Бактериологическое (биологическое) оружие. 9

Введение

         Бактериологическое (биологическое)  оружие является средством массового  поражения людей, животных, уничтожения  сельскохозяйственных культур и  военной техники противника. Основу  его поражающего действия составляют  бактериологические средства, к  которым относятся болезнетворные  микроорганизмы (бактерии, вирусы, риккетсии,  грибки) и вырабатываемые бактериями  токсины. 

        Почему власти многих государств  так до сих пор и не отказались  от разработок биологических  средств нападения, если известно, что бактериологическое (биологическое)  оружие является в равной степени  опасным и для самого инициатора  его использования? 

        Ответ вполне очевиден: имея эффективное  лекарство, можно совершенно не  беспокоится об обратном эффекте применяемого метода. Тем более, что в эпоху XXI века уже имеются некоторые образцы оружия, запрограммированные на саморазрушение, после успешного выполнения своей коварной задачи.

Как и  почему появилось бактериологическое оружие?

Болезни и эпидемии во время войн – явление  вполне объяснимое, но представьте, что  одна из воюющих сторон создает биологическое  оружие, использование которого влечет за собою колоссальные потери живой  силы противника? А ведь именно таким  потенциалом обладает бактериологическое оружие, действующее на генном уровне. Огромную опасность сегодня может  представлять и биотерроризм.

Войны и болезни, бесспорно, всегда идут рука об руку. На протяжении всей истории  человечества болезни и небоевые ранения забирали больше жизней, нежели составляли людские потери от боевых действий, к тому же болезни всегда снижали боеспособность воинов. Самым ярким примером этому может служить пандемия гриппа во время Первой мировой войны, унесшая в 1918 году более 20 миллионов жизней.

Исторически сложилось так, что инфекционные заболевания, предающиеся естественным путем, имели большое влияние  на военные операции. Намеренное распространение  болезнетворных бактерий - это дополнительная угроза, возникающая в связи с  распространением инфекционных и токсичных  элементов, традиционно передававшихся только естественным путем. Согласно некоторым  данным бактерии были задействованы  в ограниченном масштабе во время  недавних военных конфликтов, однако история бактериологического оружия уходит корнями в далекое прошлое.

Что такое бактериологическое оружие?

        Бактериологическое (биологическое)  оружие — это специальные боеприпасы  и боевые приборы со средствами  доставки, снаряженные бактериологическими  средствами.

Виды и  свойства основных бактериологических средств

         Патогенные микроорганизмы - это  возбудители инфекционных болезней  человека и животных. В зависимости  от размеров строения и биологических  свойств они подразделяются на  следующие классы:

        1) бактерии 

        2) вирусы 

        3) риккетсии 

        4) грибки спирохеты и простейшие 

        Последние два класса микроорганизмов  в качестве биологических средств  поражения, по мнению специалистов  в области биологического оружия, значения не имеют. 

        1) Бактерии - одноклеточные микроорганизмы растительной природы, весьма разнообразные по своей форме. Основные формы бактерий: стафилококки, диплококки, стрептококки, палочковидные, вибрионы, спириллы. Их размеры варьируются от 0,5 до 8-10 мкм

        2) Вирусы - обширная группа микроорганизмов, имеющих размеры от 0,08 до 0,35 мкм. Они способны жить и размножаться только в живых клетках за счет использования биосинтетического аппарата клетки хозяина, т.е. являются внутриклеточными паразитами. Вирусы обладают относительно высокой устойчивостью к низким температурам и высушиванию. Солнечный свет, особенно ультрафиолетовые лучи, а также температура выше 60оС и дезинфицирующие средства (формалин, хлорамин и др.) действуют на вирусы губительно. Вирусы являются причиной более чем 75 заболеваний человека, среди которых такие высоко опасные, как натуральная оспа, желтая лихорадка и др.

        3) Риккетсии - группа микроорганизмов, занимающая промежуточное положение между бактериями и вирусами. Размеры их - от 0,3 до 0,5 мкм. Риккетсии спор не образуют, устойчивы к высушиванию, замораживанию и колебаниям относительной влажности воздуха, однако достаточно чувствительны к действию высоких температур и дезинфицирующих средств. Заболевания, вызываемые риккетсиями, называются реккетсиозами; среди них такие высоко опасные, как сыпной тиф, пятнистая лихорадка Скалистых гори др. В естественных условиях реккетсиозы передаются человеку в основном через кровососущих членистоногих, в организме которых возбудители обитают часто как безвредные паразиты.

