Биография П.А. Сорокина

Содержание

          Биография П.А. Сорокина…………………………………….………..…..3

П. Сорокин: социальная и  культурная динамика……………….……..….4

Культура как предмет научного исследования…………………….….….5

Типология культуры……………………………………………..…..……..8

Идеационная культура……………………………………………….……..9

              Мировоззрение…………………………………………………………….10

Система истины……………………………………………..………….….10

Формы искусства и эстетические ценности…….………………...……..11

          Этические ценности и принципы………………………………….……..12

          Правовая система……………………………………………….….……...12

          Социальные отношения……………………………………..…….……...13

Список используемой литературы……………………………....……….17

Сорокин Питирим Александрович (1889-1968) – русский и американский социолог. Представитель позитивистской ориентации в русской социологии. Сам себя Сорокин считал представителем эмпирического неопозитивизма или критического реализма. В детстве Сорокин рано оказался сиротой и бродяжничал. В 1902 поступил, а в 1904 с отличием закончил Гамскую двухклассную школу, затем поступил в Хреновскую церковно – учительскую школу. В 1906 – арестован за революционную деятельность, заключен в тюрьму в Кинешме, где много читал (Лавров, Михайловский, Маркс, Ленин, Плеханов, Дарвин, Спенсер, Конт и др.). После освобождения решил продолжить образование. В 1909 Сорокин поступает в столичный Психоневрологический институт, где была открыта кафедра социологии Е.В. Де-Роберти и Колевским. Через год Сорокин переводится на юридический факультет университета, где проходит обучение под началом Петражицского. Главным достижением этого периода творчества Сорокина становится его монографическая работа «Преступление и кара, подвиг и награда» (1914), которая представляет собой обстоятельный обзор современных криминологических теорий. В 1917 Сорокин получил звание приват-доцента Петербургского университета. Был активен в области популяризаторства, пытался донести до читателя мысли Дюркгейма, идеи которого пронизывают почти все его работы. Февральская революция застала Сорокина «посреди дел». Отложив работу он опять занялся политикой, принимал активное участие в работе Госдумы, Временного правительства, редактировал эсеровские газеты. За это время  им была написана целая серия социально-политических памфлетов. В 1918 опять арестован, но уже новым, большевистским правительством. В 1920 Сорокин избирается руководителем кафедры социологии при факультете обществознания Петроградского университета. Предлагает конструирование новой дисциплины – «родиноведения», призванной синтезировать знания разных естественных и гуманитарных наук. Тогда же он пишет популярные учебники по праву и социологии, публикует работу в двух томах «Система социологии» (1920), которая стала венцом его творчества в России.

П. Сорокин: социальная и культурная динамика

В 1922 начались массовые аресты среди научной и творческой интеллигенции. В России оставаться было опасно и  Сорокин вместе с женой эмигрируют за границу. Сначала Сорокин жил  в Праге, а потом переехал в  Америку. Поселившись в США, он стал крупнейшим американским социологом и внес большой вклад в развитие социологии, как в этой стране, так и во всем мире. Однако в Советском Союзе его книги были под запретом, и в своем отечестве этот всемирно известный ученый признанием не пользовался. До сих пор многие его работы, переведенные чуть ли не на все языки мира, остаются не изданными на русском языке. Это касается и знаменитого четырехтомного труда Сорокина «Социальная и культурная динамика» (1937-1941), где излагаются результаты его исследований в области культурологи.

