Деятельность М.Я. Мудрова в медицине

Мудров

Деятельность  М.Я. Мудрова в медицине.

С именем М. Я. Мудрова связаны разработка первой в отечественной медицине системы врачебного расспроса больного и введение в практику гражданских лечебных учреждений России систематических записей, составляющих истории болезни. Их прообразом можно считать «скорбные листы» («скорбные билеты»), утвержденные в 1806 г. для использования в военных госпиталях, по инициативе «главного по армии медицинского инспектора» Якова Васильевича Виллие. М. Я. Мудров, как и Я. В. Виллие, понимал исключительную роль правильного ведения медицинской документации. Более 20 лет он собирал и хранил 40 томов историй болезней всех наблюдавшихся им больных; при эвакуации из Москвы в 1812 г., оставив прекрасную библиотеку, он взял их с собой и говорил: «Печатные книги везде можно найти, а историй болезней нигде».

М. Я. Мудров мыслил только по естественно-научному пути и видел здесь особую роль патологической анатомии. Он сам проводил вскрытия умерших в присутствии своих слушателей («Над трупами мы будем ближе подходить к истине... дойдем со временем до важных открытий, кои полезнее будут, чем все теории»), сыграл решающую роль в процессе включения патологической анатомии в учебную программу в российских университетах (свой лекционный курс с 1828 г. он называл «Частной патологией, терапией и клиникой с анатомико-патологическими демонстрациями»). Именно он является основоположником клинико-анатомического направления в отечественной медицине.

У клиницистов и историков клиники внутренних болезней было принято объявлять М. Я. Мудрова также и провозвестником ее профилактического направления. Действительно, он говорил о важнейшей задаче предупреждения болезней: «Взять в свои руки людей здоровых, предохранить их от болезней ... предписать им надлежащий образ жизни есть честно и для врача покойно, ибо легче предохранить от болезней, нежели лечить их. И в сем состоит первая его обязанность».

Матвей Яковлевич Мудров вошел в историю медицины как ученый, впервые утвердивший понимание организма как единого целого, указавший на роль условий жизни в возникновении болезней. Он был первым отечественным терапевтом-гигиенистом. Ученый справедливо считал, что залогом успешной борьбы с заболеваниями являются не только лечебные мероприятия, но и гигиеническая обстановка, чистота воздуха, правильное чередование бодрствования и сна.

Большое значение клиницист придавал исследованию различных видов пульса, определяемых по времени, силе, диаметру артерий, напряжению, ритму. Кроме того, он описывал кризисный и симптоматический пульс. Весьма подробно Мудровым изучены аритмии, которых он насчитывал до тринадцати.

Крупным достижением Мудрова была составленная им классификация болезней. Первые классификации были предложены еще в XVIII веке, но их научная и практическая ценность была незначительна.

Все многообразие человеческих страданий ученый разделил на восемь классов. В основу классификации было положено два принципа - физиологический, т. е. пониженная или повышенная раздражительность органов, и патологоанатомический. Заболевания, связанные с повышенной раздражительностью, по мнению ученого, преобладают. Он подразделял их на воспаления (с лихорадками), ангиозы-заболевания сосудистой системы, лимфозы - заболевания лимфатических сосудов и узлов, неврозы и спланхнозы - заболевания внутренних органов.

Неврозы, по определению Мудрова, возникают обычно вследствие повышенного раздражения нервной системы. Напоминая, что вся нервная система делится на головной, спинной мозг и нервные ганглии, он в соответствии с этим классифицировал нервные болезни. К первой группе были отнесены «болезни ума, воображения, памяти», иначе говоря, все психические расстройства. Вторая группа включала неврозы органов пищеварения, дыхания, кровообращения. Последнюю группу составляли неврозы половой сферы.

Классификацией Мудрова пользовалось большинство русских врачей до тех пор, пока она не уступила место другой, новой системе болезней, предложенной И. Е. Дядьковским.

