Культурогенез

Содержание:

1.     Введение (стр.1)

2.     Генезис культуры (стр.1-8)

1.1 Орудийно-трудовая теория(стр.2-3)

1.2 Символическая теория (стр.3-5)

1.3 Игровая теория (стр.5-7)

1.4 Неотеническая теория (стр.7-8)

3.     Культурная динамика (стр.8-12)

4.     Вывод (стр.12-13)

5.     Список используемой литературы (стр. 13)

1.      Введение

Понятие культура относится к числу фундаментальных в совре­менном обществознании. Трудно назвать другое слово, которое имело бы такое множество смысловых оттенков. Для нас вполне привычно звучат такие словосочетания, как “культура ума”, “культура чувств”, “культура поведения”, “физическая культура”. В обыденном сознании культура служит оценочным понятием и относится к таким чертам личности, которые точнее было бы назвать не культурой, а культурно­стью.

Американские культурологи Альфред Кребер и Клайдж Клакхон в их совместном исследовании, посвященном критическому обозрению кон­цепций и определений культуры, отметили огромный и всевозрастаю­щий интерес к этому понятию. Так, если, по их подсчетам, с 1871 г. по 1919 г. было дано всего 7 определений культуры, то с 1920 по 1950 они насчитали 157 определений этого понятия. Позже количество определе­ний значительно увеличилось. Л.Е.Кертман насчитал более 400 опреде­лений. Такое многообразие объясняется прежде всего тем, что культура выражает глубину и неизмеримость человеческого бытия.

2.Генезис культуры

В прошлом веке многие исследователи были убеждены в том, что культура возникла благодаря способности человека к труду и его уме­нию создавать технические приспособления. В ХХ веке генезис культуры трактуется по-разному. К орудийно-трудовой концепции добавились многие другие – психологические, антропологические, социокультурные. Как в природном мире возник радикально новый феномен – культура ? Что явилось истоком культуры ? Рассмотрим основные версии проис­хождения культуры:

1.1   орудийно-трудовая теория

“Труд создал культуру”. Наиболее обстоятельно деятельностный подход к культуре раз­работан в марксистской традиции. Отличие человека от животных ус­матривается исследователями этой ориентации в труде. Предполага­ется, что генезис социального и культурного непосредственно связан со становлением человеческого труда, который и превращает челове­ческую жизнедеятельность в общественную. Человек же оказывается агентом культуры, общественным человеком.

Согласно орудийно-трудовой концепции, внутри которой осмысли­вается генезис культуры, человек выделился из животного мира. Теория происхождения человека изложена Ф.Энгельсом в 1873-1876 гг. Она пред­ставлена в статье “Роль труда в процессе превращения обезьяны в че­ловека”, которая являлась одной из глав его работы “Диалектика при­роды”. Энгельсу принадлежит классическая формула- “Труд создал чело­века”. Под трудом Энгельс понимал целесообразную деятельность, ко­торая началась с изготовления орудий из камня, кости и дерева. По мне­нию К.Маркса и Ф.Энгельса, сознание возникло в результате труда. В процессе труда у людей возникла потребность что-то сказать друг другу. Так появилась речь как средство общения в совместной трудовой деятельности. Последствия этих предпосылок – возникновения про­цесса речи и труда – огромны. Дело не только в том, что обезьяна пре­вратилась в человека. В свою очередь, деятельность человека оказалась огромным импульсом, приведшим к культурогенезу.

Согласно трудовой концепции антропо- и культурогенеза, обезь­яны сообразили, что искусственные орудия гораздо эффективнее есте­ственных. Тогда они стали создавать эти орудия и сообща трудиться. Появилась речь. Труд сотворил человека и культуру как способ его жиз­недеятельности. Но для того, чтобы трудиться, важно обладать соз­нанием. Неплохо также для этой цели жить в группе и общаться в про­цессе приобретения трудовых навыков.

Труд в марксистски ориентированной культурологии рассматривается как процесс взаимодействия человека и природы. Человек не только преобразует форму того, что дано природой, но и ставит сознательную цель, определяющую способ и характер его действий. Орудия труда действительно сыграли немалую роль в жизни человека. Однако они не могут объяснить тайну превращения обезьяны в человека, чуда сознания, дара, совести, секретов социальной жизни. Обычная эволюционная теория, которая исходит из поступательного развития живой материи, здесь оказывается бессильной. Появление самого эксцентричного создания на Земле – человека – связано с качественными прорывами в приключениях живой материи, которая стала вдруг одухотворенной, мыслящей. Феномен культуры в той же мере может оценивться как радикальный сдвиг в развитии универсального мира.

