Коллизионные нормы в международном частном праве

5

Содержание

Введение

1. Коллизионно-правовой способ регулирования отношений с иностранным элементом

2. Коллизионные нормы: понятие, структура, виды. Формулы прикрепления

3. Анализ коллизионных норм (статей 1195-1200) ГК РФ

Заключение

Список литературы

Введение

Международное частное право - комплекс правовых норм, регулирующих гражданско-правовые отношения, имеющие международный характер. Основная задача международного частного права состоит в разрешении коллизии между двумя правопорядками.

Международному частному праву свойственны свои специфические приемы и средства регулирования прав и обязанностей участников гражданских правоотношений международного характера.

Выделяются два метода: коллизионный и материально-правовой.

Коллизионный метод действует посредством применения коллизионной нормы, которая определяет право какого государства будет регулировать соответствующее отношение. Таким образом, коллизионный метод регулирования действует посредством обращения к коллизионной норме, которая, в совокупности с определенной материальный нормой, составляет коллизионный механизм регулирования.

Существенное значение в международном частном праве имеют коллизионные нормы, то есть нормы, определяющие, право какой страны будет применяться к соответствующему правоотношению. Всякая коллизионная норма направлена на признание действия неопределенного круга иностранных правовых систем и возникших под их действием субъективных прав. Поэтому эта норма выражается посредством обобщенных юридических понятий - общих для различных правовых систем.

Цель работы – рассмотрение коллизионно-правового регулирования в международном частном праве.

Задачи работы:

1.      рассмотреть коллизионно-правовой способ регулирования отношений с иностранным элементом;

2.      охарактеризовать понятие коллизионной нормы и основные коллизионные привязки;

3.      рассмотреть толкование коллизионных правил.

1. Коллизионно-правовой способ регулирования отношений с иностранным элементом

Основное содержание международного частного права сводится к выявлению и поиску путей разрешения коллизиционной проблемы.

Коллизионные нормы с юридико-технической стороны - это наиболее сложные нормы, применяемые в международном частном праве. Эти правила помогают решению вопросов использования коллизионных норм на практике. Всякая коллизионная норма направлена на признание действия неопределенного круга иностранных правовых систем и возникших под их действием субъективных прав.

Поэтому эта норма выражается посредством обобщенных юридических понятий - общих для различных правовых систем. Своим существованием коллизионное право обязано тому, что многие общественные отношения выходят за пределы действия той или иной национальной правовой системы: на их регулирование, соответственно, начинают претендовать несколько коллизирующих правопорядков[1].

Разрешение этой коллизии – главная цель, достижению которой служат нормы раздела VI ГК РФ. Сам вопрос определения («выбора») права, которое должно регулировать те или иные гражданско-правовые отношения, возникает лишь, когда в них присутствует иностранный элемент. Ст. 1186 ГК РФ предусматривает два типичных случая, когда иностранный элемент в правоотношении проявляется либо в особом субъектном составе (наличие иностранного участника), либо в объекте правоотношения (вещь, находящаяся за рубежом). Дополнительную гибкость этой норме придает возможность решения коллизионного вопроса применительно к другим отношениям, «осложненным иным иностранным элементом» (п. 1 ст. 1186 ГК РФ).

Применение коллизионной нормы на практике может привести к тому, что избранное с ее помощью компетентное иностранное право войдет в серьезное противоречие с основополагающими принципами отечественного права. Ведь коллизионная норма содержит сугубо формальную привязку к тому или иному правопорядку, не затрагивая при этом возможных последствий его действия. В этом смысле, как точно отметил проф. Раапе, «отсылка к иностранному праву - это скачок в неизвестность». Для того, чтобы не допустить нарушения основ российского правопорядка в результате применения норм иностранного права ГК РФ предусматривает специальный институт «оговорки о публичном порядке». Так, согласно ст. 1193 ГК РФ норма иностранного права, компетентная регулировать соответствующее отношение, в исключительных случаях не должна применяться, если последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации. В отличие от ГК 1964 года и Основ гражданского законодательства 1991 года, содержавших похожие правила, в Гражданском кодексе 1996 года подчеркивается исключительный характер оговорки о публичном порядке. Так, оговорка о публичном порядке может парализовать действие отдельных норм иностранного права (но не права в целом), применяется лишь в исключительных случаях и только, если возможное нарушение основ правопорядка приобрело бы явный характер.

