Казахстан в годы гражданской войны (1918-1920 гг.)

 Казахстан в годы гражданской войны (1918-1920 гг.)

Захват рабоче-крестьянскими Советами власти в центре и на местах с первых дней вызвал вооруженное сопротивление свергнутых классов. Гражданская война стала продолжением борьбы за власть, поэтому четкой грани между Октябрьским вооруженным восстанием 1917 года и Гражданской войны не было. Страна оказалась в состоянии Гражданской войны с 25 октября 1917 года, ибо эта дата разделила страну по классовому признаку на два враждующих лагеря, сущностью борьбы которых стала жестокость.

Один из очагов Гражданской войны в Казахстане возник в Оренбурге - административным центре Оренбургской губернии и Тургайской области, где казачий атаман Дутов в конце ноября 1917 г. сверг Советскую власть, арестовал ревком во главе с делегатом II Всероссийского съезда Советов С. Цвиллингом. 5-13 декабря 1917 г., как было сказано выше в Оренбурге собрался 2-й Всеказахский съезд по инициативе партии “Алаш”, который избрал Временный совет – всеказахское правительство – Алаш-Орду. Алихан Букейханов позднее (11февраля 1919 г.) пояснил: “Постановление съезда было вызвано желанием предотвратить анархию на территории, населенной киргизами (казахами – авт.) , не допустить возможности развития большевизма в степи. Автономия киргиз (казахов – авт.) в тех условиях, в каких находилась Россия, не могла осуществиться. На очереди стояла борьба с врагом свободы – большевизмом.” В обстановке начала Гражданской войны лидеры партии Алаш и правительства Алаш-Орды, ранее примыкавшие к кадетам и не принявшие большевистскую платформу Советской власти, теперь надеялись создать и укрепить объявленную на втором съезде Казахскую автономию с помощью Дутова и других антисоветских сил и центров, сформировать ее вооруженные силы в лице “народной милиции” .

Антисоветские очаги, помимо Оренбурга, были созданы также в  Семиречье и Уральске. В этих районах социальной базой антисоветских сил служили Семиреченское и Уральское казачьи войска, купцы и торговцы. Против Советской власти выступили и местные алашордынцы.

1(14) ноября 1917 г. “Войсковой совет” Семиреченского казачьего войска образовал в Семиречье высшую власть – “Войсковое правительство”. В г. Верный стекались белогвардейские офицеры и юнкера и здесь же начал формироваться алашский полк. Белоказачья диктатура проводила жестокий террор по отношению к сторонникам Советской власти. Были зверски расстреляны редактор газеты областного Совета крестьянских депутатов Березовский, рабочий Овчаров, арестованы многие рабочие и солдаты – члены местных Советов.

Следующий очаг Гражданской  войны образовался также в  ноябре 1917 г. в Уральске. Созданное здесь областное “Войсковое правительство” Уральского казачьего войска опиралось на белогвардейское офицерство, атаманско-кулацкие элементы казачества активно поддерживались местными эсерами, меньшевиками и алашордынцами.

К лету 1918 года политическая обстановка в крае обострилась в  связи с активизацией антисоветских  сил. Их главным ударным кулаком  стал Чехословацкий корпус, созданный  до революции из числа чехов и  словаков- военнопленных солдат Австро-Венгрии. Хорошо вооруженный 50-тысячный корпус в конце мая 1918 г. поднял антисоветский мятеж одновременно а в Поволжье и Сибири на протяжении всей железнодорожной Трансибирской магистрали. Части корпуса вместе с внутренними антисоветскими силами казахстанские города Петропавловск, Акмолинск, Атбасар, Кустанай. Близость к магистрали, находившейся в руках чехославаков и “столицы” Колчака – Омска, препятствовала укреплению Советской власти в северной части Казахстана. 11 июня 1918 г. Советская власть была свергнута в Семипалатинске. Организаторы Гражданской войны жестоко расправлялись всюду с коммунистами, активными советскими работниками и сочувствующими последним. Так, были убиты К.Сутюшев, И.Дубынин, П.Калюжная, Г.Идрисов, К.Шугаев, И.Салов и многие другие. Живым был сожжен в топке парохода председатель Усть-Каменогорского Совета Яков Ушанов.

