Девиантное поведение. 82

1.1 Девиантное поведение.

Нормативные системы общества не являются застывшими, навсегда данными. Изменяются сами нормы, изменяется отношение к ним. Отклонение от нормы столь же естественно, как и следование им. Полное принятие нормы выражается в конформизме, отклонение от нормы – в различных видах девиации, девиантного поведения. Во все времена общество пыталось подавлять нежелательные формы человеческого поведения. Резкие отклонения от средней нормы как в положительную, так и в отрицательную стороны грозили стабильности общества, которая во все времена ценилась выше всего.

Социологи называют отклоняющееся поведение девиантным. Оно подразумевает любые поступки или действия, не соответствующие писаным или неписаным нормам. В некоторых обществах малейшие отступления от традиции, не говоря уже о серьезных проступках, сурово карались. Все находилось под контролем: длина волос, форма одежды, манеры поведения. Так поступали правители древней Спарты в V в. до н. э. и советские партийные органы в XX в.

Борьба с девиациями часто перерождалась в борьбу с разнообразием чувств, мыслей и поступков. Обычно она оказывается нерезультативной: через какое-то время отклонения возрождаются, и в еще более яркой форме. В конце 80-х годов советская молодежь подражала западным моделям поведения настолько откровенно, что бороться с этим общество было не в силах. В большинстве обществ контроль девиантного поведения несимметричен: отклонения в плохую сторону – осуждаются, а в хорошую – одобряются. В зависимости от того, позитивным или негативным является отклонение, все формы девиаций можно расположить на некотором континууме. На одном его полюсе разместится группа лиц, проявляющих максимально неодобряемое поведение: революционеры, террористы, непатриоты, политические эмигранты. Предатели, атеисты, преступники, вандалы, циники, нищие. На другом полюсе расположится группа с максимально одобряемыми отклонениями: национальные герои, выдающиеся артисты, спортсмены, ученые, писатели, художники и политические лидеры, миссионеры, передовики труда.

Если мы проведем статистический подсчет, то окажется, что в нормально развивающихся обществах и в обычных условиях на каждую из этих групп придется примерно по 10-15% общей численности населения. Напротив, 70% населения страны составляют «твердые середняки» - люди с несущественными отклонениями.

Хотя большая часть людей преимущественно живут в согласии с законами, их нельзя считать абсолютно законопослушными, т. е. социальными конформистами. Так, при обследовании жителей Нью-Йорка 99% опрошенных признались в том, что они совершили один и более незаконных поступков, например, скрытно воровали в магазине, обманывали налогового инспектора или постового, не говоря уже о более невинных – опоздание на работу, переход улицы или курение в неположенных местах. Полную картину девиантного поведения в конкретном обществе составить весьма трудно, поскольку полицейская статистика регистрирует незначительную часть происшествий.

Итак, всякое поведение, которое вызывает неодобрение общественного мнения, называется девиантным. Это чрезвычайно широкий класс явлений: от безбилетного проезда до убийства человека. В широком смысле девиант – любой человек, сбившийся с пути или отклонившийся от нормы. При такой постановке вопроса следует говорить о формах и размерах отклонения. К видам (или формам) девиантного поведения относят уголовную преступность, алкоголизм, наркоманию, проституцию, гомосексуализм, азартные игры, психологические расстройства, самоубийство.[3]

В узком понимании под девиантным поведением подразумеваются такие отношения, которые не влекут за собой уголовного наказания. Иначе говоря, не являются противоправными. Совокупность противоправных поступков, или преступлений, получила в социологии особое название – делинквентное (буквально – преступное) поведение. Оба значения – широкое и узкое – одинаково употребляются в социологии.

 

 

 

1.2 Причины девиантного  поведения.

 В конце XIX и начале XX в. были распространены биологические и психологические трактовки причин девиации. Итальянский врач Цезаре Ломброзо считал, что существует прямая связь между преступным поведением и биологическими особенностями человека. Он утверждал, что «криминальный тип» есть результат деградации к более ранним стадиям человеческой эволюции. Этот тип можно определить по таким характерным чертам, как выступающая нижняя челюсть, реденькая бородка и пониженная чувствительность к боли. Теория Ломброзо получила широкое распространение, и некоторые мыслители стали его последователями – они тоже устанавливали связь между девиантным поведением и определенными физическими чертами людей.