Таким образом, коллизия в МЧП - это такая правовая ситуация, в которой частноправовое отношение вследствие наличия в нем иност­ранного элемента подпадает под действие двух или долее национальных правовых систем.

2. Коллизионные нормы: понятие, структура, виды. Формулы прикрепления

Коллизионная норма - это норма непрямого действия. Она не регулирует правоотношения по существу и не предназначена для определения субъективных прав и обязанностей сторон нотариального акта. Ее единственная цель - обеспечить выбор применимого материального права из двух или более правопорядков, с которыми юридическая ситуация имеет связь[2].

Например, как следует ответить на вопрос о том, какой законный режим имущества супругов будет применяться в смешанном браке, который был зарегистрирован в России между гражданином Франции и гражданкой России, переехавшими впоследствии на постоянное жительство во Францию? Или же, например, материальные нормы права какого государства следует применить к наследованию после смерти гражданина России, обладавшего недвижимым имуществом в Баден-Бадене и Москве, а также - денежными средствами на депозите в отделении Сбербанка России? В приведенных примерах выбор возможен между двумя правопорядками, с которыми ситуация имеет связь: в первом случае - между российским и французским правом, а во втором - российским и немецким. Коллизионная норма позволяет осуществить такой выбор, привязывая правоотношение с иностранным элементом к материальным нормам конкретного национального правопорядка. Механизм действия коллизионной нормы, иначе говоря - коллизионный метод, - заключается в привязке решения о применимом праве к определенному элементу правоотношения или юридической ситуации, который рассматривается законодателем как наиболее значимый с точки зрения обеспечения адекватного ожиданиям сторон и публичного интереса регулирования отношений в целом.

В зависимости от законодательных и социальных приоритетов каждое государство вырабатывает собственную систему коллизионных привязок, обязательных для национального правоприменителя, в том числе и для нотариусов. В международном частном праве России используются следующие виды коллизионных привязок:

Право собственности и иные вещные права на имущество регулируются правом страны по месту нахождения данного имущества (п. 1 ст. 1206 ГК РФ). Это так называемый реальный статут или закон местонахождения объекта (lex rei sitae). Данная коллизионная привязка является наиболее древней и принята в международном частном праве большинства иностранных государств.

Гражданское состояние, право- и дееспособность физических лиц касаются их личного статуса и регулируются в соответствии с личным законом (lex personalis). Применимое право определяется в зависимости от гражданства (п. 1 ст. 1195 ГК РФ) либо места жительства лица (п. 3 ст. 1195 ГК РФ). Например, возраст достижения совершеннолетия гражданина Алжира, постоянно проживающего в Российской Федерации, регулируется в соответствии с российским законом и равен 18 годам. Если применимое право - алжирское (при отсутствии постоянного места жительства на территории России), то возраст достижения совершеннолетия, а значит, и дееспособности равняется 19 годам.

Статус и правоспособность организаций (юридических лиц и не юридических лиц) также зависят от права, определяемого в соответствии с их личным статутом. Однако содержание коллизионной привязки здесь отличается по сравнению с физическими лицами. Личным законом организации (lex societatis) является право страны, где оно было учреждено (п. 1 ст. 1202, п. 1 ст. 1203 ГК РФ). Однако это не исключает действия императивных норм российского законодательства, касающихся порядка аккредитации и деятельности иностранных организаций на территории Российской Федерации.

Юридические факты подчиняются законодательству места, где они произошли, - так называемому локальному статуту. В частности, форма юридических действий (актов волеизъявления) определяется в соответствии с правом места, где они совершены, - локальным статутом (locus regit actum). Поэтому, например, официальные документы, в том числе нотариальные, которые изготовлены за рубежом, должны соответствовать требованиям местной формы, определяемой в соответствии с законами государства их происхождения.

В области обязательственных отношений, возникающих при совершении сделок, важное значение имеет выбор применимого права самими сторонами, так называемый автономный статут. Стороны договора при его заключении или в последующем по соглашению между собой могут выбрать право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям (п. 1 ст. 1210 ГК РФ). Нужды международной коммерции требуют использования во всех имущественных контрактах именно автономной коллизионной привязки. Данное правило играет также главенствующую роль при определении в международном частном праве режима имущественных отношений между супругами. Сторонам настоятельно рекомендуется в каждом случае, когда закон это допускает, делать такой выбор, а нотариусу разъяснять его желательность. В большинстве случаев это позволяет сделать правовые последствия юридических действий более предсказуемыми, а права и обязанности сторон - определенными.

