и без того находившейся в тяжелом экономическом положении в результате войн.

     Таким образом, необходимость возрождения института усыновления становилась все более очевидной. Вот почему незадолго до принятия нового, второго по счету семейного кодекса появился Декрет ВЦИК и СНК РСФСР от 1 марта 1926 г. «Об изменении Кодекса законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве», которым вводилась новая глава, посвященная специально усыновлению.

     Кодекс законов о браке, семье и опеке 1927 г. уделял усыновлению сравнительно мало внимания.  Его предписания в этой части либо имели общий, традиционный характер, либо содержали особенности, продиктованные новыми требованиями времени. По сути дела существовавший веками в России принцип сословности был сохранен и продолжал жить, но только в ином облике. Так, ни при каких обстоятельствах не допускалось усыновление ребенка лицами, не имеющими права быть опекунами. А это были лица, лишенные избирательных прав, причисляемые к «враждебным классам». Считалось, что нельзя допустить,чтобы воспитанием усыновленных занимались «враждебные элементы», которых выгоняли, выселяли, раскулачивали как классовых врагов.[5]

     По кодексу 1927 г. правовым основанием усыновления было постановление (решение) органа опеки и попечительства, после вынесения, которого усыновление регистрировалось в органах записи актов гражданского состояния. Отменить усыновление можно было двояким путем: с помощью либо органов опеки и попечительства, когда об этом просили родители, без согласия которых состоялось усыновление, либо суда.

Правовые предписания  того времени относительно усыновления были предельно лаконичными, что порождало множество проблем в правоприменительной практике. И по мере накопления опыта становилось ясно, что существующих правовых норм для последовательной защиты усыновленного ребенка явно недостаточно. К числу наиболее острых относился вопрос о возможности усыновления без согласия родителей. Путь к защите прав ребенка в таких случаях был открыт еще в 1934 г. циркуляром Нарком проса РСФСР, разрешавшим усыновление без согласия родителей, если более года было неизвестно их местопребывание, а также когда они жили отдельно и не участвовали в воспитании и содержании несовершеннолетнего.

     Усыновление детей в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. позволило облегчить судьбу тех, кто потерял родителей, и стало своеобразным символом проявления патриотизма и гуманности. Усыновление детей, находящихся в эвакуации, потерявших свою семью и родителей, приняло массовый характер безотносительно к национальной принадлежности усыновителя и усыновляемого. С целью усовершенствования действовавшего законодательства по усыновлению в 1943 г. был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об усыновлении». Это был еще один шаг к укреплению правовых предпосылок усыновления. Но только спустя много лет, в 1999 г. Кодекс о браке и семье Республики Беларусь достаточно подробно и тщательно урегулировал отношения, связанные с усыновлением. И чтобы было ясно, что речь идет о детях обоего пола, в тексте этого кодекса стал фигурировать помимо термина «усыновление» термин «удочерение». Специальные правила, посвященные усыновлению без согласия родителей, изменению фамилии, имени, отчества усыновляемого, отмене усыновления только в судебном порядке, и прочие облегчали возможность такого усыновления, которое отвечало интересам ребенка, и одновременно не допускало неоправданного нарушения прав его родителей, других лиц. Теперь основной идеей  усыновления стали интересы не только усыновляемого, но и лиц, желающих обрести родительские права и обязанности, стремящихся к тому, чтобы их семья была полной, а под интересами усыновляемого стали понимать, прежде всего, благоприятные условия его воспитания.

     Обзор основных этапов развития законодательства об усыновлении наглядно демонстрирует, как время и своеобразие того или иного отрезка истории сказались на усыновлении, которое, казалось бы, носило частный характер. Тем не менее, именно усыновление во все времена как зеркало отражало особенности государственного воздействия на семейные отношения.

2. Понятие и условия усыновления

     Усыновление (удочерение) - наиболее предпочтительная форма устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Усыновление - это переход прав и обязанностей от биологических родителей (родителя) ребёнка к усыновителям (усыновителю), при котором ребёнок в правовом отношении полностью приравнивается к биологическим детям усыновителя. При этом, естественно, утрачиваются все права и обязанности родных (биологических) родителей ребёнка.

