Философия Сократа. 3

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ ……………………………………………………………………….2

ГЛАВА I ФИЛОСОФИЯ  СОКРАТА

    1.1 ФИЛОСОФИЯ В ПОНИМАНИИ СОКРАТА  …………………………..5

1.2 ЭТИЧЕСКИЙ РАЦИОНАЛИЗМ СОКРАТА …………………………….7

1.3 СОКРАТОВСКИЙ МЕТОД ……………………………………………….9

ГЛАВА II ДИАЛЕКТИКА СОКРАТА……………………………………..…..11

ГЛАВА III «ИНДУКЦИЯ» СОКРАТА

3.1 ПОНЯТИЕ ИНДУКЦИИ В ФИЛОСОФИИ  СОКРАТА ………………18

3.2 АНАЛОГИЯ В ИНДУКЦИИ …………………………………………….19

3.3 ГИПОТЕЗА ……………………………………………………………….21

ЗАКЛЮЧЕНИЕ …………………………………………………………………28

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ……………………….………..30

ВВЕДЕНИЕ

Сократ как объект изучения представляет для историка значительные трудности. Несомненно, что в отношении многих исторических личностей нам очень мало известно, тогда как в отношении других известно многое; что же касается Сократа, то мы не уверены, знаем ли мы о нем очень мало или очень много. Бесспорно, что он был афинским гражданином, обладавшим небольшими средствами, который проводил свое время в диспутах и учил молодежь философии, но не за деньги, как это делали софисты.

Сократ - представитель идеалистического религиозно-нравственного   мировоззрения, открыто враждебного материализму.

Впервые именно Сократ сознательно поставил перед собой задачу обоснования идеализма и выступил   против античного материалистического миропонимания, естественнонаучного знания и безбожия. Сократ исторически был зачинателем " тенденции, или  линии Платона "  в античной философии.

Сократ - великий античный мудрец, - стоит у истоков рационалистических и просветительских традиций европейской мысли. Ему принадлежит выдающееся   место в истории моральной философии и этики, логики, диалектике,   политических и правовых учений. Влияние, оказанное им на прогресс   человеческого познания, ощущается до наших дней. Он навсегда вошел в   духовную культуру человечества.

Образ жизни Сократа, нравственные и политические коллизии в его судьбе, популярный стиль философствования, воинская доблесть и мужество,   трагический финал - окружили его имя притягательным ореолом легендарности. 

Слава, которой Сократ удостоился еще при жизни, легко переживала целые   эпохи и, не померкнув, сквозь толщу двух с половиной тысячелетий дошла до наших дней. Сократом интересовались и увлекались во все времена. От века к   веку аудитория его собеседников изменялась, но не убывала.

И сегодня она,   несомненно, многолюднее, чем когда бы то ни было. В центре сократовской   мысли - тема человека, проблемы жизни и смерти, добра и зла, добродетелей   и пророков, права и долга, свободы и ответственности, общества. И сократовские беседы - поучительный и авторитетный пример того, как можно   ориентироваться в чаще этих вечно актуальных вопросов. Обращение к Сократу   во все времена было попыткой понять себя и свое время. И мы, при всем   своеобразии нашей эпохи и новизне задач, не исключение.

Основной задачей философии Сократ признавал обоснование религиозно-нравственного мировоззрения, познание же природы, натурфилософию считал   делом ненужным и безбожным.

Таким образом, основной   философский вопрос Сократ решает как идеалист: первичным для него является дух, сознания, природа же - это нечто вторичное и даже несущественное, не стоящее внимания философа. Сомнение служило Сократу предпосылкой для   обращения к собственному Я, к субъективному духу, для которого дальнейший путь вел к объективному духу - к божественному разуму.

Идеалистическая этика Сократа перерастает в теологию. Развивая свое религиозно-нравственное учение, Сократ в противоположность   материалистам, призывающим "прислушиваться к природе", ссылаться на особый   внутренний голос, якобы наставлявший его в важнейших вопросах, - знаменитый   "демон" Сократа.

Сократ выступает против детерминизма древнегреческих материалистов и намечает основы телеологического миропонимания, причем здесь исходным   пунктом для него является субъект, ибо он считает, что все в мире имеет   своей целью пользу человека.

Актуальность данной работы связана в первую очередь с тем, что философия Сократа имеет большое значение. И эта тема  требует более тщательного и подробного рассмотрения данного вопроса.

Основной целью данной курсовой работы является рассмотрение темы: «Философия Сократа». 

