Грюндвальдская битва

Содержание

Введение…………………………………………………………………………………...3

Битва под Грюнальдом…………………………………………………………..….......4

Заключение……………………………………………………………….………............14

Литература………………………………………………………………………………..15

Введение 

О Грюнвальдской  битве  за границей написано много  книг. К  сожалению, до недавнего времени  от белорусов скрывалось её значение в истории Европы, да и сам вклад  белорусов в эту победу всячески принижался. Победа белорусов и поляков  под Грюнвальдом – одна из самых  славных страниц нашего прошлого. Это событие определило ход истории  и во многом благодаря ему карта  Европа выглядит в привычном нам виде. 

В 1226 году польский князь  Конрад Мазовецкий пригласил размещенный  в Палестине Тевтонский орден  в Хелминскую землю, расположенную  на реке Висла, в надежде на помощь Мальтийского Ордена в своей борьбе против языческих пруссов.

Великий магистр Герман фон  Зальца в том  же году привел своих  первых немецких рыцарей, с предполагаемым намерением остаться здесь на год  или два. Спустя почти двести лет  они завладели большей частью побережья Балтийского моря, в  том числе землями Латвии и  Эстонии и выказали твердое намерение  установить контроль над Литвой, Польшей  и Россией в ближайшее время.

Крестоносцы добились прекрасных дипломатических  отношений с  другими западными  странами, а  развили хорошие отношения  с  папством. В будущем они оккупировали и контролировали всю территорию Восточной Европы, но действовали  в соответствии с документом подписанным  Папой, в котором было указано  провести христианизацию языческих  земель в районе Балтийского моря. Независимо от своего поведения они  всегда утверждали, что действуют  от лица папской власти и с согласия самого Бога.

Их  первая миссия христианизации в XIII веке связана с прусскими  племенами, контролирующими торговлю янтарем вдоль Балтийского моря. Крестоносцы пообщались с ними самым  эффективным способом: они просто полностью уничтожили их. Тем, кто  остался в живых, было строго запрещено  вступать в брак, для дальнейшего  продолжения прусской нации. Несколько  веков спустя, когда Пруссия заняла гордое и почетное место среди  европейских государств, страна еще  находилась в ослабевшем состоянии, а древний прусский язык практически  умер под гнетом тевтонской оккупации.

Тем временем Тевтонский орден  продолжал  оккупировать близлежащие  территории и захватил Поморье (1308-1309), Хелмно, Куджаву, Добжинь и Калиш  в Польше. Каждый раз при захвате  польских земель немцы истребляли все  население  с тем, чтобы навсегда поселиться в захваченных землях. Например, в 1308 году, когда рыцари ордена шли на Гданьск с песней «Jesu Christo Salvator Mundi» (Иисус Христос Спаситель  Мира), они беспощадно убили около  десяти тысяч польских граждан, на место  которых прибыли немецкие эмигранты, получившие постоянное гражданство. В том же году было закончено возведение самого большого и мощного форта Мальборк, построенного рыцарями на оккупированной прусской территории.

Захватнические  нападения  в XIV веке в основном были направлены против языческого Литовского государства  в сочетании с миссией распространения  христианства и желанием захватить  литовские земли, особенно в окрестностях Жемайтии (Жмуди или Самоготии). Для  эффективной борьбы в этом регионе  рыцарям Тевтонского ордена понадобилось подкрепление. Для участия в «Литовском крестовом походе» ежегодно прибывали  хорошо вооруженные рыцари из Франции, Англии, Люксембурга, Австрии, Венгрии, Чехии и Нидерландов. Несмотря на то, что этим наемникам не позволяли  становиться полноправными членами  Тевтонского ордена, они были удостоены  почетных титулов и сражались  вместе с тевтонскими рыцарями. На протяжении двух столетий литовцы подвергались нападению крестоносцев, но оказывать  им сопротивление было довольно трудно.

Замок Мальборк (Мариенбург) в наши дни 

В 1385 году Литва вступила в союз с  Польским Королевством, а в следующем  году великий  литовский князь  Владислав Ягайло сочетался браком с королевой  Польши и взошел на королевский трон. Позже он принял христианскую веру и изменил свое имя на Владислава Ягелло.

В 1387 году Ягелло принес христианство в  Литву, последнюю языческую  европейскую  страну. В двух странах  было достигнуто понимание того, что, только объединившись, они смогут оказать  достойное  сопротивление рыцарям  Тевтонского  ордена. Было очевидно, что войны между двумя врагами  вряд ли удастся избежать.

