Аристотель как родоначальник логики

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ  И НАУКИ РФ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО  ОБРАЗОВАНИЯ

МОСКОВСКИЙ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ 

ПРИБОРОСТРОЕНИЯ И ИНФОРМАТИКИ

Кафедра «Экономика»

Реферат

по дисциплине «Логика»

на тему: «Аристотель как родоначальник  логики»

Выполнил  студент:

1 курса

дневного  отделения

ЭФ-4

группа 1203

Тимаков Дмитрий  Маркелович

Проверил  преподаватель: Шлыков Владимир Михайлович

Москва – 2012

Оглавление

Введение 2

Учение об истине и законах мышления. 2

Учение о суждении 4

Учение о понятии 5

Учение о доказательстве 8

Заключение 9

Список используемой литературы 10

Введение

Один из величайших ученых древности  Аристотель родился в 384 г. до н. э. в  городе Стагире. В течение 20 лет Аристотель был учеником в школе Платона. Позднее, через 12 лет после смерти Платона, Аристотель основал в Афинах свою собственную философскую школу (перипатетическую, или Ликей). Он разработал теорию мышления и его формы, понятия,суждения и умозаключения.

Логические сочинения Аристотеля позже были объединены под общим  названием «Органон». Сюда вошли:

1. «Категории» – сочинение, которое  не всеми исследователями признается  подлинным ввиду близости развиваемого  там учения взглядам, выраженным  Платоном в диалоге «Тимей».

В этом сочинении позднейшими вставками  являются главы 10–15, где излагается учение о постпредикаментах; К. Прантль сочинение «Категории» считал подложным;

2. «Об истолковании» – сочинение,  вероятно, не принадлежащее самому  Аристотелю или по крайней мере подвергшееся искажению и позднейшим вставкам;

3. «Аналитики первая и вторая»  – основное классическое произведение  Аристотеля по логике, из которых первая излагает силлогистику Аристотеля, а вторая – учение о доказательстве. Эти два сочинения, бесспорно, принадлежат самому Аристотелю;

4. «Топика», содержащая учение о  вероятных («диалектических») доказательствах  (в ней не принадлежит Аристотелю  лишь пятая книга);

5. «О софистических опровержениях»  – сочинение, которое иногда  считается последней книгой «Топики», иногда же принимается за самостоятельное  сочинение.

Учение  об истине и законах мышления.

Логика Аристотеля не является той  формальной логикой, которая замыкается в рамках изучения формальной правильности мышления безотносительно к его  истинности. Для Аристотеля истина это соответствие мыслимого с  действительным в отличие от того формально логического понимания  истинности, согласно которому истинность принадлежит всецело сфере самого мышления и не имеет никакого отношения к подлинной действительности. По учению Аристотеля, истинно то суждение, в котором понятия соединены между собой так, как связаны между собой соответствующие им вещи в природе. Ложно то суждение, которое соединяет то, что разъединено в природе, или разъединяет то, что соединено в ней. На этой концепции истины основана логика Аристотеля.

В дальнейшем при изложении аристотелевского учения о законах мышления мы будем  использовать результаты этого исследования логике: она принимает два критерия истины: материальный (согласие мыслей с вещами) и формальный (согласие мыслей между собой), причем господствующим критерием в ней является материальный. Однако в процессе развития учения Аристотеля формальный критерий приобретает  известную самостоятельность и  заслоняет собой критерий материальный. И таким образом логика Аристотеля, исходя из неформальных предпосылок, в  процессе своего развития превращается в систему формальнологических приемов.

Аристотель различает два вида суждений: вечные необходимые суждения, относящиеся к области вечных неизменных объектов, и суждения, относящиеся  к кругу изменяющихся вещей. Так  как объекты, подверженные изменению, возникновению и уничтожению, не пребывают всегда тождественными себе, то и суждения о них не являются устойчивыми. Будучи истинными, пока их объекты остаются равными себе эти  же суждения становятся ложными, когда  объекты изменяются во времени. В  аристотелевском учении об истине это  деление суждений имеет существенное значение. Только первые суждения образуют область строгого знания, вторые же суть просто мнения и не имеют строгого научного характера.