     В Республике Беларусь рекордным для усыновления стал 2009 год. Семью обрели 582 белорусских ребенка-сироты - это самый высокий показатель за 12 лет работы Национального центра усыновления. В стране динамично развивается институт приемной семьи. Изменяется и социальный портрет усыновителя. Если в 2007 году преобладали представители силовых ведомств (военные, пограничники, милиционеры, таможенники, сотрудники госбезопасности, МЧС), то в 2008 году больше стало инженерно-технических работников, а в 2009-м - представителей малого бизнеса, интеллигенции, квалифицированных рабочих. В основном, усыновители имеют высшее образование, преимущественно относятся к категории населения со средним достатком.

     В настоящее время в Республиканском банке данных об усыновлении (удочерении) детей, оставшихся без попечения родителей, насчитывается чуть более 6 тыс. ребят, проживающих в интернатных учреждениях. И с каждым годом их становится все меньше. В Беларуси приоритет отдаётся отечественному усыновлению детей-сирот. Это регламентируется международными документами в данной сфере.

     Усыновление является самой предпочтительной формой устройства детей, оставшихся без попечения родителей на воспитание в семью. Усыновители, добровольно принимая на себя всю полноту обязанностей, возложенных законом на родителей, приравнены к ним во всех отношениях и наделены теми же правами.

     Основанием возникновения усыновления является юридический акт компетентного государственного органа, по новому законодательству — решение суда. Волеизъявление усыновителя обычно рассматривается как одно из условий усыновления. Представляется, что, таким образом, принижается правовое значение волеизъявления усыновителя. Решение об усыновлении принимается судом, и правовые последствия усыновления возникают лишь с момента вступления этого решения в законную силу. Однако и без волеизъявления усыновителя усыновление не может возникнуть. Усыновление нельзя рассматривать в качестве соглашения между усыновителем и ребенком, поэтому, основанием возникновения усыновления следует считать сложный состав юридических фактов: волеизъявление усыновителя и решение суда об усыновлении. Согласие иных лиц — ребенка и его родителей — на усыновление не входит в состав юридических фактов, влекущих возникновение усыновления. В ряде случаев усыновление возможно и без такого согласия. [6, с.78] Гражданское процессуальное законодательство от усыновителя требует предоставить не согласие на усыновление, а заявление, выражающее его желание усыновить ребёнка. И, естественно, данное волеизъявление не должно рассматриваться как условие усыновления. Как отмечает Т.В. Ткаченко, «условие сопровождает какое-то явление, имеющее значение. А действия усыновителя сами по себе не имеют юридического значения и, будучи поддержаны решением суда, порождают правовой результат». [7, с.13] Таким образом, действия усыновителя в данном случае следует относить не к условиям, а к основаниям возникновения правового отношения.

     Усыновление имеет одновременно правоустанавливающее и  правопрекращающее значение. С вступлением решения суда об усыновлении в законную силу между усыновителем и усыновленным возникают правоотношения, аналогичные родительским. В этом состоит его правоустанавливающее значение. Одновременно усыновление влечет прекращение всех правоотношений между усыновляемым и его родителями и родственниками. Усыновленные дети и их родители и родственники взаимно освобождаются от всех имущественных и личных неимущественных прав и обязанностей.

     Из этого правила могут быть предусмотрены исключения. Если ребенок усыновляется только одним лицом, возможно сохранение правовой связи между ним и родителем противоположного усыновителю пола. Так, возможно сохранение правовых отношений с матерью, если усыновитель мужчина, или с отцом, если усыновитель — женщина. Наиболее распространенный случай — это усыновление ребенка новым супругом его отца или матери. Для сохранения правовой связи необходимо согласие того из родителей ребенка, который желает ее сохранения. Относительно того, должен ли усыновитель также выразить согласие на сохранение отношений ребенка с одним из родителей, указания в законе нет. Представляется, что сохранение правовой связи между ребенком и его родителем может быть условием согласия этого родителя на усыновление ребенка. В этом случае усыновитель возражать не может. Если же согласие на усыновление дано без всяких условий, вопрос о сохранении правоотношений с одним из родителей должен решаться судом исходя из интересов ребенка, с учетом мнения усыновителя и самого ребенка. Если один из родителей ребенка умер, то по просьбе родителей умершего (бабушки и дедушки ребенка) возможно сохранение правовой связи между ребенком и родственниками умершего родителя. Решение этого вопроса отнесено на усмотрение суда и поставлено в зависимость оттого, что в наибольшей степени отвечает интересам ребенка.

