Френсис Бэкон "Идолы познания"

Введение:

Новое Время (XVI–XVII вв.) – период в культурном и идейном развитии стран Европы, обозначивший крупные перемены в жизни людей. В условиях высокого уровня городской цивилизации начался процесс развития капиталистических отношений, происходило образование крупных национальных государств, формировались новые классы.

В эту эпоху возник новый тип культуры, поставивший  в центр своих интересов человека и окружающий мир. Человек Нового Времени был охвачен жаждой самоутверждения, великих свершений, активно включался  в общественную жизнь, заново открывал для себя мир природы, стремился  к глубокому ее постижению.

Важным событием, определившим характер и направленность философской мысли того времени, стала научная революция. Ее начало было положено открытиями Н. Коперника, И. Кеплера, Тихо де Браге, Г. Галилея, а  завершение выпало Ньютону.

Известно, что до XVIII в. техника развивалась в основном без научной методологии и изобретатели продолжали искать «вечный двигатель», алхимики верили в таинственное превращение металлов. Вместе с тем, начиная с эпохи Возрождения, все сильнее проявляются новые моменты в развитии техники, обусловленные потребностями практики и соответствующим усилением процесса освоения научных знаний. Существенное значение имело осознание в этот период того факта, что возможности техники могут неизмеримо увеличиться при использовании научных открытий.

Философское обоснование  необходимости союза между наукой и техникой было дано Ф. Бэконом –  первым философом экспериментальной  науки, величайшим исследователем природы  Нового Времени. В своих трудах Бэкон  провозгласил целью науки увеличение власти человека над природой, а  также предложил реформу научного метода – очищение человеческого  разума от заблуждений, обращение к  опыту и обработка его посредством  индукции, основой которой являются наблюдение, анализ и эксперимент.

Основав свою философию  на понятии опыта, истолковав чувственность  как единственный источник всех наших  знаний, Бэкон тем самым заложил  основы эмпиризма – одной из ведущих философских традиций новоевропейской философии. 
 
 
 

1 глава.

1.1. Жизнь и деятельность

Фрэнсис Бэкон родился в Лондоне 22 января 1561 г. Его отец, сэр Николае Бэкон, служил лордом-хранителем печати при королеве Елизавете, и потому Фрэнсис еще мальчиком был представлен ко двору. В возрасте 12 лет он поступил в Кембриджский университет; посещал занятия в колледже св. Троицы до 1575 г. Поскольку для политической карьеры были необходимы юридические знания, в июне 1575 г. Бэкон поступает в лондонскую - школу юриспруденции, готовившую юрисконсультов и адвокатов. В 1579 г. он возвращается в Лондон из-за смерти отца. Несмотря на кипучую деятельность, в период правления Елизаветы продвинуться в политической карьере не удалось. В 1584 г. он избран в палату общин, где оставался в течение почти двадцати лет. На период между 1592 и 1601 гг. приходится дружба с Робером Девере, вторым графом Эссекса, покровителем Бэкона. Дружбу ждал трагический финал: граф Эссекс был обвинен в измене, и Бэкон, в качестве юрисконсульта королевского двора, поддержал обвинение. Граф, бывший фаворит королевы, приговорен к смерти и казнен.

Тем временем в 1603 г. на трон взошел Яков I - филантроп и интеллектуал. При Якове I Бэкон стал быстро подниматься по политической лестнице: генеральный адвокат в 1607 г., главный прокурор Королевского двора в 1613 г., лорд-хранитель печати в 1617 г., лорд-канцлер в 1618 г. В том же году Бэкон получает от короля титул барона Веруламского, а три года спустя - виконта Сент-Албанского. Несмотря на плотную занятость и активную политическую деятельность, Бэкон не оставлял и занятий наукой: в 1620 г. он опубликовал свой наиболее известный труд "Новый Органон", который, по замыслу автора, должен был заменить "Органон " Аристотеля и задуманный как вторая часть труда “Великое восстановление наук”. Работа рассматривалась как вторая часть обширного энциклопедического проекта "Великого восстановления наук". В 1620 г. опубликованы также помимо "Нового Органона" введение и общий план этого проекта.  В 1623 г. выходит в свет обширное произведение “О достоинстве и приумножении наук” - первая часть “Великого восстановления наук”.