Соответственно с этим делением суждений и понятие истины у Аристотеля делится на два вида: вечная абсолютная истина и истина, которая в потоке времени переходит в свою противоположность  и становится ложной.

Основным законом мышления у  Аристотеля является закон противоречия. Аристотель называет этот закон самым  неоспоримым принципом. Он гласит: «Невозможно, чтобы одно и то же в одно и  то же время и в одном и том  же отношении и было и не было присуще одному и тому же». То есть если объяснять более доступно: Слово (а) означает одно понятие (а) и, следовательно, не другое (не-а). Основная формула такова: «а не есть не-а». Смысл закона противоречия в этом аспекте таков: «а не может иметь тот же самый смысл, какой имеет то, что по своей сущности не есть а», следовательно, «а есть а и поэтому не есть не-а».

Переходим к учению Аристотеля о  законе исключенного третьего. Основная формулировка его у Аристотеля такова: «Равным образом не может быть ничего посредине между двумя  противоречащими друг другу суждениями, но об одном одно необходимо либо утверждать, либо отрицать»

У Аристотеля закон исключенного третьего, так же как и закон противоречия, имеет не только логическое значение, но и онтологическое. Логический закон  исключенного третьего имеет своим  основанием закон самой объективной  реальности. Даже более того, закон  исключенного третьего мыслится Аристотелем прежде всего как закон бытия и лишь затем как закон мышления. Или бытие, или небытие, все или есть, или не есть, между бытием и небытием нет ничего среднего. В соответствии с этим законом бытия у Аристотеля дается учение об истине. Истина и ложь находятся в контрадикторной противоположности. По самому определению этих понятий ложность есть отрицание истины, а истинность – утверждение истины. Положение о контрадикторной противоположности истины и лжи служит у Аристотеля предпосылкой доказательства закона исключенного третьего.

Учение  о суждении

В учении Аристотеля о суждении, суждение он понимает диалектически, как неразрывное  единство анализа и синтеза.

Всякое суждение, по Аристотелю, может  пониматься как установление связи, как синтез И в случае отрицательного суждения различные элементы суждения связываются, образуют единство.

Если утвердительное суждение трактуется как соединение ранее разделенного, то этим только описывается психологический  генезис суждения. И синтез, с которым мы здесь имеем дело, есть не что иное, как исключительно субъективный акт мышления, психический процесс, которому не соответствует ничего реального, Если в душе должен возникнуть тот синтез, который является верным отображением реальной связи, то должен иметь место синтез другого рода, который, однако, имеет своей предпосылкой разделение, а именно – должен быть разделен мыслительный материал на восприятие, представление или понятие. Ибо не только понятие, которое постигается непосредственным интуитивным мышлением как нечто совершенно простое, но и восприятие дано нам сперва как нечто единое, которое следует разложить на его элементы. После анализа происходит синтез, и разделенные элементы соединяются в единое целое. Таким образом, возникает утвердительное суждение.

Аналогично протекает синтетическая  деятельность, ведущая к отрицательному суждению. Но этому синтезу должен предшествовать анализ, причем анализируемым  целым может быть и представление  фантазии, и образ воспоминания, смешанный с чуждыми чертами.

