Государственное образовательное учреждение высшего  профессионального образования 

Северо-Западная Академия Государственной  Службы 
 

Факультет ГиМУ 
 
 
 
 
 

Реферат 
 

Богатые и бедные в социальной структуре российского  общества. 

                                              Выполнил студент

                                                                                                    4-го курса группы 4161

                                                                                                    Матвеев И.В. 

                                                                                                    Проверил: доцент Седов А.В.

                                                                                                    Дата сдачи:_______________                                                                                                                                                                              

                                                                                                    Оценка: __________________

                                                                                                    Подпись руководителя:_____ 
 
 
 
 
 

Санкт-Петербург

2007г.

Содержание 
 

1. Введение

2. Богатые и бедные в социальной структуре российского общества.…………………………………………………….5.

3. Богатые и бедные: социально-профессиональные характеристики…………………………………….……...13.

4. Перспективы сокращения уровня бедности..…………………………………………………...14.

5. Заключение

6. Список  использованной литературы

Введение 
 

    Под социальной (стратификационной) структурой понимаются расслоение и иерархическая  организация различных слоев  общества, а также совокупность институтов и отношений между ними. Термин «стратификация» ведет свое происхождение от латинского слова stratum — слой, пласт. Страты представляют собой большие группы людей, отличающиеся по своему положению в социальной структуре общества.    

 Ученые  сходятся во мнении, что основой  стратификационной структуры общества  является естественное и социальное неравенство людей. Однако в вопросе, что именно служит критерием неравенства, их мнения расходятся. Изучая процесс стратификации в обществе, К. Маркс назвал таким критерием факт обладания человеком собственности и уровень его доходов. М. Вебер добавил к ним социальный престиж и принадлежность субъекта к политическим партиям, к власти. П. Сорокин считал причиной стратификации неравномерность распределения прав и привилегий, ответственности и обязанностей в обществе. Он же утверждал, что социальное пространство имеет и множество иных критериев дифференциации: ее можно осуществлять по гражданству, роду занятий, национальности, религиозной принадлежности и т. д. Наконец, сторонники теории структурного функционализма в качестве критерия предлагали учитывать социальные функции, которые выполняют те или иные социальные слои в обществе.

Качественные  изменения, происходящие сегодня в  экономике современного российского  общества, повлекли за собой серьезные  сдвиги в его социальной структуре. Формирующаяся в настоящее время социальная иерархия отличается противоречивостью, неустойчивостью и склонностью к существенным переменам. К высшей страте (или элите) сегодня могут быть отнесены представители нарождающейся буржуазии, государственного аппарата, а также интеллектуалы, занятые в сфере финансового бизнеса (они составляют около 3—5% населения). Создание так называемого среднего класса в России сегодня только начинается (предполагается, что к нему в основном будут принадлежать представители класса предпринимателей, а также рабочие, занятые высококвалифицированным трудом, и работники умственного труда). В настоящий момент, по данным социологических исследований, число людей, принадлежащих к данному стратификационному уровню, колеблется от 10 до 15% . Наконец, низшая страта в современной России — это рабочие различных профессий, занятые трудом средней и низкой квалификации, а также канцелярские служащие (приблизительно 80% населения). Следует отметить тот факт, что процесс социальной мобильности между данными уровнями в России носит ограниченный характер. Это может стать одной из предпосылок будущих конфликтов в обществе. 
  Основные тенденции, наблюдающиеся  в изменении социальной структуры современного российского общества:    

        1) социальная поляризация, т. е. расслоение на богатых и бедных, углубление социальной и имущественной дифференциации; 
      2) размывание интеллигенции, которое проявляется либо в массовом уходе индивидуумов из сферы умственного труда, либо в смене ими места жительства (так называемая «утечка мозгов»); 
     3) процесс стирания границ между специалистами с высшим образованием и высококвалифицированными рабочими. 

