Э. Фромм об искусстве любить

Федеральное агентство по образованию

Государственное общеобразовательное учреждение

высшего профессионального образования

Нижегородский государственный технический университет

Кафедра « Связи с общественностью, маркетинга и коммуникации» 
 
 
 
 
 

Реферат

Студентки 4 курса дневного отделения

Жваковой  Александры   Николаевны

На тему «Э. Фромм об искусстве любить» 
 
 

Проверил:

Козырьков Владимир Павлович 
 
 
 
 

Нижний  Новгород 2011 
 

План

Введение

1.   Биография Эриха Фромма

2.   Философия любви Эриха Фромма: основные положения, изложенные в работе «Искусство любить»:  
2.1. Является ли любовь искусством?

3. Теория любви

3.1. Любовь между родителями и детьми

3.2. Объекты любви

4.  Любовь и ее распад в современном обществе

5. Практика любви 
 
Заключение

Список использованной литературы 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

     «Искусство  любить», пожалуй, самая читаемая книга  Э.Фромма. На протяжении многих лет она оставалась в США бестселлером, была переведена на десятки языков в других странах. Общий тираж ее на английском языке составил 5 млн. экземпляров. Эта книга приходит к русскоязычному читателю с опозданием более чем на 30 лет, однако, к сожалению, изложенные в ней проблемы до сих пор не утратили актуальности. «Искусство любить» не дает инструкций в искусстве любви. Как раз напротив, ставит целью показать, что любовь – не сентиментальное чувство, испытать которое может всякий человек независимо от уровня достигнутой им зрелости, что удовлетворение в индивидуальной любви не может быть достигнуто без способности любить своего ближнего, без истинной человечности, отваги, веры и дисциплины. В культуре, где эти качества редки, обретение способности любить обречено оставаться редким достижением.

     Ключевым  вопросом книги Фромм ставит вопрос: что же такое любовь? «Является ли любовь искусством? Если да, то она требует знаний и усилий. Но, может быть, любовь - божий дар, выпадающий человеку как счастливый случай, удача? Эта книга основана на первой предпосылке, хотя большинство людей, несомненно, исходят из второй. 
При этом люди вовсе не считают любовь делом неважным. Они ее ждут, они смотрят бессчетное количество фильмов о счастливых и несчастных любовных историях, они слушают сотни глупых песенок о любви, но едва ли кто-нибудь действительно осознает необходимость учиться любви. Почему так происходит?

     Во-первых, для большинства людей проблема любви состоит в том, чтобы быть любимым, а не в том, чтобы самому любить, точнее — быть способным любить. Значит, сущность проблемы для них в том, чтобы их любили, чтобы возбудить чувство любви к себе. Во-вторых, отношение к любви как к удаче зиждется на той точке зрения, что это проблема объекта, а не проблема способности. Люди думают, что любить просто, а вот найти подлинный объект любви или оказаться любимым этим объектом - трудно. Два человека влюбляются тогда, когда чувствуют, что нашли друг в друге наилучший 
объект, имеющийся на рынке, учитывая при этом и возможности собственного обменного фонда. Часто, как при покупке недвижимости, немаловажную роль в этой любовной сделке играют скрытые преимущества, которые со временем могут быть реализованы. Едва ли стоит удивляться, что в обществе, где превалирует прагматическая ориентация и где материальный успех представляет основную ценность, и человеческие любовные отношения следуют законам рынка. В-третьих, заблуждение, что любви не надо учиться, порождается неразличением влюбленности и любви как постоянного чувства. Самозабвенное помешательство друг на друге - вовсе не доказательство силы их любви, а лишь свидетельство безмерности предшествующего ей одиночества.  
 
 
 
 
 

