Кризис начала 1921 года и переход к нэпу

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

 высшего профессионального образования

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА И ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ

ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

НИЖЕГОРОДСКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ

                                        Факультет: Менеджмент

Кафедра: Управления и маркетинга

КУРСОВАЯ РАБОТА (ПРОЕКТ)

ПО ДИСЦИПЛИНЕ «История»

«Кризис начала 1921 года и переход к нэпу»

Направление подготовки / Специальность: Менеджмент Выполнил(а):студент Мб-511

Мартынов Сергей Александрович

Научный руководитель:                Старший преподаватель

Титко Анна Владимировна

г.Нижний Новгород

2013г.

Введение

Глава I. Кризис 1921 г.

Глава II. Переход к НЭПу

Глава III. Политическая борьба в годы НЭПа

Глава IV. Экономика : подъем и проблемы

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Период НЭПа – едва ли не самый сложный из всех периодов советской истории. В то же время именно он наиболее значим для нас сегодня. Каково его общее социально-историческое содержание и значение? Существует три основных ответа на этот вопрос.

Согласно первому, безраздельно господствовавшему в советской исторической литературе, НЭП представлял собою один из этапов строительства социализма в СССР. Вынужденный особыми обстоятельствами, сложившимися по окончании гражданской войны, и отличавшийся значительным своеобразием, он при всех издержках, с ним связанных, сыграл в целом полезную роль, дав стране возможность залечить раны, нанесенные войной, и подготовиться к новому, решающему этапу социалистической стройки. К концу 20-х годов значение НЭПа оказалось исчерпанным, вследствие чего он и сошел со сцены, уступив место периоду индустриализации и коллективизации.

Второй ответ можно определить как "сменовеховский": НЭП — своего рода эпоха Реставрации; наткнувшись на непреодолимые препятствия, большевистская революция покатилась вспять. Правда, не докатилась: исторически позитивный процесс возврата был оборван Сталиным.

Третий ответ, предлагавшийся рядом западных исследователей, сводился к тому, что НЭП надо рассматривать как особую, рыночную модель социализма, обладавшую рядом достоинств, но не сумевшую справиться с присущими ей противоречиями, почему ей и пришлось уступить место государственному социализму сталинского образца.

В каждом из этих ответов есть, мне думается, своя доля истины, но, увы, не более чем доля. Первый нехорош уже тем, что заглаживает и выпрямляет ход исторического процесса, преуменьшает коренную противоположность сталинской и нэповской экономики, игнорирует "взрывной" характер, как рождения НЭПа, так и его пресечения. Второй ответ имел право на существование лишь в пору "отступления", то есть при переходе от "военного коммунизма" к НЭПу; на протяжении последующей, большей части периода о нем уже можно было не вспоминать. Наконец, третий ответ, наиболее убедительный, имеет тот коренной недостаток, что оставляет невыясненным, модель какого социализма в этом случае имеется в виду.

Период НЭПа - единственное время в советской истории, когда бок о бок существовали капитализм и социализм. Социализм и капитализм противостоят друг другу как два социально-экономических уклада: первый - в тотально обобществленной промышленности, второй - в количественно преобладающем частном секторе.

В своей работе я попытаюсь рассмотреть причины, приведшие к возникновению НЭПа, ход развития новой экономической политики и результаты ее проведения для страны.

Несомненно, источником по теме служат работы В.И.Ленина о НЭПе. Он является автором и разработчиком идеи новой экономической политики, поэтому его работы представляют особый интерес для изучения и анализа.

Кроме этого интересны работы и воспоминания очевидцев событий. Одним из них является Валентинов Н. (Н.Вольский). Его имя мало кому известно теперь. Меньшевистское прошлое, избавление - в канун сталинских репрессий - от советского гражданства способствовали забвению его. Его мемуары рассказывают о НЭПе, воспроизводят также атмосферу идеологических конфликтов в руководящей элите, в основе которых лежали зачастую и глубоко личные мотивы борьбы за власть. Эта работа впервые издана в нашей стране.