Богатые и бедные в социальной структуре российского  общества

 
     Богатство и  бедность в современной России не гомогенны и имеют несколько уровней, которые различаются и по материальному положению, и по социально-профессиональной деятельности, и по досуговым предпочтениям.  
     Что касается бедности, то, по крайней мере, два таких уровня выделяются довольно отчетливо – это просто бедность (17,7%) и нищета, в условиях которой живут 5,7 %. Характерные отличия уровня и образа жизни, соответствующих, скорее, понятию «нищета», чем просто бедность, – накопившиеся долги, в том числе и по квартплате, отсутствие таких предметов домашнего имущества как пылесос, мебельная стенка или мягкая мебель, ковер, цветной телевизор, плохие жилищные условия. Среди представителей нищеты оказывается вдвое бoльшая доля проживавших в общежитиях, коммунальных квартирах и снимавших жилье, чем среди просто бедных (34,7 %). Причем свыше половины из них имеют не более 10 квадратных метров общей площади на человека, в то время как среди просто бедных последний показатель составлял 28,7 %. К этому можно добавить недоступность любых платных услуг, плохие взаимоотношения в семье, в среднем более низкие, чем у просто бедных, доходы. В целом можно сказать, что на уровне нищеты в настоящее время сконцентрированы в основном семьи «старых» бедных, которые и в советское время относились к самым неблагополучным слоям общества, а на уровне собственно бедности – семьи «новых» бедных, которые до начала реформ относились к вполне обычным семьям.  
     Такой вывод подтверждает и специфика социально-демографического состава представителей этих двух уровней бедности. Что касается семей, находящихся на уровне нищеты, то следует отметить, что около половины данной группы составляют семьи рабочих. Особенно велик в ней удельный вес неквалифицированных рабочих, почти каждый пятый из которых оказался живущим в условиях нищеты (при том, что в среднем по массиву в этих условиях живет лишь каждый двадцатый россиянин), и еще 25,9 % – на уровне «просто бедности». В то же время, даже у неквалифицированных рабочих большинство семей все-таки не относится не только к нищим, но и к бедным. Кроме того, немаловажно, что около 20 % в группе нищих - так называемые социально слабые семьи – неполные, многодетные и т.п.  
     Для социально-демографического состава просто бедных характерно большее представительство лиц с высшим и незаконченным высшим образованием (26,4 % при 13,4 % в группе «нищих»), специалистов и служащих (19,0 % при 4,2 % у «нищих») и гораздо меньшая доля неквалифицированных рабочих (9,6 % против 22,3 %), а также меньшая доля социально слабых семей (9,6 %). Таким образом, группа просто бедных служит наглядным подтверждением справедливости взглядов россиян на макроэкономический характер причин бедности большинства бедных в сегодняшней России. 

