Итальянский фашизм. 3

Итальянский фашизм»

Введение

Народ не может жить, не помня уроков своей истории. Только на основании опыта, пройденного народом, строятся сегодняшний и завтрашний день… Это изречение еще раз подтверждает известную истину о том, что без прошлого нет настоящего и, не может быть будущего. В 1945 году фашизм потерпел сокрушительное поражение: «Победоносно завершилась небывалая в истории по своим масштабам и ожесточенности битва против наиболее реакционной ударной силы империализма - гитлеровского фашизма, ставившего своей целью уничтожение русского государства, установление мирового господства». Вторая мировая война, развязанная фашистами, принесла человечеству неисчислимые страдания: 56 млн. человек было убито, свыше 90 млн. - ранено, 28 млн. - остались инвалидами. От голода и эпидемий умерло 12 млн. человек. Годы фашистских нашествий были страшными годами насилия и террора. Человечество не может, не вправе забыть зверства фашистов, их чудовищные преступления, совершенные в Советском Союзе, Польше, Франции и др. странах Европы. Человечество не может, не вправе забыть лагеря смерти, костры из живых людей. Вот почему встревоженная память человечества вновь и вновь обращается к урокам страшных лет фашизма. Это обращение к истории борьбы с фашизмом помогает уяснить, кто и что является главной движущей силой фашизма, при каких обстоятельствах и в каких исторических условиях возникает фашистское движение, в чем суть и характер фашистских режимов, какие силы противостоят фашизму и как с ним следует бороться. Однако развитие после второй мировой войны, события последних лет свидетельствуют, что фашизм отнюдь не принадлежит прошлому. Кто виноват в том, что фашизм (по крайней мере, в нашей стране) не стал вехой истории? Как ни парадоксально, но факт: пережив Вторую Мировую Войну и испытав на себе всю тяжесть «нового порядка» в Европе, современное общество не в состоянии полностью оградить себя от рецидивов фашизма. То тут, то там можно слышать о неофашистских организациях, о возрождении тоталитарной системы. Через столько лет после победы над Гитлером появляются так называемые «баркашовцы», творят беспредел, используют явно фашистскую символику, прослеживается та же идеология.… Поэтому тему фашизма я считаю актуальной, последние события об этом явно свидетельствуют. В своем реферате я поставила цель изучить историю развития и становления фашизма, считаю нужным рассказать о явлении фашизма как таковом и подробнее остановиться на итальянском фашизме. В своей работе я использовала не только научную, но и художественную литературу, статьи периодических изданий, учебные материалы.

Прежде, чем начинать говорить о фашизме, нужно дать его определение. «Фашизм носит имя, само по себе ничего не говорящее о духе и целях этого движения. Fascio означает «объединение» или «союз», так что фашисты - это союзники, а «фашизм должен означать» «союзничество». В отличие от таких понятий, как консерватизм, либерализм, социализм, коммунизм и т.д., понятие «фашизм» лишено содержания. Итальянское fascio происходит от латинского fascis, так назывались связки розог у римских ликторов (почетных стражей). В 19 веке этим словом пользовались республиканские, профсоюзные и социалистические группы, чтобы выразить свое отличие от партий. Затем, уже в 20 веке так именовали себя итальянские правые, дальше речь идет о разных итальянских союзах, имевших в своем названии это слово, например, «fascio di combattimento» - «Союз борьбы», 1921 г. - Partia Nationale Fascista - Национальная фашистская партия. Вот какое определение можно найти в философском словаре: Фашизм (итал. Fascio - объединение) - открытая террористическая диктатура наиболее реакционных, шовинистических, империалистических элементов финансового капитала. Выражает неспособность удерживать власть обычными, демократическими методами… Фашизм служит выражением того, что растущее стремление народных масс к свободе можно пресекать лишь кровавым насилием и террором. Поэтому характерным для фашизма является уничтожение всех, даже элементарных, демократических свобод внутри страны, разгром рабочих и других прогрессивных организаций, установление открытого террористического режима, с помощью которого поддерживается власть буржуазии, политика подготовки и проведения захватнических войн с целью закабаления независимых народов и завоевания мирового господства империалистической буржуазией той или иной
страны. Само слово «фашизм» традиционно ассоциируется с Германией 1933-1945 годов. Это связано с типично советской точкой зрения, которая видит в режимах Гитлера и Муссолини единую силу, являющуюся реакцией крупной буржуазии на победное шествие коммунистической идеологии. В режимах Гитлера и Муссолини действительно есть много общего. Впрочем, в 1935 году, когда VII конгресс Коминтерна сформулировал этот тезис, между этими режимами было меньше общего, чем между советским и германским режимами, что, кстати, признавал и Гитлер. С другой стороны, итальянский фашизм стал первым опытом власти «партии нового типа» некоммунистической направленности, и в этом смысле действительно явился предшественником нацизма. Поэтому фашизм в строгом смысле слова - прежде всего явление итальянское.

