Договор внешнеторговой купли-продажи

Договор внешнеторговой купли-продажи

1. Введение

Договор международной купли-продажи (внешнеторговой поставки) - наиболее важный из всех внешнеторговых договоров. Путем заключения и исполнения именно этого договора осуществляется внешнеэкономический товарообмен, составляющий основную часть внешней торговли России. С данным договором тесно связаны различные виды договора подряда - сделок, направленных на выполнение работ и оказание услуг, сопутствующих поставке машин и оборудования. Исполнение договора этого вида предполагает заключение договоров перевозки и страхования, а нередко также лицензионных договоров, которые заключаются для того, чтобы обеспечить производство товаров, предусмотренных договорами международной купли-продажи.

Правовое  регулирование договора международной купли-продажи (внешнеторговой поставки), в котором участвуют российские субъекты права, в последнее время существенно изменилось.

Во-первых, с 1 сентября 1991 г. Советский Союз стал участником Конвенции ООН о договорах  международной купли-продажи товаров 1980 г. Поскольку с 24 декабря 1991 г. членство бывшего Советского Союза в ООН перешло к Российской Федерации, в соответствии с Уставом ООН она приобрела и все права и обязательства СССР по многосторонним договорам, депозитарием которых является Генеральный секретарь ООН. Следовательно, к договорам, заключенным с 1 сентября 1991 г. субъектами, коммерческие предприятия которых находятся на территории России, применимы положения Конвенции при условии, что эти договоры соответствуют ее требованиям.

Во-вторых, в связи с прекращением существования  Советского Союза в декабре 1991 г. к внешнеэкономической сфере  стали относиться и договоры купли-продажи (поставки), которые российские субъекты права заключают с предприятиями  и организациями, находящимися на территории государств, являвшихся союзными республиками СССР. Особенности регулирования отношений по таким договорам отражены как в многосторонних соглашениях нормативного характера, подписанных в рамках СНГ и двусторонних межгосударственных соглашениях, так и в актах компетентных органов Российской Федерации.

В-третьих, 14 июля 1992 г. Верховный Совет Российской Федерации принял постановление  «О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической  реформы». В силу этого постановления до принятия нового ГК на территории Российской Федерации применяются Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик, утвержденные Верховным Советом СССР 31 мая 1991 г.

В-четвертых, Федеральным законом РФ от 30 ноября 1994 г. введена в действие часть первая Гражданского кодекса Российской Федерации.

В-пятых, с 1 января 1991 г. изменился порядок  применения ОУГТ СЭВ.

В-шестых, с 1 июля 1990 г. действует новая редакция ОУП СССР -КНР.

В-седьмых, в 1990 г. принята новая редакция ИНКОТЕРМС, а в 1993 г. -новая редакция UCP.

Эти изменения в правовом регулировании  не только отразились на содержании конкретных норм, но и существенно скорректировали  принципы, очередность и порядок  их применения. Либерализация внешнеэкономической  жизни в России расширила круг субъектов договора внешнеторговой купли-продажи, в основном за счет предпринимателей, которые ранее этим не занимались.

На  первое место выдвинулись вопросы, связанные с пределами автономии  воли сторон договора в определении  содержания его условий, принципами установления применяемых норм права и юридической характеристикой источников правового регулирования. С учетом этого в качестве основных излагаются положения Венской конвенции, а затем общие нормы внутригосударственного гражданского законодательства Российской Федерации.

Договор купли/продажи - один из наиболее распространенных типов договоров, согласно которому продавец обязуется передать индивидуально  определенное имущество и/или права  на него в собственность (оперативное  управление) покупателю, а покупатель принять имущество и уплатить за него определенную денежную сумму. Большинство правовых систем предусматривает в качестве существенных условий этого договора его объект и цену. Однако в международной коммерческой практике действительным считается и договор купли/продажи, не содержащий цену. В таких случаях, цена определяется по текущим, биржевым или рыночным сделкам. В крайнем случае, ее легко может установить суд.

