Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Города Европы XX века. 2

МИНОБРНАУКИ РОССИИ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«БРЯНСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ

ИНЖЕНЕРНО – ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ»

Кафедра садово-паркового и ландшафтного строительства

Города Европы ХХ века

Реферат

по дисциплине

«Градостроительство с основами архитектуры»

Р-02068025.250203.10090. ПЗ


Автор работы: Группа:	____________ СПС -301	Атока А.О. № зачетной книжки: 10090

Руководитель работы:	____________	канд. с/х. наук, доц. Е. В. Мироненко

Нормоконтролер:	____________	канд. биол. наук, доц. А.В. Скок	^(Ф^{амилия И.О.)}

Допуск к защите:	« » __ 2012 г.	____________ Е.В. Мироненко

Дата защиты:

« » __ 2012 г.

Оценка: ___________

Члены комиссии:

____________

канд. с/х наук, доц. И.В. Алехина

____________ канд. биол. наук, доц. С.Н. Шлапакова

Брянск 2012

СОДЕРЖАНИЕ

Введение………………………………………………………………..3

1 Концепция города-сада…………………………..………………….4

2 Концепция упорядоченного зонирования……………………...….9

3 Концепция высотной застройки……………………………………11

4 Концепция оздоровления города…………………………...………15

Заключение…………………………………………………………….22

Список использованных источников………………………………...23

ВВЕДЕНИЕ

В конце 19—начале 20 в. архитектура стран Европы развивалась в условиях углубления социальных противоречий капиталистического общества. Характерная особенность -бурный и стихийный рост городов, их неравномерное развитие.

Увеличение городской территории и темпы жилищного строительства резко отставали от роста численности их населения, что приводило к переуплотнению застройки, повышению ее этажности, уничтожению зелени. Промышленные предприятия, мастерские, склады возникали и развивались среди жилых кварталов, ухудшая санитарно-гигиенические условия жизни населения. Функциональная и эстетическая структура феодального города взламывалась и разрушалась изнутри, застраивались даже многие площади, выдающиеся архитектурные ансамбли разрушались или искажались. Транспортные потоки внутри городов возрастали и дезорганизовывались по мере строительства железных дорог.

Совокупность этих тенденций привела к тому, что в первые десятилетия 20 в. возник общий кризис капиталистического города.

В этой обстановке возникает и развивается ряд творческих концепций градостроительства, авторы которых пытаются наметить пути преодоления кризиса капиталистического города.

1. Концепция города-сада

Идеологом и выразителем движения за строительство городов нового типа явился английский социолог Э- Хоуард, который в 1898 г. Опубликовал получившую всемирную известность книгу «Завтра». Существующим крупным капиталистическим городам Хоуард противопоставил небольшие (до 32 тысяч жителей при общей площади 400 га) города-сады, свободно расположенные среди зелени и окруженные ограничивающим их развитие, не подлежащим застройке кольцом сельскохозяйственных территорий (2000 га). По замыслу Хоуарда, город-сад должен обладать экономической автономией, иметь собственную промышленность и торговые предприятия, обеспечивающие население работой на месте, а его строительство должно вестись на средства муниципалитетов, банков или кооперативов на землях, приобретенных или арендованных этими организациями.

Планировка города-сада должна осуществляться по единому общему замыслу в соответствии с идеальной схемой зонирования, предложенной Хоуардом (в центре размещается общественный парк и среди зелени — главные административные, торговые и культурно-просветительные здания. Сочетание радиальных бульваров и кольцевых улиц делит город на ряд жилых массивов. На внешнем кольце располагается промышленный район с окружной железной дорогой). Застраиваться города-сады должны индивидуальными жилыми домами, учитывающими потребности каждой семьи и в то же время отвечающими эстетическим требованиям застройки всего жилого комплекса. Общую структуру расселения Хоуард представлял себе в виде системы таких городов-садов, образующих группы вокруг центрального большого города, с населением около 60 тысяч человек.

Идеи Хоуарда получили в начале 20 в. Широкое распространение и признание. Вслед за строительством первого города-сада в Англии — Лечворта — аналогичные попытки предпринимаются в Германии (Хеллерау, Мюнхен-Перлах), во Франции (Шатене-Малабри).