1.2   Символическая теория

В истории философии человека пытались понять с помощью психологической интроспекции. Э.Кассирер предложил в “Философии символических форм” альтернативный метод. Он исходит из предпосылки, что если существует какое-то определение природы или “сущности” человека, то это определение может быть понято как функциональное, а не как субстанциональное.

Отличительный признак человека – его деятельность. “Философия человека”, следовательно, такая философия, которая должна прояснить для нас фундаментальные структуры каждого из видов человеческой деятельности и в то же время дать возможность понять ее как органическое целое. Язык, искусство, миф, религия – это не случайные, изолированные творения, они связаны общими узами. Что касается философии культуры, то она у Кассирера начинается с утверждения, что мир человеческой культуры не просто скопление расплывчатых и разрозненных фактов.

Если Финк полагает, что культ, миф, религия, поскольку они человеческого происхождения, равно как и искусство, уходят своими корнями в бытийный феномен игры, то Кассирер выводит феномен культуры из факта несовершенства биологической природы человека. Человек утратил свою первоначальную природу. Мы не можем сказать, почему это произошло. Ученые говорят о влиянии космических излучений или радиоактивности месторождений радиоактивных руд, которые вызвали мутации в механизме наследственности. Сходный регресс – угасание, ослабление или утрата некоторых инстинктов – не является, вообще говоря, абсолютно неизвестным природному миру.

Социальность, культурные стандарты диктуют человеку иные, нежели биологическая программа, образы поведения. Инстинкты в человеке ослаблены, вытеснены чисто человеческими потребностями и мотивами, иначе говоря, “окультурены”. Действительно ли притупление инстинктов – продукт исторического развития ? Новейшие исследования опровергают такой вывод. Оказывается, слабая выраженность инстинктов вызвана вовсе не развертыванием социальности. Прямая связь здесь отсутствует.

Человек неосознанно подражал животным. Это было заложено в инстинкте, но оказалось спасительным свойством. Превращаясь как бы то в одно, то в другое существо, он в результате не только устоял, но постепенно выработал определенную систему ориентиров, которые надстраивались над инстинктами, по-своему дополняя их. Дефект постепенно превращался в известное достоинство, в самостоятельное и оригинальное средство приспособления к окружающей среде.

“Человек обречен на то, чтобы все время,- пишет Ю.Н.Давыдов,- восстанавливать нарушенную связь с универсумом…”. Восстановление этого нарушения есть замена инстинкта принципом культуры, то есть ориентацией на культурно-значимые предметы. Концепция символического, игрового приспособления к природному миру разработана в трудах Э.Кассирера. Отметим также, что социокультурная ориентация философии обострила интерес к категории символа, символического. Символическое стало фундаментальным понятием современной философии наряду с такими, как наука, миф, телос, субъект и т.п.

Кассирер отмечает символический способ общения с миром у человека, отличный от знаковых сигнальных систем, присущих животным. Сигналы есть часть физического мира, символы же, будучи лишенными, по мысли автора, естественного, или субстанциального, бытия, обладают прежде всего функциональной ценностью. Животные ограничены миром своих чувственных восприятий, что сводит их действия к прямым реакциям на внешние стимулы. Поэтому животные не способны сформировать идею возможного. С другой стороны, для сверхчеловеческого интеллекта или для божественного духа, как подмечает Кассирер, нет различия между реальностью и возможностью: все мысленное становится для него реальностью. И только в человеческом интеллекте наличествует как реальность, так и возможность.

Для первобытного мышления, считает Кассирер, весьма трудно проводить различие между сферами бытия и значения, они постоянно смешиваются, в результате чего символ наделяется магической либо физической силой. Однако в ходе дальнейшего развития культуры отношения между вещами и символами проясняются, как проясняются и отношения между возможностью и реальностью. С другой стороны, во всех тех случаях, когда на пути символического мышления выявляются какие-либо препятствия, различие между реальностью и возможностью также перестает ясно восприниматься.