Однако в 1621 г. карьера Бэкона неожиданно прервалась, а репутация безнадежно скомпрометирована: весной этого года Бэкон обвинен в коррупции палатой лордов. Высокий Суд постановил:

1) лорд-виконт Сент-Албанский, лорд-канцлер Англии, должен уплатить в качестве наказания штраф в размере 40 тысяч стерлингов;

2) он должен быть  заключен в Тауэр на срок, угодный  королю;

3) ему навсегда  запрещено заниматься любой государственной  деятельностью; 

4) он навсегда  лишается места в Парламенте, и ему запрещено приближаться  ко Двору".

Несмотря на строгость  решения, тюремное заключение в Тауэре продлилось всего несколько дней, штраф также прощен королем. Бэкон  смог продолжить свои занятия наукой, но с карьерой было навсегда покончено. Френсис Бэкон умер 9 апреля 1626 г. простудившись, когда набивал курицу снегом, чтобы доказать, что холод обеспечивает сохранение мяса от порчи, и тем самым продемонстрировать силу разрабатываемого им экспериментального научного метода.

1.2.Критика идеала знания алхимиков, традиционной философии и традиционной логики. Бэконовский замысел “Великого восстановления наук”

Ради общественно  контролируемого знания, развиваемого на базе опыта и сотрудничества ученых, имея в перспективе изменение  мира для всеобщего благосостояния, Бэкон решительно порывает с магией. Истинное знание, в отличие от магического, не принадлежит частным лицам, у  него нет покрова тайны; будучи общественным по характеру, оно излагается ясным  общедоступным языком. Пора заменить "философию слов" "философией дела", отдавая себе отчет в  том, что функция знания иная, нежели та, которую ему приписывает традиция; следовательно, речь идет не о защите одного философа от другого, а о том, чтобы отказаться от ветхой традиции в целом, покончить с "философствующими недоучками, набитыми сказками... разрушителями  духа и фальсификаторами, продажной  толпой профессоров".

Почти вся традиционная культура вращается вокруг немногих имен - Аристотеля, Платона, Гиппократа, Галена, Евклида и Птолемея. "Итак, вы видите, - пишет Бэкон в работе “Опровержение философий”, - что  ваши богатства принадлежат немногим и что надежды и удачи всех людей скрыты, может быть, в шести  умах. Для Бэкона философия древних  греков - детская философия: "Греки были вечными детьми не только в том, что касается истории или знания о прошлом, но особенно в изучении природы. Разве не отдает детством философия, которая может только болтать и ссориться, но не умеет производить? Время, когда она родилась, было временем сказаний, с бедной историей, скудные сведения для которой черпались в основном из описаний путешественников, ей недоставало достоинства и благородства". Что же касается конкретно Аристотеля, Бэкон спрашивает: "Не слышится ли вам в его физике и метафизике чаще голос диалектики, нежели голос природы? Чего можно ожидать от человека который сконструировал мир, так сказать, из категорий? Его ум был слишком нетерпелив и нетерпим, не способен остановиться, чтобы поразмыслить над идеями других, а иногда и над собственными мыслями довольно темными. О Платоне мнение Бэкона таково: Платон прежде всего политик, и "все, что он написал о природе, лишено основания, своей теологической доктриной он разрушал природную реальность ничуть не меньше, чем Аристотель своей диалектикой".