В 1401 году Ягайло оставил  титул Великого князя Литовского своему двоюродному  брату Витовту  Великому, чтобы  полностью сосредоточиться  на польских делах. Ягелло и Великому князю литовскому Витовту Великому (Витольду) было тяжело смириться с  оккупацией своих земель, массовыми  убийствами мирных граждан в деревнях неподалеку от польско-литовско-тевтонских границ. Они понимали, что Тевтонский орден с каждым годом набирает силу, готовясь покорить Восточную  Европу. Существование некоторого мира после подписания унии между Литвой и Польшей было нарушено в 1398 году вторжением тевтонских рыцарей на литовско-польскую территорию и оккупация области  Жемайтии (Zmudzi), Сантока и Дрезденко. Польско-Литовское государство считало  область Жемайтии частью своей территории, и после нападения Тевтонского  ордена Польско-Литовское государство  начало холодную войну против захватчиков. Поляки и литовцы быстро осознали, что они не были достаточно сильны, чтобы противостоять террору, который  устроили рыцари на дальних рубежах  польско-литовских земель и с  оскорбленным молчанием наблюдали  за ходом вторжения.

Но  им не пришлось долго  наблюдать, так  как 14 августа 1409 года Тевтонский магистр  ордена Ульрих фон Юнгинген объявил войну Польско-Литовскому государству. Однако Тевтонский орден  тоже не был подготовлен к проведению масштабных военных действий и предложил  соседям временное перемирие. Ягелло и Витовт согласились, но было очевидным, что подобное перемирие очень  зыбко. Позже Ягелло заявил: «В следующем  году мы или победим тевтонских рыцарей  или погибнем, как великая нация».

 Перемирие устанавливалось  с 8 октября 1409 года до захода  солнца 24 июня 1410 года. За это время  Ягелло успел заслать  шпионов  в оккупированные земли, для  добычи сведений о военной  мощи противника. На территории  всей Польши и Литвы зимой  1409 года были проведены подготовительные  работы для начала военных  действий. Мечи отточены и заострены,  копья в отличном состоянии,  лошади подкованы и запечатаны  в броню. То же самое происходило  и в землях, оккупированных тевтонскими  рыцарями: сбор военной силы из  самых отдаленных уголков занятой  территории, а также помощь союзников  из Франции, Англии и Голландии.

Обе стороны понимали, что  скоро произойдет решающая битва.

В это время Ягайло послал своих  людей в Киев, чтобы просить  помощи у татар, которые согласились  направить 1500 кавалеристов после мая 1410 года. Богемия намеревалась отправить 3000 человек под командованием  Яна Сокола, а также Молдавия и  Россия решили оказать помощь, так  как они понимали важность предстоящей  битвы. В декабре 1409 года Ягелло, Витовт и Джалал-ад-Дин, предводитель татар, собрались в Брест-Литовске и  разработали стратегический план, как  въехать в Мальборк и окончательно разгромить крестоносцев.

В начале второй недели в  июне 1410 года, когда оставалось всего  лишь 11 дней до окончания перемирия, польские войска были неожиданно удивлены приходом трех вооруженных тевтонских рыцарей  облаченных в яркие доспехи. Они  попытались договориться с королем  Ягелло о продлении перемирия  еще на три недели. Ягелло поинтересовался, чем вызвана отсрочка и получил  утвердительный ответ о том, что  рыцари из других стран Европы хотели бы принять участие в крестовом  походе и что их честь не позволяет  отказать им в этой просьбе. Ягелло согласился с их предложением, но не из-за уважения к порядку, а по одной  причине. Это дополнительное время  можно было использовать для улучшения  подготовки своей армии. Второго  июля Ягелло и Витовт Великий со своими войсками в ярких одеждах собрались в Мазовше, в районе Червиньск-над-Вислой. А третьего июля они начали организованное продвижение навстречу врагу. Восьмого июля огромная армия Ягайло и Витовта пересекла границу, с намерением вступить в бой против Мальборка. Но Великий Магистр фон Юнгинген Улич, гениальный вождь и бесстрашный воин попытался сломить наступление. Он располагал информацией от своих шпионов, о том месте, где должна пройти армия противника и расположил своих крестоносцев на противоположной стороне реки, неподалеку от деревеньки Дрвенцы. Но польский король и Витовт не хотели начинать войну в области, где крестоносцы имели бы явное преимущество и решили подойти к Мальборку с другой стороны, через оккупированный город Домбрувно.