"НЭП и хозрасчет", это официальные документы, статьи советских экономистов, посвященные проблемам НЭПа с 1921 по 1927 г.г. Эти материалы позволяют осветить замыслы перевода промышленности на хозрасчет, методы его практической реализации, возникавшие противоречия в управлении государственным сектором хозяйства и методы их разрешения.

Современная отечественная историография НЭПа представлена работами многочисленных авторов, но при обилии публикаций на тему можно констатировать, что мы о нем знаем очень и очень мало. При рассмотрении темы мне пришлось столкнуться с различными мнениями и суждениями. Вот некоторые из них.

Берхин И.Б. рассказывает о разработке Лениным коренных вопросов социалистической экономики, о первых преобразованиях в этой области. Освещается также экономическая политика Советского государства в 1917 – 1922 г.г.; показан переход к НЭПу и связанная с этим перестройка экономики.

В издании "История социалистической экономики СССР" дана подробнейшая характеристика экономики страны в период предшествующий НЭПу, а также предпосылки перехода к новой экономической политики. Рассмотрена экономика интересующего нас периода (НЭПа) и результаты этой политики для экономики страны. Приведены статистические данные по различным отраслям народного хозяйства.

Данилов В.П. и др. одними из первых в условиях перестройки советского общества попытались ответить на вопрос: что же такое НЭП. Работа построена в виде полемических бесед за "круглым столом," которые ведут между собой видные специалисты. В центре внимания новые подходы к проблеме новой экономической политики.

Борисов Ю.С. в своей работе рассматривает основные ступени НЭПа: политический кризис 1921 г., переход к НЭПу, трудности начального этапа, а так же появившееся в период НЭПа понятие "хозрасчета". Автор уделяет внимание и внешней политики молодого советского государства, перед которым стояла задача не только торгового, но и политического соглашения с мировым сообществом. Он приходит к выводу, что новая экономическая политика внутри станы и новая внешняя политика были взаимосвязаны в ленинской концепции строительства социализма.

Горинов М.М. полностью посвятил свою работу проблеме НЭПа. Он рассматривает, как складывалась судьба НЭПа, каковы причины того, что новая экономическая политика была прервана уже в конце 20-х годов. Своей работой автор не "закрывает" вопрос, а наоборот побуждает читателей к самостоятельным размышлениям над сложными проблемами 20-х годов.

Горинов М.М. в соавторстве с Цакунов С.В. продолжает рассматривать тему НЭПа в другой своей работе. Здесь основным становиться рассмотрение эволюции взглядов Ленина на проблему новой экономической политики. Уделяется так же внимание внутрипартийной борьбе в рассматриваемый период.

В учебном пособии "История менеджмента" период НЭПа рассматривается с точки зрения управления народным хозяйством. Указаны ключевые позиции новой экономической политики и ее результаты.

Мерль Ст. в своей работе рассматривает НЭП с позиции уровня жизни населения. Приводит примеры и статистические данные по различным категориям населения, а так же сравнивает новое общество с довоенным периодом. Автор рассматривает и новый элемент элиты – партийных функционеров.

Иванов Ю. проводит параллель между новой экономической политикой и современным этапом. Рассматривает последние работы Ленина, как теоретика НЭПа.

Жариков О., Якимчук Ю. ищут резервы роста для сегодняшней экономики России в уроках НЭПа. Главным уроком НЭПа для организационных структур и хозяйственных форм они считают точный учет политического вектора и соответствующее правовое обеспечение.

Буртин Ю. рассматривает период НЭПа с двух сторон: первый – это экономическая политика в данный период, трудности ее реализации и недостатки. И второе – Ленин. Автор считает, что невозможно всерьез толковать о НЭПе, не всмотревшись в ход мыслей его автора, не осмыслив то новое, что принес период НЭПа в облик Ленина – не только в его практические действия политика, организатора, но и в самые основы его мировоззрения.

Орлов И.Б. рассматривает современную отечественную историографию НЭПа: ее достижения, проблемы и перспективы.

