Фашизм и ось Берлин - Рим -Токио

План:

Введение…………………………………………………………………………………………….2

1. Зарождение фашизма в Европе ……………………………………………………4

2. Вопрос о фашизме на Востоке………………………………………………………8

3. Образование держав «оси Берлин - Рим –Токио» ………………………9

4. Подготовка держав «оси» войны на Арабском Востоке……………12

 Заключение……………………………………………………………………………………..16 

Введение

Народ не может  жить, не помня уроков  своей  истории.  Только  на  основании опыта, пройденного  народом, строятся  сегодняшний  и  завтрашний  день. Среди множества отвратительных порождений империалистической реакции фашизм выделяется своей варварской, человеконенавистнической практикой и идеологией. Из памяти народов никогда не изгладятся чудовищные преступления фашизма, истребление миллионов людей, наглое надругательство над культурными ценностями, обретенными за многие века развития человеческого общества.

Все, даже самые  мрачные, страницы истории необходимо не только помнить, но и познавать  глубже и глубже. Прошлое, особенно недавнее прошлое, прочными нитями связано  с настоящим и будущим. Хотя главные  силы «традиционного» фашизма разгромлены  в результате второй мировой войны, было бы серьезной ошибкой считать  фашизм, как таковой, достоянием прошлого. Фашистская угроза коренится в социально-экономической  и политической почве современного империализма. «Империализм,— отмечает Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев,— это строй жестокого  угнетения трудящихся, подавления демократии, строй, который породил фашизм —  самое крайнее воплощение реакции, мракобесия и террора» .¹

Фашизм (итал. fascismo, от fascio – пучок, связка, объединение), политическое течение, возникшее в капиталистических странах в период общего кризиса капитализма и выражающее интересы наиболее реакционных и агрессивных сил империалистической буржуазии. Фашизм у власти – террористическая диктатура самых реакционных сил монополистического капитала, осуществляемая с целью сохранения капиталистического строя. Важнейшие отличительные черты фашизма – применение крайних форм насилия для подавления рабочего класса и всех трудящихся, воинствующий антикоммунизм, шовинизм, расизм, широкое использование государственно-монополистических методов регулирования экономики, максимальный контроль над всеми проявлениями общественной и личной жизни граждан, разветвленные связи с достаточно значительной частью населения, не относящейся к правящим классам, способность путём националистической и социальной демагогии мобилизовать и политически активизировать её в интересах эксплуататорского строя (массовая база фашизма – по преимуществу средние слои капиталистического общества). Внешняя политика фашизма – политика империалистических захватов.

В  1945  году  фашизм  потерпел   сокрушительное   поражение:   «Победоносно завершилась небывалая в истории по своим масштабам  и  ожесточенности  битва против  наиболее  реакционной  ударной  силы   империализма -   гитлеровского фашизма,  ставившего   своей   целью   уничтожение   русского   государства, установление мирового господства».²

      Вторая мировая война,  развязанная   фашистами,  принесла  человечеству неисчислимые страдания : 56млн. человек было убито, свыше90 млн.  – ранено, 28млн. – остались инвалидами. От голода и эпидемий умерло 12  млн.  человек. Годы  фашистских  нашествий были  страшными годами  насилия   и   террора. Человечество не может, не вправе забыть  зверства  фашистов,  их  чудовищные преступления, совершенные в Советском Союзе, Польше, Франции и др.  странах Европы. Человечество не может, не в праве забыть лагеря  смерти,  костры  из живых людей.

      Однако развитие после второй  мировой  войны,  события   последних  лет свидетельствуют, что фашизм отнюдь не принадлежит прошлому. Пережив  Вторую  Мировую Войну и испытав на себе всю тяжесть «нового порядка» в  Европе, современное общество не в состоянии полностью оградить себя  от  рецидивов  фашизма.  То тут, то там  можно  слышать  о  неофашистских  организациях,  о возрождении тоталитарной  системы.  Через  столько  лет  после   победы   над   Гитлером появляются так называемые «баркашовцы», творят беспредел,  используют  явно фашистскую  символику, прослеживается та же идеология…

Зарождение  фашизма в Европе.

