Этическая философия Иммануила Канта

Министерство  сельского хозяйства РФ

Департамент научно-технологической  политики и образования

ФГБОУ ВПО Санкт-Петербургская  академия ветеринарной медицины

Кафедра политологии  и философии 

Реферат по философии  на тему:

«Этическая философия Иммануила Канта»

Выполнила:

Студентка II  курса 20 гр.

Мовчанюк  В.А

Проверил:

Ёркин А.Г

Санкт-Петербург

2012 год

План:

Введение…………………………………………………………………3-5

1.  Принципы построения этики……………………………………….5-9

2.  Этика долга………………………………………………………….10-14

3.  Царство свободы……………………………………………………15-19

Заключение……………………………………………………………..19-20

Литература……………………………………………………………....21

Введение.

"Среди наших  понятий … понятие

нравственности  важнее".

И. Кант

Этика является одной из древнейших философских дисциплин, объектом изучения которой служат мораль и нравственность. С трехсотых  годов до н. э., когда этику впервые  обозначили как особую область исследования, до сегодняшних дней интерес к  ее осмыслению не ослабевает. В разное время к проблемам этики обращались такие философы, как Аристотель, Спиноза, Кант, Маркс. Среди философских  трактатов по этике особенно выделяются труды И. Канта. Этика Канта во многих отношениях явилась вершиной философии морали нового времени. Среди  классиков немецкой философии Кант уделил наибольшее внимание нравственности, и его этическая концепция, последовательно  развитая в целом ряде специальных  трудов, была наиболее разработанной, систематической и завершенной. Кант поставил целый ряд критических  проблем, связанных с определением понятия нравственности. Одна из заслуг Канта состоит в том, что он отделил вопросы о существовании  Бога, души, свободы – вопросы  теоретического разума – от вопроса  практического разума: что я должен делать? Практическая философия Канта  оказала огромное воздействие на следующие за ним поколения философов (А. и В. Гумбольдты, А. Шопенгауэр, Ф. Шеллинг, Ф. Гельдерлин и др.) 

Иммануил Кант родился 22 апреля 1724 года в Кенигсберге. Предки его были выходцами из Шотландии. Отец, Иоган, был седельным мастером. В его семье царил дух благочестия, добросовестного отношения к  своим обязанностям и бережливости.

Большое влияние на нравственное развитие Канта оказала его мать, Регина, которая с детства приучала сына любить и понимать красоту окружающего  мира, природы.

Девяти лет Канта отдали в школу богословского направления, по окончании которой он поступил на теологический факультет Кенигсбергского  университета. Однако теология не особенно привлекала юношу. В университете он увлекался философией и естественными  науками.

Окончив в 1744 году университет, Кант в дальнейшем должен был сам  содержать себя, так как родители его к тому времени умерли.

 С 1746 по 1755 год он  служил домашним учителем в  семьях местных аристократов. Эти  годы были заполнены напряженной  работой над философскими и  естественнонаучными проблемами. В  результате Кант пишет свою  первую диссертацию и после  ее защиты получает право преподавать  в университете. До 1756 года он  защищает еще две диссертации  и получает право на профессуру, которую, однако, ему предоставили  только в 1770 году. Впоследствии  Кант дважды избирался ректором  университета.

В 1797 году после сорокадвухлетней напряженной преподавательской  деятельность Кант по состоянию здоровья вынужден был отказаться от нее, а  еще через несколько лет прекратил  и научные исследования.

Кант умер 12 февраля 1804 года.

Современные исследования кантовской этики являются попыткой дать новые  способы ее переосмысления и новые  подходы реконструкции критической  этики. Критическая этика Канта  своим исходным пунктом имеет  осознание практики, в которой  воплощается разумное поведение  человека. Подобно тому, как теоретическая  философия выясняет вопрос о возможности  истины и научного знания, вся практическая философия посвящена человеческой практике, причем рассмотрение соотношения  действительно свободы и морального закона является одной из существенных проблем осмысления кантовской практической философии. По Канту, единство критической  философии с философией морали следует  искать в фундаментальном положении  человека в мире и в понимании  единства его и раздвигающего  границы знания поведения. Действительно, моральное поведение требует  не только осознания долженствования, но и практического выполнения долга.

Связь этики Канта с  его теоретической философией, генезис  его этических идей, становление  его мысли в рамках учения о  свободе и этике,  долженствование  – эти проблемы находятся в  центре внимания при изучении его  этической концепции.     

1. Принципы построения этики.

