Хозяйственный договор. 2

Хозяйственный договор

Понятие хозяйственного договора.

В числе гражданско-правовых договоров, служащих основанием возникновения  обязательства, особое место занимает хозяйственный договор.

Говоря о хозяйственном  договоре, имеют в виду не отдельный  тип, а определенную совокупность договоров, обладающих рядом таких только им присущих качеств, которые вызывают необходимость устанавливать в  пределах общих норм обязательственного права правила, общие для одних  только хозяйственных договоров  — поставки, подряда на капитальное  строительство, перевозки грузов, эксплуатации железнодорожных подъездных путей  необщего пользования и др. Общность этих договоров выражается в ряде признаков.

Во-первых, они могут заключаться  только социалистическими организациями. Но сам по себе этот признак недостаточен, так как социалистические организации  вправе заключать почти все гражданские  договоры, в том числе не относящиеся  к хозяйственным.

Во-вторых, рассматриваемые  договоры преследуют те или иные хозяйственные  цели и обслуживают хозяйственную  деятельность социалистических организаций. Но и этого признака, взятого обособленно, также недостаточно, ибо едва ли не все договоры социалистических организаций  служат хозяйственным целям, а потому в таком понимании категория  хозяйственных договоров полностью  или почти полностью совпадала  бы с категорией гражданских договоров.

В-третьих, специфика хозяйственных  договоров состоит в том, что  они либо являются плановыми, либо однохарактерны плановым, даже если заключаются не на основе актов планирования. Однохарактерность  эта бывает двоякой. Так, договоры поставки свободно реализуемой и распределяемой в плановом порядке продукции есть именно договоры поставки, а не что-либо иное» и подчиняются единому законодательству, за исключением норм, определяющих зависимость договора от плана и неприменимых к неплановой поставке. В этом случае однохарактерносгь означает, что и тот и другой договоры относятся к одному договорному типу. Напротив, договор на эксплуатацию железнодорожных подъездных путей необщего пользования не включается вместе с плановой поставкой или каким-либо иным плановым обязательством в единый тип договора. Но хотя он и не опирается на акт планирования, его заключение по прямому указанию закона столь же обязательно, как и заключение плановых договоров. Здесь однохарактерность выражается не в единстве договорного типа, а в обязательности заключения плановых и определенных неплановых договоров. Отмеченная общность всех хозяйственных договоров и обусловливает необходимость установления для них целого ряда общих правил, а потому является основой образования самого понятия хозяйственного договора.

Хозяйственные—это служащие хозяйственным целям плановые и  однохарактерные им по типу или обязательности заключения неплановые договоры социалистических организаций.

Аналогичное определение  с некоторыми отличиями встречается  и в других литературных источниках'. Наряду с этим высказываются иные взгляды на понятие хозяйственного договора.

В прошлом это понятие  иногда употреблялось как равнозначное одному лишь договору поставки2. Но поскольку  в таком случае вообще не возникала  бы потребность образовывать особое понятие хозяйственного договора, ибо  достаточно было бы пользоваться понятием договора поставки, подобные суждения очень скоро сошли со страниц  гражданско-правовой литературы.

В настоящее время одни авторы отождествляют хозяйственные  договоры с любыми договорами социалистических организаций*, а другие — с их плановыми договорами5. При первой трактовке понятие хозяйственного договора утрачивает свою специфику, так  как оно по сути дела расширяется  до границ гражданского договора вообще, поскольку, за единичными исключениями, любые договоры советского гражданского права могут заключаться социалистическими  организациями и так или иначе  используются ими для достижения хозяйственных целей. При второй трактовке Важно учитывать, что  понимается под плановым договором. Если плановый — это только договор, который основан на акте планирования, то пришлось бы, например, плановую поставку относить, а неплановую не относить к числу хозяйственных договоров. Не говоря уже о практической неприемлемости такого вывода, он и теоретически не оправдан, ибо один и тот же договор  не может быть и хозяйственным, и  нехозяйственным одновременно. Если же плановый—это любой договор, служащий задачам выполнения плана, даже и  не основанный на акте планирования, то тогда вторая трактовка ничем  не отличается от первой, ибо при  таких обстоятельствах все договоры социалистических организаций будут  договорами хозяйственными.

Приходится также сталкиваться с полным отрицанием какой бы то ни было надобности в образовании  понятия хозяйственного договора'. Но, отвергнув рассмотренное понятие  на словах, сторонники этой позиции  вынуждены вслед за характеристикой  общих правил об обязательствах отмечать каждый раз специфику их применения к обязательствам тех видов, которые  в других литературных источниках объединяются под наименованием хозяйственных  договоров.

