Индуктивный метод Ф. Бэкона. 2

Оглавление

Введение

Актуальность темы реферативной работы заключается в том, что философия сама по себе учит тому, что свою жизнь, свой завтрашний день человек может и должен выбрать и осуществить сам, полагаясь на собственный разум. В становлении и формировании духовной культуры человека философия всегда играла особую роль, связанную с ее многовековым опытом критически-рефлексивного размышления над глубинными ценностями и жизненными ориентациями. Философы во все времена и эпохи брали на себя функцию прояснения проблем бытия человека, каждый раз, заново ставя вопрос о том, что такое человек, как ему следует жить, на что ориентироваться, как вести себя в периоды кризисов культуры. Одним из значимых мыслителей философии является Фрэнсис Бэкон, жизненный путь и концепции которого мы рассмотрим в нашей работе.

Целью данной работы является изучение основных положений, касающихся индуктивного метода Ф. Бэкона. Для достижения поставленной цели предлагается решить следующие задачи:

1. Описать жизненный путь и сочинения Ф. Бэкона.

2. Обозначить главные идеи философии Ф. Бэкона.

3. Рассмотреть основные разделы философии Ф. Бэкона и его индуктивный метод.

4. Дать характеристику основным  идеям в аспекте индуктивного метода Ф. Бэкона.

Структура работы. Реферат представлен введением, основной частью из двух глав с параграфами, заключением и списком литературы.

1 Жизненный  путь, сочинения и философские  идеи Ф. Бэкона

1.1 Жизненный путь и сочинения  Ф. Бэкона

Френсис Бэкон, сын Николаса Бэкона, одного из высших сановников при дворе королевы Елизаветы, родился 22 января 1561 г. в Лондоне. В 1573 г. он поступил в Тринити — колледж Кембриджского университета. Через три года Ф. Бэкон в составе английской миссии отправился в Париж, откуда в 1579 г. из-за смерти отца вынужден был возвратиться в Англию. Первым поприщем самостоятельной деятельности Бэкона была юриспруденция. Он даже стал старейшиной юридической корпорации. Молодой юрист, однако, расценивал свои успехи в юридической области как трамплин к политической карьере. В 1584 г. Бэкон впервые был избран в палату общин. Начав с хлестких оппозиционных выступлений, он затем стал рьяным сторонником короны. Возвышение Бэкона как придворного политика наступило после смерти Елизаветы, при дворе Якова I Стюарта. Король осыпал Бэкона чинами, наградами, пожалованиями. С 1606 г. Бэкон занимал ряд достаточно высоких должностей (штатный королевский адвокат, высший королевский юрисконсульт) [4].

Годы хлопотливой придворной службы, однако, позволили Бэкону, рано почувствовавшему вкус к философии, в частности философии науки, морали, права, написать и выпустить в свет сочинения, впоследствии прославившие его как выдающегося мыслителя, родоначальника философии нового времени. Еще в 1597 г. вышла из печати его первая работа — «Опыты и наставления», содержащая очерки, которые он затем дважды будет дорабатывать и переиздавать. К 1605 г. относится трактат «О значении и успехе знания, божественного и человеческого».

Между тем в Англии наступает  пора абсолютистского правления  Якова I: в 1614 г. он распустил парламент и до 1621 г. правил единолично. Нуждаясь в преданных советниках, король особо приблизил к себе Бэкона, к тому времени искусного царедворца. В 1616 г. Бэкон стал членом Тайного совета, в 1617 г. — лордом-хранителем большой печати. В 1618 г. Бэкон — уже лорд, верховный канцлер и пэр Англии, барон Веруламский, с 1621 г. — виконт Сент-Албанский. Во время "беспарламентского" правления в Англии полновластно царил любимец короля лорд Бэкингем, противостоять стилю правления которого (расточительство, мздоимство, политические гонения) Бэкон не мог, а возможно, и не хотел. Когда в 1621 г. королю все-таки пришлось созвать парламент, то обида парламентариев, наконец, нашла свое выражение. Началось расследование коррупции должностных лиц. Бэкон, представ перед судом, признал свою вину. Пэры осудили Бэкона весьма сурово — вплоть до заключения в Тауэр, — однако король отменил решение суда. Не было бы счастья, да несчастье помогло [2].