Определи себя сам.

И. Кант

Кант утверждает примат практического  разума над теоретическим, деятельности над познанием. Но что такое "практическое"? В широком смысле слова к практическому  философствованию он причисляет этику, учение о государстве и праве, философию истории и религии, антропологию. Но в узком смысле термина практический разум у  Канта означает разум законодательствующий, а значит, создающий принципы и  правила морального поведения. [1, с. 116]

В "Критике чистого  разума" изложена теория этики. В  соответствии с воззрениями Канта  на мораль "практическое есть все  то, что возможно благодаря свободе". [5, т. 3, с.658]

В основе "практического  разума" Канта лежит тот же самый разум, что был теоретическим  в "Критике чистого разума". Это один и тот же разум, но иначе  применяемый, так как "практика" Канта не опирается на познание. Философ желает научной этики.

Кант придерживается принципа первенства вопросов моральности поведения  человека над вопросами научного познания. У него теоретическое познание в состоянии самое большее  побудить к активности моральную  мысль человека. С другой стороны, возникает надежда, что в сфере  морального действия человеку удастся  соединиться с трансцендентным, стать ему причастным, приобщиться  к его содержанию.

Этика – главная часть  философии Канта. Именно с размышлений  над антиномиями началось становление  его "критицизма". Кант строил этику, основанную на принципах онтологической двойственности человека, рационализма, антинатурализма, ориентации на должное, автономности и априоризма. Под "автономностью" здесь понимается независимость  моральных постулатов от внеморальных доводов и оснований.

 Человек как онтологически  двойственное существо, причастное  к двум различным мирам –  явлений и вещей в себе, - неизбежно  приходил у Канта к этическому  расщеплению самого себя и  сферы своего поведения. Эмпирический  индивид и трансцендентная личность  не могут обладать одними и  теми же мерками оценки, выбора  и действия, так что следует  строить этику, учитывая, что человек  – гражданин двух миров и  в моральном отношении, а высшая  нравственность не может быть  выведена из мотивов эмпирической  жизни.

Рационализм кантовской этики  означает, что не чувственные увлечения, не вспышки страсти и не порывы сердца, а разум должен судить о  добре и зле. Этика, основанная на чувственных потребностях, не обеспечивает чистоты нравов. Жестокий нормативизм  этики Канта противопоставляется  описательной этике с ее ориентацией  не на должное, а на реально существующее. Эту позицию он занял потому, что  исходил из своего учения о двойственности человеческой природы. Кант считает  схему всякого реально существующего  морального поведения в принципе недостаточной и ущербной. [1, с. 119]

Этика Канта автономна. Она  ориентирована на некий независимый  будто бы от привходящих соображений  и стимулов идеал. Ни чувственные  желание, ни эгоистическая расчетливость, ни апелляции к пользе или вреду  вообще не должны приниматься в соображение.

[5, т. 4, с. 275]

Кант провозглашает мораль независимой от религии, а нравственный закон – невыводимым  из религиозных  заповедей. Философия Канта говорит, что все возникшее не из морали  и не из ее свободы, не может заменить отсутствие моральности. Для себя самой  мораль "отнюдь не нуждается в религии; благодаря чистому практическому разуму она довлеет сама по себе". [5, т.4, с. 7]

Итак, Кант признал мораль автономной, независимой от религии. Больше того, он поставил саму веру в  бога в зависимость от морали. Человек  морален не потому, что бог предписал  ему мораль. Наоборот, человек верит  в существование бога потому, что  этой веры, по утверждению Канта, требует  мораль.  "Практический" разум  главенствует над "теоретическим". [2, с. 320]

Однако Кант не довел свой замысел автономной этики до конца. Он лишь уменьшил значимость религии, но не отверг религиозную веру. По Канту  бог не творец нравственности, не источник нравственного закона, но он – причина  нравственного порядка в мире.

Учение Канта о человеке пессимистично. Ядром этой теории является тезис об "изначально злом", которое  будто бы присуще природе человека. Кант считал, что люди по своей эмпирической природе более злы, чем добры, ибо животный эгоизм толкает их к  злосердечию и коварству, несмотря на наличие у них влечения к  общительности и задатков гуманности и личного достоинства [5, т. 4,  ч. 2, с. 29].

