Биография и политические взгляды Н.И. Бухарина

  МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ

ЮЖНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ  УНИВЕРСИТЕТ

ФАКУЛЬТЕТ СОЦИОЛОГИИ И ПОЛИТОЛОГИИ

СПЕЦИАЛЬНОСТЬ «ПОЛИТОЛОГИЯ» 
 
 
 

Реферат

По дисциплине:

«История  политических учений» на тему:

«Биография  и политические взгляды  Н.И. Бухарина» 
 

                                                                                          ВЫПОЛНИЛА:

                                                                                                  Студентка ЗО гр. 3.2

                                                                                     Бартош Е.В.                                            

                                                                                      ПРОВЕРИЛ:

                                                                                          Контарев А.А.                                                                                               
 
 
 
 
 

Ростов-на-Дону

2012

Содержание

Введение                                                                                                                   3

1 Биография Л.Н. Бухарина                                                                                   4

1.1 Деятельность  до революции                                                                             4

1.2 Дальнейшая  революционная деятельность после октября                            5

1.3 «Любимец партии»                                                                                            7

1.4 Политическая  агония Бухарина                                                                       9

2 Политические  взгляды Л.Н. Бухарина                                                             13

Заключение                                                                                                             20

Список использованных источников и литературы                                           21 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

    Необходимость всестороннего изучения такого великого политического деятеля, как Н. И. Бухарин, очевидна, т.к. в течение двух десятилетий он находился в центре бурных событий в истории большевистской партии и Советской России. На протяжении многих десятилетий имя Бухарина находилось под запретом. Между тем в его судьбе, как в зеркале, отразились трагические противоречия его времени.

    Чаще всего умалчивается, какое высокое положение занимал Бухарин - выдающийся деятель первого ленинского революционного руководства, член Политбюро ЦК партии до 1929 г. и в течение почти десятилетия официальный теоретик советского коммунизма, а также фактический руководитель Коммунистического Интернационала с 1926 по 1929 г.

    Его роль особенно усилилась после смерти Ленина. «Бухарин – золотое дитя революции», - отозвался о Николае Ивановиче Владимир Ленин. Он стал (наряду со Сталиным) одним из руководителей партии в период с 1925 по 1928 г., главным создателем ее умеренной политики, которая должна была привести к эволюционному пути экономической модернизации и социализма; во время роковых событий 1928 1929 гг. он стал лидером антисталинской оппозиции и даже после поражения   оставался символом большевистского сопротивления развитию сталинизма в 30-х   годах.

    Судьба этого выдающегося партийного и государственного деятеля, крупнейшего советского философа и экономиста, подлинного российского интеллигента трагична. Травля, издевательства, моральные пытки, гражданская, а затем и физическая казнь. Весь этот, увы, "традиционный" для огромного большинства ярких, талантливых личностей того времени путь должен был от начала и до конца пройти Николай Иванович Бухарин. Система усмотрела в нем смертельную угрозу для своего существования. И он до дна испил свою горькую чашу.  
 

1 Биография  Л.Н. Бухарина

1.1 Деятельность  до революции

    Родился Николай Бухарин в  семье учителя, выпускника математического  факультета Московского университета. Уже в годы учебы благодаря отцу у Бухарина сформировался интерес к естественной истории, литературе и живописи. Глубокое знание литературы, живописи позволило ему стать в дальнейшем одним из лучших советских литературных критиков и искусствоведов того времени.

    В 1905 в разгар революционных  событий вместе со своим младшим  гимназическим приятелем Бухарин  начал работать в московской  городской организации большевиков.  В 1906, будучи гимназистом выпускного  класса, вступил в РСДРП(б).

    В 1907-1910 Бухарин учился на экономическом отделении юридического факультета Московского университета. Учебе Бухарин уделял мало внимания, поскольку руководил пропагандистской и нелегальной деятельностью большевиков среди учащейся молодежи.

