Юридический анализ состава статьи 303 УК РФ
Введение
Конституцией РФ (ст. 50) установлено, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Фальсификация доказательств представляет повышенную общественную опасность, поскольку совершается это преступление, влекущее весьма серьезные правовые последствия, в такой важной сфере государственной деятельности, как судопроизводство. Общественная опасность преступления заключается в том, что его совершение мешает установлению объективной истины в уголовном или гражданском деле, вынесению законного и справедливого судебного акта, а это в свою очередь необоснованно ущемляется права и законные интересы граждан. Уголовный кодекс определяет рассматриваемое преступление следующим образом: «Фальсификация доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, следователем, прокурором или защитником». В то же время российский уголовный закон не знает юридического определения фальсификации. «Фальсификация (подделка),- отмечается в одном из определений высшей судебной инстанции, - означает сознательное искажение представляемых доказательств».
В статье 303 УК РФ предусмотрена ответственность за два самостоятельных преступления: фальсификация доказательств по гражданскому делу (ч. 1) и фальсификация доказательств по уголовному делу (ч. 2).
В историографии темы значительное внимание уделяется определению, юридическому анализу, выявлению четкого круга субъектов и многих других вопросов фальсификации доказательств.
Существующие проблемы уголовно-правового регулирования, квалификации и предупреждения преступлений против правосудия, в частности, преступлений, связанных с предоставлением судам и органам предварительного следствия ложных сведений, нуждаются в научном анализе в целях устранения имеющихся недостатков и противоречий.
Объектом исследования выступает уголовная ответственность за фальсификацию доказательств, разновидности доказательств, как предмета фальсификации.
Предметом исследования являются нормы конституционного, уголовного, граждански- и уголовно-процессуального права.
Цель моей работы - подробное изучение данной темы и юридический анализ состава статьи 303 УК РФ.
Глава 1. Фальсификация доказательств по уголовным делам
В переводе с латинского "фальсификация"
(falsificare) означает "подделывать".
Применительно к рассматриваемому деянию
фальсификация заключается в сознательном
искажении представляемых доказательств,
например документов (доверенностей, расписок,
договоров, актов ревизий, протоколов
следственных действий и т.д.), путем их
подделки, подчистки, внесения исправлений,
искажающих действительный смысл, или
ложных сведений.1
В соответствии с ч. 1 ст. 74 УПК РФ «доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основании которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».2
Способы фальсификации могут быть самыми разнообразными – от физического или интеллектуального подлога документов, объяснения до подмены вещественных доказательств. Фальсификация заключается в сознательном искажении представляемых доказательств, например документов (доверенностей, расписок, договоров, протоколов следственных действий и т.д.), путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих смысл, или ложных сведений, т.е. в искусственном создании доказательств в пользу истца или ответчика (подлог документов, уничтожение или сокрытие улик), создании искусственных (ложных) вещественных доказательств, например подговоре ложных свидетелей, и т.д.3 В связи с этим можно согласиться с мнением И.А. Гааг в том, что фальсификация - "это совокупность подделки и подлога, при котором лицо сначала изготавливает не соответствующий объективной действительности предмет (либо путем внесения ложных изменений в подлинный предмет, либо путем изготовления изначально поддельного предмета), а затем его использует в соответствии с теми целями, которые намеревается достигнуть".4
В судебно-следственной практике достаточно часто имеют место случаи одновременного выполнения, по существу, как материального, так и интеллектуального подлога. Так, старший следователь отдела по расследованию преступлений против собственности СУ при УВД Железнодорожного района г. Красноярска М. привлечена к уголовной ответственности за фальсификацию доказательств по уголовному делу, совершенную при следующих обстоятельствах. В служебном кабинете в период расследования уголовного дела (точная дата не установлена), возбужденного по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 158 УК РФ, заполнила протокол выемки от 15 марта 2003 г., в котором указала не имевший место в действительности факт изъятия у Кудинова похищенной у него ранее меховой шапки, поставив в графе "подпись лица, получившего протокол" подпись за Кудинова. Затем следователь М. составила протокол осмотра якобы изъятой шапки от 15 марта 2003 г. и вынесла постановление от 15 марта 2003 г. о приобщении к делу вещественного доказательства (шапки).5
Сложно согласиться с мнением Д. Сычева, полагающего, что в случае "заочного изготовления протоколов, без участия свидетелей и их подписей, является незаконным способом собирания доказательств и вследствие грубого нарушения уголовно-процессуального законодательства влечет за собой признание этих доказательств недопустимыми, но не свидетельствует о фальсификации доказательств"6
Как представляется, в этом случае не просто "грубо нарушается уголовно-процессуальное законодательство", но фактически доказательства становятся недопустимыми, т.е. непригодными для использования при установлении обстоятельств, имеющих значение для дела, не соответствующими требованиям ст. 75 УПК РФ, вследствие чего подобный вариант поведения, существенно препятствуя достижению истины по уголовному делу и вынесению справедливого приговора суда, необходимо рассматривать как фальсификацию доказательств по уголовному делу.
