Министерство  образования науки  молодежи и спорта Украины

Запорожский национальный университет

Кафедра социологии 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

  «НАУЧАЮЩЕ-БИХЕВИОРАЛЬНОЕ НАПРАВЛЕНИЕ 
Б.Ф.Скиннер» 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Выполнила студентка 3 курса

Гр.3119-1

Факультета  социологии и управления

Сулима  Юлия

Проверил: Каприцын И.И. 
 
 
 
 

Запорожье 2011 

Оглавление

Введение 3

Биографический  очерк Берреса  Фредерика Скиннера 3

Подходы Скинера к психологии 6

Респондентное и оперантное поведение 12

Вывод 16

Список  литературы: 18 
 

Введение

Личность, с точки зрения научения, – это  тот опыт, который человек приобрел в течение жизни. Это накопленный  набор изученных моделей поведения. Научающе-бихевиоральное направление занимается открытыми действиями человека, как производными от его жизненного опыта. Теоретики бихевиорально-научающего направления не считают нужным задумываться над психическими структурами и процессами, скрытыми в "разуме". Напротив, они принципиально рассматривают внешнее окружение как ключевой фактор человеческого поведения. Именно окружение, а отнюдь не внутренние психические явления, формирует человека.

Работы  Скиннера наиболее убедительно доказывают, что воздействие окружающей среды  определяет наше поведение. В отличие  от других психологов, Скиннер утверждал, что почти всецело поведение  непосредственно обусловлено возможностью подкрепления из окружающей среды. По его мнению, для того чтобы объяснить  поведение (и таким образом имплицитно понять личность), нам нужно только проанализировать функциональные отношения  между видимым действием и  видимыми последствиями. Работа Скиннера послужила фундаментом для науки  о поведении, не имеющей аналогов в истории психологии. По мнению многих, он является одним из самых  высокочтимых психологов нашего времени  .

Обьект  исследования  - научно - бихивиоральное направление Б.Ф.Скинера.

Предмет исследования-основные положения концепции Скинера.

Цель  исследования - выявить основные направления исследований Скинера.

Задачи  исследования:

1. Ознакомится с жизненным путем Берреса Фредерика Скиннера;
2. Выявить основные тенденции психологии Скинера;
3. Подробно разобрать поведения с точки зрения скинеровской концепции.

Биографический  очерк Берреса Фредерика Скиннера

Беррес  Фредерик Скиннер  родился в 1904 году в Саскуэханне, штат Пенсильвания. Атмосфера  в его семье была теплой и непринужденной, учение уважалось, дисциплина была строгой, а награды давались, когда их заслуживали. На протяжении всего детства Скиннер  проводил много времени, конструируя  роликовые самокаты, управляемые  повозки, карусели, духовые ружья  и тому подобные устройства. Это  мальчишеское восхищение механическими  изобретениями предвещало его более  поздний интерес к модификации  наблюдаемого поведения. Ему также  нравились занятия в школе, он вспоминал нескольких прекрасных учителей, которые дали ему хорошие знания.

Скиннер получил степень бакалавра гуманитарных наук по английской литературе в 1926 году в Гамильтоновском колледже, небольшой  гуманитарной школе в штате Нью-Йорк. Он вспоминал, однако, что никогда  по-настоящему не приспособился к  студенческой жизни. Он был разочарован  отсутствием интеллектуальных запросов у однокашников-студентов и к  тому же совершенно раздосадован некоторыми требованиями курса обучения (например, ежедневным богослужением). Его участие  в нескольких проделках, направленных на то, чтобы привести в замешательство тех факультетских товарищей, которых  студенты считали заносчивыми, привело  к угрозе исключения, но президент  колледжа разрешил ему закончить  обучение. По иронии судьбы Скиннер  не посещал ни одного психологического курса, будучи студентом. После колледжа Скиннер вернулся в родительский дом и попытался стать писателем. Хотя он и был воодушевлен письмом  поэта Роберта Фроста, его желание  быть писателем не привело ни к чему хорошему: «Я бесцельно читал, строил модели кораблей, играл на рояле, слушал только что изобретенное радио, строчил юмористические заметки в местную газету, но больше ничего не писал и подумывал о визите к психиатру»[7;128] .