Велики заслуги М. Я. Мудрова и в области эпидемиологии. В тяжелые холерные годы он был старшим врачом Центральной комиссии по борьбе с эпидемией. В условиях царской крепостнической России бороться с этим грозным заболеванием было очень трудно. В июне 1831 года холера начала свирепствовать в Петербурге: число жертв возрастало с каждым днем. Мудрова срочно вызвали в столицу. Немало сил ему пришлось положить на выполнение трудного и ответственного дела. И все же Мудров с группой врачей хорошо справился с этой задачей. Он предложил новые методы лечения холеры, особо учитывая режим больного и состояние его психики: «Ничто столько не вредно, как боязнь холеры и страх смерти», - писал он в «Трактате о холере». Мудров указывал, что холера, в сущности, является воспалением желудочно-кишечного тракта.

По просьбе попечителя университета Михаила Никитовича Муравьева, Мудров пишет и направляет в Москву программу реорганизации системы обучения. На основании опыта работы лучших университетов Германии, Австрии, Франции он предлагает конкретные меры улучшения характера преподавания, чтобы приблизить обучение студентов к задачам практической медицины. Предоставляя «чертеж практических врачебных наук, снятый с главных училищ Германии и Франции», он высказал при этом свой взгляд на их преподавание. «Заблаговременное соединение теории с практикой составляет особый круг в медицине. Как науки, они имеют свои идеальные начала, почерпнутые из существа вещей. Как науки практические, они преосуществляются в искусство. Кто соединил науки с искусством, тот художник». Предложения понравились М.Н. Муравьеву, и в своих новых формах преподавания в Московском университете он из них многое заимствовал.

В кругу своих коллег М. Я. Мудров пользовался огромным авторитетом. О его прямоте и профессиональной честности ходили легенды. Его жизнь, жизнь подвижника, исследователя, целителя, оборвалась в самом расцвете. Матвей Яковлевич Мудров героически погиб во время эпидемии холеры.

Вклад в развитие медицинского образования

 Матвей Мудров внес значительный вклад как в развитие высшего медицинского образования в России.

С 1808 г. начал читать лекции по терапии, клинике и клинической медицине.

В 1810 г. в звании ординарного профессора возглавил кафедру патологии, терапии и клиники, которой заведовал до конца своей жизни. Помимо этого Матвей Яковлевич открыл в университете новый курс - военной медицины, читал военную гигиену и военно-полевую терапию, подготовил несколько выпусков военных врачей и армейских хирургов, что было особенно важно в условиях частых войн начала XIX в.

 К 1812 г. Матвей Мудров считался первым медицинским светилом в Москве, незадолго до войны он был впервые избран деканом медицинского факультета (в дальнейшем избирался в 1813, 1819, 1825 и 1828 гг.) и принял деятельное участие как в эвакуации факультета в Нижний Новгород, так и в восстановлении университета, подготовив пособие по защите населения от массовых эпидемических заболеваний, распространившихся в то время в Москве. "Крайняя нужда в военных лекарях" заставила его сразу же после возвращения ведущих профессоров открыть факультет "собственным иждивением", т. к. к этому времени штатные суммы на университет еще не поступили.

Несомненной заслугой Мудрова является значительное расширение клинической практики в системе преподавания медицинских наук. Он ввел практические занятия для студентов по патологии и сравнительной анатомии. Занятия в больнице, как и лекции М. привлекали большое количество студентов: он был несомненно самым популярным профессором медицинского факультета. Помимо университета, М. в 1813-1817 гг. преподавал в Медико-хирургической академии, был инициатором создания в 1819-1820 гг. и первым директором Медицинского института.

Велико было и его нравственное влияние  на студентов. Стремясь воплотить в своих учениках "идеал Гиппократова врача", он призывал их быть сострадательными и милосердными, гуманно относиться к больным.

Он учил своих слушателей овладевать врачеванием «не со слов учителя», но путем практики, клинических наблюдений («не иначе, как внимательно наблюдая... за течением, симптомами и периодами болезни»; «книжное лечение болезней легко; одно — знать, другое — уметь») и требовал индивидуального подхода к больному: «Поверьте ж, что врачевание не состоит ни в лечении болезни, ни в лечении причин... врачевание состоит в лечении самого больного. Вот вам вся тайна моего искусства, каково оно ни есть».

