Алексей Григорьевич Стаханов
Министерство образования и науки, молодежи и спорта Украины
Донецкий Национальный Университет
Исторический факультет
Кафедра историографии, источниковеденья, археологии и методики преподавания истории
Алексей Григорьевич Стаханов
Реферат по Историческому краеведенью
Донецк – 2012
План
Вступление……………………………………………………
Раздел I. Детство и юность Стаханова……………………………………..5
Раздел II. Работа на шахте «Центральная – Ирмино»…………………….8
Раздел III. Рекордная смена…………………………………………………13
Раздел IV. Дальнейшая судьба Алексея Григорьевича. Его смерть……..18
Вывод…………………………………………………………………
Список использованной литературы……………………………………….22
Дополнения
Вступление
Луганская область богата знаменитыми трудовыми традициями. Здесь работали многие новаторы производства, которые способствовали экономическому развитию нашего общества. И среди них звездой первой величины является трудовой подвиг Алексея Григорьевича Стаханова.
Актуальность моей работы
обусловлена тем, что А.Г. Стаханов
является новатором и инициатором
нового отношения к труду. Его
почин получил небывалое
Целью исследования - является подробное изучение биографии Алексея Стаханова.
Цели подчиняются такие задания:
1) Проработать теоретический материал.
2) Ознакомиться с работами ученых по данному вопросу.
3) Осветить стороны жизни А.Г. Стаханова.
4) Сделать выводы по данному исследованию.
Основой для написания реферата была автобиографическая книга Алексея Григорьевича Стаханова « Жизнь шахтерская». В ней он подробно описывает свое детство, как попал на шахту и как установил рекорд. Так же очень полезными для написания работы были труды Бондаря А.Ф., Бондаря К.В. Трудовой подвиг Алексея Григорьевича Стаханова живет и будет жить в веках. Посвящается стахановскому движению. И Гершберга С.Р. Стаханов и стахановцы.
Раздел I. Детские годы и юность А.Г. Стаханова
Родился будущий герой Социалистического труда 21 декабря 1905 (3 января 1906 год) года в деревне Луговой Ливенского уезда Орловской губернии в семье бедного крестьянина [1]. Как вспоминал сам Алексей Григорьевич: « Я был сыном бедного крестьянина из деревни Луговой. Деревня наша, когда я в ней жил, была беднейшая. Испокон веку уходили оттуда на городские работы, но больше по горняцкой части» [2]. Нужно отметить, что при рождении Стаханов получил имя Андрей. В газете «Правда», опубликовавшей материал о трудовом подвиге шахтёра, по ошибке его назвали Алексеем. Через день по личному указанию Сталина, узнавшего об этом, шахтёру вручили новый паспорт с именем Алексей [6]. Семья состояла из 5 человек: отец, мать, две дочки и один сын. В их распоряжении находилось 4 десятины земли. Жили они весьма трудно. Сам Алексей Григорьевич писал так: « Хлеба всегда не хватало. Если бы не кулак, живший по соседству и дававший взаймы хлеб, семья умерла бы с голоду» [7].
Когда началась первая мировая война, отца Алексея Григория Стаханова забрали в царскую армию. Положение в семье ухудшилось. Поэтому Алексей Григорьевич вынужден был пойти в наймы к кулаку «благодетелю». На тот момент ему едва исполнилось 9 лет. « Служил я ему, - пишет Алексей Стаханов, - верой и правдой, а платой за мой труд были харчи и вспашка нашей земли его лошадьми. Даже штанов он мне не дал, и я постоянно ходил в лохмотьях. Вставал с зорей, пас скот, убирал двор. Частенько ложился голодным, не чуя от усталости ни рук, ни ног» [2].
В одиннадцать лет Алексей Григорьевич стал подпаском у сельского пастуха. И снова маленький Алексей работал за еду. Из его воспоминаний узнаем: «Кормили миром - каждый день в другой избе: по старому крестьянскому обычаю» [7]
Зимой (на тот момент ему было 12 лет) он пошел в школу. Учиться Алексею нравилось, особенно он любил читать букварь. Проходил в школу всего 3 года, бедность вынудила мать отдать сына в пастухи. Но все же за несколько лет в школе, юный Алексей выучился читать, писать и кое-как справляться с четырьмя действиями арифметики [2].