Наука, по мнению Бэкона, не способна к новым открытиям. Но и "традиционная логика, - читаем мы в “Новом Органоне”, - бесполезна для  научного исследования". И не только бесполезна, но даже вредна, поскольку  служит только для умножения ошибок традиции. Ведь силлогизм (вид дедуктивного умозаключения) не делает ничего иного, кроме как выводит следствия из посылок. Но не логика фиксирует и утверждает предпосылки: силлогизм "не способен проникнуть в глубину природных явлений, он ориентирован на нашу реакцию, а не на реальность". Силлогизм состоит из предложений: предложения из слов; а слова выражают понятия. В понятиях, используемых в силлогизмах традиционной философии, и особенно схоластики, утверждает Бэкон, "нет ничего четкого - ни логически, ни физически. Субстанция, качество, действие, пассивность и даже бытие не являются точными понятиями, еще менее таковы тяжелое - легкое, густое - редкое, влажное - сухое, порождение - разрушение, притяжение - отталкивание, элемент, материя - форма и т. д.; это все выдуманные и плохо определяемые понятия", "ибо не были выведены и абстрагированы методически из объектов". Аксиомы традиционной философии несправедливо выводятся путем произвольного перехода от немногих частных случаев к общим выводам. Это ложная индукция, которой Бэкон противопоставляет истинную: продвижение к основным принципам через промежуточные аксиомы с осторожностью и терпением, постоянно контролируя себя посредством опыта. "Есть только две возможные дороги поисков и обнаружения истины. Одна от чувства и частных случаев переносит сразу к аксиомам самого общего характера, и затем дает дорогу суждениям на основании этих принципов, уже закрепленных в их незыблемости, с тем, чтобы вывести на их основании промежуточные аксиомы; это наиболее распространенный путь. Другая - от чувства и частного приводит к аксиомам, постепенно и непрерывно поднимаясь по ступеням лестницы обобщения до тех пор, пока не подведет к аксиомам самого общего характера; это самая верная дорога, хотя она еще и не пройдена людьми". Но она должна быть пройдена, если мы хотим заменить культуру историко-литературного типа научно-технической цивилизацией. "Цель нашей науки,- пишет Бэкон, - в “Великом восстановлении наук”, - в том, чтобы открывать не аргументы, а искусства, не следствия, вытекающие из сформулированных принципов, но и сами принципы". А чтобы открыть принципы, богатые полезными аппликациями, необходим новый метод, отличающийся от аристотелевско-схоластического: "Согласно нашему методу аксиомы должны быть выводимы постепенно и постоянно с тем, чтобы только в конце прийти к понятиям самого общего характера"; эти последние должны быть "таковы, чтобы сама природа признала их, чтобы они проникали в суть вещей".

Основную цель своих  сочинений, как и призвание всей философии, Ф. Бэкон видел в том, чтобы "восстановить в целом или  хотя бы привести к лучшему виду то общение между умом и вещами, которому едва ли уподобится что-либо на земле или по крайней мере что-либо земное". С философской точки  зрения, особого сожаления и срочного исправления заслуживают ставшие  смутными и бесплодными понятия, употребляемые в науках. Отсюда - необходимость "заново обратиться к  вещам с лучшими средствами и  произвести восстановление наук и искусств и всего человеческого знания вообще, утвержденное на должном основании". Бэкон призывает своих современников  и потомков обратить особое внимание на развитие наук и сделать это  ради пользы жизни и практики, именно для "пользы и достоинства человеческого". Именно с Бэкона и начинается резкая смена ориентации в европейской  культуре. Наука из подозрительного  и праздного в глазах многих людей  времяпрепровождения постепенно становится важнейшей, престижной областью человеческой культуры. В этом отношении многие ученые и философы нового времени идут по стопам Бэкона: на место схоластического многознания, оторванного от технической практики и от познания природы, они ставят науку, еще тесно связанную с философией, но в то же время опирающуюся на специальные опыты и эксперименты.

1.3. Классификация системы наук и роль философии

Свой главный вклад  философа в теорию и практику науки  Бэкон видел в том, чтобы подвести под науку обновленное философско-методологическое обоснование. Он мыслил науки как  связанные в единую систему, каждая часть которой в свою очередь  должна быть тонко дифференцирована.

"Наиболее правильным  разделением человеческого знания  является то, которое исходит  из трех способностей разумной  души, сосредоточивающей в себе  знание. История соответствует памяти, поэзия - воображению, философия  - рассудку. Историю -сообразованную  с памятью - Ф. Бэкон делит  на естественную и гражданскую  (а каждую из них классифицирует  еще более конкретно: так, гражданская  история разделена на церковную,  на историю наук и собственно  гражданскую историю). Поэзия - коррелируемая с воображением - разделена на эпическую, драматическую, параболическую. Наиболее дробно разделена и классифицирована философия, которая понимается весьма широко и делится на множество видов и подвидов знания. Но еще до того Бэкон отделяет ее от “теологии боговдохновения"; подразделения последней он предоставляет теологам. Что же касается философии, то она прежде всего разделяется на два больших блока: на учение о природе, или естественную философию, и первую философию (учение об общих аксиомах наук, о трансценденции). В первый блок, или философское учение о природе, входят теоретические учения (физика с ее приложениями, метафизика) и практические (механика, магия с их приложениями). "Великим приложением к теоретической и практической естественной философии" становится математика (в свою очередь дифференцированная).