Летом Уральская, Акмолинская, Семипалатинская области и большая часть Тургайской были захвачены белогвардейцами. Они со стороны Семипалатинской области вторглись в северное Семиречье, заняв 21 июля Сергиополь. Их поддержали поднявшиеся на помощь мятежные казачьи станицы. 22 июля постановлением Семиреченского облисполкома был образован штаб войск Семиреченского фронта. Однако объединенные вооруженные силы области не смогли изгнать белогвардейцев. Красногвардейский отряд нанес ощутимые удары противнику, но, потеряв в бою своего командира И.Мамонтова, был вынужден отступить к станице Абакумовской. Большая группа селений крестьян-переселенцев с центром в селе Черкасском организовала самооборону. Это положило начало так называемой “Черкасской обороне”.

Летом 1918 года Советская  власть сохранилась в Казахстане лишь в большей части Семиреченской, Сырдарьинской, южных районах Тургайской области и на большой части территории Букеевской Орды.

В условиях Гражданской войны  возникла необходимость мобилизации  всех материальных ресурсов, в первую очередь продовольствия, и установления нового порядка их распределения  среди различных слоев населения. Для решения этой сложной задачи Советская власть с началом Гражданской  войны ввела целую систему  чрезвычайных мер в экономике, получивших название политики “военного коммунизма”. Основными составляющими этой политики являлись национализация не только крупной и средней, но и мелкой промышленности, введение всеобщей трудовой повинности, установление государственной хлебной монополии, запрещение частной торговли продовольствием. Основным элементом политики “военного коммунизма” являлась продовольственная разверстка, осуществляя которую, Советская власть, по словам В.И.Ленина, должна была взять “все излишки у крестьян, какие только имеются, взять иногда даже не только излишки, а и кое-что необходимое крестьянину, лишь бы сохранить способной к борьбе армию и не дать промышленности развалиться совсем”. Иначе говоря, продовольственная разверстка давала большие права властям грабить крестьян и издеваться над ними…

Отдельные элементы политики “военного коммунизма” проводились в советских районах Казахстана, хотя не в той форме и том объеме, чем в центральных регионах нарушение хозяйственной жизни на значительной территории края военными действиями, специфика хозяйственно-экономического развития отдельных уездов и областей и другие факторы явились причиной того, что продовольственная разверстка здесь в полном объеме РСФСР. Отдаленность советских районов Казахстана от центра и столицы, стала осуществляться только после освобождения основных хлебопроизводящих районов от “белых”, т.е. с начала 1920 года”.

Между тем Гражданская  война разрасталась. Появился целый  ряд региональных антисоветских  правительств в районах, граничащих с Казахстаном.

При помощи чехословацкого корпуса, за которым стояли правительства  Антанты, в Самаре было создано эсеро-белогвардейское  правительство Комуч- Комитет Учредительного собрания, в Омске- Временное сибирское правительство. Атаман Дутов, изгнанный 18 января 1918 г. из Оренбурга, вновь подняв антисоветский мятеж. 3 июля 1918 г. захватил Оренбург, отрезав Советский Туркестан от Центральной России и создав т.н. “оренбургскую пробку”.

В условиях начавшейся широкомасштабной Гражданской войны и свержения  Советской власти в большинстве  районов Казахстана Алаш-Орда заключила союз с Дутовым в Оренбурге , вступила в тесный контакт с Временным сибирским правительством в Омске, замененном диктатурой адмирала Колчака в ноябре 1918 г., и Комитетом Учредительного собрания ( Комуч ) в Самаре, укрепила связи с уральским, сибирским и семиреченским казачеством с целью совместной борьбы с Советами.

Ход Гражданской войны  показал, что политические решения  останутся простыми заявлениями, если их не подкрепить действиями вооруженных  сил. В соответствии с решением II Всеказахского съезда руководству Алаш надлежало в спешном порядке, наряду с общеполитическими вопросами – об Учредительном собрании, о национальной автономии, взаимоотношениях с региональными властями – ускоренно формировать подразделения вооруженных сил.

В июне 1918 г. правительство  Алаш- Орды приняло ряд декретов об организации власти на местах, в соответствии с которыми все документы и законодательные акты, изданные Советской властью на территории Алашской автономии, признавались недействительными, при Алаш-Орде был образован военный совет из трех лиц “ с функциями военного министерства” с обязанностью “ призывать джигитов для борьбы с большевиками”.

