Министерство  образования Российской Федерации

Министерство  образования Московской области

Московский  государственный  областной педагогический институт 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Исторический  факультет 

Кафедра истории 
 
 

Царствование  Анны Иоанновны.

Бироновщина. 
 

Контрольная работа

Выполнил  студент II курса

                                                            Гуржий Ю.А. 

                                                                Преподаватель:                            

                                                    Оценка: 

                                                                            30 сентября 2005 года 
 
 
 
 

Орехово-Зуево

2005 
 
 
 
 
 
 
 

План 

  Введение

1. Заговор «верховников».
2. Путь к власти
3. Бироновщина: факты и мнения
4. «Обилие законов при абсолютном беззаконии»

  Заключение 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

                Существуют совершенно разные, полярные  точки зрения на десятилетие  правления Анны Иоанновны.

      Традиционная  историческая школа (Ключевский В.О., Соловьев С.М. и др.), опираясь на давно проверенные факты, ругает это время и ее правителей.

              Десять-пятнадцать лет назад появилось  ряд статей и изданий  спорящих  с традиционным мнением. В этих  работах делались нетрадиционные  выводы, прельщающие читателей своей  новизной. Гипотеза принадлежит петербургской школе историков во главе с Е. В. Анисимовым. Мнение  ученого следующее: для историографии характерно несколько штампов в определении периода царствования Анны Иоанновны. Первый – природная глупость Анны и отсутствие каких-либо талантов. Второй – бироновщина – засилье иностранных временщиков при дворе. Следующий стереотип  - это упадок торговли, промышленности, земледелия при господстве «немецкой клики». И, наконец,  штампом, по мнению Е.В. Анисимова, является мнение о том, что во времена Анны Иоанновны и Бирона господствовали «шпионаж, доносы и жестокие преследования недовольных».

      Встать  на сторону одной из концепций, как  оказалось, недостаточно. Лишь «столкнув» друг с другом два этих противоположных  мнения, мы сможем выяснить – какое же из них ближе к истине.

           Историография по данной теме  довольно обширна. В контрольной  работе мы использовали как   широко известные, классические  работы, так и нетрадиционные. Классика  – это Соловьев С. М. («История  России с древнейших времен. Кн.X.») и Ключевский В.О. («Курс русской истории»). Традиционная точка зрения на этот период также хорошо представлена в учебнике Филюшкина А.И. История России с древнейших времен до 1801 года (2004), и работе Чунакова А.В. От Ипатьевского монастыря до Ипатьевского дома (История, культура, быт и нравы царей династии Романовых) (2004).

     В первой главе – «Заговор «верховников» -  речь пойдет о событиях, предшествовавших воцарению Анны. В главе «Путь к власти» мы подробно коснемся личности императрицы. За этим следует рассуждение о бироновщине. В последней будут описаны попытки реформирования правительством Анны многих сфер российской действительности. 
 
 

1. Заговор «верховников»

      «19 января 1730 г. скончался император  Петр II. Ходили слухи, что князь Долгорукий сумел-таки обручить свою дочь Екатерину с Петром. Во всяком случае, Долгорукие стали добиваться возведения Екатерины на престол. Однако этому воспротивились другие аристократические фамилии. Началась борьба вокруг трона» (3, с.260).

     Знать, почувствовав вкус реальной власти при политически слабых Екатерине I и Петре II, захотела официально, путем введения специальных законов, ограничить полномочия императора в свою пользу. Попытка добиться этого связана с так называемым заговором  “верховников”. Суть его в следующем: после смерти Петра II члены Верховного тайного совета решили пригласить на престол дочь Ивана V Алексеевича Анну Иоанновну, вдовствующую курляндскую герцогиню. Предполагалось ограничить ее власть в пользу Верховного тайного совета особыми условиями – кондициями. Автором идеи являлся князь Д.М. Голицын.

     По существу Голицын высказался за олигархический переворот. Если бы его планы сбылись, власть оказалась бы в руках кучки представителей высшей знати. Следует заметить, что в действиях «верховников» не следует видеть попытку «демократизировать» политический строй России, как иной раз утверждается в научной литературе. Целью Голицына был захват власти для себя и своих сторонников.

          Но события 25 февраля 1730г. показали, что у самих «верховников» не было единства. Каждый «тянул одеяло на себя». Об этом же с горечью замечал Д.М. Голицын: «Трапеза была уготована, но приглашенные оказались недостойными…» (4., стр.215).