Исходя из поставленной цели определены следующие задачи:

- рассмотреть философию Сократа;

- изучить этнический рационализм Сократа;

- раскрыть сократовский метод;

- определить сущность диалектики Сократа;

- выявить понятие индукции в философии Сократа;

- изучить аналогию в индукции;

- определить сущность гипотезы;

- сделать соответствующие выводы.

Структура курсовой работы состоит из: введения, трех глав, заключения и списка используемой литературы.

Соответственно в первой главе будут рассмотрен вопрос философия Сократа. В данной главе более подробно будет рассмотрена философия в понимании Сократа, изучен этический рационализм Сократа, а так же охарактеризован Сократовский метод.

Вторая глава будет посвящена изучению вопроса, диалектика Сократа.

В третьей главе рассмотрим «Индукцию» Сократа. Здесь будет изучаться, и раскрываться понятие индукции в философии Сократа, рассматриваться аналогия в индукции, а так же изучим и охарактеризуем гипотезу.

При написании данного работы использовалась учебная литература по предмету: Философия.

ГЛАВА I ФИЛОСОФИЯ  СОКРАТА

1.1 ФИЛОСОФИЯ В ПОНИМАНИИ СОКРАТА

Сократ внес в понятия «философия» и «философ» новое значение, которое и поныне считается одним из поворотных пунктов во всей истории греческой философии. Эти термины означали исследование «космоса» и наблюдаемых явлений природы. Сократ же сконцентрировал свое внимание на человеке и человеческом поведении и считал эти проблемы важнейшими для философии.

Главной задачей философии он полагал рациональное обоснование религиозно-нравственного мировоззрения, познание же природы, натурфилософию считал делом ненужным и безбожным. Сократ - принципиальный враг изучения природы. Работу разума человека в этом направлении он считал безбожеством. Он считал, что мир есть творение “божества” великого и всемогущего. Нужны гадания, а не научные исследования, чтобы получить указания богов относительно их воли. Он следовал указаниям дельфийского оракула и советовал делать это своим ученикам. Он делал жертвоприношение богам и старательно выполнял все религиозные обряды.

Получается, что основной вопрос философии Сократ решает как идеалист: природа - это нечто не стоящее внимания философа, важнейшим для него является дух, сознания. Сомнение служило Сократу предпосылкой для обращения к собственному Я, к субъективному духу, для которого дальнейший путь вел к объективному духу - к божественному разуму. Идеалистическая этика Сократа перерастает в теологию.

Он выступает против детерминизма древнегреческих материалистов и намечает основы телеологического миропонимания, причем здесь исходным пунктом для него является субъект, ибо он считает, что все в мире имеет своей целью пользу человека.

Телеология Сократа выступает в крайне примитивной форме. Органы чувств человека, согласно этому учению, своей целью имеют выполнение определенных задач. Цель: глаз видеть, ушей - слушать, носа - обонять и т.п. Равным образом боги посылают свет, необходимый людям для зрения, ночь предназначена богами для отдыха людей, свет луны и звезд имеет своей целью помогать определению времени. Боги заботятся о том, чтобы земля производила пищу для человека, для чего введен соответствующий распорядок времен года; более того, движение солнца происходит на таком  расстоянии от земли, чтобы люди не страдали от излишнего тепла или чрезмерного холода и т.п. [1]

Исследование природы он считал бесполезным занятием на том основании, что познание того, по «каким законам происходят небесные явления», не позволяет ни изменять эти законы, ни создавать явления природы, такие как, «ветер, дождь, времена года и тому подобное» (Платон, Апология). В глазах Сократа науки о человеке обладают огромным преимущество перед науками о природе. Это преимущество состоит в том что первые, изучая человека, дают ему то, в чем он более всего нуждается, - познание самого себя и своих дел, определения программы и цели своей деятельности, ясное осознание того что есть добро и зло, прекрасное и безобразное, истина и заблуждение.

Хотя переориентация космологии на антропологию была начата софистами, тем не менее, они были слишком погружены в открывшийся им бесконечный мир чувственных ощущений, которыми и ограничивались все горизонты доступного им самосознания духа.

Однако самосознание духа не есть только одни чувственные ощущения и жажда острых переживаний. Духовное самосознание – это проблема жизни в целом, и потому Сократ, отталкиваясь от софистов, идет дальше.