С 20х годов в градостроительстве Европы возникает новое направление – «дезурбанизм». Дезурбанистические тенденции, развитие которых было связано с идеями города-сада, в межвоенные годы не только не ослабевают, но и завоевывают новых сторонников. В реальном строительстве вырабатывались разнообразные приемы свободной планировки и застройки небольших городов, проверялись различные теоретические концепции. Были построены города-сады в Англии: Уэльвин, во франции: Мезон Бланш, в Чехословакии: Споржилов и многие другие.

В то же время выясняются многие органические пороки развития городов-садов в капиталистических условиях. Большинство из них либо превращаются в города-спальни, что ведет к дальнейшему увеличению неизбежных транспортных поездок населения, либо превращаются в колонии вилл зажиточных буржуа и не решают проблемы расселения основной массы трудящихся.

Наиболее яркими примерами комплексов различных этапов создания может служить город-сад Тернье, столица Австралийского союза Канберра, поселок Хуфайзен.

Городок Тернье был построен в 1919—1920 гг. для персонала Северной железной дороги. Он был рассчитан на семь тысяч жителей и занимал 150—160 га. Его планировка состояла из сочетания кольцевых, диагональных и взаимно перпендикулярных улиц. Основной тип дома — двухэтажный коттедж (общее число домов —1025). Плотность застройки была принята очень низкой — на долю одной квартиры приходилось 700 кв. м городской территории. Городок Тернье по характеру планировки и застройки был типичным городом-садом с достаточно высоким уровнем благоустройства. Вокруг овальной центральной площади были расположены школа, зал для устройства празднеств, почта, медицинский центр, купальное здание, детский сад, мастерские. На окраине Тернье были отведены обширные участки для стадиона и парка.

Перед первой мировой войной идеи децентрализованной застройки городов получают свое воплощение в строительстве новой столицы Австралии Канберры, начатом в 1913 г. По проекту чикагского архитектора У. Б. Гриффина. В основу дизайна Канберры легла концепция города-сада, предполагающая обширные зоны естественной растительности, из-за чего австралийцы прозвали столицу «bush capital» (в переводе с английского «столица-заросль»). Несмотря на то, что росту и развитию города помешали Первая мировая война и Великая депрессия, после Второй мировой войны Канберра стала процветающим городом.

План города расчленен на отдельные, дифференцированные по функциональному признаку и отделенные один от другого зеленью комплексы со своими местными центрами. Многоцентровая лучевая композиция фокусируется на общегородском центре, занимающем господствующий над окружающей территорией Капитолийский холм. Вся застройка Канберры малоэтажная: строительство жилых домов свыше двух этажей было запрещено. В планировке Канберры отчетливо выступают формальные композиционные моменты, в частности в орнаментальном начертании магистральной сети, слабо учитывающей своеобразные местные природные условия.

Посёлок Хуфайзен (нем. Hufeisensiedlung — посёлок «Подкова») — жилой массив, построенный на юге берлинского округа Нойкёльн в 1925—1933 годах по проекту архитекторов Бруно Таута (сторонник дезурбанистической теории, крылатая фраза: «Земля – хорошая квартира) и Мартина Вагнера.

После Первой мировой войны в период острой безработицы население Берлина стало резко увеличиваться. Жилья в городе катастрофически не хватало. В начале 1920-х годов дефицит жилья в городе составлял более 100 000 квартир, частное строительство не могло его удовлетворить. В 1921-1928 годах появились многочисленные некоммерческие жилые товарищества, которые предлагали ликвидировать нехватку жилья с помощью социальных реформ. В соответствии с этими идеями в городе должно было появиться дешёвое и высококачественное жильё с хорошими транспортными возможностями. Воплотить эти идеи можно было только путём строительства крупных жилых посёлков. Жилой посёлок Хуфайзен стал первым примером реализации социального жилья в Берлине и сложной задачей для его архитекторов. Вместе с советником по градостроительству архитектором Мартином Вагнером Таут подготовил градостроительную концепцию посёлка Хуфайзен. Оба являлись приверженцами идеи «нового строительства» и мечтали перенести промышленные методы труда на архитектуру. Стандартные квартиры и здания и крупное производство должны были выявить преимущества новых идей. Мартин Вагнер использовал строительство посёлка для «исследований экономического строительства».