    Из университета Бухарин был исключен в связи с арестом; в 1911 был сослан в Архангельск, затем на Онегу, оттуда бежал через Москву в Ганновер. В эмиграции работал в большевистских и социалистических организациях Германии, Австро-Венгрии, Швейцарии, в Скандинавских странах. В 1912 в Кракове познакомился с В.И.Лениным. На социал-демократической конференции в Берне в 1915 резко критиковал взгляды Ленина по вопросу о самоопределении наций, ленинский лозунг поражения России в империалистической войне и идею «всеобщего мира». 
    В 1915 Бухарин опубликовал книгу «Мировое хозяйство и империализм», посвящённую анализу особенностей капитализма начала XX века. содержащую те же теоретические ошибки, что работы Ленина. С октября 1916 Бухарин начал сотрудничать, а в январе 1917 фактически возглавил редакцию газеты «Новый мир» в Нью-Йорке (орган российской социал-демократии). Членом редколлегии «Нового мира» был Л. Д. Троцкий, с которым у Бухарина отношения не сложились и вскоре переросли во взаимную неприязнь. В апреле 1917 Бухарин возвратился на родину, где разворачивались судьбоносные события не только для России, но и всего мира.  

1.2 Дальнейшая  революционная деятельность после октября

    Весной и летом 1917 Бухарин следовал в фарватере политики Ленина, но на заседании ЦК партии 15 сентября 1917 проголосовал за то, чтобы письма Ленина с призывами к вооруженному восстанию от партии скрыть и сжечь. В дни Октябрьского переворота Бухарин возглавлял редакцию «Известий Московского ВРК». По рассказам очевидцев, во время доклада о кровавых октябрьских событиях в Москве Бухарин разрыдался. Однако, выступая 5 января 1918 на открытии Учредительного собрания, именно Бухарин пригрозил его депутатам гражданской войной: «вопрос о власти революционного пролетариата... есть вопрос, который будет решен той самой гражданской войной, которую никакими заклинаниями... остановить нельзя». 
    После разгона Учредительного собрания на очередь дня встал вопрос о мире с Германией, по которому Бухарин резко разошелся с Лениным, выступавшим за мир на любых условиях. Бухарин возглавил «левую оппозицию», имевшую перевес в ЦК. Выдвинутая Бухариным теория «революционной партизанской войны» против регулярной немецкой армии говорит лишь о том, что Бухарин и его сторонники в ЦК (Бубнов, Дзержинский, Крестинский, Урицкий и др.) абсолютно неадекватно воспринимали реальное положение дел. Впрочем, Бухарин, как и большинство руководителей партии, отводили русской революции роль лишь запала, от которого должна была вспыхнуть мировая. Отсюда логика Бухарина: пусть германец разобьет Россию и тем самым перенесет пламя революции в Европу.

    После подписания «похабного» Брестского мира 3 марта 1918 Бухарин вернулся к редактированию «Правды», директивного органа ЦК партии большевиков. Он полностью оправдывал «красный террор», начавшийся после покушения на Ленина 30 августа 1918, хотя не мог не понимать как даже недоучившийся юрист, что соединение в ВЧК функций органов следствия, суда и исполнения приговоров не могло не породить чудовищных злодеяний и произвола. Миллионы жертв гражданской войны, голода, эпидемий, разрушение хозяйства страны, одичание выжившего населения Бухарин считал «неизбежными издержками революции».

    В области политэкономической теории взгляды Бухарина претерпевали резкие колебания. В 1918 он выступал за национализацию только самых крупных предприятий; в работах «Азбука коммунизма» (1919) и «Экономика переходного периода» (1920) ратовал за драконовские меры военного коммунизма, за тотальное государственное регулирование распределения. С началом НЭПа Бухарин совершает поворот на 180. В 1923 году в «Правде» он утверждал, что СССР обречен «многие десятки лет медленно врастать в социализм», «социализм бедняков — паршивый социализм» (1925) и, наконец, знаменитое: «Всему крестьянству, всем его слоям нужно сказать: обогащайтесь, накапливайте, развивайте свое хозяйство». На XIV съезде партии в декабре 1925 Бухарина резко критиковали за такую «мелкобуржуазную» позицию.

    В марте 1919 Бухарин был избран кандидатом в члены Политбюро ЦК ВКП(б), а в июне 1924 — членом Политбюро, которым он оставался до ноября 1929. Эти годы — пик его партийной карьеры. В 1919-1929 занимал пост члена Исполкома Коминтерна и его президиума. В 1928 был избран действительным членом АН СССР. Когда академика Бухарина Сталин послал в Ленинград убеждать нелояльного Нобелевского лауреата, академика И.П.Павлова, в правильности избранного социалистического пути развития, ехидный старик первым делом осведомился у «коллеги», знает ли тот таблицу умножения.