1. Предпосылки возникновения фашизма в Италии

1.1 Внутренние предпосылки

Отметим, что страны, где создание индустриального общества носило взрывной характер, смыкаясь по времени с электрической революцией, естественно, будучи лишены механизмов защиты от опасностей массовизации, в гораздо большей степени ей подвержены. В Англии и Америке, например, ряд обстоятельств их исторической судьбы уменьшал опасные последствия образования массового общества. Устойчивая индивидуалистическая традиция, в которой человек ценен сам по себе, а не как член коллектива-общины (для появления такой традиции с момента возникновения индустриального общества должно было пройти некоторое время, в странах с поздней индустриализацией - Россия, Германия и Италия - эти традиции возникнуть не успели). Рано появившаяся капиталистическая промышленность служила основанием этого индивидуализма. Предпринимательская и трудовая этика обеспечивала нормальное функционирование капиталистических отношений в экономике (элементарное доверие бизнесменов друг к другу). Непрерывная демократическая традиция существовала в Англии с 1688, а в Америке с 1780 годов без серьезных потрясений, что в том числе обеспечивало уважение населения к закону и легитимное основание власти. Большая часть населения в этих странах жила в новых индустриальных городах, весь быт и социальные отношения которых ориентированы на нужды и потребности индустриального общества, причем эта урбанизация была довольно длительной по времени и эволюционной. В таких же странах как Россия, Германия, Италия (Франция в силу особенностей своей истории XIX века занимает промежуточное положение) индустриализация носила взрывной характер и по времени практически совпала с электрической революцией. Взрывной характер индустриализации заключался в горячечных темпах промышленного роста в конце XIX - начале XX века, в распространении принципов либерализма на общество по своим представлениям во многом еще традиционное, где эти принципы с трудом приживались, в форсированной урбанизации. Все это вело к созданию благоприятной почвы для бурного развития массовой ментальности. В частности, в Италии мы можем проследить даже после Первой мировой войны множество рецидивов аграрного общества.

Во-первых, индустриализация, начавшаяся сравнительно поздно, затронула в основном Север. Юг Италии и по сию пору остается вполне аграрным. Да и на Севере сельское хозяйство, причем помещичье, продолжало играть существенную роль в экономике. Во-вторых, под большим сомнением остается появление в конце XIX века единой итальянской нации в силу объединения Италии под национальным лозунгом. На государственном языке (литературном итальянском) говорил лишь небольшой процент населения, большинство говорило на диалектах. Поэтому, как мне кажется, Юг и Север до сих пор остаются совершенно разными мирами внутри одной страны (южане считают неаполитанский диалект отдельным языком). В-третьих, аристократы-латифундисты, которые занимали важнейшее место в экономике, которые были традиционными патронами окрестных крестьян, которым до недавнего времени принадлежала в итальянских государствах политическая монополия и которые во многом сохраняли старые связи и старое влияние, продолжали оставаться в Италии одной из ведущих общественных сил. В Италии титул был даже после Первой мировой войны реальным экономическим и политическим капиталом. Таким образом, в Италии сохранялись многие элементы традиционного общества, включенные в индустриальное. А в любой кризисной ситуации влияние традиционной идеологии отнюдь не способствует поиску рационального демократического выхода.

Неудивительно, что в результате совпадения по времени электрической революции, индустриализации Юга Италии и его разрыва с Севером, в обществе накопилось недовольство, которое должно было вылиться в новое или по-иному пересмотренное общественное движение.

