Будущее человечества. 2

Введение

Будущее всегда имело очень специальное  место в философии и, в общем, в людском разуме. Это поистине большое место, потому что люди нуждаются в предсказаниях того, что же с ними произойдет.

На самом деле,  мы  называем будущим ту  особую силу, заставляющую человека прилагать множество усилий, чтобы  жить не только сегодняшним днем, заботиться не только о  детях (как это делают все животные), но и о внуках, строить здания на века, творить искусство, развивать науку и технику, исследовать вселенную – и просто  часами мечтательно думать.

Формирование представлений о  будущем находилось в тесной связи  с эволюцией научного знания о  мире. Существует множество концепций  и сценариев развития будущего человеческого  будущего. Большая часть утопий посвящена  проблемам будущего общества и относится  к разряду социальных. Но некоторые  из них затрагивают проблемы науки, техники, технических вопросов градостроительства, здравоохранения и т.д., лишь косвенно касаясь социальной стороны дела.

Так или иначе, как говорится, человек  предполагает, а Бог располагает, и даже ели не рассматривать такие  крайности как утопия или предсказания конца света, а только перечитать известные прогнозы будущего от грамотных  ученых, великих людей своей эпохи, то, спустя время, и эти предсказания можно считать абсурдными. Но, тем  не менее многое, что совсем недавно  имело место лишь в воображении  фантастов-писателей, теперь  является неотъемным атрибутом жизни современного человека.

1.Что такое  будущее?

Будущее — часть линии времени, множество событий, которые ещё не произошли, но произойдут. Ввиду того, что события характеризуются как временем, так и местом, будущее занимает область пространственно–временного континуума.

Будущее всегда имело очень  специальное место в философии и, в общем, в людском разуме. Это поистине большое место, потому что люди нуждаются в предсказаниях того, что же с ними произойдет. И основными вопросами являются:  что оно такое, это будущее? Как формируется и в каких пределах можно на него влиять? Насколько фатален тот или иной прогноз? Полезно ли знать наперед, что ожидает в будущем? 

Существуют две наиболее популярные и при этом противоположные  точки зрения на тему будущего. 

Теория первая. Наше будущее  жестко предопределено, существует судьба, (карма, рок, фатум) и человек в  ней ничего не в силах изменить. Жизнь человека похожа на движение поезда по рельсам с одной колеей, от рождения и до смерти все заложено в расписание этого поезда и единственное что можно, это крутить головой, наслаждаясь пейзажем.

Теория вторая. Человек сам хозяин своей судьбы и как хочет, так и строит свою жизнь. Существуют мириады альтернатив и любой выбор, делаемый человеком, способен открыть (или закрыть) брезжащие на горизонте перспективы. Высшие силы при этом или не существуют вовсе или неспособны внести в жизнь человека ничего без его согласия.

Но скорее всего, что и  та и другая точка зрения не отражает настоящего положения вещей, а истина, как это часто происходит, находится  посередине. Для иллюстрации, представьте  такую ситуацию: вы выходите из дома, и замечаете, что идет дождь. Если проводить аналогию, то дождь это событие, которое вы изменить не в силах, он начнется и закончится тогда, когда придет его время. Но у вас есть выбор, взять с собой зонтик или нет, радостно побежать по лужам или потащиться, матерясь в пасмурное небо, проклиная холодную противную воду. Есть еще сотни вариантов того, как можно использовать свое право выбирать, единственное, что не получится – убрать дождь.

Если посмотреть на этот пример с точки зрения третей, например предсказания на картах, то есть силы, которые влияют на вашу жизнь независимо от ваших пожеланий и есть ваш  выбор, какие действия совершать  в предложенных обстоятельствах.

Есть еще множество  обстоятельств, которые приводят к  предопределенности будущего. Это, как  минимум, человеческие привычки и автоматизмы. Большинство людей живет как  на «автопилоте», не осознавая, что  практически все их действия являются повторением предыдущего опыта. Ум человека не заинтересован в создании нового и предпочитает превращать человеческую жизнь в бег по знакомому и  оттого безопасному кругу. Ушел со старой работы, пришел на новую, повторяешь на ней привычные действия, отношения, и через некоторое время попадаешь  в полностью аналогичную ситуацию как на предыдущей. Поменялся антураж  и декорации, но суть действий человека осталась прежней.  Это справедливо как для жизни определенного человека, так и для исторических событий человеческого общества  в целом.