НЭП начался с удара по точке наибольшей опасности, как сельскохозяйственная политика, нацеленная на получение большего количества продуктов питания за счет предоставления новых стимулов крестьянству; затем он развился в коммерческую политику поощрения торговли и обмена, включая финансовую политику, направленную на стабилизацию валюты, и, наконец, он стал промышленной политикой. Чтобы составить себе более ясное представление об интересующем нас периоде, лучше всего сопоставить НЭП с его прямым предшественником — периодом "военного коммунизма".

Вся политическая система, как она сформировалась после октября 1917 года, за весьма небольшими исключениями, сохранилась и в годы НЭПа. Однопартийность, обеспеченная пресечением деятельности всех других, в том числе социалистических, партий, репрессиями в отношении их руководителей и рядовых членов, закрытием всех небольшевистских газет и журналов. Полное господство партии над государством, а исполнительной власти над законодательной и судебной. Фактическое отсутствие всех демократических свобод, включая свободу слова, пересечения границы, забастовок, вероисповедания и прочих, неравное избирательное право для рабочих и крестьян и поражение в правах для представителей бывших господствующих классов. Цензура и жестко поддерживаемый моноидеологизм в печати, в системе образования, в искусстве. Специальные карательные органы (ВЧК, потом ГПУ) для "внесудебной расправь!!" над политическими и идеологическими противниками. Огосударствление профсоюзов... Словом, за первые два-три года большевистской власти в стране уже, в общем, сформировался диктаторский и насильственный, по существу, тоталитарный режим, хотя и пребывавший тогда еще в юной, искренней, бескорыстно-уравнительной, революционно-романтической поре своей биографии.

Все его основные черты мы видим и при НЭПе. Более того, одновременно с решением о замене разверстки продналогом Х съезд РКП принимает резолюцию о единстве партии, распространившую диктаторский принцип на внутрипартийную жизнь и, как известно, впоследствии хорошо послужившую Сталину в установлении режима его личной власти. К прежним категориям "лишенцев", то есть людей, лишенных избирательного права, добавляются нэпманы. Таким образом, со стороны политической НЭП, как и "военный коммунизм",— это доконвергентный социализм и ничего более. Существующий в этот период уровень демократических свобод по большинству показателей намного ниже не только дооктябрьских, но и дофевральских отметок.

"НЭП" - это короткое слово быстро  стало образом, которому суждено  было навсегда остаться в памяти  народа символом противоречивой, поучительной, хотя и очень короткой  полосы в истории страны. А когда понятие "НЭП" родилось, в нем было и энергичное "нет" недавнему прошлому, и созвучие с главным, чего тогда недоставало: "хлеб". Именно НЭП, говорил Ленин, открывал путь к избавлению "от нашего нищенства, от беспрерывных голодовок...".

Переход от "военного коммунизма" к новой экономической политике был совершен резко, как бы прыжком от пропасти, куда толкали страну экономический и политический кризисы весны 1921 г.

Кризис 1921 года

Первые восемь месяцев революции не привели к переходу от буржуазного к социалистическому экономическому порядку. До сих пор ее основным достижением было свержение экономической власти феодальных землевладельцев и буржуазии, а не закладка основ экономики будущего. Теоретически, необходимо было завершить буржуазную революцию прежде, чем продвигаться к социалистической революции; и неуверенность в умах партийных руководителей, включая Ленина, относительно точного момента этого перехода отражала это внутреннее замешательство. Гражданская война покончила со всеми сомнениями, вынудив новый режим идти по дороге к социализму. Покуда длилась война, была неизбежной политика сиюминутных мер, рассчитанных на выживание; окончание войны диктовало пересмотр этой политики.

"Внутренний  политический кризис" – так  определил Ленин возникшую в феврале 1921 г. ситуацию в стране. Хотя причины ее лежали на поверхности, она была неожиданной для Советской власти, ибо явилась на фоне не поражений, а побед в гражданской войне.