Уильям Х. Шелдон (1940), известный американский психолог и врач, подчеркивал важность строения тела. Он считал, что у людей определенное строение тела означает присутствие характерных личностных черт. Эндоморфу (человеку умеренной полноты с мягким и несколько округлым телом) свойственны общительность, умение ладить с людьми и потворство своим желаниям. Мезоморф (чье тело отличается силой и стройностью) проявляет склонность к беспокойству, он активен и не слишком чувствителен. И наконец, эктоморф, отличающийся тонкостью и хрупкостью тела, склонен к самоанализу, наделен повышенной чувствительностью и нервозностью.

Опираясь на исследование поведения двухсот юношей в центре реабилитации, Шелдон сделал вывод, что наиболее склонны к девиации мезоморфы, хотя они отнюдь не всегда становятся преступниками.[6]

Хотя подобные теории были популярны в начале XX в., другие концепции их постепенно вытеснили. Сторонники психологической трактовки связывали девиацию с психологическими чертами (неустойчивость психики, нарушением психологического равновесия и т. п.). Были получены данные о том, что некоторые умственные расстройства, особенно шизофрения, могут быть обусловлены генетической предрасположенностью. Кроме того, некоторые биологические особенности могут оказывать влияние на психику личности. Например, если мальчика дразнят за маленький рост, его ответная реакция может быть направлена против общества и выразится в девиантном поведении. Но в таких случаях биологические факторы лишь косвенно способствуют девиации, сочетаясь с социальными или психологическими. Поэтому необходимо учитывать сложную совокупность многих факторов.

Развернутое социологическое объяснение девиации впервые дал Э. Дюркгейм. Он предлагает теорию аномии, которая раскрывает значение социальных и культурных факторов. По Дюркгейму, основной причиной девиации является аномия, буквально – «отсутствие регуляции», «безнормированность». По сути, аномия, - это состояние дезорганизации общества, когда ценности, нормы, социальные связи либо отсутствуют, либо становятся неустойчивыми и противоречивыми. Все, что нарушает стабильность, приводит к неоднородности, неустойчивости социальных связей, разрушению коллективного сознания (кризис, смешение социальных групп, миграция и т. д.), порождает нарушения общественного порядка, дезорганизует людей, и в результате появляются различные виды девиаций.

Э. Дюркгейм считает девиацию столь же естественной, как и конформизм. Более того, отклонение от норм несет не только отрицательное, но и положительное начало. Девиация подтверждает роль норм, ценностей, дает более полное представление о многообразии норм. Реакция общества, социальных групп на Девиантное поведение уточняет границы социальных норм, укрепляет и обеспечивает социальное единство. И, наконец, девиация способствует социальному изменению, раскрывает альтернативу существующему положению дел, ведет к совершенствованию социальных норм.

Теория аномии получает дальнейшее развитие у Р. Мертона. Главной причиной девиации он считает разрыв между целями общества и социально одобряемыми средствами осуществления этих целей. В соответствии с этим он выделяет типы поведения, которые, с его точки зрения, являются вместе с тем типами приспособления к обществу. Мертон показывает это на примере отношения американцев к такой цели, как достижение богатства.

1.3 Типы девиантного поведения.

Первый тип поведения – конформность – предполагает соответствие и культурным целям и средствам.

Второй тип девиантного поведения – инновация – предполагает согласие с целями, но отрицание социально одобряемых средств их достижения. Принимая, например, цель достижения богатства, представители низшего класса не могут пользоваться такими средствами достижения, как занятие престижной деятельностью, образование, экономический успех. Отсюда предрасположенность к незаконным способам осуществления цели: рэкету, спекуляции, шантажу, торговле наркотиками.

Третий тип – ритуализм – предполагает, наоборот, отрицание целей, но принятие традиционных, одобряемых обществом средств их достижения. Он обычно выражается в снижении уровня притязаний и часто встречается, по мнению Мертона, у представителей низшего слоя среднего класса. Это может служить источником девиантного поведения, например, у бюрократа, абсолютизирующего формальные процедуры.