1.3 «Любимец партии»

    В так называемом завещании Ленина, «Письме к съезду», Бухарин был назван «любимцем всей партии». После смерти вождя он стал кумиром прежде всего партийной молодежи, которая тянулась к Бухарину после заката звезды Троцкого в 1925. Этому особому положению Бухарина немало способствовали его личные качества: внешне привлекательный, доступный, демократичный, свободный от стяжательства и чванства, свойственных большинству коммунистических вождей; в неизменном костюме эпохи «революционного романтизма» — простая рубашка, кожаная куртка, сапоги. Веселый, шумный, заражавший большевистскую молодежь своей неуемной энергией и энтузиазмом, Бухарин был единственным чистым интеллектуалом среди большевистских вождей. В политической биографии Бухарина есть неразрешимая загадка — «любимец партии» был начисто лишен властолюбия. «Пафос власти у меня лично всегда отсутствовал» (из письма Бухарина Сталину, 1936). Для политика первой величины это — уникальное явление. 
    Вокруг Бухарина сложилась группа интеллектуальной, талантливой молодежи весьма разночинного происхождения (дети видных большевиков и видных кадетов), получившая название «школы Бухарина». Почти все они были репрессированы и погибли в сталинской мясорубке. Сторонниками Бухарина являлись также члены Московского комитета партии (Н. А. Угланов), в Политбюро Бухарина признавали своим лидером А. И. Рыков (председатель Совнаркома), М. П. Томский (глава профсоюзов). Постоянный политический противник Бухарина, Г. Е. Зиновьев, сетовал в 1925, что Бухарин получил «монополию на политико-литературное представительство партии, на всю политико-просветительскую работу». Действительно, Бухарин являлся не только редактором «Правды» и теоретического журнала ЦК ВКП(б) «Большевик» (с 1924), но и членом редколлегий бесчисленных периодических изданий, энциклопедий, академических изданий. 
Имея на руках все эти козыри, Бухарин намеревался вступить в союз со Сталиным, чтобы благодаря сталинской организационной мощи сделать свою экономическую программу программой партии. Но Сталин еще более нуждался в Бухарине и его «школе», так как группа Сталина страдала интеллектуальной немощью; генсек опирался на воспитанных им молодых партократов, поднаторевших в аппаратных играх, но начисто лишенных собственных политических идей (В. М. Молотов, Г. М. Маленков). Бухарин был необходим Сталину также как средство, как таран для сокрушения Зиновьева, Каменева и Троцкого. «Любимец партии» должен был противопоставить их марксистско-программной казуистике свою, а затем разделить судьбу поверженных врагов. Сталин видел Бухарина насквозь, Бухарин, принимая дружбу Сталина за чистую монету, проявил поразительную политическую слепоту. Сталин безошибочно использовал огромный бухаринский авторитет, его безупречную репутацию, с помощью которых генсек обеспечил себе победу в борьбе со своими более сильными противниками, с ленинской гвардией, что привело его к единоличной власти. 
В союзе Сталин—Бухарин первый занимался организационно-аппаратными вопросами, а Бухарин — теорией марксизма, пропагандой, экономической программой, Коминтерном. Коренные расхождения наметились в социально-экономической политике: Бухарин настаивал на расширении НЭПа, а Сталин — на его свертывании, на проведении ускоренной индустриализации и насильственной коллективизации. Тем не менее Сталин защищал Бухарина от нападок ярых сталинистов: «Нашего Бухарчика мы в обиду не дадим». Но после разгрома «новой оппозиции» в 1927 Бухарин и его сторонники были обвинены в «правом уклоне», в противодействии «раскрестьяниванию», «защите кулака».

    В июле 1928 Бухарин тайно предложил политический союз Каменеву, который записал их разговор (впоследствии запись стала известна). Своими страстными обвинениями в адрес Сталина Бухарин лишал свою группу и себя последних шансов на спасение: «Курс Сталина ведет к гибели революции. Сталин — беспринципный интриган, он меняет программные установки в зависимости от того, кого хочет погубить. Выслав Троцкого из Москвы, он хочет расправиться с Бухариным, Рыковым, Томским и их единомышленниками». Наступало время беспощадной аппаратной расправы с правыми уклонистами. Ленинская гвардия, казалось, покорно ожидала своей участи. Только в «Заметках экономиста» («Правда», сентябрь 1928) и в речи 24 января 1929 «Политическое завещание Ленина» Бухарин осмелился указать на то, что политика Сталина в городе и деревне пришла в полное противоречие с идеями последних статей Ленина («О кооперации» и др.). Выводы последовали в ноябре 1929, когда на Пленуме ЦК Бухарин был выведен из состава Политбюро и снят с поста редактора «Правды». В 1930 вслед за Бухариным были освобождены со своих постов Рыков и Томский. Московский комитет партии был очищен от бухаринцев, а партийная печать — от питомцев его школы. 

