Исторический портрет любой личности в истории России XV-XVIII вв..* (Граф Григорий Григорьевич Орлов)

В современной историографии социальной истории едва ли можно найти более важный и значимый объект исследования, чем человек – выдающийся, «средний», «маленький». Несмотря на разность судеб, биологически мы все люди, проходящие индивидуальный путь от рождения до смерти, и, следовательно, имеющие свою биографию.

Академически под биографией понимают жизнь человека, как совокупность его поступков, событий и умонастроений. Биография подразумевает не только описание жизни человека, но и составление его исторического портрета в контексте эпохи. Она выявляет исторические, национальные, социальные обусловленности, психологический тип личности. Биография же выдающихся исторических личностей, как и всякий вид творчества, отражает духовное состояние общества и показывает в определенной мере, в каком из направлений идет поиск общественного идеала, в конкретном, исторически обусловленном смысле.

В целом подъем интереса к биографии исторических личностей как в России, так и во всем мире, возможно, связан с растущей неуверенностью человека в себе, с нестабильностью жизни, с поисками исторического опыта для ответа на встающие перед человечеством все новые и новые вопросы. Поэтому наибольший интерес в настоящее время вызывает исторический портрет личности не только с биографической точки зрения и характеристики конкретной эпохи, но и со стороны интеллектуальной и психоаналитической биографии. Для чего, безусловно, необходимо погружение не только в эпоху, но и в саму личность, ее творчество, жизненную ситуацию.

ГРАФ ГРИРОРИЙ ГРИГОРЬЕВИЧ ОРЛОВ

История России неразрывно связана с множеством выдающихся личностей, благодаря которым мы знаем свою страну, как крупную мировую державу. И если рассматривать непосредственно отдельные исторически персоналии, то мне хотелось бы остановиться на такой весьма неординарной личности, как граф Григорий Григорьевич Орлов – князь, фаворит Екатерины II; один из организаторов переворота 1762 года, который привел на престол Екатерину II; Генерал-фельдцехмейстер русской армии; красавец мужчина, который сразу покорил императрицу. Покровительство Екатерины II позволило Григорию Орлову сделать великолепную карьеру, получить богатство и влияние в обществе. Но, несмотря на свое положение и некую распущенность, он был человеком добрым и щедрым до расточительности.

Личность князя Г.Г. Орлова никогда не была предметом специальных исследований. В общих трудах по истории царствования Екатерины II сохранились статьи, где имя князя большей частью упоминается только как одного из фаворитов или в лучшем случае как одного из братьев Орловых. Исключением являются труды А.А.Голембиовского и А.П.Барсукова, посвященные биографии князя Г.Орлова. Современный интерес исследователей большей частью вызывают не личные качества, а связь Орлова с императрицей. Между тем это был человек со сложным внутренним миром. Приближение Г.Г.Орлова ко двору совпадает с той эпохой царствования Екатерины, когда новые идеи, смело провозглашенные французскими энциклопедистами, широкой струей проникали в петербургский двор и оттуда свободно веяли над русским обществом. Стремление Г.Орлова вместе с императрицей, особенно на первых этапах их деятельности, законодательно решить вопросы экономического характера, а также его покровительство искусству и науке заслуживает положительной оценки.

Игнорирование личных качеств государственных лиц существенно обедняет наше представление об историческом процессе, делает его безлюдным, бесцветным. В конечном итоге история – это не только глобальные процессы, перевороты, войны, смена правительственных кабинетов, а в большей степени судьба отдельного человека, оказавшегося вольно или невольно включенного в определенные исторические события.

И моя задача в данном исследовании – освятить деятельность князя как государственного чиновника.

В официальных документах обращение к князю Г.Г.Орлову читается так – генерал-фельдцехмейстер над фортификацией, генерал-директор кавалергардского корпуса шеф, Её Императорского Величества генерал-адъютант и действительный камергер, лейб-гвардии конного полка полковник, канцелярии опекунов иностранных президент и разных орденов кавалер. Генерал-фельдцехмейстер – титул главного начальника артиллерии и всего к ней принадлежащего, а также в его ведении находилась обер-егермейстерская канцелярия, надзор за порядком во время праздников и устройство фейерверков. Согласитесь, весьма внушительный «набор» званий, титулов и обязанностей. Нетрудно догадаться, что справиться с таким «грузом» мог только очень талантливый, одаренный и разносторонний человек.