Бэкон широко и масштабно  мыслит и философию в целом, и  философию человека в частности. Так, в философию человека входит учение о теле (в которое включаются медицина, косметика, атлетика, "искусство  наслаждения", т. е. изобразительное  искусство и музыка) и учение о  душе. Учение о душе имеет много  подразделов. Надо иметь в виду, что  речь идет здесь именно о философском учении о душе, уже отмежеванном от чисто теологических рассуждений. И поэтому неудивительно, что оно включает такие разделы, как логика (понимаемая также не вполне традиционно - не только как теория суждения, но и как теория открытия, запоминания, сообщения), этика и "гражданская наука" (которая делится в свою очередь на три учения - о взаимном обхождении, о деловых отношениях, о правлении или государстве). Полная классификация наук Ф. Бэкона не оставляет без внимания ни одной из существовавших тогда или даже возможных в будущем областей знания. Это был, правда, лишь проект, набросок, и самим Бэконом он не был и не мог быть реализован в сколько-нибудь полной мере. В бэконовской классификации наук, на что не преминул, например, обратить внимание Гегель, наряду с физикой или медициной фигурировали теология и магия. Но тот же Гегель с признательностью отмечал: "Этот набросок, несомненно, должен был вызвать сенсацию у современников. Очень важно иметь перед глазами упорядоченную картину целого, о которой раньше не помышляли". 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2 глава.

2.1. "НОВЫЙ ОРГАНОН, или Истинные указания для истолкования природы" ("Novum Organum Scientia-rum") — основное сочинение Ф.Бэкона, в котором излагаются основы выдвинутой им опытной (индуктивной) методологии. Опубликовано в Лондоне в 1620 на латинском языке. "Н.О..." был задуман как вторая часть генерального труда всей его жизни — "Великого восстановления наук" ("Instauratio Magna Scientiarum"); его первая часть — "О достоинстве и приумножении наук" будет опубликована Ф.Бэконом в 1623. Бэкон работал над текстом "Н.О..." более десяти лет, хотя в свет книга вышла незаконченной, обрываясь на рассмотрении "Преимущественных примеров". Таким образом, намеченный в XXI и LII афоризмах второй книги план так и не был реализован. Уже в 17 в. "Н.О..." переиздается в ряде европейских стран, а в 18 в. переводится на основные европейские языки — немецкий, итальянский, французский. В 1874 в переводе П.А.Бибикова "Н.О..." впервые в полном виде публикуется на русском языке. Само название работы — "Н.О..." явно перекликается с аристотелевским "Органоном" — сводом логических сочинений великого древнегреческого мыслителя, которые греческие аристотелики называли "инструментальными", т.е. способными быть использованными в качестве метода для расширения нашего знания.

Какова же цель написания Нового Органона?

Занимаясь какой–либо деятельностью, человек  желает достичь чего–либо – домогается. Бэкон выделяет три “рода человеческих домогательств”, состоящих в том, чтобы:

1) “распространить  свое могущество в своем отечестве”;

2) “распространить  власть и силу родины на  все человечество”;

3) “распространить  могущество и власть всего  человеческого рода по отношению  к совокупности вещей”.

И если первые две цели рассматриваются как  “низменные и подлые по своей сути”, то треть и “разумнее и почтеннее”, поскольку направлена на избавление рода человеческого от нищеты.

Достичь же этой цели, по мнению Бэкона, можно лишь развивая науки.

Считая существующие на то время методы неприспособленными для получения новых истинных знаний о природе Бэкон предлагает “новое орудие, или инструмент, познания”, противопоставляя его перипатетической и схоластической логике. (Последователи  Аристотеля – перипатетики собрали  его логические сочинения в свод под общим названием “Органон”). Причем метод такой, что “почти уравнивает дарования и мало что оставляет  их превосходству, ибо он все проводит посредством самых определенных правил и доказательств”, такой, что  дает “достаточно надежды на успех  не только для человека усердного  и предприимчивого, но даже и для  благоразумного и трезвого”.