1.2 Внешние предпосылки

После объединения Италия всеми силами стремилась войти в число великих держав, и вела для этого активнейшую внешнюю, в том числе - колониальную политику. Эта активность не позволила Италии остаться нейтральной в европейских конфликтах, предшествовавших Первой мировой войне. Вынужденная определиться, Италия первоначально примкнула к Тройственному союзу, надеясь на колониальный передел мира. Однако уже в самом начале войны итальянское правительство не поддержало своих союзников и, не рискнув ввязываться в европейскую войну, объявила нейтралитет. Но уже в 1915 году, после того, как стал очевидным провал немецкого плана войны, прельстившись на обещания Антанты (англичане и французы сулили ей золотые горы в виде Триеста, Тироля, территорий в Далмации, Албании, то есть изрядного куска альпийских и балканских земель), Италия объявила войну Австро-Венгрии. Кончилась эта авантюра печально: переброшенные на юг две германские дивизии прорвал фронт у реки Капоретто, чем обратили итальянскую армию в паническое трехсоткилометровое бегство (немцы прекратили наступление). После этой катастрофы, которой закончились активные боевые действия на итальянском фронте, Антанта перестала воспринимать Италию как реальную силу. Поэтому на Парижской мирной конференции, хотя итальянский премьер-министр Орландо и входил в «большую четверку» (вместе с Клемансо, Ллойд-Джорджем и Вильсоном), Антанта и не думала выполнять своих обещаний (кроме передачи Италии оставшихся бесхозными после распада Австро-Венгрии Южного Тироля - Трентино и Истрии с Триестом).

Такой итог мирной конференции был воспринят в Италии как «дипломатическое Капоретто». Национальные чувства, особенно острые в недавно объединившейся стране, вновь были оскорблены. Это «оскорбление» наложилось на тяжелейший послевоенный экономический и социальный кризис, особенно острый в слаборазвитой Италии.

Как мне кажется, Внешняя политика Италии была также неудачна, как и внутренняя, оно и ясно, ведь внутренний разлад не позволяет проводить устойчивую политику, отсюда и регулярные военные неудачи, необдуманное развязывание войны с Австро-Венгрией, бегство от немецких войск, неопределенность Италии в выборе союзников. С каждым годом Италия становилась все слабее не только в военном, но и в политическом, экономическом отношениях.

1.3 Экономический кризис

Послевоенный кризис выразился в полном букете экономических и социальных проблем. Война нанесла сильнейший удар по финансовой системе. Внешний долг страны к концу войны составил 19 миллиардов лир. Военные расходы в 1918 году поглощали до 80% бюджета (46 миллиардов лир). Золотой и валютный запас был практически исчерпан из-за закупок стратегических материалов и вооружения в ходе войны. Это привело к неконтролируемой инфляции. Только на поддержку крупнейших банков (их банкротство привело бы к полной экономической катастрофе) правительство вынуждено было выделить в 1920-1921 годах 4 миллиарда лир. После прекращения военных заказов и в силу невозможности далее поддерживать производство из-за пустоты в казне, начинаются лавинообразные серии банкротств предприятий. В 1919 году несостоятельными признаны 500 предприятий, в 1920 - 700, в 1921-1800, в 1922 - 3600, в 1923 - 5700. В полтора - два раза падает добыча всех полезных ископаемых, сокращаются посевные площади, что приводит во все еще аграрной по преимуществу стране к массовому обнищанию крестьянства. Такому экономическому кризису сопутствовал стремительный рост безработицы, усиленный массовой демобилизацией солдат. В 1920 году в Италии насчитывалось 150000 безработных, в 1922 - 407000.

Все это стало плодотворнейшей почвой для процесса активизации массовой ментальности. Активизация эта проявилась, как в спонтанных массовых действиях (погромы продовольственных магазинов - в повышении цен оказались «виноваты» торговцы или правительство, - самовольные захваты земель в деревне и т.д.), так и в деятельности организаций, манипулирующих массой, прежде всего радикального крыла социалистов, ориентированного на Коминтерн (центром их была редакция Туринской газеты с характерным названием «Ordine Nuovo» - «Новый порядок»). Воспользовавшись ростом в условиях кризиса стачечного движения (в 1919 году случилась 1871 забастовка с более чем полутора миллионами участников) эти социалисты придали ряду стачек политический характер.

Активизация массы неизбежно вела к перерастанию экономического кризиса в политический.

1.4 Политический кризис

Король, правительство и парламент не могли урегулировать ситуацию. Старые либеральные партии не умели действовать в условиях массовизации, авторитет их был подорван военными, дипломатическими (даже это оказалось небезразлично массе) и экономическими неудачами.