Сорокину принадлежит  принципиально новая, оригинальная теория культурно-исторического процесса, существенно отличающаяся от концепций  Данилевского, Шпенглера, Тойнби. Его  предшественники описывали культуры, исходя из представления, что каждая из них уникальна и неповторима. Сходство между различными культурами они усматривали лишь в том, что им всем предназначено неотвратимое движение по одному и тому же пути - от рождения к смерти. Сорокин подошел к делу иначе.  Не отрицая своеобразия культур, он попытался вместе с тем найти какие-то общие черты не только в их исторической судьбе, но и в их содержании. Это привело его к выводу, что все имевшие место в истории человечества культуры можно разделить на  несколько основных типов. Таким образом, Сорокиным была предложена типология культуры. Это, в свою очередь, позволило ему поставить вопрос о том, как и почему в ходе истории образуются и сменяют друг друга культуры разных типов. Существуют ли закономерности, определяющие не только цикличность развития культур, но и такое изменение их содержания, которое обуславливает переход от одного типа культуры к другому? Повторяются ли в истории различных культур хотя бы какие-то основные «темы» - идеи, проблемы и т. п. элементы их содержания? Ответ на эти привел Сорокина к построению теории, раскрывающей динамику культурно - исторического процесса.

Культура как  предмет научного исследования

   Определяя культуру как предмет исследования, Сорокин пишет: «В самом широком смысле это слово может означать общую сумму всего, что создано или модифицировано путем сознательной и неосознанной активности двух или более индивидов, взаимодействующих друг с другом или обуславливающих поведение друг друга.

Согласно Сорокину, в  культуре следует различать два  аспекта: внутренний или ментальный – смысл, значение, ценность, составляющие духовное содержание культурных феноменов, и внешний или материальный – выражение, воплощение смысла, значения ценности в чувственно воспринимаемых формах, в физических вещах и процессах. Предметы культуры отличаются от явлений природы тем, что они являются знаками, символами: материальное в них служит формой выражения духовного, становится носителем смыслов и ценностей. «Венера Милосская, лишенная внутреннего смысла, была бы просто куском мрамора, идентичного по своим физико-химическим свойствам любому другому куску мрамора в его естественном состоянии». Это, по сути дела,  соответствует информационно-семиотическому пониманию культуры.

Феномены культуры могут  различным образом различаться  друг с другом.  Если какая-то совокупность их объединяется смысловыми, логическими, причинно-следственными (каузальными) связями, то она образует интегрированную культурную систему. Это могут быть, например, религиозные системы, философские учения, художественные стили, юридические кодексы, политические и экономические объединения. Но бывает, что различные феномены культуры просто «соседствуют», оказавшись в силу каких-то внешних обстоятельств одновременно в некотором определенном месте, и никаких смысловых связей между ними нет. «Если в доме с газовыми и электрическими нагревательными приборами для кипячения воды регулярно используется русский самовар, логическая несообразность такой конфигурации культурных феноменов очевидна». В этом случае можно говорить о скоплении, собрании, комплексе феноменов культуры, но культурной системой такая совокупность не является. Для примера Сорокин рассказывает о быте крестьян Вологодской губернии, перечисляя такие его элементы, как валенки, большая русская печь, водка,  лыжи, молодежные посиделки. «Ни один из этих элементов не требует другого ни логически, ни функционально. Водка не требует ни лыж, ни валенок; валенки не требуют огромной печи или посиделок. Но все эти элементы связаны с климатическими условиями края с его холодной и долгой зимой ». Таким образом, их совместное существование обусловлено внешним фактором, а не внутренним смысловым единством, и они не составляют интегрированную культурную систему.

Существует множество разнообразных  культурных систем. Главными из них  являются язык, наука, религия, искусство, этика и право (а поскольку этика и право определяют нормы экономической и политической жизни, поскольку они охватывают экономическую и политическую систему общества). В названных системах находят истина, красота, добро и справедливость – высшие ценности, стремление к которым  лежит в основе всей человеческой деятельности.

Культурные системы, подобно культурным феноменам, тоже могут как просто «соседствовать» друг с другом, так  и логически объединяться в культурную систему более высокого порядка. В первом случае образуется электичный, неинтегрированный культурный комплекс, лишенный внутренней логической связи. Во втором случае возникает целостная, интегрированная культурная суперсистема. Такой суперсистемой может быть (хотя и не всегда бывает) «культура в целом», существующая в определенном регионе в определенную эпоху. Все части культурной суперсистемы взаимосвязаны, все по-своему выражают ее основополагающие принципы и ценности.