Законодательным актом от 24 июня 1918 года “ на территории Алаш восстановились земские учреждения, введенные по закону Временного правительства 17 июня 1917 года и упраздненные советской властью”. Вместе с тем правительство Алаш-Орды всеми возможными путями стремилось добиться признания Казахской автономии новыми российскими правительствами на основе решений второго Всеказахского съезда. В своих многочисленных переговорах с различными правительствами ( Комуч, Сибирска) областная дума, Временное сибирское правительство и т.д.) и лидерами различных политических сил России практически во всех случаях руководство Алаш-Орды во главе с А.Букейхановым выдвигало на повестку дня решение проблемы воссоздания общероссийской власти и предоставления казахскому народу возможности образования национальной государственности.

Попытка А.Н.Букейханова приступить к реализации решений II Всеказахского съезда о создании казахской национальной автономии сразу же затронула массу вопросов. Подобное было неизбежно. Разной была обстановка на западе, севере, востоке Казахстана. Неодинаково складывались отношения деятелей Алаш с другими политическими силами. Букейханов и его окружение учитывали эти обстоятельства. Сразу по прибытию в Семипалатинск после свержения там Советской власти А.Н.Букейханов направляет на места установки о тактике действий в новых условиях, причем тексты директив показывают нестандартность подхода лидера Алаш к задачам, кот орые он возглавляет на своих единомышленников в областях и уездах. Так, в телеграмме на адрес руководителя Тургайского областного комитета Алаш в Оренбурге Сеитазима Кадырбаева говорилось: “24 июня нового стиля Алаш-Орда приступала к работе. Будет выполнять решения Второго всекиргизского съезда. К.Башкирской и Сибирской автономии относимся как к братским автономиям. Состоим с ними в союзе в деле ликвидации большевиков. В других областях будем работать также рука об руку. Приступайте к открытию областного отдела Алаш-Орды в Тургае, уездных отделов - в уездах. Членами [их] будут люди из земств. Состав уездных отделов 3-5 человек, один из них будет ведать делами казахской милиций, второй – делами по сбору денежных средств. Земства на время сохраняются. В дела земства Алаш – Орда не вмешивается. В ведение Алаш – Орды будут казахские дела в области политики и культуры. Для казахских дел нет другой власти, кроме Алаш – Орды. Срочно вербуйте для милиций по 30 джигитов от каждой волости. В отношении вооружения, содержания и офицеров для обучения поговорите с Дутовым. В Акмолинской и Семипалатинской областях уже вербуют джигитов. Семипалатинские джигиты в боях Алтайской губернии вернулись с победой… Свяжитесь с Дутовым и Ахмед – Заки (Валидовым), примите меры для освобождения Туркестана от большевиков. По этому делу Алаш – Орда поддерживает контакт с Дутовым и Ахмед – Заки .

Алимхан (Ермеков-авт.), Ахмет(Байтурсынов-авт.) и Мырзагазы(Еспулов-авт.) на переговорах с Сибирским правительством в Омске. Никакой пощады большевистским прохвостам!

Председатель Алаш-Орды Алихан (Букейханов) ”.

Руководству Уральского областного комитета Алаш А.Букейханов дополнительно рекомендовал: “ … немедленно приступить [к] сбору податей [за] семнадцатый-восемнадцатый годы, приступите [к] призыву конной милиции… [в] первую очередь добровольцев… сбор милиционеров должен окончиться [в] трехнедельный срок по получении телеграммы ”. Что же касается комитетов Алаш в Омске, Зайсане, Усть-Каменогорске, Кокпектах, Каркаралинске, Павлодаре, Петропавловске, Кокчетаве, Акмолинске, Атбасаре, Баян-Ауле, Славгороде, то им, кроме того, было поручено, взяв на себя миссию представителей казахского народа, работать в контакте с “местными представителями сибирского временного правительства”.

 Идея автономии, как  говорилось выше, встретила поддержку  лишь у большевиков и то  на условиях советской платформы  и классового принципа. Все остальные  политические силы, не отвергая  данной идеи с ходу, увязывали  ее решение с волей Всероссийского  Учредительного собрания.