Четвертый тип – ретретизм – предполагает отрицание и цели, и средства. Более всего ретретизм характерен для лиц, оказавшихся вне общества: бродяг, наркоманов, пьяниц и др., которые отказываются от поиска безопасности, престижа, притязаний на достоинство.

Пятый тип – бунт – предполагает отчуждение от господствующих целей и стандартов и формирование новых целей и средств.

Известный социальный антрополог Р. Линтон ввел понятия модальной и нормативной личности. В результате сходных процессов социализации(в практически каждое общество и государство много усилий тратят на образование, воспитание и поддержание культурных стандартов жизни своих молодых и зрелых граждан) люди отнюдь не ведут себя как «инкубаторские», хотя могут попадать в сходные обстоятельства и выглядеть, на первый взгляд, похожими.

Нормативная личность – та, черты которой лучше всего выражают данную культуру, это как бы идеал личности данной культуры.

Модальная личность – статистически более распространненый тип отклоняющихся от идеала вариаций. И чем более нестабильным становится общество (например, в переходные, транзитивные периоды системных преобразований), тем относительно больше становится людей, социальный тип которых не совпадает с нормативной личностью. И наоборот, в стабильных обществах культурное давление на личность таково, что человек в своих взглядах, поведении и фантазиях все меньше и меньше отрывается от навязанного «идеального» стереотипа. Он хорошо знает, каким он должен быть, а послушных и понятливых общество обычно поощряет: они- основа социальной стабильности, поэтому стабильно и их вознаграждение за «примерное поведение».

Согласно культурологическим объяснениям, девиация возникает в результате конфликтов между нормами культуры. В обществе существуют отдельные группы, нормы которых отличаются от норм остального общества. Это обусловлено тем, что интересы группы не соответствуют нормам большинства. Например, в таких субкультурах, как уличные банды или группы заключенных, полиция скорее ассоциируется с карательной или продажной организацией, чем со службой по охране порядка и защите частной собственности. Член такой группы усваивает её нормы и, таким образом, становится нонконформистом с точки зрения широких слоев общества.

Миллер (1958) утверждал, что существует ярко выраженная субкультура низшего слоя общества, одним из проявлений которой является групповая преступность. Эта субкультура придает огромное значение таким качествам, как готовность к риску, выносливость, стремление к острым ощущениям и «везение». Поскольку члены банды руководствуются этими ценностями в своей жизни, другие люди, и в первую очередь представители средних слоев, начинают относиться к ним как к девиантам.[2]

Согласно культурологическим объяснениям, девиация имеет место, когда индивид идентифицирует себя с субкультурой, нормы которой противоречат нормам доминирующей культуры. Но здесь возникает вопрос: почему лишь некоторые люди усваивают ценности «девиантной» субкультуры, в то время как другие отвергают её? Одни исследователи утверждают, что преступности обучаются. Люди усваивают Девиантное поведение в ходе общения с преступниками. Если большинство друзей и родственников того или иного человека занимаются преступной деятельностью, существует вероятность, что он тоже станет преступником.

Криминальная девиация является результатом преимущественного общения с носителями преступных норм. Более того, социологи тщательно описали факторы, сочетания которых способствуют криминальному поведению. Они подчеркивают, что важную роль в этом играют не контакты с безличными организациями или институтами, а повседневное общение.

Говард Беккер в своей книге «Аутсайдеры» 91963) отверг многие психологические и социологические объяснения девиации, потому что они основаны на «медицинской модели», согласно которой человек, проявляющий девиантное поведение, считается в некотором смысле «больным». Такие подходы не учитывают политического аспекта девиации. Беккер считал, что девиация на деле обусловлена способностью влиятельных групп общества (имеются в виду законодатели, судьи, врачи и пр.) навязывать другим определенные стандарты поведения. «Социальные группы создают девиацию, - писал он, - поскольку они следуют правилам, нарушение которых считается девиацией; кроме того, они навязывают эти правила определенным людям, которым “наклеиваются ярлыки” аутсайдеров. С этой точки зрения, девиация – не качество поступка, который совершает человек, а скорее следствие применения другими людьми правил и санкций против “нарушителя”».