"Человек, слуга  и интерпретатор природы, - пишет  Бэкон в начале первой книги  “Нового Органона”, - действует  и понимает настолько, насколько  может установить устройство  природы путем наблюдения за  вещами и работой ума; он  не знает и не может знать  ничего сверх того".

Бэкон намерен "обратить людей к изучению частных конкретных явлений, сосредоточив внимание на их последовательности и порядке, вынудив  на какое-то время отвлечься от понятий  и привыкнуть к самим вещам". С этой целью он проводит разграничение  между антиципациями природы  и интерпретациями природы. Антиципации  природы - это понятия, сконструированные "скороспело и без обдумывания"; "они легко нарушают логический ход мысли, овладевают разумом и  заполняют воображение; одним словом, это понятия, выведенные ошибочным  методом". Интерпретации природы "выводятся из вещей иным способом исследования из данных, весьма отдаленных друг от друга, они не могут сразу  поразить воображение и потому, по общему мнению, кажутся трудными и  странными, в чем-то схожими с  тайнами религиозной веры". Но именно интерпретация природы, а  не антиципации конституируют истинное знание, полученное верным методом. Антиципации  овладевают ходом мысли, но не приводят "к новым деталям"; интерпретации  овладевают реальностью и именно поэтому они плодотворны. И происходит это потому, что есть метод - новый  органон, действительно эффективный  инструмент постижения истины.

Тщетно было бы ожидать  большого обновления в науках от внедрения  нового в старое: необходимо провести полное обновление знания, начав с  самых основ науки. Это неотложное и важное дело имеет две стадии: первая - разрушение - состоит в освобождении разума от идолов, или ложных понятий, вторая - созидание - состоит в изложении и подтверждении правил того единственного метода, который только и может привести человеческий ум к контакту с действительностью и установить новые отношения между словом и делом.

С самого начала своей  творческой деятельности Бэкон выступил против господствовавшей в то время  схоластической философии и выдвинул доктрину "естественной" философии, основывающейся на опытном познании. Взгляды Бэкона сформировались на основе достижений философии Возрождения  и включали в себя натуралистическое  миросозерцание с основами аналитического подхода к исследуемым явлениям и эмпиризмом. Он предложил обширную программу перестройки интеллектуального  мира, подвергнув резкой критике схоластические концепции предшествующей и современной  ему философии.

Бэкон стремился  привести "границы умственного  мира" в соответствие со всеми  теми громадными достижениями, которые  происходили в современном Бэкону обществе XV-XVI веков, когда наибольшее развитие получили опытные науки. Бэкон  выразил решение поставленной задачи в виде попытки "великого восстановления наук", которую изложил в трактатах: "О достоинстве и приумножении наук" (самом большом своем  произведении), "Новом Органоне" (его главном произведении) и других работах по "естественной истории", рассматривающих отдельные явления  и процессы природы.

Понимание науки  у Бэкона включало, прежде всего, новую  классификацию наук, в основу которой  он положил такие способности  человеческой души, как память, воображение (фантазия), разум. Соответственно этому  главными науками, по Бэкону, должны быть история, поэзия, философия. Высшая задача познания всех наук, согласно Бэкону, - господство над природой и усовершенствование человеческой жизни. По словам главы "Дома Соломона" (своего рода исследовательского центра, Академии, идея которого была выдвинута  Бэконом в утопическом романе "Новая Атлантида"), "целью  нашего общества является познание причин и скрытых сил всех вещей и  расширение власти человека над природою, покуда все не станет для него возможным". 

Критерием успеха наук являются те практические результаты, к которым они приводят. "Плоды  и практические изобретения суть как бы поручители и свидетели  истинности философии". Знание - сила, но только такое знание, которое  истинно. Поэтому Бэкон проводит различение двух видов опыта: плодоносного и светоносного. К первому относятся  такие опыты, которые приносят непосредственную пользу человеку, ко второму - те, цель которых состоит в познании глубоких связей природы, законов явлений, свойств  вещей. Второй вид опытов Бэкон считал более ценными, так как без  их результатов невозможно осуществить  плодоносные опыты. Недостоверность  получаемого нами знания обусловлена, считает Бэкон, сомнительной формой доказательства, которая опирается  на силлогистическую форму обоснования  идей, состоящую из суждений и понятий. Однако понятия, как правило, образуются недостаточно обоснованно. В своей  критике теории аристотелевского силлогизма Бэкон исходит из того, что используемые в дедуктивном доказательстве общие  понятия – результат опытного знания, полученного исключительно  поспешно. Со своей стороны, признавая  важность общих понятий, составляющих фундамент знаний, Бэкон считал главным  правильно образовывать эти понятия, т.к. если это делается поспешно, случайно, то нет прочности и в том, что  на них построено. Главным шагом  в реформе науки, предлагаемым Бэконом, должно быть совершенствование методов  обобщения, создания новой концепции  индукции.