Лица, возглавившие местные органы власти, а именно с ним актив Алаш деятельно сотрудничал для свержения Советов, отнеслись к акции А.Н.Букейханова более чем прохладно. Правительство Алаш-Орды не получало признания ни в Омске, ни в уездах. Необходимо пояснить, что решения II съезда и проект программы Алаш, предусматривая создание национальной автономии, исходили из идеи государственной демократической республики, фактически подразумевая конфедерацию. Что же касается позиций всех небольшевистских политических партий, то хотя некоторые из них формально признавали необходимость федерации, но на деле оставались сторонниками унитарного государства. Во-вторых, декабрьский съезд, принимая решение об автономии, руководствовался политической оценкой положения в стране, которая сводилась к одному – распад государства, безвластие, полная анархия. С анархией отождествлялся большевизм. Свержение власти большевиков и создание кадетско-эсеровских правительств означали с точки зрения белогвардейцев меры прекращения анархии, безвластия и, соответственно, ненужности автономий. В-третьих, рассылая свои телеграммы в областные и уездные центры о создании алаш-ордынских органов управления, А.Н.Букейханов и его  сподвижники указывали на временный характер предпринимаемых ими мер. В-четвертых, в телеграммах говорилось, что национальные органы власти осуществляют свои функции только среди казахского населения “не вмешиваясь /в/ компетенцию местных земских городских самоуправлений”. Выходит, что оговаривалась множественность органов власти и управления. Наряду с аппаратом управления Сибирского правительства в Акмолинской и Семипалатинской областях действовал аппарат Сибирского казачьего войска, в Уральской – Уральского казачьего войска и теперь к ним добавился аппарат Алаш-Орды . Ситуация складывалась так: в городе и поселках действовали одни законы и распоряжения, в станицах- другие, в аулах- третьи. Нередкими были случаи, когда в поселениях смешанного типа, а таких было немало, люди отказывались подчиняться и той, и другой,  и третьей власти, ссылаясь на то, что одна из властей уже командует ими.

Пытаясь как-то упорядочить  дело и разграничить сферы влияния, Омский областной казахский комитет  за подписью Аблайханова и Садвакасова 29 июня 1918 года направил письмо областному комиссариату (органу Сибирского правительства-авт.), подчеркнув: “Некоторые станичные и поселковые правления, а также крестьянские волостные и сельские комитеты в связи с событиями последних дней по единичным жалобам киргиз без ведома на то уездного и областного киргизских комитетов непосредственно снаряжают и отправляют вооруженные отряды в аулы, якобы для разрешения междуаульных и киргизских конфликтов.

Считая таковое явление  ненормальным и подрывающим авторитет  киргизских органов, стоящих у власти, областной комитет просит комиссариат  сделать надлежащее распоряжение всем крестьянским волостным и сельским комитетам впредь по единичным таковым  жалобам киргиз непосредственных мер  не принимать, а сообщать об этом своевременно уездным или областному киргизским комитетам.

В отношении станичных  и поселковых правлений одновременно с ними сообщено войсковой казачьей управе ”.

Когда комиссар запросил правительство, как быть в данной ситуации, ему разъяснили: “Уездный и областной киргизские комитеты есть организации частные”.

Целых три месяца руководство  Алаша пыталось утвердить свою власть, издав серию распоряжений по вопросам управления, свободы совести, порядка землепользования, налогообложения, суда, военного дела. Однако надлежащего подтверждения этим актам со стороны Сибирского правительства так и не поступило. Собственно, позицию правительства хорошо раскрыла статья в центральном органе кадетов Сибири. Она была озаглавлена “К вопросу о киргизской автономии”. В ней говорилось: “Автономия в той форме, в какой ее требуют киргизские представители, разносильна полному отделению от России, разносильна образованию в ее пределах самостоятельного киргизского государства.

Мы готовы широко идти навстречу  требованиям инородцев об удовлетворении их культурно-национальных нужд, но полагаем, что только государство, решившееся на самоуничтожение, могло бы добровольно  согласиться на подобного рода инородческий сепаратизм”.

Своеобразным толчком  для этой публикации послужили настроения руководства различных ведомств и учреждений, где рассматривалась  докладная записка председателю Алаш-Орды от 23 июля 1918 г. премьер-министру Сибирского правительства. В ней глава Алаш-Орды пытался доказать легитимность практики формирования алаш-ордынских органов управления и функционирования правительства Алаш-Орды тем, что “к данному моменту России, как единого цельного не существует. Не существует и единой государственной власти…Поэтому автономные области и народы должны встать на путь государственной самостоятельности…Разнообразные взаимные интересы Сибири иАлаш диктуют тесный союз обеих автономий. Взаимное признание единит их силы…Мы предлагаем на осуждение правительству автономной Сибири следующие пункты соглашения:

1. Сибирское правительство обменяется с автономией Алаш взаимным признанием”.