Кант вводит понятие нравственного  закона, основу которого следует искать "не в природе человека или  в тех обстоятельствах в мире, в какие он поставлен, а a priori исключительно  в понятиях чистого разума" [5, т. 4, ч. 1, с. 223]. По Канту вся моральная  философия исходит из своей чистой основы. Она ничего не берет из антропологии, а дает человеку как разумному  существу априорные законы. В свою очередь нравственный закон может  быть найден лишь в "чистой философии".  Кант полагал, что философия соединившая  априорные принципы с эмпирическими, не может даже называться философией, и особенно моральной. Поэтому основу этики составляет "метафизика нравственности", которая должна исследовать идею и принципы возможной чистой воли, а не действия и условия человеческой воли.

Кант исследует различные  виды императивов в этике. Императивом  философ называет форму повеления. Императив прибегает к такой  воле, которая по своему свойству не определяется этим императивом с  необходимостью. Императивы говорят, что  поступать таким-то образом хорошо, но они говорят это о "такой воле, которая не всегда делает нечто потому, что ей дают представление о том, что делать это хорошо" [5, т. 4, ч. 1, с. 251]. Императивы всегда предполагают несовершенство воли разумного существа.

Существует два основных вида императивов: гипотетические и  категорические. Мы имеем дело с  гипотетическим императивом, если поступок, предписываемый им, хорош только в  качестве средства для чего-нибудь другого. А когда мы говорим о  категорическом императиве, то поступок представляется как хороший сам  по себе или как необходимый для  воли, а сама воля согласуется с  разумом.

 В связи с категорическим  императивом выделяют основные  особенности этики Канта:

1.  крайне формальный  характер этики;

2.  отказ от построения  этики как учения об условиях  и средствах, ведущих человека  к счастью;

3.  противопоставление  нравственного долга влечению, прежде  всего чувственной склонности. [2, с. 327]

По Канту нравственный закон совершенно формален. Если использовать нравственный закон как предписывающий некоторое определение нравственного  поступка по его содержанию, то, как  считает Кант, это окажется несовместимым  с самими основами нравственного  закона: с его безусловной всеобщностью, с его полной независимостью от каких  бы то ни было эмпирических обстоятельств  и условий, с его автономией, т. е. независимостью от всякого интереса.

К нравственному закону нельзя относить практическое предписание, которое  заключало бы материальное, а, следовательно, и эмпирическое условие. Ведь любая "материя" практических правил всегда основывается на субъективных условиях. Однако эти условия не в состоянии  дать ей общезначимости для разумных существ, кроме только обусловленной. Следовательно, необходимость, которую  выражает закон нравственности, не должна быть естественной необходимостью, она может состоять "только в  формальных условиях возможности закона вообще" [5, т. 4, ч. 1, с. 351].

Формализм этики Канта  – обличье ее идеалистической  сущности, а также ее направленности против всякой попытки обосновать нравственность эмпирически. Все эмпирическое, согласно мысли Канта, не только совершенно не пригодно к тому, чтобы прибавить  что-нибудь к формальному принципу нравственности, "но в высшей степени  вредно для чистоты самих нравов" [2, с. 328].

Еще одна особенность теории Канта – это антиэвдемонистичность, т. е. отрицание возможности обоснования  этики на принципе счастья.

По Канту потребность  в счастье  касается лишь "материи" способности желания, в свою очередь  эта "материя" относиться к субъективному  чувству удовольствия или неудовольствия, лежащему в основе самого желания.  Следовательно, рассматривать цель достижения счастья как закон  невозможно потому, что  "материальная" основа познается субъектом только эмпирически. То, в чем каждый усматривает  свое счастье, зависит от особого  чувства удовольствия или неудовольствия и даже в одном и том же субъекте – от различия потребностей соответственно изменениям в этом чувстве. Следовательно, практический принцип стремления к  счастью есть совершенно случайный  принцип; в различных субъектах  он различен и, значит, никогда не может  служить законом. [2, с. 330]

   Итак, в принципах  построения этики мы видим,  что Кант выдвигал на первое  место вопросы моральности поведения  человека. Он строил этику, основанную  на принципах онтологической  двойственности личности, рационализма, антинатурализма, автономности и  априоризма. Учение немецкого философа  излагает нам различные виды  императивов в этике. Выделяются  и особенности этики Канта:  формализм, антиэвдемонистичность  и противопоставление этического  долга склонности.

 Любое учение о морали, нравственности невозможно без  такого понятия как  долг. Этика  долга занимает в философии  Канта значительное место.

2. Этика долга.

"Чистое представление  о долге имеет

на человеческое сердце…гораздо более

сильное влияние, чем все другие мотивы".