Отец не скоро вернулся с войны. Попав в плен в 1915 году, он четыре года пробыл в Австрии. А в России тем временем произошли важные события – свершилась Октябрьская революция.
Луговская беднота встретила ее с радостью. Организовали сельсовет, комбед, стали раздавать помещичьи земли и имущество. Семье Стахановых комбед помог купить лошаденку, и жизнь начала налаживаться.
Союзу учителей в Ливнах отдали сад помещика Пожидаева. Это сыграло не маловажную роль в судьбе Алексея Григорьевича: его взяли сторожить сад. В деревню он вернулся в 1919 году, когда из плена пришел отец.
Гражданская война охватила все страну. Не миновала она и Ливенский уезд. Летом 1919 года кулаки и эсеры подняли восстание и заняли Ливны. Но долго они не похозяйничали – подошедшие части Красной Армии подорвали контрреволюционный мятеж и восстановили Советскую власть. А осенью снова нагрянула беда: по всему фронту наступали белогвардейцы. Захватили они и село Луговое. В течение месяца кулаки вместе с деникинцами громили бедноту, убивали и грабили всех, кого считали сторонниками Советской власти.
Отец Алексея вернулся незадолго до прихода белых. Деникинцы отнимали хлеб, скот, одежду – словом, все, что попадалось им под руку. Отца, пытавшегося кое-что спасти от грабителей, избили до крови, забрали в доме все до нитки.
Вскоре эти страдания кончились. Односельчане радостно и торжественно встретили красных.
Отца избрали председателем сельской кооперации, и два года Алексей Стаханов жил дома; помогая по хозяйству. Но, летом 1922 года после болезни умирает его отец. Через несколько месяцев не стало и матери.
Нужда снова заставила идти к кулаку. Работал Алексей на его мельнице чернорабочим у двигателя, грузчиком. Летом косил хлеб кулака, убирал, молотил; зимой, помимо работы в конюшне, хозяин заставил варить самогон. Платой были харчи и 3 рубля в месяц. Так, Стаханов, прослужил кулаку более трех лет. Из его воспоминаний вырисовывается картина жизни у помещика: «От зари до зари трудился на этого кровопийцу. Об учебе или книжке и думать не смел. Рад был после работы броситься на грязную подстилку в конюшне и заснуть мертвым сном» [7].
В 1926 году Алексей вернулся домой к сестрам. Вместе с ними он вел хозяйство. Но вырваться из тисков нужды не могли. Все чаще Алексей задумывался: а что же будет дальше? « Мне шел уже двадцать первый год, а я даже не имел возможности выйти на улицу погулять с молодежью: нечего было одеть. За весь свой многолетний труд не обзавелся ни костюмом, ни парой сапог. Стыдился на люди показаться» - рассказывал А.Г. Стаханов.
Так возникла мысль поехать в Донбасс, Кадиевку, работать на шахте [2].
Раздел II. Работа на шахте
В Кадиевку на « Центральную – Ирмино» Алексей Григорьевич попал не случайно. Там в 1927 году уже работало до тридцати его земляков: Зибаров, Малыхин, его однофамильцы Петр и Роман Стахановы, многие другие. Говорили: «Шахта – не кулак, а дело государственное. Заработки хорошие и жизнь другая…»
Не одному Стаханову давались такие советы. И не один он к ним прислушивался. Народ из центральных районов России, в том числе с Орловщины, издавна уходил в Донбасс. В марте 1927 года приехал сюда и Алексей Стаханов [2].
-Приехал в пеньковых лаптях, сундучком за плечами, - рассказывает Алексей. – Расчет был нехитрый: подработать немного, сотни четыре за лето скопить, вот тебе и конь – теперь уже мечтал я о сером в яблоках, - а затем возвратиться в деревню. Земли Советская власть дала вволю, можно будет завести хозяйство…
Выйдя из поезда, Алексей Григорьевич сразу направился к своему земляку и однофамильцу Роману Стаханову, который жил со своей матерью. Переночевал там, а утром пошел на наряд. Алексей боялся шахты, но виду не показывал. Все припоминал слова своего деда: «Шахта - каторга! Убьешь там свою силу и пропадешь…» [7].