Следующие пять пунктов сводились  к следующему:

а) Алаш-Орда является органом власти только казахского народа;

б) национальная армия подчиняется  общему сибирскому командованию и военному отделу Алаш-Орды;

в) банки и финансовые учреждения подчиняются Сибирскому правительству;

г) необходимо созвать конгресс народов регионов, очищенных от большевиков, для создания федеральной власти.

Что обращает на себя внимание в данной записке? Первое- стремление представить себя, т.е. правительство Алаш-Орды, как равную сторону в переговорном процессе. Второе- попытка доказать легитимность существования Алаш-Орды отсутствием единой российской власти. Третье- желание создать эту власть. Четвертое- стремление доказать необходимость признания Казахской автономии тем, что на местах начался процесс формирования областных автономий, который пока пересекается руководством: “Затянувшиеся наши переговоры с правительством Сибири лишили автономию Алаш Уральской области. Возможно, другие казак-киргизские области, освободившись от большевиков и не дождавшись автономии Алаш, последуют дурному примеру Урала, а дальше будут сепаратно искать ориентации с Туркестаном, находящимся, с занятием немцами Баку, под угрозой немецкого завоевания”. Пятое- попытка указать, что в случае непризнания автономии Алащ Россия потеряет Туркестан, а Сибирь, как минимум, лишится такого союзника, как Алаш: “Опасность распада автономии Алаш вынудит Алаш-Орду решиться на крайне меры, отказаться от союза с Сибирью, объявить автономию Алаш и спасать единение казак-киргизского народа, пожертвовать выгодами союза с Сибирью.

Признание Сибирским правительством автономии Алаш создало бы ей возможность оттянуть Туркестан от немецкой ориентации, сохранить его в пределах Российской федерации”.

Записка сыграла свою роль, хотя и нету, на какую рассчитывали её авторы. Обстановка на фронтах была неустойчива, и терять пусть даже номинального союзника сибирские белогвардейцы не хотели. Они пошли на полумеры. Распоряжением премьер-министра П.В.Вологодского была создана специальная комиссия первоначально под председательством министра “туземных” дел Б.М.Шатилова, затем - управляющего министерством народного просвещения профессора В.В.Сапожникова. Члены комиссии: зам. министра внутренних дел – В.Д.Михайлова, зав. переселенческим отделом Кабинета министров – А.М.Япмош, представитель военного ведомства – генерал В.Л.Попов. “В качестве сведущего лица в комиссию привлечен руководитель Алаш-Орды Букейханов ”.

На протяжении четырех  дней – 29,30 июля,2 и 3 августа комиссия рассматривала предложения руководства  Алаш-Орды и пришла к выводу, что определенное соглашение Сибирского правительства с Алаш-Ордой необходимо. Обойдя вопрос о политическом статусе Алаш-Орлы и Казахской автономии, комиссия по ряду предложений докладной записки приняла согласованное решение: Алаш-Орда была признана органом власти казахского народа, ей разрешалось осуществлять сбор кибиточной подати и проводить специальное обложение. Кроме того, Алаш-Орда могла создавать национальный суд. Что касается вооруженных сил – национальной армии , то армия создавалась, управлялась и снабжалась, основываясь на принципах, определенных военным ведомством Сибири. Командующий национальной армией, командиры частей назначались военным правительством Сибири с согласия правительства Алаш-Орды. Таким образом был достигнут компромисс, который означал полупризнание Алаш-Орды, но в то же время оставлял Сибирскому правительству возможность ревизии этого соглашения. Нужно обратить внимание на то, что, соглашаясь на определенные уступки Алаш-Орде, правительство Сибири сразу же продемонстрировало неравноправие сторон. Это видно из самой, по существу, разрешительной формы соглашения.

Соглашение делегации  Алаш-Орды (А.Н.Букейханов привлек в нее А.А.Ермекова и Х.Тохтамышева) и комиссии Сибирского правительства было достигнуто в самый канун Уфимского государственного совещания.

Оно открылось 8 сентября 1918 г. В его работе вначале приняли  участие 147 человек, в том числе 81 член Учредительного собрания. Казахские  области, в том числе и входившие  в состав автономного Туркестана, там представляли А.Н.Букейханов, Х.Д.Досмухамедов, Ж.Д.Досмухамедов, С.Д.Дошанов, Б.А.Джахандамов, А.Байтурсынов. Г.Алимбеков. М.Тынышпаев, М.Чокаев, И.Турмухамедов.