В конце  концов Скиннер отказался от карьеры  писателя и поступил в Гарвардский  университет для изучения психологии. Отлично понимая, что в новой  области он далеко позади всех, он установил  для себя жесткое учебное расписание и придерживался его почти  два года. Он был удостоен степени  доктора наук в 1931 году.

С 1931 по 1936 годы Скиннер занимался в Гарварде научной работой. Он сконцентрировал  свои научные усилия на изучении нервной  системы животных. В 1936 году он занял  должность преподавателя в Миннесотском университете и оставался там  до 1945 года. В это время Скиннер  много и творчески работал  и приобрел известность как один из ведущих бихевиористов Соединенных  Штатов. Осенью 1945 года он стал руководителем  кафедры психологии в Университете штата Индиана – пост, который  он занимал до 1947 года, после чего вновь стал работать в Гарварде в  качестве лектора. Он оставался там  до ухода на пенсию в 1974 году.

Научная деятельность Скиннера была отмечена многими наградами. Он получил Президентскую  медаль за науку и в 1971 году был  награжден золотой медалью Американской психологической ассоциации со следующей  надписью: "Б. Ф. Скиннеру – пионеру  психологических исследований, лидеру теории, мастеру технологии, который  произвел революцию в изучении поведения в наши дни. В 1990 году Скиннер также получил благодарность президента Американской психологической ассоциации – за прижизненный вклад в психологию.

Скиннер был автором многих трудов. Среди  его книг: "Поведение организмов" (1938); "Уолден-2" (1948); "Наука и  поведение человека" (1953); "Вербальное поведение" (1957); "Режимы подкрепления" (1957, в соавторстве с С. В. Ferster); "Суммирование наблюдений" (1961); "Технология обучения" (1968); "Случайное подкрепление" (1969); "За пределами свободы и  достоинства" (1971); "О бихевиоризме" (1974); "Подробности моей жизни" (1976); "Размышления: бихевиоризм и  общество" (1978); "Портрет бихевиориста" (1979); "Значение последствий" (1983); "Радости зрелого возраста"; "К дальнейшим размышлениям" (1987). Возможно, среди студентов колледжей наиболее известна книга Скиннера "Уолден-2", роман, описывающий утопическое сообщество, основанное на контроле поведения посредством принципов подкрепления. Кроме того, сборник изданных статей был подарен Скиннеру в день его шестидесятипятилетия. Его автобиография появляется в 5-м томе "Истории психологии в автобиографиях". Скиннер умер в 1990 году после года борьбы с лейкемией [4].

Подходы Скинера к психологии

Большинство теоретиков-персонологов работают в  двух направлениях: 1) обязательное изучение устойчивых различий между людьми и 2) опора на гипотетическое объяснение разнообразия и сложности человеческого  поведения. Эти направления образуют основное русло, если не суть, большинства  концепций личности. Скиннер полагал, что абстрактные теории не обязательны  и ими можно пренебречь в пользу подхода, основанного на изучении влияния  окружающей среды на поведение индивида . Он утверждал, что психология, особенно область научения, была недостаточно развита для того, чтобы найти обоснования построению крупномасштабной, формализованной теории. К тому же он заявлял, что не нужно проводить теоретически направленные исследования, так как они дают "объяснение наблюдаемых фактов, которые апеллируют к событиям, описанным в разных терминах и измеренным, если вообще их можно измерить, в разных величинах" . Наконец, Скиннер оспаривал теории поведения человека, часто дающие психологам ложное чувство уверенности в своем знании и фактически не включающие в себя отношения между процессом поведения и обстоятельствами окружения, которые предшествовали этому поведению.

В свете  очевидной антитеоретической позиции  Скиннера сомнительно, нужно ли его  включать в книгу, имеющую отношение  к теориям личности. Мы не будем  обращаться к этому философскому вопросу, только заметим, что Скиннер считал себя теоретиком, таким образом оправдывая наше обращение к его подходу изучения личности. В одном интервью он заявил:

«Я определяю теорию как попытку объяснить поведение в терминах чего-то, происходящего в другой вселенной, такой как разум или нервная система. Я не верю, что теории такого рода существенны или полезны. Кроме того, они опасны; они служат причиной для беспокойства. Но я предвкушаю всеобъемлющую теорию поведения человека, которая объединит множество фактов и выразит их наиболее общим образом. Теории такого рода я был бы очень заинтересован содействовать, и я считаю себя теоретиков»[4,27].