    Внутренне неоднородна и группа богатых. Одним  из важнейших различий разных слоев богатого населения выступают качество и характер занимаемого ими жилья. В этой связи нельзя не отметить, что жилье выходит на авансцену как важнейший стратифицирующий признак. Еще совсем недавно казалось, что в силу особенностей существовавшей в Советском Союзе системы распределения жилья оно не является признаком принадлежности человека к тому или иному слою общества. Однако за последние 10-15 лет, после возникновения легального и колоссального по объемам рынка жилья, картина качественно изменилась, а буквально за последние год-два происходит и соответствующий перелом в общественном сознании, который нам удалось зафиксировать в своем исследовании. Произошла смена приоритетов в оценке критериев принадлежности к тому или иному слою общества в сознании самого населения. Даже для бедных среди характерных особенностей их жизни население в целом поставило на третье место (после питания и одежды) качество занимаемого жилья.  
     Если же говорить о богатых, то и население в целом, и сами богатые, и бедные наиболее характерным отличием их от всех остальных назвали именно качество занимаемого жилья. И, действительно, в характере и площади занимаемого жилья богатые сильнее всего отличаются сегодня от остальных слоев населения. Так, среди опрошенных бедных только 13,9 % проживают в 3-4-комнатных квартирах, и ни один человек не живет в коттедже или особняке. В то же время среди богатых 61,4 % имеют 3-4-комнатные квартиры и 11,2 % проживают в особняках. При этом и другие варианты проживания у них качественно различались: так, если бедные могли снимать только комнату в коммуналках, то богатые – высококачественные просторные квартиры или особняк на Рублевском шоссе. Не имея своего жилья, бедные могли и не снимать жилье, а просто жить у знакомых, что полностью отсутствовало у богатых, и т.д.  
     Что же касается метража занимаемого жилья, то среди бедных свыше 80 % имеют менее 25 квадратных метров общей площади на человека, при этом более трети всех бедных имеют до 10 квадратных метров на человека. У богатых же менее 25 квадратных метров общей площади на человека имеют менее 20 %, зато около половины имеют более 40 квадратных метров, а четверть – свыше 60 квадратных метров на человека. При этом значительная часть богатых недовольна своими жилищными условиями – только 73,3 % из них оценивают свои жилищные условия как хорошие (среди населения в целом – 24,7 %, бедных – 7,2 %). В основном, чтобы считать свои жилищные условия хорошими, им требуется как минимум трехкомнатная квартира и не менее 40 квадратных метров общей площади на человека. Неудивительно, что, учитывая реальную жилищную обеспеченность богатых, среди них бурно шел процесс обновления жилья – почти две трети из них за последние три года улучшили свои жилищные условия, в то время как у населения в целом этот показатель составил 13,9 %, а среди бедных – 7 %.  
     Из этого можно сделать вывод о том, что качество жилья стало в России предметом престижного потребления, свидетельствующее о благополучии и состоятельности семьи, принадлежности ее к определенному социальному слою.  
      «Бум» на рынке загородной недвижимости теснейшим образом связан с осознанием, по крайней мере, в определенных слоях населения наличия второго жилья как важнейшей характеристики богатых, что также ранее было для России нехарактерно. Стандартный набор «квартира - машина - дача» был, скорее, формулой советского среднего класса, и первоначально загородная недвижимость как второе комфортабельное жилье не имела для богатых того значения, которое она приобрела сегодня. Теперь же картина качественно изменилась – более половины богатых в нашей выборке (55,6 %) имеют второе жилье, пригодное для круглогодичного проживания (в среднем среди россиян – 4,3 %). Основных моделей использования второго жилья две – либо 3-4-комнатная квартира, в которой живет семья, и коттедж, который периодически используется для отдыха, либо загородный особняк или коттедж, в котором семья постоянно проживает. При этом квартирой в городе пользуются лишь по мере необходимости или же в ней постоянно проживает кто-то из детей-студентов, которых еще «не отселили», но с которыми вместе постоянно все-таки не проживают.  
     Немаловажно отметить также, что, хотя в аренду сдается 16,1 % имеющегося второго и т.д. жилья, но у богатых это делают всего 13,1 %. Таким образом, использование второго жилья как капитала, приносящего доход, характерно сейчас в большей степени для среднеобеспеченных и малообеспеченных слоев российского населения, которые в силу различных обстоятельств (прежде всего, наследования) имеют второе жилье.  
     Существует три слоя богатых. Первый из них – это, фактически, тот пограничный слой, который россияне в большинстве своем включают в понятие «богатые», хотя с точки зрения стандартов жизни в странах Западной Европы и Северной Америки, они все-таки ближе к понятию верхнего слоя среднего класса. В данной группе второе жилье имеет всего четверть представителей. Во второй группе богатых, которых можно было бы условно назвать «просто богатые», – около половины, а в третьей, включающей очень богатых людей, – свыше 90 %. В этих группах также различна удовлетворенность жильем и интенсивность его обновления.     

    Вторым  характерным признаком принадлежности к тому или иному слою богатых  является движимое имущество. Так, иномарки имеют около трети семей из «пограничного слоя», свыше 70 % просто богатых и свыше 90 % очень богатых людей, при этом около 40 % последних имеют иномарки, которым не более одного года. Те же закономерности прослеживаются и при анализе остальных видов имущества. 

    Практически по всем перечисленным видам имущества основные слои богатых различаются по времени их приобретения, а также по количеству предметов одного вида в семье. В двух верхних слоях богатых появляются виды собственности, отсутствующие у пограничного слоя. Так, например, у богатых и очень богатых людей, в отличие от их пограничного слоя, есть недвижимость за рубежом, собственные конюшни и т.п.  
       Немаловажны и те стороны жизни, которые касаются скорее образа, чем уровня жизни, и которые также отличают различные слои богатых.     

Анализ  причин различий в производственных нагрузках показывает, что очень богатые люди уже достигли того, чего хотели бы достичь в жизни, и поддержание устраивающего их образа жизни не требует от них плюс к основной работе каких-то дополнительных усилий.     Среди просто богатых людей руководителями первого уровня являются 65,8 %, причем подавляющее большинство из них – владельцы или совладельцы предприятий, которыми они руководят. Примерно каждый девятый – самозанятый, десятую часть составляют специалисты, двадцатую – руководители второго уровня, начинают появляться в этом слое и сотрудники правоохранительных органов. В целом профессиональный портрет данной группы оказался более разносторонним и насыщенным, чем у очень богатых.

