Кубизм Пабло Пикассо

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

История, кажется, не знала художника, творчество которого вызывало бы столько споров. О Пикассо никто не говорит спокойно; одни его поносят, другие превозносят. Ему посвящены сотни книг на различных языках. О нем писали Аполлинер и Элюар, Маяковский и Арагон, Пабло Неруда и Кокто, Рафаэль Альберта и Веркор, Макс Жакоб и Незвал; ему посвящали длинные трактаты и восторженные поэмы. Многие художники, критики, журналисты вот уже полвека издеваются над ним. В различных городах мира — в Париже и в Праге, в Токио и в Риме, в Нью-Йорке и в Стокгольме, в Мехико и в Цюрихе, в Сан-Паулу и в Амстердаме, в Москве и в Берлине — выставки его работ становятся событием, о котором говорят не только среди художников, но на улицах, в клубах, в кафе, в метро. Народная Польша наградила его высоким орденом, Гитлер приказал удалить его картины из музеев. Трумэн назвал его искусство “развращающим” и Черчилль, который на досуге занимается художественной самодеятельностью, пренебрежительно отозвался с живописи Пикассо. Дворец Гримальди в Анти превращен в музей Пикассо. В музеях почти всех столиц мира имеются залы, где собраны работы этого художника. Говорят, что его искусство понимают немногие. Имя его известно сотням миллионов людей. У него много друзей, у него много и противников; одни его называют “буржуазным растлителем”, другие “формалистом”, третьи — “большевиком в искусстве”.

1.Возникновение в искусстве направления под названием «Кубизм»

С середины XIX века отход от господствующей в это время в изобразительном искусстве натуралистической традиции резко ускоряется. Живопись, графика, скульптура обращаются к тому, что недоступно прямому (“буквальному”) воспроизведению. Отработка новых изобразительных средств, стремление к типизации, повышенной экспрессии, созданию универсальных символов, сжатых пластических формул направлены, с одной стороны, на отображение внутреннего мира человека, его состояния (психического, эмоционального), с другой – на усиление выразительности, информативности “телесной” структуры вещей, обновление видения предметного мира вплоть до задачи создания “самостоятельного живописного (изобразительного) факта”, конструирования “новой реальности”.¹

Последняя выставка импрессионистов в 1886 г. знаменует конец классического периода европейского искусства. Начиная с этого времени в европейской живописи одно за другим возникают многочисленные течения, существующие более или менее длительное время: югендстиль, экс-прессионизм, неоимпрессионизм, пуантилизм, символизм, кубизм, фовизм.
“В анархии эмоциональных ценностей в конце прошлого века, – писал австрийский живописец Вольфганг Паален, – люди, обратившиеся к искусству как к последнему прибежищу, начинают понимать, что внутренняя природа вещей так же значительна, как и внешняя. Вот почему Сёра, Сезанн, Ван Гог и Гоген открывают новую эру в живописи: Сёра – своим стремлением к структурному единству, к объективному методу, Ван Гог – своим цветом, который перестает играть описательную роль, Гоген – смелым выходом за рамки западной эстетики и особенно Сезанн – решением пространственных задач”. Паален сжато охарактеризовал важнейшие этапы художественного процесса, непосредственно предшествовавшие открытию примитивного искусства и тому перелому, который намечается в европейском искусстве около 1907 г.

1907 год считается поворотным в отношении к традиционному, в первую очередь африканскому искусству, вместе с тем это рубеж, от которого берут начало новейшие художественные направления. 1906 год – год смерти Сезанна – знаменует начало особенно глубокого его влияния на целое поколение художников. Позднее этот период был назван историками искусства “сезанновским”, или “негритянским”.

Анализируя творчество Сезанна и в особенности его последние работы, в которых он ближе всего подходит к решению поставленных пространственных задач, сопоставляя их с наиболее характерными образцами африканской пластики, являющими подчас идеальные примеры воплощения этих пространственных решений, можно с уверенностью сказать, что именно творчество Сезанна стало последним и, возможно, решающим в ряду факторов, заставивших по-новому взглянуть на примитивное искусство.

