Место Китая в современном мировом хозяйстве и проблема экономических отношений с США. 2

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«Алтайский государственный университет»

РЕФЕРАТ

На тему: Место Китая в современном мировом хозяйстве и проблема экономических отношений с США

                                       Выполнила:

                                                            Студентка: 216 Сз группы

                                                              Факультет: Экономический

                                                                            Специальность: Государственное и

                                                               муниципальное управление

Проверила: _____________________

Оценка: ________________________

г. Барнаул 2011 г.

Содержание

Введение…………………………………………………………………………….3

1. Экономическое положение КНР………………………………………………..4

1.1 Общая характеристика экономики Китая…………………………………….4

1.2 Этапы развития китайского хозяйства………………………………………..9

2. Место Китая в современном мировом хозяйстве……………………………12

3. Развитие Китайско-Американских отношений………………………………16

3.1 Проблема экономических отношений………………………………………16

3.2 Современное состояние и перспективы развития Китайско-Американских отношений………………………………………………………………………………..27

Заключение………………………………………………………………………..34

Список используемой литературы………………………………………………35

Введение

Особенности современного мирового развития связаны с процессами, происходящими в развивающихся странах, которые составляют большинство государств мира. Центром экономического роста в мировом хозяйстве стала Восточная Азия. В число крупнейших экономических держав мира входит Китай, ВВП которого в 80-90-е годы увеличивался ежегодно на 10%.

Китай — одна из крупнейших держав мира. На его территории проживает свыше 21% населения всего мира. Внутри валовой продукт Китая в 90-х годах этой достиг американского уровня и по подсчётам Мирового банка в 2010 г. выйдет на первое место в мире. Китай занимает одно из ведущих мест в мировой торговле. В 2002 году общий объем экспорта и импорта Китая составил более 500 миллиардов долларов.

В декабре 2001 года Китай вступил во Всемирную торговую организацию. Решение о приеме - результат долгих консультаций Пекина с другими членами организации об открытии китайских рынков для иностранных товаров и услуг.

Китай занимает первое место в мире по производству угля, изделий текстильной промышленности, а по производству электроэнергии — второе. По абсолютным размерам 26 видов продукции Китай вошел в число десяти наиболее крупных производителей мира. Наряду с традиционными производствами получили развитие электронная промышленность, аэрокосмическая, автомобилестроение.

Цель данного реферата проанализировать место Китая в современном мировом хозяйстве, рассмотреть развитие Китайско-Американских отношений. В рамках данной цели поставлены следующие задачи: рассмотреть экономическое положение КНР, общую характеристику Китая, этапы развития китайского хозяйства, проблема экономических отношений Китая и Америки.

1. Экономическое положение КНР

1.1 Общая характеристика экономики Китая

Внушительные успехи, достигнутые в КНР за период проведения хозяйственных реформ (с конца 70-х гг.), привлекают внимание всего мира. Составной частью стратегии китайских преобразований является политика открытости внешнему миру. Внешнеэкономическая открытость считается в Китае необходимым условием модернизации страны.

В декабре 1978 года III пленум ЦК Коммунистической Партии Китая перенёс основное внимание работы партии на экономическое строительство, в 1982 году XXII съездом партии была принята стратегия осуществления модернизации общества, рассчитанная на три этапа:

1 этап – увеличить в 4 раза валовую продукцию промышленности и сельского хозяйства к 2000 году, добиться среднего достатка жизни народа. Эта задача была решена досрочно в 1995 году.

2 этап – поднять Китай до уровня среднеразвитой страны (по международным параметрам) к 2021 году.

3 этап – к 2049 году (100-летие КНР) превратить Китай в современную высокоразвитую державу.

Реформа внешнеторгового регулирования

Одной из приоритетных основ высоких темпов экономического роста Китая, по свидетельству многих аналитиков, является использование политики ускоренной индустриализации и экспортной ориентации страны.

Либерализация системы внешней торговли в Китае — это долговременный процесс, допускающий возможность тактических отступлений. Китайское правительство никогда не стремилось добиться благосклонности международных деловых кругов за счет быстрого снятия тарифных и количественных барьеров на пути импортных товаров и услуг. Разумная протекционистская защита национальных производств является неотъемлемой частью индустриальной политики КНР.