Стаханов стал разузнавать насчет работы. Пока свободных мест не было. Ему посоветовали походить несколько дней в нарядную. Кто-нибудь из летунов сбежит – а их тут немало, - и место освободится.
Так и получилось.
На Стаханова обратил внимание начальник участка «Бераль – Запад». Он спросил, сколько ему лет. Алексею шел двадцать второй год. Парень рослый, крепкий. Начальник участка дал Стаханову приемный листок и послал оформляться. Его зачислили тормозным - напарником к коногону Роману Стаханову. После чего он отправился в ламповую, получил там номер и лампу [2].
Вот как Алексей описал первое знакомство с шахтой:
- Иду в надшахтное здание. По рельсам бегут вагончики, их толкают ловкие женщины. Становлюсь в очередь к клети. Она каждые две-три минуты появляется снизу, ржавая, мокрая. Звонок стволового – и клеть как бы падает вниз. Испытываю чувство страха. Приходят дурные мысли: « Может быть нет пути мне в шахту?» Одет я был не как все, а в чем приехал из деревни: в белых полотняных штанах и в лаптях с длинными бечевками. Теперь таких не увидишь. Все стали надо мной смеяться. Свистят, тыкают, а особенно девчата-откатчицы: приехал, мол, барин в белом костюмчике на коровку заработать. Сел в клеть. Раздались сигналы, и клеть стала опускаться. Пригнул голову, весь съежился. Слышно, как по стволу стекает вода. Шорох клети, скользящий по проводникам, неприятен. А что, думаю, если канат перетрется?.. Но вот где-то в глубине мелькнул свет, послышались голоса, и клеть остановилась. Это был угольный горизонт, где находился участок, на который я был назначен. Я вышел вместе с другими, посмотрел на себя и не узнал своей одежды. В клети она измазалась о шахтерки других – теперь бы девчата надо мной не насмехались [7]…
Стаханов отправился дальше с группой шахтеров. Попал в освещенный рудничный двор – квершлаг. Вскоре очутился в темном коридоре – штреке. Здесь светили лишь лампочки, которые каждый носил с собой. По неопытности лампочка у Алексея несколько раз гасла. Временами он спотыкался, попадал в водосточную канавку, а то и в глубокую лужу. Навстречу неслись вагонетки. Коногоны со свистом погоняли лошадей.
Стаханов с напарником пришел в конюшню. При виде лошадей он успокоился и даже повеселел. Возле ствола шахты стоял ящик, откуда Роман взял сцепки, а Алексей тормоза. Запрягли лошадей, прицепили шесть порожних вагонеток и отъехали по коренному штреку на участок «Бераль-Запад» [4].
Основная обязанность тормозного – когда партия вагонеток быстро движется под уклон, тормозить их. Это нужно для того, чтобы вагонетка не была лошадь по ногам и чтобы при подходе к стволу партия не столкнулась со стоящими впереди вагонетками. Если тормозной не уследит, вагонетки могут попасть и в ствол. Торможение производилось кусками железной трубы или деревянными палками, которые тормозной на ходу вставлял в колеса. Алексей понял, что роботы тормозного хоть и кажется простой, но ответственная, здесь нужно глядеть в оба.
Кроме того, Алексей должен был помогать коногону поднимать вагонетки, когда они «бурились», то есть сходили с рельсов. Чтобы поставить вагонетку на место, надо было лечь в нее, поднять ноги и, упираясь ими в потолок, передвигать вагонетку. На шахтерском жаргоне это называлось сделать «лимонадку». Алексей не знал этого и в первый же день работы стал объектом шутливого розыгрыша. Когда у Романа и Алексея Стахановых вагонетка сошла с рельсов, Алексею велели пойти к стволу и принести «лимонадку». Он спросил у стволового, где взять «лимонадку». Тот указал на огромное бревно. Алексей попытался поднять его, но не смог даже сдвинуть с места. Вернулся и заявил, что «лимонадку» нашел, но принести ее сам не может. Просит двух человек на помощь. Коногоны, собравшиеся у опрокинутого вагончика, расхохотались и, в конце концов, признались в розыгрыше [2].