План и договор. Решающая роль среди хозяйственных договоров  принадлежит плановым договорам, заключаемым  не только во исполнение плана, но и в силу конкретного акта планирования как необходимого их юридического основания.

Плановый договор применяется  в самых различных сферах хозяйственной  деятельности. Важнейшие виды продукции  реализуются по договорам поставки, заключаемым на основе планов снабжения (распределения). Договоры подряда на капитальное строительство опираются  на план капитальных работ, титульный  список и т. д. План грузовых перевозок  служит юридическим основанием договоров  перевозки грузов, а кредитный  план — предоставления денежных средств  по договору банковской ссуды и т. п.

Акт планирования, будучи доведенным до конкретных исполнителей, порождает  определенные юридические последствия  еще до того, как на его основе будет заключен договор. Эти последствия  проявляются в отношениях как  между органом, от которого плановый акт исходит, и теми, кому он адресуется, так и в отношениях между самими адресатами планового задания. В первом Случае возникают административные, а во втором— гражданские правоотношения.

Содержание административного  правоотношения сводится к тому, что  либо оба адресата планового задания, либо один из них несут обязанность  по исполнению планово-административного  акта перед органом, издавшим его. Например, план грузовых перевозок подлежит обязательному  исполнению указанным в нем транспортным предприятием и грузоотправителем, тогда как в силу кредитного .плана  банк обязывается обеспечить кредитом в установленном размере указанную  в плане организацию, а сама эта  организация воспользоваться кредитом не обязана. Но и при двусторонней обязательности акта планирования возникшие  обязанности в одних случаях  безусловны для обоих адресатов, а в других—безусловны для  одного и условны для другого  из них. Так, план капитальных вложений безусловно обязателен и для заказчика, и для подрядчика в отличие  от Плана снабжения (распределения), который безусловно обязателен для поставщика и лишь условно обязателен для покупателя, имеющего право с соблюдением установленных законом условий полностью или частично отказаться от выделенной по плану продукции.

Обязывая к выполнению определенного им задания одну или  обе стороны безусловно или условно, акт планирования сам по себе недостаточен для того, чтобы задание могло  быть выполнено. Необходим еще заключаемый  его адресатами договор. Обязанность  и управомоченность заключить договор  составляют содержание гражданского правоотношения, непосредственно порождаемого этим актом. В зависимости от характера  планирования и особенностей хозяйственной  сферы, на которую оно рассчитано, содержание указанного правоотношения может выражаться следующим образом:

а) акт планирования безусловно обязывает обоих адресатов к  заключению договора (в отношениях по капитальному строительству) или  обязывает к этому безусловно одного (поставщика в отношениях по поставкам) и условно другого  адресата (покупателя в тех же отношениях), но предусмотренные планом конкретные хозяйственные операции (выполнить  работу, поставить продукцию) могут  быть начаты лишь после заключения договора;

б) акт планирования обязывает  обоих адресатов заключить договор  путем таких хозяйственных действий, которые необходимы для его заключения (передать указанные в плане перевозочные средства и грузы для перевозки), но все другие предусмотренные планом хозяйственные операции (в приведенном  примере— самая перевозка грузов) могут быть начаты лишь после заключения договора;

в) акт планирования, обязывая одного из своих адресатов к заключению договора (например, банк в отношениях по банковской ссуде), управомочивает к этому другого адресата (в  приведенном примере — кредитуемую организацию), и лишь заключенный договор подтверждает надобность в запланированной операции.

Однако при планировании обязательственных отношений любых  видов для выполнения предусмотренного актом планирования задания недостаточно одного только этого акта либо самого по себе договора. Если отсутствуют  необходимые плановые предпосылки, заключенный договор будет признан  недействительным,' а если не заключен договор, нельзя приступать к исполнению планового задания. Это означает, что планово-договорные обязательства  возникают не из какого-либо одного юридического факта — плана или  договора, а из их единства, образующего  сложный юридический состав. Ведущее  место в этом составе принадлежит  акту планирования, который служит правовым основанием заключения договора, составляет необходимое условие  его действительности, влияет на действие обязательства (исполнение, возможное  его изменение или прекращение). Учитывая такое значение акта планирования, закон устанавливает, что содержание договора, заключенного на основе планового  задания, должно соответствовать этому  заданию (ч. 2 ст. 159" ГК). При всей, однако, подчиненности плану договор  выполняет важные самостоятельные  функции.