Спектр политических сил Италии выглядел в это время следующим образом. На левом фланге находилась социалистическая партия, в которой осталось умеренное крыло (в 1921 году социалисты-радикалы окончательно вошли в Коминтерн, оформившись как коммунистическая партия). Правее находились: Народная партия, ориентированная в основном на крестьянство, либералы, и, наконец, Националистическая партия, выступавшая с шовинистическими лозунгами. Лозунги националистов соперничали в популярности с коммунистическими, большая часть крестьян, рабочих, интеллигенции в силу ущемленного после войны и Версаля национального самолюбия, откликались на призывы «вернуть» Италии «исконно итальянские» Далмацию, Албанию и Северную Африку. Наиболее радикальное крыло требовало отобрать у Франции(!) Ниццу, Савойю и Корсику. Более всего националистов волновала судьба Адриатического порта Фиуме (Риека). Известный итальянский писатель Габриэле д`Аннунцио даже оставил свои литературные студии ради того, чтобы с отрядом набранных им «легионеров», не мудрствуя захватить Фиуме и установить там республику во главе с самим собой в качестве диктатора по древнеримскому образцу. Самое смешное, что ему это удалось, и республика д`Аннунцио просуществовала целых 16 месяцев (с сентября 1919 по январь 1921 года, когда итальянские войска под давлением Антанты, были вынуждены выгнать его оттуда). Этот эпизод, с одной стороны, хорошо показывает, в какой степени правительство контролировало положение дел в стране, а с другой указывает на очень показательный симптом: массовая ментальность оказывается весьма заразительной и охватывает своим влиянием не только малообразованную часть населения, но и рафинированную интеллигенцию; позже д`Аннунцио будет активнейшим сторонником фашизма.

По моему мнению, главной причиной такого настроения общественности Италии является итог мирной конференции после войны с Австро-Венгрией. И как было выше сказано, были оскорблены национальные чувства, и без того обострившиеся до предела. Отсюда националистические движения и столь агрессивное настроение, призывы отобрать территории у Франции и в Северной Африке, что означало бы вовлечение страны во все новые военные действия и более глубокие кризисы! Такое положение дел явилось благоприятной «почвой» для возникновения фашистской идеологии.

2. Возникновение и развитие «Фаши ди комбаттименто»

В 1919 году появилась новая политическая сила, не признававшая правил парламентской игры, опиравшаяся на оружие, военную дисциплину и безудержную демагогию. Это были знаменитые Фаши ди комбаттименто - боевые группы. Оформленные как местные организации, дабы подчеркнуть связь с местным населением и региональными проблемами, не имевшие первоначально единого формального центра, они были объединены фигурой харизматического лидера - Бенито Муссолини, «дуче» - «великого».

Группа «Фаши ди комбаттименто» была создана одним из социалистических лидеров и издателем партийной газеты «Аванти» Бенито Муссолини. Муссолини порвал с социалистами в конце 1914, поддержав вступление Италии в Первую мировую войну на стороне союзников. Большинство членов группы «Фаши ди комбаттименто» состояло из бывших участников войны (из армии было демобилизовано 100 тыс. офицеров), которые не смогли приспособиться к условиям гражданской жизни. В группу входили также неудачники, ультра националисты и левые экстремисты, разочаровавшиеся в Социалистической партии и осуждавшие развитие событий в Советской России. К движению примкнули и молодые люди, не прошедшие воинской службы и считавшие себя обманутыми. Среди тех, кто оказывал финансовую поддержку этим «чернорубашечникам», было много напуганных предпринимателей, фермеров и аристократов, которым всюду мерещилась революция. Фашисты не провозглашали никакой партийной платформы, и Муссолини разъяснял, что «фашисты - это цыгане итальянской политики; они не связаны ни с какой целью. У нас нет никаких твердо установленных принципов, - говорил он, - у нас нет ничего, потому что мы - не религия, а лишь движение. Мы - не партия, мы - здоровое тело нации». Под давлением своих сподвижников Муссолини решил, что, пока не стихли беспорядки, власть надо брать в руки. В ноябре 1921 он преобразовал возглавляемое им движение в фашистскую партию с новой, тщательно разработанной, хотя и менее радикальной программой.