Когда первая рабочая
смена Алексея Стаханова
- Тормозным я проработал три месяца, - рассказывал Алексей. – Жилось мне первое время трудновато. Денег я с собой из деревни не привез, - их не было. Зарабатывал мало. Потом решил: чем я хуже других и сам сумею коногонить. Заявил об этом десятнику. Тот согласился не сразу, пустил меня сначала на участок «Бераль – Восток» для испытания. В первый же день старался работать лучше всех. Обычно коногоны делали по пять заездов, а я сделал в ту смену семь. Теперь десятник охотно назначил меня коногоном. Работа пришлась по душе. Я ведь с детства люблю лошадей. Часто разговаривал с ними, и мне казалось, что они меня понимают. Своему Букету я приносил с поверхности бутылочку сладкого чая и хлеба. Это была умная лошадка. Букет и меня, видно, любил и часто выручал из беды. «Забуримся», тяжело самому поднять вагонетку и поставить на путь, тогда я подгоню все вагоны к одному, Букет сильно рванет, а я в это время ставлю вагон на рельсы. Букет был сильным конем [7]…
До осени 1928 года Алексей Григорьевич жил на частной квартире. Жилось неплохо, но скучно. Компании у него не было, так как молодежь селилась по холостяцким общежитиям. В одном из общежитий устроилось человек двадцать его земляков, и он решил перейти к ним. В свободное время они собирались группами, брали с собой гармонь – и в сад или на речку. Девчат брали в компанию. Гуляли, песни пели, плясали. Питались в общежитии. В складчину. В дни получки вносили выбранному старосте деньги, а он их выдавал кухарке, которая закупала продукты и готовила им еду. В общежитии Алексей познакомился и подружился с одной кухаркой. Это была бойкая, черноглазая, красивая женщина – Дуся, из цыганок. Все ребята пытались завоевать ее сердце, но так получилось, что Евдокия Ивановна отдала предпочтение Алексею Григорьевичу. В октябре 1929 года состоялась их свадьба. Им дали семейную квартиру. А со временем родилась дочка. «Я очень ждал рождение первого ребенка. Рождение дочери было праздником – рассказывал Алексей. – Созвал своих родичей и знакомых, попировали на радостях как полагается, и тут я подумал: семья прибавляется, надо больше зарабатывать. Решил проситься на работу в забой. Да и надоело мне быть коногоном – в этой специальности как бы топчешься на месте. Другое дело – забойщик. Добывать уголь – это же искусство» [2].
Сначала А.Г. Стаханов работал на обушке, а когда на шахте появились отбойные молотки, попросился и на это дело. Ему сразу дали молоток. Объяснили, как с ним обращаться, но тонкостей его не знал. Поэтому поначалу работа не ладилась. Но упорство взяло верх. В 1934году, в сентябре, Алексея, по его просьбе, направили учиться на курсы забойщиков на отбойных молотках. Учился четыре месяца без отрыва от производства. Учеба очень многое дала. Алексей сам уже мог устранить любую неполадку. Курсы закончил на « отлично» и повысив свою производительность, стал перевыполнять норму – вместо прежних 6-7 давал 9-10 тонн.
К тому же Стаханов стал помогать отстающим рабочим. Подражая знаменитому горловскому забойщику Никите Изотову, Алексею хотелось посоревноваться, померяться силами. И вскоре судьба предоставила ему такой шанс [7].
Раздел III. Рекордная смена
Эта ночь стала легендарной. Она открыла новую страницу в истории Донбасса. А затем и всего Советского государства. Ей посвящена многочисленная литература – репортажи, очерки, стихи, повести, романы, кинофильмы, диссертации.
Печать сыграла громадную
роль в пропаганде
О кануне рекорда Алексей Григорьевич рассказывал:
- 30 августа я поднялся
чуть свет, быстро умылся холодной
водой, оделся и пошел к шахте.
- Чего бежишь, Алексей?
Я ничего не отвечал, спешил к Машурову. Хотя мне предстояло выйти на работу в ночь, не терпелось узнать, кто из крепильщиков пойдет за мной следом, как будут доставлять им лес, как вывозить уголь. Теперь я уже был твердо уверен, что вырублю все лаву. Но это надо было обеспечить. Все зависит от хорошей подготовки дела, от своевременной переноски воздушной магистрали, от доставки леса, от подачи воздуха, от быстрого крепления и бесперебойной вывозки угля. Собственно говоря, требовалось одно – порядок!..
