Азиатский финансовый кризис и ее влияние на финансовую систему РК

   ТЕМА 14. АЗИАТСКИЙ ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС И ЕЕ ВЛИЯНИЕ НА ФИНАНСОВУЮ СИСТЕМУ РК

1. Валютно-финансовый  кризис 1997-1998 годов и его воздействие  на финансовую систему Кореи.            2. Причины Азиатского финансового кризиса и ее последствия

3. Уроки  валютно-финансового кризиса в Республике Корея

4. Послекризисное  развитие  

1. Валютно-финансовый  кризис 1997-1998 годов  и его воздействие  на финансовую  систему Кореи.

   Как отмечалось  в основе финансового кризиса, развернувшегося в стране  в 1997 году, лежали прежде всего глубинные факторы, связанные с накоплением издержек ускоренной индустриализации. При всех различиях в характере кризисов и в Мексике в 1994 году, и в Юго-Восточной Азии в 1997 - 1998 годах основной удар кризиса был нанесен по национальным банковским и валютным системам с последующей коррекцией фондовых рынков.

   Схема финансового кризиса была примерно одинаковой: массовый отток внешнего капитала создавал угрозу падения курса  национальной валюты, после чего иностранные  институциональные инвесторы, действовавшие на внутреннем рынке, стремились вывести капитал и зафиксировать полученную прибыль. В результате, кризис распространялся на различные сектора финансового рынка.  

   Финансовый  кризис стал "кризисом избыточного  инвестирования", при котором  внешнее финансирование, использовавшееся для расширения производства и долгосрочного инвестирования, выступало ключевым фактором перегрева конъюнктуры.

   Среди макроэкономических объяснений механизма  развертывания кризиса исследователи  прежде всего выделяют растущий приток капитала в условиях плавающих валютных курсов в 1995-1997 годах, который приводил к переоценке реальных валютных курсов, что в свою очередь усиливало дефицит текущих счетов платежного баланса.

   Острому развитию финансового кризиса способствовали не только отмеченные фундаментальные факторы, но и ряд ошибок экономической политики. Среди них выделяются такие, как: искажение информации о начале спада в экономическом цикле; защита переоцененной валюты при наличии высокого текущего дефицита, что неизбежно влечет потерю резервов; обострение проблем ликвидности и соответствующее разбухание задолженности финансовых институтов; продолжение бюджетной политики, обнаружившей свою несостоятельность; политические заявления, связывавшие все финансовые трудности лишь с деятельностью спекулянтов и международных финансовых организаций. Все эти ошибки усиливали сомнения участников финансовых операций в способности властей управлять развитием событий.

   Курс  национальной валюты страны  был привязан к корзине, состоящей из набора устойчивых валют развитых стран, в которых около 80% составлял доллар США. Денежные власти стран рассматриваемого региона реагировали на приток иностранного капитала в 1993-1995 годах тем, что защищали свои валюты от повышения. Приток иностранного капитала при фактически фиксированном обменном курсе вызвал быстрое наращивание внешних резервов и соответствующий рост денежной базы. Вместе с тем замедление темпов экономического роста сокращало возможности обслуживания внешней задолженности.

   Наряду  с ростом задолженности местных фирм национальным банкам быстро расширялись прямые займы оффшорных банков, выпуски еврооблигаций и "янки бондз", что увеличивало кредитные риски.

   С развертыванием финансового кризиса  и циклическим отливом капитала из стран Юго-Восточной Азии сброс акций приобретает кумулятивный эффект, вызывающий обвал фондовой биржи. Вместе с тем репатриация средств, в свою очередь, способствовала нарастанию валютного кризиса.

   В силу отмечавшейся "непрозрачности" финансовых рынков "первичная" негативная информация о состоянии дел в валютно-финансовой сфере резко усиливает дополнительный риск вложений, а уровень доходности падает, что неизбежно ускоряет уход капитала. Иными словами, в условиях начавшегося кризиса недостаточная "прозрачность" финансовой системы порождает дополнительный мультипликатор нарастания риска.