Таким образом, несмотря на то, что взгляд Скиннера на теорию существенно отличается от точки зрения большинства персонологов, он, тем не менее, посвятил себя задаче создания теории поведения человека.

За пределами  самодеятельного человека

Как радикальный  бихевиорист Скиннер отрицал  все представления о том, что  люди самодеятельны и их поведение  определено предполагаемым существованием внутренних факторов. Такие умозрительные  концепции, замечал он, возникли в  примитивном анимизме и продолжают существовать, потому что игнорируются условия окружения, управляющие  поведением.

Самодеятельный  человек служит для того, чтобы  объяснить только то, что мы не можем  объяснить другим образом. Его существование  зависит от нашего невежества, и  он естественно теряет свою самодеятельность по мере того, как мы все больше узнаем о поведении... Нет нужды открывать  для себя, что на самом деле представляет собой личность, состояние ума, чувства, черты характера, планы, цели, намерения  или что-то другое, характеризующее  самодеятельного человека, для того чтобы продвинуться в научном  анализе поведения.

Возражение  Скиннера против интрапсихических причин состоит не в том, что они суть неприемлемый феномен для изучения, а скорее в том, что они окутаны  терминологией, не позволяющей давать рабочие определения и осуществлять эмпирическую проверку. В истории  науки, отмечал он, обычно необходимо полностью отойти от умозрительных концепций, а не видоизменять их так, чтобы стало возможным эмпирическое изучение. Для того чтобы объяснить, почему компетентную студентку исключают из колледжа, мы могли бы с легкостью сказать: "потому что она очень боится неудачи", "потому что у нее нет мотивации" или "потому что она стала меньше заниматься из-за того, что бессознательно боялась успеха". Такие гипотезы об исключении студентки из колледжа могут звучать как объяснение, но Скиннер предупреждал, что они ничего не объясняют, если ясно не определены все мотивы и если не установлено все то, что предшествовало ее исключению[7].

Таким образом, если к умозрительной концепции  обращаются для того, чтобы объяснить  поведение, ее нужно перевести в  термины, релевантные экспериментальным  действиям, применяющимся в исследовании и измерениях. Удовольствовавшись меньшим, можно остаться на уровне того самого кабинетного философствования, которое  Скиннер так горячо не одобрял. Для  начала осознаем, что именно можно  наблюдать (то есть случай с исключением), и затем определим, расширяют  ли дополнительные объяснения понимание  рассматриваемого поведения. Теория Скиннера, в таком случае, не делает попыток  задавать вопросы или рассуждать о процессах внутреннего состояния  человека. Это считается неприменимым к научному объяснению поведения. Для  того, чтобы избежать замечания, что  описание есть объяснение, Скиннер  утверждал, что человеческий организм – это "черный ящик", чье содержимое (мотивы, влечения, конфликты, эмоции и  так далее) следует исключить  из сферы эмпирического исследования. Переменные организма ничего не добавляют  к нашему пониманию человеческой деятельности и служат только для  того, чтобы замедлить развитие научного анализа поведения. По Скиннеру, адекватные толкования можно сделать не обращаясь  к каким-либо иным объяснениям, кроме  тех, что отвечают за функциональные отношения между различными стимулами  и поведенческими реакциями, открыто  проявляемыми человеком. Однако Скиннер не отвергал категорически изучение внутренних явлений или того, что иногда называют "высшими психическими процессами". Действительно, он полагал, что психологи должны давать адекватные объяснения частным явлениям, но необходимо, чтобы эти изучаемые явления можно было надежно и объективно измерить. Именно этот акцент на объективность характеризует попытку Скиннера признать законность внутренних состояний и явлений.