     Оппозицию «верховникам» составило высшее дворянство, которое было возмущено их бесцеремонностью. Дворянские лидеры А.М. Черкасский и В.Н Татищев (будущий знаменитый историк) предложили свой проект переустройства центральных органов власти. По нему предполагалось учредить Высшее правительство из 21 человека (по одному из каждой знатной фамилии). При правительстве хотели организовать Высшее собрание дворянства (вариант парламента).

     В итоге события вышли из-под контроля обеих сторон. Анна Иоанновна взошла на престол, разорвала кондиции и, опираясь на гвардию, отказалась обсуждать какие-либо проекты политической реформы.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2. Путь к власти 
 
 

     Анна Ионновна стала императрицей в феврале 1730 г. довольно неожиданно. Ее не знали при европейских дворах: какая-то там «курляндская вдова». Ее, как и всех дочерей Ивана Алексеевича, не воспринимали в России всерьез. В придворных кругах их презрительно называли «Ивановнами». Отталкивающее впечатление Анна производила и своим внешним видом. Н.Б. Долгорукая, сосланная императрицей в Сибирь, вспоминала: «Престрашнова  была взору, отвратное лицо имела, так была велика, когда между кавалеров идет, всех головой выше и чрезвычайно толста» (1, стр. 106).

     Анна была последней московской царевной и первой московской женщиной – правительницей нового типа. До Анны на протяжении XVI-XVII вв. судьба русских царевен была проста и обыденна: жизнь в тереме у матери до совершеннолетия, а затем пострижение в Воскресенском монастыре в Кремле. Так как все русские аристократы считались холопами по сравнению с царями, то брак с ними исключался. Выйти замуж за иноземных принцев не позволяла вера. Поэтому московские государи дочерей замуж не выдавали.

     Петр грубо и безжалостно сломал эту систему. Он стал использовать династические браки в качестве инструмента политического союза и начал раздавать дочерей и племянниц по европейским монархам, герцогам, курфюрстам.

     Когда Петр затеял свои немыслимые для Московской Руси брачные эксперименты, одним из первых женихов оказался курляндский герцог Фридрих Вильгельм. Россия не могла прямо захватить Курляндию: на нее также претендовали Польша и Пруссия, поэтому военное вторжение могло привести к конфликту с важными союзниками. Петр избрал более простой и эффективный путь.

     В 1710 г. Фридрих Вильгельм был приглашен в Петербург в качестве жениха. Тем самым правитель Курляндии становился родственником русского царя, и его герцогство поглощалось без всяких военных и дипломатических проблем. Узнав об «ужасающих планах» Петра, Просковья – вдова Ивана Алексеевича – решила пожертвовать той дочерью, которой не жалко: самой некрасивой и нелюбимой Анной. 31 октября 1710 г. сыграли свадьбу. Брак продлился около двух месяцев. 9 января 1711 г. Фридрих Вильгельм умер, по всей вероятности, с перепоя. Накануне он соревновался с Петром, кто больше выпьет, но русский царь оказался вне конкуренции. Овдовевшая Анна собиралась по русскому обычаю в монастырь, но Петр рассудил иначе. Зря он, что ли, устраивал этот брак?

     Анна была объявлена правительницей Курляндии и отправлена туда вместе с русским резидентом П.М. Бестужевым, который фактически и правил от ее имени. С самой вдовствующей герцогиней считались мало, и нередко она писала в Петербург, что нищенствует и бедствует. Единственным близким ей человеком был личный секретарь – обер-камер-юнкер Эрнст Иоган Бирон. «…Анна страстно полюбила Эрнста, поэтому  

болезнь и даже настроение любовника ей передавалось немедленно» (6., стр. 154). Приглашение  «верховников» Анна восприняла как  неожиданный подарок судьбы и  приложила все силы, чтобы его  не упустить.

          И не упустила. Кто помог ей в этом? Собственный политический талант?  (На это иногда намекают сторонники «опровержения штампов»). Конечно же, нет! «После 1 марта 1730г., когда были восстановлены ее права в полном объеме, она передала фактическое управление страной в руки Бирона…» (6., стр. 155). Отдала, потому что собственного ума на управление страной не хватило бы. Таким образом, первый «штамп» опровергнуть не удается. 
 
 
 
 
 
 
 

2. Бироновщина: факты и мнения

       Восемнадцать лет провела Анна  в Митаве, столице Курляндии. Она  никогда не была одинока. Поначалу  рядом с ней был Бестужев, с  1727 г. – Бирон. С именем последнего  связан исторический термин –  бироновщина.