Договор купли-продажи имеет глубокие традиции и хорошо отработанные нормы права. В настоящее время договоры/контракты купли-продажи регулируются Венской конвенцией 1980 г. и национальным законодательством. Основной функцией договора купли-продажи является оформление перехода имущества из собственности одного лица в собственность другого. Договор купли-продажи обычно двухсторонний, возмездный и консенсуальный. Различаются договоры с наличным товаром, наличной оплатой, форвардные, с залогом на покупку или на продажу, договоры с кредитом (рассрочкой платежа) и другие. Объектом договора могут выступать вещи, принадлежащие продавцу по праву собственности или не существующие на момент продажи (будущие вещи), а также и объекты, не имеющие материального выражения, - неимущественное право (права на промышленную и интеллектуальную собственность). Объектами купли-продажи могут также выступать вещи или имущество в требовании, оборотные документы, облигации и другие ценные бумаги, услуги. В договоре указывается характеристика вещи и ее цена, являющиеся существенными условиями, а также сроки, место и порядок передачи товара, сроки платежа, условия перевозки и штрафные санкции. Форма договора зависит от желания сторон, предмета и объема обязательств сторон, а также применимого права.

2. Понятие договора внешнеторговой  купли-продажи

В отечественной  юридической литературе этот вид договора традиционно именовался договором внешнеторговой купли-продажи или договором купли-продажи (поставки) во внешней торговлей. При этом понятия «внешнеторговая купля-продажа» и «внешнеторговая поставка» считались синонимами. В то же время в советском гражданском праве «купля-продажа» и «поставка» признавались разными договорами, которые регулировались неодинаково. Единодушным было мнение, что к отношениям по внешнеторговой купле-продаже (внешнеторговой поставке) подлежали применению нормы отечественного права, относящиеся к купле-продаже, но не к поставке. В настоящее время положение существенно изменилось. Во-первых, участие России в Венской конвенции на первый план выдвинуло вопрос об определении понятия «международная купля-продажа», вытекающего из Конвенции, ставшей частью права Российской Федерации. Во-вторых, Основы 1991 г. по-иному, чем ранее действовавшее законодательство, определяют и регулируют договоры купли-продажи и поставки. В-третьих, понятие «внешнеторговая поставка» сохранило свое значение в отношении контрактов, которые регулируются Общими условиями поставок, имеющими нормативный характер. Применяется оно и в случае, когда стороны контракта сослались в нем на Общие условия поставок, носящие факультативный характер. В практике встречаются случаи, когда на ОУП СЭВ делаются ссылки и в контрактах, заключаемых российскими субъектами с партнерами из стран, не входивших в СЭВ. Поскольку в этих случаях ОУП СЭВ становятся частью таких контрактов, может возникать вопрос об использовании понятия «внешнеторговая поставка» применительно и к подобным контрактам.

Понятие «международная купля-продажа товаров» в силу Венской конвенции определяется с помощью нескольких критериев. Во-первых, имеет значение субъектный состав контракта, т. е. кто является его сторонами. Обязательным условием для признания контракта договором международной купли-продажи товаров, подпадающим под регулирование этой Конвенции, является местонахождение коммерческих предприятий сторон контракта в разных государствах. Ни национальная (государственная) принадлежность сторон, ни гражданский или торговый характер договора не принимаются во внимание при определении применимости Конвенции (ст. 1). Это означает, что в силу Конвенции не будет признан международным контракт купли-продажи, заключенный между находящимися на территории одного государства фирмами разной государственной принадлежности. В то же время будет считаться международным контракт купли-продажи, заключенный фирмами одной государственной принадлежности, но коммерческие предприятия которых находятся в различных государствах. Во-вторых, важен предмет договора. В силу Конвенции основные обязанности продавца - это поставить товар, передать документы и титул на товар в соответствии с требованиями договора и Конвенции (ст. 30). Основные же обязанности покупателя - уплатить цену за товар и принять поставку в соответствии с требованиями договора и Конвенции (ст. 53). В-третьих, существенно и то, что объектом договора является движимое имущество, приобретаемое не для личного, семейного или домашнего использования. В-четвертых, поскольку из сферы применения Конвенции исключен ряд видов продаж (например, с аукциона или в порядке исполнительного производства либо иным образом в силу закона), под понятие «международная купля-продажа» в смысле Конвенции они не подпадают, равно как продажа фондовых бумаг, акций, обеспечительных бумаг, оборотных документов, так и деньги, суда водного и воздушного транспорта и суда на воздушной подушке, а также электроэнергия. Аналогичное ограничение установлено Конвенцией и в отношении продажи товаров, изготовленных из давальческого сырья, когда заказчик обязуется поставить существенную часть материалов, необходимых для изготовления или производства товаров, а также применительно к договорам, в которых обязательства стороны, поставляющей товар, заключаются в основном в выполнении работ или в предоставлении иных услуг.