    Представители богатых слоев надо различаются между собой уровнем образования и квалификации. 87,6 % представителей очень богатых имеют высшее образование, в том числе 5,6 % – доктора и кандидаты наук. Все остальные имеют незаконченное высшее образование. Среди просто богатых основная масса (77,9 %) также имеет высшее образование, в том числе 4,4 % – кандидаты и доктора наук. В этом слое начинают встречаться люди со средним специальным образованием. Наконец, в пограничном слое общее среднее образование имеют 11,8 %, среднее специальное – 15,7 %, незаконченное высшее – 7,8 %, высшее – 64,7 %, в том числе 3,9 % – кандидаты и доктора наук. Тенденция более высокого образовательного и квалификационного уровня более богатых слоев подтвердилась и при анализе их навыков. Так, только 12,4 % очень богатых людей не умеют работать на компьютере при 23,5 % в пограничном слое. 50,5 % очень богатых людей могут работать с использованием иностранного языка, при 21,6 % в пограничном слое. Более трети очень богатых людей (и только каждый десятый в пограничном слое) за последние три года изучали иностранные языки на курсах или самостоятельно, треть получила второе высшее образование при 11,1 % в пограничном слое. Просто богатые всегда занимали промежуточное положение. Учитывая, что наша выборка по богатым не носила репрезентативного характера, эти цифры нельзя абсолютизировать, тем не менее они достаточно наглядно отражают специфику образовательного уровня представителей различных слоев богатого населения России.          

    Разные слои бедных, и разные слои богатых по-разному видят свое место в социальной структуре российского общества. Основная масса россиян сосредоточивается на средних позициях. При этом на нижних ступенях социальной лестницы «толпится» достаточно много людей, считающих себя социальными аутсайдерами, а на верхних ступеньках сосредоточены считанные проценты всех россиян. Основная масса бедных (73,1 %) попадает на три нижние ступеньки из 10 возможных, а богатые на три четверти сосредоточиваются в верхней половине     

Характеризуя  место тех или иных групп российского общества в его социальной структуре, можно выделить то, что по своим запросам они различаются достаточно мало. Пожелания россиян относительно того, какое место они хотели бы занимать в обществе, носят прямо обратный характер по отношению к реальной социальной структуре, и в целом таковы, что в принципе невыполнимы. Анализ пожеланий различных слоев российского населения относительно их места в социальной структуре показывает утопичность реализации в России модели общества, которая устроила бы большинство населения. И причиной принципиальной невозможности реализации некоего устраивающего всех общественного идеала является не мифическое стремление россиян к уравнительности. Главная причина невозможности реализации такого идеала в другом – большинство россиян хочет не равенства, а хотя бы быть немного повыше других своих «равных» сограждан.  
     В этой связи можно вспомнить, что горбачевская перестройка в немалой степени начиналась с лозунгов борьбы с уравнительностью, которые население в массе своей активно поддерживало. При этом каждый в глубине души думал о том, что от ликвидации уравниловки должен выиграть именно он. Управленцы так думали потому, что в тот момент в их руках сосредоточивался реальный властный ресурс, которым грех было не воспользоваться. Интеллигенция – потому, что всегда считала, что ей недоплачивают за образование и квалификацию, которые, как она твердо знала, в рыночной экономике ценятся очень высоко. Рабочие в большинстве своем полагали, что реальные блага производят именно они, и ликвидация уравниловки приведет к тому, что им не придется кормить разных «нахлебников» с высшим образованием, которые (исключая врачей и учителей) непонятно, чем занимаются. Крестьяне рассчитывали, что без продуктов питания прожить невозможно, и в условиях ликвидации твердых закупочных цен именно они окажутся в выигрышном положении. Пенсионеры, которые за десятилетия существования государства с ярко выраженными геронтологическими приоритетами привыкли к «заслуженной старости», не сомневались, что их пенсия и накопления сохранятся, только товаров станет больше. 