Многомиллионное российское крестьянство, отстояв в боях с белогвардейцами и интервентами землю, все настойчивее выражало нежелание мириться с удушавшей всякую хозяйственную инициативу экономической политикой большевиков. Ослабел союз рабочего класса и крестьянства. Недовольство проявлялось и среди рабочих, жизненный уровень которых снизился примерно в 3 раза. Рабочий класс уменьшился численно. Многие рабочие, чтобы прокормиться, уезжали в деревню, становясь кустарями. Шел, таким образом, процесс деклассирования рабочего класса, сужалась социальная база Советской власти.

Дело дошло до забастовок в городах и мятежей в деревне. Крестьянские восстания охватили часть Сибири, Украины, Тамбовскую губернию и др. В основе своей требования крестьян были справедливы и указывали единственный путь к спасению Советского государства от экономического краха. Был подхвачен кадетский лозунг "Советы без коммунистов", выражавший общую тактику почти всех политических противников большевизма. Она была рассчитана на "передвижку" власти в руки любой буржуазной группировки, путем взрыва советского строя изнутри. Назревала новая гражданская война.

Недовольство перебросилось и в Вооруженные Силы. В марте с оружием в руках против коммунистов выступили матросы и красноармейцы Кронштадта - крупнейшей военно-морской базы Балтийского флота. В Петрограде было введено осадное положение. Мятеж пришлось подавлять силой. Первый штурм оказался неудачным, потому, что многие красноармейцы отказались идти в бой, ибо разделяли лозунги крестьянских восстаний и кронштадских мятежников.

По своей сути, это были стихийные взрывы народного возмущения политикой Советского правительства. Но в каждом из них в большей или меньшей степени наличествовал и элемент организации. Его вносил широкий спектр политических сил: от монархистов до социалистов. Объединяло эти разносторонние силы стремление овладеть начавшимся народным движением и, опираясь на него, ликвидировать власть большевиков.

В критической ситуации первой послевоенной весны руководство партии большевиков не дрогнуло. Оно хладнокровно бросило на подавление народных выступлений сотни тысяч штыков и сабель регулярной Красной Армии. Одновременно В.И. Ленин формулирует два принципа “урока Кронштадта”. Первый из них гласил: “только соглашение с крестьянством может спасти социалистическую революцию в России, пока не наступила революция в других странах”. Второй “урок” требовал ужесточить “борьбу против меньшевиков, социалистов-революционеров, анархистов” и прочих оппозиционных сил с целью их полной и окончательной изоляции от масс.

Однако мятежи в стране продолжались. Вопрос "Что делать?" не был снят. Стал необходим срочный пересмотр сложившихся в годы войны методов руководства обществом. В партии не было четких реалистических представлений о необходимых переменах, хотя на протяжении нескольких месяцев (ноябрь 1920 г. – март 1921 г.) шла острая дискуссия.

К весне 1921 г. партия и страна стояли накануне кардинальных решений долговременного значения. Глубокие перемены требовались во всех сферах общественной жизни, внутренней и внешней политики.

В результате Советская Россия вступила в полосу мирного строительства с двумя расходящимися линиями внутренней политики. С одной стороны, началось переосмысление основ политики экономической, сопровождавшееся раскрепощением хозяйственной жизни страны от тотального государственного регулирования. С другой - в области собственно политической - “гайки” оставались туго закрученными, сохранялась окостенелость советской системы, придавленной железной пятой большевистской диктатуры, решительно пресекались любые попытки демократизировать общество, расширить гражданские права населения. В этом заключалось первое, общее по своему характеру, противоречие нэповского периода.

Переход к НЭПу

Началом перехода к НЭПу стал Х съезд РКП (б) (март 1921 г.). В его повестке одним из самых важных оказался вопрос, внесенный в нее в отличие от других лишь на самом съезде: "О замене разверстки натуральным налогом". Выступил с этим докладом (как и с Политическим отчетом ЦК) В. И. Ленин.