Осязаемая весомость образов, которой стремился достичь Сезанн, пытаясь посредством выявления ритмических, геометрических структур проникнуть в сущность вещей и явлений и отобразить эту сущность, составляет, по общему признанию, основное качество африканской пластики. Таким образом, творчество Сезанна, бывшее логическим результатом всего предшествующего развития европейской живописи, в известном смысле близкое к творчеству Ван Гога, Гогена и Сёра, сыграло решающую роль в создании объективных условий, при которых африканское искусство было включено в мировой художественный процесс.

Наступает момент совместимости: чужеродная эстетическая система не только признана, но и “взята на вооружение” художественной практикой. Более того, примитивное искусство само стало инструментом открытия, и в этом глубинная суть рассматриваемого процесса. Оно открыло глаза художникам, обнаружившим там, где они меньше всего ожидали, новую систему художественных ценностей, принципиально отличную от той, которой тысячелетиями следовало европейское искусство.

Таким образом, в основу концепции кубизма легла “языческая” культура, которая в свое время вызвала к жизни искусство античности, а позднее дала новые ростки в эпоху Возрождения. Она освобождала художественное творчество от салонной легковесности, возвращала его к раскрытию сущности вещей и явлений, делая искусство в соответствии с тенденцией времени инструментом познания. В своих последовательных проявлениях новое течение, условно получившее название “кубизм”, явило зрителям структуры, как бы обнажающие скелеты предметов.

Ощущения зрителя, оказавшегося на выставке перед полотнами кубистов, можно сравнить с ощущениями человека, собравшегося совершить приятное путешествие, а вместо этого получившего приглашение участвовать в прокладке новых путей.

Реакция публики доказывала, что переход к новому направлению произошел скачкообразно, несмотря на длительный подготовительный период, за время которого столичный европейский зритель должен был бы значительно расширить свой кругозор. После признания Ван Гога уже нельзя было считать гладкопись и натуралистичность цвета непременным условием “хорошей живописи”; жизнь и работы Гогена привлекли внимание к “примитивным” культурам и научили видеть не столько их незрелость, сколько качественно иное их состояние, предполагавшее немало ценного и поучительного; творчество Сёра явило пример возможности использования научных методов для решения художественных проблем; наконец, творческий метод Сезанна, особенно техника его последних работ, столь близкая к технике ранних кубистских работ Брака, казалось, должна была способствовать если не пониманию, то хотя бы признанию права на существование этого эксперимента, который называют самым смелым в истории искусства. И все же работы Брака, как и последующие работы кубистов, были отвергнуты жюри и стали надолго мишенью критики и предметом скандала для широкой публики.

Новое направление в изобразительном искусстве и литературе, родившееся в эпоху открытия “l’art negre” (искусство негров) и тесно с ним связанное, безусловно, не было единственным горнилом, где создавался сплав новой художественной культуры.²

Связь кубизма с открытием африканской скульптуры очевидна. Хотя вопрос, кто именно является первооткрывателем африканской скульптуры, остается спорным, ни у кого не вызывает сомнений, что ее урок впервые был основательно воспринят молодым, но уже достаточно известным в то время испанским живописцем Пабло Пикассо.

2.Пабло Руис Пикассо

Многие исследователи стремятся объяснить стилистическое непостоянство художника его генами, приписывая его матери еврейское происхождение; однако семья Пикассо была самой что ни есть испанской и даже андалузской и принадлежала к среде провинциальной мелкой буржуазии. Отец художника, Хосе Руис Бласко (Пикассо - это фамилия матери художника), был живописцем средней руки и преподавал в художественной школе в Малаге, затем в лицее в Ла Корунье, куда он переехал со своей семьей в 1891, и, наконец, в Художественной школе в Барселоне, где в сентябре 1895 к нему присоединился Пабло. Именно здесь начинается его настоящее художественное образование, несмотря на пребывание в течение нескольких месяцев (зима 1897-1898) в академическом Мадриде, где он, впрочем, ничему особенно не научился, поскольку его мастерство в этой области проявилось еще раньше ("Мужчина в фуражке", 1895). Художественная атмосфера Барселоны, в которой преобладала неординарная личность архитектора Гауди (мастерская Пикассо находилась перед домом, построенным Гауди), была весьма подвержена внешним воздействиям: Ар Нуво, искусства Бердсли, Мунка и северного экспрессионизма в целом, и в гораздо меньшей степени - импрессионизма и французской живописи, за исключением Стейнлена и Тулуз-Лотрека, влияние которых вскоре проявилось и в творчестве Пикассо ("Танцовщица", 1901, Барселона, музей Пикассо). Каталонские художники, с которыми Пикассо знакомится в кафе "Четыре кота", заново открывают Эль Греко, Сурбарана, средневековую каталонскую скульптуру, Испанию, более непосредственную и страстную, чем это допускалось официальным обучением. Эта провинциальная и романтическая интеллигенция была глубоко пронизана социальными интересами и отличалась настоящей необузданностью анархических кругов. Пикассо, казалось, сильно переживал нищету и духовное убожество проституток и пьяниц, завсегдатаев кабаре и домов свиданий Баррио Чино; в них Пикассо нашел основные черты своих персонажей и темы будущего "голубого" периода (1901-1905).