Метод, предложенный Сократом для решения этой фундаментальной проблемы, есть метод самопознания. Неслучайно дельфийское изречение «Познай самого себя» стало для Сократа формулой не только мудрости, но и жизни. Самопознание в устах древнего философа означало прежде всего познание человеком своего внутреннего мира, осознания того, что осмысленная жизнь, духовное здоровье, гармония внутренних сил и внешний деятельности, удовлетворение от нравственного поведения составляют высшее благо, высшую ценность. С этой ценностью не сравнимы никакие знания, какими бы полезными они не были, потому что они не гарантируют благополучия и не делают человека счастливым. Более того, и знание добра и зла, по Сократу, не являются подлинным благом, если оно остается только голым знанием и не ведет к «врачеванию души».

Таким образом, дельфийское «познай самого себя» было для Сократа признанием души (psyche) руководящим началом в человеке, призывом к «заботе о душе», к осмыслению духовной жизни, к воспитанию благородства духа.

Это и дало возможность Цицерону говорить, что Сократ «спустил» философию с «неба на землю». По свидетельству Ксенофонта, изучая «дела человеческие», Сократ рассматривал их как наиболее близкое и нужное человеку. Сообразно с этим Сократ в первую очередь исследовал этические проблемы, касающиеся того, что «благочестиво и что нечестиво, что прекрасно и что безобразно, что справедливо и что несправедливо» («Воспоминания»). [2]

1.2 ЭТИЧЕСКИЙ РАЦИОНАЛИЗМ СОКРАТА

Сократ вел пропаганду своего этического рационализма. Разработка идеалистической морали составляет основное ядро философских интересов и занятий Сократа. В беседах и дискуссиях Сократ обращал внимание на познание сути добродетели. Как может человек жить, если он не знает, что такое добродетель? В данном случае познание сути добродетели, познание того, что есть "нравственное", являлось для него предпосылкой нравственной жизни и достижения добродетели. Сократ отождествлял мораль со  знанием.

Нравственность - знание того, что есть благо и прекрасное и вместе с тем полезное для человека, что помогает ему достичь блаженства и жизненного счастья. Нравственный человек должен знать, что такое добродетель. Мораль и знание с этой точки зрения совпадают. Для того, чтобы быть добродетельным, необходимо знать добродетель как таковую, как "всеобщее", служащее основной всех частных добродетелей.

Таким образом, одним из отличительных признаков истинной философии и подлинного философа являлось по Сократу, признание единства знания и добродетели. И не только признание, но также стремление к реализации этого единства в жизни. Сообразно с этим, философия в понимании Сократа не сводилась к чисто теоретической деятельности, но включала в себя также практическую деятельность - правильный образ жизни, благие поступки. Эта позиция Сократа получила в философии определение – этический рационализм. [3]

Современному человеку, окруженному со всех сторон благами, полученными как раз за счет исследования природы, тяжело понять врага изучения природы («космоса»). Но для Сократа все было наоборот. Он служил лучшим примером, чего может достичь человек, следующий его учению - познанию человеческого духа.

Достаточно вспомнить образ жизни Сократа, нравственные и политические коллизии в его судьбе, его мудрость, воинскую доблесть и мужество, трагический финал. Слава, которой Сократ удостоился еще при жизни, легко переживала целые эпохи и, не померкнув, сквозь толщу двух с половиной тысячелетий дошла до наших дней. [4]

1.3 СОКРАТОВСКИЙ МЕТОД

Миссия Сократа заключалась в постижении смысла тайного дельфийского изречения посредством бесед. Возвращаясь к этому вопросу, подчеркнем его принципиальные стороны. Ранее уже отмечалось, что диалог представлял для Сократа совместный поиск истины.  Каждый из его участников выступал как равный. (Сам философ не был учителем в обычным смысле этого слова, передающим ученику определенный сумму знаний.)

В собеседовании присутствовали два лица, для которых истина и знания не были даны в готовом виде, а представляли собой проблему и предлагали поиск. Это значило, что истина раскрывалась в сознании обоих участников диалога. Поэтому Сократ в отличие от софистов не выдавал себя за «учителя мудрости», которому все известно и который берется всему обучить. 

В знаменитых словах «Я знаю, что я ничего не знаю» - весь Сократ, вся «формула» его философии, весь пафос его поиска истины. Он был уверен, что незнание, точнее, знание о своем незнании в конечном счете обернется знанием. Иначе говоря, незнание является предпосылкой знания, оно стимулирует поиск, заставляет поразмыслить и поискать. С этой точки зрения у человека, не сомневающегося в истинности своих знаний и воображающего себя весьма сведущим во всем, нет больше потребности в поиске, в том что бы думать и мыслить.