В записке «О клинических институтах вообще» (1818) он писал, что «врачебное око ... приобретается долговременным упражнением в наблюдении больных при самих постелях ... таковой способ учения называется клиническим». При этом в Клиническом институте для внутренних болезней студентам показывали больных теми болезнями, которые предварительно обсуждались на профессорских лекциях, и предпочтение отдавалось «обыкновенным болезням», поскольку они  «чаще и прежде всех встречаются, чаще несут с собою гибель, требуют от врача скорой помощи и служат испытанием для искусства». Студенты активно участвовали в учебном процессе, осваивали принятую у М. Я. Мудрова систему расспроса и осмотра больного и ведение истории болезни, посещали утренние и вечерние обходы в клинике, в качестве кураторов следили за состоянием больного и динамикой болезни, несли ночные дежурства, оказывая в необходимых случаях неотложную помощь. 

Таким образом к концу профессорской деятельности М. Я. Мудрова преподавание практической медицины в Московском университете, действительно, стало клиническим. Мудров сумел воспитать сотни русских врачей. Под его руководством написано много ценных научных работ. Из его клиники вышли такие яркие представители отечественной и мировой науки, как Н. И. Пирогов, Г. И. Сокольский и др.

И. М. Сеченов

Труды учёного 
 
Развитие физиологии 
 
К 1863—1868 гг. относится окончательное формирование физиологической школы Сеченова. Ряд лет он со своими учениками занимался физиологией межцентральных отношений. Наиболее существенные результаты этих исследований опубликованы в его работе «Физиология нервной системы» (1866 г.). 
 
Одновременно Сеченов редактировал переводы книг зарубежных учёных. В 1986 г. вышло в свет руководство Ивана Михайловича «Физиология органов чувств. Переделка сочинения „Anatomie und Physiologie der Sinnesorgane“ von A. Fick. 1862—64. Зрение», а в 1871—72 под его редакцией в России был опубликован перевод труда Чарльза Дарвина «Происхождение человека». Заслугой Сеченова является не только распространение дарвинизма, но и приложение его идей к проблемам физиологии и психологии. Он по праву может считаться предшественником развития эволюционной физиологии в России. 
 
С именем Сеченова связано создание первой в России физиологической научной школы, которая формировалась и развивалась в Медико-хирургической академии, Новороссийском, Петербургском и Московском университетах. В Медико-хирургической Академии Иван Михайлович ввёл в лекционную практику метод демонстрации эксперимента. Это способствовало возникновению тесной связи педагогического процесса с исследовательской работой и в значительной степени предопределило успех Сеченов на пути создания научной школы. 
 
Организованная учёным в Медико-хирургической академии физиологическая лаборатория была центром исследований в области не только физиологии, но также фармакологии, токсикологии и клинической медицины. 
 
Осенью 1889 г. в Московском университете учёный прочёл курс лекций по физиологии, который стал основой обобщающего труда «Физиология нервных центров» (1891 г). В этой работе был осуществлён анализ различных нервных явлений — от бессознательных реакций у спинальных животных до высших форм восприятия у человека. Последняя часть этого труда посвящена вопросам экспериментальной психологии. В 1894 г. он публикует «Физиологические критерии для установки длины рабочего дня», а в 1901 г. — «Очерк рабочих движений человека». Существенный интерес представляет также работа «Научная деятельность русских университетов по естествознанию за последнее двадцатипятилетие», написанная и опубликованная в 1883 г.

С прежней энергией учёный продолжает свои эксперименты. Он полностью завершает, наконец, исследования по теории растворов, получившие высокую оценку и в ближайшие же годы подтверждённые специалистами-химиками в России и за рубежом.

Сеченов начинает исследования по газообмену, конструируя ряд оригинальных приборов и разрабатывая собственные методы изучения обмена газов между кровью и тканями и между организмом и внешней средой. Признаваясь, что «исследование дыхания на ходу было всегда моей мечтой, казавшейся притом же невыполнимой», Сеченов изучает газообмен человека в динамике. По-прежнему большое внимание уделяет он нервно-мышечной физиологии. Выходит из печати его обобщающий капитальный труд «Физиология нервных центров».

В декабре 1901 года Сеченов оставил преподавание на кафедре физиологии Московского университета и ушёл в так называемую чистую отставку, то есть отказался читать даже частные курсы.