    Когда эти ожидания разрушились, и от последствий  реформ в той или иной форме  пострадали практически все слои общества, то, во-первых, возник эффект обманутых ожиданий, который, хотя постепенно и сходит «на нет», но все-таки пока еще сохраняется. Во-вторых, возникло и продолжает укрепляться убеждение в том, что получилось совсем не то, на что рассчитывали. Именно с этим чувством связан и тот установленный в ходе исследования факт, что во всех слоях населения – и бедных, и средних, и богатых – многие считают, что общество нуждается в существенных переменах.  
     

 Богатые и бедные: 
социально-профессиональные характеристики

    Одна из основных характеристик той пропасти, которая пролегла и углублялась между богатыми и бедными в 90-е годы, связана с глубокими различиями в качестве и способах использования тех социально-профессиональных ресурсов, которыми они обладали и на которые опирались в сложной кризисно-трансформационной ситуации, одновременно адаптируясь к ней и формируя свои новые социально-профессиональные позиции.

      В настоящее время группу богатых в подавляющем большинстве представляют предприниматели, руководители высокого ранга, самозанятые, тогда как группу бедных более, чем на 60% – рабочие и пенсионеры. Такие специфические группы, как студенты и безработные, представлены очень неравномерно – первых гораздо больше среди богатых, вторых – среди бедных. Достаточно близкими оказались среди богатых и бедных доли специалистов с высшим образованием, а также военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, хотя очевидно, что представители этих профессиональных групп в разных слоях имеют различные оплату, условия труда, функциональные обязанности и объем властных полномочий.

    Важный  ресурс человека в достижении высокого уровня материального благосостояния – объем его реальной власти на предприятии, где он работает, степень  влияния на принимаемые решения. Безусловно, этот ресурс находится в основном в распоряжении «богатой группы». При этом среди бедных больше половины считают, что от их мнения на работе ничего не зависит, лишь незначительная часть участвует в принятии решений в масштабах своего подразделения.  
 

Перспективы сокращения уровня бедности 

       Перспективы сокращения в короткие сроки уровня бедности в нашей стране россияне оценивают скептически. По данным опроса, проведенного в конце апреля Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ), 61% наших сограждан считают задачу уменьшения доли бедных вдвое, поставленную Владимиром Путиным перед правительством в начале его второго президентского срока, невыполнимой. Правительство уже не справилось с данным в марте 2004 года поручением главы государства снизить уровень бедности до 10% за три года - теперь эта цель, если верить обещаниям Германа Грефа, будет достигнута только к 2010 году. На проблемы в борьбе с бедностью указывает и статистика - постоянно сокращавшаяся с 2000 года доля граждан с доходами ниже прожиточного минимума в последние два-три года колеблется в районе 16-18%. 
       По данным опроса ВЦИОМ, в возможность скорой победы над бедностью верят чуть более четверти (26%) россиян, в то время как доля пессимистов по этому вопросу составляет 61%. Социологи проводили аналогичное исследование и весной 2004 года, сразу после того, как Владимир Путин поручил правительству за три года снизить бедность в стране до "европейского уровня" порядка 10%. Тогда пессимистов было чуть больше - 66%, однако и оптимисты были более многочисленны (28%). Вдвое с 2004 года увеличилась доля сомневающихся - сейчас оценить перспективы борьбы с бедностью в России затрудняются 13% респондентов ВЦИОМ. 
       Решение проблемы бедности в России кажется более простым нашим обеспеченным согражданам - среди них сокращение доли населения за чертой прожиточного минимума вполовину представляется реальной задачей 38% опрошенных, а нереальной - 53%. Сами же бедняки (респонденты, оценившие свое материальное положение как плохое или очень плохое) настроены куда более пессимистично - из них только 15% надеются на скорую победу над бедностью в России, а к пессимистам себя относят почти три четверти этой социальной группы - 74%. Любопытно, что почти такие же показатели (14% и 75%, соответственно) отношения к перспективам борьбы с бедностью демонстрируют респонденты, в ходе опроса назвавшие себя сторонниками КПРФ. Таким образом, можно предположить, что уровень электоральной поддержки коммунистов напрямую связан с верой (точнее, неверием) россиян в "светлое завтра". Кстати, среди сторонников партий, поддерживающих президента Путина - "Единой России" и "Справедливой России", в скорую победу над бедностью верят больше людей, чем в среднем по стране - 33% и 31%, соответственно.     