В 1900 Пикассо впервые побывал в Париже, где он сдружился с Исидро Ноньелем, наиболее близким ему каталонским художником, но оказавшим на него гораздо меньшее влияние, чем этого хотят некоторые испанские исследователи. Он вновь приезжает в Париж в 1901 и 1902, и окончательно в 1904. Несмотря на парижскую тональность некоторых картин того времени ("Любительница абсента", 1901, Санкт-Петербург, Гос. Эрмитаж), искусство Пикассо вплоть до 1907 сохраняет свой чисто испанский характер. Талантливый молодой живописец в одиночестве занимается в Париже изучением интернациональной живописи и вбирает в себя и с поразительной легкостью усваивает самые разные влияния: Тулуз-Лотрека, Гогена ("Жизнь", 1903, Кливленд, музей), Каррьера ("Мать и дитя", 1903, Барселона, музей Пикассо), Пюви де Шаванна, набидов ("Облокотившийся Арлекин", 1901, частное собрание), а также греческого искусства ("Водопой", сухая игла, 1905) и некоторых испанских традиций ("Старый гитарист", 1903, Чикаго, Художественный институт; "Портреты госпожи Каналье", 1905, Барселона, музей Пикассо). После произведений "голубого" периода (названного так из-за преобладающего голубого цвета), на которых изображены изможденные от работы и голода люди ("Гладильщица", 1904, Нью-Йорк, музей Соломона Гуггенхейма; "Скудная трапеза", офорт, 1904), картины "розового" периода представляют мир циркачей и бродяг ("Семья акробатов с обезьяной", 1905, Гетеборг, музей; "Девочка на шаре", Москва, Музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина; "Семейство комедиантов", Вашингтон, Нац. гал.).³

Вплоть до 1906 живопись Пикассо носит спонтанный характер, остается безразличной к чисто пластическим проблемам, и художник, кажется, почти не проявляет интереса к поискам современной живописи. С 1905, и, вероятно, уже под влиянием Сезанна, он стремится придать формам больше простоты и значительности, в меньшей степени, однако, отразившейся на его первых скульптурных работах

("Шут", 1905), нежели в произведениях эллинизирующего периода ("Мальчик, ведущий лошадь", Нью-Йорк, Музей современного искусства). Но отказ от декоративной вычурности раннего творчества происходит во время поездки летом 1906 в Андорру, в Госоль, где он впервые обратился к "примитивизму", чувственному и формальному, который он будет разрабатывать на протяжении всей своей творческой карьеры. По возвращении Пикассо завершает портрет Гертруды Стайн (Нью-Йорк, музей Метрополитен), пишет страшных, варварских обнаженных (Нью-Йорк, Музей современного искусства), а зимой работает над "Авиньонскими девицами" (Нью-Йорк, Музей современного искусства), картиной очень сложной, в которой сочетаются различные влияния - Сезанна, испанской скульптуры и африканского искусства, которое было (хотя сам художник отрицал это) одним из основных источников кубизма ("Танец с покрывалами", 1907, Санкт-Петербург, Гос. Эрмитаж).