Отставленный от политики, Бэкон  отдался тому любимому делу, в котором все решали не интриги и сребролюбие, а чистый познавательный интерес и глубокий ум — научно-философскому исследованию. 1620 г. ознаменован выходом в свет «Нового органона», задуманного как вторая часть труда «Великое восстановление наук». В 1623 г. выходит в свет обширное произведение «О достоинстве приумножении наук» — первая часть «Великого восстановления наук». Бэкон пробует перо и в жанре модной в XVII в. философской утопии — он пишет «Новую Атлантиду». Среди других сочинений выдающегося английского мыслителя следует упомянуть также «Мысли и наблюдения», «О мудрости древних», «О небе», «О причинах и началах», «История ветров», «История жизни и смерти», «История Генриха VII» и др. Умер Френсис Бэкон 9 апреля 1626 г.

1.2 Главные идеи философии Ф. Бэкона

Основную цель своих сочинений, как и призвание всей философии, Ф. Бэкон видел в том, чтобы восстановить в целом или хотя бы привести к лучшему виду то общение между умом и вещами, которому едва ли уподобится что-либо на земле или по крайней мере что-либо земное. С философской точки зрения, особого сожаления и срочного исправления заслуживают ставшие смутными и бесплодными понятия, употребляемые в науках. Отсюда — необходимость заново обратиться к вещам с лучшими средствами и произвести восстановление наук и искусств и всего человеческого знания вообще, утвержденное на должном основании. Бэкон считал, что науки со времени древних греков мало продвинулись по пути непредвзятого опытного исследования природы. Иное положение наблюдается в механических искусствах: «они, как бы восприняв какое-то живительное дуновение, с каждым днем возрастают и совершенствуются.... Но и люди, «пустившиеся в плавание по волнам опыта», мало задумываются об исходных понятиях и принципах». Итак, Бэкон призывает своих современников и потомков обратить особое внимание на развитие наук и сделать это ради пользы жизни и практики, именно для «пользы и достоинства человеческого» [6].

Бэкон выступает против ходячих  предрассудков относительно науки, чтобы сообщить научному исследованию высокий статус. Именно с Бэкона и начинается резкая смена ориентации в европейской культуре. Наука из подозрительного и праздного в глазах многих людей времяпрепровождения постепенно становится важнейшей, престижной областью человеческой культуры. В этом отношении многие ученые и философы нового времени идут по стопам Бэкона: на место схоластического многознания, оторванного от технической практики и от познания природы, они ставят науку, еще тесно связанную с философией, но в то же время опирающуюся на специальные опыты и эксперименты.

«Деятельность же и усилия, способствующие развитию науки,— пишет Бэкон в Посвящении королю ко Второй книге «Великого восстановления наук», — касаются трех объектов: научных учреждений, книг и самих ученых». Во всех этих областях Бэкону принадлежат огромные заслуги. Он составил подробный и хорошо продуманный план изменения системы образования (включая мероприятия по ее финансированию, утверждению уставов и положений). Одним из первых в Европе политиков и философов он писал: «...вообще же следует твердо помнить, что едва ли возможен значительный прогресс в раскрытии глубоких тайн природы, если не будут предоставлены средства на эксперименты...» [6]. Нужны пересмотр программ преподавания и университетских традиций, кооперация европейских университетов. Тот, кто сейчас знакомится с размышлениями Ф. Бэкона на все эти и подобные темы, не может не подивиться глубокой прозорливости философа, ученого, государственного мужа: его программа «Великого восстановления наук» не устарела и в наши дни. Можно представить себе, какой необычной, смелой и даже дерзкой выглядела она в XVII в. Несомненно, в немалой степени благодаря великим, опережающим свое время идеям Бэкона XVII в., особенно в Англии, стал веком науки и великих ученых. И не случайно к Бэкону как родоначальнику возводят свои истоки такие современные дисциплины, как науковедение, социология и экономика науки.

Однако свой главный вклад философа в теорию и практику науки Бэкон  видел в том, чтобы подвести под  науку обновленное философско-методологическое обоснование. Он мыслил науки как связанные в единую систему, каждая часть которой в свою очередь должна быть тонко дифференцирована.