Когда стороны не воспользовались предоставленной им возможностью выбора применимого к их отношению права, применяется право страны, с которым правоотношение имеет более тесные связи (п. 1 ст. 1211 ГК РФ) - так называемый статут наиболее тесной связи (Proper Law). Несмотря на наличие в российском законе ряда презумпций (п. 2, 3 ст. 1211 ГК РФ), содержание этой формулы прикрепления является довольно неопределенным, что способно вызвать серьезные трудности при ее практическом применении. Здесь компетентный правопорядок устанавливается на основе толкования договора и всех относящихся к нему обстоятельств, что, по справедливому замечанию ряда специалистов, ведет к субъективизму правоприменительных органов, "подсознательному" выбору своего национального права.

Судопроизводство всегда определяется в соответствии с законами суда по месту рассмотрения дела, так называемый принцип lex for.

Аналогично порядок совершения нотариальных действий, нотариальное производство на территории России также преимущественно регулируется российским законодательством (ст. 39 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате). Однако в виде исключения возможно совершение удостоверительных надписей в форме, предусмотренной законодательством других государств (ч. 2 ст. 104 Основ), а также, в случаях, прямо предусмотренных в международных договорах Российской Федерации, совершение нотариальных действий, не предусмотренных внутренним законодательством (ч. 2 ст. 109 Основ). В последнем случае порядок совершения нотариального действия определяет Министерство юстиции. Последнее указание излишне: не подлежит сомнению, что в силу приоритета международного договора по отношению к внутреннему законодательству (ч. 4 ст. 15 Конституции России) его нормы должны применяться напрямую. Отсутствие подзаконного акта, разъясняющего порядок применения тех или иных норм международного договора, ни в коем случае не может быть законным оправданием отказа от выполнения международных обязательств, принятых в соответствии с ратифицированным Россией международным соглашением.

В то же время следует учитывать разъяснение, данное в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ №5 от 10 октября 2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации».

В частности, согласно ч. 3 ст. 5 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» положения официально опубликованных международных договоров Российской Федерации, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в Российской Федерации непосредственно. Для осуществления иных положений международных договоров Российской Федерации принимаются соответствующие правовые акты[3].

К признакам, свидетельствующим о невозможности непосредственного применения положений международного договора Российской Федерации, относятся, в частности, содержащиеся в договоре указания на обязательства государств-участников по внесению изменений во внутреннее законодательство этих государств.

При рассмотрении судом гражданских, уголовных или административных дел непосредственно применяется такой международный договор Российской Федерации, который вступил в силу и стал обязательным для Российской Федерации и положения которого не требуют издания внутригосударственных актов для их применения и способны порождать права и обязанности для субъектов национального права (ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации, ч. 1 и 3 ст. 5 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации», ч. 2 ст. 7 ГК РФ).

Независимо от подлежащего применению к правоотношению права, императивные нормы российского законодательства обязательны для всех правовых субъектов, проживающих или находящихся на ее территории (п. 1 ст. 1192 ГК РФ). Такая императивная привязка к национальному правопорядку получила в иностранной доктрине международного частного права название полицейского закона (loi de police) или закона безопасности (loi de surete). Она - выражение роли государства и подчеркивает публично-правовую организацию ряда социальных отношений. Налоговые, валютные и другие административные правила имеют, как правило, такой характер и обязательны для соблюдения в Российской Федерации также и иностранными субъектами.

Коллизионные нормы составляют часть национальной правовой системы, независимо от источника закрепления - во внутреннем праве или международных соглашениях.

Каждое государство вырабатывает, таким образом, собственную систему коллизионных правил, обязательных для любого национального юрисдикционного органа, вне зависимости от области его действия или компетенции.

Итак, коллизионная норма - это норма, определяющая, право какого государства подлежит применению к правоотношению, осложненному иностранным элементом. Коллизионные нормы существенно отличаются по своей структу­ре от иных норм права. Каждая коллизионная норма состоит из двух частей - объема и привязки. В объеме коллизионной нормы указывается то правоотношение, к которому применяется данная норма. Привязка указывает право (своей страны или иностранного государ­ства), подлежащее применению к данному правоотношению.