          По мнению Анисимова Е.В. и  Каменского А.Б. этот укоренившийся в сознании ученых стереотип ошибочен. Знатоки истории представляют бироновщину как засилие иностранцев, преимущественно немцев, которые по эффектному выражению В.О. Ключевского «посыпались в Россию, точно сор из дырявого мешка, облепили двор, обсели престол, забирались на все доходные места в управлении» (2., стр.272). Между тем хорошо известно, немцы «посыпались» в Россию задолго до царствования Анны, и их количество никогда не угрожало национальному существованию русского народа. Конечно, иностранцы были разные. Многие из них действительно являлись временщиками с психологией наемника. Но были и те, для которых Россия становилась второй родиной. «Из русской истории – пишет Анисимов -  уже нельзя выкинуть блестящие имена великих ученых, художников, музыкантов, чьими руками также создавалась великая русская культура. В анненское время это академики Делиль, Эйлер, Беркулли, Байер, Гмелин, Крафт, архитекторы отец и сын Растрелли, Трезини, художники Валериани, Перезенотти, музыканты Ристоли, Арайя. А разве можно забыть, что француз Ланде создал для русских детей первую балетную школу, датчанин Беринг совершал свои выдающиеся плавания, немец Миллер собирал сведения о русских дворянских фамилиях» (1., стр.109).

         Таков нетрадиционный взгляд на бироновщину.

         Отрицание такой позиции «традиционщиками»  кажется правильным уже при  начальном, беглом рассмотрении. Трезини и Растрели приехали  в Россию по приглашению Петра I. В этом факте нет заслуги Анны Иоанновны. В то время как Бирон перевозит в Россию (кого бы вы думали?) собственных братьев и любимого  ростовщика-кредитора Лейбу Либмана. «Разве можно с учеными, которых приглашал Петр I, в один ряд ставить Даниила Шумахера, умевшего только расставлять книги в библиотеке по цвету переплета, или Корфа и Кейзерлинга, по целым дням спорившим, кто из них мудрее? В результате настоящий ученый Леонард Эйлер…вынужден был… уехать из России” (6., стр. 156).

     Далее Анисимов пишет: «Приближение иностранцев… вполне объяснимо сложностью положения Анны, которая после оглушительных событий начала 1730 г. не могла доверять природному российскому дворянству, подписывавшему проекты об ограничении ее власти. Принцип личной преданности при наборе своей «команды» во все времена оставался важнейшим» (1, стр. 115).

            Эта «команда» была расширена  до масштабов целой русской  гвардии, офицерский состав которой  состоял из лифляндцев, эстляндцев, курляндцев и других иностранцев.  Конечно, нужно учитывать, что  не каждый иностранец пользовался  доверием при дворе, и что многие русские были сподвижниками Бирона – Павел Ягужинский, Артемий Волынский, Андрей Ушаков, Алексей Черкасский. Однако общее количество русских при дворе было незначительным, а палача Ушакова лучше бы и вовсе не было.

     Следующий довод защитников Бирона косвенный: «В те времена – утверждают они -  никакой германской общности не существовало: вестфалец Остерман, ольденбуржец Миних, лифляндцы Левенвольде и другие не были связаны как немцы. Их, как и русских приближенных Анны, объединяло одно – ожесточенная борьба за власть».

         В этих словах заключено противоречие. Е.В. Анисимов замечает, что «борьба  за власть объединяла», но пишет  об отсутствие общности. В сознании  русских людей все они были  «немцы», «немчина», не знающая  по-русски ни слова. И этого было вполне достаточно для ненависти.

         Теперь об упадке торгового  оборота и развале промышленности  при Анне. «Как показал крупный  знаток торговли в России XVIII в. Н.Н. Репин, с 1725 по 1740 г. произошел резкий скачок через Петербургский и Архангьелский торговые порты… Вывоз железа за то же время вырос более чем в пять раз. Вывоз хлеба увеличился в 22 раза, соответственно росли доходы русских купцов и предпринимателей» (1, стр. 116). По данным историка Н.И.Павленко, выплавка чугуна на казенных металлургических заводах  Урала возросла во времена Анны Иоанновны на 64,4%, что позволило превзойти уровень Англии по этому показателю. Вот вам и бироновщина.

          Эта «положительная динамика»  выглядит особенно эффектно на  фоне невыплат зарплат офицерам гвардии. Слабость государственной власти и неспособность ее «давить» на экономику, как это было при Петре I, возможно, дала некоторую передышку и временный рост. Анна Иоанновна же тем временем «обдирала драгоценные камни с экспонатов Оружейной палаты…» (6., стр. 157).