Так, можно привести следующий пример из судебно-следственной практики. Следователь СУ Ленинского РУВД г. Красноярска Е. 17 марта 2005 г. в рамках расследования уголовного дела, возбужденного по факту грабежа, при проверке показаний на месте "вопреки требованиям ст. 170 УПК РФ не привлек к участию в следственном действии не менее 2 понятых с начала производства следственного действия, имевшего место в 11 часов 50 минут около здания Ленинского РУВД на ул. 26 Бакинских комиссаров, 17 а. Таким образом, понятые не присутствовали при предложении подозреваемому Макрию указать место, где его показания будут проверяться, и не могли подтвердить факт его свободного рассказа. Прибыв на место преступления во двор дома N 4 по ул. Паровозная, Е. выслушал свободный рассказ Макрия о совершении грабежа норковой шапки у Байкаловой, после чего поручил участнику проверки оперуполномоченному Л. пригласить понятых. Е. не разъяснил понятым цель следственного действия, их права и ответственность, не предложил Макрию повторить свободный рассказ, продемонстрировать свои действия по совершению преступления в присутствии понятых, а внес их данные в протокол и указал места, в которых предложил им расписаться. Понятые, не обладая юридическими познаниями и не понимая сути происходящего, доверяя Е. как представителю органа внутренних дел, расписались в указанных им местах. В ходе составления обвинительного заключения протокол проверки показаний Макрия на месте был включен как доказательство по уголовному делу, подтверждающее его вину в совершении преступления". В результате приговором Красноярского краевого суда от 26 декабря 2005 г. Е. был осужден по ч. 2 ст. 303 УК РФ.7
Методы подделки многообразны (замена, видоизменение вещественных доказательств), они могут быть сведены к двум способам: во-первых, составления целиком подложного документа, иного доказательства, в том числе для замены подлинного (интеллектуальный подлог); во-вторых, изменения имеющегося доказательства (материальный подлог).
В теории и на практике не вызывает сомнений возможность воздействия на неодушевленные носители фактических данных: предметы, протоколы следственных действий, заключение эксперта, иные документы. Сомнения вызывает возможность фальсификации показаний допрашиваемых лиц. Воздействие на волю и сознание лица, дающего показания, не образует состава фальсификации доказательств, а устные показания не являются предметом преступления. Фальсифицировать можно протоколы показаний.
Фальсификация доказательств по уголовному делу выражается в искусственном создании доказательств, оправдывающих виновного или обвиняющих лицо, не причастное к преступной деятельности.
Подобная фальсификация может осуществляться путем составления протоколов следственных действий, которые фактически не совершались, составление ложных по содержанию письменных доказательств (интеллектуальный подлог), внесение ложных сведений в протоколы или документы, их подделка, подчистка, пометка другим числом (материальный подлог), заключения экспертов, фабрикация ложных доказательств (подбрасывание наркотиков, оружия или боеприпасов, взрывчатых веществ, нанесение пятен крови на одежду) и т. п.8
На квалификации деяний, выражающихся в подкладывании, подбрасывании предметов или документов с целью их последующего изъятия и оформления в качестве доказательств стоит остановиться подробнее. Несмотря на то что процессуальное оформление проводится в соответствии с законом, здесь фальсифицируется само основание признания предмета (документа) доказательством, поскольку эта предметы (документы) не находились ни в какой связи с событиями, подлежащими установлению, и не могут быть источниками фактических данных о них.