   Непосредственной  причиной кризиса финансовой системы Кореи явился внезапный, неожиданный и широкомасштабный отток международного капитала как из самой страны, так и из других стран Юго-Восточной Азии. На протяжении 1996г. иностранные инвесторы вложили в экономику пяти переживающих ныне кризис азиатских стран (Индонезии, Кореи, Малайзии, Филиппин и Таиланда) 93 млрд. долларов. Этому предшествовали 47 млрд-е инвестиции в 1994г. и 70 млрд-я в 1995-м. В 1997г. инвесторы вместо того, чтобы вложить новые деньги, в панике изъяли 12 миллиардов долларов. Поворот в 105 миллиардов долларов (от притока в 93 миллиардов до оттока в 12 миллиардов) равнялся 11% от докризисного национального дохода этих стран. ⁷

   Одиннадцатипроцентное снижение национального дохода в  инвестиционных финансах несет с  собой катастрофу, которая и привела  эти страны в состояние глубокого экономического спада.

   Вместе  с тем, недостаточное развитие рыночных отношений, многочисленные проявления административного произвола в  банковской сфере еще более ослабляли  устойчивость финансовой системы Кореи.

   Медленное развитие рынков ценных бумаг приводило к тому, что частные капиталы притекали в страну как правило в форме не прямых инвестиций, а займов, предоставляемых местным банкам. В результате иностранные инвесторы по существу полностью делегировали местным финансовым посредникам ответственность за выбор конечных заемщиков и их контроль. Между тем, компетентность банковского менеджмента оказалась ограниченной, банковский надзор в рассматриваемых странах - слабый.

   В условиях валютного кризиса серьезную  опасность для банковской системы  может представлять высокая доля заимствований, номинированных в иностранной валюте (кредиты, полученные от зарубежных инвесторов). Это определяет высокий уровень курсовых рисков, возникающих в случае ухудшения платежного баланса или кризиса доверия к национальной валюте.

   Таким образом, преобладание в финансовой системе страны  банковского кредитования, отражавшее неразвитость рынков ценных бумаг и практическое отсутствие рынков частных облигаций, стало важнейшим фактором, увеличивающим нестабильность финансовой системы.

   Уязвимость  экономики страны усиливалась также  недостаточной "прозрачностью" их финансовых рынков, а также широким  распространением нерыночных методов  ведения хозяйственных операций: речь идет о "неформальных деловых  отношениях", непотизме и коррупции. В некоторых случаях правительство фактически принуждало банки выдавать ссуды конкретным финансовым группам или отраслям промышленности. Безнадежными оказались перспективы возврата большей части прямых бюджетных кредитов отдельным отраслям промышленности.

   Проблема  ликвидности вторичных рынков ценных бумаг связана с недостаточным  развитием сети крупных маркет-мейкеров. Основой для поддержания рыночной активности оказывается интенсивное  развитие дилерской сети, организация  рынка РЕПО и механизмов "дисконтного окна".

   Другой  проблемой, связанной с функционированием  рынка облигаций в развитой стране, оказывается оценка рейтингов кредитоспособности. В большинстве стран Восточной Азии в настоящее время существуют рейтинговые агентства. Однако их эффективность в предоставлении своевременной и точной информации, как правило, недостаточно высока. Тем самым еще более сужались возможности использования антикризисного инструментария (целенаправленная денежно-кредитная или валютная политика, санация банковской системы и др.).

   Немаловажным  фактором, который ограничивает возможности  маневра правительства в условиях кризиса, является его зависимость  от мощных финансово-промышленных группировок, поскольку принятие решительных  стабилизационных мер грозит лоббистским  группам значительными потерями. Именно такая ситуация свойственна для авторитарных и полуавторитарных режимов "азиатских тигров".

   Важнейшей структурной характеристикой "азиатских  тигров" является сочетание крупнейших, тесно связанных с государством, финансово-промышленных групп и значительного сектора мелкого бизнеса, однако, политически слаб и мало влиятелен. Главенствующую роль в экономической и политической жизни этих стран играют крупнейшие конгломераты, контролируемые отдельными семьями, в том числе семьями, представители которых занимают высшие посты в государстве.

   Выше  уже отмечалось господство конгломератов, втягивающих в сферу своего влияния  банки и использующих их как инструмент обслуживания собственных интересов. Это приводило к отягощению финансовой системы огромными суммами "плохих" долгов. Одновременно такие структуры препятствовали созданию правовых механизмов, которые обеспечивали бы необходимую для общественного контроля "прозрачность" финансовых институтов. Это, в свою очередь, вело к неуклонному подрыву основ эффективного рыночного функционирования предприятий, особенно малого бизнеса.

   В этой ситуации становится совершенно естественным, что власти, имея выбор между: с одной стороны, ужесточением денежной политики и оздоровлением финансового климата, и, с другой стороны, обвалом курса национальной валюты, избирают второй вариант (хотя и имели место безрезультатные попытки избежать девальвации путем валютных интервенций).