Крестоносцы предпочли бы другой путь, чтобы воспрепятствовать  огромной армии врага в Грюнвальде, Фригново или в Ричново. 13 июля польско-литовские  войска достигли рубежей города Домбрувно, занятого крестоносцами и населенного  немецкими гражданами. На протяжении нескольких часов штурма, полякам  и литовцам удалось захватить  город. Крестоносцам, руководившим защитой  города, не удалось выжить. Все они  были убиты. Чувство мести и ненависти  к крестоносцам в армии поляков  и литовцев были настолько сильными, что захваченный город был  полностью сожжен, с полным осознанием того, что крестоносцынаходящиеся далеко от этого места увидят, на что  способна армия Витовта и его  двоюродного брата.

Действительно, в ту ночь Великий магистр и  его армия  видели огонь и густой дым сожженного города. Магистр отметил, что Домбрувно  был захвачен и сожжен и предсказал дальнейшую дикую бойню. Один из командующих  крестоносцами Великого магистра заявил о том, что мы не должны дать им подойти  близко к нашим границам.

Крестоносцы молча  наблюдали картину пылающего  города.

Огромная  армия поляков  и литовцев 14 июля с наступлением темноты обошла Домбрувно с левой  стороны и с восходом солнца достигли озера Любень. Здесь Великий Магистр  обнаружил армии Ягайло и Витуатуса  в первый раз, а во вторник 15 июля планировал оказать яростное сопротивление  врагу в деревне Грюнвальд, Стебарк  и Лодвигово в районе озера  Любень. Земля вокруг этих мест была окружена густым лесом, идеально подходящим для сокрытия польско-литовской  армии.

В тот роковой день, 15 июля на восходе  солнца можно было бы представить себе всю Европу, наблюдавшую  за тем, кто выйдет победителем в  этой титанической битве. Каждый понимал  огромное значение этой войны, так как  победителю достанется вся Восточная  Европа.

Крестоносцы расположили  свою штаб-квартиру возле  небольшой  деревушки Грюнвальд, в то время  как командиры польско-литовской  армии расположили свою штаб-квартиру на расстоянии трех миль от врага в  небольшом поселении Стебарк (Танненберг).

В современной истории  поляков, развернувшаяся война была названа Грюнвальдской  битвой, у  литовцев она получила название битва  «Жальгирис», а у немцев – Танненбергская битва.

Когда священники благословляли  польско-литовскую  сторону, Ягелло выступил с речью  к своим командирам:

Братья, мы дожили до того дня, когда настало время положить конец тирании, угнетавшей долгое время  наши земли. Крестоносцы, благословленные  церковью, с крестом Христовым  на груди будут против нас. Но они  пришли облаченными в ложь. Мы же выступаем с верой к нашему знамени и глубокой любовью к  Иисусу Христу, который является надежным щитом. За свободу! За победу!

Вскоре  командующий спросил  короля, когда  они начнут выдвигаться  на боевые позиции, на что король ответил: - «Мы подождем». Ягелло исполнилось  в тот день 60 лет. Он был старше любого из своих и вражеских командиров и обладал одинаковыми способностями  со своим двоюродным братом Витовтом Великим, что позволило разработать  стратегический план, дающий всевозможные преимущества в битве с крестоносцами. Недостатков у армии Ягелло и  Витаутаса было немало, и малейшая ошибка с их стороны могла раз  и навсегда уничтожить польско-литовское  государство.

Поляки  противопоставили грозной армии  рыцарей состоящей  из 18 000 человек, 11 000 дружинников и 4 000 пехотинцев, к  которым присоединились 11 000 литовских  рыцарей и пехотинцев, 1 100 татар и около 6 000 чехов, русских, молдаван и тех, кто пришел из Моравии  для защиты польско-литовского государства. Но лишь немногие из них имели высоко ценившуюся тяжелую кавалерию. Большинство  литовских и польских пехотинцев были вооружены простыми дубинками, а их доспехи были гораздо хуже, чем у крестоносцев

Крестоносцы собрали в  этот день 21 000 хорошо оснащенных тяжелых  кавалеристов, 6 000 вооруженных  пехотинцев и 5 000 прислуги, закаленных в боях и  вооруженных намного  лучше, чем  большинство литовских и польских пехотинцев. Большая часть крестоносцев были Тевтонскими рыцарями (немцами), но и рыцари со всей Западной Европы пришли на помощь своим братьям в  борьбе против «языческих» литовцев (некоторые из них действительно  еще были язычниками), и поляков, которые отважились поддержать язычников, а не истинных христиан. Англичане  и французы, венгры и австрийцы, баварцы, тюрингцы, чехи, люксембуржцы, фламандцы, голландцы и даже некоторые поляки встали на сторону Тевтонского ордена. Великий Магистр был разочарован, так как он ожидал большей помощи от Западной Европы. У крестоносцев было на вооружении 100 пушек способных  стрелять огромными ядрами, а у  польско-литовского войска было только 16 пушек.