        4) Грибки - одноклеточные или многоклеточные микроорганизмы растительного происхождения. Их размеры варьируются от 3 до 50 мкм и более. Грибки могут образовывать споры, обладающие высокой устойчивостью к замораживанию, высушиванию, действию солнечных лучей и дезинфицирующих средств. Заболевания, вызываемые патогенными грибками, носят название микозов. Среди них такие тяжелые инфекционные заболевания людей, как кокцидиоадомикоз, блаотомикоз, гистоплазмоз и др.

        К бактериологическим средствам  относятся болезнетворные микробы  и вырабатываемые ими токсины.  Для снаряжения бактериологического  (биологического) оружия могут быть  использованы возбудители следующих  заболеваний: 

        1) чума;

        2) холера;

        3) сибирская язва;

        4) ботулизм;

        5) мелиодиоз;

        6) сап; 

        В качестве бактериологических  средств могут быть использованы:

        1) для поражения людей: 

        возбудители бактериологических заболеваний (чума, туляремия, бруцеллез, сибирская язва, холера); возбудители вирусных заболеваний (натуральная оспа, желтая лихорадка, венесуэльский энцефаломиелит лошадей); возбудители риккетсиозов (сыпной тиф, пятнистая лихорадка Скалистых гор, Ку-лихорадка); возбудители грибковых заболеваний (кокцидиодомикоз, покардиоз, гистоплазмоз);

        2) для поражения животных:

        возбудители ящура, чумы крупного  рогатого скота, чумы свиней, сибирской  язвы, сапа, африканской лихорадки  свиней, ложного бешенства и других  заболеваний; 

        3) для уничтожения растений:

        возбудители ржавчины хлебных  злаков, фитофтороза картофеля, позднего  увядания кукурузы и других  культур; насекомые—вредители сельскохозяйственных  растений; фитотоксиканты, дефолианты, гербициды и другие химические вещества.

Способы применения бактериологических средств

         Способами применения бактериологического  (биологического) оружия, как правило,  являются:

        - авиационные бомбы 

        - артиллерийские мины и снаряды 

        - пакеты (мешки, коробки, контейнеры), сбрасываемые с самолетов 

        - специальные аппараты, рассеивающие  насекомых с самолетов 

        - диверсионные методы.

        Основным способом применения  бактериологических средств считается заражение приземного слоя воздуха. При разрыве боеприпасов, снаряженных бактериологической рецептурой, образуется бактериологическое облако, состоящее из взвешенных в воздухе мельчайших капелек жидкости или твердых частиц. Облако, распространяясь по ветру, рассеивается и оседает на землю, образуя зараженный участок, площадь которого зависит от количества рецептуры, ее свойств и скорости ветра.

        В некоторых случаях для распространения  инфекционных заболеваний противник  может оставлять при отходе  зараженные предметы обихода:  одежду, продукты, папиросы и т.д.  Заболевание в этом случае  может произойти в результате  прямого контакта с зараженными  предметами.

        Возможна и такая форма распространения  возбудителей болезней, как преднамеренное  оставление при отходе инфекционных  больных с тем, чтобы они  явились источником заражения  среди войск и населения. 

История  бактериологического оружия

Человек, даже на заре истории, не имея представления  о бактериях и эпидемиологии, писал о «бросании заразы на своих  врагов», то это значит, что он предполагал  возможность умышленного заражения  людей опасными болезнями и наверняка  осуществил бы свои намерения, если бы только знал, как за это взяться. Необходимо признать, что древнейшие хроники и книги полны таких «божественных желаний». Старый завет буквально наводнен тем, что сегодня назвали бы «бряцанием бактериологическим оружием». Так, например, в Моисеевых книгах (Левит. 26) мы читаем: «И наведу на вас мстительный меч... и пошлю на вас моровое поветрие и преданы будете в руки врага». Или: «И накажу живущих в земле Египетской так, как Я наказал Иерусалим, мечом, голодом и мором» (Иеремия, 44).

С древнейших времен люди подозревали друг друга  в умышленном перенесении «моровой заразы». Всякая большая эпидемия чумы или холеры, кроме жертв болезни, поглощала немало несчастных, обвиненных в распространении заразы. Безжалостно  убивали невинных цыган, евреев, бродячих торговцев, называя их «отравителями  колодцев», «распространителями чумы» .