Концепция Беккера и подобные ей названы теорией стигматизации (наклеивания ярлыков), т. к. они объясняют Девиантное поведение способностью влиятельных групп ставить клеймо «девиантов» членам менее влиятельных групп. Именно так поступали с неграми в Америке. Они подвергались преследованию и иногда личеванию по ложным обвинениям в изнасиловании белых женщин. Короче говоря, Беккер высказал мысль, что «суждение о том, является ли тот или иной поступок девиантным, обусловлено его характером (речь идет о том, связан ли он с нарушением какого-то правила), а также тем, как его оценивают другие люди».

Большинство людей нарушают некоторые принятые в обществе нормы и правила поведения. Подросток может покуривать сигареты с марихуаной. Администратор делает приписки к счету, кто-то пытается заниматься гомосексуализмом. Окружающие сначала смотрят на эти поступки сквозь пальцы, а человек, нарушающий правила, скорее всего не считает себя девиантом. Лемерт (1951) называет этот тип поведения первичной девиацией. Но что произойдет, если друг, член семьи, коллега или полицейский узнают о таких поступках и расскажут другим? Часто это приводит к тому, что называется вторичной девиацией: на человека ставят клеймо девианта; окружающие начинают общаться с ним как с девиантом, постепенно он и сам привыкает считать себя таковым и вести себя соответственно с этой ролью.

Конфликтологический подход к девиации представлен группой социологов, которые называют себя «радикальными криминологами». Они отвергают все теории преступности, трактирующие её как нарушение общепринятых законов. Согласно конфликтологам, создание законов и подчинение им является частью конфликта, происходящего в обществе между различными группами. Так, когда возникает конфликт между властями и некоторыми категориями граждан, власти обычно избирают вариант принудительных мер. Например, сотрудники полиции с бльшей готовностью применяют законы, направленные против бедняков и не причастных к власти, тех, кого можно подавлять, не встречая сопротивления.

Другие конфликтологи, разделяющие марксистскую точку зрения, утверждают, что законы и деятельность правоохранительных органов – это орудие, которые правящие классы (владеющие средствами производства) используют против тех, кто лишен власти. Например, в XII в. были приняты законы, запрещающие бродяжничество, что было обусловлено стремлением землевладельцев заставить бедняков работать, ибо в то время каждый десятый работник погибал от чумы или его забирали в отряды крестоносцев.

Таким образом, «радикальная криминология» не интересуется, почему люди нарушают законы, а занимается анализом сущность самой законодательной системы. Сторонники этой теории рассматривают «девиантов» не как нарушителей общепринятых правил, а скорее как бунтарей, выступающих против капиталистического общества, которое стремится «изолировать и поместить в психиатрические больницы, тюрьмы и колонии для несовершеннолетних множество своих членов, якобы нуждающихся в контроле» (Тэйлор и др.).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.1 Наркомания. Причины наркомании.

Термин «наркомания» происходит от греческих слов narke – «оцепенение» и mania – «бешенство, безумие». Это заболевание, которое выражается в физической и (или) психической зависимости от наркотических средств, постепенно приводящей к глубокому истощению физических и психических функций организма. Наркомания (наркотизм) как социальное явление характеризуется степенью распространенности потребления наркотиков или приравненных к ним веществ без медицинских показаний, куда входит как злоупотребление наркотиками, так и болезненное (привычное) их потребление.[5]

Среди причин, по которым наркотики так легко прижились в нашей стране безусловно, самыми вескими являются следующие:

1) Развал системы детских и  молодежных организаций.

2) Резкое изменение социального  статуса - расслоение в обществе.

3) Массированное влияние западной  культуры и пропаганда западного стиля жизни.

4) Ценностный кризис в обществе - потеря жизненных ценностей.

5) Ослабление семейных связей (в  частных случаях).