Григорий Григорьевич Орлов, первый по времени «из стаи славной екатерининских орлов». Он был вторым из пяти братьев Орловых, отличавшихся необыкновенно тесной дружбой, которой братья обязаны были той патриархальной семье, из которой вышли. Орловы принадлежали к старинной дворянской фамилии. Григорий Орлов родился 6 октября 1734 г. Неизвестно где и как провел он детство, но в 1749 г. он был привезен вместе с еще двумя братьями в Петербург, и поступил в Семеновский полк солдатом.

По свидетельству Екатерины II, склонной скорее преувеличить, чем умалить достоинства своего любимца, Григорий Орлов не получил никакого воспитания, ничему не учился и настолько плохо знал французский язык, что не мог читать и не понимал французских стихов. Между тем природа щедро одарила Орлова. «Это было, — по выражению императрицы, — изумительное существо, у которого все хорошо: наружность, ум, сердце и душа…» Высокий, стройный, он, по отзыву Екатерины, «был самым красивейшим человеком своего времени». Превосходя красотой, смелостью и решительностью своих братьев, Григорий не уступал никому из них ни в атлетическом сложении, ни в геркулесовой силе. При этом Григорий был, несомненно, добрым человеком, с мягким и отзывчивым сердцем, готовым помочь и оказать покровительство, доверчивым до неосторожности, щедрым до расточительности, не способным затаивать злобу, мстить. Нередко он разбалтывал то, чего не следует, и поэтому казался менее умным, чем был.

Поручиком, а с 1758 г. капитаном одного из армейских полков Орлов участвовал в Семилетней войне и в Цорпдорфском сражении. Успел выказать необыкновенную отвагу и хладнокровие: получив три раны, он остался в строю. В частности, при Цорп-дорфсе был взят в плен флигель-адъютант прусского короля граф Шверин, для сопровождения которого в Петербург был назначен Орлов со своим двоюродным братом Зиновьевым. Таким образом, весной 1759 г. Орлова прибыл в Петербург. В Петербурге Григорий встретился с братьями, из которых Алексей служил в Преображенском полку, а Федор — в Семеновском. Веселое препровождение времени, заключавшееся в игре в карты и в кутежах в многочисленном, но далеко не изысканном обществе, Орлов разнообразил рискованными любовными приключениями…

Перейдя на службу в артиллерию и сделавшись в 1760 г. адъютантом генерал-фельдцейх-мейстера П. И. Шувалова, Григорий Орлов, не задумываясь, увлек его любовницу княгиню Куракину. В это же время, благодаря графу Шверину, с которым сошелся наследник престола великий князь Петр Федорович, Орлов появляется и при малом дворе. После «случая» с Куракиной, грозившего гибелью молодому адъютанту грозного Шувалова, заинтересовалась Орловым и Екатерина. Екатерина одинока, Орлов красив, место бывшего возлюбленного Понятовского свободно, и Григорий Орлов занял его. Сближению содействовали доверенные люди — графиня Прасковья Брюс и камердинер Екатерины Шкурин. Орлов увлекся Екатериной. 25-летний красавец был от нее без ума, готов был на все, лишь бы угодить ей. Нужно быть современником Екатерины, чтобы понять вполне, чем могла она так очаровывать всех более или менее близких ей людей, будучи далеко не красавицей. Орлов не был таким человеком, который мог бы без сердечного увлечения сделаться заговорщиком в пользу великой княгини, если бы великою княгинею не была Екатерина.

25 декабря 1761 г. Петр III вступил на  престол и Екатерина стала императрицей. От этого, впрочем, положение ее нисколько не улучшилось, оно сделалось даже опаснее. Теперь ей приходилось уже не только думать, но и действовать. По собственному сознанию Екатерина вошла в сношения со своими будущими пособниками, и прежде всего, конечно, с Орловыми. Екатерина не всем из друзей, ни даже графу Разумовскому или княгине Дашковой, открывала в равной степени свои намерения, которые всецело были известны только Орловым. Григорию с братьями приходилось вербовать сторонников императрицы в рядах гвардии, возбуждать к ней симпатии. Поэтому дом Орловых сделался центром, где собиралось многочисленное общество офицеров, привлекаемое радушием хозяев и их репутацией отличных товарищей. К весне Орловы настаивали на скорейшем приведении в исполнение задуманного плана. Но Екатерина знала, что, чем дольше будет сдерживаться негодование, тем энергичнее и неудержимее будет взрыв.