Сомнение («я знаю, что ничего не знаю») должно было, по учению Сократа, привести к самопознанию («познай самого себя»). Только таким   индивидуалистическим путем, учил он, можно прийти к пониманию   справедливости, права, закона, благочестия, добра и зла.

Единственное, на что он претендовал, - обучение искусству ведения диалога, при котором собеседник, отвечая на заданные вопросы, высказывал свои суждения, обнаруживая свои знания или, напротив, свое неведение. Тем самим искусство диалога становилось «обличением» собеседника, которое имело целью ориентировать его на самопознание. Поэтому умение задавать вопросы Сократ рассматривал как средство, с помощью которого он содействует «рождению» истины в голове собеседника. Это диалектическое искусство он сравнивал с повивальным искусством своей матери Фенареты и в шутку называл «майевтикой».

Греческие философы вкладывали разное содержание в слово «диалектика» или «диалектическое искусство», тем не менее, оно мыслилось в единстве с диалогом и большей частью означало искусство ведения диалога, искусство спора и аргументации. У софистов «диалектика» стала техникой словесной эквилибристики, средством доказательства. Их главной целью было заставить отвечающего противоречить самому себе. В противоположность  этому Сократ видел главный критерий, отличающий диалектику, в нахождении истины. [5]      

ГЛАВА II ДИАЛЕКТИКА СОКРАТА

Диалектика, в понимании Сократа, являлась методом исследования понятий, спо­собом установления точных определений. Опреде­ление какого-либо понятия для него было рас­крытием содержания этого понятия, нахождени­ем того, что заключено в нем. С целью установ­ления точных определений Сократ разделял понятия на роды и виды, преследуя при этом не только теоретические, но и практические за­дачи.

По сообщению Ксенофонта, Сократ был убежден, что разумный человек, «разделяя в теории и на практике предметы по родам», смо­жет этим методом отличить добро от зла, вы­брать добро и быть высоконравственным, счаст­ливым и способным к диалектике. «Да и слово «диалектика»,-говорит Сократ у Ксенофонта,- произошло оттого, что люди, совещаясь в со­браниях, разделяют предметы по родам. Поэто­му надо стараться как можно лучше подготовиться к этому и усердно заняться этим: таким путем люди становятся в высшей степени нрав­ственными...» («Воспоминания»).

О сократовском понимании диалектики как метода разделения понятий на роды и виды свидетельствует также Платон  («Софист»): «Различать все по родам, не принимать один и тот же вид за иной и иной за тот же самый - неужели мы не скажем, что это [пред­мет] диалектического знания?» Сохранив это сократовское понимание диалектики и в зрелый период своего творчества, Платон пошел даль­ше: для него диалектика стала наукой об «истинно сущем» и методом познания «истинно сущего», т. е. мира идей.

Аристотель писал: «А так как Сократ занимался исследо­ванием этических вопросов, а относительно всей природы в целом его совсем не вел, в названной же области искал всеобщего (to katholou) и первый направил свою мысль на общие опреде­ления (horismon), то Платон, усвоивши взгляд Сократа, по указанной причине признал, что такие определения имеют своим предметом нечто другое, а не чувственные вещи; ибо нельзя дать общего определения для какой-либо из чувственных вещей, поскольку вещи эти посто­янно изменяются. Идя указанным путем, он подобные реальности назвал идеями» («Мета­физика»). [6]

Установление общих определений, по свиде­тельству Аристотеля, было одним из нововведений Сокра­та в философию.

Для Сократа диалектика, вопросно-ответный способ обнаружения истины, была прежде всего методом определения этических понятий, т. е. методом нахождения в данном понятии общих и существенных признаков, выражающих его сущ­ность. В ранних («сократических») диа­логах Платона много примеров диалектики Со­крата, его попыток дать определение общепри­нятым этическим понятиям и поступкам с помощью вопросов и ответов, посредством «ис­пытания» собеседника. Вот один из этих при­меров, посвященный определению понятия «справедливость».

Однажды, говоря об отношении Сократа к людям, воображавшим, будто они получили хорошее образование, и гордившимся своей ученостью, Ксенофонт («Воспоминания») передает беседу Сократа с одним молодым человеком, с Евтидемом, считавшим себя знающим более своих сверстников и леле­явшим мечту отличиться на поприще государст­венного управления. Имея в виду это намерение Евтидема, Сократ завел с ним разговор о спра­ведливых и несправедливых делах, об оценке че­ловеческих поступков.