Таким образом, по Аристотелю, при  образовании суждения синтезу предшествует анализ (субъективное разделение элементов). Суждение, по учению Аристотеля, истинно лишь тогда, когда отношения совместного или раздельного бытия двух содержаний мысли, установленные в субъективном движении мышления, суть адекватные отображения реальных отношений. Истинно то утвердительное суждение, которое соответствует реальному совмещению, и истинно то отрицательное суждение, которое соответствует реальной раздельности. Аристотель говорит, что не всякая речь является суждением. Так, например, мольба не есть суждение, так как это такой вид речи, который не является ни истинным, ни ложным. Не являются суждениями и такие виды речи, как побуждение или вопрос. Что касается структуры суждения, то Аристотель в этом вопросе следует данному впервые Демокритом учению, что суждение состоит из «имени» и «глагола». Как и у Демокрита, под именем здесь понимается та часть суждения, которая относится к предмету, о котором идет речь, а термином «глагол» обозначается все то, что высказывается об этом предмете. Таким образом, Аристотель принимает демокритовское учение о субъектно-предикатной форме суждения; связка не выделяется им в качестве особой части суждения, а включается в предикат (в глагол). По указанным выше причинам классификация суждений в логике Аристотеля охватывает только категорические суждения. Он делит их по трем основаниям: по качеству, количеству и модальности.

По качеству Аристотель делит суждения на утвердительные и отрицательные.

Что касается классификации суждений по количеству, то в «Первой Аналитике» Аристотель делит суждения на общие, частные и неопределенные. В этой классификации Аристотеля существует неясность. Если частные суждения понимать в смысле «некоторые, а может быть и все S суть Р», то нет никакого различия между ними и неопределенными суждениями, так как в тех и других остается невыясненным, идет ли речь только о некоторых, или, может быть, о всех S. Строго говоря, то, что называется различием суждений по количеству, Аристотель понимает как различие в том, высказывается ли сказуемое о подлежащем общим или необщим образом, обо всем или не обо всем объеме подлежащего. Третий вид деления суждений у Аристотеля – деление на суждения, говорящие о простом, необходимом и возможном бытии.

В основе этого деления лежит  градуирование самого бытия. По Аристотелю, есть бытие возможное (то, что может быть и может не быть, но существование чего не является невозможным), действительное (существование отдельных вещей, область естественно происходящего, в котором имеет место сочетание необходимого и случайного) и необходимое (сущность вещей, находящая свое выражение в понятиях).

Учение  о понятии

Присущее Аристотелю колебание  между материализмом и объективным  идеализмом, между диалектикой и  метафизикой особенно сильно сказывается  на его учении о понятии. Проблема понятия есть прежде всего проблема общего в его отношении к отдельному, а именно в решении этой проблемы Аристотель безнадежно запутался.

С одной стороны, Аристотель дает блестящую  уничтожающую критику теории идей Платона  и доказывает всю несостоятельность  превращения общих понятий в  самостоятельную сущность, существующую независимо от чувственного мира В этой критике теории идей Платона Аристотель выступает как материалист, борющийся против идеализма.

Но Аристотель остановился на полпути. Отвергая учение Платона о самостоятельном  существовании общих понятий  в качестве субстанций, независимых  от единичных вещей, чувственного мира, он все же признает их «вторичными  субстанциями», являющимися сущностью  всего реально существующего. Таким  образом, колебание Аристотеля между  материализмом и идеализмом приводит его к самопротиворечию: с одной  стороны, единичные вещи являются первыми  субстанциями, с другой, высшее вечное совершенное бытие приписывается  общим родовым понятиям. Общее  существует только в единичных субстанциях, но оно действительно в более  высоком смысле, чем последние, будучи сущностью всех единичных субстанций. Аристотель непоследователен, когда он, с одной стороны, признает только единичное субстанциональным, а общее существующим в нем, а с другой стороны, учит, что понятийное познание имеет своим предметом общее и что определение понятия дает знание сущности; так что с первой точки зрения единичное есть собственный предмет познания, тогда как со второй – не единичное как таковое, а, скорее, общее есть предмет науки.

Это противоречие Аристотель пытается разрешить путем различения двух значений категории субстанции: первой субстанции (единичные вещи) и второй субстанции (общей сущности).

Единичные вещи, по Аристотелю, представляют собой единство формы и материи, но в этом единстве примат принадлежит  форме.

