Культура серебренного века

      Министерство сельского хозяйства Российской Федерации

     Забайкальский аграрный институт – филиал ФГОУ ВПО

     «Иркутская  государственная сельскохозяйственная академия»

     Экономический факультет

     Кафедра бухгалтерского учета 
 
 
 
 

     РЕФЕРАТ

     дисциплина  «Культурология»

     тема: «Культура «Серебряного века» 
 
 
 
 
 
 

     Выполнил: студентка 1 курса 

                                          811гр. Власова Е.А. 

                                               Проверил: преподаватель

                                                     Ярославцева О.Р. 
 
 
 
 

2011г. 

     Содержание: 

Введение…………………………………………………………………..3

     1. Символизм……………………………………………………………...4

     2. Акмеизм…………………………………………………………………7

     3. Футуризм………………………………………………………………..9

     4. Значение «Серебряного века» для русской культуры………………13

       5.Тень «Серебряного века»……………………………………………..15

      Заключение………………………………………………………………..16

      Список литературы……………………………………………………….17 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

     Серебряный век «русской поэзии» — это название стало устойчивым для обозначения русской поэзии конца XIX - начала XX  века. Оно дано было по аналогии с золотым веком — так называли начало XIX  века, пушкинское время.

     Словосочетание  «серебряный век» стало постоянным определением русской культуры конца XIX – начала XX веков; оно стало  использоваться как обозначение  всей художественной и, шире, всей духовной культуры начала XX века в России.     

     Понятие «серебряный век»  невозможно свести к творчеству одного или даже десятки  значительных художников – он характеризует  «дух эпохи»: ярких индивидуальностей. Сама духовная атмосфера времени  провоцировала творческую личность на художественное своемыслие. Это  была эпоха пограничная, переходная, кризисная: развитие капитализма, прокатившиеся  по стране революции, участие России в первой мировой войне…

     Конец XIX — начало XX в. представляет собой  переломную эпоху не только в социально-политической, но и духовной, жизни России. Великие потрясения, которые пережила страна за сравнительно небольшой исторический период, не могли не отразиться на ее культурном развитии. Важной чертой этого периода является усиление процесса интеграции России в европейскую и мировую культуру.

     Русская поэзия “серебряного века” создавалась  в атмосфере общего культурного  подъема как значительнейшая  его часть . Характерно, что в одно и то же время  в одной стране  могли творить такие ярчайшие таланты, как А.Блок и В.Маяковский, А.Белый и В.Ходасевич. Этот список  можно продолжать и продолжать. В  истории мировой литературы это  явление было уникальным. 
 
 

1. Символизм

     Русский символизм как литературное направление сложился на рубеже ХIХ и ХХ вв.

     Теоретические, философские и эстетические корни  и источники творчества писателей-символистов  были весьма разнообразны. Так В. Брюсов считал символизм чисто художественным направлением, Мережковский опирался на христианское учение, В. Иванов искал  теоретической опоры в философии  и эстетике античного мира, преломленных через философию Ницше; А. Белый  увлекался Вл. Соловьевым, Шопенгауэром, Кантом,  Ницше. 

     Художественным  и публицистическим органом символистов  был журнал «Весы» (1904 – 1909).«Для нас, представителей символизма, как стройного  миросозерцания, – писал Эллис, –  нет ничего более чуждого, как  подчинение идеи жизни, внутреннего  пути индивидуума – внешнему усовершенствованию форм общежития. Для нас не может  быть и речи о примирении пути отдельного героического индивидуума с инстинктивными движениями масс, всегда подчиненными узкоэгоистическим, материальным мотивам».  

     Эти установки и определили борьбу символистов  против демократической литературы и искусства, что выразилось в  систематической клевете на Горького, в стремлении доказать, что, став в  ряды пролетарских писателей, он кончился как художник, в попытках дискредитировать революционно-демократическую  критику  и эстетику, ее великих создателей – Белинского, Добролюбова, Чернышевского. Символисты всячески стремились сделать  «своими» Пушкина, Гоголя, названного В. Ивановым «испуганным соглядатаем  жизни», Лермонтова,  который, по словам того же В. Иванова, первый затрепетал «предчувствием символа символов –  Вечной Женственности». 