Договор есть прежде всего  волевой акт, подтверждающий решимость  адресатов планового задания  исполнить его. Если оба адресата безусловно обязываются заключить  договор, но хотя бы один из них от заключения договора отказывается, это свидетельствует  о необходимости либо устранить  допущенные ошибки, либо принять особые меры по обеспечению выполнения правильно  определенного планового задания. Когда же на одного из адресатов  возлагается условная обязанность  заключить договор, она превратится  в безусловную, как только последует  заключение договора.

Далее, договор вносит в  отношения сторон ту степень определенности, которая акту планирования, как правило, вообще недоступна. Если по характеру  установленного планового задания  исполнители не вправе отступить от него (как, например, в отношениях по капитальному строительству), они могут при помощи договора уточнить и восполнить условия, необходимые для исполнения плана. 'Когда же такая возможность им предоставляется (как, например, в отношениях по поставкам), договор обеспечивает доведение заданий плана до границ, отвечающих реальным хозяйственным потребностям.

Затем договор вводит в  действие механизм санкций, которые  могут быть применены к стороне, нарушившей обязательство. Если данный договор обеспечивается только санкциями, предусмотренными в законе, он составляет обязательное условие их применения. Когда же сторонам разрешается своим  соглашением повысить размер санкций  по сравнению с установленными в  за коне или предусмотреть их по собственной инициативе договор  становится источником формирования санкций  — либо по размеру, либо по основаниям применения.

Наконец, будучи основанным на плане, договор при определенных условиях играет существенную роль в  его составлении. Это происходит во всех тех случаях, когда стороны  вступают в определенные соглашения еще до разработки плана, а согласованные  ими показатели учитываются в  процессе планирования, по итогам которого уточняются уже состоявшиеся договоры.

Учение о сложном юридическом  составе опирается на охарактеризованное взаимодействие плана и договора как основание возникновения  хозяйственных обязательств.

Автором теории сложного состава  был М. А. Агарков. Но в его изложении  эта теория не была свободна от недостатков.

М. М. Агарков ориентировался преимущественно на поставку, что  лишало его возможности выявить  различные варианты соотношения  договора с планом Единственный описанный  им вариант-акт планирования обязывает  заключить договор — сопровождался  утверждением, будто тот же самый  акт обязывает также сделать все необходимое для подготовки исполнения договора. Он писал: «Если по тем или иным причинам произойдет задержка в заключении договора, то ввиду того, что он все же должен быть заключен, стороны обязаны сделать все, от них зависящее, чтобы он не только был заключен, но и надлежащим образом использован» '. Понятно, что при таком действии планово-административного акта последующее заключение договора лишилось бы практического смысла и носило сугубо формальный характер Приписав планово административному акту несвойственную ему функцию, М. М. Агарков, в противоречие с его собственными взглядами, фактически принизил роль хозяйственного договора.

Еще дальше в том же направлении  пошел Н. Г. Александров. Он полагал, что в случаях, когда обязательство  носит планово-договорный характер, в качестве порождающего его юридического факта выступает один лишь планово  административный акт. Если же «правомочия  и обязанности сторон не конкретизированы в необходимой степени, то административный акт будет нуждаться в дополнении таким договором, который бы уточнил  правомочия и обязанности сторон (ассортимент, сроки поставки и т  д. ), хотя в общих чертах они уже  возникли у сторон в силу административного  акта»2. В результате за договором  вообще отрицалась роль юридического факта, из которого возникают предусмотренные  планом обязательства, что представляло собой не более чем теоретическое  отражение впоследствии осужденной практики бездоговорных плановых отношений, сохранявшейся в первые послевоенные годы.

Аналогичные выводы логически  следуют и из концепции С С  Алексеева, утверждающего, что не существует двух обязательств, из которых одно (обязательство заключить договор) основывается на акте планирования, а  другое (самое хозяйственное обязательство) появляется после заключения договора С договором он связывает не появление  нового, а трансформацию, динамику обязательства, уже сложившегося в силу издания  планового акта3. Едва ли, однако, нужно доказывать, что обязательство заключить договор поставки и обязательство самой поставки — не одно и то же и даже не динамика (трансформация) одного и того же Отстоять свою позицию С С Алексеев мог бы только в случае признания, что обязательство, возникшее из акта планирования, уже содержит все элементы, которые в развитом виде появятся после заключения договора Но тогда он должен был бы присоединиться либо к взглядам Н. Г Александрова, либо к отмеченным ошибочным установкам теории М М Агаркова.

По-иному к теории сложного состава подходит Р. О. Халфина '. Она  правильно обращает внимание на то, что, присвоив плану способность  предписывать исполнение обязательства, если даже договор не заключен, М. М. Агарков принизил роль договора. Но Р. О. Халфина пренебрегает тем, что  указанный дефект вовсе не присущ органически этой теории, а обусловлен лишь интерпретацией, которую ей давал  М. М. Агарков. Она перечисляет работы ряда сторонников указанной теории, заявляя, будто все они допускают  возникновение хозяйственного обязательства  непосредственно из актов планирования2, хотя двое из четырех авторов, ею упоминаемых, на тех именно страницах, на которые  она ссылается, решительно отвергают  такую возможность.