3. Анализ коллизионных норм (статей 1195-1200) ГК РФ

Наличие в каждой стране собственной системы коллизионных норм способно в некоторых случаях вызвать конфликт между российскими и иностранными критериями определения применимого права. Например: дееспособность заинтересованного лица определяется в соответствии с правом страны его гражданства (п. 1 ст. 1197, п. 1 ст. 1195 ГК РФ). Расхождения здесь могут проявиться, во-первых, в понимании элемента прикрепления: что следует понимать под гражданством? Во-вторых, в смысле и значении данной коллизионной привязки в конкретном правоотношении: насколько оправданно использование гражданства как элемента прикрепления? И, в-третьих, в изменении формулы прикрепления: что считать изменением гражданства?

Содержание юридических категорий и их правовая квалификация варьируется от страны к стране, в зависимости от выработанных в течение длительного времени юридических конструкций и схем. Так, наследственное имущество традиционно рассматривается в Германии, Италии и Испании как элемент личного статуса наследодателя и на этом основании подчиняется его личному закону (закону гражданства). В российском законодательстве, напротив, имущество отделено от личности наследодателя и как таковое подчинено праву страны местонахождения. В международной юридической практике столкновение двух правопорядков, поддерживающих различное толкование одних и тех же категорий, способно вызвать дополнительные проблемы. Это ставит, прежде всего, проблему квалификации соответствующих юридических категорий или - конфликт квалификаций[4].

Коллизионные привязки, применяемые в разных странах для определения применимого к одному и тому же правоотношению права, также могут расходиться. Например, по общему правилу правовое положение физического лица связывается в России с его гражданством, тогда как в странах англосаксонского права - с местом жительства. Конфликт коллизионных привязок, имеющий место в данном случае, ставит проблему обратной отсылки.

а) Конфликт квалификаций

Коллизионные нормы российского законодательства установлены в зависимости от ряда юридических категорий, как например: гражданское состояние и дееспособность физических лиц, форма сделки, наследование, недвижимое имущество и т.д. Следовательно, надлежит определить, какие юридические ситуации подпадают под данные категории, т.е., проще говоря, - каково их содержание. Эта логическая операция довольно характерна для внутреннего права, где на основе существенных элементов конкретного правоотношения происходит его отграничение от смежных институтов: простого товарищества - от отношений по инвестированию при долевом строительстве; поручения - от оказания услуг или подряда; наследования - от дарения и т.д. В международном частном праве юридическая квалификация правоотношения - это основная и предварительная операция, так как коллизионная норма - это норма непрямого действия. Только после того как вопрос квалификации решен, можно обращаться к российской коллизионной системе уже для определения материального права, подлежащего применению к отношениям по существу.

По общему правилу, нотариус при определении права, подлежащего применению, толкование юридических понятий осуществляет в соответствии с российским правом, если иное не предусмотрено законом (п. 1 ст. 1187 ГК РФ). Подход, при котором квалификация правоотношения и толкование входящих в него понятий осуществляется на основе национальных юридических концепций правоприменителя, преобладает в большинстве государств мира.

В ряде случаев нотариус может столкнуться с юридическими понятиями, неизвестными российскому праву. Следовательно, возможность их позитивной квалификации и толкования в соответствии с российскими правовыми традициями становится затруднительной, если не совсем невозможной. Например, как квалифицировать такие институты наследственного права, известные правовым системам ряда иностранных государств, как: дарение mortis causa (Франция, Германия); договор о разделе наследственного имущества между наследниками при живом наследодателе (Швейцария); наследственный траст (Австралия, Великобритания, США). В подобных ситуациях при квалификации соответствующих юридических понятий может применяться иностранное право (п. 2 ст. 1187 ГК РФ). В то же время после такой квалификации для определения применимого права подлежат использованию российские коллизионные нормы.

б) Проблема обратной отсылки

Расхождение между коллизионными привязками, используемыми в национальных правовых системах, может породить два вида конфликтов: позитивный и негативный. Если каждая из представленных в конкретном деле национальных коллизионных привязок отсылает к своему внутреннему материальному закону, имеет место позитивный конфликт. Например, гражданин России постоянно проживает в Великобритании. При совершении им сделок в Великобритании и России возникает вопрос: материальное право какой страны должно применяться для определения его дееспособности? В соответствии с российской коллизионной нормой (п. 1 ст. 1195 ГК РФ), его дееспособность должна определяться на основании российского права как законов страны гражданства. Однако согласно английской коллизионной привязке его дееспособность будет регламентироваться материальными нормами английского права - в качестве законов страны его местожительства[5].

В случае негативного конфликта каждая коллизионная привязка отказывается от компетенции собственного правопорядка, которая приписывается ему коллизионной нормой другого государства. Представим себе обратную ситуацию: какое право регулирует дееспособность гражданина Великобритании, проживающего на российской территории? Российская коллизионная норма предоставляет компетенцию английскому праву, закону гражданства (п. 1 ст. 1195 ГК РФ), а на основании английских коллизионных правил компетентным должен быть российский материальный закон.