     С этими установками связано и  резкое противопоставление символизма и реализма. «В то время как поэты-реалисты, – пишет К. Бальмонт, – рассматривают  мир наивно, как простые наблюдатели, подчиняясь вещественной его основе, поэты-символисты, пересоздавая вещественность сложной своей впечатлительностью, властвуют над миром и проникают в его мистерии»'. Символисты стремятся противопоставить разум и интуицию.  «...Искусство есть постижение мира иными, не рассудочными путями», – утверждает В. Брюсов и называет произведения символистов «мистическими ключами тайн»,  которые помогают человеку выйти к свободе'. 

     Наследие  символистов представлено и поэзией, и прозой, и драмой. Однако, наиболее характерна поэзия.

     Для поэзии В. Брюсова этого времени  характерны стремление к научному осмыслению жизни, пробуждение интереса к истории. А. М. Горький высоко ценил энциклопедическую  образованность В. Я. Брюсова,  называя  его самым культурным писателем  на Руси.  Брюсов принял и приветствовал  Октябрьскую революцию и активно  участвовал в строительстве советской  культуры. 

     Идейные противоречия эпохи (так или иначе) повлияли на отдельных писателей-реалистов. В творческой судьбе Л. Н. Андреева (1871 – 1919) они сказались в известном  отходе от реалистического метода. Однако реализм как направление  в художественной культуре сохранил свои позиции. Русских писателей  продолжали интересовать жизнь во всех ее проявлениях,  судьба простого человека, важные проблемы общественной жизни. 

     Традиции  критического реализма продолжали сохраняться  и развиваться в творчестве крупнейшего  русского писателя И. А. Бунина (1870 – 1953). Наиболее значительные его произведения той поры – повести «Деревня» (1910) и «Суходол» (1911). 

     1912 год стал началом нового революционного  подъема в общественно-политической  жизни России.

     Принято различать «старших» и «младших»  символистов. «Старшие» (В. Брюсов. К. Бальмонт, Ф. Сологуб, Д. Мережковский, 3. Гиппиус), пришедшие в литературу в 90-е годы, период глубокого кризиса поэзии, проповедовали культ красоты  и свободного самовыражения поэта. «Младшие» символисты (А. Блок, А. Белый, В. Иванов, С. Соловьев) на первый план выдвигали  философские и теософские искания. Читателю символисты предлагали красочный миф о мире, созданном по законам вечной Красоты. Если к этому добавить изысканную образность, музыкальность и легкость слога, становится понятной устойчивая популярность поэзии этого направления. Влияние символизма с его напряженными духовными исканиями, пленительным артистизмом творческой манеры испытали не только сменившие символистов акмеисты и футуристы, но и писатель-реалист А.П. Чехов.

     В основе платформы «младших» символистов  лежит идеалистическая философия  В. Соловьева с его идеей Третьего Завета и пришествия Вечной Женственности. В. Соловьев утверждал, что высшая задача искусства –  «...создание вселенского  духовного организма», что художественное произведение это – изображение  предмета и явления «в свете будущего мира», с чем связано понимание  роли поэта как теурга, священнослужителя.  В этом заключено, по разъяснению  А. Белого, «соединение вершин символизма как искусства с мистикой». 

     Символисты  стремятся к созданию сложной, ассоциативной  метафоры, абстрактной и иррациональной.

     Последнее предоктябрьское десятилетие было отмечено исканиями в модернистском  искусстве. Происходившая в 1910 г. в  среде художественной интеллигенции  полемика вокруг символизма выявила  его кризис.  Как  выразился  в  одной  из  своих  статей Н. С. Гумилев, «символизм закончил свой круг развития и теперь падает». К 1910 г. «символизм закончил свой круг развития» (Н. Гумилев), на смену ему пришел  акмеизм. 
 