Сама же Р. О. Халфина, первоначально  рассмотрев этот вопрос в связи с  договором поставки, отстаивает тот  взгляд, что обязательство возникает  не из планового акта в совокупности с договором, а «только из основанного  на административном акте договора» 4. В дальнейшем это положение было ею обобщено применительно к любым  планово-договорным обязательствам: все  они, по мнению Р. О. Халфиной, имеют  договор своим единственным основанием, хотя договор и заключается во исполнение определенного планового  задания6.

Здесь уже возвеличение роли договора достигается за счет недооценки значения актов планирования. Но обязательство  перестало бы быть плановым, если хотя бы одним из его оснований не являлся планово-административный акт. Небезынтересно, что Р. О. Халфина так и не ответила своим критикам на вопрос, почему вслед за изменением или отменой акта планирования изменяется или прекращается обязательство, если оно основано только на дововоре. Не ответила потому, что удовлетворительный ответ исключается защищаемой ею конструкцией.

После проведения хозяйственной  реформы в соответствии с решениями  сентябрьского (1965 г) Пленума ЦК КПСС появляется новая концепция, согласно которой договор не основывается на плановом акте, а сам становится теперь основой планирования6. При  этом имеются в виду заказы на поставку товаров, направляемые покупателем  поставщику еще до принятия плана  и учитываемые при его утверждении. Но дело в том, что если утвержденный план с принятым заказом не совпадет, стороны должны ввести свои взаимоотношения в границы, не нарушающие очерченных планом. Следовательно, тот конкретный материал, на который авторы подобной концепции ссылаются, не подтверждает подобных выводов. Очевидна и их общетеоретическая неприемлемость, поскольку простой подтверждение договоров планом исключает вообще надобность в планировании. А если такое подтверждение не обязательно, если планирующие органы могут установить иное задание, чем очерченное в договоре, то не договор составляет основу планирования, а, как доказано теорией сложного состава, план порождает обязанность заключить договор.

' См., например, М И Брагинский, Общее учение о хозяйственных  договорах, Минск, 1967, стр. 21.

2 См., например, С. Н. Б  р а т у с ь, Л. А. Л  у н ц. Вопросы хозяйственного  договора, Госюриздат, 1954, стр. 9.

3 От них впоследствии  отказался и С. Н. Братусь.  См. С. Н. Братусь, О некоторых  чертах истории советского гражданского  права, «Советское государство  и право» 1957 г. № 11, стр. 95.

4 См., например, В. Н. М  о ж е и к о. Хозяйственный  договор в СССР, стр. 11.

5 См, например, Н. И. Краснов,  Г. И. Х а и д а с, рецензия  на книгу В. Н. Можейко «Хозяйственный  договор в СССР», «Советское  государство и право» 1962 г. №  11, стр. 145.

' См., например, «Гражданское  право стран народной демократии»,  Внешторгиздат, 1958, стр. 39

2 Ср, например, «Гражданское  право», т. I, «Юридическая литература», 1969, стр. 456—457 со стр. 448—451, 465—466 и  др.

' М М Агарков, указ  соч , стр 123

2Н Г. Александре в,  К вопросу о роли договора  в регулировании общественных  отношений, «Ученые записки ВИЮН»,  вып VI, 1946, Юриздат, стр. 75.

3 См. С. С Алексеев, Общая  теория социалистического права,  вып. 2, Свердловск, 1964, стр. 173—174.

' См. Р. О Халфина, Значение  и сущность договора в советском  социалистическом гражданском праве,  изд-во АН СССР, 1954, стр. 158—159; е  е ж е. Правовое регулирование  поставки продукции в народном  хозяйстве, изд-во АН СССР, 1963, стр. 116.

2 См. «Гражданское право», т. I, «Юридическая литература», 1969 стр. 452.

3 См. О. С. Иоффе, Советское  гражданское право, изд-во ЛГУ, 1958, стр. 394—400; М. И. Брагинский, указ. соч., стр. 104—128.

4 Р. О. Халфина, Значение  и сущность договора в советском  социалистическом гражданском праве,  стр. 15в.

6 См. «Гражданское право», т. I, 1969, стр. 448—454. 6 См., например, Н.  И. Клейн, Законодательство о  планировании производства товаров  народного потребления, «Юридическая  литера1ура», 1967, стр. 34, 64—65.