Данный конфликт, обусловленный различиями между используемыми в разных странах коллизионными привязками, порождает совсем не праздные вопросы о том, нужно ли на практике учитывать иностранные коллизионные нормы. В какой мере российский нотариус или судья должен принимать обратную отсылку иностранной коллизионной нормы в деле с внешним элементом к российскому праву?

В настоящее время Гражданский кодекс Российской Федерации (п. 2 ст. 1190) установил в этой части вполне определенные правила: «Обратная отсылка иностранного права может приниматься в случаях отсылки к российскому праву, определяющему правовое положение физического лица (статьи 1195-1200)». Следует обратить внимание на то, что даже здесь принятие обратной отсылки зависит от усмотрения правоприменителя. Рекомендуется, тем не менее, принимать такую отсылку во всех случаях, когда отказ привел бы к негативным последствиям для сторон, невозможности позитивного разрешения правовой ситуации. Во всех остальных случаях обратная отсылка приниматься не должна.

Заключение

Слово «коллизия» в переводе с латинского означает «столкнове­ние». Понятие «правовая коллизия» имеет множество значений. В са­мом общем виде оно может быть определено как ситуация, связанная с конфликтом, конкуренцией двух или более правовых норм, источни­ков права, систем правового регулирования или правопорядков в целом. Юристы в любой области права постоянно сталкиваются с правовыми коллизиями различного вида. Эти коллизии можно подразделить на две большие группы:

а)              коллизии между правовыми системами отдельных государств;

б)              внутригосударственные правовые коллизии.

Внутригосударственные правовые коллизии подразделяются:

–        интерлокальные (территориальные) коллизии - коллизии между правовыми системами отдельных территориальных единиц, имеющих автономные правовые системы в рамках одного государства;

–        интерперсональные коллизии — внутригосударственные коллизии между кодифицированным законодательством и системами обычного племенного или религиозного права. Возникают преимущественно в развивающихся странах (право бывших метрополий коллизирует с местным правом) или странах, правовая система которых построена на религиозных началах;

3)              коллизии между отдельными источниками права одного и того же государства - это могут быть коллизии между источниками, имеющими разную юридическую силу, равными по силе источниками права принятыми в разное время, между источниками внутригосударственного права и международными договорами данного государства и пр. Любое государство устанавливает собственную систему правил по разрешению таких коллизий.

Каждая коллизионная норма включает в себя так называемую коллизионную привязку, которая указывает право какой страны будет применяться к данному виду отношений.

Коллизионные нормы носят, как правило, диспозитивный характер.

Список литературы

1.      Конституция Российской Федерации [Текст]. – М.: Приор, 2000. – 58 с.

2.      Гражданский кодекс Российской Федерации [Текст]. – М.: ТК Велби, Проспект, 2006. – 463 с.

3.      Богуславский, М.М. Международное частное право [Текст]: учебное пособие / М.М.Богуславский. – М.: Международные отношения, 2004. – 532 с.

4.      Звеков, В.П. Международное частное право [Текст]: курс лекций / В.П.Звеков. – М.: НОРМА-ИНФРА М, 2002. – 642 с.

5.      Марочкин, С.Ю. Действие норм международного права в правовой системе РФ [Текст]: монография. – Тюмень: Изд-во Университета, 2004. – 174 с.

6.      Международное частное право [Текст]: учебное пособие. / Под ред. А.А. Лаиминцева. – М.: ТК «Велби», 2004. – 680 с.

[1] Международное частное право [Текст]: учебное пособие. / Под ред. А.А. Лаиминцева. – М.: ТК «Велби», 2004. С.263

[2] Звеков, В.П. Международное частное право [Текст]: курс лекций / В.П.Звеков. – М.: НОРМА-ИНФРА М, 2002. С.1218

[3] Богуславский, М.М. Международное частное право [Текст]: учебное пособие / М.М.Богуславский. – М.: Международные отношения, 2004. С.275

[4] Звеков, В.П. Международное частное право [Текст]: курс лекций / В.П.Звеков. – М.: НОРМА-ИНФРА М, 2002. С.219

[5] Марочкин, С.Ю. Действие норм международного права в правовой системе РФ [Текст]: монография. – Тюмень: Изд-во Университета, 2004. С.276