 
 
 
 

2. Акмеизм

     Акмеизм - (от греч. «акме» – высшая степень чего-либо, цветущая пора). Основоположниками акмеизма считаются Н. С. Гумилев (1886 – 1921) и С. М. Городецкий (1884 – 1967). В новую поэтическую группу вошли А. А. Ахматова, О. Э. Мандельштам, М. А. Зенкевич,  М. А. Кузмин и др.

     Акмеисты  в отличие от символистской туманности провозгласили культ реального  земного бытия, «мужественно твердый  и ясный взгляд на жизнь». Но вместе с тем они пытались утвердить  прежде всего эстетико-гедонистическую  функцию искусства, уклоняясь от социальных проблем в своей поэзии. В эстетике акмеизма отчетливо выражались декадентские тенденции, а теоретической  основой его оставался философский  идеализм. Однако среди акмеистов  были поэты,  которые в своем  творчестве смогли выйти из рамок  этой «платформы» и обрести новые  идейно-художественные качества (А. А. Ахматова, С. М. Городецкий, М. А. Зенкевич). 

     Акмеисты  считали себя наследниками «достойного  отца» – символизма, который, по выражению Н. Гумилева, «...закончил свой круг развития и теперь падает».  Утверждая звериное, первобытное  начало (они еще называли себя адамистами), акмеисты продолжали «помнить о непознаваемом» и во имя его провозглашали  всякий отказ от борьбы за изменение  жизни. «Бунтовать же во имя иных условий  бытия здесь, где есть смерть, –  пишет Н. Гумилев в работе «Наследие  символизма и акмеизм», – так  же странно, как узнику ломать стену,  когда перед ним – открытая дверь». 

     И в то же время у акмеистов постоянно  звучат ноты обреченности и тоски. Творчество А. А. Ахматовой (А. А. Горенко,  1889 – 1966) занимает особое место в поэзии акмеизма. Ее первый поэтический сборник «Вечер»  вышел в 1912 г. Критика сразу же отметила отличительные черты ее поэзии: сдержанность интонаций, подчеркнутую камерность тематики, психологизм. Ранняя поэзия Ахматовой глубоко лирична, эмоциональна.  Своей любовью  к человеку, верой в его духовные силы и возможности она явно отходила от акмеистической идеи «первозданного Адама». Основная часть творчества А. А. Ахматовой приходится на советский период. 

     Акмеисты  стремились вернуть образу его живую  конкретность, предметность, освободить его от мистической зашифрованности, о чем очень зло высказался О. Мандельштам, уверяя, что русские  символисты «...запечатали все слова, все образы, предназначив их исключительно  для литургического употребления. Получилось крайне неудобно – ни пройти, ни встать, ни сесть. На столе нельзя обедать, потому что это не просто стол.  Нельзя зажечь огня, потому что это, может, значит такое, что сам потом рад  не будешь». 

     И вместе с тем, акмеисты утверждают, что их образы резко отличны от реалистических, ибо, по выражению С. Городецкого, они «...рождаются впервые» «как невиданные доселе, но отныне реальные явления». Этим определяется изысканность и своеобразная манерность акмеистического  образа, в какой бы преднамеренной звериной дикости он ни предстал.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

3. Футуризм

     Одновременно  с акмеизмом в 1910 – 1912 гг. возник футуризм, распадавшийся на несколько  группировок. Как и другие модернистские  течения, он был внутренне противоречивым. Наиболее значительная из футуристических  группировок, получившая впоследствии название кубофутуризма, объединяла таких  поэтов, как Д. Д. Бурлюк, В. В. Хлебников,  А. Крученых, В. В. Каменский, В. В. Маяковский,  и некоторых других. Разновидностью футуризма был эгофутуризм И. Северянина (И. В. Лотарев,  1887 – 1941). В группе футуристов под названием  «Центрифуга» начинали свой творческий путь советские поэты Н. Н. Асеев  и Б. Л. Пастернак. 