Согласно  Основам (ст. 79), по договору поставки поставщик, являющийся предпринимателем, обязуется  в обусловленные сроки (срок) передавать в собственность (полное хозяйственное ведение или оперативное управление) покупателю товар, предназначенный для предпринимательской деятельности или иных целей, не связанных с личным (семейным, домашним) потреблением, а покупатель обязуется принимать товар и платить за него определенную цену. Статья 74 Основ определяет договор купли-продажи следующим образом: «По договору купли-продажи продавец обязуется передать имущество (вещь, товар) в собственность (полное хозяйственное ведение или оперативное управление), а покупатель обязуется принять имущество и уплатить за него определенную денежную сумму (цену)».

Анализ  указанных статей Основ показывает, что внешнеторговая поставка, имея свою специфику, подпадает под признаки договора поставки по российскому праву. Во-первых, в договоре внешнеторговой поставки в качестве поставщика всегда выступает предприниматель, который поставляет покупателю товар, предназначенный для предпринимательской деятельности или иных целей, не связанных с личным (семейным, домашним) потреблением. Во-вторых, в сфере внешней торговли такой договор применяется при продаже движимых вещей, подпадающих под понятие «товар», указанное в ст. 79 Основ. В частности, предметом продажи по таким договорам служат топливо, машины и оборудование, железная руда, пищевкусовые товары, нефть и нефтепродукты, газ, уголь, промышленные товары народного потребления, комплекты машин, оборудования и материалов, предназначенные для сооружения промышленных и иных объектов как на территории Российской Федерации, так и за границей. В-третьих, основными обязанностями сторон являются: продавца (поставщика) - передать товар в собственность покупателю, а покупателя - принять товар и уплатить за него определенную цену. В-четвертых, характерная черта договора внешнеторговой поставки по общему правилу - установление в договоре срока (сроков) исполнения сторонами своих обязанностей.

К специфическим  чертам договора внешнеторговой поставки по сравнению с договором обычной  поставки прежде всего относится  то, что стороны такого договора обычно имеют разную государственную принадлежность, а его предмет составляют операции по экспорту и импорту товаров. В таких случаях часто в качестве средства платежа используется валюта, которая является иностранной для одного или для обоих партнеров.

Согласно  ОУП СЭВ, ОУП СССР - КНР, ОУП СССР - КНДР, а также ОУП СЭВ - Финляндия  и ОУП СССР - СФРЮ, разная государственная  принадлежность сторон договора внешнеторговой поставки -отличительная черта. Она  зафиксирована в преамбулах этих документов, а иногда и прямо вытекает из их полных названий, например Общие условия поставок товаров между организациями СССР и СФРЮ, Общие условия поставок товаров между организациями стран -членов СЭВ 1968/1988 гг., Общие условия поставок между внешнеторговыми организациями СССР и внешнеторговыми организациями КНДР.

Сравнение положений Венской конвенции  и Основ 1991 г. дает основания для  следующего вывода. Понятия «международная купля-продажа» в Конвенции и  «договор поставки» в Основах  в общих чертах совпадают, что позволяет употреблять на практике термины «международная купля-продажа» и «внешнеторговая поставка» как синонимы. Вместе с тем имеющиеся между ними отличия требуют четкого отграничения общего понятия «международная купля-продажа (внешнеторговая поставка)» и «международная купля-продажа» в смысле Венской конвенции. К такому же четкому отграничению необходимо прибегать при использовании общего понятия «внешнеторговая поставка» применительно к отношениям, которые регулируют соответствующие Общие условия поставок, носящие нормативный характер.