Конкретные способы фальсификаций и придания им доказательственной силы зависят от субъекта, его полномочий и обладают особенностями в разных видах данного состава. Данное преступление считается оконченным с момента приобщения к делу фальсифицированных доказательств при проведении расследования или предоставлении их в суд, независимо от того, оказали ли они влияние на расследование или рассмотрение дела.9
Основной непосредственный объект данного состава преступления, рассматриваемой статьи, - общественные отношения, обеспечивающие нормальную деятельность суда, органов прокуратуры, предварительного следствия и дознания. Дополнительный непосредственный объект – права и законные интересы личности. Предмет преступления - доказательства по уголовному делу. Согласно ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств допускаются:
- показания подозреваемого, обвиняемого;
- показания потерпевшего, свидетеля;
- заключение и показания эксперта;
3.1) заключение и показания специалиста;
- вещественные доказательства;
- протоколы следственных и судебных действий;
- иные документы.10
Фальсификацию доказательств по уголовному делу может выразиться в разных формах подлога материалов уголовного дела: составление протоколов допросов при их непроведении, внесение в них сведений, о которых не сообщал допрашиваемый, внесение изменений в заключение эксперта и т.п. Лицом, производящим дознание, следователем и прокурором в этом случае совершается специальный вид служебного подлога, выделенный законодателем в самостоятельное преступление, в связи с чем дополнительной квалификации таких действий по ст. 292 УК не требуется.11
Подделка документов, не являющихся доказательствами (например, постановлений следователя), не образует рассматриваемый состав преступления. Такие действия могут квалифицироваться по ст. ст. 292 или 327 УК РФ как служебный подлог или подделка документов.
Вопрос об отнесении формы общественно опасного деяния при фальсификации доказательств к действию или бездействию в юридической литературе решается неоднозначно. Большинство исследователей этой проблемы утверждают, что рассматриваемое преступление выражается только в форме действия12, другие - как в форме действия, так и в форме бездействия13. Исходя из анализа судебной практики, можно сделать вывод о том, что во всех случаях фальсификация доказательств проявляется именно в форме общественно опасного действия, т.е. характеризуется активным в уголовно-правовом смысле поведением виновного. Вместе с тем с учетом того обстоятельства, что категория уголовно-правового бездействия не имеет однозначного научного толкования, а также с учетом концепции "смешанного" бездействия и специального субъекта рассматриваемого преступления данное преступление гипотетически может быть совершено и в форме общественно опасного бездействия, что в перспективе расширит возможности средств уголовно-правовой охраны интересов правосудия. Например, следователь преднамеренно не ставит соответствующих вопросов перед экспертом либо подозреваемым для того, чтобы сформировать алиби или, наоборот, доказательства вины последнего; не приобщает к материалам уголовного дела дополнительную экспертизу, имеющую существенное значение для признания вины обвиняемого. Также П.С. Метельский приводит следующие примеры уголовно-правового бездействия при фальсификации доказательств: "...следователь или дознаватель, выполняя следственное действие, умышленно не производят изъятие доказательств (например, в ходе осмотра или обыска не изымают следы, возможно, оставленные преступником, наркотические средства или оружие), не фиксируют информацию, имеющую доказательственное значение". Подобная фальсификация доказательств путем бездействия субъекта, безусловно, не является бесспорной, но обращает на себя внимание как перспективное направление расширения действия уголовно-правовой нормы, предусмотренной ст. 303 УК РФ.14
Преступление окончено с момента приобщения к материалам дела доказательства, фальсифицированного лицом, производящим дознание, следователем, прокурором или защитником. В литературе встречаются различные суждения по этому вопросу.
Если подделка или подмена производится на этапе представления доказательства лицом, участвующим в деле, либо защитником (ч. 2 ст. 303 УК), то преступление должно признаваться оконченным с момента приобщения этих доказательств к делу, поскольку только при этом условии таковые приобретают доказательственное значение. Если указанные лица осуществляют фальсификацию уже приобщенных к материалам дела предметов и документов при ознакомлении с ними, то преступление следует считать оконченным с момента искажения содержания или видоизменения подлинных доказательств либо их подмены.15
Субъекты преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, специальный. Это указано в диспозиции данной статьи - это лицо, производящее дознание, следователь, прокурор или защитник. Данный перечень является исчерпывающим, а поэтому не может быть субъектом рассматриваемого преступления сотрудник органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, в случае, если он сфальсифицировал собранные им сведения, которые были в установленном законом порядке признаны доказательствами и приобщены к уголовному делу. Лицо, производящее дознание, следователь или прокурор имеют доступ к делу и обладают правом самостоятельно приобщать к нему доказательства. Они имеют возможность фальсифицировать доказательства всеми указанными выше способами. Моментом окончания преступления является включение в материалы дела заведомо фальсифицированных доказательств. Дознаватель - должностное лицо органа дознания, правомочное либо уполномоченное начальником органа дознания осуществлять предварительное расследование в форме дознания. Следователь - должностное лицо, уполномоченное осуществлять предварительное следствие по уголовному делу. Прокурор - Генеральный прокурор Российской Федерации и подчиненные ему прокуроры, их заместители и иные должностные лица органов прокуратуры, участвующие в уголовном судопроизводстве и наделенные соответствующими полномочиями федеральным законом о прокуратуре.16 Роль защитника в уголовном судопроизводстве возложена на адвокатов, Адвокатом является лицо, получившее в установленном настоящим Федеральным законом порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность.17 Субъективная сторона фальсификации доказательств по уголовному делу характеризуется виной в форме прямого умысла. При этом содержание прямого умысла предполагает: осознание общественной значимости совершаемого действия (бездействия) (конфликтности с чьим-либо интересом); предвидение причинения какого-либо вреда; желание причинить указанный вред. Субъект преступления, безусловно, осознает, что посягает на охраняемые уголовным законом интересы, так как обладает соответствующими знаниями, как правило, опытом работы, юридическим образованием. Соответственно, данное лицо сознательно фальсифицирует доказательства, что говорит о наличии именно прямогоумысла.