Речь, казалось бы, шла о частных делах: отменялась разверстка, предусматривавшая безвозмездное изъятие у крестьян всех излишков сельскохозяйственной продукции сверх того, что минимально необходимо для потребления семьи. Вместо этого вводился натуральный налог, который, во-первых, был меньше разверстки и, во-вторых, объявлялся заранее (накануне посевной). Он не мог быть увеличен в течение года. Следовательно, все излишки продукции после выполнения налога оставались у крестьянина, получавшего материальный стимул для развития производства. Подобные предложения выдвигались некоторыми руководителями партии и в 1918, и в 1920 гг. Но они не соединялись тогда с крестьянским лозунгом свободной торговли. Суть же НЭПовского хозяйственного механизма состояла именно в таком соединении. Экономическая политика стала гарантировать крестьянину свободное развитие хозяйства.

Принятые Х съездом партии решения дали эффект не сразу. Тщательный анализ противоречивой ситуации привел Ленина к мысли о необходимости дальнейшего развития новой экономической политики, торговли, а значит к выводу о необходимости использования товарно-денежных отношений. Это было принципиальным шагом. НЭП, следовательно, логически вел к полной легализации торговли и воссозданию внутреннего рынка страны, без которого невозможно было никакое развитие экономики. Государство вносило в деятельность рынка поправки своей политикой цен, призванной стимулировать производство трудоемких, но важных для общества товаров. Переходя к НЭПу страна, страна стала выходить из экономического кризиса.

Огромную роль в развитии НЭПа сыграло открытие хозяйственного расчета. Хозрасчет открывал путь к созданию рациональной и строгой системы хозяйствования. Такая система способствовала постепенному переходу предприятий к самоокупаемости, самофинансированию и самоуправлению.

Смысл нововведения, следовательно, далеко выходил за пределы ликвидации разверстки — этого стержня политики "военного коммунизма". Экономическая политика стала гарантировать крестьянину свободное развитие хозяйства. В этом заключался принцип продналога, позволявший включить в строительство социализма подавляющее большинство трудящихся страны путем соединения личного интереса с общественным.

Центральным звеном НЭПа является замена продовольственной разверстки продовольственным налогом. В чем принципиальное отличие? Продовольственный налог по объему был меньше продразверстки – так, продразверстка на 1920-1921 г.г. составляла 423 млн. пудов, а продналог на 1921-1922 г.г. – 240 млн. пудов зерна. Излишки оставались крестьянам, которые могли распоряжаться ими по своему усмотрению, тем более что была объявлена свобода частной торговли. Введение продналога создало личную заинтересованность сельских тружеников в увеличении производства сельскохозяйственной продукции и повышении производительности труда. Это дало толчок развитию производительных сил не только на селе, но и в промышленном производстве. С позиций управления было выделено три группы государственных предприятий:

• предприятия, находящиеся в непосредственном управлении центральных органов ВСНХ;
• предприятия, состоящие в управлении губернских совнархозов;
• предприятия местного значения.

Из 6098/ национализированных и учтенных предприятий в тот период к 1-й группе было отнесено 2374, ко 2-й –3450, к 3-й – 1084. Таким образом, 2/3 предприятий исключалось из непосредственного управления центром.

Совершенствование структуры управления государственными предприятиями сопровождалось переводом их хозяйственный расчет. Для обеспечения их рентабельной работы были расширены права и самостоятельность предприятий в области финансов и распоряжения материальными ресурсами.

Важным фактором в развитии промышленности в период НЭПа было оживление капитализма. Наряду с развитием государственного капитализма создавались смешанные общества, разрешалась сдача в аренду частному капиталу мелких предприятий, а также привлечение иностранного капитала.

Исключительно важным элементом НЭПа была стабилизация советского рубля. В октябре 1922 г. 100 000 руб. равнялись одной довоенной копейке. В 1922 и 1923 г.г. была проведена деноминация советских денежных знаков. В 1924 г. была введена в оборот новая твердая валюта в виде казначейских билетов в золотом исчислении. Твердая валюта вызывала доверие на мировом рынке и открывала новые возможности для внешнеполитических связей.