У поляков  и литовцев была другая проблема. Немцы  имели наилучший  командирский состав в мире – каждый из них был испытан во многих сражениях  с литовцами и татарами. Великий  Магистр Ульрих фон Юнгинген, Великий  Маршал Фридрих фон Валленрод, Великий  Командор Куно фон Лихтенштейн, один из лучших фехтовальщиков века и Маршал Альбрехт фон Шварценберг, выступающий  в качестве Верховного интенданта. Каждый из этих командиров был облачен  в костюмы из брони, как и большинство  крестоносцев. Это были типы кольчуг  сделанных из цепей, а не массивных плит, что давало преимущество польско-литовской стороне. У каждого крестоносца был огромный черный крест, белая туника на голове огромной лошади и оружие, которое было призвано наводить страх на противника перед началом наступления.

Польская  кавалерия 

Несмотря  на численное  превосходство польско-литовской  стороны (более 50 000 поляков, литовцев и  союзников против 32 000 крестоносцев – в основном немцев), крестоносцы  превосходили их в военной подготовке, вооружении и обмундировании. Это  было одно из самых решающих мировых  сражений всех времен – огромные вооруженные  столкновения, определившие историю  Восточной Европы и судьбу двух новых  стран – Литвы и Польши.

15 июля в 5 часов утра  огромная  масса крестоносцев  с флагами  на огромных лошадях  в белых  балахонах выстроились  на линии  горизонта в ожидании, но не было поляков и литовцев  выступающих против них. Это  было незабываемым зрелищем. Никогда  в предыдущих боях никто не  видел столь грозную армию,  размахивающую мечами и огромными  знаменами. В шесть часов взошло  солнце. Три польских командира  отправились на встречу с королем  за разрешением возглавить армию  для нападения на крестоносцев.

«Нет!» - Был ответ короля, но потом он объяснил им свою стратегию:

«Пусть ожидают там  под лучами палящего солнца, пока мы остаемся здесь в прохладной тени деревьев. Когда жара и недостаток воды вымотают их силы, только тогда  мы начнем наступление».

Три польских командира, в  том числе  и грозный рыцарь Завиша Чёрный (Zawisza Czarny), известный своей доблестью во многих сражениях в качестве главнокомандующего не любил и не терпел королевские стратегии. Но когда солнце стало накалять открытые участки земли, он понял мудрость своего короля, который приказал им оставаться в лесу, а крестоносцы в полном вооружении быстро ослабели под лучами палящего солнца. В это время Витовт Великий проверял полки литовцев, поляков, чехов, русских и других союзников и укреплял моральное состояние солдат громким сильным голосом. Несмотря на то, что Витовту предстояло участвовать в бою, как одному из командиров союзников, он считался лидером армии.

Витовт  не хотел ждать, потому как крестоносцы, по сведениям  шпионов, в предыдущий день продвинулись на 25 км под покровом проливного дождя  для блокирования польско-литовской  армии в Грюнвальде. Крестоносцы  были утомлены многокилометровым  походом, и одно из нападений ранним утром  позволило бы без труда разгромить их полки. Но Ягелло считал, что лучше  дождаться дневной жары, когда  крестоносцы потеряют самообладание  и станут нервными и раздражительными. Все знали, что в прошлом крестоносцы выиграли много сражений в Европе, благодаря ясному уму и психологии. В отличие от Витовта, который яростно рвался в бой, Ягелло предпочитал не спеша изучать бой с вершины холма и старался использовать наилучшую тактику для своей армии.

В 8.30, когда крестоносцы  буквально были мокрыми от пота, Великий Магистр фон Юнгинген задумал супер маневр, послав двух лучших рыцарей на противоположную  сторону с определенной целью. Когда  два рыцаря приблизились к полякам  на расстояние 20 метров, один из них  закричал громким голосом:

«Литовцы и поляки, князья Витовт Великий и Ягелло, если вы боитесь выходить и бороться, наш  Гроссмейстер посылает вам это дополнительное оружие».