Обсуждение этого вопроса Сократ предложил начать с изображения на песке двух граф и обозначения одной из них начальной буквой слова dikaios - «справедливый», т. е. греческой буквой «дельта», а второй - начальной буквой слова adikos - «несправедливость», т. е. грече­ской буквой «альфа». Вслед за этим Сократ предложил все поступки. Которые Евтидем счи­тает справедливыми, внести в графу «дельта», а несправедливые - в графу «альфа». Евтидем согласился. Тогда Сократ спросил его, куда за­нести ложь. Естественно, что Евтидем занес ложь в графу «альфа» (несправедливость). То же самое делает Евтидем, когда Сократ спра­шивает его, куда занести обман, насилие, воровство, похищение людей для продажи в рабство и т. п.

После того как несправедливые поступки бы­ли занесены Евтидемом в графу «альфа», Со­крат спросил его: можно ли что-либо из поступ­ков, перечисленных в графе «альфа», занести в графу «дельта»? Евтидем, ничего не подозре­вая, ответил решительным отрицанием. Но этого и добивался Сократ. Затем он задал вопрос, справедливы ли обман, ложь, насилие и другие подобные поступки, когда они совершаются на войне против неприятеля. Евтидем признал их справедливыми, сказав, что первоначально пред­полагал, будто бы вопросы Сократа касаются только друзей. Тогда Сократ предложил все поступки, отнесенные к графе «альфа», поместить в графу «дельта». Евтидем, соглашаясь, занес в графу справедливости все поступки, которые первоначально были занесены в графу неспра­ведливости.

После этого Сократ подвел итог: первоначальное предположение и соответствую­щее «определение» справедливых и несправедли­вых поступков было неправильным, а потому следует выдвинуть новое предположительное (гипотетическое) определение. Это новое пред­положение, т. е. новое определение, может быть, говорит Сократ, сформулировано следующим образом: «...по отношению к врагам такие по­ступки справедливы, а по отношению к дру­зьям - несправедливы, и по отношению к ним, напротив, следует быть как можно правдивее...». Евтидем признает это опре­деление правильным. Но Сократ заставляет Евтидема снова войти в противоречие с самим собой и признать, что приведенное определение также неправильно и требует замены его другим.

В самом деле, Евтидем, считая приведенное определение вполне правильным, признал, что в отношении друзей всегда следует говорить только правду. Но как быть, если, скажем, вое­начальник, желая поднять дух войска, солжет своим воинам, сказав, будто им подходят на помощь новые силы? Можно ли считать это несправедливым поступком? Евтидем соглашает­ся, что этот поступок следует отнести к разряду справедливых.

Сократ приводит другой случай обмана. Отец заболевшего ребенка, не желающего принимать лекарство, обманывает его, подмешивая к пище лекарство или под видом пищи заставляет его принимать лекарство. Будет ли такого рода ложь несправедливым поступком? В равной ме­ре, будет ли несправедливым поступок человека, который, видя отчаяние своего друга и, опасаясь, как бы он не кончил жизнь самоубийством, кра­дет или даже силой отнимает у него оружие? Евтидем соглашается, что все эти поступки сле­дует считать справедливыми. Но теперь все это противоречит предыдущему определению. За­путавшемуся в противоречиях Евтидему Сократ напоминает дельфийское изречение: «Познай самого себя» - и рекомендует осознать свои способности и силы, прежде чем браться за го­сударственные дела. [7]

Хотя исследование справедливости и не при­вело к положительному результату, тем не менее, в ходе беседы предпринята попытка клас­сификации поступков, попытка оценки их в свете рассматриваемого нравственного понятия (т. е. справедливости).

Кроме того, исследование показало, что один и тот же поступок не может быть безоговорочно отнесен или к справедливым, или к несправедливым поступкам, посколь­ку мы по необходимости оцениваем поступок в каком-то определенном отношении, в известных условиях места и времени. Но если это так, то со всей остротой встает вопрос о принципиаль­ной возможности этики, определения этических понятий, в которых выражается объективная сущность (оusia) нравственного явления, на­пример, мужества, справедливости. И не правы ли были Протагор и другие софисты, которые считали общепринятые этические понятия и представления субъективными?

Сократ отдавал себе отчет в сложности про­блемы. Определение понятий в этике, осущест­вляемое Сократом, служило опровержению эти­ческого релятивизма софистов. Не случайно Аристотель увидел одну из главных заслуг Сократа в поиске им общих этических определений. Ранее уже упоминалось, что для Сократа определить какую-либо добродетель (мужество, благочестие или справедливость) означало выяснить то, что есть «одно и то же во всем», т. е. найти в рас­сматриваемой добродетели то единое, которое охватывает все случаи ее проявления. Важно также подчеркнуть, что это единое (общее и тождественное), по учению Сократа, существует скорее всего реально, чем номинально.