1.4 Политическая  агония Бухарина

    Несмотря на унизительное понижение Николая Бухарина (ему предложили в 1930 должность начальника сектора ВСНХ СССР), он согласился занять этот пост. Бухарин публично покаялся и пообещал решительно бороться «против всех уклонов от генеральной линии партии и, прежде всего, против правого уклона». К нему присоединились Рыков и Томский. Но в 1933 Бухарин разорвал личные с ними отношения, по сути, предав своих многолетних единомышленников.

    В 1934 Бухарин получил новое назначение — пост редактора газеты «Известия ЦИК СССР». В том же году Бухарин женился в третий раз на юной Анне Лариной, приемной дочери видного меньшевика, а потом большевика Ю. Ларина. Сугубо личное событие стало обстоятельством политическим — теперь Сталин располагал надежным средством заставить «Бухарчика» оболгать себя и товарищей по партии ради спасения любимой жены и вскоре родившегося сына. Еще одно важное событие произошло в жизни Бухарина в августе 1934 — ему было поручено сделать основной доклад на открытии первого Съезда советских писателей, который был воспринят писательским собранием неоднозначно.

    В 1935-1936 по распоряжению генсека Бухарин, находившийся под непрерывной открытой слежкой, работал над Конституцией СССР, которая вошла в историю под названием сталинской, хотя на самом деле ее следует называть бухаринской. Ему особенно удается раздел о гражданских и демократических правах. Весной 1936 Сталин послал Бухарина вместе с женой за границу за архивами германской социал-демократии, в том числе, за рукописями Маркса (архивы вывез из фашистской Германии Б. Николаевский, видный меньшевик, известный историк-архивист российской социал-демократии). Бухарин посетил Прагу, Берлин, Копенгаген, Париж. В европейских столицах он встречался с меньшевиками, бывшими большевиками, иностранными коммунистами, известными деятелями культуры; со всеми он был предельно откровенен и, в первую очередь, в оценке Сталина и своей судьбы — «теперь он меня убьет», на этот счет у Бухарина уже не было никаких иллюзий. Ему советовали не возвращаться в Москву, но Бухарин не мог этого сделать, полагая, что эмиграцией перечеркнет свое большевистское прошлое.

    Летом 1936 ЦК предоставил Бухарину отпуск, который он решил провести на Памире. Оттуда он посылал Сталину верноподданнические письма, называя его старой партийной кличкой «Коба». А в это время в Москве проходил судебный процесс над Зиновьевым и Каменевым, на котором они дали сфальсифицированные показания против Бухарина. Он немедленно вернулся в Москву и попытался попасть на прием к высшим лицам в государстве, но его никто не принял. Тогда Бухарин написал письмо, адресовав его членам Политбюро, в котором клялся в верности Сталину: «я во всех областях с подлинной убежденностью защищал линию партии и сталинское руководство... Какую? Отказаться от колхозов, когда они быстрейше растут и богатеют на общественной ниве»; «победоносные вехи: индустриализация, коллективизация, уничтожение кулачества, две великие пятилетки, забота о человеке, овладение техникой и стахановство, зажиточная жизнь, новая конституция»; «что мерзавцев расстреляли [Зиновьева и Каменева]— отлично, воздух сразу очистился». Но Бухарин уже понимал, что большая часть их фантастических признаний — результат жесточайших пыток. На письмо никто не ответил, тогда Бухарин решил обратиться к Ворошилову, который отвечал ему в сталинском духе: «гнусные выпады», «мерзкие эпитеты», «негодяй».

    Бухарин не успокоился и, предчувствуя скорый арест, написал письмо «Будущему поколению руководителей партии», которое его жена заучила наизусть. Благодаря ей, оно дошло до «будущего поколения». Красной нитью через все письмо проходит мысль: «фильтр истории рано или поздно неизбежно смоет грязь с моей головы», но в письме невозможно найти ответа на вопрос, почему, собственно, деятельность партии превратилась в клубок чудовищных преступлений.