Договор международной купли-продажи (внешнеторговой поставки) следует отличать от довольно распространенного во внешней торговле договора запродажи, представляющего  собой разновидность предварительного договора, т. е. соглашения о заключении договора в будущем. Например, при продаже машин или оборудования продавец и покупатель обычно заключают соглашение об обеспечении поставок запасных частей в послегарантийный период, что оформляется отдельными контрактами в установленные в соглашении сроки. Предварительный (а не окончательный) договор зачастую заключается в случае, когда на момент его оформления возникают осложнения при согласовании каких-либо условий (в частности, о сроке поставки). Стороны договора запродажи обязаны в будущем заключить договор купли-продажи. Согласно ст. 60 Основ, по предварительному договору, который должен заключаться в письменной форме, стороны обязуются заключить в будущем договор на передачу товаров, выполнение работ и т.п. на условиях предварительного договора. Порядок согласования существенных условий будущего договора, которые не были предусмотрены в предварительном договоре, если такой порядок не установлен законодательством, стороны определяют в предварительном договоре. При уклонении одной стороны предварительного договора от заключения предусмотренного им договора контрагент вправе обратиться в суд с иском о понуждении к заключению договора. Сторона, необоснованно уклоняющаяся от заключения договора, предусмотренного предварительным договором, должна возместить другой стороне вызванные просрочкой убытки, если иное не предусмотрено в законодательстве. Необходимо отметить, что законодательство ряда стран предусматривает иные последствия уклонения без уважительных причин от заключения будущего договора на основании предварительного договора. Так, по Кодексу международной торговли Чехословакии другая сторона вправе требовать возмещения убытков или, если это предусмотрено договором, определения судом или указанным в договоре лицом недостающего содержания будущего договора. Конвенция о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества, заключенная в Москве 26 мая 1972 г., относит к компетенции арбитража рассмотрение требований потерпевшей стороны об уплате штрафа, предусмотренного за нарушение договора о заключении договора в будущем или о возмещении причиненных таким нарушением убытков (п. 2 ст. 111 Конвенции). В силу же п. 1 этой статьи «рассмотрению арбитражными судами не подлежат требования о понуждении к заключению договора или принятию отдельных договорных условий».

3. Стороны контракта

В силу действующего в России законодательства все участники оборота независимо от форм собственности вправе самостоятельно осуществлять внешнеэкономическую деятельность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Поскольку заключение и исполнение контрактов международной купли-продажи товаров является одним из видов внешнеэкономической деятельности, это означает, что в принципе стороной таких контрактов могут быть любые юридические лица, зарегистрированные в качестве таковых на территории Российской Федерации. Стороной договора могут быть также действующие на территории Российской Федерации предприятия с иностранными инвестициями, включая полностью принадлежащие иностранным инвесторам.

В отличие от ранее  существовавшего порядка Указом Президента Российской Федерации от 15 ноября 1991 г. № 213 «О либерализации  внешнеэкономической деятельности»  установлено, что такого рода деятельность может осуществляться без специальной регистрации. Исключение из этого правила предусмотрено лишь в отношении экспортеров стратегически важных сырьевых товаров: Указом Президента Российской Федерации от 14 июня 1992 г. № 628 «О порядке экспорта стратегически важных товаров» вводится их специальная регистрация в МВЭС Российской Федерации. Действующий перечень стратегически важных товаров, экспорт которых осуществляется с 1994 г. предприятиями и организациями, которые зарегистрированы в МВЭС для этих целей, утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 2 ноября 1993 г. № 1102 «О мерах по либерализации внешнеэкономической деятельности», а порядок регистрации - приказом МВЭС России от 22 июня 1992 г. При этом необходимо исходить из Указа Президента Российской Федерации от 23 мая 1994 г. «Об отмене квотирования и лицензирования поставок товаров и услуг на экспорт» и постановления Правительства Российской Федерации от 1 июля 1994 г. «О мерах по совершенствованию государственного регулирования экспорта товаров и услуг».