Политическая ситуация в Италии благоприятствовала решительным действиям. Социалистическая партия была расколота, в январе 1921 вышедшие из ее рядов экстремисты образовали Коммунистическую партию. В апреле 1921 престарелый премьер-министр Джолитти, сменивший Франческо Нитти, распустил палату депутатов. На выборах, прошедших 15 мая 1921, фашистское движение, ставшее более респектабельным благодаря вступлению в избирательный блок с Джолитти, завоевало 35 мест, а представительство социалистов уменьшилось со 156 до 122. Затем последовала серия перестановок в кабинете министров. Возникали многочисленные конфликты между коммунистами, социалистами и фашистами.

3. «Поход на Рим»

17 октября 1922 года начальник службы армейской безопасности писал: «Муссолини настолько уверен в победе и в том, что он является хозяином положения, что предвидит даже первые шаги своего правительства. Кажется, он намеревается совершить переворот от 4 до 11 ноября». Офицер ошибся, переворот произошел 28 октября.

Вспышки насилия, слабость правительства и неразбериха в работе парламента усугубляли неблагоприятную обстановку в стране в 1922. 28 октября фашисты начали свой широковещательный «поход на Рим». Несколько тысяч чернорубашечников двинулись к столице из Северной и Центральной Италии. После некоторого колебания премьер-министр Луиджи Факта обратился к королю с просьбой о введении в стране военного положения. Однако король, опасаясь гражданской войны, отверг это предложение. Факта ушел в отставку. Король Виктор Эммануил III назначил премьер-министром Муссолини.

4. Фашистский режим 4.1 Конституционные изменения

Событие, именуемое «Походом на Рим», походом в военном смысле слова не являлось. За этими громкими словами, вызывающими в памяти либо имперскую эпоху, либо время Рисорджименто, скрывается не более чем весьма пышная демонстрация, не встретившая практически никакого сопротивления. Пышные черные формы фашистов выгодно выделяли в центре скромный штатский костюм дуче (показная личная скромность - качество для харизматического лидера необходимое). Это хорошо отрежиссированное представление закончилось весьма эффектно - отставкой правительства Луиджи Факта и назначением премьер - министром Бенито Муссолини. Таким образом, видимость легитимности была соблюдена, что было очень важно для традиционалистски настроенной большой части населения, да и самой фашистской верхушки, тесно связанной с прежними социальными и политическими элитами (вспомним хотя бы семейные связи нового премьера с фамилией Чиано). Муссолини получил власть из рук главы государства - короля, то есть мы не имеем дела с революцией (для каковой, кроме незаконного характера, необходимы насилие и участие большой части населения). Но мы не имеем здесь дела и с легитимной государственной процедурой, ибо «Поход на Рим» был организован вопреки действовавшим законам, и королю просто не оставалось ничего другого, как узаконить фактический захват власти «партией нового типа», тем более, что с последней были связаны большие надежды на политическую, экономическую и социальную стабилизацию в стране.

Подобный характер захвата власти, в отличие от революционных событий в России, несколько ограничил на первых порах вожделенную политическую монополию фашистов. Первое правительство Муссолини не было однопартийным. Видимость легитимности и более сильные, чем в России, либеральные традиции, а главным образом неполная уверенность в собственных силах заставили терпеть в правительстве нефашистское большинство (фашисты получили лишь 4 портфеля), что определенно сводило на нет эффект «Похода на Рим».

Таким образом, Муссолини оказался премьером в рамках старой, «прогнившей», государственной системы. Вывод из этого был сделан весьма простой: эту систему следует перестроить. Перестройка государственного аппарата началась практически сразу, но продолжалась весьма долго. Прежде всего, уже в декабре 1922 года был образован Большой Фашистский Совет, взявший на себя многие функции государственной власти. В него входили министры-фашисты и руководство партии. Назначался он лично Муссолини, который стал его бессменным председателем. Большой Фашистский Совет контролировал деятельность правительства и рассматривал законопроекты перед их поступлением в парламент. Таким образом, уходил в прошлое ненавистно либеральный принцип разделения властей, более того, явно началось сращивание руководства партии с государственным аппаратом - залог политической монополии. Другим актом политической перестройки стал королевский указ, узаконивший Добровольную Милицию Национальной Безопасности наравне с полицией; Муссолини получал, таким образом, вполне легальную личную гвардию, на все готовую для дуче.

Но до создания тоталитарного режима было еще далеко. Фашисты не пользовались еще необходимой для этого поддержкой масс, весьма сильна была еще оппозиция, армия внушала некоторые сомнения, наконец, экономические проблемы Италии вопреки обещаниям дуче не были решены мистическим способом после прихода к власти, а напротив того, продолжали углубляться.