Таким образом, у нас есть все основания считать человека “незавершенным животным”. Вовсе не через наследование благоприобретенных признаков он оторвался от животного царства. Для антропологии ум и все, что его занимает, относится к области культуры. Культура же не наследуется генетически. Из приведенных рассуждений вытекает логический вывод: тайна культурогенеза коренится в формировании человека как символического животного.

1.3   игровая теория

Многие европейские философы и культурологи усматривают источник культуры в способности человека к игровой деятельности. Игра в этом смысле оказывается предпосылкой происхождения культуры. Различные версии такой концепции находим в творчестве Г.Гадамера,Е.Финка,Й.Хейзинги. В частности, Г.Гадамер анализировал историю и культуру как своеобразную игру в стихии языка, внутри которой человек оказывается в радикально иной роли, нежели та, которую он способен нафантазировать.

Голландский историк культуры Й.Хейзинга в книге “Homo Ludens” отмечал, что многие животные любят играть. По его мнению, если проанализировать любую человеческую деятельность до самых пределов нашего познания, она покажется не более чем игрой. Вот почему автор считает, что человеческая культура возникает и развертывается в игре. Сама культура носит игровой характер. Игра рассматривается в книге не как биологическая функция, а как явление культуры и анализируется на языке культурологического мышления.

Хейзинги делает допущение, что в игре мы имеем дело с функцией живого существа, которая в равной степени может быть детерминирована только биологически, только логически или только этически. Игра – это прежде всего свободная деятельность. Она не есть “обыденная” жизнь и жизнь как таковая. Все исследователи подчеркивают незаинтересованный характер игры. Она необходима индивиду как биологическая функция. А социуму нужна в силу заключенного в ней смысла, своей выразительной ценности.

Голландский историк культуры был убежден в том, что игра скорее, нежели труд, была формирующим элементом человеческой культуры. Раньше, чем изменять окружающую среду, человек сделал это в собственном воображении, в сфере игры. “Хейзинга оперирует широким понятием культуры. Она не сводится к духовной культуре, не исчерпывается ею, тем более не подразумевает преобладающей ориентации на культуру художественную. Хотя в силу глубокого идеализма в вопросах истории Хейзинга генезис культуры трактует односторонне, видя основу происхождения культурных форм во все времена в духовных чаяниях и иллюзиях человечества, в его идеалах и мечтах, тем не менее функционирующая культура рассматривается Хейзингой всегда, во все эпохи, как целое, система, в которой взаимодействует все: экономика, политика, быт, нравы, искусство.”

Понятное дело, уязвимость концепции Хейзинги не в идеализме как таковом. Правильно подчеркивая символический характер игровой деятельности, Хейзинга обходит главный вопрос культурогенеза. Все животные обладают способностью к игре. Откуда же берется “тяга к игре”? Л.Фробениус отвергает истолкование этой тяги как врожденного инстинкта. Человек не только увлекается игрой, но создает также культуру. Другие живые существа таким даром почему-то не наделены.

Культура возникает в форме игры. Вот исходная предпосылка данной концепции. Культура первоначально разыгрывается. Те виды деятельности, которые прямо направлены на удовлетворение жизненных потребностей (например, охота), в архаическом обществе предпочитают находить себе игровую форму. Человеческое общежитие поднимается до супрабиологических форм, придающих ему высшую ценность посредством игр. В этих играх, по мнению Хейзинги, общество выражает свое понимание жизни и мира.

Концепция игрового генезиса культуры поддерживается в современной философии не только Хейзингой. Обратимся к работе известного феноменолога Е.Финка “Основные феномены человеческого бытия”. В типологии автора их пять – смерть, труд, господство, любовь и игра. Последний феномен столь же изначален, сколь и остальные. Игра охватывает всю человеческую жизнь до самого основания, овладевает ею и существенным образом определяет бытийный склад человека, а также способ понимания бытия человеком.

Игра, по мнению Финка, пронизывает другие основные феномены человеческого существования. Игра есть исключительная возможность человеческого бытия. Играть может только человек. Ни животное, ни Бог играть не могут. Лишь сущее, конечным образом отнесенное к всеобъемлющему универсуму и при этом пребывающее в промежутке между действительностью и возможностью, существует в игре.