Законодательством, действующим на территории Российской Федерации (п. 1 ст. 161 Основ), установлено, что гражданская правоспособность иностранных юридических лиц  определяется по закону страны, в которой  учреждено юридическое лицо. Из этого следует, что вопрос о том, вправе ли то или иное иностранное юридическое лицо заключить с субъектом российского права контракт, должен решаться на основе иностранного закона. Вместе с тем в силу п. 2 ст. 161 Основ иностранное юридическое лицо при совершении сделок не может ссылаться на ограничение полномочий его органа или представителя, не известное праву страны, в которой орган или представитель иностранного юридического лица совершает сделку.

4. Необходимость добросовестности  при заключении и исполнении контрактов международной купли-продажи

Один  из основных общих принципов Венской  конвенции - это принцип соблюдения добросовестности в международной  торговле (п. 1 ст. 7).

Понятие «добросовестность», в частности, охватывает следующее:

-предоставление  партнеру достоверных сведений  о себе и о юридическом лице, от имени и в интересах которого  выступает представитель;

-достоверная  информация о товаре, являющемся  предметом сделки;

-поставка  товара, свободного от любых прав  и притязаний третьих лиц, включая права и притязания, основанные на промышленной собственности или другой интеллектуальной собственности (например, авторское право на программу для ЭВМ), за исключениями и в пределах, предусмотренных ст.ст. 41 и 42 Конвенции;

-осуществление своих прав без нарушения охраняемых законом интересов других лиц; соблюдение правил деловой этики;

-принятие  соответствующих мер для надлежащего  исполнения договорных условий.

Арбитражная практика последнего времени показывает, что далеко не всегда этот принцип надлежащим образом соблюдается, что в ряде случаев приводит к материальному ущербу для отечественных предпринимателей и их зарубежных контрагентов.

Во-первых, не всегда иностранные партнеры, впервые  вступающие в контакты с отечественными предпринимателями, сообщают достоверные сведения о фирмах, которые они представляют, в частности, о их регистрации в установленном законодательством порядке, уставной правоспособности, производственных возможностях, а также об их платежеспособности (кредитоспособности). Например, в одном случае при рассмотрении спора выяснилось, что зарубежная фирма, от имени которой был заключен контракт с российским партнером, не зарегистрирована по тому юридическому адресу, который указан в контракте, и возникли затруднения при установлении ее действительного местонахождения и привлечении ее к ответственности за нарушение контракта. В другом случае оказалось, что зарубежная фирма, от имени которой был заключен контракт, находилась в тяжелом финансовом положении, а на момент рассмотрения спора была объявлена банкротом. Имеются и случаи, когда от имени российских предприятий заключаются контракты с зарубежными контрагентами до того, как российские предприятия приобрели на это право (до их регистрации в установленном порядке), либо не имея на то соответствующего разрешения, когда для заключения такого рода сделок необходимо выполнить специальную процедуру (например, для продажи стратегически важных сырьевых товаров). Во избежание возникающих в связи с этим трудностей следует прибегать к средствам, широко известным в международной торговой практике. Прежде всего у представителя можно запросить устав и сведения о регистрации представляемой им фирмы в ответ на передачу ему собственного устава и сведений о регистрации собственного предприятия. Затем может быть использовано (в особенности когда намерены совершить крупную сделку или авансом перевести значительные суммы) такое действенное средство, как проверка достоверности сообщенных партнером сведений через существующие в России и за рубежом специализированные организации. В их число входят, в частности, аудиторские или информационные фирмы. Для проверки платежеспособности (кредитоспособности) можно прибегнуть к помощи тех же аудиторских или информационных фирм, которые нередко имеют свои отделения во многих странах мира. В получении таких сведений могут помочь при определенных условиях и банки. Поскольку в большинстве зарубежных стран ведется торговый реестр, сведения о партнерах можно запросить и у органа, ведущего такой реестр в соответствующей стране.