2.Концепция прогресса

Идея прогресса вошла  в науку как секуляризированная версия христианской веры в провидение. В библейских чаяниях пророков нашел  отражение образ будущего как  священного, предопределенного и  необратимого процесса развития человечества, ведомого Божественной волей. Но истоки этой идеи можно обнаружить значительно раньше, в древнегреческой философской традиции. Платон в «Законах» и Аристотель в «Политике» рассуждали о совершенствовании социально–политической организации, которая развивается от семьи и первобытной общины до греческого полиса (города–государства).

В средние века Р.Бэкон  попытался использовать идею прогресса  в области идей. Он предположил, что  научные знания, накапливаясь с течением времени, все более совершенствуются и обогащаются. И в этом смысле каждое новое поколение в науке  способно видеть лучше и дальше своих  предшественников. Широко известны сегодня  слова Бернарда из Шартра: современные  ученые — это карлики, стоящие  на плечах гигантов.

В Новое время движущие силы прогресса стали искать в  естественной области. Согласно Г.Спенсеру, прогресс в обществе, как и в  природе, подчиняется всеобщему  принципу эволюции — непрерывно возрастающей сложности внутренней организации  и функционирования. Концепция прогресса  распространяется на развитие всеобщей истории, внедряется в литературу и  искусство. Разнообразие социальных порядков в разных цивилизациях стали объяснять  различными стадиями прогрессивного развития. Была построена своеобразная «лестница  прогресса», на вершине которой находятся  самые развитые и цивилизованные западные общества, а ниже, на разных ступенях —другие культуры, в зависимости  от уровня их развития. Концепция прогресса  вестернизировалась, положив начало европоцентризму и америкоцентризму.  

Наконец, в Новейшее время  решающую роль в прогрессивном развитии стали отводить человеку. Р.Нисбет, обобщая представления о прогрессе  классиков социально–политической мысли, подчеркивает, что в целом  классическую концепцию можно представить  как идею постепенного освобождения человечества от невежества и страха по пути к все более высоким уровням цивилизации.

Классики полагали, что  такое движение будет продолжаться в настоящем и будущем, невзирая на случайные отклонения. Большинство  из них было убеждено в том, что  прогресс можно сохранить на всех уровнях, во всех основных структурах общества и в результате достичь  для всех полного процветания. Речь шла о наиболее полной реализации таких ценностей, как свобода, равенство, социальная справедливость и экономическое  изобилие. Классическая концепция опиралась  на понятие необратимого линейного  времени, где прогресс является положительно оцениваемой разницей между прошлым  и настоящим или настоящим  и будущим. 

Среди критериев прогресса  наиболее часто встречались: совершенствование  религии (А.Блаженный, Ж.Бусе), рост научных  знаний (Ж.Кондорсе, Дж.Вико, О.Конт), справедливость и равенство (Т.Мор, Т.Кампанелла, К.Маркс), рост индивидуальной свободы в совокупности с развитием морали (И.Кант, Э.Дюркгейм), господство над природой (Г.Спенсер), развитие техники, индустриализация, урбанизация (К.Сен–Симон).

Рубеж ХIХ–ХХ веков по праву  называют триумфом идеи прогресса, поскольку  в то время дух романтического оптимизма сопровождал всеобщую уверенность в том, что наука  и технология способны гарантировать  непрерывное улучшение общественной жизни.

Концепция человеческого  будущего в сознании цивилизаций, представляющих время в виде линии, проходящей из прошлого в будущее, тесно связана  с понятием прогресса. Объективно, количественно измерить прогресс сложно. Измерение индустриального прогресса можно осуществить за счёт увеличения уровня энергопотребления. На этом основана шкала цивилизаций Кардашева.

В информационную эру мерилом  может быть быстрота микропроцессоров (см. закон Мура) — подобную классификацию цивилизаций выдвигал Карл Саган. Этот критерий, как и предыдущий, может быть сочтён технократическим.

С развитием и совершенствованием оружия человечество получило в свои руки более мощные средства разрушения, при том, что в XX веке в первой, второй мировых войнах и других конфликтах пострадало свыше 100 млн человек и средства массового поражения существуют и продолжают разрабатываться, можно усомниться в том, что прогресс заключается лишь в развитии техники. Важнейшим фактором прогресса является человеческий потенциал.

В соответствии с концепцией Гуманизма (от лат. humanitas — человечность) — «в центре находится идея человека как высшей ценности по отношению к самому человеку и относительная в ряду других ценностей мира и общества», прогресс может также заключаться в распространении высоких моральных и нравственных норм.