Таут привнёс в проект свой опыт работы над городом-садом Фалькенберг: несмотря на высокую плотность застройки большое значение было уделено зелёным насаждениям и свободному пространству. Главное здание расположено вокруг небольшого водоёма, а ленточная застройка оставляет многочисленные свободные пространства по подобию дворов. Поскольку застройка адаптирована к местности и выполнена в форме большой подковы, посёлок производит очень живое впечатление.

Строительство велось с 1925 по 1933 годы в семь очередей, в результате появился посёлок в стиле «нового строительства» на 1072 квартиры. За исключением центральной «подковы» все сооружения выполнены ленточной застройкой, у каждого дома есть собственный садик.

Функциональности и тем самым архитектурной простоты Тауту удалось достичь немногими, но эффективными средствами, к которым можно отнести оконные переплёты с горбыльками, облицовку клинкерной плиткой по углам зданий, чередование гладкой и фактурной штукатурки. Но наиболее характерным является цветовое членение фасадов в жилом посёлке. Сторона, выходящую на Фриц-Рейтер-Аллее (нем. Fritz-Reuter-Allee), была выкрашена в «берлинский красный», цвет бычьей крови. Её структурируют выделяющиеся лестничные пролёты. Входы в «подкову» выделялись насыщенным синим цветом. Такое цветовое решение в те времена подверглось разнообразной критике, но в настоящее время воспринимается как фирменный знак посёлка.

Посёлок Хуфайзен стал ориентиром для жилой архитектуры 1920-30-х годов и сегодня, несмотря на сравнительно небольшие размеры квартир (от 49 кв. м) пользуется большой любовью жильцов. В 1990-е годы проводились реставрационные работы, посёлок получил также защиту государства как исторический памятник. В июле 2008 года посёлок Хуфайзен был внесён в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Концепция города-сада, несмотря на прогрессивность для того периода ряда заключенных в ней положений, не оправдала возлагавшихся на нее надежд. В социальном плане Хоуард выступил как представитель «градостроительного» направления английского реформизма, видящего возможность достижения классового мира путем рационального расселения и такой организации структуры городов, при которой представители различных классов, живя по соседству и объединяясь коммунальными формами общественного обслуживания, обучения детей, отдыха и т. п., устанавливали бы «подлинное взаимопонимание». Однако на деле из-за высокой стоимости жилищ и всего комплекса благоустройства жизнь в городах-садах оказалась доступной лишь ограниченному кругу высокооплачиваемых служащих и рабочей аристократии. Уже одно это не оставило камня на камне от идеи достижения этим путем социального прогресса.

2 Концепция упорядоченного зонирования

Новые прогрессивные градостроительные приемы зарождались в начале Xx века в заводских рабочих поселках (единый тип жилища, зачатки сети коммунально-бытового обслуживания и т. д.). Хотя эти опыты были еще очень несовершенными, они постепенно оказывали все большее влияние на развитие новых градостроительных идей, что проявлялось прежде всего в проектных предложениях.

Наиболее значительным из них был проект «Промышленного города» французского архитектора Т. Гарнье, созданный в 1901—1904 гг. В его основе лежит строгое функциональное расчленение территории (районы, предназначенные для жилой застройки, городского центра, промышленности, отдыха, транспортных сооружений и т. д.). В отличие от Хоуарда Гарнье предлагал компактную застройку больших прямоугольных кварталов, располагая зелень среди жилых домов и общественных сооружений. Архитектура зданий (все они разработаны Гарнье с применением железобетона что было очень прогрессивно и вместе с тем характерно для рассматриваемого времени) проста и целесообразна. Проектируя плоские крыши, железобетонные козырьки на тонких редко расставленных опорах, Гарнье стремился ответить своему представлению о новой архитектуре и ее эстетических основах. Он писал: «Только правда прекрасна. В архитектуре правда — это результат расчетов, сделанных для удовлетворения определенных потребностей на основе использования определенных материалов». Еще одной прогрессивной стороной работы Гарнье, хотя и делающей весь его замысел утопической иллюзией, неосуществимой в капиталистических условиях, является то, что общественная жизнь в «Промышленном городе» рассматривалась им как единое целое. Здесь нет классовых различий и учреждения обслуживания распределены равномерно по всему жилому району. Этим как бы предвосхищались некоторые черты будущего социалистического градостроительства. Проект Т. Гарнье не был осуществлен, за исключением отдельных сооружений — рынка для продажи скота (1913), больницы (1915), стадиона (1916) и некоторых других.