Во-вторых, не всегда ведущий переговоры представитель  иностранного партнера действует строго в рамках тех полномочий, которые  он получил. В результате оказывается, что затрачивается время на ведение  переговоров, которые в конечном счете не могут увенчаться подписанием соответствующего контракта, либо представитель иностранного партнера подписывает контракт, от исполнения которого в дальнейшем зарубежная фирма отказывается. Есть надлежащие средства для того, чтобы избежать и этого. У представителя зарубежного партнера можно запросить доверенность его принципала на ведение переговоров и заключение контракта в ответ на представление ему полномочий лиц, ведущих переговоры о заключении контракта от имени российского предприятия. Если со стороны российского предприятия такие переговоры ведут лица, имеющие право на заключение внешнеэкономических сделок в силу их должностного положения, представитель иностранного партнера информируется об этом. При необходимости ему можно показать устав предприятия и соответствующие документы, подтверждающие тот факт, что данные лица занимают соответствующую должность. Аналогичная ситуация может возникать и в случаях, когда переговоры о заключении контракта от имени иностранного партнера ведет лицо, имеющее на то право в силу его должностного положения в соответствующей зарубежной фирме.

В-третьих, далеко не всегда при заключении контракта  проводится надлежащая проверка возможности  выполнения его условий (в том  числе финансовых), в результате чего допускаются серьезные их нарушения. Необходимо иметь в виду, что Венская конвенция (ст.ст. 71 и 72) предоставляет партнеру право приостановить исполнение своих обязанностей или в одностороннем порядке расторгнуть контракт, если после его заключения становится ясно, что другая сторона не исполнит значительной части своих обязательств в результате серьезного недостатка в ее способности осуществить исполнение или в ее кредитоспособности либо в ее поведении при подготовке контракта или по осуществлению его исполнения, а также в иных случаях, когда ясно, что будет существенное нарушение контракта. При этом можно потребовать от контрагента возмещения убытков. Аналогичными по существу правами наделена соответствующая сторона и в силу предписаний Основ (ст. 82). Из этого следует, что заключение контракта без реальных предпосылок для его исполнения (в том числе производственных и кредитных) может привести к серьезным материальным потерям.

В-четвертых, встречаются и случаи, когда разногласия  между сторонами являются следствием поведения одной из них яри проведении переговоров о заключении контракта. Необходимо в связи с этим иметь в виду, что в праве некоторых государств, например ФРГ, применяется так называемая преддоговорная ответственность, суть которой сводится к тому, что если лицо определенным образом выразило свою волю, не намереваясь серьезно осуществить то, к чему относилось волеизъявление, то оно обязано возместить убытки, которые возникли у другого лица, положившегося на серьезность сделанного заявления. Должны быть возмещены убытки и в случае, когда одна сторона по небрежности сообщает другой стороне неверную информацию, которая побуждает контрагента вступить в договор. И в силу российского законодательства может быть признан недействительным контракт, совершенный под влиянием имеющего существенное значение заблуждения. При этом, если заблуждение возникло по вине контрагента, можно потребовать, чтобы он возместил понесенные расходы, утрату или повреждение имущества. Предусмотрена в законодательстве и возможность признания недействительным контракта, совершенного под влиянием обмана.