Этот достаточно высокий уровень протекционистской защиты китайского рынка вызывал недовольство западных стран, и они долгое время отказывали Китаю в возможности стать членом ВТО (Всемирная Торговая Организация).

Переговоры о вступлении в вышеозначенную организацию начались ещё в 1986 году, а членом ВТО КНР стала лишь в 2001 году.

С тех пор стране удалось создать положительный имидж, выполняя обязательства члена ВТО.

В Американской торговой палате в Китае отмечают, что важными показателями ответственного подхода китайского правительства к реализации своих обязательств стали снижение таможенных тарифов и открытие доступа на финансовый рынок и в другие сферы.

Согласно статистике, общий уровень таможенных тарифов Китая снизился с 15,6 процента в 2000 году до 10,6 процента в 2004 году. Средняя тарифная ставка на автомобили, например, снизилась до 43,8 процента уже в первом году после вступления страны в ВТО. С 1 июля 2006 года, как ожидалось, она снизилась до 25 процентов.

До 2001 года банковский бизнес, рынок ценных бумаг, туризм и образование – сферы, фактически недоступные иностранным инвесторам. Сегодня в Китае действуют около 200 коммерческих структур иностранных банков из 20 стран и районов мира. Более 80 из них занимаются операциями в юанях. Кредитовые остатки в этих структурах превысили 20 млрд. американских долларов.

Кроме того, только за первые три года членства была произведена ревизия более чем 2300 законов и нормативных актов Китая с целью внесения поправок или аннулирования в соответствии с правилами ВТО.

В свою очередь за годы членства удвоился внешнеторговый оборот Китая. В январе-ноябре 2004 года данный показатель достиг рекордной отметки в 1 трлн. долларов. То же самое и с зарубежными инвестициями. К концу октября 2004 года в Китае открыты более 250 тыс. предприятий с участием иностранного капитала. Китаем фактически освоено 550 млрд. долларов иноинвестиций.

Валютное регулирование

Денежная единица Китая – юань (ренминби) = 10 джиао = 100 фен. Росту объёмов внешней торговли в последние годы во многом способствовали изменения в режиме валютного регулирования. В 1994 году была отменена множественность курсов юаня. Официальный курс стал устанавливаться на основе рыночного, формирующегося во вновь созданной системе межбанковских торгов. Для государственных предприятий и внешнеторговых компаний была отменена прежняя практика валютных отчислений, и теперь вся экспортная выручка должна полностью продаваться уполномоченным государственным банкам. Одновременно с этим был либерализован доступ к покупкам валюты: для этого китайским компаниям достаточно представить в банк импортный контракт и копию соответствующей лицензии. Несколько ранее, с начала 1992 года, право на покупку валюты в государственных банках получили китайские физические лица, отправляющиеся за рубеж.

В совокупности все эти обстоятельства позволили китайскому правительству объявить в конце 1996 года о переходе к конвертируемости юаня по текущим операциям. Унификация валютного курса в 1994 году де-факто означала существенную девальвацию юаня, но вслед за этим его курс в 1994-1998 годах оставался стабильным на уровне 8,2 – 8,3 юаня за 1 доллар). В последние годы КНР стала обладателем вторых по размерам в мире (после Японии) валютных резервов. Только за далёкий 1997 год они увеличились на 34,9 млрд. долларов (до 139,9 млрд. долларов, т.е. на 33 с лишним процента), а на конец следующего за ним 1998 года достигли отметки в 145 млрд. долларов (т.е. увеличились ещё минимум на 3,5%).

Постоянно поддерживается положительное сальдо платежного баланса по текущим операциям. В результате китайское хозяйство продемонстрировало устойчивость к неблагоприятным внешним воздействиям. Контролируемая «открытость экономики» показала свои преимущества в условиях кризисных явлений в финансовой сфере мирового хозяйства.