Все это привело к тому, что молодежь, а именно она - самая легко раскачиваемая часть общества, начинает употреблять наркотики. Наркоманией, в первую очередь, оказываются задетыми низшие слои общества. Дети из малообеспеченных, пьющих семей, находящиеся без присмотра родителей, начинают в раннем возрасте употреблять алкогольные напитки, нюхают бензин, клей «Момент» и «Резиновый», затем переходят на анашу, маковую соломку, «балуются» паркопаном, кетамином. Потом уже пробуют тяжелые наркотики, такие, как винт и «подсаживаются»... И если для них это способ уйти от окружающей их «грязной» действительности, то отпрыски богатых родителей начинают принимать наркотики ради «крутизны». Запретный плод - сладок. Как ни странно, для них низший слой является неким олицетворением свободы и безнаказанности, и они по-своему ему завидуют. Они невольно повторяют их действия и пытаются таким образом выделиться перед сверстниками. Богатые начинают с паркопана, анаши, экстази, затем переходят на героин, кокаин. Пришедшая к нам с Запада новая танцевальная культура принесла к нам наркотики, и плохим тоном стало появляться в дискотеке без ЛСД или таблетки экстази.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.2 Развитие наркомании в России.

Безусловно, развитию наркомании в России способствовала разрушение Горбачевым тоталитарного строя, что вызвало появление многих свобод, среди которых, к сожалению, и наркотики. Кроме того, в ходе афганской войны десятки тысяч солдат употребляли наркотики. И возвратясь с неё, они продолжали это делать. Как я уже говорил, к концу восьмидесятых уже сформировалось преступное сообщество наркоторговцев. Оборот наркотиков был тогда около 500 тонн в год. Стоимость наркотиков падает, а количество наркоманов растет. С 1996 года происходит сдвиг в сторону дорогих наркотиков, таких как опиум, героин. И наркотики входят в моду... Наркотики теперь можно купить везде: на рынках, в метро, дискотеках, школах, ВУЗах. Вот своеобразный «Хит-Парад» московских ВУЗов, где наркотиками торгуют нигерийцы и просто продавцы из числа студентов.

1) Российский Университет Дружбы  Народов имени Патриса Лумумбы.

2) Московский Государственный Университет  имени М.В.Ломоносова.

3) Московская Сельскохозяйственная Академия

4) МГИМО

5) Московский Архитектурный Институт

6) Плехановский Институт

7) Институт Стран Азии и Африки

Среди факультетов наибольшим спросом наркотики пользуются на журналистских, экономических, философских.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

4. Влияние наркотиков  на  здоровье.

Наркотики приносят вред прежде всего здоровью наркомана. Наркомания ведет к крайнему истощению организма, значительной потере массы тела и упадку физических сил. Отравление организма становится причиной отравления внутренних органов, особенно печени и почек. Самая распространенная болезнь среди наркоманов - гепатит. Большинство самых опасных болезней передается через кровь, а наркоманы, которые употребляют наркотики внутривенно, постоянно сталкиваются с кровью. Почти все наркоманы колются в группах или сообществах по 4-8 человек. Они вместе покупают наркотики и зарабатывают на них деньги, колются разными шприцами, но из общей дозы, или все одним шприцем.