Так же в то время были запроектированы города, с необычным распределением территории, один из них - проект «мотопии».

В 1960 году архитекторы Джеллино, Болентани и Холридж предложили новый проект «города будущего» Мотопии близ Лондона. Он состоял из примыкающих друг к другу прямоугольных и кольцеобразных в плане жилых домов, первые этажи которых предназначены для пешеходов, а кровли — для автострад, и города. Такой город включал один 16-мильный вытянутый в длину «серпантинный» жилой дом, окружающий в виде живописный кривой парк (в первых этажах дома расположены улицы, транспортные магистрали, коммуникации, магазины, склады; выше — 25 жилых и один общественный этаж).

Однако созданный проект «идеального» города часто рассматриваются теперь лишь как упорядочение зонирования и решение транспортной проблемы (то есть в них предлагается решение чисто технических проблем).

3 Концепция высотной застройки

В парижском «Осеннем салоне» 1922 г. Ле корбюзье ( настоящее имя Шарль Эдуар Жаннере-Гри) в диораме «Современный город на 3 миллиона жителей» выдвигает идею застройки города небоскребами, занимающими весь центральный район, с высокой плотностью населения и геометрически организованной сетью транспортных артерий. В проектах Ле Корбюзье транспортные устройства занимают очень большой процент территории, и ее потерю должны компенсировать небоскребы. По внешнему облику и по структуре эти во многом полемические проекты города скорее представляют собой продукт рационалистического ума инженера, чем творение художника. В то же время в проектах Корбюзье впервые с такой ясностью ломается привычное представление о характере городской застройки, свойственное еще эпохе феодализма, и намечается новый масштаб и пространственная организация городов 20 в. Заслуга Ле Корбюзье заключается в том, что он, сумев отбросить традиционные представления о городе, перевел обсуждение проблемы градостроительства на уровень современных задач, хотя в его конкретных предложениях было много нереального (особенно для условий того времени). Как и многие другие западные архитекторы, он видел причины кризиса капиталистического города прежде всего в том, что новые достижения строительной техники и современный транспорт вступают в противоречие со старой, доставшейся от феодального общества планировочной структурой и застройкой городов. При таком подходе к проблемам градостроительства социальная природа кризиса капиталистического города оказывалась завуалированной и все якобы сводилось лишь к задаче реконструкции старых городов.

Ле Корбюзье при создании своего проекта «современный город на 3 млн. жителей» ставил перед собой три основные задачи: во-первых - предоставить горожанину все блага природы, а также создать условия для максимально быстрого обмена информацией. Отсюда огромная роль связи, транспорта, создание зеленых зон. Второй задачей было достижение единства архитектурного облика города, а третью задачу Ле Корбюзье связывал с идеей свободы человека в городе. Счастье полно лишь тогда, когда оно для всех.

Впоследствии этот проект был преобразован в «План Вуазен» (1925) — развитое предложение по радикальной реконструкции Парижа. Планом Вуазен предусматривалось строительство нового делового центра Парижа на полностью расчищенной территории; для этого предлагалось снести 240 гектаров старой городской застройки. Восемнадцать одинаковых небоскрёбов-офисов в 50 этажей каждый располагались по плану свободно, на расстоянии друг от друга. Высотные здания дополняли горизонтальные структуры у их подножия — с функциями всевозможного сервиса и обслуживания. Застраиваемая площадь составляла при этом всего 5 %, а остальные 95 % территории отводились под магистрали, парки и пешеходные зоны (по сопроводительной аннотации Л. К.) «План Вуазен» широко обсуждался во французской прессе и стал своего рода сенсацией.