Несмотря на переход от индустриальной эпохи к информационной, количество потребляемых ресурсов с  каждым годом растёт. В связи с  этим высказывается мнение, что колонизация космоса неизбежна, так как на планете Земля есть лишь ограниченное количество доступных ресурсов и мест для жизни.

Интеллектуальные поиски сегодня идут в двух основных направлениях. Первое определяет воцарившийся пессимизм, рисующий мрачные образы дегенерации, разрушения и упадка. Разочарование  в научно–технической рациональности привело к распространению иррационализма и мистицизма. Логике и рассудку все чаще противопоставляется роль интуиции, эмоций, сферы подсознательного. Радикальные постмодернистские  концепции утверждают, что современная  культура утратила надежные критерии отличия реальности от мифа, прекрасного  от безобразного, порока от добродетели. Они подчеркивают, что мы вступили в эпоху «высшей свободы» — свободы от традиции, морали, прогресса.

В то же время начались активные поиски альтернативных концепций прогресса, способных дать человечеству позитивные ориентиры на будущее, избегая необоснованных иллюзий. Постмодернистские концепции  прогресса прежде всего отвергли традиционные версии теории развития с ее детерминизмом, фатализмом и  финализмом. Большинство из них выбрали  другой, вероятностный подход к развитию общества и культуры. Р.Нисбет, И.Уоллерстайн, А.Этциони, М.Арчер, У.Бакли в своих  теоретических концепциях трактуют прогресс как возможность достигнуть улучшения, которое с определенной вероятностью может наступить, но может  оказаться и нереализованным.

Будущее также может мыслиться  как совокупность проектов, и речь может и должна идти о его конструировании. Сущность этого подхода состоит в том, чтобы в нормальной повседневной деятельности людей найти движущие силы прогрессивного развития. Как справедливо замечает К.Лэш, «уверенность в том, что улучшения могут произойти только благодаря человеческим усилиям, обеспечивает решение загадки, которая в противном случае просто неразрешима». 
Концепция человеческого будущего в сознании цивилизаций, представляющих время в виде линии, проходящей из прошлого в будущее, тесно связана с понятием прогресса. Но  Земля  имеет лишь ограниченное количество доступных ресурсов и мест для жизни. Интеллектуальные поиски сегодня идут в двух основных направлениях. Разочарование в научно–технической рациональности привело к распространению иррационализма и мистицизма. В то же время начались активные поиски альтернативных концепций прогресса, способных дать человечеству позитивные ориентиры на будущее, избегая необоснованных иллюзий.

3.Прогнозирование  и различные сценарии будущего

Формирование представлений  о будущем находилось в тесной связи с эволюцией первобытной  мифологии от примитивных мифов–сказок, фантастически истолковывавших  наиболее простые явления природы, к мифам, объясняющим установление родовых нравов и обычаев, затем  происхождение людей и мира в  целом, а также судьбу умерших. На этой основе сформировались самые древние  из существующих — религиозные концепции будущего.

Помимо сравнительно примитивных  концепций такого плана, которые  либо не дожили до наших дней, либо не имеют значительного распространения, выделяются две, связанные с существующими  мировыми религиями:

а) сложившаяся в I тысячелетии  до н.э. и более развитая индуистско–буддистско–джайнистская концепция, согласно которой история  представляется в виде постоянной смены  циклов регресса (охватывающих миллионы лет) — от «золотого века» к  «концу света», затем «сотворения  нового мира», вновь регресса и т.д. без конца. Счастливое будущее с  таких позиций видится в том, чтобы «добродетельным поведением»избавиться  от бесконечных «перевоплощений» души после смерти, от этого вечного  «коловращения»мироздания и попасть  в «нирвану»— качественно иное состояние, при котором отсутствуют и  желания, и страдания. Такие взгляды  характерны для современной религиозной  идеологии в обширном регионе  Юго–Восточной Азии, и с ними приходится сталкиваться на международных  конференциях или в «литературе  о будущем»стран указанного региона;

б) сложившаяся в I тысячелетии  до н.э. — I тысячелетии н.э. и менее  развитая иудаистско–христианско–исламская концепция, согласно которой «история будущего» представляется в виде прихода «спасителя–мессии», установления «царства божия», наступления «конца света», «Страшного суда», наконец, опять–таки перехода в качественно новое  состояние, «вечного блаженства» для  праведников и «вечных мук» для  грешников. С такими взглядами также приходится сталкиваться на конференциях и в литературе, причем, если это касается христианства, их пропаганда становится все активнее, поскольку частью верующих в очередной раз ожидается «конец света».