В условиях общего кризиса капитализма, начало которому положила Великая Октябрьская  социалистическая революция, особенно резко выявились слабости политической стратегии буржуазии, ее традиционных консервативных и либеральных методов  отстаивания классового господства. Буржуазия разочаровалась в возможностях парламентских институтов. Благожелательное отношение буржуазных политических деятелей и идеологов к фашизму объяснялось не только элементарной «благодарностью» за расправу с революционным движением, но и надеждой на то, что фашистский опыт в Италии поможет нащупать новые, более эффективные методы достижения социальной стабильности.

С обострением  классовой борьбы почти повсеместно  усиливались позиции социал-демократии, возрастало влияние молодого коммунистического  движения. Перед господствующими  классами открывалась альтернатива: сдвиг влево по либерально-реформистскому пути, который предполагал широкое  вовлечение социал-демократии в правительственную сферу, или продвижение в правоэкстремистском, т. е. фашистском, направлении. Это значительно увеличивало амплитуду политических колебаний и таило в себе угрозу резкого поворота вправо.

Развитие  западноевропейского фашизма в 1919—1945 гг. носило волнообразный характер. Подъемы чередовались со спадами, что  было обусловлено неравномерностью глубинных социально-экономических  и политических процессов, а также  ситуационными факторами.³

Фашизм зародился  и начал развиваться в Италии на пороге 20-х годов — в бурный период послевоенных классовых столкновений. В результате первой мировой войны  страна оказалась в тяжелом экономическом  положении. Оценивая его, А. Грамши писал: «Итальянское государство политически  атрофировалось, ибо атрофировался  аппарат промышленного и сельскохозяйственного  производства, который составляет сущность политического государства. Вынужденный  во время войны и в целях  войны вступить в тесную связь  с экономическими аппаратами, гораздо более мощными, итальянский экономический аппарат был дезорганизован, выведен из равновесия, потерял жизненный импульс»⁴. Перевод экономики на мирные рельсы, проходивший весьма болезненно, лишь усугублял это положение. Безудержно росла безработица. Рабочий класс и крестьянство все настойчивее и активнее поднимались на борьбу за свои коренные интересы.

Соотношение сил в стране резко изменилось в пользу революционных рабочих  и крестьян. Итальянский исследователь-марксист П. Алатри пишет: «По окончании войны Италия являла собой совсем не ту картину, которую надеялся увидеть господствующий класс: в Италии сложилась революционная ситуация»⁵. Монополистический капитал оказался в трудном положении. Методы буржуазного парламентаризма все яснее обнаруживали неспособность обеспечить защиту интересов буржуазии. А. Грамши в докладе Национальному совету социалистической партии, опубликованном в начале мая 1920 г., указывал: придя к власти, фашизм пустит в ход все средства из арсенала насилия, чтобы обречь промышленный и сельскохозяйственный пролетариат на рабский труд, сделает все, чтобы беспощадно разгромить органы политической борьбы рабочего класса (социалистическая партия) и включить органы экономического сопротивления (профсоюзы и кооперативы) в аппарат буржуазного государства⁶.

К этому добавлялось  и то обстоятельство, что итальянский  монополистический капитал не извлек из мировой войны тех выгод, на которые рассчитывал, хотя Италия находилась в лагере победителей. Итальянский  империализм практически сразу  после окончания первой мировой  войны стал думать о новом переделе мира. Шовинистическая пропаганда оперировала  такими лозунгами и понятиями, как  «нас предали», «над нами надругались», «спасение нации», «укрепление ее достоинства» и т. п.

Для разгрома революционного движения, противоборства с всевозрастающим антиимпериалистическим воздействием Советского Союза, для  решения агрессивных задач вовне  монополистический капитал Италии искал «крепкую руку», политическую силу, которая была в состоянии  совершить государственный переворот  и установить открытую реакционную  диктатуру буржуазии. Такая сила была найдена в лице возникшего в  марте 1919 г. фашистского движения, возглавлявшегося Бенито Муссолини. В октябре 1922 г. власть в стране оказалась в руках фашистов. Открылась одна из самых мрачных страниц истории Италии.