Мысль Аристотеля тщетно бьется над  проблемой понятия, ударяясь то в  сторону материализма, то в сторону  объективного идеализма, становясь  то на путь эмпиризма, то на путь умозрения, то возвышаясь до диалектических догадок, то впадая в метафизику.

По учению Аристотеля, логический процесс, двигаясь от менее общих  понятий к более общим, завершается так называемыми категориями. Исходным пунктом логического процесса обобщения являются разнообразные единичные данные чувственного восприятия, конечным же результатом этого логического процесса является определенное ограниченное число самых общих понятий, не сводимых ни друг к другу, ни к единому наивысшему понятию. Таблица десяти категорий дается в четвертой главе «Категорий», где говорится, что при употреблении слов вне предложения каждое слово обозначает или сущность (субстанцию), или качество, или количество, или отношение, или место, или время, или положение, или обладание, или действие, или страдание. Далее Аристотель поясняет примерами смысл каждой категории.

Так, человек или лошадь есть субстанция; величиной в два локтя –  количество; белый – качество; двойной, половинный, большой – отношение; в Ликее, на площади – место; вчера – время; сидит, лежит – положение; обут, вооружен – обладание; режет, жжет – действие; его жгут, его режут – страдание.

Как в учении о суждении, так  и в учении о категориях Аристотель ищет логику в грамматике, стремясь извлечь логические формы из грамматических. Что касается самого термина «категории», то это слово у Аристотеля встречается в более широком и специальном смыслах. Во втором случае этот термин употребляется Аристотелем для обозначения предиката. Модальности (возможность, необходимость и т. д.) также иногда обозначаются выражением «категории». Стоики в грамматике предикативную часть предложения обозначали термином «категорема». Категории Аристотеля суть различные значения бытия, наивысшие роды сущего Категории – наивысшие предикаты первой субстанции и различаются они по их отношению к первой субстанции. Это и есть принцип деления в классификации категорий. Категории различаются способами предикации. Число и различие того, что предицируется о первой субстанции, равно числу и различию категорий. Одно и то же понятие не может прямо попадать под две различные категории Но различие категорий не есть необходимо реальное различие Сам Аристотель дает примеры, показывающие возможность реального тождества вещей, принадлежащих к разным категориям.

Для Аристотеля, как и для Платона, наука есть система понятий, причем, по мнению обоих этих мыслителей, все  понятия образуют определенную иерархию, в которой каждое отдельное понятие  занимает определенное, строго фиксированное  место. По учению Платона и Аристотеля, понятия вечны и неизменны, они  находятся в неизменном отношении  между собой. Это отношение есть отношение субординации, подчиненности  менее общих понятий более  общим. Низшие (менее общие) понятия  зависят от высшего (более общего) понятия. С этой точки зрения истинное суждение рассматривается Аристотелем  как подчинение понятий – устанавливается подчинение субъекта предикату; в суждении субъект является низшим понятием, а предикат высшим. С этой точки зрения для Аристотеля суждение представляет собой в известном смысле включение менее общего понятия в более общее.

На вершине иерархии понятий, по учению Аристотеля, находятся наивысшие, самые общие понятия – категории. Под категории можно подвести все остальные понятия. В отношении  же к суждениям они суть наивысшие  роды сказуемого.

Сопоставляя учение о категориях Аристотеля и Платона, мы приходим к следующим  выводам.

Учение Платона о категориях было стройной системой, строго выдержанной  в духе объективного идеализма. Оно  являлось последовательным развитием  платоновского реализма, с точки  зрения которого более общее, более  высшее понятие обладает большей  полнотой реальности, более совершенным  бытием. Система категорий Платона  является всеобъемлющей, охватывающей все существующее и включающей в  себя все понятия.

Учение Аристотеля опровергает  эту систему. Так как бытием в  собственном смысле обладают единичные  вещи, то платоновская лестница бытия  превращается в свою противоположность.