3. Развитие кубизма в творчестве Пабло Пикассо

В 1907-1914 Пикассо работает в таком тесном сотрудничестве с Браком, что не всегда возможно установить его вклад на разных этапах кубистической революции. После периода сезаннизма, завершившегося портретом Кловиса Саго (весна 1909, Гамбург, Кунстхалле), он уделяет особое внимание превращению форм в геометрические блоки ("Фабрика в Хорта де Эбро", лето 1909, Санкт-Петербург, Гос. Эрмитаж), увеличивает и ломает объемы ("Портрет

Фернанда Оливье", 1909, Дюссельдорф, Художественное собрание земли Северный Рейн-Вестфалия), рассекает их на плоскости и грани, продолжающиеся в пространстве, которое сам он считает твердым телом, неизбежно ограниченным плоскостью картины ("Портрет Канвейлера", 1910, Художественный институт). Перспектива исчезает, палитра тяготеет к монохромности, и хотя первоначальная цель кубизма состояла в том. чтобы более убедительно, чем с помощью традиционных приемов, воспроизвести ощущение пространства и тяжести масс, картины Пикассо зачастую сводятся к непонятным ребусам. Чтобы вернуть связь с реальностью, Пикассо и Брак вводят в свои картины типографский штрифт, элементы "обманок" и грубые материалы - обои, куски газет, спичечные коробки. Техника коллажа соединяет грани кубистической призмы в большие плоскости, расположенные на поверхности и, на первый взгляд, почти произвольно ("Гитара и скрипка", 1913, Филадельфия, Музей искусства, собрание Аренсберга; Санкт-Петербург, Гос. Эрмитаж), или передает в спокойной и юмористической манере открытия, сделанные в 1910-1913 ("Портрет девушки", 1914, Париж, Нац. музей современного искусства, Центр Помпиду). ⁴

Собственно кубистический период в творчестве Пикассо заканчивается вскоре после начала Первой мировой войны, разделившей его с Браком. Хотя в своих значительных произведениях художник использует некоторые кубистические приемы вплоть до 1921 ("Три музыканта", 1921, Нью-Йорк, Музей современного искусства).

К 1917 относится первый опыт работы Пикассо в качестве театрального художника. Он создал эскизы костюмов и декораций к постановке балета Парад для «Русских сезонов» Сергея Дягилева. В следующем году женился на одной из балерин труппы Дягилева, Ольге Хохловой.

В 1920-е годы Пикассо продолжал работать для театра, а также писал картины в разнообразных стилях, от неоклассики до кубизма и сюрреализма. В 1928—1931 Пикассо вместе со своим старым другом Гонсалесом занимался созданием произведений из металлических сварных конструкций. В начале 1930-х годов художник сделал несколько графических серий, в том числе 30 офортов к Метаморфозам Овидия для издательства «Скира» и к Неведомому шедевру Бальзака по заказу коллекционера Амбруаза Воллара. Несколько основных мотивов, которые обычно ассоциируются с творчеством Пикассо, — Минотавр, художник и модель и др., — вошли в знаменитую серию офортов Сюита Воллара, над которой он начал работать в 1930. В эти годы брак Пикассо распался; его новой возлюбленной стала Мари-Тереза Вальтер.

В 1936, когда в Испании началась гражданская война, Пикассо стал на сторону республиканского правительства и в подтверждение своей лояльности принял предложение занять почетный пост директора музея Прадо. В конце апреля 1937 мир узнал о бомбардировке Герники, в результате которой маленький баскский городок был стерт с лица земли. Пикассо выразил свое отношение к происшедшему в панно Герника. Оно предназначалось для испанского павильона на Всемирной выставке в Париже, а затем хранилось в нью-йоркском Музее современного искусства. В 1981, через шесть лет после смерти Франко, картина была передана в Прадо.

Во время Второй мировой войны Пикассо жил в Париже вместе с Франсуазой Жило, которая родила ему двоих детей. В 1946 мастер обратился к искусству керамики и практически собственными силами возродил в городке Валлорис на Ривьере некогда процветавшее там керамическое ремесло. Пикассо всегда интересовался новыми технологиями, а в 1947—1950 разработал особую технику литографии.