12 июня Петр III, отпраздновав ненавистный  для русских мир с Пруссией, отправился в Ораниенбаум в сопровождении многочисленной, преимущественно дамской свиты, оставив императрицу в Петербурге, где и готовился переворот. Г. Г. Орлову в это время приходилось действовать особенно осторожно, так как к нему, как к лицу подозрительному, был приставлен соглядатай. 17 июня Екатерина уехала в Петергоф. Переворот благодаря случайности произошел несколько раньше, чем предполагалось его участниками, и совершился 28 июня. Объявив в кратком манифесте о своем вступлении на престол, Екатерина выступила во главе войск петербургского гарнизона в поход против Петра III. Григорий Орлов ехал в свите императрицы, а 29 июня сопровождал генерала Измайлова, ездившего из Петергофа в Ораниенбаум для переговоров с Петром III, и в тот же день привез Екатерине его отречение от престола…

Орловы были осыпаны наградами. В день переворота Григорий был пожалован в действительные камергеры с жалованьем по чину и в «александровскую кавалерию», а 3 августа троим братьям Орловым дано по 800 душ крестьян, к которым 5 августа еще прибавлено 50 тыс. руб. 22 сентября, в день коронации, Орловы были возведены в графское достоинство, а Григорий произведен в генерал-поручики и пожалован в генерал-адъютанты. Не прошло и года по воцарении Екатерины II, как 27 апреля 1763 г. граф Г. Г. Орлов получил орден св. Андрея Первозванного. Но все его чины и звания терялись в его главной роли – роли пособника и советника императрицы по важнейшим государственным делам. Обладая чутким умом к вопросам дня, он был участником всех главных начинаний Екатерины.

С воцарением Екатерины деятельность Григория Орлова становится более широкой, многосторонней, причем, всегда духовный образ Екатерины совершенно заслоняет собою фигуру Орлова. Имея горячую голову и отзывчивое сердце, Орлов быстро усваивал излюбленные идеи государыни и искренно увлекался ими. По словам самой Екатерины, никто не содействовал ей так в работе, как Григорий Орлов.

Со дня переворота Екатерина поселилась в старом елизаветинском Зимнем дворце, где получил помещение и Орлов, живший постоянно во дворце, хотя у него был и свой дом в Петербурге, подаренный ему императрицей. Кроме того, под Петербургом ему пожалованы были мызы Гатчина и Ропша. Г. Г. Орлов имел всегда свободный доступ к императрице, читал книги по се указанию. Она писала проекты писем, которые он должен был посылать от своего имени. В партии «ломбера» Орлов был постоянным участником игры. По вечерам, когда молодежь веселилась как кому нравилось, Григорий Орлов всегда принимал деятельное участие в танцах, играх, рядился па святках и т. п.

Была у Орлова еще страсть к естественным наукам и всевозможным физическим опытам. Будучи неучем, он любил потолковать о науках и понаблюдать за физическими опытами. Он пробовал строить ворота на ледяном фундаменте и с удивлением показывал Екатерине, как бомбы, налитые водою, разрываются на морозе. В его помещении во дворце была устроена обсерватория с телескопом, на которую ходили любоваться видами. Конечно, все это — занятия дилетанта, забава любителя курьезных явлений, но наряду с этим он приглашает в Гатчину Ж. Ж. Руссо, покровительствует Ломоносову, после смерти которого скупает и сохраняет оставшиеся после него бумаги, представляет императрице русского самоучку Кулибина.

Одна из острых проблем, вставших перед императрицей – незначительная заселенность российской территории. И этот вопрос требовал скорейшего разрешения. Недостаток людей на огромных земельных просторах Екатерина хотела возместить иностранцами. 14 ноября 1762 г. последовал собственноручный указ Сенату о переселении в Россию иностранных поселенцев. Во главе такого важного дела, как создание иностранных колоний, манифестом от 4 декабря был поставлен граф Григорий Орлов. 22 июля 1763 г. Учреждалась «Канцелярия Опекунства иностранных переселенцев», президентом которой, на правах президента коллегии, назначался граф Г.Г.Орлов.