Роль прямых иностранных инвестиций в китайской экономике

К середине 90-х годов КНР стала вторым в мире (после США) и крупнейшим среди развивающихся стран получателем прямых иностранных инвестиций. Зарубежных предпринимателей привлекают в Китае возможности освоения гигантского и быстрорастущего внутреннего рынка страны, использования местной дешёвой рабочей силы и природных ресурсов. Большое значение имеет также наличие многочисленной зарубежной диаспоры этнических китайцев, располагающих значительными капиталами, налаженными сбытовыми сетями и опытом деятельности на мировых рынках. На вложения предпринимателей китайской национальности, проживающих в других странах, а также на территориях, по тем или иным причинам отторгнутым в своё время от Китая (Гонконг – особый административный район Китая с 1997 года, Макао, Тайвань), приходится не менее 60% общего объёма прямых инвестиций в экономику КНР.

Этот потенциал инвестиционного сотрудничества реализуется благодаря умелой политике государства по стимулированию иностранных вложений. Её характерная черта – предоставление предприятиям с иностранным участием специальных льгот (налоговых, таможенных, валютных и т.д.). В особенности это было свойственно начальному периоду политики открытости, когда Китай воспринимался большинством инвесторов как высокорискованный рынок, а перестройка хозяйственной системы КНР только набирала обороты. По мере активизации притока иностранного капитала с одной стороны, и углубления рыночных реформ – с другой стороны, происходит постепенное выравнивание режимов хозяйствования для национальных и иностранных инвесторов. Но делается это не столько путём лишения предприятий с иностранным участием преференциального статуса, сколько за счёт распространения аналогичных условий на китайские предприятия. Как и в случае с внешней торговлей, китайское руководство не спешит либерализовать режим иностранного инвестирования в возможно более короткие сроки. Специальные льготы получают, прежде всего, предприятия в приоритетных сферах материального производства (машиностроение, электроника, сельское хозяйство и т.д.). Напротив, иностранные инвестиции в сферу финансовых услуг и розничной торговли были разрешены только в нескольких городах наиболее развитого приморского пояса Китая.

Зоны совместного предпринимательства

Зона свободного предпринимательства — часть территории страны, на которой разрешено совместное предпринимательство ряда стран в различных формах. В таких зонах вводятся льготные налоги, таможенные сборы, устанавливаются "мягкие" режимы аренды, получения виз, валютного обмена, трудового найма. Все эти меры призваны служить привлечению иностранных инвестиций.

В настоящее время в КНР действуют 4 специальные экономические зоны — Шэньчжэнь, Чжухай, Шаньтоу, Сямэнь, 14 зон свободной (беспошлинной) торговли, 53 зоны высоких и новых технологий, более 70 научно-технических зон для специалистов, получивших образование за границей, 38 зон переработки продукции, ориентированной на экспорт.

В качестве примера можно привести данные по региону Шэньчжэнь, который получил официальный статус свободной экономической зоны в августе 1980 года. ОЭР Шэньчжэнь — самая быстро развивающаяся зона: в 1980—2001 годах средний ежегодный рост его ВВП превысил 29,5 %. Город является первым в Китае по объёмам внешней торговли.

Три из четырёх китайских Специальных Экономических Зон (СЭЗ) — Шэньчжэнь, Чжухай и Шаньтоу — находятся в провинции Гуандун. Отчасти благодаря этому, провинция Гуандун занимает ведущее место на материковом Китае по производству электронной, текстильной, пищевой, фармацевтической продукции и лидирует в сфере производства бытовой техники. В провинции находятся сборочные заводы таких гигантов, как Nissan, Honda и Toyota; в нефтяной и нефтехимической отрасли провинции доминирует китайская корпорация Sinopec; среди производителей электроники можно выделить китайские корпорации BBK Electronics, TCL; в регионе также расположено производство Guangzhou Pharmaceutical (GP) — одной из крупнейших аптечной сети в Китае.