1. Биография Эриха Фромма

   Эрих  Фромм - немецко-американский психолог и социолог, представитель неофрейдизма. Большинство авторов считают одним из выдающихся психологов, чьи работы уже давно признаны классическими. Несмотря на то, что его часто называют главой неофрейдизма, сам он определял свою деятельность как «гуманистический психоанализ», который, по мнению Фромма, наряду с другими науками призван был создать «Гуманистическую Науку о Человеке как основу Прикладной Науки и Прикладного Искусства Социальной Реконструкции». «Прожив жизнь, вместившую почти целое столетие, полное социальных потрясений, он не разуверился в способности человека к разумной жизни и умел возвращать эту разумность в тех, в ком она была затоптана. Его собственная жизнь может служить примером плодотворности».[1]   
Эрих Фромм родился 23 марта 1900 года в Германии, во Франкфурте-на-Майне, в еврейской семье. Его прадед и дед были раввинами, отец занимался торговлей виноградным вином, а мать происходили из семьи русских эмигрантов, переселившихся в Финляндию и принявших иудаизм. Эрих Фромм имел возможность не только получить прекрасное образование в гимназии, но и затем продолжить это образование в лучших университетах Германии, где он специализировался в области социальной психологии. Среди его учителей были Макс Вебер, Карл Ясперс, Генрих Риккерт.  
Взросление поколения, к которому принадлежал Фромм, началось с осмысления причин и следствий первой мировой войны и последовавших за ней революций в России и Германии. Такой опыт, несомненно, оказал влияние на выбор профессии.  
В 1922 году Фромм получил в старейшем немецком университете в Гейдельберге степень доктора философии. Он увлекается фрейдистским учением и избирает карьеру психоаналитика, в течение года изучает психоанализ в Берлинском психоаналитическом институте.  
         Однако «наряду с психоаналитической практикой, которую он начинает активно вести с 1925 года, значительную часть своего времени он посвящает теоретическим исследованиям в области социальной психологии»[2]. Являясь в самом начале своих теоретических исследований строгим последователем и приверженцем ортодоксальной теории Зигмунда Фрейда, Эрих Фромм постепенно меняет свои взгляды и под влиянием философии Людвига Фейербаха и Карла Маркса критически переоценивает фрейдистскую точку зрения на природу бессознательных влечений и роль социальных факторов в становлении человеческой личности. «Фромм отходит от биологизма Фрейда, приближаясь по своим взглядам к антропологическому психологизму и экзистенциализму».[3] Он пытается разработать целостную концепцию личности и стремится при этом обнаружить механизм взаимодействия психологических и социальных факторов в процессе её формирования. «Связь между психикой индивида и социальной структурой общества выражает, по Фромму, социальный характер, в формировании которого особая роль принадлежит страху. Страх подавляет и вытесняет в бессознательное черты, несовместимые с господствующими в обществе нормами. Типы социального характера совпадают с различными историческими типами самоотчуждённого человека (накопительский, эксплуататорский, «рецептивный» (пассивный), «рыночный»)».[4] Существование в современном западном обществе различных форм социальной патологии Фромм также связывает с отчуждением.  
Огромное влияние на формирование социально-философских взглядов Фромма оказала работа в Институте социальных исследований во Франкфурте-на-Майне, который возглавлял Макс Хоркхаймер. Сотрудником данного института Фромм был с 1929 по 1932 годы. Именно на основе этого института сложилась и получила мировую известность так называемая Франкфуртская социологическая школа в лице таких её представителей, как Макс Хоркхаймер, Теодор Адорно, Герберт Маркузе. Идейные искания представителей этой школы во многом нашли отражение в социальной философии Эриха Фромма. Например, попытки либерализовать марксизм, синтезировав его с неогегельянством, экзистенциализмом и фрейдизмом.  
  Данная группа занималась в частности практическим анализом взаимоотношений власти и общества, идеологии и науки, экономики и политики. Фромм возглавлял в институте отдел социальной психологии, которым был проведён социологический анализ неосознанных мотивов поведения в малых и больших группах в среде немецких рабочих и интеллигенции.  
Накануне прихода к власти фашистов этими исследователями была выявлена готовность немецкого общества подчиниться диктаторскому режиму, по поводу которого у представителей Франкфуртской школы не было ни иллюзий, ни симпатий. В 1933 году, после прихода к власти Гитлера, Фромм, как и большинство его коллег, эмигрировал в США.  
        В США, сначала в Чикаго, а затем в Нью-Йорке, Фромм и его коллеги продолжили работу по изучению социально-психологических причин и последствий авторитаризма, теперь уже на американском материале, например, изучение авторитарных тенденций в системе воспитания в семье. Они создали своё периодическое издание «Журнал социальных исследований». «Однако из-за конфронтации с Адорно и Маркузе Фромм вынужден покинуть институт и навсегда распрощаться с франкфуртской школой. Оторвавшись от «немецких корней», он полностью оказывается в американском окружении…»[5]  
        Именно во время пребывания Эриха Фромма окончательно сформировалась его неофрейдистская социальная философия. В Америке Фромм вёл активную преподавательскую работу в Колумбийском и Йельском университетах, участвовал в различных союзах и ассоциациях психоаналитиков. В 1946 году в Вашингтоне был вновь создан институт психологии, психиатрии и психоанализа, где Фромм продолжает заниматься своей научной деятельностью.  
        В 1949 году большинство представителей Франкфуртской социологической школы, которые эмигрировали в США, вернулось на родину, однако Фромма с ними не было. Он остался в Америке. С 1951 по 1967 годы он жил в Мексике, освоил испанский язык и занимался преподавательской и научной деятельностью. Фромм возглавил Институт психологии при Национальном университете в Мехико. В 1974 году Эрих Фромм вместе с женой переехал в Швейцарию, где он продолжил работу над своими книгами. Последняя из его работ была посвящена учению Фрейда. Фромм умер 23 марта 1980 года в Муральто в Швейцарии.  
 