Таким образом, новая экономическая политика содействовала:

• активному развитию товарно-денежных отношений;
• повышению личной заинтересованности производителей в результате своего труда;
• поиску новых форм изучения и удовлетворения рыночного спроса на товары;
• ускорению процесса кооперации на селе;
• активизации трестирования предприятий и созданию производственных объединений как более рентабельных форм управления;
• ускорению развития производительных сил на основе достижений науки и техники.

Резкий подъем сельского хозяйства и промышленности расширили возможности торговли. В 1922-1923 г.г. оборот 71 биржи достиг 639 млн. руб., различный товарооборот в 1924-1925 г.г. составлял 7,7 млрд. руб. Заметно вырос внешний товарооборот. Экспорт увеличился с 20,1 млн. руб. в 1921 г. до 608,3 млн. руб. в 1925 г.; импорт в 1925 г. составил 826,7 млн. руб., т.е. 66% довоенного уровня.

По сравнению с довоенным периодом изменилось и общество. Только лица, принадлежавшие к образованному слою, сохраняли свои ведущие позиции. Большевики нуждались в их знаниях и стали высоко ценить работу "буржуазных специалистов". Специалисты теперь получали более высокую зарплату. Новым элементом элиты стали партийные функционеры, занимавшие достаточно важные посты. Вступление в коммунистическую партию стало решающей предпосылкой для карьеры. Появились нематериальные привилегии для руководящих работников.

В НЭПе было также немало и негативных моментов. Во-первых, тресты, производственные объединения, предприятия и кооперативы в погоне за прибылью начали резко поднимать цены. Выпуск продукции уменьшился, а прибыль росла за счет роста цен. Во-вторых, шло резкое расслоение в уровне благосостояния народа. Неуклонно расширялся слой богатых и очень богатых людей. Большинство их богатело благодаря спекуляции и мошенничеству.

Все это вызывало неоднозначное отношение к НЭПу, так же, как и раньше – к "военному коммунизму". Вопросы определения экономической политики в 20-30 г.г. были предметом многочисленных дискуссий.

Руководству РКП(б) стоило немалого труда убедить рядовых коммунистов в целесообразности нового экономического курса, встретившего на местах определенное противодействие. Несколько уездных парторганизаций усмотрели в оживлении частной торговли и в переговорах с иностранными капиталистами о концессиях "капитуляцию перед буржуазией". Практически во всех парторганизациях имели место случаи выхода из РКП(б) "за несогласие с НЭПом". Весьма распространенным было и мнение о тактическом смысле решений Х съезда, якобы призванных в первую очередь стабилизировать политическую обстановку в стране; в этой связи совершенно стихийно было пущено в оборот выражение “экономический Брест”, намекающее не только на вынужденный характер уступок крестьянству, но и на их скорое аннулирование. Работники Наркомпрода мало считались с разницей между разверсткой и натуральным налогом и ожидали не ранее, чем осенью, вернуться к политике продовольственной диктатуры.

В связи с нарастанием недовольства со стороны "низов" РКП(б) ее Центральный Комитет решил созвать в мае 1921 г. экстренную Всероссийскую партконференцию. В своих выступлениях на конференции В.И. Ленин доказывал неизбежность новой экономической политики, подтвердив, что она вводится не для обмана, а "всерьез и надолго", возможно, на 5-10 лет. "Конечно, - говорил он, - приходится отступать, но надо самым серьезным образом, с точки зрения классовых сил относиться к этому. Усматривать в этом хитрость, – значит, подражать обывателям...". Суть же сложившегося соотношения классовых сил, было таково, что "или крестьянство должно идти с нами на соглашение, и мы делаем ему экономические уступки, или – борьба".

Накануне Х Всероссийской партконференции В.И. Ленин еще раз уточнил формулу предпринимаемого "отступления", обозначив ее понятием "госкапитализм". Эта формула вобрала в себя и концессии, и совершающийся через органы кооперации товарообмен с крестьянством, и частную торговлю на комиссионных началах, и аренду мелких государственных предприятий.