                                                                            И. Кант

Объективное практическое действие, которое в силу нравственного  закона исключает все определяющие основания поступков, исходящие  из склонностей, Кант называет долгом [2, с. 332]. В долге заключается понятие  принуждения, т. е. определение к  поступкам, как бы охотно эти поступки ни совершались. По Канту моральность  поступков определяется необходимостью их из одного лишь сознания долга и  одного лишь уважения к закону, а  не из любви или склонности к тому, что должно приводить к этим поступкам. Моральная необходимость есть непременно принуждение. Каждый поступок, основанный на необходимости, следует рассматривать  как долг, а не как вид деятельности, который мы выбрали произвольно.

Кант считает, что моральный  закон для совершенного существа есть закон святости. А для разумного  существа этим законом является закон  долга. Поступки определяются уважением  к закону и благоговением перед  своим долгом. Действия из чувства  долга – вот что имеет истинно  нравственную ценность. Человек действительно  нравственен только тогда, когда  исполняет долг не ради какой-либо внешней  цели, а ради самого долга. Ни одно из непосредственно-спонтанных чувств –  доброжелательность, сочувствие, сострадание, симпатия, участие – сами по себе еще не есть истинная добродетель. Ибо  эти душевные порывы могут толкнуть человека отнюдь не только на путь добра, но и к совершению зла. Кант признает мотивы человеколюбия нравственными  при условии, что они не просто выражают психические склонности человека, а поставлены под контроль долга, определены моральным законом как  их объективным критерием.

 Для того чтобы достигнуть  истинной моральности образ мыслей  должен основываться на моральном  принуждении. Моральное состояние,  в котором человек всегда должен  находиться, есть "добродетель, т.  е. моральный образ мыслей в  борьбе" [5, т. 4, ч. 1, с.411].

 Кант допускал, что  "забота о своем счастье  может быть даже долгом", но  в этом отношении он выдвигал  следующее правило: следуй своему  долгу, не обращая внимание  на то, отразится это или нет  на твоем эмпирическом счастье.  А выполнение долга само приносит "аналог счастью… самоудовлетворенность" [5, т. 4, ч. 1, с.449].

Что касается отношения к  другим людям, то Кант советует действовать  морально независимо от того, какое  чувство вызывает в нас объект нашего действия.

 Кант говорил: "Ненависть  к человеку всегда отвратительна" [5, т.4, ч. 2, с.377]. Если нет в душе  чувства любви, то пусть хотя  бы будет чувство уважения.

 Обращаясь к долгу  благожелательности, мы не можем  сказать, что обязаны любить  других людей и делать им  добро. Когда любишь другого  - желаешь ему добра  из собственного  побуждения, а не потому, что должен  желать этого. 

Любовь – благожелательность, проистекающая из склонности. Но доброта  может проистекать и из принципов. Соответственно этому наше удовольствие и удовлетворение от благодеяния  может быть или непосредственным, или опосредованным удовольствием. Первое доставляется от благодеяния  другому и является любовью. Второе имеет место тогда, когда мы одновременно сознаем, что исполнили свой долг – это благодеяние по обязанности. Благодеяние по любви исходит  от сердца, благодеяние же по обязанности  – скорее из принципов рассудка. Так, жене можно оказывать благодеяние  по любви; но там, где склонность исчезла, необходимо делать это по обязанности. [7, с. 177]

Возникает вопрос, состоит  ли наш долг в том, чтобы любить других? Однако любовь – это благожелательность по склонности, а моим долгом не может  стать то, что основывается на склонности. Я не могу заставить себя любить, я люблю только тогда, когда у меня есть к этому побуждение. Следуя же теории Канта долг – это принуждение: или я должен заставлять себя сам, или же меня принуждают другие.

По Канту из двух добродетелей, если они конфликтуют друг с другом, действительно добродетелью может  быть только одна, та, что составляет долг. Долг не может противоречить  долгу, а если это так, то он  не есть истинный долг и относится к  области морали только как негативное, аморальное. Речь здесь идет о диктатуре  долга, которая может привести к  обострению "разорванности" человека, вразрез его целостности, вразрез  гуманности. 

Однако теория Канта не стремиться превратить долг в неприятную обязанность. Но в то же время философ  делает акцент на реалистический момент долга. Все люди не могут относится  с симпатией и любовью  друг к  другу, но правомерно требовать  от них  соблюдения долга. Также Кант говорит, что не всякий человек, что  прикрывается личиной безупречности, столь же безупречен и внутри. Возможно, им движет корыстолюбие и другие низменные  побуждения. Это лишний раз доказывает, что для Канта важна не только форма, но и ее содержание.