   Часто это может обеспечивать дополнительные выгоды некоторым конгломератам, тем, у которых сравнительно невелики финансовые активы, номинированные в национальной валюте. Девальвация повышает конкурентоспособность таких предприятий на внешних рынках, а негативные последствия заключаются в ускорении инфляции, задевающей интересы преимущественно низкодоходных слоев населения. Если бы власти выбрали путь ужесточения денежно-кредитной политики, то это нанесло бы удар как по банкам, так и конгломератам в целом.

   Последствиями такого развития событий является, во-первых, снижение возможностей использования рыночного антикризисного инструментария (проведение целенаправленной денежно-кредитной, валютной и бюджетной политики, санация банковской системы и др.). Во-вторых, замедление процесса выхода из финансового кризиса. В силу этого кризис может приобрести затяжной стагфляционный характер (спад производства просто "перекладывается" на рост цен). Финансовый кризис в стране  был спровоцирован изменениями основополагающих макроэкономических показателей сначала в Чехии (во втором квартале 1997г.), затем в Таиланде, после чего он стремительно охватил непосредственно Корею и другие страны региона. Цепную реакцию распространения кризиса сразу же охарактеризовали как "инфекционную"- термин, который обычно употребляется для описания банковских кризисов, когда неплатежеспособность одного или нескольких банков может привести к кризису ликвидности и возможной неплатежеспособности других банков из-за массового изъятия вкладов. С момента "инфекционного" распространения кризиса во втором квартале 1997г. наблюдалась существенная девальвация валюты страны по отношению к доллару США, достигшая на сегодняшний день 25-40%. Хотя основным толчком к девальвации явился уровень дефицитов текущих счетов, можно выделить следующие четыре основные экономические причины, приведшие к такой ситуации:

           1. Сильная зависимость от краткосрочного капитала и предоставленных в иностранной валюте долговых обязательств -"горячие" деньги обладают как способностью быстро входить в развитую финансовую систему, так и быстро покидать ее. Одновременно девальвация местной валюты приводит к росту выплат в единицах этой валюты по основной сумме иностранного займа и процентных платежей.

           2. Высокий уровень экономического роста, поддерживаемые большим потоком чистых трансфертов, затенили факт недостаточной развитости сектора финансового посредничества, задержав, таким образом, структурные реформы в финансовом секторе. Девальвация местной валюты особенно сильно повлияла на фирмы и банки с большими долгами в иностранных валютах, вызвав проблемы ликвидности и во многих случаях неплатежеспособность. 
           3. Международная ситуация в денежно-кредитной сфере.

           4. Негибкость обменного курса. Правительство страны продолжало поддерживать фиксированные обменные курсы, что лишь увеличило размер вносимых корректив.

   Развитие  кризисных явлений в подобных странах "второго и третьего эшелонов" промышленного развития в особенно острых формах обнаруживается в финансовой сфере. Вместе с тем, такие финансовые кризисы, как свидетельствует опыт последних десятилетий, неизменно развертываются при резком снижении темпов роста промышленного производства (или прямого падения абсолютных масштабов производства). В основе таких кризисов лежат прежде всего внутренние конфликты того типа индустриализации, который получил распространение в странах Юго-восточной Азии.

   Государственный долг Кореи. Достаточно длительный период времени,   вплоть до декабря 1997 года общая сумма государственного долга Кореи была  относительно невелика. Это объясняется тем, что бюджетный дефицит страны из года в год покрывался   не за счет привлечения дополнительных финансовых ресурсов из-за рубежа, а за счет инфляции. А привлечение международных кредитов и займов осуществлялось не правительством страны, а крупными финансово-промышленными группами. Однако охвативший всю Юго-Восточную Азию мировой финансовый кризис заставил Корею обратиться за финансовой помощью к Международному Валютному Фонду на сумму 105 млрд. $.

   Для финансирования   государственного долга правительство Кореи выпускает различные виды ценных бумаг:

• облигации;  
• долговые и сберегательные   сертификаты;
• финансовые обязательства. 

   Большая часть государственного долга   размещена в Банке Кореи, государственных  компаниях, коммерческих банках и страховых  компаниях. 