1.3 Разделы  философии Ф. Бэкона и его индуктивный метод

Философия Ф. Бэкона делится на три  раздела: естественную теологию, естественную философию и учение о человеке. Естественная философия вбирает в себя как метафизику, так и физику. Учение о человеке - это науки, изучающие тело, душу и дух, то есть медицина, психология, логика, философия.

Задача философии, по Бэкону, состоит в том, чтобы освобождать разум исследователя от ложных понятий, представлений, или, по его собственному выражению, призраков, идолов (пережитков ума). С помощью индуктивного метода мыслитель предложил очищать разум ученого от разного рода интеллектуальных наслоений и иллюзий-предрассудков, изначально присущих свободному человеческому познанию. От них необходимо решительно избавляться, поскольку они блокируют рациональную мысль в исследовании природы и являются источником ошибок. Самым труднопреодолимым Ф. Бэкон считает идол «рода», так как он является результатом тенденциозной избирательности ума. Человеческий ум хранит в памяти только то, что отвечает интересам исследователя, ибо он наполнен предубеждениями. По Бэкону, ум человека схож с кривым зеркалом, отражающим природу вещей в искаженном виде. Призраки «рода» приводят к антропоморфизму (греч. antropos - человек и morphe - форма), или перенесению человеческих свойств на природу, и телеологическому (греч. telos - цель и logos - учение) миропониманию, где утверждается, что все в природе существует для человека. А такое понимание природы не соответствует ее действительному состоянию [4].

Структура индукции, по Ф. Бэкону, состоит  из «таблиц открытия»:

1) таблица присутствия  (позитивная инстанция) – сбор достаточного количества разнообразных случаев явления, причины которого мы ищем;

2) таблица отсутствия (негативная  инстанция) – поиск случаев,  по возможности, максимально подобных  предыдущим, в которых это явление  отсутствует;

3) таблица степеней или сравнений – случаи, в которых наблюдается изменения интенсивности этого явления;

4) этап сравнения полученных  данных, что позволяет исключить  посторонние факторы, не присущие  явлению и на основе главных  признаков выявить причину, сущность феномена.

Именно этот индуктивный  метод Бэкон преподносит как  разновидность новой логики, не имеющей  ничего общего с формальной логикой  Аристотеля, выстроенной на словах, не обладающих чётко выраженным смыслом (субстанция, качество, бытие и т.п.) и не выводимых методологически из реальных объектов. Подобные «псевдопонятия» построены на ложной индукции, то есть на основе познавательного перехода от немногих частных случаев к общим выводам. Метод, предоставляемый Бэконом, позволяет сформулировать категории проверенные опытом и проведённые через промежуточные доказательства.

Идол «пещеры» - это проявление индивидуальных особенностей ума ученого, в которых присутствуют личные суеверия. Они возникают в результате воспитания и образования ученого, который  смотрит на все вещи и явления природы как бы из своей пещеры - или далеко углубляясь в нее, или приближаясь к выходу. Таким образом, широта поля его наблюдений за вещами природы то сокращается, то увеличивается, при этом он проявляет особую приверженность к собственной точке зрения. Ф. Бэкон напоминает в связи с этим слова, сказанные еще Гераклитом Эфесским (535-470 до н.э.): «Люди ищут знаний в своих маленьких мирах, а не в большом, общем для всех мире». Вред этого идола в особой субъективности. Его можно преодолеть только в результате коллективного опыта познания и совместного наблюдения. Что же касается идола «рынка», то он порожден формами общежития, союза, возникающего между людьми. В нем отражаются речевые или языковые проблемы из-за неправильного словоупотребления. Поэтому его следует преодолевать путем поиска однозначных смыслов в словах и совершенствования научно-понятийного аппарата.

Последний идол - идол «тетра» - выступает хранителем стереотипов  в мышлении. Это есть слепая вера в авторитеты или традиционные философские и религиозные учения о познании, напоминающие действия, разыгрываемые на сцене театра.