Уже в  те далёкие времена, когда люди ничего не знали о возбудителях инфекционных болезней (научная микробиология  и эпидемиология начинаются с  работ Луи Пастера и Роберта  Коха, которые не только открыли  возбудителей ряда болезней, но и предложили действенные меры по их профилактике), они подозревали друг друга в  умышленной передаче и распространении  «моровой заразы». Любая эпидемия сопровождалась человеческими жертвами не только вследствие заболеваний, но и в результате расправы над мнимыми отравителями колодцев, чародеями и колдунами.

В период 264 — 146 годов до нашей эры между  рабовладельческим Римом и Карфагеном шли войны за Западное Средиземноморье, вошедшие в историю как Пунические. Римские войска осадили Карфаген, защитники которого стойко сопротивлялись. Казалось, что захватить город  не удастся. Тогда римляне стали  забрасывать в осаждённый Карфаген чумные трупы. Победа, которой они  не могли добиться в бою, была завоёвана  коварством.

В 14-ом веке татарские войска осадили генуэзскую крепость Кафу (Феодосия). Осада затянулась на несколько лет. Воины начали гибнуть  от смертоносной болезни, ибо в лагере царила полная антисанитария. Так же, как когда-то римляне, татары стали  забрасывать в крепость трупы  погибших от чумы, для чего приспособили метательные орудия.

Из некоторых источников, описывающих  те времена, известно, что одновременно с тем, как князь Владимир вздумал  «крестить» Русь, по славянским землям пошел невиданный до этого мор. Люди вымирали целыми селениями, казалось, что наступает «конец света». В  этой ужасающей обстановке и появились  христианские миссионеры из Византии.

«Ваши боги - лживы. Примите истинного бога, спасителя нашего Иисуса Христа, и  тогда болезнь обойдет вас  стороной, ибо она - кара господня за то, что вы, мерзкие язычники, упорствуете  в грехе своего невежества!» - примерно так говорили они. И люди принимали  Христа, надеясь выжить. И странное дело: селения, принявшие христианство, болезнь действительно часто  обходила стороной! Разве можно найти  более удачный пример для агитации? «Чудо!» - восклицали христиане.

По  описаниям та болезнь весьма похожа на обыкновенную черную оспу. О том, как защититься о нее, сейчас знает каждый - надо сделать прививку. НО ЗНАЛИ ЛИ О НЕЙ ТОГДА?

Да, знали! О том, как можно защититься от оспы, было известно еще в Древнем  Египте и Индии. От египетских жрецов эту тайну узнали врачи Древней Греции, а от них - римляне. А Византия считается наследницей Великой Римской империи.

Византия  не раз использовала оспу в качестве бактериологического оружия. Не раз  в метательные машины, обстреливающие не желающий сдаваться вражеский  город, закладывались останки умерших  от оспы людей - их специально держали  в особых хранилищах. Выждав время, византийские «воины» перелезали через  вражеские стены и открывали  ворота. Они не боясь заразиться и приступали к грабежам в вымершем, в полном смысле этого слова, городе. Болезнь их не трогала; у них был заранее привитый стойкий иммунитет.

Причина гибели населения вражеского города для рядовых солдат была часто  неизвестна. Обычно им объясняли, что  это гнев «истинного» бога, покаравший отступников и пришедший на помощь христианским «праведникам». В Библии есть несколько эпизодов, когда бог  лично заступался за «правых», и  потому объяснение не казалось таким  уж неправдоподобным, а только укрепляло  веру.

Византия  не была первой, применившей бактериологическое оружие. Принято считать, что пионером в этой области был Китай. Китайцы  для этой же цели использовали герметичные  фарфоровые сосуды. Пока сосуд цел, можно было не бояться заразить своих.

И только в Средние века, благодаря стараниям  Святой Инквизиции, позорный способ ведения  войны был прекращен. Но прекратился  он вовсе не по причине своей не гуманности, а просто потому, что были физически истреблены люди, ведавшие секрет прививки. Их обвиняли в колдовстве, в связях с дьяволом и отправляли на костер.