1.2 Этапы развития китайского хозяйства

Большой интерес представляет специфика китайского варианта системных реформ. Руководство КНР по-прежнему придерживается официального идеологического курса на строительство социализма, в стране сохраняется традиционная для социалистических стран политическая система с монополией коммунистической партии на власть. Тем не менее за последние два десятилетия в Китае сделаны решительные шаги по переводу экономики на рыночные рельсы. При этом Китаю удалось не только избежать трансформационного спада, являющегося едва ли не общей закономерностью начального этапа реформ в постсоциалистических странах, но и обеспечить высокий динамизм экономического развития, стабильное улучшение показателей уровня жизни населения.

Китайские реформы: универсальные тенденции и специфические особенности

Наиболее характерная черта китайских системных экономических реформ состоит в постепенности, градуализме этого процесса. Преобразования экономики в КНР никогда не велись методами «шоковой терапии». Изменения в институциональной структуре экономики, механизме ценообразования, системе внешнеэкономического регулирования и т.д. происходят эволюционным путем и растягиваются на достаточно длительные временные интервалы. Формы хозяйственной организации, свойственные развитым рыночным экономикам, берутся за образец, но ставка делается не на форсированное насаждение этих форм в принципиально иную экономическую среду, а на их постепенное вызревание из самой ткани реформирующейся экономики. Новые методы хозяйствования обычно отрабатываются в экспериментальном порядке — в пределах отдельных регионов, отраслей или даже группы предприятий. Широко используются различного рода переходные формы. Допускается возможность возвратных движений, например, в случаях, когда применение той или иной хозяйственной инновации очевидным образом ухудшает макроэкономическую ситуацию или же усиливает социальную напряженность. Все это, однако, отнюдь не свидетельствует, что китайские реформы носят более «мягкий» характер, чем, скажем, реформы в России. Напротив, в случае необходимости китайское руководство действует достаточно жестко и напористо. Об этом свидетельствует, в частности, практика «урегулирований» экономики — так в Китае обычно называют антиинфляционную стабилизационную политику. В периоды «урегулирований» правительство решительно ужесточает бюджетную и денежную политику, ограничивает масштабы потребительского и инвестиционного спроса, вводит ограничения во внешнеэкономической сфере. Вследствие этого всплески инфляции в Китае в 80—90-е гг., хотя и происходили регулярно, но были относительно непродолжительными, темпы роста цен в годовом исчислении не выходили за рамки 15—20%.

Возможности для последовательной реализации курса реформ существуют благодаря асинхронности темпов экономических и политических преобразований. Вопрос о необходимости демократизации, политических реформ за последние два десятилетия ставился в КНР неоднократно, но реально (особенно после студенческих волнений в мае—июне 1989 г.) политические преобразования свелись к некоторому усилению законодательной ветви власти и расширению рамок дозволенного в средствах массовой информации. Вопрос о демонтаже самих основ политической системы в КНР не только не ставится, но, напротив, сохранение и укрепление ныне действующих институтов сильной государственной власти считается залогом успешного реформирования экономики. Благодаря использованию традиционных для социалистических стран форм жесткого политического и идеологического контроля современному руководству КНР удается проводить в жизнь многие весьма непопулярные мероприятия экономических реформ, которые в условиях более плюралистической политической системы легко могли бы привести к проявлениям массового недовольства.

Возникающая в ходе реформ социальная напряженность купируется за счет не только политического прессинга, но и умелого идеологического обеспечения проводимых преобразований. Сохранение оболочки социалистической идеологии, т.е. фактически — привычной для нескольких поколений системы ценностей, позволяет смягчить психологический эффект нововведений, не допустить ситуации, когда реформы наносят психологическую травму старшим поколениям, порождают у них чувство напрасно прожитой жизни. В то же время новые, рыночные ценности постепенно включаются в структуру государственной идеологии и становятся таким образом привычными и доступными большинству населения. При этом идеологическое обеспечение реформ не остается неизменным, оно эволюционирует по мере развития рыночной экономики. С течением времени на первый план в официальной пропаганде постепенно выходят установки не столько социалистического, сколько патриотического плана. Населению внушается чувство гордости по поводу успехов китайской экономики, усиления позиций Китая на мировой арене. Пропагандируется тезис о том, что на этапе быстрой структурной трансформации экономики необходимы национальная консолидация, социально-политическая стабильность. Ускорение экономического роста могло быть достигнуто и за счет перемещения трудовых ресурсов из аграрного сектора в формирующийся индустриальный. Причем обилие и дешевизна рабочей силы позволяли создавать промышленные производства, уже изначально ориентированные на экспорт, обладающие ценовой конкурентоспособностью на мировых рынках. Все эти факторы во многом предопределили специфику китайского варианта системных преобразований. В отличие от указанных выше стран у Китая были возможности создавать частный сектор экономики не только и не столько на базе государственного сектора, сколько наряду с ним, т.е. не путем приватизации уже существующих государственных предприятий, а за счет возникновения негосударственных укладов в ходе первичной индустриализации.