В 1944 художник вступил во Французскую коммунистическую партию. Политические убеждения Пикассо, нашедшие отражение в Гернике, вновь проявились в картине Война в Корее (1951) и двух больших панно Война и Мир (1952), созданных для украшения Храма Мира в Валлорисе. В 1950-е годы прошло несколько ретроспективных выставок Пикассо; тогда же он познакомился с Жаклин Рок, на которой женился в 1961. В 1950—1960-е годы художник вступил в диалог с великими мастерами прошлого: в 1954—1955 он написал несколько вариаций на тему картины Делакруа Алжирские женщины, в 1957 — Менин Веласкеса, а в 1959—1960 — Завтрака на траве Мане. В 1960-е годы Пикассо создал монументальную скульптурную композицию высотой 15 м для общественного центра в Чикаго. В 1970 художник подарил более восьмисот своих произведений музею-дворцу Агилар в Барселоне. Пикассо умер в Мужене (Франция) 8 апреля 1973.⁵

Музей Пикассо был открыт в Барселоне, благодаря самому художнику, который в 1970 преподнес в дар городу свои работы. В 1985 музей Пикассо был открыт и в Париже (отель Сале); сюда вошли работы, переданные наследниками художника, - более 200 картин, 158 скульптур, коллажи и тысячи рисунков, эстампов и документов, а также личная коллекция Пикассо. Новые дары наследников (1990) обогатили парижский музей Пикассо, Городской музей современного искусства в Париже и несколько провинциальных музеев (картины, рисунки, скульптуры, керамика, гравюры и литографии).

Уже первые рисунки Пикассо, выполненные в барселонской художественной школе и Академии Сан-Фернандо, выглядят как произведения мастера, полностью владеющего техникой рисунка. В картине Мулен де ла Галетт (1900) чувствуется интерес девятнадцатилетнего художника к ночной жизни Парижа, особенно такой, какой ее изображал Тулуз-Лотрек. С начала 1900-х годов в творчестве Пикассо принято выделять несколько периодов, которым по огромному стилевому разнообразию и различию формального строя вряд ли можно найти параллели у других художников.

Картины Пикассо «голубого периода» отражают мир одинокого человека. Иногда в работы художника проникают лирические нотки, например в картине Голубая комната (1901, Вашингтон, галерея Филипс), но более типичны для этого периода его творчества мотивы нищеты и крайней усталости. На картине Старый гитарист (1903, Чикаго, Художественный институт) изображена удлиненная, болезненно согнутая фигура. Всепроникающий голубой цвет — визуальный аккомпанемент меланхолической мелодии. Загадочность и задумчивость, разлитые в произведениях Пикассо этих лет, словно достигают предельной концентрации в большом холсте Жизнь (1903, Кливленд, Музей искусства). Молодая пара с грустью смотрит на женщину, держащую на руках ребенка.

«Розовый период» (1905—1906) отмечен радикальной переменой цвета и настроения в творчестве Пикассо. Голубоватый тон работ предшествующего периода уступил место нежным оттенкам розового и серого в сочетании с яркими цветами. В эти годы Пикассо часто изображал клоунов, акробатов и бродячих цирковых артистов. Картина Семья бродячих циркачей (1905, Вашингтон, Национальная галерея) на первый взгляд кажется свободно и широко написанной яркой виньеткой из фигур акробатов. Вглядевшись внимательнее, зритель замечает, что каждый персонаж психологически отделен от остальных и здесь царит атмосфера одиночества. К этому периоду относятся также многочисленные гравюры и первая серия скульптур.

В работах, выполненных летом 1906 в местечке Госол в испанских Пиренеях, впервые появляются симптомы решительного разрыва с классической традицией. Как Гоген, Бранкузи и фовисты, Пикассо почувствовал необходимость начать сначала, обратившись к наивному, примитивному искусству. Мягкая элегантность сменилась брутальностью массивных и жестких форм. Фигуры приобрели пластические качества древней иберийской скульптуры. Первобытная мощь чувствуется и в Портрете Гертруды Стайн (Нью-Йорк, музей Метрополитен), и в Автопортрете (1906, Филадельфия, Художественный музей).