Любая организованная группа людей  – семья, класс, государство, город, нация, страна – является носительницей определенной культуры, поскольку без наличия какой-то общей (по крайней мере, для большинства ее членов) совокупности значений, ценностей и норм она не  могла бы существовать. Однако было бы большим заблуждением думать, что свойственная реальным человеческим сообществам культура всегда интегрирована в целую систему. Даже отдельный индивид обладает множеством самых разнообразных и далеко не обязательно согласованных между собою элементов культуры, одна часть которых логически упорядочена и систематизирована, а другая представляет собою беспорядочную смесь неинтегрированных культурных комплексов, содержащих в себе разнородные феномены культуры, и фрагментов, заимствованных из разных культурных систем. Его научные позиции и религиозные убеждения редко находятся в какой-либо логической или причинной связи с его кулинарными вкусами, выбором марки автомобиля или тем, что блондинки нравятся ему больше, чем брюнетки. И если отдельная человеческая личность не является абсолютно логичной и последовательной в формировании своего культурного мира, то тем более это относится к социальным общностям людей. Культура общества всегда включает в себя наряду с целостными системами значений и ценностей массу интегрированных культурных комплексов и феноменов, несогласующихся с ее основными системами. Так, в России начала XIX века господствовала культура, которая была, как утверждал Уваров, православной и самодержавной, но уже тогда в ней существовали ростки атеизма и вера в идеалы демократии.

Сорокин критикует как «культурный  автонизм», видящий в культуре бессвязный конгломерат, случайное собрание разнообразных феноменов, так и «культурный индегрализм», исходящий из убеждения (которое принимается без доказательств и обычно даже отчетливо не формулируется), что культура общества всегда представляет собою полностью интегрированную суперсистему.

Типология культуры

Идея, из которой исходит  Сорокин в создании своей концепции, заключается в следующем: чтобы  разобраться в культурно-историческом процессе и найти его закономерности, необходимо выделить основные типы культурных систем.

В качестве главных критериев для  различения типов культуры Сорокин  принимает наиболее существенные, по его мнению, предпосылки, образующие «ядро» всякой интегрированной культурной суперсистемы: представления о природе реальности, а также о природе человеческих потребностей и способе их удовлетворения. На вопрос, какова природа реальности, возможны два принципиально различных ответа: 1) реальность имеет сверхчувственную природу, т. е. в основе окружающего нас чувственно воспринимаемого мира лежит сверхъестественное, божественное начало; 2) реальность обладает чувственной природой, т. е. никакой сверхчувственной, сверхъестественной реальности не существует. Поэтому можно различать и два основных типа культуры.

Первый ответ характеризует  идеационную культуру. В ней подлинной  реальностью считается  сверхъестественное, недоступное органам чувств бытие. Среди человеческих потребностей и желаний на первом плане находятся духовные. Способ их удовлетворения – не столько изменение внешней среды, сколько трансформация личности, добровольная минимизация физических нужд, аскетизм.

Второй ответ лежит в основе сенсетивной культуры. В ней то, что представлено в наших органах чувств, и принимается за подлинную реальность. Потребности и стремления людей носят главным образом материальный, физический характер. Способ их удовлетворения – приспособление и эксплуатация внешней среды.

Сорокин подчеркивает, что  в «чистом виде» идеационная и сенсетивная культура, вероятно, никогда полностью не реализуются в каком – либо конкретном обществе. Но в одни периоды истории конкретных обществ господствует идеационная культура, в другие – сенсетивная, а в третьи – оба эти типа культуры «смешиваются в различных пропорциях». Культур смешанного типа, в которых различным образом соединяются черты сенсетивной и идеационной ментальности, может существовать множество. Но признание одновременно двух противоположных пониманий реальности делает их эклектичными, неинтегрированными в целую систему.

Итак, Сорокин выделяет три основных типа интегрированных  культур: два противоположных – идеационный и сенсетивный, и третий, смешанный, промежуточный между ними – идеалитический.