Опытно-индуктивный  метод Бэкона состоял в постепенном  образовании новых понятий путем  истолкования фактов и явлений природы. Только с помощью такого метода, по мнению Бэкона, можно открывать  новые истины, а не топтаться на месте. Не отвергая дедукцию, Бэкон  так определял различие и особенности  этих двух методов познания: «Два пути существуют и могут существовать для отыскания и открытия истины. Один воспаряет от ощущений и частностей к наиболее общим аксиомам и, идя  от этих оснований и их непоколебимой  истинности, обсуждает и открывает  средние аксиомы. Этим путем и  пользуются ныне. Другой же путь выводит  аксиомы из ощущений и частностей, поднимаясь непрерывно и постепенно пока, наконец, не приводит к наиболее общим аксиомам. Это путь истинный, но не испытанный». 

Хотя проблема индукции ставилась и раньше предшествовавшими  философами, только у Бэкона она  приобретает главенствующее значение и выступает первостепенным средством  познания природы. В противовес индукции через простое перечисление, распространенное в то время он выдвигает на передний план истинную, по его словам, индукция, дающую новые выводы, получаемые не только на основании наблюдения подтверждающих фактов, сколько в результате изучения явлений противоречащих доказываемому  положению. Один-единственный случай способен опровергнуть необдуманное обобщение. Пренебрежение к так называемым инстанциям, по Бэкону, - главная причина  ошибок, суеверий, предрассудков.

В индуктивный метод  Бекона в качестве необходимых этапов входят сбор фактов и их систематизация. Бэкон выдвинул идею составления 3-х  таблиц исследования: таблиц присутствия, отсутствия и промежуточных ступеней.

Возьмем любимый  Бэконом пример. Если кто-то хочет  найти формулу тепла, то он собирает в первой таблице различные случаи тепла, стремясь отсеять все то, что  с теплом не связано. Во второй таблице  он собирает вместе случаи, которые  подобны случаям в первой, но не обладают теплом. Например, в первую таблицу могут быть включены лучи солнца, которые создают тепло, во вторую лучи, исходящие от луны или  звезд, которые не создают тепла. На этом основании можно выделить все те вещи, которые наличествуют, когда тепло присутствует, наконец, в третьей таблице собирают случаи, в которых тепло присутствует в различной степени. Используя  эти три таблицы вместе, мы можем, согласно Бэкону, выяснить причину, которая  лежит в основе тепла, а именно – движение. В этом проявляется  принцип исследования общих свойств  явлений, их анализ.

В индуктивный метод  Бэкона входит и проведение эксперимента. При этом важно варьировать эксперимент, повторять его, перемещать из одной  области в другую, менять обстоятельства на обратные и связывать с другими. После этого можно перейти  к решающему эксперименту.

Бэкон выдвинул опытное  обобщение фактов в качестве стержня  своего метода, однако он не был защитником одностороннего его понимания. Эмпирический метод Бэкона отличает то, что он в максимальной степени опирается  на разум при анализе фактов. Бэкон  сравнивал свой метод с искусством пчелы, которая, добывая нектар из цветов, перерабатывает его в мед собственным умением. Он осуждал грубых эмпиритиков, которые, подобно муравью, собирают все, что им попадается на пути (имея в виду алхимиков), а также тех умозрительных догматиков, которые, как паук, ткут паутину знания из себя (имея в виду схоластов).

Предпосылкой реформы  науки должно стать, по замыслу Бэкона, и очищение разума от заблуждений, которых  он насчитывает четыре вида. Эти  препятствия на пути познания он называет идолами: идолы рода, пещеры, площади  и театра.