   2.   Философия любви Эриха Фромма: основные положения, изложенные в работе «Искусство любви»:  
        По мнению самого автора, работа «Искусство любви», опубликованная в 1956 году, ставит своей целью показать, «что любовь – не сентиментальное чувство, испытать которое может всякий человек независимо от уровня достигнутой им зрелости. Она хочет убедить читателя, что все его попытки любить обречены на неудачу, если он не стремиться более активно развивать свою личность в целом, чтобы достичь прогрессивной ориентации; удовлетворение в индивидуальной любви не может быть достигнуто без способности любить своего ближнего, без истинной человечности, отваги, веры и дисциплины».[6]  
        Как пишет Фромм, первый и очень серьёзный шаг, который необходимо сделать, должен привести человека к осознанию любви как искусства, причём такого искусства, которое можно сравнить с искусством жить. Если человек стремится к тому, чтобы научиться любить, то он должен поступать точно также, как он бы поступал, если бы хотел научиться любому другому искусству.  
        Проблема любви для подавляющего большинства людей заключается в том, чтобы быть любимым, а не в том, чтобы самому любить, научиться любить. Таким образом, для большинства сущность проблему в том, чтобы их любили, чтобы они могли вызывать чувство любви к себе.  
        Но, несмотря на такое понимание проблемы любви, вопреки жажде любви, глубоко укоренившейся в человеке, почти всё остальное в нашей жизни принято считать едва ли не более важным, чем любовь. Мы стремимся к успеху, престижу, деньгам и власти. И именно чтобы научиться достижению этих целей, мы затрачиваем почти всю свою энергию, и почти никакой энергии не употребляется на обучение искусству любви. 

    
2.1. Является ли любовь искусством?

   В первой главе данной книги автор задает вопрос « является ли любовь искусством?»  И в дальнейшем книга основана на предпосылке, что любовь – искусство  и требует знания и усилия. Для  большинства людей проблема любви  состоит в том, чтобы быть любимым, а не в том, чтоб уметь любить. Значит сущность проблемы заключается в том, чтобы их любили, чтобы они возбуждали чувство любви к себе. К достижению этой цели они идут несколькими путями. Мужчины обычно стремятся достигнуть успеха, стать сильным, богатым настолько, насколько это позволяет социальная ситуация. Женщины обычно делают себя привлекательными, следя за своим телом, лицом, одеждой и т.п. Общий путь для мужчин и для женщин состоит в том, чтобы выработать хорошие манеры, умение вести интересную беседу, скромность, умение прийти на помощь. Очевидно, что для большинства людей нашей культуры умение возбуждать любовь это в сущности, соединение симпатичности и сексуальной привлекательности. 
 «Осознание человеческой отдельности без воссоединения в любви – это источник стыда и в то же время это источник вины и тревоги. Таким образом, глубочайшую потребность человека составляет стремление покинуть тюрьму своего одиночества. Полная неудача в достижении этой цели приводит к безумию, потому что панический ужас вечной изоляции может быть преодолен только таким радикальным способом, когда внешний мир, от которого человек отделен, сам перестает для него существовать.  
Первый шаг, который необходимо сделать,- это осознать, что любовь - искусство, такое же, как искусство жить. Если мы хотим научиться любить, мы должны поступать точно так же, как если бы мы хотели научиться любому другому искусству, скажем: музыке, живописи, столярному, врачебному или инженерному делу.  
          Обучение искусству можно последовательно разделить на два этапа: первый - приобщение к теории; второй - овладение практикой. Если я хочу стать медиком, в первую очередь я должен приобрести знания о теле и организме человека, а также о природе различных болезней. Но даже когда я овладею всеми книжными премудростями, я все еще не смогу считать себя мастером врачевания. Это произойдет после длительной практики, когда знание и навык соединятся в одно - в интуицию, сердце подлинного 
мастерства. Но наряду с теорией и практикой есть еще третья составляющая, без которой не достигнуть высот в любом деле,- это одержимость им, сосредоточенность на нем, предпочтение его всему остальному и всем остальным, полная самоотдача ему себя, своих сил и мыслей». [7] 