Но, видимо, Инквизиция недостаточно постаралась, т.к. не следует забывать, что оспа сыграла ключевую роль при колонизации  и Северной, и Южной Америки. В  считанные месяцы этой болезнью были почти полностью истреблены империи Ацтеков, Инков и Майя. Разве сумели бы крохотные отряды конквистадоров иначе справиться с многомиллионным населением? Документально известно, что среди «оборудования», доставленного миссионерами из-за океана, были также «святые мощи» - останки почитаемых христианской церковью людей. Когда начинались «неприятности», эти останки распаковывались, и у них просили помощи для борьбы с «презренными язычниками». И помощь приходила в виде болезни и, как видно, весьма эффективная помощь.

Несколько лет назад в прессе промелькнуло сообщение о том, как ученые попытались выяснить, от чего умер один из христианских святых, чьи останки до сих пор  почитаемы католической церковью. Вердикт  был однозначным - оспа! Причем оспа, от которой и сейчас можно легко  заразиться. Без сомнения, было ЧТО попросить у «святых мощей» христианским священнослужителям!!!

В XVII веке мы встречаем и первый конкретный исторический факт, который можно считать прототипом бактериологической войны. О нем сообщил известный французский бактериолог Шарль Николь. В переписке, имевшей место в 1763 году между английским генералом Амхерстом, губернатором Новой Шотландии (Северная Америка), и подчиненным ему полковником Букэ, комендантом крепости Форт-Питт, Николь обнаружил точные доказательства умышленного заражения американских индейцев оспой Генерал Амхерст писал, между прочим:

«Не могли  бы Вы попытаться распространить оспу, среди взбунтовавшихся индейских  племен? Необходимо использовать все  средства для истребления этих дикарей». На это полковник Букэ поспешно отвечает: «Я попробую их заразить оспой с помощью одеял, которые я уж как-нибудь им доставлю».

Английский  генерал, не колеблясь, соглашается  с этим:

«Рекомендую Вам распространить таким образом оспу и попользовать все возможные средства, чтобы уничтожить, наконец, эту отвратительную расу».

Открытие  Николя недавно подтвердили американские авторы Э. В. Стерн и А. Э. Стерн  в книге «Влияние оспы на судьбу американских индейцев» (Бостон, 1945), приведшие  доказательства доставки полковником  Букэ индейским вождям двух одеял и платка, находившихся до этого в госпитале для больных оспой. Тотчас же после вручения этих «данайских даров» среди индейских племен в штате Огайо вспыхнула серьезная эпидемия оспы.

Первой  научной попыткой применения болезнетворных микробов для уничтожения живых  существ, притом попыткой удачной, был  опыт Пастера по заражению кроликов бациллой куриной холеры. Во время  своих лабораторных исследований Пастер заметил, что кролики необычайно чувствительны к этой бацилле. Мадам  Поммери из Реймса, занимавшаяся оптовой продажей вин, жаловалась на огромный ущерб, наносимый ей дикими кроликами. Тогда великий ученый решил оказать помощь французской винной промышленности, и послал в Реймс своего ассистента, который заразил нескольких кроликов бациллой куриной холеры и выпустил их на волю в. Через три дня там было обнаружено тридцать два мертвых кролика, а остальные, напуганные столь необъяснимой для них массовой гибелью, разбежались. Шампанское было спасено.

Случай  применить такой подход в отношении человека представился в первую мировую войну. Бактериологические средства применили немцы, пытаясь обратить это жестокое оружие как против животных, так и против людей.

Американские  источники (доклад Мерка) приводят неоспоримые  доказательства того, что в 1915 году немецкие агенты заразили болезнетворными  микробами лошадей и прочий скот, которые отправлялись из американских портов и были предназначены для  войск союзников в Европе.

Французский автор Л. Симон сообщал интересные факты о том, как была раскрыта попытка бактериологической диверсии в Румынии в 1916 году. За несколько дней до объявления войны Румынией, в германское посольство вместе с дипломатическим багажом прибыл ящик с надписью «Строго секретно». Этот ящик был адресован военному атташе полковнику фон Хаммерштейну. Так как состояние войны с Германией было объявлено раньше, чем предполагалось, и все немецкое имущество перешло в руки дипломатического представительства Соединенных Штатов, в то время еще поддерживавших нейтралитет, то упомянутый подозрительный багаж был доставлен в посольство США, где ящик закопали в саду. Однако об этом узнали полицейские власти, и после долгих переговоров ящик был выкопан и вскрыт. В нем наряду со взрывчаткой оказались стеклянные ампулы, наполненные темноватой жидкостью. Ампулы были снабжены инструкцией, рекомендовавшей вливание жидкости в корм либо непосредственное введение ее через рот в пищеварительный тракт лошадей и других домашних животных. Как показал бактериологический анализ, ампулы содержали живые бактерии сапа и сибирской язвы.