2. Место Китая в мировой экономике

Китай – индустриально-аграрная страна. При населении страны в 1 млрд. 313 млн. человек (каждый пятый житель нашей планеты – китаец) показатель ВВП на душу населения составляет 1470 USD, а совокупный объём ВВП страны – 1932 млрд. USD. За годы реформ народное хозяйство Китая приобрело динамичный характер; к концу 80-х удвоен объем валовой продукции промышленности и сельского хозяйства. Получила развитие космическая, авиационная, атомная, нефтехимическая и радиоэлектронная промышленность. Традиционно развитые отрасли – текстильная (1-е место в мире по выпуску тканей, хлопчатобумажных, шерстяных), угольная, черная металлургия. По количеству промышленных предприятий, по числу занятых на них Китай занимает 1-е место в мире. Около половины продукции производят мелкие предприятия. Крупная индустрия сосредоточена главным образом в приморских районах. Добыча угля (свыше 1,14 млрд т. в год), нефти (144 млн. т, 5-е место в мире). По производству электроэнергии (820 млрд. кВт*ч., главным образом на ТЭС, работающих на угле) Китай на 4 месте в мире. Развита отрасль – машиностроение, выплавка цветных металлов, производство бытовой техники. Китай на 1-м месте по производству велосипедов (свыше 3 млн. шт. в год).

Среднегодовой прирост реального ВВП в период с 1994 по 2004 год составил 9,1 % и является пятым в мире показателем среди стран с самым высоким уровнем экономического роста в этот период, а темпы роста за все годы реформ – примерно 5 – 7 % в год.

Циклический характер экономического роста

Экономическое развитие КНР в 80—90-е годы характеризовалось высокими темпами роста. Объем ВВП увеличился более чем в 5,5 раза, производство на душу населения — более чем в 4,4 раза (в 90-е годы — более чем в два раза). Среднегодовой темп прироста превышал 9%, что было выше показателей предыдущих трех десятилетий (1952—1978 гг. — 6,1%, цены 1952 г.). По темпам экономического роста КНР превосходила все развивающиеся страны в два-три раза (табл.1).

Таблица №1. Темпы экономического роста КНР (текущие валютные курсы, долл. 1995 г.)

Источник: World economic and social survey. UN. 2000.

Резкие ускорения прироста ВВП обычно сопровождаются явлениями «перегрева» экономики и скачками инфляции. Для ее обуздания власти вынуждены периодически прибегать к «урегулированию» экономики — мерам ограничительной финансовой политики. В результате рост цен замедляется, но платой за это является сопутствующее замедление темпов экономического роста. Периоды ускорений и урегулирований следуют один за другим, формируя определенную циклическую тенденцию.

Предварительные результаты, казалось бы, свидетельствовали об успехе выбранной линии и о том, что власти КНР научились воздействовать на факторы циклической динамики. Подавление инфляции заняло на этот раз больше времени, чем в конце 80-х гг.; но к концу 1996 г. темпы роста цен в годовом исчислении снизились до однозначных показателей, а темпы экономического роста остались на уровне, близком к 10% в год. В этой связи в конце 1996 г. правительство официально объявило о достижении «мягкой посадки».

Однако последующие события показали, что такой вывод был преждевременным. Дефляционные эффекты жесткой финансовой политики, угнетающие экономический рост, оказались более долговременными, чем ожидалось, и в 1997—1998 гг. при снижении инфляции сначала до нуля, а затем и до отрицательных показателей происходило дальнейшее замедление темпов прироста ВВП.