Общая суть этих проектов в том, чтобы посредством новых планировочных методов повысить комфорт проживания в городах, создать в них зелёные зоны (концепция «зеленого города»), современную сеть транспортных магистралей — и всё это при значительном увеличении высоты зданий и плотности населения. В этих проектах Корбюзье проявил себя как последовательный урбанист.

К сожалению, эти проекты не были осуществлены.

Идея Лучезарного города впервые появилась у архитектора еще в 20-х годах, в его проекте "План Вуазен". Лучезарный город по Корбюзье выглядит в общих чертах как зеленый парк или сквер. Здания в нем расположены свободно, омываются со всех сторон воздухом и солнечным светом (1930; 1 — жилые территории; 2 — посольства и гостиницы; 3 — торгово-административный центр; 4 — легкая промышленность; 5 — тяжелая промышленность; 6 — города-спутники; 7 — главная магистраль и аэродром)

Свою идею «Лучезарного города» Ле Корбюзье начал осуществлять со строительства Марсельского блока (Марсельская Жилая единица - 1947-52). Это большое многоквартирное здание, воздвигнутое на склоне холма у города Марселя, расположенное особняком на просторном озеленённом участке. Корбюзье использовал в этом проекте стандартизированные квартиры «дуплекс» (в двух уровнях) с лоджиями, выходящими на обе стороны дома.

Изначально Марсельский блок был задуман как экспериментальное жилище с идеей коллективного проживания (своего рода коммуна).

Внутри здания – в середине по его высоте – расположен общественный комплекс услуг: кафетерий, библиотека, почта, продуктовые магазины и прочее. На ограждающих стенах лоджий впервые в таком масштабе применена раскраска в яркие чистые цвета – полихромия.

В этом проекте также широко применялось пропорционирование по системе «Модулор».Это здание было необычно во всем - начиная со своего внешнего вида и кончая планировкой квартир, которые представляли собой двухуровневые квартиры-дуплексы. Марсельский блок, вызвавший в свое время бурю разноречивых мнений, стал теперь одной из достопримечательностей Марселя, его своеобразной визитной карточкой. Позже было построено еще несколько подобных Жилых Единиц - в разных городах Франции, а одна из них - в Берлине.

Сегодня реальное воплощение этой идеи – современные районы любого города. Может показаться, что в этом нет ничего особо оригинального, - но ведь каким был город прежде? В основе он cостоял из улиц-проездов, вдоль которых высился сплошной ряд каменных фасадов, без каких-либо промежутков. Чем выше строились здания, тем тесней и мрачней становились улицы-коридоры. Чтобы от "города коридоров" перейти к "лучезарному городу", должна была произойти революция в сознании. А во времени - десятки лет. Для современных же градостроителей идея "лучезарного города" (или как сейчас говорят "зеленого города") является чем-то вполне естественным, бесспорным.

4 Концепция оздоровления города

Выставка под названием «Новые тенденции», открывшаяся в мае 1914 года в миланском зале для постоянных экспозиций, произвела переворот в художественной среде. Главным событием выставки стал проект «Новый город» молодого итальянского архитектора Антонио Сант-Элиа, свидетельствующий о появлении новой архитектурной эстетики и совершенно нового подхода к пониманию архитектурного пространства, некой фантазии, претендующей на предвидение. Он подошел к проблеме с позиций, противоположных ховардовским. Его волновала лишь проблема эстетики индустриального большого города, его архитектурной выразительности. Собственно социальных задач Сант-Элиа не решал, принимая город таким, каким он стихийно сложился к началу века — большим и хаотичным.

Сант’Элиа графическими рисунками наметил приближение новой эпохи, выступил за модернизацию города, за создание большой метрополии, включавшей высотные жилые комплексы, электростанции, аэропорты, железные дороги, промышленные сооружения… Коммуникациям и электричеству он отводил главную роль в метрополии, также как цементу и железу для архитектурных конструкций. Несмотря на то, что на некоторых рисунках изображены лишь изолированные сооружения или фрагменты нескольких сооружений, взаимосвязанных друг с другом, все они формируют авторское понимание городской среды.