Точнее, единое, о котором идет речь у Сократа, имеет объективный характер, не зависит от сознания человека, от его субъективного состояния и на­строения. Поэтому этическое понятие для Со­крата есть не просто условный, номинальный термин для обозначения столь же условного яв­ления нравственной жизни, как это вытекало из учения софистов, но, напротив, термин, отобра­жающий объективно существующее единое, общее и тождественное в данной добродетели.

Становится понятным, почему вопрос о том, что есть «сущность вещи», Сократ выдвинул на первое место: в определении добродетелей он увидел основное средство познания нравствен­ной сферы и выход из трясины этического реля­тивизма софистов. Сказанное означает также, что Сократ, исследуя этические понятия, пре­следовал конструктивную положительную цель, которая состояла в познании добродетелей че­рез определение.

В установлении общих определений Сократ исходил из наблюдаемых в обыденной жизни (или же воображаемых) примеров человеческого поведения. И то, что Аристотель называет «индукцией» («индуктивными рассуждениями») Сократа, есть метод определения, метод отбора тех существенных черт, которые являются об­щими для поступков, получивших одну и ту же этическую оценку. Операция отбора позволяет восходить от единичных примеров и частных случаев к общим определениям, к «сущности вещи».

Здесь мы подходим к весьма важной стороне метода Сократа, знаменующей собой целый этап в истории диалектики как учения о единстве противоположностей. В самом деле, если опре­деление понятия есть, согласно Сократу, опре­деление сущности рассматриваемого предмета, т. е. выделение из многообразия рассматриваемых явлений того, что является в них единым, тождественным и общим, то отсюда следует, что сущность представляет собой единое во многом, постоянное в изменяющемся, тождественное в различном.

Стремясь к определению понятия, Сократ подчас резко противопоставлял сущ­ность явлениям, родовую общность — видовым особенностям. Так, например, он настаивал на том, что признак мужества «оставаться на своем посту и сражаться с врагом» («Лахес») не яв­ляется определением мужества (так как имеется много других поступков, не сходных с назван­ным, но не менее мужественных). Аналогично с этим Сократ считал, что «преследование пре­ступника, обличенного в убийстве, святотатстве и в других подобных делах» (Платон, Евтифрон), не есть еще определение благо­честия.

Требование Сократа, чтобы определение бы­ло определением «сущности вещи», верно, но обнаруживаемая при этом тенденция исключать из «сущности» частные формы ее проявления приводила к большим затруднениям, не позво­лявшим установить, что же такое рассматривае­мое понятие, каков его предмет (содержание).

Столкнувшись с трудностью нахождения чистых определений («мужество само по себе», «спра­ведливость сама по себе» и т.п.) и вместе с тем с необходимостью установления предмета рас­сматриваемого понятия, Сократ в одних случаях откладывал обсуждение вопроса до «следующе­го раза», в других-ограничивался косвенным ответом на вопрос о предмете исследуемого понятия. Такой косвенный ответ дается в ранее упомянутом диалоге «Гиппий Больший», а так­же в диалоге Платона «Хармид».

В последнем, убедившись, что все попытки определить благо­разумие не удались, Сократ решается на ино­сказательное определение этого понятия, кото­рое, собственно говоря, оказывается не столько определением, сколько рассказом о некоем сне, подсказавшем ему, что самое главное и решаю­щее для человека - это знание о добре и зле, умение отличать одно от другого. Это знание является, согласно Сократу, руководящим прин­ципом в жизни, в поведении и воспитании. И никакое другое знание, кроме знания добра и зла, не может стать источником той гармонии душевных сил и нравственной деятельности, ко­торая доставляет нам истинное блаженство и делает нас добродетельными и хорошими (kaloikagathoi).

Обращает на себя внимание еще одна свое­образная черта метода Сократа и всего его уче­ния. Состоит она в том, что в сократовской диалектике безуспешность попыток определения этических понятий сочетается с уверенностью в принципиальной возможности нахождения «все­общего» в нравственности, в постижимости все­общей нравственной основы отдельных, частных добродетелей. Складывается впечатление, что эта уверенность покоится в свою очередь на убеждении в том, что каждый человек так или иначе владеет «всеобщим».