     Основным принципом, на котором строится весь институт усыновления, является наилучшее обеспечение при усыновлении защиты интересов ребенка. Интересы ребенка должны быть определяющим критерием при оценке лиц, желающих стать усыновителями, при вынесении решения об усыновлении, при отмене усыновления и при решении всех иных, более частных вопросов. Так, например, не допускается усыновление разными лицами братьев и сестер, если до этого они воспитывались вместе, за исключением случаев, когда это соответствует интересам этих детей.

     Субъектами отношений по усыновлению являются усыновляемые дети и усыновители. В соответствии со статьёй 120 КоБС РБ усыновление допускается только в отношении несовершеннолетних детей. Это связано с тем, что целью усыновления является обеспечение детям семейного воспитания и наделение усыновленных и усыновителей родительскими правами и обязанностями. С достижением совершеннолетия дети более не нуждаются в семейном воспитании, а родительские права и обязанности в отношении совершеннолетних детей также прекращаются. Фактическому усыновлению правового значения не придается, поэтому, если фактическое усыновление не было оформлено до совершеннолетия ребенка, впоследствии возможность такого оформления утрачивается.

     К лицам, которые могут быть усыновителями, предъявляются многочисленные требования. Прежде всего, эти лица должны быть совершеннолетними и полностью дееспособными.

    Определенные требования предъявляются и к возрасту усыновителя. Он должен быть старше ребенка не менее чем на 16 лет. Тем не менее, суду предоставлено право, сократить эту разницу, если этого требуют интересы ребенка. Если усыновление производится отчимом или мачехой ребенка, наличие указанной разницы в возрасте не требуется.

     Статья 125 КоБС  РБ содержит целый перечень лиц, которые не могут быть усыновителями. Прежде всего, из числа потенциальных усыновителей исключаются лица, в прошлом допустившие серьезные нарушения своих обязанностей по воспитанию детей; лица, лишенные родительских прав; лица, родительские права которых были ограничены в судебном порядке; лица, отстраненные от выполнения обязанностей опекунов или попечителей за ненадлежащее выполнение своих обязанностей; бывшие усыновители, в отношении которых усыновление было отменено из-за того, что они выполняли свои обязанности ненадлежащим образом. Невозможно усыновление детей и лицами, которые, хотя и не допустили никаких правонарушений, но по состоянию здоровья не могут осуществлять свои родительские обязанности. Не могут быть усыновителями  супруги, один из которых признан судом недееспособным или ограниченно дееспособным. То, что оба они не могут быть усыновителями, очевидно, потому усыновителями могут быть только дееспособные лица. Однако статья 125 КоБС РБ сформулирована таким образом, что позволяет сделать вывод о том, что и один только дееспособный супруг не может быть в этом случае усыновителем. Такой безусловный запрет вызывает сомнения. По моему мнению, решение этого вопроса лучше отнести на усмотрение суда. Если недееспособный или ограниченно дееспособный супруг усыновителя после усыновления также окажется в непосредственном контакте с ребенком, что может крайне неблагоприятно отразиться на его воспитании, суд должен запретить усыновление. Если же недееспособный супруг, например, постоянно находится в медицинском учреждении для лиц, страдающих хроническими заболеваниями, и его общение с ребенком исключено, усыновление следует разрешить.

     Наиболее спорным представляется запрет усыновления детей двумя лицами, не состоящими между собой в браке. Введение такого ограничения было связано с тем, что воспитание в полной семье в наибольшей степени отвечает интересам ребенка. Безусловно, в большинстве случаев это так. Но, во-первых, фактические супруги также составляют полную семью в социологическом смысле и могут обеспечить ребенку такое же воспитание, как и лица, состоящие в зарегистрированном браке. Непризнание юридической силы за фактическим браком имеет под собой определенные основания, но дискриминация лиц при усыновлении по тому признаку, что их брак не зарегистрирован, не оправдана. Иногда желание усыновить ребенка выражается несколькими его родственниками или иными лицами, которые не состоят ни в фактическом, ни в зарегистрированном браке. Вряд ли можно согласиться с мнением Н.В. Летовой о разрешении усыновления лицами, не состоящими между собой в браке, при условии их совместного проживания не менее 10 лет. Такое ограничение приводит к сужению круга лиц потенциальных усыновителей, что противоречит интересам самих усыновителей и не позволяет в полной мере обеспечить защиту прав и законных интересов детей, которые подлежат усыновлению. [8, с.18] Решать, насколько усыновление отвечает интересам ребенка, следовало бы предоставить суду с учетом всех обстоятельств конкретного дела.