    Статистические  данные показывают, что борьба с бедностью в России идет далеко не так успешно, как хотелось бы. В первом квартале 2003 года доходы ниже прожиточного минимума имели более четверти (26,1%) россиян, по итогам 2004 года этот показатель снизился до 17,6%, в первом квартале 2006 года снова вырос до 18,9%, а в январе-марте текущего года этот показатель снизился, по данным Всероссийского центра уровня жизни (ВЦУЖ), до 16,3%. При этом в начале 2003 года сам прожиточный минимум составлял в среднем по России 2 047 рублей в месяц, а сейчас, четыре года спустя, вырос до 3 713 рублей. В конце апреля на заседании правительства глава МЭРТа Герман Греф дал прогноз, что количество граждан России с доходами ниже прожиточного минимума снизится к 2010 году до 10,7%. 
      Правительство, таким образом, расписалось в неспособности выполнить задачу, поставленную перед ним президентом Владимиром Путиным еще в 2004 году. Напомним, сменив состав и структуру кабинета незадолго до своего переизбрания на второй срок в марте 2004 года, глава государства поручил министрам под руководством Михаила Фрадкова снизить уровень бедности в России до 10% (то есть, отталкиваясь от данных за первый квартал 2004 года, более чем вдвое) за три года. Теперь, если верить Грефу, решение этой проблему отодвинулось на 2010 года, то есть еще на три года. Проблему бедности не помогли решить ни приток нефтедолларов, ни вроде бы наметившаяся диверсификация экономики, ни прирост показателя подушевого  ВВП.

    Статистика, как известно, вещь лукавая - одна и  та же ситуация может выглядеть совершенно по-разному в зависимости от того, с чем ее сравнивать. Например, если за точку отсчета брать третий-четвертый кварталы 1998 года, когда за чертой бедности в результате финансового кризиса оказалась чуть ли не половина населения России, то на сегодняшний день правительство могло бы отрапортовать об уменьшении бедности с тех пор более чем в три раза. Кроме того, принятая в России методика оценки уровня бедности - как доли населения, чьи доходы не дотягивают до установленного правительством прожиточного минимума, является далеко не единственной. Например, в Европе принято считать бедными людей, чьи доходы составляют менее половины от среднедушевого фактического дохода по стране. Если применить эту формулу к России, то бедных у нас окажется заметно больше, чем по нынешней методике Росстата - около четверти населения.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Заключение

       В основе нынешнего восприятия россиянами богатства и богатых – их весьма спокойное отношение к деньгам, до сих пор сохраняющееся в российской культуре и в повседневности. Действительно, если по-прежнему «не в деньгах счастье», то не так уж важно, что у кого-то их больше, а у кого-то меньше, хотя большинство, разумеется, не против того, чтобы иметь их побольше, но только так, чтобы ради этого ничем значимым не пришлось бы жертвовать. И хотя к богатым людям отношение в российском обществе в целом скорее скептическое, да и источники их богатства оцениваются как весьма сомнительные, резкого социального антагонизма это не вызывает.

      Толерантное отношение большинства наших сограждан к богатым людям во многом объясняется массовыми представлениями о причинах их материального благополучия. Взятая в совокупности картина этих причин внушает гораздо больший оптимизм, чем можно было бы ожидать. Деловая хватка, наличие связей, умение использовать все шансы, немного везения и готовность работать без оглядки на время и здоровье – вот пять основных слагаемых успеха нынешних богатых россиян в глазах основной массы населения.

    Вместе  с тем, выделяя своих богатых  сограждан, россияне имеют в виду не столько элитный круг общества, от которого они очень далеки, и который ассоциируется скорее с понятиями власть и богатство, сколько верхний слой среднего класса, который ассоциируется с представлениями о надежной материальной обеспеченности.

В условиях бедности, включая состояние нищеты, сегодня в России живет почти  каждый четвертый. При этом сопоставление  российских и общеевропейских данных показывает: при всех объективных  различиях между численностью бедных в европейских странах и в России, жесткое отрицание европейцами бедности в месте своего проживания и среди своих ближайших знакомых свидетельствует о принципиально разном восприятии бедности в России и западноевропейских странах. В Европе быть бедным или вращаться в среде бедных стыдно. В России же бедность воспринимается скорее как несчастье, которое должно вызывать у окружающих сочувствие и жалость. Поэтому для большинства россиян нет ничего зазорного в том, чтобы признать свое материальное положение плохим, или иметь бедных среди своих знакомых.