Очевидно, что вероятность не заразиться болезнью соседа практически равна нулю. Кроме того, если наркоман употребляет опий, то он, как правило, покупает уже готовый раствор у продавца, который набирает каждую дозу из общего котла, шприцами «клиента». Здесь можно заразиться всем, чем угодно, включая СПИД. Однако болезнь можно получить, даже если наркоман колется или нюхает один. Это связано с героином и кокаином: дельцы, получая товар, как правило, подмешивают в него стиральный порошок или сахарную пудру (в этом случае после двухмесячного употребления такого товара, наркоману гарантирован сахарный диабет). Вообще чистого товара не бывает: всегда есть доля примесей, и это опасно для наркомана, ведь если он покупал товар у одного продавца, и вдруг купил у другого и у него наркотик более очищенный, то есть вероятность передозировки, которая может привести к летальному исходу (ведь из 1500 зарегистрированных наркоманов, которые умерли в 1997 году, больше 1000 скончались как раз от передозировки), или что еще хуже, к «овощеванию». Кора головного мозга отмирает через 7 минут! Конечно, не вся кора отмирает сразу, это медленный процесс, поэтому многие остаются жить. Но те, кто выживают, уже неполноценные люди. Есть такие, которые уже не могут двигаться, реагировать, мыслить. Их мозг может управлять только физиологическими процессами: они будут есть, если их накормят, они не умеют пользоваться предметами, не умеют говорить и существуют они, как «овощ»: пищу таким вводят через трубки, нередко и дышат они тоже с помощью аппарата. Убить их никто не в праве, а сами они это сделать не могут, и такое существование может длиться годами... В фазе порока у наркомана пропадают не только социальные рефлексы, но и инстинкт самосохранения и моральная восприимчивость. Появляется полное безразличие к другим людям и окружению, умственное отупение и снижение интеллекта. Человек становится примитивно эгоистичен. Единственный стимул деятельности, к сожалению, все менее координируемой - стремление к одурманиванию и страх перед «ломкой» (ломкой называется физическое состояние организма человека, когда особые железы мозга не вырабатывают морфин, подавляющий болевые ощущения в суставах и тканях).[2] Как только человек начинает вводить морфины в организм искусственным путем, железы перестают работать, так как организм и без этого получает морфин). Отсутствие наркотика ведет к раздражительности и нервозности, появляется сильное беспокойство, и нередко мысли о самоубийстве. Человек уже не в состоянии чем либо заниматься. Наркоман теряет остатки человеческого достоинства и как безвольная кукла, соглашается на любое унижение, на любую мерзость, чтобы добыть очередную дозу. В результате длительного употребления наркотика наркоман теряет некоторые высшие чувства и нравственную сдержанность. Появляются наглость и нечестность, угасают жизненные цели, интересы и надежды и даже некоторые естественные влечения. За последний год количество ВИЧ-инфицированных увеличилось в ШЕСТЬ раз. Произошло это за счет того, что вирус попал в среду наркоманов. 80% из числа вновь заразившихся составляют наркоманы.

 

 

 

 

 

 

 

 

2.4 Решение проблемы наркомании.

В 1997 году Россия поняла, что «подсела на иглу». Число преступлений связанных с наркотиками увеличилось почти в два раза (на 91%).

Статистика за 1997 год:

Всего преступлений - 8720

Привлечено москвичей - 3780

Привлечено россиян - 874

Привлечено из бывшего СССР - 749

Из зарубежья (в основном Нигерия) - 144

Среди них - женщин - 601

Среди них - несовершеннолетних распространителей - 461

Случаев изъятия героина - 2298

Случаев изъятия опия - 1291

Случаев изъятия марихуаны - 1155

Нельзя не обратить внимание на такие факты. И Россия начинает борьбу - идет антипропаганда наркотиков в средствах массовой информации:

1) В самой популярной газете  «МК» очень часто публикуются  материалы, связанные с наркотиками и впоследствии открыты рубрики «НА ИГЛЕ» и «СЛЕЗЬ С ИГЛЫ».

2) В молодежных журналах и на радио «Станция» печатаются материалы, ведутся передачи, посвященные вреду наркотиков.

3) На канале «НТВ» запущен  проект «БЕЗ НАРКОТИКОВ», совместно  с радиостанцией «Максимум» идет программа «Сумерки» - ток-шоу, где выступают наркоманы, психологи.

4) Во многих школах и учебных  заведениях проводятся программы, которые знакомят молодежь (категорию повышенного риска) с проблемами наркомании. Сотни лекций прочитаны сотрудниками Фонда Спасения Детей и Подростков от Наркотиков

На обсуждение был вынесен закон о легализации (!) мягких наркотиков (он не прошел). Да, такой закон действительно принят в Голландии, но после его принятия резко увеличилось количество преступлений, а Голландия стала нарко-центром Европы. Очевидно, что это не нужно России. Кроме того, само слово «легализация» приведет к стиранию запрета на наркотики, и миллионы людей, которые раньше не решались попробовать пусть даже легкие наркотики, теперь с удовольствием это сделают...