2. Причины Азиатского финансового кризиса и ее последствия

    Азиатский финансовый кризис означал обвал  валютного и фондового рынков пяти азиатских стран: Таиланда, Филиппин, Малайзии, Индонезии и Республика Корея, случившийся в июле - декабре 1997 года. Финансовый кризис вызвал тяжелые социально-экономические последствия в этих странах и прямо или косвенно повлиял не только на экономическое и экономическое развитие Азиатско - Тихоокеанского региона, но и далеко за пределами АТР. Глубина кризиса, равно как и способность стран справиться с его последствиями, не были одинаковыми.

    Расклад сил к началу 1999 года в APT

    Причин  финансового коллапса пяти упомянутых выше азиатских «тигров», оказавшихся  в эпицентре финансовых потрясений, несколько. Это переоценка национальной валюты, привязанной к американскому доллару и подорожавшей вслед за удорожанием доллара в 1996 - 1997 годах, а также исчерпание возможностей традиционной для новых индустриальных стран (НИС) экспортной стратегии роста. В условиях завышенного курса национальных валют, роста импорта и усиливающейся международной конкуренции со стороны «новой волны» НИС (Китай, Вьетнам и т.д.) ставка на экспорт уже не обеспечивала финансовой устойчивости НИС. Это и слабость банковско-финансовых систем, которые, будучи созданными под форсированный и кредитопоглощающий рост, не смогли ни предотвратить увеличения сверхкритической нормы объемов «плохих» кредитов и дефицита текущего платежного баланса, ни противостоять атакам международных финансовых спекулянтов, играющих на инфляции активов и завышении курсов национальных валют.

    В наименьшей степени от финансового  кризиса пострадали Филиппины, в наибольшей - Индонезия, в которой кризис привел к отставке правившего страной более 30 лет президента, массовым увольнениям и социально-экономическому коллапсу. В 1998 году ВВП Филиппин сократился на 0,1% при инфляции в 11,2%, тогда как Индонезии - 17,4% при 80% инфляции.

    Быстрее других от кризиса оправилась Республика Корея, имеющая развитую современную промышленную базу и получившая более половины всех кредитов МВФ, направленных на восстановление азиатских финансов. Близких к южнокорейским успехов добился Таиланд, как и Республика Корея тесно сотрудничавшая с МВФ в преодолении кризиса. Однако не смотря на то, что к началу 1999 года валютные и фондовые рынки Республики Корея и Таиланда стабилизировались на уровне 70% от кризисного, а инфляция (за 1998 г.) не вышла за рамки 7-8%, экономические последствия финансового кризиса оказались удручающими: ВВП в этих странах сократился соответственно на 6,8% и 8 ,0 %, резко возросла безработица. Не смогла удержаться на плаву и Малайзия, отказавшаяся от помощи и рецептов МВФ и избравшая путь ужесточения валютного регулирования (установлен твердый обменный курс национальной валюты) и контроля над иностранным капиталом (введен годовой мораторий на вывоз капитала). ВВП страны сократился на 8,6% при инфляции в 5,6%.

    Во  вторую группу можно объединить страны и экономики «китайского пояса» - Китай, Сингапур, Тайвань, Гонконг, а также китайский бизнес в странах АСЕАН, не пострадавшие непосредственно от финансового коллапса своих соседей. Устойчивости «китайской экономики» способствовали следующие основные факторы:

• Большие золотовалютные резервы: около 140 млрд. долларов у Китая, по 70 - 80 млрд. долларов у Тайваня, Гонконга и Сингапура',
• Положительное сальдо текущего платежного баланса;
• Закрытость и жесткое регулирование валютного и фондового рынков в Китае и на Тайване, что позволило им защититься от атак финансовых спекулянтов;
• Незначительный объем «плохих» кредитов в Сингапуре на Тайване и у китайского бизнеса в Юго-Восточной Азии - вследствие хорошего менеджмента тайваньских и сингапурских банков и крупных корпорации и, с другой стороны - традиции семейного китайского бизнеса, предпочитающего полагаться на собственные средства и деньги родственников и не брать кредитов сверх объемов реальных ликвидных активов;
• Финансовая поддержка Китаем сверхлиберализованных валютного и фондового рынков Гонконга, подвергшихся спекулятивным атакам в 1997 и 1998 годах после того как Гонконг перешел под юрисдикцию Китая;
• Наличие у Тайваня и Гонконга устойчивых и прибыльных ниш на мировых рынках, соответственно компьютерной техники и финансовых услуг.