Григорий Григорьевич со всей серьезностью отнесся к порученному делу: за границей работали его вербовщики, начинали создаваться иностранные колонии на Волге. 16 февраля 1974 г., граф представил императрице обширный доклад о том, какие земли отвести под колонистов, в каком количестве, о способах поселения их и о межевании земли. Не смотря на протест Сената, доклад был одобрен Екатериной.

1 января 1765 г. Гр. Орлов был назначен  шефом Кавалергардского корпуса. Реальным же последствием знакомства Орлова с мечтами Екатерины об устройстве России стало учреждение Вольно-экономического общества. Первым председателем общества, с 1 января по 1 сентября 1766 г., был Григорий Орлов. Основная деятельность общества была направлена на собирание экономических сведений о России, распространение сельскохозяйственного образования и научных сведений, а также занятия по скотоводству, в том числе по страховке скота, поощрялись механические искусства и т.д. На период президентства Г.Орлова остро стоял вопрос прививки против оспы в России, ему принадлежало едва ли не первое место между правительственными распоряжениями. Поэтому Вольно-экономическое общество занималось распространением сведений о пользе противооспенных мероприятий. 12 октября 1768 г. Императрице и графу Г.Орлову сделали прививки, а по прошествии нескольких дней состоялся благодарственный молебен в Исаакиевском соборе по случаю благополучного исхода болезни.

Григорий Орлов никогда не принимал особенно деятельного участия в политике. Он занимался иностранными делами лишь случайно и преимущественно по желанию Екатерины. Иностранные дипломаты, зная его влияние, заискивали с ним, но никогда не могли считать его надежным союзником, поскольку он часто менял свои взгляды, так как не имел твердых убеждений в политике.

С 1771 года Григорий Орлов почувствовал, что императрица несколько охладела к нему, и у нее появился новый фаворит. А началось это с событий, которые потрясли всю Россию. Придворная жизнь Г.Орлова была прервана поездкой в Москву для борьбы с чумой, занесенной в 1771 г. в Москву и центральные губернии России из Турции. Для России это, безусловно, стало большой бедой. Эпидемия началась в самой отдаленной части города, в Лефортове, в сухопутном госпитале. Затем на Суконном заводе за Москвой-рекой и разнеслась по всему городу рабочими. Быстро увеличивавшаяся смертность к середине года достигла 700-900 человек в день. Население охватил панический страх, московские власти пребывали в растерянности. Видя такое бедствие, Екатерина манифестом 21 сентября 1771 г. объявила о посылке в Москву графа Григория Орлова со всеми полномочиями. Ему должны были повиноваться все учреждения, он получил доступ в московские департаменты, и он знал волю императрицы в прекращении страшной болезни. В день издания манифеста Орлов выехал в Москву и, несмотря на распутицу, 26 сентября был уже там.

Все меры, принятые Орловым, отличались благоразумием и целесообразностью, а главное, тем спокойствием и уверенностью, которые так благотворно действуют на умы. Были учреждены комиссии предохранительная и исполнительная; доктора начали собираться и объявлять результаты своих совещаний, увеличено число карантинов и больниц, причем Орлов отдал под больницу свой родовой дом на Вознесенской улице, учреждены на казенный счет дома для воспитания многочисленных сирот.

Орлов не жалел средств для организации борьбы с заразой: докторам дано сверх двойного жалованья ежемесячное содержание с обещанием в случае смерти значительной пенсии их семействам; больничным служителям обещана по окончании их службы вольность. Зная, что русский человек больше самой болезни боится больниц, Орлов разрешил лечение на дому. Выходившим же из больниц велел давать вознаграждение от 5 до 10 руб. Умерших хоронили на особых кладбищах особые служители и арестанты; кроме одежды и содержания последним давалось обещание прощения. Орлов считал необходимым дать заработок нуждавшимся: насыпали землю на кладбищах, копали камер-коллежский ров, исправляли дороги и т. п. Москва должна была хоть несколько очиститься от грязи, всего, что хранило в себе заразу, и бродячих собак. Императрица из сообщений графа Орлова узнавала то, что едва ли узнала бы от других. В начале ноября чума значительно ослабела, и Орлов стал ждать своего отозвания.