    В феврале 1937 Бухарин был арестован по делу Правотроцкистского антисоветского блока. На процессе, проходившем 2-13 марта 1938 в Москве в Доме Союзов, Бухарин взял на себя всю ответственность за вымышленные преступления никогда не существовавшего правотроцкистского блока и не признавал ни одного конкретного обвинения (от подмешивания толченого стекла в продукты до подготовки убийства Ленина в 1918 году и Сталина в 1930-е годы). Первые слова Бухарина на процессе «Я признаю себя виновным... за всю совокупность преступлений, совершенных этой контрреволюционной организацией» сделали бессмысленным его дальнейший поединок с прокурором А. Я. Вышинским и председателем суда Ульрихом. Те, кто не верил в виновность Бухарина, сами были обречены; рядовые члены партии были, как правило, малограмотны, и хитроумные маневры Бухарина на процессе они понять и оценить не могли.

    13 марта 1938 Бухарин, Рыков, Г. Г. Ягода, бывший нарком НКВД, и другие были расстреляны. По Москве ходили слухи, что Бухарин и Рыков встретили смерть мужественно, в отличие от Зиновьева и Каменева. Вскоре жена Бухарина была арестована, около двадцати лет провела она в лагерях и ссылках, их крошечный сын воспитывался в различных детских домах и долгое время не знал, чей он сын.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2 Политические  взгляды Л.Н. Бухарина

    В своем «политическом завещании» – «Письме к съезду» В. И. Ленин ценнейшим и крупнейшим теоретиком большевистской партии назвал Николая Ивановича Бухарина (1888–1938). Бухарин был популярен не только среди русских коммунистов, в Советской России, он приобрел и международную известность. Из его научных трудов по интересующей нас проблематике выделяются следующие: «Мировое хозяйство и империализм» (1915), «Экономика переходного периода» (1920), «Теория исторического материализма» (1923), «Учение Маркса и его историческое значение» (1933). 
    Твердо следуя текстам трудов Маркса, Энгельса, В. И. Ленина, Бухарин неизменно держался большевистских взглядов на классовость государства и права, функции и форму буржуазной государственности, диктатуру пролетариата, советское государство, их природу и предназначение. 
   Бухарин всегда защищал тот тезис, что «государство есть продукт классового расчленения общества. Будучи продуктом развития общества в целом, оно в то же время есть насквозь классовая организация». Своим бытием государство выражает непримиримость составляющих общество классов. Ничего, кроме сугубой классовости, в государстве нет и быть не может, какого бы его аспекта ни касаться. Государство в облике особого аппарата публичной власти, в облике интегральной политической организации, охватывающей собой и вбирающей в себя все общество целиком, в облике определенным образом функционирующего механизма – все это, для Бухарина, густо окрашено исключительно одним лишь только цветом – цветом классовости. Всякие попытки разглядеть, отыскать в государстве еще некие иные тона, даже нейтральные, кажутся Бухарину идущими от лукавого, скрадывающими истинное знание о государстве в идеалистическом и, хуже того, в мистическом тумане. 
    В подобной манере изображается им право, которое он отождествляет с законодательством, создаваемым государством. «Машина угнетения... выступает под псевдонимом совокупности правовых норм, идеального комплекса, функционирующего в силу своей внутренней логики и убедительности. Такой фетишизм государственной власти и соответствующий ему специфический «юридический кретинизм», который рассматривает право как самодовлеющую общественную субстанцию, движущуюся исключительно логикой своих внутренних имманентных законов, застывает в систему "чистого права"». Бухарин, естественно, не приемлет «чистого права», разоблачает его (в полемике с Г. Кельзеном). Но при этом он обходит молчанием вопрос об относительной самостоятельности права (как системы, имеющей свою логику построения и движения) и желает доказать, что право лишь выполняет «работу по обслуживанию процесса эксплуатации». Бухарин так и говорит: «Правила государственной организации, т.е. общеобязательные нормы поведения, за которыми стоит весь аппарат принуждения, охраняют и облегчают воспроизводство процесса эксплуатации того конкретно исторического типа, который соответствует данному способу производства и, следовательно, данному типу государства». 
    Тезисы о «беспримесной» классовости государства и права, о том, что миссия этих социальных институтов, по сути дела, полностью исчерпывается выполнением ими служебно-эксплуататорской, угнетательской функции, опираются на расхожий марксистский постулат, согласно которому политическая, государственная власть есть организованное насилие одного класса для подавления другого. Понимание государства (и права заодно) в качестве феномена насилия образует краеугольный камень и бухаринских суждений о государстве, доминирует в них.