Исследования головного мозга. Центральное торможение 
 
Ещё в «Тезах» к докторской диссертации Сеченов выдвинул положение о своеобразии рефлексов, центры которых лежат в головном мозге, и ряд идей, способствовавших последующему изучению головного мозга. 
 
В Париже, в лаборатории Клода Бернара (1862 г.), Иван Михайлович экспериментально проверил гипотезу о влиянии центров головного мозга на двигательную активность. Он обнаружил, что химическое раздражение продолговатого мозга и зрительных бугров кристалликами поваренной соли задерживало рефлекторную двигательную реакцию конечности лягушки. 
 
Опыты были продемонстрированы Сеченовым Бернару, в Берлине и Вене Дюбуа-Реймону, Людвигу и Э. Брюкке. Таламический центр торможения рефлекторной реакции был назван «сеченовским центром», а феномен центрального торможения — сеченовским торможением. Статья, в которой Сеченов описал явление центрального торможения, появилась в печати в 1863 г.. По свидетельству Чарльза Шеррингтона (1900 г.), с этого момента предположение о тормозящем влиянии одной части нервной системы на другую, высказанное ещё Гиппократом, стало принятой доктриной. 
 
В том же году Сеченов опубликовал работу «Прибавления к учению о нервных центрах, задерживающих отражённые движения», в которой обсуждался вопрос, имеются ли в мозгу специфические задерживающие механизмы или действие тормозных центров распространяется на все мышечные системы и функции. Так была впервые выдвинута концепция о неспецифических системах мозга. 
 
Позднее выступает с публичными лекциями «Об элементах зрительного мышления», которые в 1878 г. были им переработаны и опубликованы под названием «Элементы мысли». В 1881—1882 гг. Сеченов начал новый цикл работ по центральному торможению. Им были открыты самопроизвольные колебания биотоков в продолговатом мозге.

Сеченов и психология 
 
Иван Михайлович углублённо изучал различные направления философии и психологии, полемизировал с представителями разных философско-психологических направлений—с Константином Кавелиным, Г. Струве. В 1873 г. были опубликованы «Психологические этюды», объединившие «Рефлексы головного мозга» (4-е издание), возражения Кавелину и статью «Кому и как разрабатывать психологию». 
 
Важнейшее значение вклада Сеченова в психологию состояло в «… радикальном перемещении отправного пункта психологического мышления с непосредственно данных феноменов сознания, веками считавшихся для познающего ума первой реальностью, к объективному поведению», писал Михаил Ярошевский. Это была, по выражению Ивана Павлова, «… поистине для того времени чрезвычайная попытка… представить себе наш субъективный мир чисто физиологически». 
 
В 90-х годах Сеченов выступает с циклом работ по проблемам психофизиологии и теории познания («Впечатления и действительность», 1890 г.; «О предметном мышлении с физиологической точки зрения», 1894 г.), существенно перерабатывает теоретико-познавательный трактат «Элементы мысли». 
 
Опираясь на достижения физиологии органов чувств и исследования функций двигательного аппарата, Иван Михайлович подвергает критике агностицизм и развивает идеи о мышце как органе достоверного познания пространственно-временных отношений вещей. Согласно Сеченову, чувственные сигналы, посылаемые работающей мышцей, позволяют строить образы внешних предметов, а также соотносить предметы между собой и тем самым служить телесной основой элементарных форм мышления. 
 
Эти идеи о мышечной чувствительности стимулировали разработку современного учения о механизме чувственного восприятия. 
 
Сеченов отстаивает материалистическую трактовку всех нервно-психических проявлений (включая сознание и волю) и тот подход к организму как целому, который был воспринят современной физиологией и психологией.