Обо все Алексей спрашивал Николая Игнатьевича Машурова. На все вопросы и предложения Стаханова он отвечал одно: «Будет сделано!» [7]
Крепильщиками у Алексея были Тихон Щиголев и Гавриил Борисенко. Алексей знал их как первоклассных мастеров, поэтому их должности он сразу одобрил.
После Стаханов отправился в мастерскую проверить исправность своего отбойного молотка – не всегда можно было надеяться на хороший уход за молотками. Их по нескольку дней не промывали и не смазывали. Алексей разобрал свой молоток, промыл каждую деталь керосином, смазал маслом и снова собрал. Потом присоединил молоток к шлангу со сжатым воздухом и испытал. Молоток работал легко и ровно. После чего, Алексей Григорьевич вытер его паклей, передал дежурному слесарю и предупредил, чтобы его молоток он никому не одалживал [1].
Возвратившись домой Алексей позавтракал. Быстро поел и, ни минуты лишней не задерживаясь, опять отправился на шахту. Хотел повидаться в нарядной с крепильщиками и поговорить…
Нарядная – это помещение, где рабочему выдается наряд, то есть задание на смену. Отсюда шахтер начинает свой трудовой день, прежде чем спуститься в забой. Каждый участок имеет в нарядной свое определенное место или комнату. Здесь встречаются все работники смены – под землей они разобщены, - чтобы поговорить об общих делах. Обычно тут проводятся краткие беседы на политические темы и ежедневные производственные совещания – летучки. Зачитываются итоги вчерашней работы и объявляется, кто и где должен работать, сколько угля вырубить [2].
- 30 августа совещание было коротким, действительно летучим, - вспоминал Стаханов. – Пошел разыскивать своих напарников крепильщиков Тихона Щиголева и Гавриила Борисенко. Пошел к ним. Они были в курсе дела – с ними уже переговорили и Петров, и Машуров, - и мы стали подробно обсуждать план нашей работы…
После беседы с крепильщиками Алексей отправился домой, чтобы пообедать и немного отдохнуть перед работой. Поспать не удалось. Не дожидаясь гудка на смену, Алексей Григорьевич отправился в шахту. Быстро переоделся, пошел в ламповую, получил лампу, взял отбойный молоток и несколько запасных шильев. Масленку, которую он всегда держал при себе, наполнил маслом. Смазал еще раз молоток, и еще раз проверил его под давлением сжатого воздуха. Отбойный молоток работал, как хорошие часы [7].
В девять часов вечера Петров, Щиголев, Борисенко, Машуров и Алексей Стаханов спустились в шахту. Шли на свой участок быстро, на ходу перебрасываясь словами. Настроение было бодрое и веселое.
Пришли в лаву. Здесь никого уже не было.
Освещал весь забой Константин Петров. За ним лез вызванный Петровым редактор шахтной многотиражки Павел Михайлов. Он следил по часом за временем нашего движения по лаве. Машуров остался на коренном штреке, чтобы руководить вывозкой угля.
Алексей Григорьевич поднялся в верх лавы и проверил состояние уступа: не висит ли корж, как расположены струи пласта. Тщательно просмотрел воздушную магистраль – на месте ли кран и в исправности ли шланг. Продул его сжатым воздухом, присоединил шланг к крану, согнул его пополам и послушал – нет ли шипения, не уходит ли воздух. Убедившись, что все обстоит благополучно, сделал на 35 - 40 сантиметров подбой, для того чтобы после разрезки кутка в верхней части забоя легче было отбивать уголь и погнал пласт вниз. Молоток играл в руках, глубоко врезаясь в пласт и отваливая уголь целыми глыбами. Оба крепильщика сразу же приступили к работе, шли один за другим и ставили по две стойки [2].
Из воспоминаний Алексея Стаханова: « Уголь сыпался непрерывно. Одной рукой я сжимал молоток, другой держался за стойку. Мне казалось, что я несусь на каком-то скоростном аппарате в темноту подземелья. Угольная пыль скрипела на зубах, пот лил градом и с меня, и с крепильщиков, едва поспевавших ставить за мной стойки, а я совсем не чувствовал усталости [7], [доп.1]…»
Незаметно, в напряженном, но бодром и радостном труде прошли 5 часов 45 минут. Закончив рубать последний уступ, Алексей узнал, что добыто 102 тонны угля.