И хотя на парламентских выборах 1924 года фашисты победили, довольно много голосов получила оппозиция - социалисты, Народная партия и даже коммунисты. В этих условиях фашисты совершили ошибку, попытавшись одним ударом разрубить гордиев узел политических отношений, ошибку, повлекшую за собой серьезнейший кризис партии. «Партии нового типа» обычно не брезгуют откровенно бандитскими методами политической борьбы, обычно это действует весьма успешно, шокируя оппонентов, но на сей раз мафиозные методы фашистов обернулись против них самих.

Один из лидеров оппозиции, особенно часто донимавший дуче в парламенте - Джакомо Маттеотти - был похищен и убит фашистами. Взрыв возмущения, последовавший за этим, едва не привел партию к развалу. Массовый выход из партии и растерянность руководства заставляла Муссолини даже говорить о возможной отставке. Оппозиция же, воспользовавшись растерянностью врагов, создала первый на западе антифашистский фронт - Авентинский блок (по одной из версий, именно на Авентинский холм удалились римские плебеи во время борьбы с патрициями, что принесло первым победу). Блок отозвал депутатов из парламента и начал широкую антифашистскую пропаганду, надеясь на крах фашистских организаций из-за внутренних противоречий и утраты авторитета.

Однако, довольно пассивная тактика Авентинского блока, непримиримая вражда внутри антифашистского лагеря (коммунисты так и не вошли в блок), а главное - продолжавшийся несмотря ни на что рост влияния сторонников дуче позволили ему реанимировать и усилить свою власть.

В 1925 году, отбросив либеральные реверансы, Муссолини прямо заявил о своих намерениях. «Мы хотим фашизировать нацию. Должны быть итальянцы эпохи фашизма, как были, например, итальянцы эпохи Возрождения». Более конкретная программа заключалась в намерении обуздать всяческую оппозицию и восстановить Римскую империю: «Для фашизма стремление к империи, то есть к национальному распространению, является жизненным проявлением. Обратное, то есть сидение дома - есть признак упадка. Народы, возвышающиеся и возрождающиеся, являются империалистами». Именно в этом духе и строилась дальнейшая политика фашистов. В 1926 году, после неудачного покушения на Муссолини, вступили в силу «чрезвычайные законы». Прежде всего, специальным законом распускались все «антинациональные» партии, то есть создавался желанный фактически однопартийный режим. Для рассмотрения политических дел, связанных с деятельностью запрещенной отныне оппозиции, создавался Особый трибунал.

Но таким образом, Муссолини получал не более чем банальную военную или партийную диктатуру, а этого было мало. Стояла задача создания некоммунистического, но тоталитарного режима, суть которого дуче сформулировал чеканной формулировкой: «Все в государстве, ничего вне государства». Власть должна быть «общенациональной», а для этого нужно было крепко привязать население (вполне готовое к этому в силу массовизации, и фашисты это знали и учитывали) к фашизированному государству. Система «приводных ремней» была в Италии построена своеобразно. Речь идет о корпоративной системе. Закон, именуемый «Хартией труда», запрещал все нефашистские профессиональные союзы, бывшие явной угрозой всеобщему объединению под руководством партии, и создавал вместо них корпорации. Профсоюзами эти новые организации не были. Они были главным «приводным ремнем» фашистского государства. Во-первых, они должны были включать (а в 1930 году специальным указом включили) все население Италии, что весьма существенно облегчало контроль над массой и консервацию ее политической активности, направленной в нужное русло. Во-вторых, корпорации стали незаменимым буфером для политической деятельности все еще живой оппозиции - дело в том, что кандидатов в итальянский парламент могли выдвигать только (!) корпорации, причем Большой Фашистский Совет, фактически окончательно заменивший правительство, одобрял или не одобрял эти кандидатуры; выборы, таким образом, хотя формально и сохранились, потеряли всякий смысл. В-третьих, корпорации решали важнейшую для тоталитарного режима проблему контроля над экономикой, которая, в отличие от советской России, не была национализирована. В корпорации входили не только рабочие, но и предприниматели, вынужденные соблюдать некоторую дисциплину и лишенные таким образом хозяйственной свободы, да и вообще все трудящиеся отрасли. К 1932 году в Италии насчитывалось 22 корпорации по отраслям экономики. Это позволяло государству не только контролировать, но и прямо управлять экономикой, формально остающейся негосударственной, это позволяло мобилизовывать население, например, на «битвы за хлеб», это позволяло волевыми методами решать хозяйственный проблемы, сводя на нет рыночные законы (из-за этого удалось несколько стабилизировать финансовое положение, ограничить инфляцию, поднять производство, сократить безработицу; впрочем, Великая депрессия 1929 года сильно помешала этому - Италия, в отличие от других тоталитарных режимов, оставалась включенной в мировую торговлю).