В Германии фашистское движение зародилось примерно в то же время и при тех же исторических обстоятельствах, что и в Италии. Особый характер классовых столкновений в Германии привел к тому, что германский фашизм прошел более длительный путь к власти. Однако причины появления фашизма и превращения его в орудие диктатуры монополистического капитала в Германии и Италии в основных своих чертах схожи.

Германский  империализм, сформировавшийся позднее  других, с самого своего зарождения проявил себя особенно агрессивно. Анализируя данный процесс, В. И. Ленин писал, что «против этой группы, англо-французской главным образом, выдвинулась другая группа капиталистов, еще более хищническая, еще более разбойничья — группа пришедших к столу капиталистических яств, когда места были заняты...»⁷.

Империалистическая  кайзеровская Германия не смогла решить военным путем захватнические задачи, выдвинутые германским монополистическим  капиталом.

Первая попытка  германского фашизма захватить  власть была совершена в ноябре 1923 г., когда революционный подъем был  уже на исходе. Выступление фашистов в Мюнхене, получившее наименование «пивного путча», было подавлено военно-полицейской  силой. Монополистический капитал  в тот момент еще был в состоянии  справиться с революционным движением  буржуазно-демократическими методами — с помощью послушной социал-демократии и политики частичных уступок и реформ. С другой стороны, германский империализм еще недостаточно оправился тогда от военного поражения и не мог реально выдвигать задачи восстановления и усиления своих международных позиций с последующим переходом к политике захватов. В то время он рассматривал фашизм только как резерв, который было рано бросать в бой, но который нужно было сохранить для будущих сражений.

На первом этапе общего кризиса капитализма  стремление крупной буржуазии к  установлению фашистской диктатуры  проявилось не только в Италии и  Германии, но и в ряде других капиталистических  стран, выразившись в активизации  ультраправых организаций и групп.

Однако выбор  правящими кругами формы своего господства — буржуазно-демократической  или фашистской — зависел от многих факторов, среди которых главенствующее значение принадлежало соотношению  сил боровшихся общественных классов.

В тех странах, где развитие революционного движения не создавало прямой угрозы диктатуре  монополистической буржуазии, она  предпочитала сохранить традиционные буржуазно-демократические формы  государственного устройства, отводя ультраправым и явно фашистским организациям и группам роль своего резерва. Фашистские диктатуры возникли лишь в некоторых государствах, принимая различные формы в зависимости от соотношения классовых сил, исторических, социальных и экономических условий, национальных особенностей и даже международного положения данной страны⁸.

Вопрос  о фашизме на Востоке

С конца 20-начала 30-х гг. после периода относительной  либерализации политического режима, начинается поворот Японии к фашизму, закончившийся установлением в  годы второй мировой войны монархо-профашистской  диктатуры. Всем разновидностям фашизма была присуща агрессивность. Японский монархо-фашизм в этом отношении не уступал итальянскому и германскому. Три главных зачинщика новой мировой войны стремились к господству над всем земным шаром или над значительной его частью. В других странах, не располагавших большим военно-экономическим потенциалом, была также ненасытная жажда территориальных приобретений, столь присущая крупной буржуазии и помещикам, но она не выливалась во всемирные масштабы, а проявлялась в захватнических претензиях по отношению к соседним государствам.

С начала 30-х  годов все возрастающая агрессивность  фашистских государств — Германии, Италии в Европе и милитаристской Японии на Дальнем Востоке — создала  напряженность в международных  отношениях и обстановку неуверенности. Первой на путь вооруженного передела мира, открывшего предысторию войны, вступила Япония.

1 июля 1937 г.  японские войска спровоцировали  инцидент с китайскими частями  у моста Лугоуцяо, близ Пекина. Это явилось началом вторжения японских войск в Северный, а затем в Центральный Китай.