Стаханов и его помощники вылезли на коренной штрек и, взволнованные, еще немного постояли около люка. Уголь продолжал сыпаться в вагоны. Коногон быстро нагружал партию и гнал лошадей к стволу.
Алексею казалось, что он мог согнать лаву еще раз, если бы хватило леса. Но крепить уже было нечем. Да и время смены истекало. Вслед за груженой партией Алексей и его напарники направились к стволу.
Таким образом, норма была перевыполнена в 14 раз! В обычных условиях для вырубки 102 тонн угля шахтеру понадобилось бы 8-10 дней. За смену Стаханов заработал 200 рублей вместо обычных 25-30 рублей.
Ночь с 30-на 31 августа миновала. До начала утренней смены оставалось около часа. Константин Петров направил посыльных на квартиры членов шахтпарткома с наказом: « Явиться немедленно на экстренное заседание».
Повестка дня шахтпарткома: «О производительности труда забойщика Стаханова А.Г.»
Петров кратко сообщил о рекорде, ответил на вопросы. В историю не вдавался, о своей роли не распространялся. И времени не было, да и, он считал, ни к чему. Упомянул лишь, что освещал забой своей лампой – надзоркой [1].
Партийный комитет принял постановление, сыгравшее огромную роль в развертывании движения новаторов. В постановлении говорилось: « Считать, что Стаханов А.Г. в ночь с 30 на 31 августа за свои рабочие 6часов установил мировой рекорд производительности отбойного молотка, дав 102 тонны угля.
Шахтпартком отмечает огромную заслугу тов. Стаханова в его рекорде и считает, что своего рекорда он добился только благодаря тому, что овладел техникой дела, сумел оседлать технику и извлечь из нее все полезное» [7].
Шахтпартком признал
необходимым занести имя
Далее партийный комитет предложил всем начальникам участков, парторгам, профоргам, шахткому до 2 сентября всем участникам посменно проработать опыт Стаханова; 3 сентября созвать специальное собрание забойщиков с обязательным участием треугольников участков, на котором заслушать доклад Стаханова о том, как он овладел техникой работы на молотке и установил мировой рекорд производительности труда на нем; развернуть соревнование по участкам на лучшего забойщика шахты.
Партком шахты выразил уверенность о том, что « за товарищем Стахановым появятся новые герои, которые нашей партийной организацией будут встречены с радостью и гордостью, как люди, решившие делом, своим честным трудом ответить на призыв партии об использовании техники» [1].
Весть о рекорде Стаханова быстро пронеслась по всему поселку, и утренняя смена собралась в нарядной раньше времени. Когда Стаханов, Щиголев и Борисенко появились в нарядной, их горячо приветствовали, крепко пожимали руки, обнимали, преподнесли цветы.
-Трудно передать, что творилось в те минуты в нарядной, - вспоминал Стаханов. – Она бушевала. Одни просили, чтобы их немедленно пустили на рекорд, другие кричали, чтобы я рассказал, как было вырублено 102 тонны угля. Меня почти втащили на трибуну. Нарядная смолкла. Я рассказывал все по порядку… Еще сильнее разгорелись страсти, когда после меня выступили крепильщики, начальник участка и коногоны. Летучий митинг, может быть, еще продолжался бы, если бы не раздался гудок, известивший смену о том, что пора опускаться в шахту. Взбудораженная смена хлынула к выходу…[2]»
9 сентября Алексей Стаханов установил новый рекорд. Он добыл за смену 175 тонн угля, превзойдя выработку Дюканова и Концедалова. В этот день участок «Никанор- Восток» досрочно выполнил годовой план добычи угля. После смены Алексея Григорьевича повели в новую квартиру – пока он трудился, товарищи закончили ее оборудование. На следующий день здесь собрались знатные гости с других шахт Донбасса. Вскоре Стаханов установил третий рекорд (227тонн), а затем и четвертый (340 тонн) [1].
Уже к середине ноября почти на каждом предприятии появились свои стахановцы, причём не только в промышленности.