Идолы «рода» и «пещеры» относятся к естественным (врожденным) свойствам человеческого ума. Идолы  же «рынка» и «театра» приобретаются  в результате познавательной практики. Однако все они являются весьма существенной помехой на пути научного познания вещей, предметов, явлений природы, а также всеобщих связей и отношений, складывающихся между ними. Они постоянно преследуют ученого, создают в его сознании ложные представления и идеи, тем самым искажая подлинность мира. Чтобы освободить сознание и мышление, то есть устранить зависимость от всех перечисленных идолов (иллюзий), следует, по мнению Ф. Бэкона, исходить только из непосредственного изучения природы. Благодаря «самоочищению» разума от призраков (врожденных или унаследованных предрассудков) он становится более творческим и продуктивным. Первый идол вредит всему роду человеческому. В полученных знаниях ум человека искажает, деформирует природу вещей, отражая то, что ему наиболее удобно видеть через призму собственного самоутверждения. Он стремится к абстракции и воображает стабильным все то, что на самом деле склонно к изменению. Большая проблематичность познания состоит в наличии в нем субъективности, которая возвышается над объективной беспристрастностью ученого в понимании как вещей, так и взаимосвязей в природе. «Человеческий ум, когда он находит какое-либо удобное или кажущееся верным или убедительным и приятным понятие, - указывает Ф. Бэкон, - подгоняет все остальное так, чтобы подтвердить его и сделать тождественным с ним». В своих рассуждениях ученый идет еще дальше и показывает более конкретные причины, мешающие научному познанию [3].

Как и большинство мыслителей Нового времени, Бэкон считал первейшей задачей новой философии создание единого, истинно научного метода познания и с его помощью - объяснение сущности природы и человека. Философ высоко ценил индукцию как метод, с помощью которого можно было бы устанавливать общие законы познания. Как и многие его последователи, он стремился улучшать индуктивный метод, известный, кстати, еще Аристотелю. Самым простым видом индукции является перечисление предметов какого-либо класса и обнаружение общего присущего им свойства. Обоснованию этого метода посвящено основное произведение философа - «Новый органон». В нем он философски осмыслил заново открытый и усовершенствованный им метод индукции, позволяющий классифицировать наблюдаемые факты действительности, на которые опирается естественная наука. Философия, отбросив свою прежнюю форму, по Бэкону, призвана вступить в «законное супружество» с естествознанием, ибо только тогда она будет способной, по его словам, «приносить детей и доставлять действительные выгоды и честные удовольствия». Естествознание должно обогащать человеческую жизнь действительными открытиями с помощью истинно научных методов. Мы не должны, учил философ, уподобляться ни паукам, ткущим нить из самих себя, ни муравьям, собирающим все вокруг себя. Мы должны быть похожи на пчел, собирающих и упорядочивающих собранное.

Историческая заслуга  Ф. Бэкона состоит не столько в  его отдельных значимых открытиях  в области изучения природы, сколько  в том, что он глубже всех своих  современников проникся идеей и  смыслом разработки новых методов  для науки, предельно четко осознав сущность назревающего перелома в определении главного направления в теории научного познания природы.

Говоря о принципиальной новизне философской мысли Ф. Бэкона о продуктивной деятельности человеческого интеллекта с помощью  индуктивного метода познания, нельзя не вспомнить прекрасные слова Гегеля: «Здесь пробуждается доверие разума к самому себе и к природе. Разум осмысленно обращается к последней, уверенный в том, что в ней найдет истину, так как то и другое в себе гармоничны». Именно поэтому Бэкона называют родоначальником опытных и экспериментальных наук современности. Их требованиям он подчинил и свою философскую мысль. Однако основателем принципиально новой философии с точки зрения и ее проблематики, и методологии считается французский ученый Рене Декарт (Картезий) [2].

Чрезвычайно важным является тот факт, что Декарт не только открыл новые истины, но и определил сам  строй современного мышления, в котором  философия и наука стали играть определяющую роль. Современный ученый и философ Б. Рассел (1872-1970) в связи с этим назвал его отцом современных философии и науки. Р. Декарт, в своем учении постоянно апеллируя к разуму, фактически стал основоположником рационализма чисто философского направления, в рамках которого сугубо умственное познание считается единственно верным путем к истине. «От его работ веет свежестью, - восторгался Б. Рассел, - которую после Платона нельзя было найти ни у одного знаменитого предшествующего ему философа. Все средневековые философы были учителями, обладавшими профессиональным чувством превосходства, присущим этому роду деятельности. Декарт пишет не как учитель, а как исследователь и ученый и стремится передать то, что он открыл».