    Бухарин, как и все тогдашние правоверные большевики-ленинцы, превозносил значение насилия. В этом отношении ему случалось быть даже большим роялистом, чем сам король. Если у К. Маркса, например, насилие в действительной истории играет «большую роль», то у Бухарина «на всем протяжении исторического процесса роль насилия и принуждения была чрезвычайно велика». Если у К. Маркса «Насилие является повивальной бабкой всякого старого общества, когда оно беременно новым», то у Бухарина вообще вся «конкретная история есть история насилия и грабежа». 
    В целом государственная власть в бухаринских текстах квалифицируется как концентрированное и организованное общественное насилие (определение К Маркса), принимающее облик единодержавия, иными словами, диктатуры господствующего класса. Государство и диктатура – вещи внутренне, органически связанные. По Бухарину, ни теоретически, ни практически невозможно государство, не являющееся диктатурой. 
    Взгляд Бухарина на любое государство (тем более на государство капиталистическое) как на диктатуру облегчал ему критику буржуазной демократии. Во-первых, она представляет собой – если верить Бухарину – целую систему демократических призраков, обманно-маскировочных институтов формально-юридического равенства всех; но данное равенство есть фикция, поскольку экономическое неравенство при капитализме делает формально-юридическое равенство нереализуемым. В другом месте Бухарин пишет, что основная посылка демократического устройства – наличие совокупности фикций: на сей раз ею выступает понятие общенародной воли, общей воли нации, целого. Весь комплекс демократических учреждений покоится на иллюзорной «общенародности».

     Правда, полагает Бухарин, демократия некогда была нужна пролетариату. Для рабочего класса демократия «была ценна постольку, поскольку она помогала пролетариату подняться выше на ступеньку в его сознании». Только и всего. Однако, когда пролетариат на такую ступеньку поднялся и когда пробил час прямого штурма капиталистической крепости и подавления эксплуататоров, тогда наступила пора взрывов старых парламентов со всякими там «общенациональными» конституциями; пришло время распада «всех тех форм, учреждений и институтов, которые носят видимость „общенационального"», время уничтожения формального (т.е. юридического) равенства классов. Люди, озабоченные крушением устоев демократии, характеризовались Бухариным как «убогие мещане». 
На демократическом устройстве, которое предполагает изъявление общенародной воли, наличие общенациональной конституции, существование парламента, равенство всех граждан перед законом (независимо от классовой принадлежности) и т.д., ставит крест диктатура пролетариата. Идея неизбежности диктатуры пролетариата образует, согласно Бухарину, сердцевину марксизма. Учение о диктатуре пролетариата, о ее роли, о ее формах, о ее значении он считает также «самым гениальным теоретическим построением Владимира Ильича- Учение о диктатуре пролетариата и Советской власти – евангелие современного пролетарского движени».

    Это «евангелие» учило, что диктатура пролетариата – кровное детище социалистической революции. Бухарин трактует последнюю как акт разрыва рабочим классом гражданского мира в обществе. Как гражданскую войну, которую рабочий класс во главе с коммунистами ведет против всех своих врагов. А на войне как на войне: «совершенно естественно, что политическая форма господства рабочего класса должна носить своеобразно милитарный характер». Выражаясь несколько иначе, это закономерно, что классический тип пролетарской диктатуры – советская система государства – должна приобретать, по Бухарину, «характер военно-пролетарской диктатуры». Кстати говоря, именно такой характер она с момента появления на свет действительно приобрела.

    Режим пролетарской диктатуры, которая монополизирует «все средства физического принуждения и духовной переработки людей», призван решить две задачи. Одна – уничтожение, выкорчевывание частнособственнических отношений, слом, разрушение буржуазной государственности, подавление классовых врагов пролетариата. Вторая задача – осуществление пролетарской властью принуждения трудящихся. В переходный период оно переносится диктатурой пролетариата (разумеется, подчеркивает Бухарин, в иных целях и в иных формах) вовнутрь, «на самих трудящихся и на сам господствующий класс». Принципиальная установка здесь такова: «государственное принуждение при пролетарской диктатуре есть метод строительства коммунистического общества». Этой установке Бухарин старался оставаться верным всегда.