Но учение Аристотеля раздирается  внутренними противоречиями, поскольку  оно не проводит до конца материалистической точки зрения. Противоречивость в  решении вопроса об отношении  общего и единичного особенно выявляется, когда мы переходим к рассмотрению конкретного развития Аристотелем  учения об отдельных категориях. Во главе категорий стоит категория  субстанции, занимающая первое место  в таблице категорий.

Аристотель проводит существенное различие между суждениями, в которых  высказываются о Субстанциях  их виды и роды, и суждениями, в  которых предикаты относятся  к остальным категориям. В первых суждениях высказывается о субстанциях  их сущность, в остальных – акциденции. Это различие Аристотель характеризует  таким образом: в первом случае высказывается  имя и понятие, во втором – только имя, но не понятие в собственном  смысле.

Первая субстанция – субстанция в собственном смысле слова –  определяется Аристотелем отрицательно, как то, что никогда не может  быть предикатом, а бывает только субъектом, о котором высказываются всевозможные предикаты. Вторые же субстанции (общее, родовое и видовое, представляющее сущность первых субстанций) могут  быть и субъектами и предикатами  в суждении.

О первых субстанциях Аристотель говорит, что они могут принимать в  себя противоположности. Отдельный  человек может становиться то хорошим, то дурным, то белым, то черным, то теплым, то холодным. Первая субстанция – это постоянное в изменении.

Кроме первой субстанции, все остальные  категории (а также вторые субстанции) не существуют самостоятельно. Они  реально существуют в первых субстанциях  и абстрагируются от них в нашем  познающем мышлении.

Образование понятий Аристотель мыслит как процесс абстрагирования, который  отвлекает общее, содержащееся во многих сходных предметах. Этот процесс  абстракции состоит, так сказать, в  вылущивании общего из единичного, в котором оно объективно содержится.

Общее есть объективно существующая реальность (форма материи), а не создание человеческого мышления или  разума, которые могут только познавать  эту объективную реальность, интуитивно ее созерцая.

Первая категория – это, во-первых, субстанция как самостоятельно существующая вещь и, во-вторых, сущность, или понятие  в узком смысле. То, что в вещах  имеется, кроме сущности, – акциденции, которые или необходимо связаны с сущностью, или не имеют необходимой связи с ней, т. е. случайны.

Аристотель стремится резко  отграничить первую категорию от остальных. В отличие от первой категории (субстанции), все остальные категории  являются акциденциями (а о категории  отношения можно сказать, что  она есть акциденция акциденций).

Однако ко второй субстанции не подходит характеристика субстанции как того, что существует самостоятельно само по себе и не находится ни в чем  другом.

Характеризуя отношения между  понятиями, Аристотель говорит, что  понятия, подчиненные одному и тому же родовому понятию, являются тождественными по роду и подобным же образом понятия, подчиненные одному и тому же виду, являются тождественными по виду.

Аристотель устанавливает и  другие виды отношений между понятиями: понятия, из которых одно является простым  отрицанием другого (А и не-A), находятся в отношении противоречащей противоположности, а понятия, принадлежащие к одному и тому же роду и наиболее отличные друг от друга, находятся в отношении противной противоположности.

Аристотель говорит еще о  двух видах противоположности понятий  – о противоположностях между  соотносительными понятиями и между  обладанием и лишением. Отношение  противоположности между соотносительными понятиями имеет место среди  понятий, относящихся к категории  отношения (таково, например, отношение  между понятиями «двойное» и  «половина»). Противоположностью между  лишением и обладанием является противоположность  между отсутствием определенной формы и наличием ее. Материя, пребывая одной и той же, принимает различные  формы. Так, человек из необразованного становится образованным.

Понятие «необразованный» есть лишение  по отношению к понятию «образованный», оно выражает не-бытие, отсутствие образованности.