Раздел IV. Дальнейшая судьба Алексея Григорьевича. Его смерть
Алексей Стаханов стал известен всей стране буквально за считанные дни. Между тем в его личной жизни произошла драма. Неофициальная супруга знаменитого шахтера, цыганка Евдокия, родившая ему двоих детей, ушла из дома. Она работала поварихой, была неграмотной и просто испугалась славы, свалившейся на мужа. Но Алексей недолго расстраивался, уже в 1936 году ему, 30-летнему мужчине, позволили заключить брак с возлюбленной Галиной, ей было всего лишь… пятнадцать лет! [5]
В 1936 Стаханов был принят в Промакадемию, избран в Верховный Совет СССР. В 1937 вышла в свет книга Стаханов "Рассказ о моей жизни".
– Моя мама была чудесной женщиной, – вспоминает Виолетта Алексеевна. – Прекрасно пела, танцевала, одевалась со вкусом. К тому же она стала прекрасной матерью двум брошенным Евдокией детям. Клаве тогда было всего три года, а Виктору – два. Чтобы отец смог жениться на маме, ей приписали один год [8].
Именно Галина стала боевой подругой передовика и помогла ему достойно выглядеть в Москве. Ведь поначалу Стаханов чувствовал себя стесненно на правительственных приемах, а их было множество. Галина же очаровала всю верхушку политбюро. И однажды за это чуть не поплатилась. Прямо на улице ее «сцапали» помощники Берии и привезли к нему в особняк. Правда, когда Галина рассказала ему, что является женой Алексея Стаханова и ждет ребенка, ее отпустили.
Со Сталиным отец был в хороших отношениях, но при этом, как и все, боялся его страшно, – вспоминает дочь Стаханова. – Только один раз Сталин, узнав, что отец выпил с шахтерами, сказал ему: «Если не хочешь вылететь из Москвы, прекращай это!» И он прекратил, а то бы наверняка попал в какой-нибудь лагерь. Я тоже помню Сталина, он меня не раз брал на руки, когда мы стояли на трибуне во время парада [10].
Опасаясь Сталина, Алексей Стаханов не подозревал, что именно после ухода вождя для него наступят трудные времена.
В 1957 году во время беседы с Первым секретарем ЦК КПСС Никитой Сергеевичем Хрущевым Пальмиро Тольятти имел неосторожность спросить: «А где сейчас Стаханов?» «Да все там же, в Донбассе», - бездумно ответил Никита Сергеевич. «А нельзя ли с ним встретиться?» - «Организуем». Эта просьба лидера итальянских коммунистов сыграла со Стахановым злую шутку. Когда Хрущев от помощника узнал, что Стаханов живет в Москве и работает в Минуглепроме, ему не захотелось в глазах международной коммунистической общественности выглядеть лжецом, и он распорядился в 24 часа отправить Стаханова с семьей в Донецкую область. На постоянное место жительства. В город, носящий имя другого лидера международного коммунистического движения - Мориса Тореза. – Поэтому мой отец и запил, – вспоминает дочь Стаханова. – Хрущев ему сказал: «Если не уедешь из Москвы – положишь партийный билет». После переезда из Москвы в Торез Стаханов не получил даже квартиры. Сначала снимал угол, затем несколько лет прожил на последнем этаже общежития. Алексей Стаханов к тому времени не работал в шахте уже много лет, потерял квалификацию. Он был пожилым, больным человеком и очень страдал, что не может взять семью с собой. Ведь ему предоставили только комнату в гостинице. Так что супруга лишь навещала его в Донбассе. Узнав о том, что у мужа появилась другая женщина и он стал сильно поддавать, она и вовсе перестала думать об отъезде из Москвы. Лишь при Брежневе ему выделили на окраине города небольшую двухкомнатную квартирку в одноэтажном кирпичном домике, рассчитанном на две семьи [доп.2].
- Алексей Капитонович Гастев
- Алексей Капитонович Гастев
- Алексей Капитонович Гастев (1882–1939)
- Алексей Капитонович Гастев (1882-1941)
- Алексей Капитонович Гастев и альтернативная педагогика 20-х годов XX в
- Алексей Максимович Пешков
- Алексей Михайлович Романов
- Алексеев, Борис Алексеевич
- Алексеев, Валерий Иванович
- Алексей Александрович Остроумов
- Алексей Алексеевич Перовский (1787—1836)
- Алексей Алексеевич Перовский : биография
- Алексей Аристин
- Алексей Венедиктов – «Человек – бренд»