21 ноября 1771 г. Григорий Григорьевич  выехал в Петербург, причем ему  предстояло еще выдержать почти двухмесячный карантин перед въездом в столицу. Екатерина, однако, собственноручным письмом разрешила ему и сопровождавшим его ехать прямо в Петербург.

На 70-е годы XVIII века приходится и Пугачевский бунт – кровавая страница в истории России. Исполняя свои обязанности генерал-фельдцехмейстера, Г.Орлов участвовал в заседаниях Совета, где обсуждались меры, направленные к подавлению бунта. Занимался делами «оружейной экспедиции» о приеме присланного из Петербурга оружия, взамен захваченного Е.Пугачевым. На полях сражений его личного присутствия не требовалось.

Заслуги Г.Орлова перед государством были отмечены памятной медалью, созданием триумфальных ворот в Царском селе и строительством для него Мраморного дворца, на фронтоне которого императрица повелела начертать: «Здание благодарности». Выше была установлена башенка с часами. А по сторонам от башни - две фигуры: справа – Верность, слева – Щедрость, работы скульптора Ф.И. Шубина. В фундамент строящегося здания был замурован мраморный ящик с монетами. Екатерина II лично следила за ходом работ и поощряла особо отличившихся. Деньги на строительство Мраморного дворца выдавались из Кабинета Её Императорского Величества, являвшимся на том момент истории общегосударственным учреждением с весьма обширной компетенцией, ведающем Государевым Казначейством и имуществом. Указы Военной коллегии и Правительственного Сената от 1769 г. Говорят о командировании солдат для производства строительных работ. На строительстве трудились около 100 каменщиков и до 300 артиллерийских фузилеров. Огромные глыбы мрамора доставлялись по Неве. Для отделки фасадов и внутренних интерьеров использовалось 32 сорта мрамора. Для облицовки привозили материал, добытый в карьерах около Ладожского и Онежского озёр.  А белый мрамор доставляли из Италии. Это было дешевле, чем везти его с Алтая или Урала. Можно также предположить, что граф Г.Г.Орлов лично принимал активное участие в строительстве Мраморного дворца не только как заказчик интерьеров. Смотритель над строением дворца генерал-инженер М.М.Мордвинов руководил постройкой и состоял в инженерном корпусе, подчинявшимся генерал-фельдцехмейстеру, а адъютант графа полковник Ф.Ф.Буксгевден был первым смотрителем дворца. Не менее интересен тот факт что, Орлов отблагодарил Екатерину II за Мраморный дворец исключительно щедрым подарком - огромным бриллиантом в 189,62 карата, что действительно характеризует его, как человека широкой души.

Г.Г.Орлов на свои средства построил новое трёхэтажное здание Арсенала в Литейной части Петербурга с прекрасной архитектурой и планировкой, в которой целый этаж выделялся для собрания памятников отечественной истории. В основу коллекции музея входили экспонаты, которые начали собираться ещё графом П.И.Шуваловым с 1756 по указу императрицы Елизаветы Петровны. С переводом коллекции в новое здание Арсенала и благодаря личному участию Г.Орлова собрание быстро выросло, и к концу XVIII в. в нем насчитывалось более 5 тысяч единиц.

Находясь на должности генерал-фельдцехмейстера и генерал-директора над фортификациями, Г.Орлов поднял важный вопрос о том, какие орудия необходимо оставить на вооружении русской армии, а какие отменить совсем. Для выработки решения была устроена пробная стрельба из орудий, причем испытывались знаменитые «шуваловские» гаубицы, 12-фунтовые пушки и полупудовые единороги. Однако, на развитие артиллерии в России Г.Г.Орлов большого влияния не имел. Это объясняется тем, что он не владел специальными знаниями по артиллерии и его познания ограничивались поверхностным знакомством с ней еще в бытность адъютантом у графа П.И.Шувалова.