Кант считает, что судить о людях надо не только по их поступкам, но и мотивам, которыми они руководствуются. Но он не учитывает того, что поступки не менее важны, чем мотивы, и приучение  к правильным поступкам есть одно из средств воспитания нравственных чувств.

Неверно также превращать человека в служителя долга. Долг должен служить счастью людей. Но тут возникает вопрос, разве не делает людей счастливыми сознание выполнения долга? Гуманистические  стремления всегда способствуют исполнению долга.

 Для Канта нравственное  начало сводится к субъективному  сознанию долга.  Долг есть  долг - чистый долг, и исполнять  его следует единственно из  уважения к нему. Обосновывая  это требование, Кант апеллирует  к совести. Действительно, совесть  человека является наилучшим  судьей в вопросах морали, высшей  способностью нахождения моральной  истины и выработке правильного  решения и подлинно нравственной  точки зрения. Но у Канта, как  это видно в "Критике чистого разума", совесть как раз и появляется там, где голос разума умолкает, где мышление не справляется с познавательными проблемами. Так что совесть по Канту уже в своем появлении по необходимости оказывается субъективной.

В учении Канта понятие  совести неразрывно связано с  дуализмом его философской системы, которым проникнута вся человеческая жизнь. Но этот дуализм не умоляет  значение нормативно-критических принципов  для реального поведения человека, и побуждения совести являются необходимой  составной частью характеристики личности. Деятельный практический разум, рассматриваемый  Кантом в учении о добродетели, несет  в себе познание "внутреннего  судилища", которое и есть совесть.

Принцип “уважения к моральному закону” является сердцевиной кантовской этики, поскольку в нем открывается  измерение гуманного поведения. Только личность, согласно Канту, может  выражать это уважение, которое является априорным чувством; осознание этого  уважения идентично осознанию законообразного  долга и имеет характер необходимой  всеобщности. Уважение к закону есть единственная движущая сила морального долга. Человек, по Канту, не просто разумное существо, он призван побуждаться  разумом к моральному поведению, что выражается в почитании морального закона. Казалось бы, здесь нет речи о личном стремлении к счастью. Но противоречие долга и стремления к счастью —  лишь кажущееся. Кант преодолевает его, утверждая, что счастье  отдельного человека и блаженство всего  человечества достижимо лишь тогда, когда их поведение подчиняется  моральному закону. Смысл жизни —  в связи добродетели и блаженства. Только такой долг, который способствует счастью человека и человечества, имеет этическую ценность. Учение Канта о долге, таким образом, есть забота о достоинстве человека и о счастье человечества. Долг — “мост” между личным счастьем и общественным благом, точка оптимального их соединения.

Идея безусловного достоинства  каждой человеческой личности  является одной важнейших в этической  философии Канта. По его мнению, практический нравственный закон возможен при  существовании чего-то, что представляет  абсолютную ценность само по себе. Такая цель "само по себе" – человек, точнее, личность.

Есть предметы, существование  которых зависит не от нашей воли, а от природы. Они не наделены разумом, имеют только относительную ценность, служат только средствами для цели, но не могут быть самой целью. Такие  предметы Кант называет вещами. Разумные существа он называет лицами. Сама природа  отмечает их в качестве целей самих  по себе, т. е. как нечто, что не следует  употреблять как условие или  как способ достижения какой-нибудь цели.

 Человек представляет  себе собственное бытие как  самоцель.  Именно представление  о личности как самоцели неотделимо  в этике Канта от идеи долга.

Итак, Кант исходит из того, что долг – это принуждение  и малейшее его нарушение является крайне губительным для моральной  практики. Долг есть могучая сила бескомпромиссной совести, и своим "торжественным  величием" [5, т. 4, ч. 1, с. 403] он создает  фундамент человеческого достоинства. Известно эмоциональное заявление  Канта, начинающееся словами: "Долг! Ты возвышенное, великое слово" [5, т. 4, ч. 1, с. 413].

Человек как носитель нравственного  закона и самоцель способен подчинить  себе свою эмпирическую природу и  возвыситься над миром явлений, с гордостью подведя итог: "Звездное небо надо мной и нравственный закон  во мне" [5, т. 4, ч. 1, с. 499].

Однако как возможно для  человека выполнение долга, нравственного  закона, моральной практики? Постановка этого вопроса ведет Канта  к центральному понятию и центральной  проблеме его этики – к понятию  и проблеме свободы.