      Однако в ходе массовых опросов последнего времени обнаруживается тенденция среди заметной части бедных скорее завысить, чем принизить свое собственное положение. Это означает, что и в современной России постепенно становится стыдно публично быть (или казаться) бедным.

      Больше всего, что разделяет в реальной жизни богатых и бедных – это их потребительские характеристики. По социологическим меркам разрыв в душевых доходах между богатыми и обездоленными слоями населения достигает 20 раз, хотя по практическим оценкам этот разрыв еще больше.

      Главное социально-демографическое отличие богатых семей от бедных – гораздо меньшая доля в составе первых лиц пенсионного возраста. Основной причиной низкого удельного веса семей с пенсионерами в группе богатых является то, что класс богатых людей в современной России формируется в первую очередь из относительно молодых предприимчивых людей. Сам образ жизни современных богатых, с характерной для них «беспроблемностью» жилищного вопроса и стремлением к независимости, предполагает быстрое отделение молодых семей от старшего поколения.

     Как показывают данные, средний возраст представителей бедных слоев не слишком существенно отличается от возраста среднестатистического российского гражданина. Поэтому весьма распространенное суждение о том, что бедные – это главным образом пострадавшие от реформ пенсионеры, не отражает реального положения дел.

      Как полагают сами богатые, главные отличия их жизни от жизни всех других слоев общества – значительно более высокое качество жилищных условий, возможность получения хорошего образования, проведение отпуска за границей, обеспечение качественного медицинского обслуживания, возможности для детей добиться в жизни намного большего, чем их сверстники. Примечательно, что с такими оценками согласно и российское население в целом, и его обездоленные слои. С точки же зрения бедных, главные отличия их повседневной жизни от всех остальных – низкое качество питания, занимаемого жилья, медицинского обслуживания, приобретаемой одежды и обуви, удовлетворение первоочередных нужд при помощи долгов. И с этой характеристикой согласны как большинство населения, так и большинство представителей богатых.

     Хроническая нехватка денег, отсутствие сбережений, стратегически значимого имущества, социальных связей, которые можно дополнительно использовать в процессе выживания, препятствуют выстраиванию бедными каких-либо долгосрочных самостоятельных стратегий преодоления трудной материальной ситуации, в которой они повседневно находятся. Можно даже считать, что бедные – это не просто люди с низким уровнем доходов или низким уровнем жизни. Главное в том, что это люди вообще без каких-либо значимых ресурсов или с очень незначительными ресурсами. В результате, как показало исследование, потребительские возможности бедных все более и более ограничиваются, этот процесс лавинообразно затрагивает самые разные стороны их жизни и приближается к критической отметке. Если скудные ресурсы бедных, не способные обеспечить им самостоятельную адаптацию и преодоление трудной материальной ситуации, будут и дальше истощаться, то углубление их социальной деградации и маргинализации, а следовательно, рост угрозы тех или иных кризисов и социальных конфликтов в российском обществе неизбежны. Поэтому расширение доступа к эффективной занятости, пополнению и росту материальных и социальных ресурсов, выравнивание крайне дифференцированных шансов различных групп населения – центральные задачи борьбы с бедностью в России, приоритетные направления социальной политики государства.

    Исследование  установило прямую зависимость образовательной  активности населения от уровня материального  благосостояния. Это означает, что  формальное образование, подтвержденное аттестатами и дипломами, с годами все менее точно отражает реальный уровень знаний и навыков. Богатые считают качественное и непрерывное образование и профессионализм одним из важнейших факторов достижения успеха и статусными признаками богатства. Бедные, напротив, причины богатства воспринимают преимущественно через иные, внебразовательные формы деятельности. Однако анализ объективной ситуации с качеством и уровнем образования богатых и бедных подтверждает, что в своей оценке роли образования в жизненном успехе правы все-таки богатые. Изучение направлений и степени образовательной активности разных групп населения позволяет утверждать, что различия в уровне образования богатых и бедных будут и далее усиливаться. Соответственно, возможности вертикальной мобильности для представителей бедных слоев будут снижаться, а пропасть между богатыми и бедными будет все больше углубляться.