    Однако, выдержав первый прямой удар, «китайская экономика» Азии не обнаружила полного иммунитета к косвенным последствиям азиатского финансового кризиса. Девальвация национальной валюты повысила конкурентоспособность экспорта попавших в беду стран и уменьшила спрос на импортную продукцию в ущерб экспорту Китая, Гонконга, Сингапура и, хотя в меньшей степени. специализирующегося на наукоемкой продукции

    Тайваня. В результате в Гонконге и Сингапуре  в 1998 году было зафиксировано падение ВВП, соответственно на 7% и 1,5%. ВВП Тайваня вырос лишь на 4,7%, что на 2.ю1 процентных пункта меньше, чем в 1997 году.

    Последствия азиатского финансового кризиса. Азиатский финансовый кризис усилил опасения китайского руководства относительно того, что Китай может стать более уязвимым вследствие проводимого курса экономической либерализации. В результате Пекин замедлил реформирование банковской системы и приватизацию крупных промышленных предприятий, усилил административный контроль за валютными операциями и иностранным капиталом. Однако ужесточение курса не во всем оправдалось.

    Китайский экспорт в 1998 году увеличился лишь на 5%. А рост ВВП хотя и составил 7,8%, но сопровождался увеличением внутреннего предложения без соответствующего повышения платежеспособного спроса, в результате чего Китай столкнулся с новой для него проблемой - проблемой дефляцией : индекс цен в 1998 году уменьшился на 1,2%.

    Особо стоит Япония, продолжающая пребывать  в состоянии многолетней экономической стагнации: в 1998 году ВВП страны сократился на З.ю6%, индекс цен упал на 0,2%. Причины экономических неудач Японии кроются прежде всего в неэффективности банковской системы и плохом руководстве национальными финансами результатом чего является большой объем плохих кредитов, время от времени приводящий к краху того или иного финансового института.

    Япония  пока так и не оправилась от фондового шока конца 80х годов, произошедшего вследствие обвала значительно переоцененного рынка недвижимости. Японское правительство, крайне неохотно идя на принятие жестких мер к проштрафившимся финансовым структурам, по существу, перекладывает на налоге - плательщика бремя поддержки или спасения неэффективных банков. Экономическое же поведение японского населения традиционно в моменты общенациональных катаклизмов оказывается больше нацеленным на накопление, чем на потребление, что усиливает дефляционное давление на экономику. Негативно на японскую экономику влияет и кажущаяся все большему числу японцев реальной утрата Японией лидирующих мировых позиций появление супервалюты евро.

    Вместе  с тем Япония обладает серьезнейшими  преимуществами перед другими азиатскими странами. Это самые большие в мире золотовалютные резервы (свыше 200 млрд. долларов), огромные накопления японского населения, превышающие годовой размер ВВП страны, и современный промышленный и научно-технический потенциал.

    Четвертую азиатскую группу составляют страны с закрытой экономикой, слабо развитыми и жестко контролируемыми фондовыми рынками и отсутствием системы свободной конвертации национальной валюты - Вьетнам, Лаос, Камбоджа, Монголия, Мьянма. Изолированность национальных финансовых систем от внешнего мира предотвратила распространение азиатского финансового кризиса на эти государства. Однако общее ухудшение региональной конъюнктуры и возросшая осторожность в поведении иностранного капитала на развивающихся рынках замедлили темпы роста стран этой группы. Их ВВП вырос в 1998 году на 2 - 7% (соответственно в Камбодже и Лаосе), а инфляция составила 12 - 20% (соответственно в Камбодже и Лаосе) и 67% в Мьянме.

    В пятую группу входят страны с развитой экономикой и достаточно эффективными и открытыми финансовыми системами - Австралия и Новая Зеландия. Эти страны, так же как и закрытые экономики, выдержали прямой финансовый удар из Юго-Восточной Азии и Республика Корея, но испытали негативные косвенные последствия кризиса. ВВП Австралии увеличился на 5%, тогда как в Новой Зеландии его показатель уменьшился на 0,7%, инфляция составила соответственно 1,3 и 1,7%.

    Внешнеполитические  последствия кризиса Главными последствиями кризиса для политической ситуации в регионе стали повышение роли экономической составляющей в структуре факторов обеспечения национальной безопасности и во внешней политике стран региона; укрепление региональных позиций США, на долю которых приходится 20% мирового ВВП и 12% мирового экспорта и которые вместе с контролируемым Вашингтоном МВФ оказались главными «спасителями» попавших в беду партнеров; рост антиамериканских настроений в Азии как реакция на чувство национального унижения от необходимости просить помощи у США, что, однако, не мешает этой помощью пользоваться.