Японским  правительством был разработан план установления господства Японии в Восточной  Азии — «Основные принципы национальной политики». Прежде всего японские милитаристы намеревались захватить Северный, а затем и весь остальной Китай. Япония намечала значительно увеличить свои военные силы, находившиеся в Корее и Маньчжурии, для того чтобы, напав затем на СССР, «нанести решающий удар русским в начале войны». Планировалось также проникновение в район Южных морей. Для осуществления всех этих замыслов было признано необходимым быстрее завершить подготовку вооруженных сил Японии к войне⁹.

Японские  правящие круги считали, что интервенция  Германии и Италии в Испании создает  благоприятную обстановку для осуществления  их агрессивных планов. Заместитель  государственного секретаря США  С. Уэллес отмечал в этой связи, что «государства-бандиты» все более отчетливо согласовывают свои действия.

Завершив  подготовительные меры, Япония приступила в июле 1937 года к осуществлению  своих далеко идущих захватнических планов. Началась японо-китайская война. Это был один из военных пожаров, ставших впоследствии составной частью второй мировой войны.

Агрессивные действия Японии привели к еще  большему обострению международной  обстановки. Японская агрессия серьезно задевала интересы монополий США, Англии и Франции. Потенциально англо-франко-американская группировка была значительно сильнее  Японии. Совместное выступление этих трех держав могло бы остановить агрессоров. Тем более, военные планы Японии можно было бы пресечь в самом  начале, если бы США, Англия и Франция  захотели установить сотрудничество с  Советским Союзом. Однако правительства  трех западных держав не пожелали иметь  дело с СССР, хотя тем самым они  подрывали и собственные позиции.

Английские  империалисты проводили на Дальнем  Востоке, как и в Европе, политику попустительства агрессии. Они явно стремились к компромиссу с Японией  за счет Китая. Впрочем, они были не против того, чтобы их интересы защищались другими. Больше всего Англию, как  уже указывалось, устраивала война  между Японией и СССР.

Образование «оси Берлин – Рим – Токио».

Тесное сотрудничество итальянских и германских фашистов в интервенции в Испании ускорило сколачивание блока агрессоров.

«Мы должны приступить к активным действиям, —  заявил Гитлер в беседе с министром  иностранных дел Италии Чиано. — Мы должны переходить в наступление».

Главарь фашистского  рейха доказывал, что интересы Германии и Италии не сталкиваются: Германия должна иметь свободу действий на востоке Европы и в Прибалтике, а любые изменения в соотношении  сил в бассейне Средиземного моря должны происходить в интересах  Италии. Он отмечал, что германское правительство успешно ведет  переговоры о сотрудничестве также  с Японией и Польшей. Тактическое  средство в отношении западных держав, которое позволит Германии и Италии осуществить их цели, подчеркивал Гитлер, это — антибольшевизм.

25 октября  1936 г., на следующий день после  этой беседы, состоялось подписание  германо-итальянского соглашения, положившего  начало существованию так называемой  «оси Берлин — Рим». Между двумя  агрессорами были согласованы  меры по оказанию помощи испанским мятежникам. Нацисты признали захват Италией Эфиопии, а итальянцы обещали не вмешиваться в отношения между Германией и Австрией.

Фашистский  рейх огромное значение придавал также  укреплению своих связей с Японией, так как она могла стать  его важнейшим союзником в  войне как против СССР, так и против западных держав. Еще в 1935 году по инициативе Германии начались германо-японские переговоры. Япония, замышлявшая широкую экспансию на Дальнем Востоке и в других районах Азии, также была заинтересована в приобретении союзников. Японский военный атташе в СССР Касахара в донесениях военному министерству подчеркивал необходимость «вовлечь западных соседей и другие государства в войну против СССР»¹⁰. Враждебность к СССР была одинаково велика и в фашистской Германии, и в милитаристской Японии.

12 января 1936 г. советский полпред в Германии  Я. З. Суриц на основе анализа  многих фактов сообщал, что  Германия и Япония «с договором или без договора... будут действовать солидарно в конфликте против СССР. В отношении нас Япония и Германия спаяны кровной связью, общностью интересов и круговой порукой».