3. Царство свободы.

"Для того, кто  привык к свободе, нет

большего несчастья, чем быть отданным во

власть такого же существа, как он, которое

может принудить  его отказаться от своей воли и делать то, что хочет он"

                                                                    И. Кант

Формирование внутренней свободы личности рассматривается  философом как главная цель морального воспитания. "Разум должен рассматривать  себя как творца своих принципов  независимо от посторонних влияний; следовательно, как практический разум  или как воля разумного существа он сам должен считать себя свободным…" [5, т. 4, ч. 1, с. 292]

В философии Канта имеются  четыре различных понятия свободы, которые так или иначе, связаны  друг с другом и которые следует  различать.

Во-первых, это свобода  как особая трансцендентальная способность.  Это независимость рассудка от причин в рядах явлений, позволяющая  ему выступать в роли чувственно необусловленного начала упорядочения этих рядов, которое и вносит в  них эту причинность как априорный  результат трансцендентальной деятельности.

Во-вторых, Кант принимает "относительное" [5, т. 4, ч. 1, с. 166] понятие свободы в  мире явлений. Так как этот мир  пронизан строгой необходимостью, то свобода в нем может существовать только в виде осознанной необходимости  в опыте.

В-третьих, это собственно свобода в умопостигаемом мире вещей  в себе, "высший принцип свободы" [5, т. 4, ч. 1, с. 339], "причинность через  свободу". Ее аналогом является "свободная  необходимость" субстанции.

В-четвертых, Канту приходится пользоваться обыденным понятием свободы  как способности к произволу  в эмпирическом мире. Это возможность  человеческой воли выбирать между различными принуждениями чувственности или  же стать независимой от принуждений  чувственности вообще. В общем  смысле это лишь "свобода в  негативном смысле" [5, т. 4, ч. 1, с. 351]. Она есть причина антиморального поведения.

Среди принципов государственной  жизни он указывает  "свободу" в смысле права повиноваться только тем законам, на которые гражданин  сам изъявил согласие. С другой стороны, для граждан любого государства  требуется и такая свобода: "…ни  один не может меня принудить меня быть счастливым так, как он хочет…" [5, т. 4, ч. 2, с. 79]. Больше всего беспокоит  Канта проблема "рабства", под  которым он имеет в виду также  и крепостную зависимость.  "Нет  ничего ужаснее, когда действия одного человека должны подчиняться воле другого… Человек, зависящий от другого, уже  не человек" [5, т. 4, с. 219]. Также ратует Кант и за свободу совести, мысли  и слова.

Согласно этике Канта, согласуются два типа поведения: любой, но тот же самый поступок легален  для одного и морален для другого  мира. Значит, у каждого фактически совершаемого поступка налицо две различные  мотивации, и он легален и морален  одновременно. Но не понятно, как две  различные мотивации уживаются  в сознании одного и того же человека. Проблема еще осложняется тем, что  Кант желает победы моральной мотивации, а значит, и торжества полного  морального поведения.

       Как  же возможна свобода и нравственность? Человек, говорит Кант, принадлежит  в одно и то же время к  двум мирам. Один —  мир  природы, явлений эмпирического  бытия, пространства и времени,  внешней необходимости; другой  же —  мир ноуменальный, вне  пространства, времени и всего  сущего, мир интеллигибельный, мыслимый  лишь в категориях практического  разума, мир свободы. Соответственно  все мыслимые законы подразделяются  Кантом на “законы природы”  и “законы свободы”, или нравственности. Свобода для Канта означает  не беспричинность, а способность  разумного существа самому устанавливать  для себя закон в качестве  необходимого и универсального. Когда человек сам налагает на себя закон, но при том такой, который может быть одновременно законом всеобщим, распространяющимся на все человечество (знаменитый кантовский “категорический императив”), тогда он свободен. Это и есть нравственность, тождественная свободе. В том, что этот закон определяется свободным, собственным усмотрением индивида, которое в свою очередь не предопределено никакими природными детерминантами, ничем иным, кроме самого человеческого разума, проявляется субъективный и автономный характер морали; в том же, что этот закон не может быть простым изъявлением личного произвола, а может быть только всеобщим, проявляется его объективность и необходимость, —  объективность не эмпирического, а ноуменального, трансцендентального плана, необходимость, выводящая человека за границы мира природы. Кант высказывает догадку о том, что свобода не предшествует морали как ее изначальная предпосылка, а является выражением специфического характера нравственного долженствования.