   3. Теория любви

   Вторая  глава книги посвящена теории любви. Наша жизнь - совокупность различных факторов и обстоятельств, поэтому и любовь нельзя отделить от действительности, от окружающей среды. Человек по своей сути стремится быть идентичным , то есть подсознательно ему хочется, чтобы он был не один. Хотя и внешне кажется обратное: люди живут с иллюзией, что они следуют своим собственным идеям и наклонностям, что они оригинальны, что они приходят к своим убеждениям в результате собственного раздумья . На самом деле, если копнуть глубже, можно увидеть, что их идеи схожи с идеями большинства , то есть согласие всех служит доказательством правильности их идей . Но поскольку все же есть маленькая необходимость в индивидуализме, то она удовлетворяется с помощью таких незначительных отличительных знаков, как инициалы на одежде, принадлежность к какой-либо партии и так далее. Но, на самом деле, полное единение, то есть ощущение, что не одинок, приходит только в любви. Но в то же время только это чувство позволяет двум существам стать одним и при этом оставаться двумя. Тут же Фромм дает некоторое определение: «Любовь – это активная сила в человеке, сила, которая рушит стены, отделяющие человека от его ближних; которая объединяет его с другими; любовь помогает ему преодолеть чувство изоляции и одиночества; при этом позволяет ему оставаться самим собой, сохранять свою целостность»[8] . Таким образом, активный характер чувства состоит именно в том, что любовь – это, прежде всего, 
давать, а не брать. Но для того, чтобы давать, человек должен дойти до определенного уровня развития. На самом деле, «давать – более радостно, чем брать, не потому, что это лишение, а потому, что в этом акте давания проявляется выражение моей жизнеспособности»[9] . 
        В сфере материальных вещей давать означает быть богатым. «Не тот богат, кто имеет много, а тот, кто много дает. Скупец, который тревожится, как бы чего не лишится, в психологическом смысле – нищий, бедный человек. самая важная сфера давания – это специфическая человеческая сфера» [10]. Люди дают друг другу себя, свою жизнь. Этим даванием они обогащают другого и увеличивают чувство жизнеспособности. Кроме давания, любовь предполагает заботу, ответственность, уважение и знание. Любовь – это активная заинтересованность в жизни и развитии того, что мы любим. Забота и заинтересованность ведут к ответственности. Ответственность, по мнению автора, - это от начала до конца добровольный акт. Ответственность могла бы легко вырождаться в желание превосходства и господства, если бы не было уважения. Уважение – это способность видеть человека таким, как он есть, осознавать его уникальную индивидуальность. Я понимаю уважение как способность принимать любимого человека таким, как он есть. И это дает возможность оставаться индивидуальностью при единении с любимым человеком. 
          Фундаментальная потребность в единении объясняется Фроммом еще и желанием познать «тайну человека». Этого можно достичь симбиотическим единением, садистским способом. Другой путь познания «тайны» - любовь. «Любовь представляет собой активное проникновение в другого человека, в котором желание познания удовлетворяется благодаря единению.»[11] 
           Автор рассматривает любовь не только как преодоление человеческого одиночества, но и как биологическую потребность: желание единства мужского и женского полов. Фромм критикует теорию Фрейда относительно секса. И строит свою критику на том, что секс не был понят им достаточно глубоко и видит необходимость откорректировать и углубить фрейдовскую теорию.