Правители Германии и Японии опасались, однако, заключением  открытого военного союза вызвать  недовольство западных держав. Чтобы  скрыть подлинную цель германо-японского  сговора, гитлеровцы предложили назвать  его «антикоминтерновским пактом».

25 ноября 1936 г. между Германией и Японией  был заключен «Антикоминтерновский  пакт» сроком на пять лет.  Стороны обязывались взаимно  информировать друг друга о  деятельности Коммунистического  Интернационала и принять меры  «против тех, кто внутри или  вне страны прямо или косвенно  действует в пользу Коммунистического  Интернационала».

 Фактически  этот пакт заложил основы военного  союза агрессоров в будущей  войне. Одновременно с пактом  между Германией и Японией  было подписано секретное соглашение о том, что в случае конфликта одного из участников пакта с СССР они «должны немедленно обсудить меры, необходимые для защиты их общих интересов»¹¹.

Оценивая  договор, Риббентроп отмечал: «Эта палка  будет иметь два конца - против России и против Америки»¹².Пакт оформил в виде военного договора сотрудничество фашистских агрессоров, ослабив на некоторое время их взаимные противоречия, империалистическое соперничество ради осуществления захватнических планов.

После войны, когда в руки союзных держав попали архивы дипломатических ведомств Германии и Японии, тайное стало явным. Было обнаружено секретное приложение к «Антикоминтерновскому пакту», в котором указывалось: в случае войны Германии или Японии против СССР, другая сторона «обязана не предпринимать никаких мероприятий, которые по своему существу способствовали бы облегчению положения СССР». Устанавливалось также, что стороны будут проводить консультации, «чтобы охранять свои обоюдные интересы». Германия и Япония принимали на себя обязательства не заключать с СССР соглашений, которые «не соответствуют духу» пакта от 25 ноября 1936 г.

После заключения пакта с Германией МИД Японии вернуло себе некоторый контроль над европейской политикой. Министр  иностранных дел Арита попытался продолжить борьбу за выведение Японии из дипломатической изоляции с помощью заключения дополнительных антикоминтерновских пактов. Еще до подписания пакта Япония попыталась начать переговоры об аналогичных антикоминтерновских соглашениях с Великобританией и Нидерландами, но не встретила там заинтересованности. Напротив, вопреки ожиданиям Ариты, заключение японо-германского пакта вызвало настороженность большинства западных демократий. Успех военной дипломатии Осимы в гитлеровской Германии чрезвычайно затруднил достижение политических цепей Японии в отношениях с нефашистскими государствами, которые не проявляли склонности к единству с тоталитарными державами в антикоминтерновском движении, несмотря на осуждение первыми цепей Коминтерна.

«Более обещающими выглядели перспективы сотрудничества с Италией. Сразу после подписания Японией пакта с Германией  в 1936 г. Муссолини и его министр иностранных дел граф Чиано информировали МИД Японии, что Италия готова обсудить аналогичное соглашение с Японией»¹³.

Переговоры  по этому вопросу начались лишь спустя год, осенью 1937 г., но развивались быстро и успешно, когда об этом узнал  Риббентроп, бывший тогда послом в  Лондоне, от японского посла в  Берлине. Риббентроп немедленно прибыл в Рим, где встретился с Муссолини  и Чиано. В результате было принято предложение Риббентропа о полноправном присоединении Италии к японо-германскому антикоминтерновскому пакту. Таким образом, Япония проявила инициативу в деле расширения антикоминтерновской группировки, но ее двусторонние переговоры с Италией были блокированы Риббентропом. Италия стала членом Антикоминтерновского пакта 6 ноября 1937 г., что заложило основы для «оси» Берлин — Рим — Токио. В феврале 1939 г. к пакту присоединились Маньчжоу-Го, Венгрия, а через два месяца Испания. Таким образом, возник так называемый новый мировой порядок, созданный и защищаемый странами — участницами трехстороннего соглашения.

Подготовка  держав «оси» на Арабском Востоке.