Идолы рода - это ошибки, обусловленные наследственной природой человека. Мышление человека имеет  свои недостатки, т.к. "уподобляется неровному зеркалу, которое, примешивая к природе вещей свою природу, отражает вещи в искривленном и обезображенном виде". Человек постоянно истолковывает  природу по аналогии с человеком, что находит свое выражение в  теологическом приписывании природе  конечных целей, которые ей несвойственны. Идолы рода - это предрассудки нашего ума, проистекающие из смешения нашей  собственной природы с природой вещей. Последняя отражается в ней  как в кривом зеркале. Если в человеческом мире целевые (телеологические) отношения  оправдывают законность наших вопросов: зачем? для чего? - то те же вопросы, обращенные к природе, лишены смысла и ничего не объясняют. В природе все подчинено  только действию причин, и здесь  законен лишь вопрос: почему? Наш  ум следует очистить от того, что  проникает в него не из природы  вещей. Он должен быть открыт Природе  и только Природе. К идолам рода Бэкон  относит и стремление человеческого  ума к необоснованным обобщениям. Он, например, указывал, что часто  орбиты вращающихся планет считают  некруговыми, что необоснованно. 

Идолы пещеры - это  ошибки, которые свойственны отдельному человеку или некоторым группам  людей в силу субъективных симпатий, предпочтений. Например, одни исследователи  верят в непогрешимый авторитет  древности, другие склонны отдавать предпочтение новому. "Человеческий разум - не сухой свет, его окропляют  воля и страсти, а это порождает  в науке желательное каждому. Человек скорее верит в истинность того, что предпочитает… Бесконечным  числом способов, иногда незаметных, страсти  пятнаются и портят разум". Идолы  пещеры - это предрассудки, заполняющие  ум из такого источника, как наше индивидуальное (и случайное) положение в мире. Чтобы освободиться от их власти, необходимо достигать согласия в восприятии природы из разных позиций и при различных условиях. В противном случае иллюзии и обманы восприятия затруднят познание.

Идолы площади (рынка) - это ошибки, порождаемые речевым  общением и трудностью избежать влияния  слов на умы людей. Эти идолы возникают  потому, что слова - это только имена, знаки для общения между собой, они ничего не говорят о том, что  такое вещи. Поэтому и возникают  бесчисленные споры о словах, когда  люди принимают слова за вещи.

Идолы театра (или  теорий) - это заблуждения, проистекающие  из безусловного подчинения авторитету. Но ученый должен искать истину в вещах, а не в изречениях великих людей. Борьба с авторитарным мышлением - одна из основных забот Бэкона. Следует  безоговорочно признать лишь один авторитет, авторитет Священного Писания в  делах веры, но в познании Природы  ум должен опираться только на опыт, в котором ему открывается  Природа. Разведение двух истин - божественной и человеческой - позволило Бэкону примирить существенно различные  ориентации познания, вырастающие на почве религиозного и научного опыта, укрепить автономность и самозаконность науки и научной деятельности. Искусственные философские построения и системы, оказывающие отрицательное влияние на умы людей, - это, по мнению Бэкона, своего рода "философский театр".

И первым шагом  на пути к знанию должно быть освобождение от идолов:

“…разум должен быть совершенно освобожден и очищен от них”.

Далее подвергается критике один из путей получения  знаний, который как утверждает Бэкон  “наиболее свойственен людям”. “Этот метод состоит ни в чем  другом, как в том, что человек, готовясь и приступая к какому–либо  исследованию, прежде всего отыскивает и изучает сказанное об этом другими, затем он прибавляет свои соображения  и посредством усиленной работы разума возбуждает свой дух и как  бы призывает его открыть свои прорицания. Тут все лишено основания  и все сводится только ко мнениям”.

Все должно строиться на опыте, упорядоченном  и систематизированном, на основе которого строятся аксиомы (теории) и далее, как  следствие из них, новые опыты.

Внешние же препятствия более разнообразны.

Очень опасны для науки и различные обманчивые обещания, вследствие которых появляется “большое предубеждение против новых  предложений…из–за тех обманщиков, которые пытались делать нечто подобное”.

Так же отмечается и неприменимость мнения большинства  в делах науки.

“Немало вреда  принесла наукам мелочность и ничтожность” решаемых задач, прикрытая тщеславием и надменностью и уводящая от “значительных  и достойных открытий”.