 
3.1. Любовь между родителями и детьми       

 Поскольку  младенец в момент рождения  ещё не обладает способностью  осознавать себя и мир, как  нечто, существующее вне его,  он не испытывает страха смерти. Но по мере роста и развития  ребёнка он становится способным воспринимать вещи как они есть. Кроме того, он учится восприятию вещей как различных, как имеющих своё собственное существование. Именно с этого времени ребёнок научается  давать вещам имена.  
         Однако он учится обходиться не только с вещами, но и с людьми. Все переживания ребёнка, которые в это время в большей степени связаны с матерью, кристаллизуются и объединяются в одном переживании: я любим, и любим, потому что я – ребёнок своей матери. Я любим за то, что я есть, «или по возможности более точно: Я любим, потому что это я».[12] Подобное переживание любимости матерью носит пассивный характер. Нет ничего, что ребёнок сделал, чтобы быть любимым. Единственное, что от него требуется, это быть – быть её ребёнком. Особенность материнской любви состоит в том, что её не нужно заслуживать, добиваться, да её и нельзя добиться. Материнскую любовь нельзя вызвать и контролировать.  
             Для подавляющего большинства детей в возрасте от восьми до десяти с половиной лет проблема состоит почти исключительно в том, чтобы быть любимым – быть любимым просто за то, что они есть. Но постепенно в развитии ребёнка всё большее влияние начинает оказывать новый фактор, а именно, ребёнок испытывает совершенно новое чувство, он осознаёт, что способен своей собственной активностью возбудить любовь. Впервые он начинает задумываться о том, как бы что-нибудь дать матери или отцу. Именно в это время идея любви претерпевает изменения и в первый раз в жизни желание ребёнка быть любимым переходит в желание любить, то есть в сотворение любви. Ребёнок открывает для себя, что давать ещё более приятно, более радостно, чем получать; любить даже более важно, чем быть любимым. Более того, ребёнок открывает возможность возбуждать любовь своей любовью.  
         «Детская любовь следует принципу: «Я люблю, потому что я любим». Зрелая любовь следует принципу: «Я любим, потому что я люблю». Незрелая любовь говорит: «Я люблю тебя, потому что я нуждаюсь в тебе». Зрелая любовь говорит: «Я нуждаюсь в тебе, потому что я люблю тебя»».[13]  
Эрих Фромм отмечает также тесную связь между развитием способности любить и объектом любви. Первые месяцы и годы жизни ребёнка по праву считаются таким периодом, когда он наиболее сильно чувствует привязанность к матери. Затем подобная тесная связь с матерью несколько утрачивает своё жизненное значение и вместо неё всё более и более значимой становится связь с отцом. Для понимания этого поворота от матери к отцу мы должны обратить особое внимание на очень существенное различие между материнской и отцовской любовью.  
        По самой своей природе материнская любовь является безусловной. Такая безусловная любовь способна восполнить одно из самых глубочайших томлений каждого человеческого существа. И будучи детьми, и будучи взрослыми, все мы томимся по материнской любви.  
        Связь с отцом совершенно другого плана. Отец является воплощением другого полюса человеческого существования: «мир мыслей, вещей,… закона и порядка, дисциплины, путешествий и приключений. Отец – это тот, кто учит ребёнка, как узнать дорогу в мир».[14] Отцовская любовь – любовь обусловленная. Она следует следующему принципу: «Я люблю тебя, потому что ты удовлетворяешь моим ожиданиям, потому что ты исполняешь свои обязанности, потому что ты похож на меня».[15] Таким образом, отцовская любовь должна быть заслужена. У ребёнка есть возможность что-то сделать, чтобы добиться её, он может трудиться ради неё. Отцовская любовь находится в пределах его контроля в отличие от материнской. Однако, если ребёнок не сделал того, что от него ждут, он может потерять отцовскую любовь.  
                В конечном счёте, в жизни зрелого человека наступает такой момент, когда он сам становится и собственной матерью и собственным отцом. Внешне он свободен как от материнской, так и от отцовской фигуры, он строит их внутри себя. Более того, несмотря на резкую противоположность материнского и отцовского сознания, зрелый человек способен соединить их в своей любви. «В этом развитии от матерински-центрированной к отцовски-центрированной привязанности и их окончательном синтезе состоит основа духовного здоровья и зрелости».[16]  

3.2.   Объекты любви

          Любовь не обязательно понимать как отношение только к одному, определённому человеку. Любовь, по Фромму, - «это установка; ориентация характера, которая задаёт отношения человека к миру вообще, а не только к одному «объекту» любви».[17] Если я действительно люблю какого-нибудь человека, то я люблю и всех людей, я люблю весь мир и люблю жизнь.  
          В зависимости от видов любимого объекта Эрих Фромм выделяет различные типы любви. 