Безусловно, есть и аргументы в пользу данного закона:

1) Наркоманы будут находиться  на учете.

2) Государство будет продавать  им только легкие и «очищенные»  наркотики, а средства от продажи пойдут в бюджет.

Однако все равно данная программа обойдется государству куда дороже в чисто финансовом плане. Ведь за каждым зарегистрированным наркоманом должно быть установлено наблюдение: такой человек не должен работать на транспорте, в сфере образования и еще во многих местах. Кроме того, у нашего МВД средства на борьбу с наркотиками крайне ограничены. Даже существующая федеральная целевая программа по противодействию этому злу в 1997 году была выполнена лишь на половину из-за нехватки средств.

Интересен еще и тот факт, что в Голландии наркомафия не стоит на месте: постоянно выводятся новые сорта анаши (изначально легкого и поэтому легализованного наркотика), некоторые из них по своему действию уже сильнее (!!!) героина и кокаина.

Как же бороться с наркотиками? Основные наркотики, которые бытуют в России, растительного происхождения, их выращивают крестьяне в Средней Азии, на Дальнем Востоке, в Сибири и других регионах. И в России под наркотиками сегодня около 1млн. гектаров. И это не вина этих людей - это их беда, потому, что это в основном люди престарелого возраста, инвалиды, пенсионеры, у них нет другого способа прокормить свои семьи. Многие, особенно в отдаленных, высокогорных районах, живут только за счет этого. В этих местах наркотики – это деньги, которыми расплачиваются, меняют на товары, продукты. Это не бизнес для них, это способ выжить. И сколько бы с воздуха не опыляли ядохимикатами эти плантации, сколько бы не вводили войска в период цветения конопли и мака, сколько бы не проводили красивых милицейских облав - победить крестьянство невозможно.[3]

Но у государства нет выбора. В данном случае государство должно проявить патронаж над этой отраслью и ввести это в свои аграрные программы. Тогда, можно будет надеяться на то, что будут перекрыты пути поступления наркотиков из самой России, и тогда останутся только привозные наркотики, с которыми легче бороться путем перекрывания каналов доставки. Вообще в борьбе с наркоманией наибольшего успеха, как ни странно, добились Сингапур и Малайзия, где за все операции, связанные с наркотиками - смертная казнь.

Безусловно, антипропаганда очень эффективна, как и «Программы профилактики и борьбы с наркоманией», которые внесены в бюджет на 1998 год. И, несмотря на нехватку средств в милиции, на таможне и ФСБ созданы специальные отделы борьбы с наркотиками, но этих мер все равно недостаточно.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.5 Законодательство России в отношении проблемы наркомании.

Однако стоит более подробно остановиться на новом законодательстве, которое вступило в силу с 15 апреля 1998 года. Принят «Закон о наркотических средствах и психотропных веществах». В рамках этого закона запрещена не только продажа, но и употребление наркотических средств. В случае употребления наркотиков на человека заводится уголовное дело, которое может быть закрыто, если он согласится на лечение. Это значит, что наркоман, который приобщился к наркотикам на улице, в медпункт пойдет в самый последний момент, когда ему станет совсем плохо: но за это и посадят - за то, что он наркоман «сам по себе». Наркоман, таким образом, останется без права на медицинское обслуживание, а медики потеряют возможность вести контроль над наркоманами, тормозить развитие болезни. Медики в законе в расчет вообще не берутся, и их мнение на этот счет никому не важно. По новому закону милиция и суды берут на себя функции лекарей. Само по себе принудительное лечение неэффективно и это признают специалисты. Насилие при лечении наркомана, тем более осуждение его законом - вредно для выздоровления. Наркоман замыкается в себе, перестает доверять врачам и, в конце концов, возвращается к своему единственному другу - наркотику. Таким образом, большинство наркоманов будет обречено на гибель. Однако не надо забывать, что ужесточение наказания за операции с наркотиками (включая употребление) благоприятно скажется на числе новичков. Теперь меньше людей будут начинать использовать или пробовать наркотики осознав всю опасность. Именно так произошло в Сингапуре и Малайзии. [7]