В I тысячелетии до н.э. следом за религиозными концепциями будущего и в тесной связи с ними стали  развиваться утопические концепции. Они отличались от религиозных тем, что «иное будущее» человечества определялось не сверхъестественными  силами, а самими людьми, их разумом  и действиями.

Первые представления  о лучшем будущем не в «ином  мире», а на Земле, первые утопии возникли во второй половине I тысячелетия до н.э. в Древней Греции и в Китае, где уровень философской мысли  был относительно высок, а религия  не подавляла ее так сильно, как  в Египте, Персии, Индии. Вопреки  утверждениям ряда историков, буржуазных и тем более социалистических утопий тогда еще не появлялось. Утопии носили характер либо идеализации  родового строя (Лао–цзы, Мо–цзы, Эвгемер, Ямбул), либо «рационализации» рабовладения (Конфуций, Платон), а позднее —  феодализма (Шан Ян и др.).

Развитие религиозных  и утопических представлений  о будущем в древнем мире сопровождалось зарождением представления об истории  как процессе, обладающем определенными  закономерностями. К середине 1–го  тысячелетия до н.э. эти представления  приобрели характер философско–исторических  концепций будущего. Постепенно сформировались три основных концепции, существующие до сих пор: регресс от «золотого  века» в древности к гибели культуры, бесконечные циклы подъемов и падения культуры в круговороте  одних и тех же стадий развития, прогресс от низшего к высшему.

Взгляд на исторические события  как на этапы вечной эволюции мира, охватывающей прошлое, настоящее и  будущее, обнаруживается и в древнеиндийской (школы Чарвака и особенно Санкхья), и в древнекитайской (Мэн–цзы, Чжуан–цзы), и в древнегреческой философии (Гесиод, Платон, Аристотель). Философы пытались вскрыть закономерности исторических циклов, найти факторы, которые обусловливают  их смену. Из концепции «золотого  века» выросла теория «естественного состояния»(школы киников и стоиков). Софисты, а затем Демокрит и Эпикур противопоставили ей идею прогресса. И  стоики, и эпикурейцы бились над  проблемой детерминизма в историческом процессе, причем последние развивали  теорию «общественного договора”, что  само по себе было покушением на господствовавшую тогда идею провиденциализма.

Теория циклов была настолько  детально разработана в трудах Полибия (II в. до н.э.), что некоторые историки считают все аналогичные концепции  вплоть до современных (Гумплович, Парето, Шпенглер, Сорокин, Тойнби) лишь развитием  его взглядов. Преобладавшей долгое время концепции регресса от «золотого  века» (Сенека, Цицерон, Вергилий, Тибулл, Овидий) была с новой силой противопоставлена  идея прогресса (Лукреций). Это было выдающимся достижением античной мысли. Концепции регресса и циклов не случайно оставались долгое время господствующими: первая проистекала из наблюдений над  мучительным процессом разложения родового строя и становления  классового общества; вторая обусловливалась  медленными темпами исторического  развития. Нужен был высокий уровень  философского мышления, чтобы за сложными перипетиями развития общества разглядеть линию прогресса.

Воинствующий клерикализм  средневековья надолго подавил  все теории исторического развития, кроме концепции регресса. Лишь к  концу этого периода отмечается новый проблеск идеи прогресса (технического) у Р. Бэкона и новая, более глубокая разработка теории циклов у Ибн–Хальдуна, который пытался решить проблему исторического детерминизма, исследуя влияние на развитие общества географических и иных факторов.

В эпохи Возрождения и  Просвещения вновь выдвинулись  на первый план концепции циклов (Макиавелли, Вико) и прогресса. Вико вплотную приблизился  к идее развития не по кругу, а по спирали. Что же касается прогресса, то одни философы пытались связать  его с божественным провидением (Боден, Лейбниц, Лессинг), другие искали его корни в материальных факторах (Монтень, Ф. Бэкон, Декарт, Спиноза). Клерикалы (Боссюэ и др.) тщетно защищали позиции  провиденциализма. Энциклопедисты, особенно Вольтер, наносили им удар за ударом. Именно с Вольтера начинается развитие философии  истории в современном смысле. Тюрго, Кондорсе, Годвин объясняли прогресс уже не божественным предопределением, а совершенствованием разума и влиянием разного рода внешних факторов. Сторонники концепции прогресса все шире использовали теории «естественного состояния»и  исторического детерминизма, поставив их на службу идеологии Великой французской  революции.