В первой половине 1998 г. прирост ВВП едва превышал 7% в годовом исчислении, тогда как по планам властей он не должен был опускаться ниже отметки 8% (считается, что при меньших показателях роста в экономике Китая не будет создаваться достаточного числа рабочих мест для абсорбации трудовых ресурсов).

В течение 1998 г. приоритетом макроэкономической политики стал новый «разогрев» хозяйственной конъюнктуры за счет смягчения денежной политики и осуществления крупных государственных инвестиций в инфраструктурные проекты. Это вполне укладывалось в ставшую уже привычной картину циклической динамики.

Причины такого рода цикличности можно обнаружить как на микро-, так и на макроэкономическом уровнях. На микроуровне они связаны, прежде всего, с отставанием реформы государственных предприятий от темпов рыночной перестройки по другим направлениям.

В рамках прежней, административно-командной системы в КНР, как и в других социалистических странах, сложился специфический механизм распределения инвестиционных ресурсов через «торга» между звеньями административной системы. Обязывая предприятия выполнить определенное плановое задание, управленческий орган мог опираться как на силу политико-административного авторитета, так и на свои возможности предоставить предприятию дополнительные ресурсы.

Но на деле предприятие, обладающее реальной информацией о своих производственных возможностях, всегда могло сослаться на нереальность плана, срыв выполнения которого был бы невыгоден и органу управления.

В ходе согласования интересов предприятия требовали увеличения выделяемых сверху ресурсов, а вышестоящий орган — больших результатов в обмен на эти ресурсы. Понятно, что позиции предприятия в процессе «торгов» тем лучше, чем больше исходный объем предоставляемых ресурсов, а поэтому предприятия заинтересованы в его завышении.

К тому же инвестиционная деятельность предприятия слабо увязывалась с конкретными результатами его работы: доходы от реализации не накладывали жестких ограничений на расходы предприятий, государственная собственность гарантировала им выживание вне зависимости от прибыльности.

В итоге предприятия склонны до бесконечности форсировать спрос на капиталовложения, так как они не сталкиваются с инвестиционным риском — угрозой банкротства в результате осуществления неудачных проектов.

3. Развитие Китайско-Американских отношений

3.1 Проблема экономических отношений

Одной из наиболее сложных проблем рубежа 80-90-х годов, имевших существенное влияние на дальнейшее развитие китайско-американских отношений стал вопрос о пролонгации действия режима наибольшего благоприятствования (РНБ) в отношении КНР.

Китай, как социалистическая страна, по-прежнему подпадал под действие Закона Джексона-Вэника от 1974 г., согласно которому президент США на ежегодной основе принимал решение о продлении для Китая действия РНБ. Конгресс США, со своей стороны, мог заблокировать это решение, если сочтет нужным. Вопрос о пролонгации РНБ рассматривался в мае-июне месяце каждого года, и в 1980-1989 гг. обсуждение этого вопроса носило чисто формальный характер.

Весной 1990 г., в разгар критики "мягкого" подхода со стороны президента Дж. Буша к Китаю, в США развернулась компания с требованием лишить КНР статуса РНБ. Сторонниками такого подхода выступили ряд конгрессменов, представители движения китайских студентов в США, общественные организации, поддерживаемые рядом СМИ. Формальный критерий предоставления Соединенными Штатами статуса РНБ социалистической стране сводился к свободе эмиграции. Однако в условиях развития демократических процессов в мире противники "мягкой" позиции президента Буша требовали в Конгрессе более жестко увязать экономические аспекты двусторонних отношений с политическими процессами, происходящими внутри КНР. Дебаты в Конгрессе сконцентрировались на правах человека в Китае и преследовании там диссидентов. К этому времени РНБ стал важнейшим элементом в системе экономических отношений между США и Китаем. По оценкам экспертов, отмена РНБ имела бы следствием значительное увеличение размеров импортных пошлин, которым подверглось бы 90% объема китайского экспорта в США.