Действительно, период формирования государственных хозрасчетных трестов давал немало примеров сращивания интересов руководства трестов и спекулянтов-предпринимателей, срывавших немалые барыши с торгово-посреднических услуг этим трестам, вместо того, чтобы самим заниматься организацией производства и торговли в их цивилизованных "капиталистических" формах. К 1924 г. частный капитал держал под своим контролем уже две трети оптово-розничного товарооборота страны, усугубляя и без того вопиющую бесхозяйственность новых хозяйственных органов, руководство которых, пришедшее из ликвидированных главков и центров, научилось осуществлять функции нормированного распределения товаров, но плохо разбиралось в организации торговли и рынка. Безо всякого преувеличения можно, поэтому было говорить о нарождении элементов паразитического, спекулятивно-бюрократического капитализма, не имевших ничего общего с теми образцами государственного капитализма, которые существовали в развитых капиталистических странах Европы.

Поворот РКП(б) в сторону НЭПа вызвал во всем мире определенные надежды на либерализацию советского режима, которые усиленно подогревались эмигрировавшими из России кадетами, меньшевиками, эсерами. Например, по мнению редакции меньшевистского "Социалистического Вестника", издававшегося в Берлине, "кто сказал А, должен сказать Б. Новую, рациональную на подъем производительных сил рассчитанную экономическую политику нельзя вести государственным аппаратом и методами, приспособленными к экономической утопии и приведшими к экономической катастрофе". На очередь дня в Советской России, по их мнению, выдвинулся вопрос "о демократической ликвидации большевистского периода русской революции".

Политическая борьба в годы НЭПа

Введение НЭПа ничуть не ограничило политический террор РКП(б) по отношению к реальной и потенциальной оппозиции, препятствуя тем самым политическому оформлению стихийного стремления трудящихся города и деревни к демократическим правам и свободам. Сказав А, то есть допустив известную экономическую свободу, РКП(б) не намеривалось говорить Б, то есть ограничивать свои притязания на монополию власти, информации и т.д. "Мы самоубийством кончать не желаем и поэтому, этого не сделаем", - твердо заявлял по этому поводу В.И. Ленин.

С введением НЭПа, но уже по другим причинам, резко усилилось подавление инакомыслия и в рядах самой Коммунистической партии. Речь идет о сильных антинэповских настроениях в РКП(б), которые угрожали отходом от нее уверовавших в идеалы "потребительского коммунизма" определенной части рабочего класса и мещанства. Так, в мае 1921 г. органами ВЧК была перехвачена листовка с сообщением об образовании группы "активных революционных рабочих Москвы", которая задалась целью добиваться освобождения трудящихся города и деревни "как от ига буржуазного, так и от государственного капитализма". Даже в коммунистической верхушке профессионального движения зрело глухое недовольство мероприятиями НЭПа, которое прорвалось наружу во время 4-го съезда профсоюзов. 18 мая

1921 г. Коммунистическая фракция съезда  отклонила резолюцию ЦК РКП(б) о роли и задачах профсоюзов  на том основании, что она сводит  на нет функции профсоюзов  в деле защиты экономических  интересов пролетариата перед лицом нарождающегося капитализма.

Не меньшие опасения руководству РКП(б) должно было внушать и слишком сильное тяготение части членов партии к НЭПу в форме частнопредпринимательской деятельности, также чреватое отступлением от "чистоты" ее классовых принципов. В этой связи крайне любопытно постановление Оргбюро ЦК РКП(б) 9 сентября 1921г. о недопустимости участия коммунистов в организации и деятельности артелей на правах владельцев или арендаторов средств производства, и совершенно категорически отказывалось в праве участия "в каких бы то ни было частнохозяйственных организациях, носящих явно выраженный профессионально-торговый характер". Допускались высокие оклады, тантьемы (премии с определенного процента оборота капитала), гонорары и другие формы материального вознаграждения, но только получаемые на государственной службе.