     Футуризм  провозглашал революцию формы, независимой  от содержания, абсолютную свободу  поэтического слова. Футуристы отказывались от литературных традиций. В своем  манифесте с эпатирующим названием  «Пощечина общественному вкусу», опубликованном в сборнике с тем  же названием в 1912 г., они призывали  сбросить Пушкина, Достоевского, Толстого с «Парохода Современности». А. Крученых отстаивал право поэта на создание «заумного», не имеющего определенного  значения языка. В его писаниях русская  речь действительно заменялась бессмысленным  набором слов. Однако В. Хлебников (1885 – 1922),  В.В. Каменский (1884 – 1961) сумели в своей творческой практике осуществить  интересные эксперименты в области  слова, благотворно сказавшиеся  на русской и советской поэзии. 

     В  среде поэтов-футуристов  начался  творческий путь В. В. Маяковского (1893 – 1930). В печати его первые стихи  появились в 1912 г. С самого начала Маяковский выделялся в поэзии футуризма, привнеся в нее свою тему. Он всегда выступал не только против «всяческого  старья», но и за созидание нового в общественной жизни. 

     В годы, предшествовавшие Великому Октябрю,  Маяковский был страстным революционным  романтиком, обличителем царства  «жирных», предчувствующим революционную  грозу. Пафос отрицания всей системы  капиталистических отношений, гуманистическая вера в человека с огромной силой звучали в его поэмах «Облако в штанах», «Флейта-позвоночник»,  «Война и мир», «Человек». Тему поэмы «Облако в штанах», опубликованной в 1915 г. в урезанном цензурой виде, Маяковский впоследствии определил как четыре крика «долой»: «Долой вашу любовь!», «Долой ваше искусство!», «Долой ваш строй!», «Долой вашу религию!». Он был первым из поэтов, кто показал в своих произведениях правду нового общества. 

     В русской поэзии предреволюционных  лет были яркие индивидуальности, которые трудно отнести к определенному  литературному течению. Таковы М. А. Волошин (1877 – 1932) и М. И. Цветаева (1892 – 1941). 

     Футуризм, резко противопоставил себя не только литературе прошлого, но и литературе настоящего, вошедшее в мир со стремлением  ниспровергать все и вся. Этот нигилизм проявлялся и во внешнем  оформлении футуристических сборников,  которые печатались на оберточной бумаге или обратной стороне обоев, и  в названиях – «Молоко кобылиц»,  «Дохлая луна» и т. п.

     В первом сборнике «Пощечина общественному  вкусу» (1912) была опубликована декларация, подписанная Д. Бурлюком, А. Крученых, В. Хлебниковым, В. Маяковским. В ней  футуристы утверждали себя и только себя единственными выразителями своей  эпохи. Они требовали «Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и  проч. с Парохода современности», они  отрицали вместе с тем «парфюмерный блуд Бальмонта», твердили о «грязной слизи книг, написанных бесконечными Леонидами Андреевыми», огулом сбрасывали со счетов Горького, Куприна, Блока  и пр. 

     Все отвергая, они утверждали «Зарницы новой грядущей Красоты Самоценного (самовитого) Слова». В отличие от Маяковского они не пытались ниспровергать  существующий строй, а стремились лишь обновить формы воспроизведения  современной жизни. 

     Основа  итальянского футуризма с его  лозунгом «война – единственная гигиена  мира» в русском варианте была ослаблена, но, как замечает В. Брюсов в статье «Смысл современной поэзии», эта идеология «...проступала между строк, и массы читателей инстинктивно сторонились этой  поэзии». 