Следующим компонентом, характеризующим интеллектуальный момент прямого умысла, выступает предвидение возможности и неизбежности причинения вреда интересам правосудия вследствие фальсификации доказательств, т.е. лицо осознает, что его действия по фальсификации доказательств неизбежно приведут к искажению истины по уголовному делу, а в некоторых случаях сделают невозможным ее достижение.
Волевой момент прямого умысла при совершении рассматриваемого преступления выражается в желании лица совершить определенные действия, посягающие на общественные отношения по представлению суду достоверных и допустимых доказательств, понимая (осознавая) их вредоносность. Лицо целенаправленно стремится к осуществлению определенных действий и желает причинить определенный вред общественным отношениям, регулирующим и охраняющим поступление суду достоверных и допустимых доказательств.
Итак, лицо, совершающее исследуемое преступление, осознает общественную опасность своих действий (бездействия), предвидит возможность и неизбежность причинения вреда интересам правосудия и желает, чтобы суд получил (или вовсе не получил) достоверные и допустимые оказательства. В судебно-следственной практике встречаются случаи, когда виновное лицо утверждает, что, фальсифицируя доказательство, оно действовало не с прямым умыслом. Суды справедливо не учитывают это утверждение виновных как основание отсутствия субъективной стороны состава преступления. Так, следователь СУ при УВД г. Минусинска М. в один из дней до 24 сентября 2004 г., не допрашивая свидетеля, сфальсифицировал допрос Ширяева. На суде следователь М. заявил, что "прямого умысла и мотивов фальсификации доказательств у него не было"18
Исследуемое преступление невозможно совершить в форме косвенного умысла, суть которого определяется безразличным отношением к последствиям. Ведь законодательная конструкция рассматриваемого преступления сформулирована по типу формальной. Материальные последствия не входят в число обязательных признаков состава, и именно поэтому субъективное отношение к ним для квалификации и привлечения к уголовной ответственности значения не имеет. Следовательно, в подобных нормах психическое отношение виновного лица определяется только по отношению к факту его общественно опасного поведения. Соответственно, волевое содержание виновного к самому деянию может выражаться только в форме прямого умысла.
Глава 2. Фальсификация доказательств по гражданским делам
Фальсификация доказательств по гражданскому делу – это действия по искусственному созданию доказательств в пользу истца или ответчика, подтасовке, изготовлению или использованию поддельных документов, внесению изменений в вещественные доказательства или их уничтожение.
Типичными способами фальсификации являются: внесение искаженных сведений в подлинный документ, уничтожение или исправление части документа, отдельных слоев или цифр, внесение в документ дополнительных данных, подделка подписи должностного лица, закрепление на документе оттиска поддельной печати и т.п.19
В соответствии со ст. 73 ГПК РФ: «Вещественными доказательствами являются предметы, которые по своему внешнему виду, свойствам, месту нахождения или по иным признакам могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела»20.
Лицо, участвующее в гражданском деле, его представитель, а также защитник по уголовному делу имеют право знакомиться с материалами дела и получают возможность фальсифицировать доказательства во время такого ознакомления. Кроме того, они могут представлять новые доказательства. Поэтому способами фальсификации выступают как подделка материалов, имеющихся в деле, так и представление новых поддельных материалов для их приобщения к делу. В последнем случае преступление считается оконченным в момент принятия материалов судом, так как они приобретают доказательственное значение только после этого, а ходатайство о приобщении должно квалифицироваться как покушение.
Данное преступление считается оконченным с момента приобщения к делу фальсифицированных доказательств при проведении расследования или предоставлении их в суд, независимо от того, оказали ли они влияние на расследование или рассмотрение дела. Наиболее часто в практике вопросы связанные с фальсификацией доказательств возникающие при рассмотрении гражданских дел судами общей юрисдикции и арбитражными судами. Поскольку практически все доказательства поступают в суд непосредственно от участвующих в деле или их представителей. Не несут ответственности по ч. 1 статьи 303 УК РФ должностные лица так как фальсификация доказательств совершаемая ими приравнивается к служебному подлогу и квалифицируется по статье 292 УК РФ.