Трактуя игру как основной феномен человеческого бытия, Финк выделяет ее значительные черты. Игра в его трактовке – это импульсивное, спонтанно протекающее вершение, окрыленное действование, подобное движению человеческого бытия в себе самом. Чем меньше мы сплетаем игру с прочими жизненными устремлениями, чем бесцельней игра, тем раньше мы находим в ней малое, но полное в себе счастье. По мнению Финка, дионисийский дифирамб Ф.Ницше “Среди дочерей пустыни”, зачастую недооцениваемый и неправильно толкуемый, воспевает как раз чары и оазисное счастье игры в пустыне и бессмысленности современного бытия.

С игрой у Финка связано происхождение культуры, ибо без игры человеческое бытие погрузилось бы в растительное существование. По мнению Финка, человеческую игру сложно разграничить с тем, что в биолого-зоологическом исследовании поведения зовется игрой животных. Человек – природное создание, которое неустанно проводит границы, отделяет самого себя от природы. “Животное не знает игры фантазии как общения с возможностями, оно не играет, относя себя к воображаемой видимости”. Поскольку для человека игра объемлет все, она и возвышает его над природным царством. Здесь возникает феномен культуры.

1.4 Неотеническая теория

Создатель неотенической теории происхождения человека Людвиг Больк сформулировал ее кредо следующими словами: "Человек - это половозрелый зародыш обезьяны". Сходство взрослого человека с зародышем и плодом антропоидов Больк обозначил термином "фетализация" (от лат. foetus - зародыш), а замедленность в развитии назвал "ретардация" (от лат. retardare - запаздывать, отставать). По его мнению, замедление развития происходит за счет изменения гормональной регуляции этого процесса.

Главными примерами фетализации Больку послужили изгибы позвоночника у зародыша, сохраняющиеся у человека и выравнивающиеся с возрастом у других четвероногих, а также волосяной покров. У шимпанзе и гориллы плод имеет густую шапку волос на голове и голое тело. Доношенный плод этих обезьян рождается с обнаженной поверхностью тела, но с довольно длинными волосами на голове. Сходство с человеком очевидно.

Неотеническая теория происхождения человека вдохновила английского писателя О. Хаксли на написание романа "После многих лет умирает лебедь", построенного на причудливой зоологической фантазии: если бы человеческая жизнь продлилась на много лет дольше ее естественного срока, у человека в конце концов развились бы характерные черты взрослой человекообразной обезьяны. Только ограниченность жизни мешает человеку "вырасти" в обезьяну.

3.      Культурная динамика

Культурная динамика описывает изменения или модификацию черт культуры во времени и пространстве. Что служит основой изменения культуры? И каковы механизмы такого изменения? Ими являются открытия и изобретения. Открытие снабжает человечество новыми знаниями и порождают новые элементы. Изобретение- это создание новых элементов культуры. Они подразделяются на материальные и духовные. Открытие и изобретение являются разновидностями инноваций. Это создание или признание новых элементов в культуре. Инновации зависят от накопленных знаний, которые заново интерпретируются, оцениваются и применяются на практике.

Национальные культуры являются специфическими культурными системами, обладающими относительной автономностью и автохтонностью (коренным происхождением). Различные культуры многочисленных народов и национальностей, имеют в своей основе единое общечеловеческое творческое начало. Они отличаются друг от друга по форме, которая определяется особенностями истории конкретных народов, различными условиями, в которых происходило формирование этих культур. Необходимо учитывать и то обстоятельство, что подавляющее большинство народов не существует в изоляции, а активно взаимодействует с другими народами. Поэтому многие национальные культуры представляют собой результат взаимодействия нескольких проживающих (или проживавших ранее) рядом друг с другом народов.

Культурная дифференциация —  качество изменений в культуре, которое связано с вычленением, разделением, отделением частей от целого.

Взаимодействие культур — особый вид непосредственных отношений и связей, которые складываются между по меньшей мере двумя культурами, а также тех влияний, взаимных изменений, которые появляются в ходе этих отношений. Решающее значение в процессах взаимодействия культур приобретает изменение состояний, качеств, областей деятельности, ценностей той и другой культуры, порождение новых форм культурной активности, духовных ориентиров и признаков образа жизни людей под влиянием импульсов, идущих извне.

Выделяют разные уровни взаимодействия:

1.              Этнический уровень взаимодействия характерен для отношений между локальными этносами, историко-этнографическими, этноконфессиональными и другими общностями. На национальном уровне взаимодействия регулятивные функции в значительной степени выполняют государственно-политические структуры.