      Известно, что бироновщина интерпретируется в историографии как особо  свирепый репрессивный режим, подобный режиму Ивана Грозного. Действительно, во времена Бирона процветали шпионаж  и доносы. Хотя такое было в истории  нашей страны всегда. История Тайной канцелярии времен Анны Иоанновны – это продолжение кровавой истории подобных органов политического сыска. Далее у Анисимова и Каменского идет такой аргумент: «За время царствование Анны количество арестованных составляло не более 10 тыс., а высланных в Сибирь не более 1 тыс. Для сравнения, за первое десятилетие правления «патриотической» императрицы Елизаветы количество высланных составило 2 413. Так что говорить о массовых репрессиях против недовольных оснований нет (1., стр.117).

           Цифры – вещь серьезная. Но  необходимо учитывать, что упомянутая тысяча высланных – представители высшей российской аристократии, а приказ Тайных дел не существовал со времен Федора Алексеевича.            
 
 
 
 
 
 
 

4. «Обилие законов  при абсолютном  беззаконии» 
 
 
 

       Этой  меткой фразой В.О.Ключевский довольно точно охарактеризовал положение  дел в стране при Анне. Императрица  прославилась огромным количеством  указов и законов (за 10 лет их вышло  более трех с половиной тысяч). Но в России законы всегда создавались  и так же легко не исполнялись.

         Отбросив проекты «верховников»  и дворянства, правительство, для  начала, провело собственную политическую  реформу. Верховный тайный совет  упразднили. В 1731 году был образован  Кабинет министров – формально  для помощи императрице, фактически  – для реального управления страной.

       В 1730 и 1731 гг. двумя указами был отменен  указ 1714 года о единонаследии, однако при сохранении лишь одной формы  землевладения – вотчинной. В 1736 году вышел закон, по которому один из дворянских сыновей мог не служить  и оставаться дома для управления имением, а общий срок службы дворян сокращался с пожизненного до 25 лет.

       Безусловной ошибкой правительства Анна стал указ 1736 года, по которому «наемные рабочие, даже на обычных мануфактурах, превращались в крепостных крестьян. Этой реформой Анна Иоанновна завершила ликвидацию в России самой возможности создания рынка вольнонаемной рабочей силы» (3, стр.277).

       Основной  экономической проблемой, стоявшей перед правительством, была нехватка финансов. Размеры налоговых недоимок достигли астрономических масштабов. Были даже учреждены ведомства по сбору податей (Камор-коллегии): одно занималось текущими платежами, а другое пыталось изъять недоимки за прошлые годы. Анна Иоанновна издавала заведомо невыполнимые указы (например, указом 1738г. предписывалось в течение месяца собрать все недоимки за 15-20 лет). Дошло до того, что с помещиков стали требовать под угрозой конфискации имений ответственности за уплату долгов их крестьянами. Известны случаи арестов дворян и продажи с торгов их  имений за крестьянские долги. Но эта мера носила явно демонстрационный характер: если бы она всерьез принималась, то пришлось бы арестовать всех дворян России.

       В реформах правительства Анны мы видим  то, как оторвано было это правительство  от реальных нужд общества. Впрочем, это извечная проблема российской власти. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

       Заключение. 
 
 

       Анны  Иоанновна пришла к власти в непростой  ситуации. В стране постепенно нарастал политический кризис. Позднее историки назовут восемнадцатое столетие «веком дворцовых переворотов». Самыми мрачными и бесцветными годами этого  столетия, по мнению многих ученых, явилось правление Анны. Спорить с этим тяжело и, порой, абсурдно. Анну в русском обществе не любили с первых минут правления, называли «нерусской», «бабой на престоле».

       Слава Елизаветы Петровны и безусловный  государственный гений Екатерины  II скрывали их ошибки. Правлению Анны Иоанновны не сопутствовал такой ослепительный блеск, поэтому ее неудачи история не простила, они видны невооруженным глазом.  
 
 
 
 
 
 
 
 

       Список  использованной литературы 

1. Анисимов  Е.В., Каменский А.Б.. Россия в XVIII – первой половине XIX века. М., 1994. 336с.
2. Ключевский В.О. Курс русской истории. Кн. IV. М., 1989.
3. Орлов А.С. Хрестоматия по истории России. М., 2004.   592с.
4. Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Кн.X. М., 1988.
5. Филюшкин А.И. История России с древнейших времен до 1801 года. М., 2004. 336с.
6. Чунаков А.В. От Ипатьевского монастыря до Ипатьевского дома (История, быт, культура и нравы царей династии Романовых). М., 2004.