 И с презрением бросили  мечи на землю. 

"Кроме того, трусы, если  вы считаете что вам нужно  больше места для маневров, Гроссмейстер  говорит, что отведет свои войска  на милю, чтобы освободить вам  место".

 И вдруг, по сигналу  одного из рыцарей, крестоносцы  на дальних позициях не оборачиваясь, начали отступать на милю назад.

Столь унизительное оскорбление  заставило  рассердиться воинов Черного  Zawisza, но Ягелло не препятствовал этому, а лишь послал одного из своих помощников, чтобы забрать мечи. Размахивая одним из них у себя над головой, он сказал: 

«Я принимаю ваши мечи, как  ваш выбор битвы, но исход этого  боя я вверяю воле Бога».

 На этот вызов ответ  последовал незамедлительно. Все  было готово к великому сражению, может быть самому большому, которое  когда-либо происходило на земле.

На  левом фланге расположились  поляки, чехи, молдаване и моравцы. На правом находился Витовт Великий с отрядами татар, русских войск и литовских рыцарей. Пехотинцы вместе с поляками были надежно спрятаны в гуще деревьев. Крестоносцы имели некоторые условности в отношении польско-литовского народа. Они отдали предпочтение рядам из пушек и пехоты выстроенных по линии фронта.

Ягелло  внезапно подал  сигнал к атаке  «Краков-Вильнюс» и вскоре сильный голос Витовта  Великого вырвался из его уст, как  грозный рык из пасти льва. Когда  литовцы, русские и татары начали продвигаться к первой линии крестоносцев, стали отчетливо слышны людские  голоса и ржание лошадей. Пушки крестоносцев успели выстрелить всего лишь два  раза в сторону сверкающей и, конечно,  быстроходной конницы. Вскоре рыцари Витовта  достигли вражеской линии с незначительными  потерями, благодаря расположению воинов и внесли хаос и смятение в ряды пехоты крестоносцев.

Великий Магистр фон Юнгинген, наблюдая за прорывом своей линии  обороны, сразу  же отдал приказ кавалерии  атаковать  литовцев. «Наши кавалеристы  хотят отступить, забрав своих людей, сир!» сообщил Саид фон Валленрод  великому магистру. «Атакуйте литовцев без пехоты», кричал сердитым голосом  фон Юнгинген и вскоре всадники начали продвигаться в сторону противника. Несчастные пехотинцы, пытавшиеся убежать  от врага, были застигнуты врасплох песком, вздымавшимся из-под лошадиных копыт. Татары и литовцы погнали их назад  к их тыловым линиям, где конные крестоносцы шли прямо на них. Вскоре большая часть пехоты была безжалостно затоптана лошадьми. Те же, кто испугался кавалерии, повернули  обратно, и нашли смерть от рук  литовцев. Первая линия пехоты крестоносцев была практически уничтожена. Нескольким пехотинцам удалось бежать и скрыться в палатках, но большинство из них  не смогло выжить под яростным наступлением конницы.

Это был один из умных маневров Ягелло и Витовта Великого, бросить в бой полки легкой конницы, чтобы устранить вражеские пушки и расчистить дорогу для тяжелой польской кавалерии. Также он вынудил крестоносцев отправить в бой тяжелую кавалерию намного раньше времени.

Но  теперь все изменилось. Когда татары направили свой взор на холм и увидели гигантских лошадей  и таких же огромных рыцарей мчавшихся  навстречу им они поддались панике и бегству, бросив литовских и  русских солдат. Это отступление  было хаотичным и недисциплинированным, и некоторые крестоносцы последовали  за ними. После изнуряющей погони, когда  более 50 татар были убиты, крестоносцы  вернулись к своим товарищам, продолжавшим борьбу с литовцами.

Атака Тевтонских рыцарей 

Вскоре  Великий Магистр  послал крупные  силы крестоносцев в бой, чтобы вынудить выйти на поле боя польских рыцарей, ожидавших  на другой стороне. Трубили трубы. Раздавались  одобрительные возгласы. Но польские рыцари ждали разъяренных крестоносцев, которые мчались к небольшому холму, размахивая на ходу знаменами  и исполняя песню «Христосе Воскресе», как когда-то при истреблении  язычников…

 Правый фланг польских  войск начал медленно двигаться,  одновременно исполняя Ojczysta Piesn (что-то вроде гимна)  "Bogurodzice" (Богородица). Обе стороны с флагами и пением, криками и воплями присоединились к дикой бойне, которой были заняты литовцы и крестоносцы.