• Братская любовь 
      Братская любовь, по мнению автора, является наиболее фундаментальным видом любви, составляющим основу всех других типов любви. Фромм понимает под братской любовью ответственность, заботу, уважение, знание какого-либо другого человеческого существа, желание продлить его жизнь». Именно этот вид любви имеется в виду в Библии, когда говорится: «Возлюби ближнего своего, как самого себя». Братская любовь характеризуется полным отсутствием предпочтения, это любовь ко всем человеческим существам. В основе братской любви лежит чувство, что все мы – одно. Братская любовь является любовью между равными, хотя она берёт своё начало в любви к беспомощному человеку, в любви к бедному и чужому. 
• Материнская любовь 
          Материнская любовь является безусловным утверждением в жизни ребёнка и его потребностей. Утверждение жизни ребёнка, по Фромму, имеет два аспекта. Первый аспект заключается в том, что для сохранения жизни ребёнка и его роста абсолютно необходимы забота и ответственность. Другой аспект далеко выходит за пределы простого сохранения жизни. У матери должна быть установка, которая внушала бы ребёнку любовь к жизни.  
  Связь между матерью и ребёнком по самой своей природе является неравенством, в котором один полностью нуждается в помощи, а другой её даёт. В этом заключается чрезвычайно существенное различие между материнской любовью и такими формами любви, как братская и эротическая, так как последние представляют собой формы любви между равными.  
  «Действительным достижением материнской любви является не любовь матери к младенцу, а её любовь к растущему ребёнку».[18] Сущность материнской любви предполагает желание того, чтобы ребёнок в дальнейшем отделился от матери. 
• Эротическая любовь 
          Определяя братскую любовь как любовь между равными, а материнскую любовь как любовь к беспомощному существу, Фромм указывает на то, что как бы данные формы любви не отличались друг от друга, у них есть нечто общее: по своей природе эти формы любви не ограничиваются одним человеком. Эротическая любовь составляет противоположность обоим этим типам любви, поскольку она жаждет единства, полного слияния с одним единственным человеком. По своей природе она не всеобща, а исключительна. Именно в этой форме любви есть предпочтительность, которую мы не находим в братской и материнской любви. Эротическая любовь делает предпочтение, но в другом человеке она любит всё человечество, всё, что есть живого».
• Любовь к себе

    Рассматривая  данную форму любви, Эрих Фромм обращает внимание на противоположность двух понятий: любовь к себе и эгоизм. Он пишет, что большинство людей считают данные понятия  синонимичными. «Широко распространено мнение, что любить других людей – добродетельно, а любить себя – грешно. Считается, что в той мере, в какой я люблю себя, я не люблю людей…»[19] В доказательство полной ошибочности подобных суждений Эрих Фромм приводит слова Мейстера Экхарта: «Если ты любишь себя, ты любишь каждого человека так же, как и себя. Если же ты любишь другого человека меньше, чем себя, то в действительности ты не преуспел в любви к себе, но если ты любишь всех в равной мере, включая и себя, ты будешь их как одну личность, а личность эта есть и бог и человек. Следовательно, тот великая и праведная личность, кто, любя себя, любит всех других одинаково».[20] 

• Любовь к богу 
          Религиозная форма любви, которая называется любовью к богу, также берёт своё начало в потребности преодолеть отчуждённость и достичь единства. Фромм обращает внимание читателя, прежде всего, на фундаментальное различие в религиозном отношении между Востоком (Китай и Индия) и Западом. Как отмечает автор, это различие можно выразить в логических понятиях.  
          В китайском и индийском мышлении, а также в философии Гераклита преобладала парадоксальная логика. Позднее парадоксальная логика снова появляется под именем диалектики в философии Гегеля и Маркса.  
  С точки зрения парадоксальной логики, суть не в мысли, а в действии. Подобная установка ведёт к двум очень важным следствиям.  
  1.  «Во-первых, она ведёт к терпимости, которую мы находим в индийском и китайском и религиозном развитии. Если правильная мысль не является высшей истиной и путём к спасению, то нет причины бороться с другими людьми, чья мысль к иным формулировкам».[21]  
  2.  «Во-вторых, парадоксальная точка зрения ведёт к подчёркиванию значения изменения человека в большей степени, чем значения развития догматов, с одной стороны, и науки, с другой. С индийской, китайской и мистической точек зрения, религиозная задача человека состоит не в том, чтобы думать правильно, а в том, чтобы правильно действовать и/или воссоединиться с Единым в акте сосредоточенного созерцания».[22]  
  Главное направление западной мысли, которое составляет противоположность вышеназванным положениям, основано на аксиомах аристотелевской логики. Высшую истину Запад стремился найти в правильной мысли, поэтому и акцент в данном случае был сделан на мышление, хотя правильное действие было признано важным. В религиозном развитии это вело к формулировке догматов, бесчисленным спорам о догматических формулировках, к нетерпимости к «не-верующим» или еретику. То есть на Западе в качестве основной цели религиозной установки выдвигалась вера в бога. Следствием подобной точки зрения явилось то, что человек, который верил в бога, но не жил по-божески, чувствовал себя более высоким, чем тот, кто жил по-божески, но не верил в бога.  
            Сосредоточение внимания на мышлении имеет ещё и другое, исторически очень важное, следствие. Идея, что можно найти истину в мысли, ведёт не только к догме, но также и к науке». 
           Таким образом, парадоксальная логика приводит к терпимости и усилиям в направлении самоизменения, в то время как аристотельская точка зрения ведёт как к догме, так и к науке, как к католической церкви, так и к открытию атомной энергии. «В преобладающей на Западе религиозной системе любовь к богу это в сущности то же, что и вера в бога, в божественное существование, божью справедливость, божью любовь. Любовь к богу это в сущности мысленный опыт. В восточных религиях и в мистицизме любовь к богу это напряженное чувственное переживание единства, нераздельно соединённое с выражением этой любви в каждом жизненном действии».[23]  
          Фромм отмечает существование определённых параллелей между любовью к родителям и любовью к богу. Он пишет: «В истории рода человеческого мы видим то же развитие: от первоначальной любви к богу, как беспомощной привязанности к матери-богине, через послушную привязанность к богу-отцу, к зрелой стадии, когда бог перестаёт быть внешней силой, когда человек вбирает в себя принципы любви и справедливости, когда он становится единым с богом, и наконец, к точке, где он говорит о боге только в поэтическом, символическом смысле».[24] 