Р. Декарт действительно  воплотил в себе как в ученом новый  тип революционера от науки. Его усилиями была создана системная наука, основным принципом которой философ провозгласил следующий: «...никогда не принимать за истинное ничего, что я не познал бы таковым с очевидностью». Конечно, сомневаться можно во многом. Однако в океане сомнений все же есть небольшие островки абсолютной уверенности -хотя бы в собственном существовании. Следовательно, очевидной становится невозможность усомниться в существовании самого сомневающегося (то есть мыслящего) человека. Отсюда в исходной точке познания не может быть никакой другой абсолютной истины, кроме декартовой: «мыслю, следовательно, существую». Сама по себе человеческая мысль есть то, далее чего уже невозможно идти в познании, то есть в стремлении найти нечто более достоверное.

Это было своего рода философским прозрением в научном познании истины. Речь, конечно, шла не столько о существовании человеческого организма, сколько о давным-давно принятом понимании собственного «Я». Имеется в виду примерно то, что Блаженный Августин называл «внутренним человеком» (человеческой личностью). Однако в своих рассуждениях Р. Декарт продвинулся намного дальше Августина. Благодаря его идеям самосознание стало играть ведущую роль в новой философии, превратившись в точку опоры, отталкиваясь от которой и основываясь на которой можно понять роль и значение субъекта (от лат. subjectum - лежащее в основе) познания.

2 Характеристика основных идей в аспекте индуктивного метода Ф. Бэкона

2.1 Классификация системы наук  и роль философии

«Наиболее правильным разделением человеческого знания является то, которое исходит из трех способностей разумной души, сосредоточивающей в себе знание. История соответствует памяти, поэзия — воображению, философия — рассудку» [5]. Историю — сообразованную с памятью — Ф. Бэкон делит на естественную и гражданскую (а каждую из них классифицирует еще более конкретно: так, гражданская история разделена на церковную, на историю наук и собственно гражданскую историю). Поэзия — коррелируемая с воображением — разделена на эпическую, драматическую, параболическую. Наиболее дробно разделена и классифицирована философия, которая понимается весьма широко и делится на множество видов и подвидов знания. Но еще до того Бэкон отделяет ее от «теологии боговдохновения»; подразделения последней он предоставляет теологам. Что же касается философии, то она, прежде всего, разделяется на два больших блока: на учение о природе, или естественную философию, и первую философию (учение об общих аксиомах наук, о трансценденции). В первый блок, или философское учение о природе, входят теоретические учения (физика с ее приложениями, метафизика) и практические (механика, магия с их приложениями). "Великим приложением к теоретической и практической естественной философии" становится математика (в свою очередь дифференцированная).

Бэкон широко и масштабно мыслит и философию в целом, и философию  человека в частности. Так, в философию  человека входит учение о теле (в  которое включаются медицина, косметика, атлетика, «искусство наслаждения», т.е. изобразительное искусство и музыка) и учение о душе. Учение о душе имеет много подразделов. Надо иметь в виду, что речь идет здесь именно о философском учении о душе, уже отмежеванном от чисто теологических рассуждений. И поэтому неудивительно, что оно включает такие разделы, как логика (понимаемая также не вполне традиционно — не только как теория суждения, но и как теория открытия, запоминания, сообщения), этика и «гражданская наука» (которая делится в свою очередь на три учения — о взаимном обхождении, о деловых отношениях, о правлении или государстве). Полная классификация наук Ф. Бэкона не оставляет без внимания ни одной из существовавших тогда или даже возможных в будущем областей знания. Это был, правда, лишь проект, набросок, и самим Бэконом он не был и не мог быть реализован в сколько-нибудь полной мере. В бэконовской классификации наук, на что не преминул, например, обратить внимание Гегель наряду с физикой или медициной фигурировали теология и магия. Но тот же Гегель с признательностью отмечал: «Этот набросок несомненно, должен был вызвать сенсацию у современников. Очень важно иметь перед глазами упорядоченную картину целого, о которой раньше не помышляли» [2].

По стилю своего философствования Ф. Бэкон — великий систематизатор и классификатор, что надо понимать не в чисто формальном смысле. Вся его работа философа и писателя строится так, что любая глава книги служит как бы частью заранее составленной и строго выполняемой классификаторской схемы.