2.              Цивилизационный уровень взаимодействия приобретает спонтанно-исторические формы; однако на этом уровне и прежде, и в настоящее время возможны наиболее существенные результаты в обмене духовными, художественными, научными достижениями.

В повседневной практике общения стран и народов мира чаще всего перекрещиваются процессы и отношения, характерные для всех уровней взаимодействия. В межкультурных связях, особенно внутри полинационального государства, принимают одновременное участие как большие, так и малые нации, имеющие свои административно-государственные формы регулирования этнические образования и не имеющие таких форм. При этом более крупное по численности представителей и по роли в жизни разных народов культурное образование способно оказать большее влияние на процессы взаимодействия, нежели малая этническая группа, хотя вклад последней во взаимодействие никоим образом нельзя недооценивать. Все же исследователи выделяют культуру-донора (которая больше отдает, чем получает) и культуру-реципиента (культура, в основном принимающая). В течение исторически длительных периодов времени эти роли могут меняться. Важное значение в взаимодействии культур имеет его структура, т.е. те содержательные направления и конкретные формы взаимного обмена, через которые оно осуществляется. Одной из наиболее древних и широко распространенных форм взаимодействия выступает обмен хозяйствующими технологиями, специалистами-профессионалами; устойчивым видом взаимодействия являются межгосударственные отношения, политические, правовые связи. Под влиянием взаимодействие культур весьма своеобразно могут происходить изменения в языке, художественной или религиозной практике взаимодействующих народов, а также в их обычаях.

В конечном счете все культурные процессы функционально связаны с осуществлением и обеспечением коллективной жизнедеятельности людей, повышением уровня их социальной интегрированности, организацией, регуляцией, коммуникацией, социальным воспроизводством их сообществ и т.п.

Исследователи выделяют три типа временных шкал социокультурной динамики:

1. Микромасштабные шкалы времени (1—25 лет) применяются при анализе процессов, происходящих в жизнедеятельности групп и отдельных индивидов (например, возрастных ритмов человека, циклов деловой активности и т.п.);

2. Среднемасштабные шкалы времени используются при рассмотрении таких важных факторов социокультурной динамики, как экономические подъемы и спады (48 — 55 лет), процесс смены поколений (25 — 30 лет);

3. Макромасштабные шкалы времени (100 и более лет) применяются при исследовании традиций, процессов смены династий, общественных формаций, изменений языка и т.п. Именно такие масштабы используются при анализе зарождения, расцвета, упадка и гибели того или иного типа культуры.

Поскольку изменения в культуре протекают как в форме активизации, так и в форме замедления процессов, то важнейшими характеристиками времени для культурологов выступают его ритм и темп.

Необходимым элементом в культурной динамике является процесс социокультурной коммуникации — процесс взаимодействия между субъектами социокультурной деятельности (индивидами, группами, организациями и т.п.) с целью передачи или обмена информацией посредством принятых в данной культуре знаковых систем (языков), приемов и средств их использования. Социокультурная коммуникация выступает как один из базовых механизмов и неотъемлемая составляющая социокультурного процесса, обеспечивая саму возможность формирования социальных связей, управления совместной жизнедеятельностью людей и регулирования ее отдельных областей, накопление и трансляцию социального опыта.

В числе основных групп культурных процессов можно выделить следующие:

1. Порождение культурных явлений (генезис адаптивных и творческих инноваций в виде технологий и инструментария деятельности, знаний, идей, произведений, символических обозначений, форм организации и регуляции совместных действий, способов обмена информацией и т.п.) и их частичная институционализация; превращение порожденных культурных форм в образцы, нормы, стандарты и правила осуществления соответствующей деятельности и достигаемых при этом результатов;

2. Распространение культурных явлений (социальная интеграция культурных форм в обществ, практику в качестве предпочитаемых и рекомендуемых образцов технологий и продуктов деятельности; расширение или сужение числа субъектов, вовлеченных в практику использования этих форм;

3. Функционирование культурных явлений (действия и взаимодействия людей по удовлетворению их индивидуальных и групповых интересов, потребностей и необходимостей, осуществляемые индивидуально и коллективно, конвенционально и в системе социальных институтов в виде опредмечивания культурных образцов в конкретных артефактах применения технологий и получения продуктов деятельности — жизнеобеспечивающих, природопреобразующих, инфраструктурных, технических, социально-организационных, регулятивных;