Учение  о доказательстве

Силлогистика Аристотеля ставит своей  задачей установить, какими способами  из данных положений с достоверностью может быть выведено заключение. Для  этого необходимо было выяснить все  правильные способы умозаключения  и показать ошибочные способы, по которым нельзя получить достоверных  заключений.

Поскольку для осуществления задачи выведения частных суждений из общих  необходимо было иметь наивысшие  общие положения, которые могли  бы служить исходной основой для  всей цепи дедуктивных умозаключений, Аристотель признает наличие самоочевидных, самодостоверных, наиболее общих положений.

По его учению, подобно тому как понятия имеют свои пределы – внизу в единичных вещах и вверху в категориях, точно так же имеют свой низший и высший пределы умозаключение и доказательство. Доказательство имеет своим самым низшим пределом данные чувственного опыта и своим высшим пределом – наиболее общие основоположения и определения, которые являются недоказуемыми и вместе с тем самыми достоверными и необходимыми принципами знания. Эти принципы познаются разумом непосредственно. В отличие от мышления, оперирующего умозаключениями, которое может впадать в ошибки, разум как высшая умственная способность никогда не заблуждается.

Аристотель для различных типов  доказательства устанавливал различные  виды умозаключений. В общем доказательства и применяемые в них умозаключения, по Аристотелю, можно отнести к трем основным областям: 1) к области строгой науки, аподейктики и аналитики, 2) к области диалектики, риторики и топики и 3) к области пейрастики, эристики и софистики. Пейрастику Аристотель иногда рассматривает и как разновидность диалектики.

Подлинное вполне обоснованное доказательство имеет место лишь в первой области. Лишь здесь из необходимо истинных посылок с необходимостью выводятся  новые необходимо истинные суждения. Это – область абсолютных, вечных, неизменных истин о сущности вещей. Только тут мы имеем дело с доказательством  в строгом смысле слова. К аподейктичеоким примыкают дидактические доказательства, которыми пользуется учитель при обучении наукам учеников. Что касается области диалектики и примыкающей к ней риторики, то здесь посылки являются необходимо истинными, а лишь вероятно истинными. В диалектике исходят из того, что бывает обычно, «по большей части» и что поэтому обычно признается за истину (т. е. здесь исходят из общепринятого мнения), в риторике же, где целью является только убеждение слушателей, исходят из тех мнений, взглядов, предубеждений, которые являются господствующими в той или иной среде слушателей.

Заключение

Аристотель определенно указывает, что теория силлогизма впервые создана  им, но, как выше было отмечено, он разработал только учение о категорическом силлогизме. Как первый автор, создавший систему  логики в качестве самостоятельной  науки, и как творец первой теории умозаключений (хотя далеко не полной) Аристотель вполне заслуженно получил  наименование «отца логики». Главной заслугой Аристотеля является то, что он впервые дал учение о делении суждений по модальности и разработал теорию модальных силлогизмов.

Но это не следует понимать в  том смысле, что никто до Аристотеля не занимался вопросами логики и что логика сразу в законченном виде возникла у Аристотеля.

Аристотель имел перед собой  логику Демокрита и логику Платона. От них он исходит. Так, самое главное логическое учение Аристотеля – его теория категорического силлогизма – возникло из критики платоновского учения об определении понятия путем логического деления. Логика Аристотеля – закономерное звено в историческом развитии древнегреческой логики. Она находится в теснейшей связи с состоянием научного знания того времени. У Аристотеля логика впервые стала отдельной философской дисциплиной в качестве пропедевтики к «первой философии». Чтобы успешно решать философские проблемы, необходимо овладеть в совершенстве орудием научного мышления – логикой. Таково, по Аристотелю, место логики в системе наук.

Список  используемой литературы

1.www.Wikipedia.org

2.Маковельский А.О. “История логики”

3. http://www.physchem.chimfak.rsu.ru

4. http://dic.academic.ru