Главным вопросом Уфимского  государственного совещания было создание всероссийской верховной власти. Новое правительство получило название Директория. Оно состояло из пяти человек  под руководством его председателя, члена ЦК партии эсеров Н.Авсентьева.

Главными задачами Директории были объявлены:

“ 1) борьба за освобождение России от Советской власти;

2. воссоединение отторгнутых, отпавших и разрозненных областей России;
3. непризнание Брестского и всех прочих договоров международного характера…;
4. продолжение войны против германской коалиции ”.

Работа Уфимского государственного совещания продемонстрировала, что противники Советской власти намерены решительно покончить с децентрализацией. Проблема целостности как государства, так и его составных частей беспокоила многих, в том числе и лидера Алаш А.Н.Букейханова. Он понимал, что пребывание южных областей в составе Туркестана может породить немало проблем на путях формирования казахской государственности. Не меньшее беспокойство вызывала позиция западной группировки Алаш, усилиями которой было создано областное национально-территориальное образование автономного плана – Уильский олаят. Используя свое пребывание в Уфе и присутствие на совещании лидеров Уильского олаята, А.Н.Букейханов, как председатель, собрал на специальное заседание Алаш-Орды членов Государственного совещания от Казахстана. 11 сентября 1918 г. под председательством А.Н.Букейханова члены высшего руководства Алаш-Орды Ж.Досмухамедов, Х.Досмухамедов, А.Беремжанов, А.Ермеков  и М.Тынышпаев обсудили вопрос управления автономией и организации аппаратов власти в пределах Казахстана. Постановление по этому вопросу состояло из 11 пунктов и предусматривало ликвидацию автономного олаята и передачи дел его руководства специально уполномоченному органу вновь образованного Западного отделения Алаш-Орды, в состав которого вошли четыре человека: Х.Досмухамедов, Ж.Досмухамедов, Б.Кульманов и И.Турмухамедов.

Заметим, что А.Н.Букейханову удалось решить сразу несколько задач: он выполнил решение Уфимского государственного совещания о ликвидации областных правительств и, что самое главное, нанес ощутимый удар по сепаратистским настроениям уральских радикалов. Чтобы не слишком обострять отношения с группой Досмухамедовых, оба лидера этой группы: и Жаханша, и Халел были включены в состав руководства Западного отделения Алаш-Орды, но теперь они находились под контролем сторонников А.Н.Букейханова в лице Б.Кульманова, И.Турмухамедова.

Пока Алаш-Орда решала проблемы территориальной целостности Казахстана, произошли политические события, в корне изменившие положения дел. С созданием и укреплением сибирской армии крушением самарского Комуча, войска которого потерпели тяжелое поражение, расстановка сил внутри Директории существенно изменилась. Ее члены от партии эсеров потеряли всякое влияние. У них не было реальной опоры. Попытки Директории распустить сибирское правительство успеха не имели.

Единственное, что смогли сделать Н.Д.Авсентьев и его коллеги – это “решить” проблему Алаш-Орды путем упразднения правительства и учреждения должности “главуполномоченного по управлению Алаш ”, наделив его функциями решения культурно-бытовых и хозяйственно-экономических вопросов.

Следует заметить, что решение  о ликвидации Алаш-Орды оказалось полной неожиданностью для А.Н.Букейханова и его окружения.

Фактически весь 1918 год  руководство Алаш-Орды на всех уровнях уделяло много внимания делу создания национальных вооруженных сил. Первый алашский отряд, как говорилось, был образован в Верном в январе-феврале 1918 г., но сразу же после установления Советской власти (март 1918 г.) в Семиречье он был разрушен и расформирован.

Лидер Алаш-Орды А.Букейханов вместе с А.Ермековым и заведующим военным отделом Х.Тохтамышевым в июле и августе 1918 г. вели переговоры в Самаре и Омске с представителями военных ведомств Комуча и Временного сибирского правительства по вопросам оказания помощи Алаш-Орде в формировании вооруженных сил. Лидеры западного отделения Алаш-Орды Ж. и Х.Досмухамедовы получили из Самары через Комуч 600 винтовок и пулемет, обещая в ближайшее время организовать казахские отряды в количестве 2000 человек. Тургайской группе в сентябре 1918 г. было выделено 300 берданок, 20 тыс. патронов и большое количество обмундирования. С помощью Дутова приступили к формированию двух конных полков: одного – в Кустанайском, другого – в Иргизском уездах. В августе 1918 г. в Семипалатинске был сформирован с помощью уполномоченного Временного сибирского правительства Давыдова и других алашский конный полк в составе 38 офицеров и 750 бойцов.