Заслуги

Сеченов, по принятому в России мнению, превратил физиологию в точную науку и клиническую дисциплину, используемую для постановки диагноза, выбора терапии, прогноза, разработки любых новых методов диагностики, лечения и реабилитации, любых новых лекарств, для защиты человека от опасных и вредных факторов, исключения любых экспериментов на людях в медицине, общественной жизни, всех отраслях науки и народного хозяйства. Если эксперименты на людях были нужны, то Сеченов всё проверял только на самом себе. Любитель исключительно самых лучших вин, он не только с отвращением глотал неразбавленный спирт, но однажды выпил даже колбу с туберкулёзными палочками, чтобы доказать, что только ослабленный организм подвержен этой инфекции — направление, которое потом развивал его друг и ученик лауреат Нобелевской премии И. И. Мечников. Сеченов считал крепостное право самым вредным экспериментом, и перед смертью отправил крестьянам своего села Тёплый Стан 6000 рублей — деньги, которые за счёт крепостных своей матери потратил на своё образование.[4] В своём написанном для журнала «Современник» Н. А. Некрасова классическом труде «Рефлексы головного мозга» (1866 г.) обосновал рефлекторную природу бессознательной деятельности и привёл аргументы в пользу аналогичной природы сознательной, предположив, что в основе всех психических явлений лежат физиологические процессы, которые могут быть изучены объективными методами, и которые определяются взаимодействием клеток, организмов и популяций с внешней (основной биологический закон Рулье-Сеченова) и внутренней средой. Цензура в течение всей жизни учёного запрещала публиковать основной вывод этой работы: «только при развитом мной воззрении на действия человека в последнем возможна высочайшая из добродетелей человеческих — всепрощающая любовь, то есть, полное нисхождение к своему ближнему». Свобода воли проявляется целенаправленным изменением каждым отдельным человеком своей внешней и внутренней среды. Задача общества — не мешать человеку становиться таким образом рыцарем. Если современные физика, химия, математика не могут в этом помочь человечеству и/или объяснить явления, изучаемые психологией, физиологией и биологией, то физиологи должны сами создавать необходимые физические и химические теории или ставить соответствующие задачи перед химиками и физиками. Выступив как защитник традиций классического медицинского образования «на стороне „древних“ (врачей-философов древности) против „новых“» («Битва книг», Джонатан Свифт) оппонентом Р. Вирхова и сторонников его концепции «целлюлярной патологии», впервые в мире сформулировал учение об анатомическом и молекулярном принципах физиологии, в изложении которого, признавая решающее значение в нормальной физиологии являющегося высшим этапом развития анатомического принципа клеточного принципа Р. Вирхова, подчеркнул значение молекулярного принципа как единственно возможного общего принципа (клинической) патофизиологии, так как, в частности, дифференцировка клеток, формирование органов и тканей, обмен сигналами между органами, тканями, отдельными клетками осуществляются в среде биологических жидкостей, и обычно патологические процессы взаимосвязаны с изменением химического состава этих биологических жидкостей. Отвергнув ранее господствовавшее учение о всеобъемлющей системе тормозящих нервов, доказал её отсутствие и обосновал теорию передачи сигналов торможения изменением химического состава биологических жидкостей, особенно плазмы крови. Исследовал почечное кровообращение, пищеварение, газообмен в лёгких, дыхательную функцию крови, открыл роль карбоксигемоглобина в дыхании и в венозной системе. Открыл явления флуоресценциихрусталика, центрального торможения, суммации в нервной системе, «рефлекс Сеченова», установил наличие ритмических биоэлектрических процессов в центральной нервной системе, обосновал значение процессов обмена веществ в осуществлении возбуждения. Впервые в мире локализовал центр торможения в головном мозге (таламический центр торможения, центр Сеченова), обнаружил влияние ретикулярной формации головного мозга на спинномозговые рефлексы. Вместе с женой впервые перевёл на русский язык сочинение Чарльза Дарвина «Происхождение человека и половой отбор» и был крупнейшим популяризатором эволюционного учения в России.