О последних восьми годах жизни Григория Орлова сохранилось немного положительных сведений. В это время он пережил большую любовь, брак с трагической развязкой: смерть любимой жены нанесла ему окончательный удар и привела к умственному помешательству. В архиве Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи (ВИМАИВиВС) находится два дела, датируемые 1780 и 1782 гг., о предоставлении отпуска генерал-фельдцехмейстеру Г.Г.Орлову в связи с болезнью и увольнением его для лечения на два года с полным жалованием и ему и его штату.

Смерть настигла Г.Орлова в Москве 13 апреля 1783 года. 17-го апреля с царскими почестями он был отпет в Донском монастыре, и затем перевезен в подмосковное село Орловых Отраду. Здесь тело князя покоилось до 1832 года. Затем графиня Анна Алексеевна Орлова-Чесменская (дочь Алексея Орлова – брата Григория) перенесла его прах в построенный ею новгородский Юрьевский монастырь и положила его рядом со своими братьями.

Нельзя обойти вниманием и меценатскую деятельность Г.Орлова. Именно благодаря ему не пропали бумаги и архивы М.Ломоносова, которые, как уже упоминалось ранее, перешли к графу после смерти ученого, дополнив ранее купленную у него большую часть библиотеки. Широкий круг интересов графа позволил ввести в российскую культуру имена Фонвизина и механика Кулибина. Строительство на личные средства здания Арсенала и пополнение его собрания позволило сохранить многие памятники оружейного искусства. До сих пор его коллекция оружия является предметом изучения.

Обладая вкусом и интересом к живописи, Г.Орлов сформировал одну из живописных ранних частных коллекций. Она размещалась в пяти залах юго-восточной части Мраморного дворца и включала в себя много работ модных в то время мастеров Голландии и Фландрии. Имелось даже несколько работ испанской школы, что было тогда большой редкостью. Коллекция Мраморного дворца была столь значительна, что ее почти полностью приобрели в Государственный Эрмитаж. Наследники оставили у себя только фамильные картины и портреты.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Такой анализ исторического портрета Григория Григорьевича Орлова позволяет сделать вывод о том, что он по-настоящему не вступал на широкое поле государственной деятельности, хотя в тесном кругу придворной жизни постоянно радел о благе отечества. Будучи слишком прямым и честным, он не принимал и особенно деятельного участия во внешней политике, занимаясь иностранными делами случайно и преимущественно по желанию императрицы. Но он был полезным советником Екатерины, прекрасным исполнителем тех заданий, которым Ее Величество придавала особое значение, участвовал до 1780 г. во многих важных начинаниях ее царствования. Поэтому, безусловно, можно сказать, что граф Г.Орлов достаточно значительная и колоритная историческая фигура, оказавшая определенное влияние на развитие Российского государства в целом. 

Список литературы

1. Архив музея ВИМАИВиВС. Ф.2. Оп. ШГФ. Д. 4866. 1782. С.3.
2. Архив музея ВИМАИВиВС. Ф.2. Оп. ШГФ. Ф.2. Д. 2287. Л.465.
3. Барсуков А. Рассказы из русской истории XVIII века по архивным документам. СПб., 1885
4. Белковская В.М. Картинная галерея Г.Орлова. К истории живописи XVIII века. Страницы истории отечественного искусства. XIIвып. 2006.
5. Герасимова Ю.Н. Биография ученого как вид исторического исследо-вания: Сборник трудов. – М., 1998.
6. Гладков А. Поздние вечера. – М., 1985. С.334.
7. Голембиовский А.А. Биография Г.Г.Орлова. М., 1904
8. История Кабинета Его Императорского Величества. 1704-1904. СПб., 1911
9. История развития артиллерии. СПб., 1994. С.310.
10.   Камер-фурьерский журнал за 1773. С.26.
11. Кумок Я. Биография и биограф // Вопросы литературы. 1973. №10. С.28.
12. Российский энциклопедический словарь: В 2 кн./ Под ред. А.М. Прохорова. – М., 2001. Кн. 1: А-Н. С. 162.
13. Сборник «Военное прошлое государства Российского: утраченное и сохраненное», материалы Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 250-летиию достопамятного зала. СПб. 2006.
14. Тихвинский С.Л. Историческая биография: Сб. обзоров к XVII междун. конгр. ист. наук (Мадрид, авг.1990). – М., 1990. С. 35.
15. Ходнев А.И. История Императорского Вольно-экономического общества. СПб., 1865.
16. http://www.mos.ru