Верховное командование французской армии 26 марта 1917 года издало приказ, в котором  сообщался факт задержания вражеского агента, снабженного жидкостью и  специальными кисточками для смазывания ноздрей у лошадей. В этой жидкости были обнаружены живые палочки сапа.

О том, что немцы не ограничивались в  своих попытках применения бактериологических средств исключительно животными, можно судить хотя бы по одному из приказов вермахта (от 16 марта 1917 года), рекомендовавшему «колодцев не отравлять».Союзное командование периода первой мировой войны предупреждало в 1918 году свои войска о бактериологической диверсии неприятеля, оставлявшего при своем отступлении трубочки, в которых содержались болезнетворные микробы.

Очень подозрительными представляются также  многочисленные случаи столбняка, наблюдавшиеся  среди гражданского населения Соединенных  Штатов после их вступления в войну. Исследования показали, что столбняк развивался у больных, которые при  раздражении кожи и при сыпи пользовались пластырем содержавшим, как оказалось  позднее, споры столбнячной палочки. Партии этого пластыря попали в Соединенные  Штаты окольным путем из вражеских  государств .

Все эти  факты могут служить неопровержимым свидетельством того, что биологические  средства были применены во время  первой мировой войны, и хотя они  не принесли ожидаемых результатов, однако, по-видимому, произвели определенное впечатление, раз уж вскоре после  окончания войны на конференции  по разоружению, состоявшейся в Вашингтоне в 1922 году, а затем на пленарных  заседаниях ассамблеи Лиги наций  этим проблемам было уделено значительное внимание. Ассамблея Лиги наций постановила осудить бактериологическую войну. 17 июня 1925 года в Женеве представителями сорока восьми государств был подписан «Протокол о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых и других подобных газов и бактериологических средств».

Все государства, за исключением Соединенных Штатов, Японии, Бразилии, Никарагуа, Сальвадора и Уругвая, ратифицировали этот важный документ либо присоединились к нему. Президент США Калвин Кулидж 12 января 1926 года представил протокол на ратификацию сенату, однако сенат отклонил его. Вопрос был окончательно решен спустя двадцать один год, когда президент Трумэн 8 апреля 1947 года вообще изъял этот протокол из сената вместе с другими восемнадцатью «устаревшими» договорами. Подготовка США к бактериологической войне в то время зашла уже очень далеко. Отметим Два крупнейших капиталистических государства, не ратифицировавших Женевский протокол 1925 года, позднее начали бактериологическую войну.

И если на Западе в тот период пока только говорилось и писалось о бактериологической войне, то японская армия в глубокой тайне приступила к действиям. В  октябре 1936 года шестьдесят руководящих  деятелей Японии, как военных, так  и гражданских, ночью собрались  на тайное совещание, на котором один из высших офицеров, Бушикава, познакомил собравшихся с состоянием исследований по изысканию возможностей применения бактериологического оружия. Эти исследования были начаты по приказу императора Хирохито.

Первые  лаборатории, предназначенные для  подготовки бактериологической войны, были созданы в 1935 - 1936 годах на территории оккупированной японцами Маньчжурии. Они были строго законспирированы и известны как «Управление по водоснабжению и профилактике частей Квантунской армии» и «Иппоэпизоотическое управление Квантунской армий». Во главе первой команды, названной "отрядом 731", стоял известный японский бактериолог генерал Исии Сиро, другой, скрывавшейся под названием «отряд 100», руководил ветеринарный врач генерал Вакамаиу.

Когда в 1937 году японская армия, оккупировав  всю Маньчжурию, вторглась в Центральный  Китай, а затем в 1938 и 1939 годах  предприняла безуспешные попытки  агрессии против Советского Союза и  Монгольской Народной Республики, лаборатории  бактериологической войны, руководимые  Исии Сиро, работали уже полным ходом. О масштабах подготовки и совершенных преступлениях мир узнал лишь после разгрома в 1945 году советскими войсками крупнейшей японской армии - Квантунской армии, в составе которой работали оба отряда (№ 731 и 100). С 25 по 30 декабря 1949 года в Хабаровске происходил процесс по делу двенадцати бывших японских военнослужащих, виновных в подготовке и развязывании бактериологической войны. Хабаровский процесс раскрыл тайну организации и деятельности современных «фабрик заразы», какими были бактериологические лаборатории Квантунской армии.