Индустриальный город Сант’Элиа в главном рисунке выставки “Casamento dalla Citta Nuova” (желтая бумага, черная тушь, черный и голубой карандаши, 52,5 х 51,5см, Музей Civici.Комо) построен по принципу, именуемому в архитектурной науке трехмерным градостроительством: с многоуровневой инфраструктурой коммуникаций, развернутых над и под поверхностью земли. Вертикальные шахты лифтов, вынесенные наружу из террасообразных объемов в виде мощных контрфорсов, связывают эти уровни. Сант’Элиа широко использовал металлические конструкции в сочетании со стеклом в перекрытии пешеходных переходов над транспортными эстакадами. Просторные площадки над автострадами, согласно сопроводительному письму к выставке, предназначены были для пешеходного движения.

Известно, что Сант’Элиа уделял большое внимание принципам организации «здорового дома», где решались бы вопросы гигиены и комфорта. Вынесенные наружу на фасад здания лифты предназначены были максимально увеличить внутреннее пространство здания для лучшей его вентиляции и инсоляции. На крыши высотных зданий Сант’Элиа поместил светящиеся рекламные щиты. Электрические лифты и светящиеся рекламные вывески-элементы изумляют своим предвидением панорамы современного города.

В серии рисунков «Электростанции» (“Centrale elettrica”) Сант’Элиа с присущим ему тактом показал внутреннюю борьбу монументальных форм, придав архитектуре волнующее эмоциональное содержание. Архитектор пытался определить и место установки электростанции, централизованно снабжающей весь город. «Новый город», задуманный Сант’Элиа, нашел в электричестве мощный потенциал.

Рисунки динамичны и экспрессивны. Часть из них написана углем, другая часть – черным или цветным карандашом с заливкой тушью некоторых объемов или плоскостей. Сант’Элиа, по-видимому, предлагал варианты архитектурных форм как предварительные эскизы для дальнейшей разработки уже проектных чертежей.

Помимо индустриальных объектов, жилых комплексов, Сант’Элиа разрабатывал различные типы театральных зданий, аудиторий, а так же культовых сооружений, которые дают возможность зрительно установить связь между функцией и формой,. Так вырисовывалась картина современного города 20 века, творцом которого выступал Сант’Элиа.

Призванный в армию в 1915 году и вскоре погибший, Сант’Элиа, не смог воплотить в жизнь свои эскизы города будущего.

В начале 20-х годов архитектурные эскизы Сант’Элиа были опубликованы в международном журнале «Стиль» и германском журнале «Штурм». Эти публикации послужили толчком к созданию утопических градостроительных проектов Ле Корбюзье «Город на 3 млн. жителей» (1922), урбанистических проектов Огюста Перре, Людвига Хильберзаймера «Город высоких зданий» (1924), основанных на принципах, близких к идеям Антонио Сант’Элиа. Идеи разделения транспортного и пешеходного движения, исповедуемые Сант Элиа, стали одной из доктрин современного движения, что было зафиксировано в Афинской хартии 1933 года. Свое реальное воплощение эти идеи обрели в европейских странах в восстановительный период после второй мировой войны, когда проблемы архитектуры и градостроительства приобрели статус государственного уровня.

В 1946 году в Швеции был опубликован проект застройки центрального района Стокгольма – Сергельгатан архитектора Свена Маркелиуса. Сергельгатан – один из воплощенных на практике образов воображаемого города Сант’Элиа. Наиболее активную реализацию на практике идеи «Нового города» Сант Элиа получили во Франции в 60–70-х годах: в экспериментальном районе Дефанс в Париже – ярком примере современной урбанистической структуры высокой плотности, в которой воплощен принцип «трехмерного» градостроительства с многоуровневой инфраструктурой террас-эспланд, где активно используется подземное пространство; а также в районах Кретей; аэропорта Руасси-Ан-Франс; провинции Гренобль-Эшироль и т.д.