Рассмотрим идеационную  культуру и ее особенности, которыми, согласно Сорокину, в каждом из основных типов культурных суперсистем обладают (1) мировоззрение, (2) система истины, (3) формы искусства и эстетические ценности, (4) этические ценности и принципы, (5) правовая система, (6) социальные отношения.

Идеационная культура

Идеационная культура –  царство религиозной ментальности. Это культура в основе своей религиозная. Ее черты отчетливо выступают в культуре древнего Китая (в VIII-VI вв. до н.э.), древней Греции (в IХ-VI вв. до н.э.) и в особенности – западноевропейского Средневековья V-ХII вв.

1. Мировоззрение.

Опирается на веру в Бога. В средневековой Европе основой мировоззрения была христианская вера. Эта вера была непоколебимой и абсолютной. Не подлежало никакому сомнению, что бытие Бога – Господа, Творца, Вседержителя – есть высшая, первоначальная, вечная и всеобъемлющая реальность. Все, что происходит, совершается по воле всемогущего и всезнающего Бога. Этот мир – всего только временное прибежище бессмертной человеческой души, которой после смерти тела предстоит жить в подлинном, вечном «потустороннем мире».

2. Система истины.

Единственно достоверный источник истины – божественное откровение. Безусловная и абсолютная истинность Священного Писания не подлежит никакому сомнению.

Наука подчинена религии, теологии. Она почти всецело сводится к толкованию священных текстов  и разработке нужного для этой цели логического и лингвистического аппарата. Делом науки считается исследование проблем, которые связаны с христианским вероучением (например: Как понимать единство трех лиц Бога – Отца, Сына и Святого духа? Являются ли адские мучения пропорциональными грехам? И т.д.) Фундаментом всякого знания считается Священное Писание. Никакие противоречия с ним не допускаются. К естествоиспытателям, пытающимся опираться в познании природы не на Священное Писание, а на опыт и свободное размышление, в эпоху Средневековья относились с подозрением, обвиняли их в ереси. «Не было никаких расхождений между религией, наукой и философией, потому что наука и философия фактически были изгнаны и вера царила повсюду».

3. Формы искусства  и эстетические ценности.

Искусство, как и наука, нацелено, главным образом, на религиозную тематику, на изображение вечного, незыблемого мира высших духовных ценностей. Художники, поэты, музыканты ощущают себя как бы инструментом в руках Божиих. Поэтому личному придается мало значения, и создатели многих замечательных произведений искусства остаются безвестными.

Идеационное искусство  символично. Художники не стремятся  к визуальному сходству изображения  с изображенным. Представленные в  картинах и скульптурах предметы и события служат лишь средством передачи зрителю идей и переживаний религиозного характера. Рыба, овца, оливковая ветвь, пещера, воскрешение Лазаря, снятие Иисуса с креста – все это интересует средневекового художника и зрителя не само по себе, а как символы сверхчувственных духовных ценностей. Все, что не  несет в себе такого символического содержания (и, тем более, то, что способно зародить греховные помыслы) считается недостойным изображения. Герои картин – апостолы, святые, праведники, Богоматерь и сам Иисус Христос – предстают перед нами почти бесплотными, зачастую как бы изможденными долгим воздержанием существами. Их образы должны впечатлять зрителя не наглядной, земной красотой, видимой глазами, а возвышенной духовностью, твердостью веры, любовью к Богу, которые открываются душе зрителя.

Архитекторов вдохновляют  не столько утилитарные, сколько  культовые цели. Идеационная архитектура  развивается, прежде всего, как искусство  строительства церковных зданий. В романском стиле XI – XII веков, а затем в ранней готике конца XII века они приобретают особую строгость и величественность. Тщательно придумывается символизм храмовых построек (крест на вершине, купольное покрытие как символ неба, центральный купол и четыре купола меньшего размера вокруг него – Иисус и четыре евангелиста, и т. д.).