     «Футуристы  впервые подняли форму на должную  высоту, – утверждает В. Шершеневич, – придав ей значение самоцелевого, главного элемента поэтического произведения. Они совершенно отвергли стихи, которые  пишутся для идеи». Этим объясняется  возникновение огромного числа  декларируемых формальных принципов, вроде: «Во имя свободы личного  случая мы отрицаем правописание» или  «Нами уничтожены знаки препинания,–  чем роль словесной массы –  выдвинута впервые и осознана» («Садок судей»). 

     Подчеркнутому эстетизму поэзии символистов и  особенно акмеистов футуристы противопоставляют  намеренную деэстетизацию. Так, у Д. Бурлюка «поэзия – истрепанная  девка», «душа – кабак, а небо – рвань», у В. Шершеневича «в заплеванном сквере» голая женщина  хочет «из грудей отвислых выжать молоко».  В обзоре «Год русской  поэзии» (1914) В. Брюсов,  отмечая преднамеренную грубость стихов футуристов,  справедливо  замечает: «Весьма недостаточно поносить бранными словами все, что было, и  все, что есть вне своего кружка, чтобы уже найти нечто новое». Он указывает, что все их новшества  мнимые, ибо с одними мы встречались  у поэтов XVIII века, с другими у  Пушкина и Вергилия, что теория звуков – красок разрабатывалась  Т. Готье.

     Любопытно, что при всех отрицаниях других направлений  в искусстве футуристы ощущают  свою преемственность от символизма.

     Особое  место в литературе рубежа веков  заняли крестьянские поэты (Н. Клюев, П. Орешин). Не выдвигая четкой эстетической программы, свои идеи (соединение религиозно-мистических  мотивов с проблемой защиты традиций крестьянской культуры) они воплощали  в творчестве. С крестьянскими  поэтами, особенно с Клюевым, был  близок в начале пути С. Есенин (1895—1925), соединивший в своем творчестве традиции фольклора и классического  искусства (сборник «Радуница», 1916 и  др.).

     Русская культура кануна Великого Октября представляла собой итог сложного и огромного пути. Отличительными чертами ее всегда оставались демократизм, высокий гуманизм и подлинная народность,  несмотря на периоды жестокой правительственной реакции, когда прогрессивная мысль, передовая культура всячески подавлялись. 

     Богатейшее  культурное наследие дореволюционного времени, веками создававшиеся культурные ценности составляют золотой фонд нашей  отечественной культуры. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

4. Значение «Серебренного века» для русской культуры

     Творцы  искусства, которых сегодня относят  к "серебряному веку", незримыми нитями связаны с обновленным мироощущением во имя свободы творчества. Развитие общественных коллизий рубежа веков властно требовало переоценки ценностей, смены устоев творчества и средств художественной выразительности. На этом фоне рождались художественные стили, в которых смещался привычный смысл понятий и идеалов. "Солнце наивного реализма закатилось", — вынес свой приговор А.А. Блок. Уходили в прошлое историко-реалистический роман, жизнеподобная опера, жанровая живопись. В новом искусстве мир художественного вымысла словно разошелся с миром повседневной жизни. Порой творчество совпадало с религиозным самосознанием, давало простор фантазии и мистике, свободному парению воображения. Новое искусство, прихотливое, загадочное и противоречивое, жаждало то философской глубины, то мистических откровений, то познания необъятной Вселенной и тайн творчества. Родилась символистская и футуристическая поэзия, музыка, претендующая на философию, метафизическая и декоративная живопись, новый синтетический балет, декадентский театр, архитектурный модерн.

     На  первый взгляд художественная культура "серебряного века" полна загадок и противоречий, с трудом поддающихся логическому анализу. Кажется, будто на грандиозном историческом полотне переплелись многочисленные художественные течения, творческие школы, индивидуальные, принципиально нетрадиционные стили. Символизм и футуризм, акмеизм и абстракционизм, "мирискусничество" и "Новая школа церковного пения"... Контрастных, порой взаимоисключающих художественных направлений в те годы было значительно больше, нежели за все предшествующие столетия развития отечественной культуры. Однако эта многогранность искусства "серебряного века" не заслоняет его целостности, ибо из контрастов, как подмечено еще Гераклитом, рождается прекраснейшая гармония.