С началом  второй мировой войны державы  оси значительно расширили свое политическое, экономическое и военное  проникновение в страны Ближнего и Среднего Востока. Фашистские державы  пытались использовать устойчивые в  этих странах антибританские и антифранцузские  настроения в своих целях. Спекулируя на стремлении угнетенных народов к  национальной независимости, фашистская пропаганда представляла Гитлера и  Муссолини «освободителями» народов  Востока, сторонниками арабского единства.

Запрещение  коммунистических партий в Сирии  и Ливане в сентябре 1939 г., гонения  на коммунистов и прогрессивных  деятелей в Египте и Ираке, традиционная антикоммунистическая внутренняя политика в Турции и Иране облегчали  работу фашистской агентуры. Центрами подрывной деятельности германского  фашизма на Ближнем и Среднем  Востоке стали германское посольство в Турции, куда перед войной был  назначен послом Ф. Папен, а также посольства в Иране и Ираке.

Турция, Иран и другие страны были поставщиками важного для держав оси стратегического  сырья - хромовой руды, нефти, хлопка, а  также кож и продовольствия. Торговые миссии и представительства германских и итальянских фирм были удобным прикрытием для разведывательной и подрывной деятельности. Кроме того, турецкие и иранские компрадоры содействовали Германии в закупке олова, каучука и другого стратегического сырья на рынках Индии, Индокитая, Индонезии.

Германские  монополии, действуя в союзе с  итальянскими и японскими концернами, усилили экономическое проникновение  в Турцию, Иран и Афганистан. В  октябре 1939 г. был подписан секретный  ирано-германский протокол, а в июле 1940 г.- германо-турецкое соглашение, гарантирующие  поставки стратегического сырья  в Германию. В 1940 - 1941 гг. гитлеровская Германия почти полностью вытеснила  Англию с иранского рынка: доля первой составила 45,5 процента в общем иранском товарообороте, второй - 4 процента. Товарооборот между Германией и Турцией  в январе 1941 г. на 800 тыс. лир превысил англо-турецкий¹⁴.

Британские  и французские империалисты прилагали  значительные усилия, чтобы сдержать проникновение держав оси в жизненно важные для Англии и Франции районы Ближнего и Среднего Востока.

Великобритания  стремилась к «восстановлению доверия» у националистических кругов стран  Ближнего Востока. В мае 1939 г. английское правительство провозгласило, что  через 10 лет Палестина должна стать  «независимым государством», в котором  якобы будут «обеспечены жизненные  интересы» как арабского, так  и еврейского населения.

Выступая  с речью в Лондоне 29 мая 1941 г., министр  иностранных дел Великобритании А. Идеи заявил о поддержке Великобританией  идеи арабского единства. Однако это  были лишь туманные обещания. На самом  деле Англия решительно отказывалась пойти навстречу требованиям  египетского, иракского и других арабских народов о предоставлении им подлинной независимости. В свою очередь страны оси, стремясь использовать в своих целях арабское освободительное  движение, в негласных переговорах  с некоторыми его представителями  заверяли, что Германия и Италия признают независимость арабских государств. Однако открыто декларировать это  они не спешили.

События лета 1940 г. привели к значительным изменениям в расстановке сил на Ближнем  и Среднем Востоке.

Державы оси  получили в руки удобный территориальный  плацдарм в Сирии и Ливане, оставшихся под властью Франции. Этот плацдарм был немедленно использован для расширения подрывной деятельности в прилегающих к нему странах. Вступление в мировую войну Италии приблизило фронт военных действий к Египту и Суэцкому каналу. Державы оси приступили к разработке планов вторжения в Иран, Афганистан, Индию.

В апреле - мае 1941 г. в Ираке произошло крупное  восстание под лозунгом освобождения страны от английского господства. Его началом послужил государственный  переворот, который был результатом  длительной борьбы внутри правящей верхушки Ирака между проанглийской группировкой Нури-Саида и оппозиционной группировкой, возглавляемой Р. Гайлани.