4. Социокультурное коммуницирование между людьми (символическое кодирование наблюдаемых и представляемых природных и социальных явлений и процессов в семантических знаках — понятиях, обозначениях, названиях и пр.;

5. Аккумуляция социально значимых знаний и опыта (накопление и обобщение информации об окружающем мире и социального опыта коллективной жизнедеятельности людей, способствующих повышению уровня их социальной интегрированности и консолидированности, улучшению взаимопонимания и взаимодействия, а также понижению остроты и разрешению возникающих противоречий и напряжений; селекция этих знаний и опыта на основе практики их использования;

6. Восприятие и интерпретация культурных явлений субъектами культуры (процессы индивид, и коллективного понимания — идентификации, «декодирования» символики, осмысления сущностных признаков и функций культурных явлений; их понятийная и оценочная интерпретация, символическое «присвоение» культурных форм людьми и их самоидентификация и самомаркировка посредством этих форм;

7. Социальное и историческое самовоспроизводство культурных систем и форм (межпоколенная трансляция социокультурного опыта, селектированных норм, стандартов и правил выполнения любого социально значимого действия, актов познания, ориентирования, интерпретирования и т.п., осуществляемая в ходе социализации и инкультурации членов сообщества в процессе их воспитания, образования, корректирующего регулирования и иных форм социального коммуницирования;

8. Изменчивость культурных явлений (постепенная трансформация утилитарных и социально-регулятивных функции, уровня социальной актуальности, формальных черт и семантических значений культурных форм как по ходу времени их функционирования в социальной практике, так и в процессе их пространств. распространения;

3.             Вывод

В мировоззренческих спорах, как это ни огорчительно, исто­рико-философская традиция отступает на второй план. Идея над­мирного, универсального, рожденная религиозной интуицией, фило­софским прозрением и выстраданная всей историей человечества, становится объектом критики с позиции “злобы дня”. Опыт тота­литаризма заставляет нас с подозрением относиться к любому идейному построению, внутри которого определяются некие пре­делы для личности. Философы и публицисты озабочены тем, чтобы освободить людей от всевластия доктринальной мысли,  деспотии государства, от полного растворения личности в таких надличностных сущностях, как коллектив, нация, культура, челове­чество. Отсюда полемически заостренное стремление избавить че­ловека от всех оков, раскрыть неисчерпаемый потенциал персона­листской традиции, обеспечить безраздельный примат индивида, противостоящего любым отчужденным структурам и безымянным феноменам.

Общечеловеческие ценности предполагают, прежде всего, ос­мысление единства человеческого рода. Нет таких святынь, кото­рые почитались бы во все времена. Однако есть такие абсолюты, которые значимы для всего человеческого рода, без них единство человечества не было бы столь тотальным. Христианство совер­шило колоссальный переворот в осмыслении универсальных связей, провозгласив заповедь: “Возлюби ближнего своего, как самого себя”. Отныне каждый человек сопричастен другому, между людьми укреп­ляется вселенская близость, основанная на единой принадлежности к человеческому роду.

Общечеловеческие ценности предполагают сохранение сово­купного духовного опыта. К святыням человеческого рода отно­сится, например, сократовское триединство Истины, Добра и Кра­соты. Эти абсолюты отражают достояние всего человеческого рода. Когда мы говорим об общечеловеческих достижениях, то не­редко имеем в виду приобретения европейского мира. Скажем, не те­ряет своего значения рожденная в античности идея демократии. Доказали свою эффективность товарно-денежные отношения. Оп­равдал себя духовный плюрализм.

Но разве этим исчерпывается богатство человеческого рода? Пора осознать, что восточный мир внес в сокровищницу челове­чества свои неоспоримые и универсальные ценности. Допустим, идея ненасилия, осмысленная многими религиями, в том числе вос­точными. Или мысль о развитии телесных, духовных сил человека. Общекультурный опыт человечества еще предстоит изучить в полном объеме.

5.Список используемой литературы:

1. Андреева О.А. Стабильность и нестабильность в контексте социокультурного развития. М. 2007;

2. «Морфология культуры: структура и динамика» под ред. Э.А.Орловой, М.- 1994г.;

3.  П.С.Гуревич “Философия культуры”. 1993 г.

4. Флиер А.Я. «Культурогенез», М.- 1995г.

10