Идеационная музыка проста, не тяготеет к успеху и одобрению. Она не нуждается в концертных залах, аплодисментах, больших оркестрах  и хорах. Музыканты сочиняют и  исполняют, главным образом произведения, предназначенные для богослужений, - церковные песнопения, хоралы, мессы, реквиемы. В музыке главное – не то, как она звучит, приятно или неприятно, но то, что кроется за звуками.

Идеационная литература – это прежде всего , молитвы, гимны, проповеди, жития святых. Она  - неиссякаемый источник и недосягаемый для смертного образец мудрости и художественной ценности.

4. Этические ценности  и принципы.

Идеационная этика строится на признании  абсолютных, вечных и неизменных принципов  нравственности. Эти принципы «от  Бога», они выражены в библейских заповедях. Чувственные, телесные удовольствия считаются греховными. От человека требуется благочестие и послушание, безупречное исполнение своих обязанностей перед Богом и обществом. Это «этика долга».

5. Правовая система.

Предполагается, что правовая система должна опираться на абсолютные и незыблемые принципы, данные Богом. В характерных для идеационной культуры конкретных правовых кодексах к наказуемым по закону преступлениям относятся многие действия, которые непосредственно не наносят вреда другим людям, но подрывают религиозную веру. Они оцениваются как святотатство, богохульничество, вероотступничество, ересь. Их называют преступлениями против религии. В средневековых юридических кодексах нередко карались законом покушение на самоубийство, тайный брак, колдовство, курение, ношение несоответствующей одежды. Методы следствия и допроса отличались жестокостью, широко применялись пытки с использованием хитроумных приспособлений, причиняющих мучительную боль. Наказание  рассматривалось как путь к искуплению вины и средство уничтожения тех злодеев, вина которых не может быть искуплена. Оно обычно было весьма сурово и во многих случаях предусматривало смертную казнь. Часто она производилась публично (например, сожжение на костре), и к ней относились как к увлекательному зрелищу. В целом, право в идеационном обществе более жестко и  строго, чем в каком – либо другом обществе.

6. Социальные  отношения.

Людям идеационной культуры общественный порядок представляется установлением  Бога. Монарх – наместник Бога на земле, «помазанник Божий». Идеационное общество обычно иерархично.

Сорокин различает три  основных типа социальных отношений: отношения  семейного типа, контрактные и  принудительные. Для идеационного общества характерно преобладание отношений  семейного типа. Они задают образец феодальной верности вассалов своему господину. Монарх представляется как бы отцом всех своих подданных.

Специфическим для идеационной  культуры образом решается проблема свободы человека. Согласно Сорокину, индивидуальную свободу в общем смысле можно определить следующим образом; «Человеческое существо свободно, если оно способно делать то, что хочет, не принуждается делать то, чего не хочет, и не вынуждено терпеть то, чего терпеть не желает». Свобода индивида зависит от соотношениями между его желаниями и имеющимися в его распоряжении средствами для их реализации. Отсюда вытекает сорокинская «формула свободы»:

Сумма желаний

Сумма средств

Если числитель в  этой формуле меньше знаменателя, то человек свободен. Следовательно, возможны два пути к достижению свободы: 1) уменьшить сумму желаний и 2) увеличить сумму средств для их реализации. Людям идеационной культуры наиболее естественным, эффективным и морально приемлемым представляется первый путь. Они считают, что лучшая жизнь и свобода должна достигаться благодаря духовному самосовершенствованию людей и самоограничению их желаний и потребностей. Естественно, что такая установка мало содействует развитию техники и экономики.

Современное состояние  западной культуры Сорокин диагностировал как кризисное, которое, вовсе не виделось ему в духе шпенглерианского субъективизма – как конец ее исторического существования, смертная агония всей западной цивилизации.  Его главное пророчество звучало примерно так: мы живем, мыслим, действуем в конце сияющего чувственного дня, длившегося шесть веков. Лучи заходящего солнца все еще освещают величие уходящей эпохи. Но свет медленно угасает, и в сгущающейся тьме нам все труднее различать это величие и искать надежные ориентиры в наступающих сумерках. Ночь этой переходной эпохи начинает опускаться на нас, с ее кошмарами, пугающими тенями, душераздирающими ужасами. За ее пределами, однако, различим рассвет новой великой идеациональной культуры, приветствующей новое поколение – поколение людей будущего.