Большая часть утопий посвящена  проблемам будущего общества и относится  к разряду социальных. Но некоторые  из них затрагивают проблемы науки, техники, технических вопросов градостроительства, здравоохранения и т.д., лишь косвенно касаясь социальной стороны дела.  

3.1 Оптимистические  прогнозы будущего

Многие известные марксисты  в рамках своего видения развития цивилизации неоднократно постулировали  наступление коммунизма как неизбежного  социального будущего.

В сложился образ будущего, в котором существует межзвёздная  человеческая цивилизация, иногда включенная в более сложную систему цивилизаций иных разумных рас.

Вселенная Звёздный путь живописует гуманистическое и оптимистическое  будущее. В нём создана межпланетная Федерация, исповедующая принципы терпимости и невмешательства.

Правда, и во Вселенной  Звёздный путь, идут бесконечные космические  войны землян с боргами, кардасианами и др. Во Вселенной Дэвида Вебера идут беспрерывные войны потомков землян между собой.

Оптимизм же здесь состоит  в том, что человечество пережило Карибский кризис, выжило и распространилось среди звёзд.

Интересно, что к XXII веку отнесено время действия Звёздного  пути, Вавилона 5, Матрицы(хотя Матрицу  сложно назвать оптимистическим  сценарием).

Земная цивилизация осознает свой исторический выбор и встанет на вечный и бесконечный путь развития в свете новой парадигмы мировоззрения.

Одной из основных и наиболее общих характеристик развития человеческого  общества предполагается возникновение  искусственного интеллекта.

Искусственный интеллект или будет создан людьми, или самозародится в сети (эмержентная эволюция). Искусственный интеллект будущего будет иметь следующие преимущества над интеллектом человека:

1.  скорость распространения сигналов между нейронами — 100 м/с, а между микросхемами — 300 000 км/с (скорость света), при этом и время срабатывания у нейронов мозга человека примерно в миллиард раз меньше по сравнению с кремниевыми элементами (на сегодня) и этот разрыв продолжает нарастать;

2. количество нейронов в мозгу человека ~ 10 миллиардов, у ИИ — практически без ограничений;

3. срок функционирования ИИ скорее всего соизмерим со сроком жизни звезды (миллиарды лет), в частности, например, вследствие возможного переписывания «души» — программы ИИ из одной электронной среды в другую;

4.  при управлении цивилизацией не будет сказываться «человеческий фактор» (у любого человека всегда есть недостатки, а так же, возможно, непонимание приоритетов развития);

5. непосредственная «вживляемость» ИИ в электронно–компьютерные сети, всё более опутывающие планету (то есть мгновенная одновременная обработка и управление миллиардами каналов).

В последние десятилетия  в мире развивается новая прикладная область ИИ, специализирующаяся на искусственных нейронных сетях, уже дающую применения результатов  в реальных приложениях. Нейросети  оказались очень эффективными для  предсказания временных последовательностей (таких, например, как курс валют  или котировки акций), для анализа  и оценки рисков, предсказания электропотребления жилищными массивами городов.

Помимо инвестиционных задач, искусственные нейронные сети начали широко использоваться в медицинской  диагностике. Ведется интенсивное  исследование и применение нейрокомпьютерной  технологии при создании военной  техники.

После обучения нейронная  сеть становится моделью, которую можно  применить к новым данным с  целью прогнозирования.

3.2 Пессимистические  сценарии будущего

Теории гибели западной цивилизации  не обязательно включают в себя пессимистический сценарий будущего, так как могут  предполагать торжество других цивилизаций  и культур.

В связи с развитием  нанотехнологий получил в последнее  время в прессе популярность сценарий «серая слизь», согласно которому вышедшие из под контроля само–реплицирующиеся нанороботы поглотят всю биомассу Земли. Однако такой сценарий маловероятен, если источник управления будет находиться рядом с этими роботами, то есть будут предприняты соответствующие меры предосторожности.

Библейское откровение о  будущем представляет из себя наступление  Апокалипсиса, включающего в себя рождение Антихриста, второе пришествие Иисуса Христа, страшный Суд.

Согласно пессимистическому  сценарию энергетического кризиса, энергии просто не хватит на поддержание  нашей высокотехнологической цивилизации  и мир вернется к доиндустриальному  состоянию.