2.2 «Новый органон»

Книга Ф. Бэкона «Новый органон» начинается с «Афоризмов об истолковании природы и царстве человека». Раздел открывается замечательными словами Ф. Бэкона: "Человек, слуга и истолкователь природы, столько совершает и понимает, сколько постиг в порядке природы делом или размышлением, и свыше этого он не знает и не может". Обновление науки — это её «обновление до последних основ» (афоризм XXXI). Прежде всего, оно предполагает, согласно Бэкону, опровержение и, насколько возможно, устранение призраков и ложных понятий, «которые уже захватили человеческий разум и глубоко в нем укрепились» (афоризм XXXVIII). Бэкон придерживается того мнения, что старый, унаследованный от средневековья и идеологически освященный церковью и схоластикой способ мышления переживает глубокий кризис; это знание (и соответствующие ему способы исследования) несовершенно по всем линиям: оно «в практической части бесплодно, полно нерешенных вопросов; в своем росте медлительно и вяло; тщится показать совершенство в целом, но дурно заполнено в своих частях; по содержанию угождает толпе и сомнительно для самих авторов, а потому ищет защиты и показной силы во всевозможных ухищрениях» [1].

Труден путь человеческого познания. Здание природы, в котором приходится прокладывать путь познающему человеку, подобно лабиринту; дороги здесь разнообразны и обманчивы, сложны «петли и узлы природы». Познавать приходится при «неверном свете чувств». Да и те, кто ведет людей по этому пути, сами сбиваются с дороги и увеличивают число блужданий и блуждающих. Вот почему требуется внимательнейшим образом изучить принципы познания. «Надо направить наши шаги путеводной нитью и по определенному правилу обезопасить всю дорогу, начиная уже от первых восприятии чувств». Поэтому великое дело восстановления наук Бэкон разбивает на две части: первая, «разрушительная», должна помочь человеку «осуществить совершенный отказ от обычных теорий и понятий и приложить затем заново к частностям очищенный и беспристрастный разум». Поддерживая впоследствии это великое дело Бэкона, Декарт справедливо заметит, что позитивные успехи, достигнутые им в науке, есть следствия и выводы из пяти-шести преодоленных «главных трудностей». «Беспристрастный разум» есть та исходная точка, в которой может и должно быть применено учение о методе, — положительная, собственно «созидательная» часть восстановления наук.

2.3 Социально-практические идеи Бэкона

Когда говорят о Бэконе как политике, то печальный конец его карьеры  как бы заслоняет значимость сделанного мыслителем на социально-политическом поприще и в социальной мысли. Между тем его «Новая Атлантида» и «Опыты и наставления» были вполне здравыми и важными для XVII в., а размах его социально-устроительной активности был поистине огромным. Это и в дальнейшем станет характерной чертой деятельности английских философов XVII-XVIII вв.

Мы уже говорили о высокой  оценке Бэконом новой механики. «Механические изобретения», заявляет он, «несравнимы ни с какими духовными факторами в их влиянии на человеческие дела». Богатство также постепенно становится — в противовес аскетическому идеалу средневековья — вполне «позитивной» общественной и человеческой ценностью. Так, в отличие от бедных, отказавшихся от частной собственности обитателей Утопии, жители бэконовской Новой Атлантиды высоко ценят богатство, главным источником которого, по убеждению Бэкона, является неизмеримо возросший уровень техники и науки.