Пикассо никогда окончательно не отказывался от сюжета, поскольку смысл кубизма во многом заключается в исследовании отношения произведения искусства к реальному миру. Например, в Натюрморте на плетеном стуле композиция, вписанная в овал, обрамлена настоящей веревкой; внутри картины оказываются сопоставленными острые кубистические плоскости, буквы JOU и то, что призвано изображать плетеное кресло (кусок клеенки от дешевой мебели). Буквы JOU можно интерпретировать как начало слова journal (газета) или понимать дословно ( jou — корень французского слова jouer — играть). Картина действительно является игрой, так как художник предлагает зрителю сопоставить различные уровни реальности: кусок настоящей веревки, плетенку от кресла и живописную поверхность.⁶

Начиная с 1912 кубизм принимает новое направление развития и получает название «синтетического кубизма». Процесс разложения форм на небольшие фрагменты сменился декоративностью, превращающей картины в плоскостные красочные панно. С 1912 широко используется техника коллажа (т.е. построения композиций из кусочков бумаги и других материалов, наклеенных на холст). В этом жанре Пикассо достиг замечательных результатов, дополняя живописные композиции подходящими по смыслу газетными иллюстрациями или фрагментами текстов. Например, он наклеивал на холст фотографию рыбацкого судна так, что получалось, будто корабль ловит рыбу в нарисованном бокале вина.

Пространство больших картин, созданных между 1913 и 1919, таких, как Арлекин (Нью-Йорк, Музей современного искусства), заполнено яркими контрастными пятнами цвета; подобные декоративные эффекты уже далеко отстоят от головоломок аналитического кубизма. Высшее достижение в этом стиле — две картины с одинаковым названием Три музыканта, созданные в 1921 (Нью-Йорк, Музей современного искусства; Филадельфия, Музей искусства).

Для Пикассо в течение всего его долгого творческого пути было характерно стремление работать в нескольких разных стилях одновременно. Особенно ярко это проявилось в конце 1910-х — начале 1920-х годов, когда Пикассо одновременно с кубистическими композициями создавал изысканные и утонченные рисунки, такие, как Купальщицы (Кеймбридж, шт. Массачусетс, музей Фогг). В кубизме подчеркивалась плоскостность изображенного пространства, а на позднем этапе развития стиля оно стало заполняться яркими цветными пятнами. Однако, когда Пикассо хотел передать мощь скульптурных форм, он обращался к классической стилистике, напоминавшей некоторые из его картин 1905—1906. Две сидящие женщины (1920, Нью-Йорк, частное собрание) — характерный пример работы в этом направлении. Крупные простые формы моделированы светом и тенью, что создает монументальный образ, почти столь же скульптурный, сколь и живописный.⁷

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Пикассо не вырос на пустом месте, многие художники прошлого оказали на него влияние: и его соотечественники — Сурбаран, Греко, Гойя, и французы — Пуссен, Энгр, Сезанн, и художники итальянского Возрождения, и древняя Греция, и фрески Помпеи, и Азия, и негритянская скульптура. Он знает старое искусство и любит его. Не раз он вдохновлялся образами предшественников, по-своему их интерпретируя; так, он создал свой “Портрет художника” по Греко. У него есть холсты, рожденные картинами Пуссена, Кранаха, Курбе.

Пикассо уже в ранней молодости порвал с принципами импрессионистов: цвет, свет, воздух, природа, как их понимали Ренуар или Писсарро, его не привлекали. Были у него длинные периоды полного пренебрежения к цвету, и, пожалуй, в этом, как и во многом другом, он сродни Леонардо да Винчи. “Я не пишу с натуры, я пишу при помощи натуры”, — говорит он. И вот еще его слова, много объясняющие: “Я изображаю мир не таким, каким его вижу, а таким, каким его мыслю”.

Сюжет картины ему кажется чрезвычайно важным. Литература в живописи ему не мешает, напротив, он ее ищет. У него ряд сюжетов, к которым он в течение пятидесяти лет неизменно возвращается: материнство, ужасы войны, прелесть простоты, трагедия художника, тщетно пытающегося передать великолепие жизни. Он любит некоторых героев мифологии — Орфея, минотавра. Бой быков и страшная голова быка как бы преследуют его. Всю свою жизнь он рисовал голубей, для него это не просто птицы, а любимые образы...

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Дмитриева Н. Пикассо. – М., 2003 г.
Крючкова В. Кубизм, орфизм, пуризм. 1906 -1920гг. История искусства ХХ века – М.: Галарт, 2000 г.
Левин С. Феномен кубизма – М., 2001 г.
Мириманов В. У истоков кубизма - М., 2000 г.
Платонов Н., Синюков В. Энциклопедический словарь – М.: ИНФРА-М, 2002г.
Шевалье Д. Пикассо. Голубой и розовый периоды - М., 1996 г.