5. Правовые аспекты применения  договора внешнеторговой купли-продажи

Сделки, заключаемые с иностранными контрагентами, регулируются нормами права той  или иной страны. Применимое к ним  право определяется по соглашению сторон контракта. Действующее в России законодательство (ст. 166 Основ), как и право большинства других стран мира, исходит из того, что стороны внешнеэкономической сделки свободны в выборе применимого права. Однако при его выборе возникают серьезные сложности не только у неискушенных в праве людей, но и у профессиональных юристов, которые недостаточно глубоко знают иностранное право, регулирующее коммерческие отношения. Прежде всего это вызвано тем, что имеются существенные расхождения в решении одних и тех же вопросов в различных системах права и няциональных законодательствах, а также в практике их применения. Участнику внешнеэкономической деятельности необходимо хорошо ориентироваться в нормах права, которые регулируют этот вид договора. Во-первых, при согласовании условий контракта с иностранным партнером важно знать правила, определяющие порядок его заключения. Во-вторых, если одна из сторон не выполнила согласованные условия, которые противоречат императивным нормам права, их окажется невозможным реализовать в судебном порядке. Так, включение в контракт условия о штрафе на случай неисполнения какого-либо обязательства признается правом большинства стран допустимым. В то же время англо-американское право исходит из того, что договорное условие о штрафе в принципе не может быть реализовано с помощью суда. Его реализация допускается только в случае, если суд признает, что это условие носит характер заранее оцененных убытков, размер которых мог быть реально предвиден в момент заключения договора. В-третьих, невозможно в конкретном контракте предвидеть все возможные ситуации и соответственно оговорить условия на все случаи жизни. В этой связи при возникновении в будущем разногласий между партнерами по вопросам, не предусмотренным в контракте, неизбежно применение норм права. Но если сторона контракта знает, как решается тот или иной вопрос в диспозитивной норме права, и это решение ее устраивает, нет необходимости тратить усилия на его согласование. Если же оно сторону не устраивает, нужно договариваться с партнером о включении в контракт иного условия, тем самым избежав применения такой диспозитивной нормы права. Например, в праве одних стран включение в контракт условия о штрафе, если при этом не оговорено иное, означает, что нельзя требовать убытки, превышающие такой штраф. В праве других стран, в частности в России, действует обратное правило: допустимо требовать возмещения убытков, которые превышают штраф, если нет договоренности сторон об ином.

При отсутствии в контракте условия  о применимом праве (а это часто бывает на практике) стороны вправе согласовать этот вопрос впоследствии. Если же и такая договоренность не достигнута, применимое право определяется на основании коллизионной нормы. Она дает ответ на вопрос, правом какого государства должны регулироваться отношения сторон по сделке с иностранным элементом. Применимые к рассматриваемому виду договоров коллизионные нормы в праве разных стран не совпадают по содержанию. Есть и международные конвенции, цель которых унифицировать коллизионные нормы, применимые к договору международной купли-продажи товаров.

Закон Российской Федерации «О международном  коммерческом арбитраже» (ст. 28) предусматривает, что суд применяет право, определенное в соответствии с коллизионными  нормами, которые он считает применимыми. Аналогично решен этот вопрос и в Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже 1961 г. (ст. VIII), в которой Российская Федерация участвует в качестве правопреемника СССР. Этим подходом руководствуются при разрешении в арбитраже конкретных споров.

Согласно  действующему в настоящее время  в Российской Федерации законодательству (ст. 166 Основ), к отношениям по договору купли-продажи при отсутствии соглашения сторон применяется право страны, где учреждена, имеет место жительства или основное место деятельности сторона, являющаяся продавцом. Это - новелла в российском законодательстве. Как известно, ГК 1964 г. (ст. 566) предусматривает, что при отсутствии соглашения сторон применяется закон страны места совершения внешнеторговой сделки.

Если  применимым правом будет право Российской Федерации, то необходимо учитывать следующее.

1. Особенность  договора международной купли-продажи  - это широкое применение для  регулирования возникающих из  него прав и обязанностей сторон  международных договоров (соглашений). Правила этих международных договоров имеют преимущество перед другими нормами российского гражданского законодательства.

С 1 сентября 1991 г. на территории Российской Федерации  применяется Венская конвенция. По состоянию на II мая 1994 г. в ней  участвуют 38 государств. Что касается государств, ранее входивших в СССР (кроме России, Беларуси и Украины, которые уже участвуют в Конвенции), то они должны сами определить отношение к Венской конвенции, поскольку она вступила в силу для Советского Союза, когда эти государства находились в его составе.

Правовой эффект участия в Конвенции состоит  в том, что ее положения становятся частью национального права государства-участника.