Помимо корпораций, действовали и другие «приводные ремни»: «внешняя» партия, школа, армия, молодежные, женские, спортивные и другие организации.

Таким образом, в Италии имел место первый опыт создания тоталитарного общества некоммунистического типа. Однако опыт этот удался не вполне. Хотя Муссолини наиболее активно использовал термин «тоталитарное государство», если сравнивать фашизм с советским коммунизмом или германским национал-социализмом, то можно усомниться в подлинно тоталитарной сущности первого.

Действительно, Италия не знала террора такого масштаба, как Германия или Россия: с 1926 по 1932 год Особые трибуналы вынесли политическим «преступникам» всего 7 смертных приговоров! 12000 человек были признаны невиновными после ареста, можно ли представить себе такое в Германии или России? Весьма распространенным методом политических репрессий было насильственное кормление жертвы касторкой с последующим освобождением при большом скоплении народа, что весьма положительно влияло на здоровье, прочищая желудок, хотя весьма подрывало авторитет оппозиционера. Когда Муссолини спросили, почему в Италии не расстреливают на месте воров, проституток, бродяг и т.д., он ответил: «Мы не в России». За все годы фашистского правления, поэтому так и не удалось подавить оппозицию.

Народный контроль над провинциальными правительствами со временем был отменен. Уполномоченные представители центрального правительства, т.н. «подеста», имели право смещать избранных чиновников во всех городах и административных центрах. Муссолини принял на себя и многие другие властные полномочия. Он избавился от зависимости перед парламентом и отвечал только перед королем. Ни один вопрос не мог быть включен в повестку дня парламента без его согласия. Ему было поручено постоянное руководство вооруженными силами страны. Таким образом, отныне Муссолини обладал властью издавать правительственные указы, имевшие силу законов.

Политический террор стал основой деятельности правительства Муссолини. Газеты подвергались цензуре и запрещались. Народное образование было поставлено под контроль фашистов. Была упразднена свобода слова, печати и объединений, создана тайная полицейская служба «Добровольная организация для подавления антифашизма». Похищение и убийство социалистического депутата Джакомо Маттеотти в июне 1924, за которые полная ответственность лежала на Муссолини, сначала сильно поколебали, но, в конечном счете, лишь усилили фашистский режим. В знак протеста депутаты оппозиционных групп покинули парламент, надеясь мобилизовать общественное мнение против фашистов и вынудить правительство уйти в отставку. Однако король воздержался от каких-либо действий, сославшись на то, что не может ничего предпринять до тех пор, пока парламент выражает доверие правительству. На самом деле не могло быть и речи о недоверии правительству, так как избирательный закон 1924 обеспечил фашистам гарантированное большинство в парламенте. Вскоре после этого все партии, за исключением фашистской, были официально распущены, а их представители исключены из состава парламента на том основании, что они, покинув его, сами лишили себя мандатов. В результате оппозиция утратила последний общественный форум, где могла бы выражать свой протест. Тем временем фашистский режим проводил реформы в других направлениях. Как работодатели, так и сами трудящиеся были прикреплены к промышленно-отраслевым профсоюзным организациям, руководители которых назначались фашистской партией. Во всех отраслях промышленности заключались коллективные договоры, согласно которым как забастовки, так и массовые увольнения считались незаконными. Позднее, в 1934, все промышленные и торговые предприятия и ремесленные цеха были организованы в 22 корпорации, т.н. гильдии, во главе с национальным советом корпораций, названным «генеральным штабом итальянской экономики». В 1928 Большой совет фашистской партии был превращен в официальный государственный орган. Он находился под строгим контролем Муссолини, но все же играл определенную роль в назначении преемников, как самого диктатора, так и короля. Во власти совета был также отбор членов палаты депутатов из кандидатур, выдвинутых Национальной конфедерацией профсоюзов. За единый список отобранных Большим советом кандидатов избиратели должны были голосовать в целом.