Производственные и технические  возможности идеального общества Бэконом  неизмеримо расширены, но все-таки их изображение  проистекает из безоговорочного  одобрения технического развития существовавшего в эту эпоху социального организма. «Есть у нас дома механики, где изготовляются машины и приборы для всех видов движения» [7]. Так рассказывает в «Новой Атлантиде» представитель Дома Соломона, технического и научного общества, сосредоточившего в своих руках изобретения, применение техники, научные открытия и их популяризацию. «Там получаем мы более быстрое движение, чем, например, полет мушкетной пули или что-либо другое, известное вам; а также учимся получать движение с большей легкостью и с меньшей затратой энергии, усиливая его при помощи колес и других способов, — и получать его более мощным, чем это умеете вы... Есть у нас суда и лодки для плавания под водой и такие, которые выдерживают бурю; есть плавательные пояса и другие приспособления, помогающие держаться на воде. Есть различные сложные механизмы, часовые и иные, а также приборы, основанные на вечном движении. Мы подражаем движениям живых существ, изготовляя для этого модели людей, животных, птиц, рыб и змей. Кроме того, нам известны и другие виды движения, удивительные по равномерности и точности». В фантастической для того времени картине, начертанной Бэконом, нет, тем не менее, ничего утопического, за исключением разве мечты о пресловутом «вечном двигателе»; картина будущих открытий дана со строгим учетом реальных технических возможностей. Позитивное отношение к современному экономическому строю вообще весьма характерно для взглядов Бэкона и ряда его современников: Бэкон выступает за увеличение колоний, давая подробные советы, касающиеся наиболее «справедливой» и безболезненной колонизации; непосредственный участник экономической политики Англии, он высоко отзывается о деятельности торговых и промышленных компаний; его сочувствие вызывает личность честного дельца, инициативного предпринимателя; Бэкон дает немало рекомендаций относительно наиболее «предпочтительных», гуманных способов личного обогащения и т.д. Противоядие против бедности, а значит, против массовых смут и беспорядков Бэкон усматривает не только и не столько в гибкой и тонкой политике (которая его, конечно, весьма привлекает), сколько в экономическом пресечении бедности и в увеличении общественного богатства. Конкретные способы, рекомендуемые Бэконом, — мудрое экономическое и налоговое регулирование, но в особенности «открытие торговых путей», «усовершенствование земледелия» и «поощрение мануфактур» [3].

Таковы основные идеи великого мыслителя  Фрэнсиса Бэкона, лорда Веруламского.

2.4 Проблемы  человека, «призраков» и природы  в философии Бэкона

Ф. Бэкон уверен, что цель научного познания не в созерцании природы, как это было в Античности, и не в постижении Бога, согласно Средневековой традиции, а в принесении пользы и выгоды человечеству. Наука - средство, а не цель сама по себе. Человек же - властелин природы, таков лейтмотив философии Бекона. «Природа побеждается только подчинением ей, и то, что в созерцании представляется причиной, в действии является правилом». Иными словами, чтобы подчинить себе природу, человек должен изучить ее законы и научиться использовать свое знание в реальной практике. Именно Бэкону принадлежит знаменитый афоризм «ЗНАНИЕ - СИЛА!», в нем можно усматривать лозунг и пафос всей философской системы Ф. Бэкона. Благодаря ему, по-новому понимается отношение ЧЕЛОВЕК-ПРИРОДА, которое трансформируется в отношение СУБЪЕКТ-ОБЪЕКТ, и входит в плоть и кровь европейской ментальности, европейского стиля мышления, сохраняющегося и поныне, мы все ощущаем на себе влияние идей Бэкона. Человек представляется как познающее и действующее начало (субъект), а природа - как объект, подлежащий познанию и использованию. Активистский утилитаризм полагает, что с появлением человека природа распадается на субъект и объект, которые одновременно и разделены и связаны посредство инструментальной деятельности. «Естественнонаучный способ представления исследует природу, как поддающуюся расчету систему сил. «Современная физика не потому экспериментальная наука, что применяет приборы, для установления фактов о природе, а, наоборот: поскольку физика, причем уже в качестве чистой теории заставляет природу представлять себя как расчетно предсказуемую систему сил, постольку ставится эксперимент, а именно, для установления того, дает ли и как дает о себе знать представленная таким образом природа»,- пишет М. Хайдегер [5].

К сожалению, эта гносеологическая традиция породила не только преобразовательский энтузиазм человека, ставший деятельностным основанием позитивного преобразования природы, воспринимаемой как инструмент в достижении человеческих целей, но и к формированию и распространению в наши дни технократического сознания, чреватого не столько созиданием, сколько разрушением. В основе доктрины техницизма лежит положение, что мир спасет инженерная забота. «Бог техницизма - великий инженер. Созданный им мир - земля обетованная для человека-инженера: все он охватывает как предмет или средство инженерного действия, впервые придающего вещам их подлинный смысл... Эволюция этой доктрины была предопределена чудесным превращением работящей Золушки-техники в ослепительную королеву материального обмена» [4].