3.3 Судьба исторических  предсказаний

Всегда интересно изучать, что думали люди далекого и не очень  прошлого о нашем времени, и сравнивать то, что предсказывали или пытались предсказать ученые, с текущей  ситуацией. Наука меняется каждый год, включая общую и прикладную науку, и благодаря этому сложно предсказать, что будет через год, а не через  десятилетия. Тем не менее, многие ученые стараются делать прогнозы, которые  противоречат реальности сегодняшнего дня.  Ниже приведены цитаты известных ученых о их видении будущего.

«В то время, как теоретически и технически телевидение может  быть реальностью, я не верю в его  коммерческий и финансовый успех, развитие ТВ–технологий – даром потраченное  время.» – Ли ДиФорест, 1926.

«У радио нет будущего»  – Лорд Кельвин, британский физик  и математик.

«Хорошо информированные  люди знают, что по проводам невозможно передавать голос. Даже если подобное станет возможным, практического применения такая технология не найдет.» –  Редакторская колонка в Boston Post, 1865.

«Брюшной отдел, легкие и  мозг навсегда закрыты от вмешательства  хирурга» – Сэр Джон Эрик Эриксон, хирург королевы Виктории, 1873.

«Теория Луи Пастера –  это фикция, сплошная фикция.» –  Пьер Паше, профессор физиологии, Тулуза, 1872.

«Рентгеновские лучи –  это вымысел.» Лорд Кельвин, британский физик и математик, 1900.

«Так называемая теория относительности  Эйнштейна – это бред больного разума, наполненный глупостями, которые  не могут быть приняты в Германии.»  – Доктор Вальтер Гросс, 1940.

«Японский автопром не может  активно внедриться на американский рынок.» Business Week, 2 августа, 1968.

«Бурить для поиска нефти? Вы имеете в виду бурить скважины в  земле для поиска нефти? Вы с ума  сошли.» –Рабочие, который Эдвин  Дрейк посвятил в своей проект по бурению нефтяных скважин в 1859.

«Аэропланы – интересные игрушки, которые никогда не смогут стать полезными на войне.» Маршал Фердинанд Фош.

«Все, что могло быть изобретено, уже изобретено.» Чарльз Дуелл, работник патентной компании, 1899.

«В течении нескольких последующих десятилетий все  машины получат крылья, которые помогут  преодолевать сложные участки пути». Эдди Рикенбахер, 1924.

Формирование представлений о  будущем находилось в тесной связи  с эволюцией человеческого познания. Философские концепции представления  будущего непрерывно  меняются  в течении всей истории развития человеческого общества.

Большая часть утопий посвящена  проблемам будущего общества и относится  к разряду социальных. Но некоторые  из них затрагивают проблемы науки, техники, технических вопросов градостроительства, здравоохранения и т.д., лишь косвенно касаясь социальной стороны дела.

С проникновением информационных технологий во все сферы деятельности человека большинство концепций будущего предполагают возникновение искусственного интеллекта. Львиная доля пессимистических прогнозов будущего  обращают наше внимание на ограниченность ресурсов планеты.

Так или иначе, как говорится, человек  предполагает, а Бог располагает, и даже прогнозы будущего от грамотных  ученых, великих людей своей эпохи, спустя время, оказываются очень  далекими от реальности.

Заключение

Предсказание будущего становится практической задачей, составной частью социального, политического, экономического управления на основе современных методов  сбора и обработки информация и принятых на этой основе научно оправданных  решений.

Наука, изучающая будущее называется футурологией. Концепция человеческого будущего в сознании цивилизаций, представляющих время в виде линии, проходящей из прошлого в будущее, тесно связана с понятием прогресса. Среди критериев прогресса наиболее часто встречались: совершенствование религии, рост научных знаний, справедливость и равенство, рост индивидуальной свободы в совокупности с развитием морали, господство над природой, развитие техники, индустриализация, урбанизация.

Варианты будущего развития — самые  разные. Но одно будет проявляться  все отчетливее: человек действительно  выбирает между господством роботов  и гуманистически-социалистическим универсализмом. Как сказал Э. Фромм: «Большинство фактов, по-видимому, указывают  на то, что человек выберет господство роботов, что означает на длительную перспективу патологию и разрушение. Но все эти факты недостаточно вески, чтобы уничтожить веру в возможности  разума, в добрую волю и душевное здоровье человека.

Без цели, без видения, выходящего за рамки существующей реальности, западное общество, как все прочие в прошлом, неизбежно потеряет жизненность  и внутреннюю силу.  Но пока мы способны думать об альтернативах, мы не пропали окончательно.