  4. Любовь и ее распад в современном обществе 

     В этой главе автор задаётся вопросом: благоприятствует ли развитию любви 
социальная структура западной цивилизации и соответствующий этой структуре уровень духовности? И отвечает на него отрицательно. Объективные наблюдения за нашей жизнью не вызывают сомнения, что подлинная любовь - братская, материнская и эротическая – относительно редкое явление, ее место занято некими обрзацами, многочисленными формами псевдолюбви.

     Что из этого следует? Современный человек отчужден от себя, от своих 
ближних, от природы. Он превращен в товар, свои жизненные силы он воспринимает как инвестицию, которая должна приносить ему прибыль, 
максимально возможную при существующих рыночных условиях. Человеческие 
отношения, в сущности, являются взаимодействием отчужденных автоматов, 
каждый из которых основывает свою безопасность на том, чтобы держаться в 
стаде теснее и не отличаться от других в мысли, чувстве или действии. 
          Любовь как взаимное сексуальное удовлетворение или любовь как «слаженная работа» и убежище от одиночества - это две нормальные формы 
псевдолюбви в современном западном обществе, социальные модели патологии 
любви. Существует много индивидуальных форм патологии любви, которые 
приводят к страданию, вызывающему неврозы. Некоторые из наиболее часто 
встречающихся форм кратко описаны в следующих примерах. 
            Основу невротической любви составляет то, что один или оба «любовника» 
остаются привязанными к фигуре одного из родителей и, уже будучи взрослыми, переносят чувства ожидания и страхи, которые испытывали по отношению к отцу и матери, на любимого человека. Эти люди никогда не освобождаются от образа зависимости и, повзрослев, ищут этот образ в своих любовных требованиях. В подобных случаях человек - в смысле чувств - остается ребенком 2,5 или 12 лет, хотя интеллектуально и социально он находится на уровне своего возраста. В наиболее тяжелых случаях эмоциональная незрелость ведет к нарушениям социальной дееспособности; в менее тяжелых случаях конфликт ограничивается сферой интимных отношений. 
             Итак, любовь возможна, только если два человека связаны друг с другом 
всем своим существованием. Только в этом и проявляется человеческий облик, жизнетворность, сила любви. Любовь, так переживаемая,- это постоянные риск, напряжение, состояние не расслабления, а движения, роста, сотрудничества; наличие гармонии или конфликта, радости или печали является вторичным, производным от главного: два человека чувствуют полноту своего существования, и в единстве друг с другом каждый из них обретает себя, а не теряет. Есть только одно доказательство наличия любви: глубина отношений, их жизненная сила, 
преображающая каждого из любящих. Это те плоды, по которым узнается 
любовь. 