1 апреля 1941 г. в Багдаде был создан комитет  национальной обороны, в руки  которого в течение двух дней  перешла власть на территории  всей страны, за исключением английских  военных баз. 3 апреля Гайлани было поручено сформировать новое правительство. Трудящиеся Ирака с энтузиазмом восприняли переворот, надеясь на крупные социальные перемены. Однако совершившие его правые националисты-панарабисты сохранили в стране монархический режим и в своей борьбе с Англией действовали пренебрегая поддержкой, которую им мог оказать народ ¹⁵; общее осложнение обстановки на Ближнем Востоке вызывали у правящих кругов Англии опасения за прочность ее военно-политических позиций в этом районе. В 1940 - 1941 гг. английское правительство осуществило меры по укреплению своего влияния в странах Арабского Востока: по требованию англичан в Египте от управления страной были отстранены лица, подозреваемые в прогерманской ориентации, произошла смена кабинета министров, ушел в отставку начальник генерального штаба. В Саудовской Аравии развернулась острая дипломатическая борьба между Англией и державами оси за влияние на короля. Только боясь затронуть интересы США, которые имели там нефтяные концессии, Англия не решалась на прямую оккупацию страны. Весной и летом 1941 г. английское правительство перебросило подкрепления в Аден, Маскат, Бахрейн и дало согласие на пребывание в районе Персидского залива американских войск¹⁶.

Тотчас же после подавления восстания в  Ираке английское командование начало готовить ввод своих войск в Иран и совместные с организацией «Свободная Франция» военные действия против вишистского режима в Сирии и Ливане, которые начались 8 июня 1941 г. Англичане преследовали в этой операции двоякую цель: во-первых, предотвратить дальнейшее использование территорий Сирии и Ливана в качестве плацдарма фашистских держав на Ближнем Востоке (В мае 1941 г. с сирийских аэродромов начали действовать немецкие самолеты.) и, во-вторых, усилить в этом районе свои колониальные позиции, установив в Сирии и Ливане военно-оккупационный режим. В то же время, учитывая подъем освободительного движения в Сирии и Ливане, английские правящие круги высказались за предоставление этим странам формальной независимости. 8 июня 1941 г., в день перехода границы, командующий частями «Свободной Франции» генерал Ж. Катру обещал положить конец мандатному режиму и предоставить обеим странам независимость после освобождения (Е. Rossi. Documenti sull'origine e gli svilippi della questione araba (1875 - 1944), p. 227.). На следующий день Англия выступила гарантом французской декларации. Народные массы Сирии и Ливана оказали существенную поддержку боевым действиям против войск правительства Виши.

На стороне  союзников действовали 7-я австралийская  дивизия, шесть французских батальонов «Свободной Франции», индийская пехотная бригада и части 1-й английской кавалерийской дивизии. Группировка  вишистских войск насчитывала свыше 30 тыс. человек и располагала танками и артиллерией. Перевес в авиации был на стороне ви-шистов: 100 самолетов против 60. Наступление союзных сил велось тремя оперативными группами: из Палестины и Транснордании на Бейрут и Дамаск; из Западного Ирака на Хомс; из Северного Ирака вдоль реки Евфрат. Действия сухопутных войск поддерживали два английских крейсера и эсминцы ¹⁷. 21 июня союзники взяли Дамаск. 14 июля между английским командованием и верховным комиссаром правительства Виши было подписано перемирие.

При решении  вопроса о дальнейшей судьбе Сирии  и Ливана возникли серьезные разногласия  между де Голлем и Черчиллем из-за намерения англичан сохранить военный  контроль над этими странами. В  конечном счете де Голль признал главенство английского командования в военной области, но с условием, что французы сохранят над Сирией и Ливаном политический и административный контроль.

Заключение

Появление фашистской идеологии и утверждение фашистской диктатуры Б. Муссолини в Италии в начале 20-х годов в Италии во многом стало порождением Первой мировой войны и послевоенной экономической нестабильности. Там  же лежат корни возникновения  германского национал-социализма, утвердившегося в Германии под влиянием мирового экономического кризиса 1929-1933 годов.