Статья 303 УК РФ устанавливает ответственность за фальсификацию доказательств по гражданскому делу лицом, участвующим в деле, или его представителем (ч. 1)
Основной непосредственный объект состава преступления, предусмотренного ч. 1 статьи, – это нормальная деятельность органов суда в рамках гражданского или арбитражного судопроизводства. Дополнительный непосредственный объект – законные интересы и права личности.
Предметом преступления выступают доказательства по гражданскому делу. Под гражданскими делами необходимо понимать дела, связанные с исковым производством, возникающие из гражданско-правовых отношений, рассматриваемые по нормам ГПК РФ, а также дела, связанные со спорами между юридическими лицами, рассматриваемые арбитражными судами по нормам АПК РФ.
В равной мере предусмотренная ч. 1 ст. 303 УК РФ ответственность наступает также за фальсификацию доказательств по делам, рассматриваемым арбитражными судами.
Согласно ст. 55 ГПК РФ:
1. Доказательствами по делу
2. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.
В соответствии со ст. 71 ГПК РФ:
1. Письменными доказательствами
являются содержащие сведения
об обстоятельствах, имеющих значение
для рассмотрения и разрешения
дела, акты, договоры, справки, деловая
корреспонденция, иные документы
и материалы, выполненные в форме
цифровой, графической записи, в
том числе полученные
2. К письменным доказательствам
относятся приговоры и решения
суда, иные судебные постановления,
протоколы совершения
3. Документ, полученный в иностранном государстве, признается письменным доказательством в суде, если не опровергается его подлинность и он легализован в установленном порядке.
4. Иностранные официальные
Объективная сторона преступления заключается в преднамеренном искажении доказательств по гражданскому делу (например, доверенностей, расписок, договоров, актов ревизий) путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл доказательства.
Предоставление одного и того-же фальсифицированного доказательства в различные суды, квалифицируется как одно продолжаемое событие, это можно проиллюстрировать примером из судебной практики.
Приговором Качканарского городского суда Ш. осужден за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 303 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Ш. признан виновным в том, что, будучи лицом, участвующим в деле, дважды совершил фальсификацию доказательств по гражданскому делу.
Дело рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства.
В кассационном представлении прокурор просил приговор изменить и квалифицировать содеянное Ш. как единое преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, и снизить назначенное наказание. Автор представления указывал, что суд неверно расценил действия Ш. как два самостоятельных преступления, тогда как фальсификация доказательств была совершена в рамках одного дела, а потому действия Ш. должны охватываться одним составом, двойная квалификация в данном случае является излишней.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления, судебная коллегия нашла приговор подлежащим изменению по доводам кассационного представления.
Как видно из материалов уголовного дела, 26 апреля 2007 года при рассмотрении мировым судьей гражданского дела представитель ООО «У» - Ш. - представил изготовленный им в 2005 году сфальсифицированный акт приема-передачи к договору. Сославшись на этот документ, суд отказал истцу в удовлетворении иска.
При последующем апелляционном
рассмотрении жалобы истца на решение
мирового судьи Качканарский городской
суд, также сославшись на представленный
Ш. фальсифицированный акт
При постановлении приговора суд, ошибочно расценив действия Ш. как два отдельно взятых события, согласился с обвинением и квалифицировал каждый случай предъявления Ш. мировому судье и суду апелляционной инстанции фиктивного акта приема-передачи по ч. 1 ст. 303 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Между тем имело место одно продолжаемое событие, не образующее совокупности преступлений и не требующее двойной квалификации. Поэтому судебная коллегия исключила из приговора излишнюю квалификацию действий Ш. по ч. 1 ст. 303 Уголовного кодекса Российской Федерации22.
С объективной стороны фальсификация доказательств проявляется как в материальном (внесение ложных сведений в документы, подчистка, видоизменение вещественных доказательств), так и в интеллектуальном подлоге (составление целиком подложного документа или иного доказательства).
Не образует данного состава преступления подделка документов, которые не являются доказательствами. Такие действия могут быть квалифицированы как служебный подлог либо подделка документов по ст. ст. 292 или 327 УК РФ. Не образуют данного состава изъятие доказательств из уголовного дела или его уничтожение.
Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом. Лицо осознает общественно опасный характер совершаемых им искажений доказательств по гражданскому делу и желает их осуществить Мотивы и цели поведения субъекта преступления не имеют значения для квалификации.