Битва достигла своего апогея. Непрекращающиеся звуки лязгающих  мечей были похожи на раскаты грома. Лошади дико ржали  и пускались  в галоп, сбрасывая  своих наездников прямо под копыта. Путаница и страшный рукопашный бой длились безрезультатно почти полчаса. Запасные полки союзников  и крестоносцев с ужасом в глазах наблюдали, как густая туча пыли поднимается  в небо, затмевая людей, лошадей и заглушая молитвы, звуки мечей и дикие вопли. Когда Куно фон Лихтенштейн, сражавшийся с литовцами, вернулся к Великому магистру, который наблюдал за боем из своего убежища, он заявил: "Татары оказались трусливыми, но эти проклятые литовцы научились драться. Это будет жестокий бой до конца, сир ". 

«Мы раздавим их!» сказал великий магистр, который всегда недооценивал поляков и литовцев, уверенный в том, что его армия  лучше подготовлена и вооружена.

Гроссмейстер, заметив, что  литовская армия  плохо вооружена  и имеет намного  меньше людей, чем польская, отправил часть крестоносцев занятых в сражении с поляками, для подавления опасных литовцев Витовта Великого, главнокомандующего союзными войсками в бою. И действительно, крестоносцы начали теснить литовцев. Когда Витовт Великий понял, что  его люди оказались под нажимом, он приказал тактическое отступление, чтобы заманить крестоносцев в лес. Большая часть литовцев начала отступление, и крестоносцы радостно бросились  их преследовать. Только небольшой  отряд, в основном русских воинов из Смоленска и некоторых литовцев, которые были очень близко к польским рыцарям, остались на поле боя. Несмотря на то, что один русский полк был  полностью раздавлен крестоносцами, остальные продолжали отчаянную  борьбу с хорошо вооруженными рыцарями.

Но  не многие крестоносцы  преследовали литовцев. Некоторые из них опасались леса, подозревая, что это может быть ловушкой. На самом деле так и было, потому-что, когда литовцы вошли в лес  Zevaldas по узкой реке Моренце, из-за деревьев вдруг, как львы выскочили свежие отряды польских рыцарей и начали убивать удивленных крестоносцев без всякой пощады. Отступающие литовцы повернули обратно и помогли полякам.

Но  тактический отход  литовцев поставил под угрозу польскую линию обороны, поскольку левый  фланг поляков  остался неприкрытым. Девять полков крестоносцев смогли атаковать  польских рыцарей с открытого  фланга, а некоторым из них удалось  прорваться за польский фронт. Полному  окружению поляков помешали три  полка из Смоленска и некоторые  литовцы, которые не бежали с поля боя.

В этом эпизоде сражения крестоносцы  получили определенное преимущество и  даже были близки к победе в битве.

Для поддержки рыцарей, Марчин из Врочимовиц, знаменосец Кракова  был удостоен чести внести в самое  сердце битвы  большое польское знамя  с изображением белого орла. Когда  крестоносцы увидели это, они  предположили, что король Ягелло находится  поблизости, во главе своих войск, по европейскому обычаю. Они, так же как и Великий Магистр, и не подозревали, что Ягелло расположился на вершине небольшого холма, чтобы  следить за ходом сражения, следуя тактике придуманной Чингисханом  и его приемниками.

С великой отвагой и  решимостью эскадрон немецких рыцарей  врезался в Марцина и, ранив его, сбросил  польский флаг на землю, напевая  торжественно песню " Christ ist erstanden " (Христос воскрес). В обычном сражении это было бы признаком поражения армии, которой принадлежало знамя. Крестоносцы это так и истолковали и сотни рыцарей поспешили убить предположительно упавшего короля и его ближайшее окружение.

Ягелло  услышал пение  и поинтересовался, была ли это песня  крестоносцев. Рыцари, защищавшие своего короля, заверили его, что это крестоносцы. Он был обеспокоен, что может крестоносцы, уже выиграли сражение. Это походило на то, что они празднуют победу.

Они, очевидно, предполагали, что это конец битвы, но это  была не обычная битва. Рыцари из Кракова, в том числе и Завиша Черный (Czarny Zawisza) встали на защиту знамени, и битва вспыхнула с новой силой. Польские рыцари еще с большей отвагой, чем крестоносцы, принялись спасать свое знамя, и, сплотившись, двинулись на крестоносцев, решивших было, что битв