"Отряд  731" состоял из восьми отделов. "Отдел 1" занимался экспериментальным  выращиванием микробов чумы, холеры, газовой гангрены, сибирской язвы, брюшного тифа, паратифов и других  заболеваний, пригодных, по взглядам  того времени, для применения  в бактериологической войне. В  известной степени «филиалом»  этого отдела была также строго  законспирированная тюрьма, узники  которой служили «подопытными  кроликами» в экспериментах, проводившихся  для определения эффективности  бактерий.

В этом отряде было 4500 инкубаторов, где разводились  блохи, для которых создавалась  естественная среда: они культивировались на живых грызунах. Имелись все  условия, позволявшие в короткое время вырастить многие килограммы блох, что равнялось десяткам миллионов  этих насекомых, предназначенных для  переноса чумы. Представление о масштабах  работы по выращиванию блох может  дать показание одного из свидетелей на Хабаровском процессе, сообщавшего, что только в филиале 543 в районе Хайлара летом 1945 года одновременно находилось 13 000 крыс, которые служили хозяевами для блох, зараженных чумой.

"Отдел  2" имел несколько иной профиль.  Он носил название «экспериментального»  и проводил исследование в  области применения бактерий  в полевых условиях. Здесь, собственно, конструировались всякого рода  бактериологические снаряды,— фарфоровые  авиационные бомбы, артиллерийские  снаряды, а также специальные  парашюты для сбрасывания бактериологических  средств с воздуха. Кроме того, здесь производились различные мелкие средства диверсии и бактериологического нападения в виде автоматических ручек, тростей, игрушек. в которые мог быть помещен заразный материал.

"Отдел  3" оправдывал замаскированное  название всего отряда 731: он действительно  занимался водоснабжением и профилактикой,  но и там, в мастерских производились  гильзы для бактериологических  снарядов - авиационных бомб системы  «Исии».

Массовым  производством бактерий занимался "Отдел 4". О его производительности можно судить по такому факту: в течение  нескольких дней там можно было вырастить по меньшей мере 30 000 биллионов бацилл.

Важную  роль играл опытный полигон на станции Аньда. Здесь испытывалось действие различных видов бактериологического оружия на людях— китайских и маньчжурских военнопленных. Военнопленных привязывали к вкопанным в землю столбам, а затем побли-зости производились взрывы различных бактериологических снарядов: бомб. мин., гранат и т. д. Так погибли многие военнопленные, смертельно пораженные газовой гангреной, в результате попадания в их организм вместе с осколками спор анаэробных бактерий. Вблизи военнопленных, привязанных к столбам, выбрасывались также зараженные блохи, распылялись суспензии болезнетворных микробов и т. д.

Первая  крупная попытка, практического  применения бактериологического оружия была предпринята в 1940 году под личным руководством генерала Исии, организовавшего экспедицию самолетов в район китайского города Нинбо. На довольно большом пространстве вокруг этого города были сброшены блохи — разносчики чумы. Налет оказался эффективным. В указанном, районе вспыхнул очаг эпидемии чумы среди китайского населения. Любопытно, что эта экспедиция стала темой документального фильма, снятого по указанию Исии, вероятно, в учебных целях.

Среди прочих диверсий подобного рода следует  отметить применение японцами бактерий паратифов и сибирской язвы в  момент отвода своих войск из Центрального Китая в 1942 году. По приказу Исии было использовано 130 кг этих бактерий, которыми были заражены водоемы, поля и пищевые продукты, умышленно оставленные в диверсионных целях. Кроме того, тифом и паратифами были заражены сотни китайских военнопленных, которые при появлении у них признаков заболевания выпускались на свободу или оставлялись в лагерях на покидаемой японцами территории.

А каково было отношение гитлеровской Германии — к проблемам бактериологической войны? Нюрнбергский процесс показал, что немцы готовились к бактериологической войне и притом в очень широких  масштабах. Немецкий генерал Вальтер  Шрейбер, дававший показания на процессе, заявил: «Несмотря на многократные и определенные заключения санитарной инспекции армии (опиравшейся на данные разведки и заявления врачей с Восточного фронта), на основании которых не следовало опасаться применения бактериологического оружия со стороны Советского Союза, начальник главного штаба вермахта фельдмаршал Кейтель приказал начать подготовку к бактериологической войне.