Кроме того, на востоке Семиреченской области развернулось формирование второго полка, а в Семипалатинске – третьего и приданных ему подразделений. В Тургае был сформирован четвертый кавалерийский полк; в Приуралье, на базе Жамбейтинских курсов унтер-офицерского состава, с помощью инструкторов из Уральска, Гурьева и других мест была создана школа прапорщиков; началось формирование частей отдельной кавалерийской бригады численностью 2 тыс. человек. В целом картину положения дел создания национальной армии 26 октября 1918 года обрисовал член правительства Алаш-Орды: “Что касается нашего участия в общей борьбе за освобождение от большевистско-германского ига, то киргизские мобилизванные части не могли [по] многим причинам, от нас независящим, получить возможность вооружения своевременно.

Сейчас мы понимаем, что  вооружения не хватает не только для  нас. В настоящее время в Семиречье  участвуют в борьбе с большевиками киргизские отряды в 500 человек, в Семиреченской области имеется до 8 тысяч добровольцев, в Семипалатинской – 2 тысячи, Уральской – 2 тысячи, Кустанае- 450 человек”. Примерно такие же данные привел А.Букейханов в ходе переговоров с делегацией Временного сибирского правительства 11 февраля 1919 г. Отвечая на вопрос представителя Министерства внутренних дел Временного сибирского правительства А.Малахова: “Что такое милиция?”, А.Букейханов заявил : “Милиция – это наше войско. Оно уже фактически существует : 700 наших джигитов находятся на фронте в Семиречье, 540 человек – у Троицка, 2000 человек – в Уральской области”.

Лидеры Алаш-Орды, получив известную помощь от Сибирского правительства и заменившей его Директории, в организации подразделений национальной армии были лишены такой поддержки в вопросах национально-государственного строительства в соответствии с решением второго Всеказахского съезда, состоявшего в декабре 1917 года. Более того, после постановления Директории об упразднении правительства Алаш-Орды (сентябрь 1918 г.) и создания специального органа управления казахскими делами во главе с А.Букейхановым, процесс национально-государственного строительства вовсе прекратился. Весь ход последующих событий показал, что движущей причиной негативного отношения российских властей к деятельности Алаш-Орды были опасения правых элементов в связи с возможным распадом единого государства. Именно эти правые элементы возобладали сначала в ближайшем окружении Директории, а затем и в составе правительства А.В.Колчака. Фактически это привело тому, что в Казахстане оказалась выключена из активной борьбы с Советской властью основная масса коренного населения, лишившаяся стимула – создания своего национального государства. К тому же малочисленные, плохо вооруженные и слабо обученные подразделения “ народной милиции” не могли играть какую-либо существенную роль в ходе и итогах Гражданской войны в Казахстане.

Вооруженное противостояние в Казахстане было составной частью Гражданской войны в России. Поэтому не только ход боевых действий на главных фронтах Гражданской войны оказывал решающее влияние на развитие и ход борьбы на казахстанских фронтах, но и действия местных воинских формирований, партизанское движение и восстания на оккупированных белогвардейцами территориях Казахстана оказали существенную помощь главным силам Красной Армии, сражавшимся на Восточном м Южных фронтах. Особенно наглядно это проявилось в освобождении Оренбурга, Уральска и окончательном разгроме Колчака, изгнании белогвардейцев и их союзников из Северного, Северо-Восточного Казахстана и Семиречья. Центр оказывал военную помощь сражающимся на казахстанских фронтах частям Красной Армии. Одним из ярких примеров подобной помощи является экспедиция А.Жангельдина, которая 20 июля 1918 г. с большим количеством боеприпасов выехав из Москвы по железной дороге, 1 августа прибыла в Астрахань. 21 августа экспедиция на двух шхунах следует через Каспий и форт Александровск (ныне город Актау), оттуда через остров Кулалы прибывает к северной точке полуострова Бузачи и высаживается на мысе Жандаур (Заворот). Здесь целый месяц времени ушло на подготовку к степному походу. Успех экспедиции теперь полностью зависел от поддержки местного казахского населения, которое снабдило экспедицию вьючным транспортом и различным снаряжением.