Создатель объективной теории поведения, основоположник современных молекулярной физиологии, клинической патофизиологии, клинической лабораторной диагностики, психофизиологии, наркологии, гематологии, нейроэндокринологии, нейроиммунологии, молекулярной медицины и биологии, протеомики, биоэлементологии, медицинской биофизики, медицинской кибернетики, авиационно-космической медицины, физиологии труда, возрастной, сравнительной и эволюционнойфизиологии и биохимии. Провозвестник («дядюшка», как он себя называл) русского космизма, синтетической теории эволюции и создания современных клеточных технологий формирования искусственных органов и восстановления органов. Научно обосновал необходимость активного отдыха («эффект Сеченова») и продолжительность рабочего дня не более шести, максимум восьми часов [8]. Кроме того, он установил закон растворимости газов в водных растворах электролитов. «…Физиология должна признать своего неоспоримого отца в высокоталантливой и столь же оригинальной и светлой личности Ивана Михайловича Сеченова, — писал физиолог и историк науки К. А. Тимирязев. — …ни один русский учёный не имел такого широкого и благотворного влияния на русскую науку и развитие научного духа в нашем обществе…» Павлов также считал Сеченова «отцом русской физиологии». Иосиф Сталин в ноябре 1941 года назвал Сеченова среди тех, кто олицетворяет дух народа, и за кого «братьям и сестрам» надо сражаться. Труды Сеченова и его пример оказали влияние и до сих пор продолжают оказывать влияние на развитие психологии, медицины, биологии, естествознания, нефтегазодобычи, газотранспортной отрасли, теории познания, правозащитного, женского, рабочего и профсоюзного движения.

Павлов

Научный метод.

До Павлова исследования проводились при помощи т.н. «острого опыта», суть которого заключалась в том, что интересующий ученого орган обнажался при помощи надрезов на теле наркотизированного или обездвиженного животного. Метод был непригоден для изучения нормального течения жизненных процессов, так как нарушал естественную связь между органами и системами организма. Павлов первым из физиологов стал использовать «хроническийметод», при котором эксперимент проводится на практически здоровом животном, что позволило исследовать физиологические процессы в неискаженном виде.

Исследования по физиологии кровообращения.

Одно из первых научных исследований Павлова было посвящено изучению роли нервной системы в регуляции кровообращения. Ученый установил, что перерезка блуждающих нервов, иннервирующих внутренние органы, приводит к глубоким нарушениям способности организма регулировать уровень артериального давления. В результате был сделан вывод, что значительные колебания давления улавливаются чувствительными нервными окончаниями в сосудистой сети, которые посылают импульсы, сигнализирующие об изменениях, в соответствующий центр мозга. Эти импульсы порождают рефлексы, направленные на изменение работы сердца и состояния сосудистого русла, и артериальное давление быстро возвращается к наиболее благоприятному уровню.

Докторская диссертация Павлова была посвящена исследованию центробежных нервов сердца. Ученый доказал наличие «тройного нервного контроля» на сердце: нервов функциональных, вызывающих или прерывающих деятельность органа; нервов сосудистых, регулирующих доставку химического материала к органу и нервов трофических, определяющих точный размер окончательной утилизации этого материала каждым органом и регулирующих тем самым жизненность ткани. Такой же тройной контроль ученый предполагал и в других органах.

Исследования по физиологии пищеварения.

Метод «хронического эксперимента» позволил Павлову открыть многие законы функционирования пищеварительных желез и процесса пищеварения в целом. До Павлова об этом имелись лишь некоторые весьма смутные и фрагментарные представления, а физиология пищеварения была одним из самых отсталых разделов физиологии.

Первые исследования Павлова в этой области были посвящены изучению работы слюнных желез. Ученый установил зависимость между составом и количеством выделяемой слюны и природой раздражителя, что позволило ему сделать вывод о специфической возбудимости разных рецепторов ротовой полости каждым из раздражающих агентов.

Исследования, касающиеся физиологии желудка, являются наиболее значительными достижениями Павлова в объяснении процессов пищеварения. Ученый доказал наличие нервной регуляции деятельности желудочных желез.

Благодаря усовершенствованию операции по созданию изолированного желудочка удалось выделить две фазы секреции желудочного сока: нервно-рефлекторную и гуморально-клиническую. Результатом исследований ученого в области физиологии пищеварения явился его труд под названием Лекции о работе главных пищеварительных желез, опубликованный в 1897. Этот труд в течение нескольких лет был переведен на немецкий, французский и английский языки и принес Павлову всемирную славу.

Исследования по физиологии высшей нервной деятельности.