    Он считает, что «пролетарское принуждение во всех своих формах, начиная от расстрелов и кончая трудовой повинностью, является, как парадоксально это ни звучит, методом выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи». Строки эти специальных комментариев не требуют. Процитированные строки взяты из Х главы («Внеэкономическое» принуждение в переходный период) труда Бухарина «Экономика переходного периода». Как раз относительно нее В. И. Ленин, внимательно изучивший бухаринское произведение, с похвалой заметил: «Вот эта глава превосходна!»

    Вернемся, однако, к изображению Бухариным некоторых иных аспектов пролетарской диктатуры и классического типа ее воплощения – советской государственности. По всем своим основным показателям Республика Советов есть антипод правового государства. Она, в частности, отметает прочь принцип разделения властей, заменяя его принципом соединения власти законодательной с исполнительной властью. Взамен общепринятого порядка формирования представительных учреждений вводится новый. Выборы в Советы «производятся не по чисто искусственным территориальным округам, а по производственным единицам». Третируются как устаревший предрассудок «права меньшинства» и т.п. Государственный аппарат, понимаемый Бухариным как организация, долженствующая охватить собою поголовно всех трудящихся, выступает проводником политики большевиков, которые монопольно владеют властью. «В конце концов государственный аппарат – это тот самый рычаг, та самая машина, через которую наша партия, победоносная руководительница пролетариата, направляет всю свою политику».

    В рассуждениях о диктатуре пролетариата Бухарин не обходит молчанием проблему демократии. «Диктатура пролетариата... является в то же время внутриклассовой пролетарской демократией... диктатура пролетариата, будучи его единодержавием, реально обеспечивает демократию для пролетариата». Этакая демократия для своих, но не для чужих. Каким же практически способом обеспечивает своя диктатура демократию для своих? Делает она это тем, что прокламирует «экспроприацию экспроприаторов», повышение жизненного и культурного уровня трудящихся, развертывание всех их внутренних сил и потенций... Но вот о целостной системе конкретных политико-юридических институтов, процедур, норм, являющихся предметно-осязаемой формой «демократии для пролетариата», Бухарин почти ничего не говорит.

    Пролетарская революция осуществляет социализацию (обобществление) средств производства: они передаются в руки общества. Но в переходный от капитализма к коммунизму период, указывает Бухарин, хозяйствующим субъектом выступает не все общество, а организованный рабочий класс, точнее – пролетарское государство. Оно и есть хозяйствующий субъект. По этой причине экономические командные высоты, экономические организации превращаются в составные части пролетарского государственного аппарата. Пролетарская диктатура становится ко всему руководящей хозяйственной силой. «При пролетарской диктатуре государство все более сливается с хозяйством». Это слияние в условиях советской власти государства и хозяйства, вернее заведомо порочная попытка трансформировать экономические по своей природе отношения и структуры в политические, подчинить их действию политических факторов, дополняется практикой «перепрофилирования» всех рабочих организаций в различные части все того же аппарата власти. «Нет ни одной массовой организации, которая не являлась бы в то же самое время органом власти». Это только кажется, что подобнаяметаморфоза повышает ранг и престиж общественных массовых организаций. В действительности они оказываются послушными марионетками в руках властвующей элиты.

    Из отрицания гражданского общества и общенародной воли, парламентаризма и общенациональной конституции, равенства всех перед законом и судом, прав большинства и меньшинства и т.д. никогда никакой демократии для трудящихся не родится. На могиле «низшего типа» демократии «высший тип» демократии не вырастает.

    Бухаринская методология анализа политико-юридических институтов во многом строилась на квазидиалектической максиме – «все наоборот», «в одну и ту же эпоху принципиально другая классовая форма общества меняет математический знак всего развития, заменяя минусы плюсом, а плюсы минусом». Подобного сорта методология порывала с подлинным содержанием и логикой исторической эволюции мира власти, государства и права. 
    Бухарин стал одной из многочисленных жертв большевистско-террористического режима. Но и то правда, что он сам немало потрудился для создания, упрочения и теоретического «освящения» этого режима.