     Единство  искусства "серебряного века" — в сочетании старого и нового, уходящего и нарождающегося, во взаимовлиянии разных видов искусства друг на друга, в переплетении традиционного и новаторского. Иначе говоря, в художественной культуре "русского Ренессанса" произошло уникальное сочетание реалистических традиций уходящего XIX века и новых художественных направлений.

     Объединяющим  началом новых художественных течений "серебряного века" можно считать  сверхпроблемы, которые одновременно были выдвинуты в разных видах искусств. Глобальность и сложность этих проблем и сегодня поражает воображение.

     Важнейшую образную сферу поэзии, музыки, живописи определял лейтмотив свободы  человеческого духа перед лицом  Вечности. В русское искусство  вошел образ Вселенной— необъятной, зовущей, пугающей. К тайнам космоса, жизни, смерти прикасались многие художники. Для одних мастеров эта тема была отражением религиозных чувств, для  других — воплощением восторга и  трепета перед вечной красой Творения. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

5. Тень  «Серебряного века».

       Со смертью футуризма и скорой  агонией имажизма полотно серебряного  века было окончено. Оно получилось  ярким, сложным, противоречивым, но бессмертным и неповторимым. Оно отразило не только поэзию  поколения, но и существующую  действительность.

     Всякое  изменение социальных взаимоотношений  в стране неизбежно сопровождается теми или иными переменами на фронте искусства. Литературное течение, не отражающее социальных фаз, есть только группировка.

     Если  течение предшествует социальным катастрофам, возвещает эти последние, помогает им родится, то течение делается социально  нужным и входит в историю литературы.

     Если  течение последует за социальной переменой и просто резонирует, фотографически отображает, констатирует, но при этом не организует читателя, то такое течение  так же входит в историю, но под  кличкой эпигонства.

     Глубоко ошибаются те, которые считают  искусство только писарем в штабе  истории. Поэт – не пророк. Искусство  – это фанфары, возвещающие о  новом социальном сдвиге. Искусство  не только сейсмограф, сообщающий о  землетрясении. Искусство само должно вызывать и вызывает потрясение. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Заключение

     Серебряный  век стал именно той вехой, которая  предрекла грядущие изменения в  государстве и отошла в прошлое  с приходом кроваво-красного 1917 года, неузнаваемо изменившего людские  души, перевернувшего песочные часы времени, как тогда мерещилось, навсегда.

     И как сегодня ни хотели нас уверить  в обратном, но все кончилось после 1917 года, с началом гражданской  войны. Никакого серебряного века после  этого не было. В двадцатые годы еще продолжалась инерция (расцвет  имажинизма), ибо такая широкая  и могучая волна, каким был  русский серебряный век, не могла  двигаться некоторое время, прежде чем обрушиться и разбиться. Если живы были большинство поэтов, писатели, критики, философы, художники, режиссеры, композиторы, индивидуальным творчеством  и общим трудом которых создан был серебряный век, но сама эпоха  закончилась.

     Таким образом, блистательный "серебряный век" завершился массовым исходом его творцов из России. Однако "распавшаяся связь времен" не разрушила великую русскую культуру, многогранное, антиномичное развитие которой продолжало зеркально отражать противоречивые, порой взаимоисключающие тенденции истории XX века. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Список литературы 

     1.  Л.А Рапацкая «Художественная культура России», Москва, «Владос», 1998

     2.   Т.И. Балакина «История русской культуры», Москва, «Аз», 1996

     3. А.Н. Жолковский «Блуждающие сны. Из истории русского модернизма», Москва, «Сов. Писатель», 1992

     4.  С.С. Дмитриев «Очерки истории русской культуры нач. XX в.», Москва, «Просвещение», 1985

     5.  Д.С. Киняпина «Внешняя политика России второй половины XIX века», Москва,1974.