К изучению физиологии высшей нервной деятельности Павлов перешел, пытаясь объяснить феномен психического слюноотделения. Изучение этого явления привело его к понятию условного рефлекса. Условный рефлекс, в отличие от безусловного, не является врожденным, а приобретается в результате накопления индивидуального жизненного опыта и является приспособительной реакцией организма на условия жизнедеятельности. Процесс образования условных рефлексов Павлов назвал высшей нервной деятельностью и считал это понятие равнозначным термину «психическая деятельность».

Ученый выделил четыре типа высшей нервной деятельности у человека, которые основываются на представлениях о соотношении между процессами возбуждения и торможения. Тем самым он подвел физиологический фундамент под учениеГиппократа о темпераментах.

Павлов разработал также учение о сигнальных системах. По Павлову, специфической особенностью человека является наличие у него, помимо первой сигнальной системы, общей с животными (разнообразные сенсорные раздражители, поступающие из внешнего мира), также и второй сигнальной системы – речи и письма.

Основной целью научной деятельности Павлова было изучение психики человека при помощи объективных экспериментальных методов.

Павловым были сформулированы представления об аналитико-синтетической деятельности головного мозга и создано учение об анализаторах, о локализации функций в коре головного мозга и о системности в работе больших полушарий.

Первым серьёзным открытием, которое создало ему славу, было открытие так называемого усиливающего нерва сердца. До И. П. Павлова было известно, что сердце регулируется в своей работе блуждающим нервом. Этот факт особенно подробно был исследован братьями Вебер, с именами которых и связано открытие тормозящего действия блуждающего нерва на сердце. Экспериментируя на собаках, И. П. Павлов обратил внимание, что при раздражении некоторых симпатических нервов сердце начинает сокращаться более сильно, не изменяя, однако, при этом ритма своих сокращений. Получилось исключительное усиливающее действие. Замечательным было также то, что уже остановившееся сердце могло быть вновь приведено в действие, если раздражать этот нерв. Это явление особенно отчётливо выступало в тех случаях, когда сердце останавливалось под влиянием каких-либо фармакологических средств, как, например, под влиянием ландышевых капель. Это открытие усиливающего нерва послужило исходным толчком для целого ряда работ, которые впоследствии создали научное направление под именем учения о нервной трофике (разрабатываемого ныне акад. Сперанским). Впоследствии этот нерв получил название "нерва Павлова".Весь этот цикл работ И. П. Павлова, посвящённый иннервации сердца, был оформлен в виде его докторской диссертации под названием "Центробежные нервы сердца", за которую он в 1883 г. получил звание доктора медицины.

Уже в клинике Боткина И. П. Павлов изучал изменчивость кровяного давления при кормлении животного различными видами пищевых веществ. Тогда родился известный теперь всему миру павловский метод хронических фистул - искусственно созданных свищей.

Вооружённый объективным методом исследования, И. П. Павлов заглянул в самые глубинные и таинственные процессы человеческого мозга. Он разъяснил механизм сна. Сон оказался разновидностью особого нервного процесса торможения, распространяющегося по всей коре головного мозга. Мозговые клетки, при известных условиях, впадают в особое состояние, которое, являясь активным, тем не менее устраняет всякую внешнюю деятельность. Этот процесс в школе И. П. Павлова был назван торможением. Совместно с положительным процессом возбуждения торможение создавало то разнообразие в поступках и поведении, которое характеризует высшее животное и человека. Так постепенно строилось учение о деятельности коры головного мозга как о функциональной мозаике возбуждения и торможения. Вслед за этим последовал ряд исследований, которые позволили дать физиологическую характеристику типов нервной деятельности животного. Этим самым была создана классификация нервных систем животных, вполне применимая и для разделения людей по характеру их нервной деятельности. Исследования школы И. П. Павлова дали возможность вскрыть физиологическую природу эмпирической классификации типов нервной деятельности людей, выраженной врачами в разделении людей на сангвиников, флегматиков, холериков и меланхоликов.

Используя данные методы, Павлов и его коллеги показали, что каждый отдел пищеварительной системы — слюнные и дуоденальные железы, желудок, поджелудочная железа и печень — добавляет к пище определенные вещества в их различной комбинации, расщепляющие ее на всасываемые единицы белков, жиров и углеводов.