 В 1960 Сорокин публикует свое культурно – конверген-циональное кредо-эссе «Взаимная конвергенция Соединенных Штатов и СССР к смешанному социокультурному типу» (1960), написанное в атмосфере довольно напряженных советско - американских отношений. Эссе начиналось со следующих слов: «Западные лидеры уверяют нас, что будущее принадлежит капиталистическому («свободное предпринимательство») типу общества и культуры. Наоборот, лидеры коммунистических наций уверенно ожидают победы коммунистов в ближайшее десятилетие. Будучи не согласным с обоими этими предсказаниями, я склонен считать, что если человечество избежит новых мировых войн и сможет преодолеть мрачные критические моменты современности, то господствующим типом возникающего общества и культуры, вероятно, будет не капиталистический и не коммунистический, а тип специфический, который мы можем обозначить как интегральный. Этот тип будет промежуточным между капиталистическим и не коммунистическим строем и образом жизни. Он объединит большинство позитивных ценностей и освободится от серьезных дефектов каждого типа». Согласно логике его мысли, мы наблюдаем, с одной стороны, упадок капиталистической системы, а с другой – неспособность экономической и политической системы коммунизма удовлетворить жизненные потребности людей. Последняя складывается в периоды великих бедствий (голод, война, революции, депрессии), однако когда социальная опасность минует и сходит на нет, то в обществе обнаруживается неизбежная тенденция детоталитаризации и реконверсии к менее регламентированной и более свободной жизни. Этот социальный закон, по Сорокину, выражается в том, что степень государственного вмешательства в  жизнь общества варьируется  пропорционально масштабам и характеру бедствия. И если в будущем великие катаклизмы удастся преодолеть, то «коммунистические» и схожие с ним тоталитарные режимы, очевидно, будут приходить в упадок. Речь у Сорокина, однако,  идет не только о политических переменах и сближении двух стран. Он считает, что фундамент конвергенции заложен в близости систем ценностей, праве, спорте и досуге, изящных искусствах, экономике, семейных и брачных отношениях и даже в религиях обеих держав. Советские философы безвозвратно ушли от ортодоксального марксизма в  интерпретациях человека и общества, в то время как материалистическая идеология и философия все активнее проникают в общественную и приватную жизнь американцев. Иными словами, по Сорокину, конвергенция заключена не  только в реверсивном движении России к образцу американской демократии, но и в усилении тоталитарных элементов в США. Завершая свое эссе, он утверждал, что конвергенция, безусловно, приведет к образованию смешанного социокультурного типа, который при заданных условиях может перерасти в «блистательный интегральный порядок в обеих державах , так же, как и во всей человеческой вселенной».

Профетическая интенция свойственна социологии эпохи модерна. Провозвестник новой идеациональной будущности через очищение и воскрешение  культуры, проповедник нравственного  возрождения общества, основанного  на принципах альтруистической любви и этике солидарности, - таков, в общем не похожий на академического, университетского ученого, Сорокин - социолог и Сорокин – пророк, на долгие годы запомнившийся своим соратникам и ученикам.

Список используемой литературы

1. Кармин, А.С. Культурология: учебник для вузов / А.С. Кармин. – СПб.:     Лань, 2001. 831.

2. Социология: энциклопедия /сост. А.А. Грицанов [и др.]. – Минск: Книжный дом, 2003. - 1312с.

3. История теоретической социологии: в 5 т. Т.2. Социология XIX века / Ин-т «Открытое о-во». Фонд Сороса; отв. ред. и сост. Ю.Н.Давыдов. – М.: Магистр, 1997. – 448с.

4. Голосенко, И.А. История русской социологии 19-20 веков: пособие / И.А. Голосенко, В.В. Козловский. – М.: Онега, 1995. – 288с.