    Финансовый  кризис оказал воздействие на поведение главных политических фигур АТР - Китая, Японии, АСЕАН и Республика Корея.

    В Республике Корея кризис способствовал  укреплению американо-южнокорейского стратегического партнерства, подтолкнул Сеул к поиску вариантов улучшения отношений с Токио и активизации связей с ЕС, повлиял на политику в отношении Северной Кореи.

    Кризис  ограничил экономические ресурсы  Сеула для решения задач объединения  Кореи, сфокусировав внимание властей  на внутренних проблемах. Вместе с тем  Сеул вынужден реагировать на новые инициативы северян. Пхеньян, истиной целью которого является снятие американского эмбарго и стимулирование тем самым притока в КНДР иностранных инвестиций, готов ради этого имитировать требуемое США развитие межкорейкого диалога.

    В этих условиях Сеул сделал ставку на инициативную и одновременно прагматическую политику на Корейском полуострове. С одной стороны, Сеул поднимает планку встречных инициатив, предлагая провести внутрикореиский саммит и ослабляя ограничения на инвестиции, частные поездки и доступ к информации о Севере. А с другой - объявляет о том, что вопрос об объединении сегодня не стоит в повестке дня, и требует конкретной отдачи от гуманитарной помощи Северу. Демонстрируется нарастающее понимание того, что Республике Корея выгодно прежде всего усиливать свои международные позиции, относительно меньше значения придавая северекорейской проблематике и при этом полагаясь на США в вопросах национальной безопасности и отведения «угрозы с Севера». 

3. Уроки валютно-финансового  кризиса в Республике  Корея

    Конец 1997 года ознаменовался для южнокорейской  экономики неожиданным, на первый взгляд, валютным кризисом. Дело дошло до того, что правительство Республика Корея вынуждено было обратиться в МВФ, который выдал ему кредит в 55 миллиардов долларов США в качестве срочной антикризисной меры.

    Последствия этого кризиса еще долго будут  сказываться на самочувствии корейской  экономики. Резкая девальвация южнокорейского вона, на 80--90%, начавшаяся в октябре и резко проявившая себя в декабре 1997 года, усилила инфляционное воздействие на экономику, почти полностью зависящую от импорта сырья. По оценкам корейских экспертов, ожидалось резкое понижение темпов экономического роста вплоть до 2000 года. Так, если в 1997 году экономический рост оценивается выше б процентов в год, то в 1998 году он ожидается на уровне 2-3 процентов, а некоторые аналитики не исключают даже его отрицательного значения.

    Кроме того, в качестве одного из условий  при получении кредита МВФ Республики Корея обязалась, более широко открыть свои границы для импорта, в особенности из Японии, США и стран Евросоюза. До этого импорт в Южную Корею товаров из Японии был почти полностью запрещен. Многие аналитики считают, что если границы для японских товаров будут приоткрыты, то это может грозить значительной потерей отечественного рынка для национальных производителей, в первую очередь бытовой электроники и автомобилей. Многие южнокорейские компании уже пересмотрели свои инвестиционные планы на 1998 год в сторону сокращения, часть из них заявила о возможности массовых увольнений. Нескольким крупным банкам, возможно, придется пройти через процедуру банкротства. Снизился международный банковский рейтинг Республика Корея. Все это сулит трудные времена для южнокорейской экономики до конца текущего века.

    Что же послужило причиной кризиса в  такой достаточно экономически развитой стране? Сначала некоторые цифры. В 1996 году ВЦП Республика Корея был равен 480,4 миллиарда долларов США 10,6 тысячи долларов в расчете на душу населения. Экспорт страны составлял 129,7 миллиарда долларов с экспортной квотой 32,8 процента и с долей мирового рынка около 2,3 процента.

    На  первый взгляд, причина кризиса лежит  «на поверхности» и заключается в оттоке так называемого «горячего капитала» краткосрочных вложений иностранцев в южнокорейские ценные бумаги.

    Иностранные держатели акций, почувствовав (или  ожидая) снижение эффективности инвестиций в южнокорейскую экономику, стали продавать акции фирм и другие ценные бумаги, а на вырученные деньги предъявлять ажиотажный спрос на доллары для вывоза своего капитала из Кореи. В результате так называемого «кризиса доверия» произошел «обвал» сначала фондового, а затем и валютного рынка, что и имело последствием резкую девальвацию южнокорейского Бона и резкое снижение национальных золотовалютных резервов. Это в свою очередь увеличило инфляционное давление в экономике и также утяжелило обслуживание внешнего долга.