5.  Практика любви 

            «Любовь это личное переживание, которое каждый может пережить только сам и для себя; в самом деле, вряд ли найдется хоть кто-то, кто не имеет или не имел этого переживания хотя бы в малой степени, по крайней мере, в детстве, юности, или в зрелом возрасте. Рассмотрение практики любви может сосредоточиться на предпосылках искусства любви и подступах к нему, и осуществлении этих предпосылок и подступов. Шаги к этой цели можно сделать только самостоятельно, а рассмотрение закончится прежде, чем будет сделан решительный шаг. Все же я полагаю, что рассмотрение

подступов может  помочь в достижении овладения этим искусством, по крайней

мере, для тех, кто освободился от ожидания "предписаний"»[25]

            Прежде всего практика любого искусства требует дисциплины, но проблема не исчерпывается дисциплиной только в практике какого-либо отдельного искусства (заниматься, скажем, определенное количество часов каждый день), но требует дисциплины всей собственной жизни. Второй аспект – сосредоточенность, то есть овладение каким-либо искусством должно стать предметом наивысшего сосредоточения, не должно существовать ничего более важного, чем это занятие. Третий фактор – терпение. Последним условием является высшая заинтересованность в обретении мастерства в этом деле. “Если искусство не является для него предметом высшей важности, ученик никогда не обучится ему. Он останется, в лучшем случае, хорошим дилетантом, но никогда не станет мастером. Это условие столь же необходимо в искусстве любви, как и в любом другом”.

      Далее Фромм рассматривает качества, необходимые для способности любить: преодоление собственного нарциссизма, разум,смирение. Все эти три черты автор сводит к одному определению: «любовь, будучи зависима от относительного отсутствия нарциссизма, требует развития смирения, объективности и разума. Вся жизнь должна быть посвящена этой цели».[26] 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

 
 Заключение 

     «Любовь – это черта характера, она  должна обязательно присутствовать не только в отношениях к своей  семье и друзьям, но также и  к тем, с кем человек вступает в контакт на работе, в делах, в  своей профессиональной деятельности. Здесь нет “разделения труда” между любовью к своим и любовью к чужим. Напротив, условием существования первой является существование второй».[27]

     «Может ли человек иметь любовь? Будь это возможно, любовь должна была бы существовать в виде какой-либо вещи, субстанции, которой человек может 
владеть и обладать как собственностью. Но дело в том, что такой вещи, 
как «любовь» не существует. «Любовь» — это абстракция; может быть, это 
какое-то неземное существо или богиня, хотя никому еще не удавалось 
увидеть эту богиню воочию. В действительности же существует лишь акт 
любви. Любить — это форма продуктивной деятельности. Она предполагает 
проявление интереса и заботы, познание, душевный отклик, изъявление 
чувств, наслаждение и может быть направлена на человека, дерево, картину, идею. Она возбуждает и усиливает ощущение полноты жизни. Это 
процесс самообновления и самообогащения».[28] 
        Тема любви к человеку оказалась в центре социально-философской концепции Эриха Фромма. Он рано посчитал необходимым сделать теоретический анализ проблемы любви. Так, уже в 20-ых годах Фромм обнаружил и сформулировал различие между материнской и отцовской любовью к ребёнку.  
        Эрих Фромм приходит к выводу о необходимости изменения и человека и общества, утверждая, что без нового человека невозможно новое общество. «Основой будущего общества может быть лишь человек, способный интегрировать в себе любовь к людям и готовность отказаться от всех форм обладания ради подлинного бытия, понимаемого как способность жить без идолопоклонства и всегда быть внимательным к людям; потребность дарить людям свою любовь и солидарность, а также ощущать тепло и сочувствие своего окружения; вера в собственные силы, стремление познать самого себя, в том числе и сферу своего бессознательного; умение чувствовать своё единство со всем живым на Земле, то есть от мысли подчинить себе природу силой, желание вместо разрушения предложить ей взаимопомощь и сотрудничество».[29]  
          Тема любви в той или иной степени находит своё отражение во всех работах Эриха Фромма. Книга «Искусство любви» стала бестселлером на долгие годы и была переведена на 25 языков мира.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Список  использованной литературы 

      
1. П.С. Гуревич. Разрушительное в человеке как тайна. Вступительная статья к книге: Эрих  Фромм. Анатомия человеческой деструктивности. М., 1994  
2. В.И. Добреньков. В поисках свободы и справедливости. Послесловие к книге: Эрих Фромм. Иметь или быть? М., 1990  
3. Э.М. Телятникова. О жизни и творчестве Э. Фромма. Вступительная статья к книге: Эрих Фромм. Искусство любви: Исследование природы любви. В серии: Новое в жизни науке, технике. Философия и жизнь. Вып. 1. М., 1990  
4. Философский энциклопедический словарь. М., 1989