В отличие  от большинства психологов Скиннер  не подчеркивал важность нейрофизиологических или генетических факторов, отвечающих за поведение человека. Это пренебрежение  физиолого-генетическими концепциями  поведения было основано на убеждении, что нельзя экспериментальным путем  определить их влияние на поведение. Скиннер объяснял свое неприятие "физиологизации", замечая: "Даже когда можно показать, что какие-то аспекты поведения  зависят от времени рождения, телосложения или генетической конституции, этот факт можно использовать ограниченно. Он помогает нам предсказать поведение, но представляет собой малую ценность для экспериментального анализа  или практического применения, потому что таким условием нельзя манипулировать после того, как человек зачат"[4,31] . Таким образом, Скиннер не отрицал валидность биолого-генетических элементов поведения, а скорее игнорировал их, потому что они не поддаются (по крайней мере, в данный момент) изменению посредством контролируемого воздействия. Более того, он настаивал на том, что даже если ученые, изучающие мозг, в конце концов откроют биолого-генетические переменные, влияющие на поведение, только бихевиоральный анализ даст самое ясное объяснение действию этих переменных.

Скиннер допускал, что поведение можно  достоверно определить, предсказать  и проконтролировать условиями  окружения. Понять поведение – значит проконтролировать его, и наоборот. Он всегда был против допущения какой-либо свободной воли или любого другого "сознательного" явления. Люди, по своей сути, очень сложные, но все же машины. По Скиннеру, наука о поведении человека принципиально не отличается от любой другой естественной науки, основанной на фактах; то есть имеет ту же цель – предсказать и проконтролировать изучаемое явление (открытое поведение в данном случае).

Далее Скиннер утверждал, что так как  наука развивается от простого к  сложному, логично изучить существа, находящиеся на более низкой ступени  развития, прежде чем изучать самого человека – это позволит психологу  легче раскрывать основные процессы и принципы поведения. Еще одним  преимуществом является то, что в  этом случае исследователь сможет осуществлять более точный контроль над параметрами  окружения, в котором находится  животное, и собирать данные в течение  более длительного периода времени. Конечно, проблема в том, сколько  данных, полученных при изучении одного вида (например, крыс), действительно  применимо к другим видам (например, к человеку). Скиннер, однако, выступал за использование видов, стоящих  на более низких ступенях эволюции, в качестве экспериментальных объектов, полагая вполне очевидной связь  между принципами поведения животных и человека. И действительно, развитие обучающих машин и учебников  по программированию является прямым результатом работы Скиннера с животными  в лаборатории.

От других исследователей Скиннера также отличало и то, что он придавал особое значение анализу поведения единичных  организмов. Он полагал, что их изучение необходимо, так как все организмы  развиваются по одним и тем  же законам. Таким образом, поведение  отдельных крыс, голубей или людей  может быть различным, а основные принципы поведения не меняются. Скиннер  полагал, что, изучая одну крысу, одного голубя, одного человека, можно обнаружить и обобщить основные закономерности, присущие всем организмам.

Такая экспериментальная модель, направленная на исследования одного субъекта, не требует  традиционных статистических методик, которые большинство студентов-психологов осваивают в ходе обучения. Скиннер отстаивал мнение, что вместо того, чтобы делать предположения о поведении несуществующего усредненного индивида, психологи должны пытаться предсказывать влияние одной или более контролируемых переменных на обусловленный компонент поведения отдельного организма в контролируемом окружении. Такой подход требует нестатистической стратегии, являющейся результатом законов, применимых к поведению реального индивида. Это то, говорил Скиннер, что психология как наука о поведении должна иметь своей целью. Придерживаясь бихевиористского подхода, Скиннер отстаивал функциональный анализ поведения организма. Такой анализ устанавливает точные, реальные и обусловленные взаимоотношения между открытым поведением (реакцией) организма и условиями окружающей среды (стимулами), контролирующими их. Эти переменные должны существовать независимо от нас, быть очевидными и определяемыми количественно. Причинно-следственные отношения, проистекающие из функционального анализа, становятся всеобщим законом науки о поведении. Практической целью является возможность манипулирования переменными окружающей среды (независимыми), которые позволяют делать прогноз, и затем измерение поведенческой реакции (зависимые переменные). Таким образом, психологи могут работать в рамках естественной науки и тем не менее открывать законы, относящиеся к поведению отдельных организмов.

Следовательно, по Скиннеру, изучение личности включает в себя нахождение своеобразного  характера взаимоотношений между  поведением организма и результатами, подкрепляющими его. В соответствии с этой точкой зрения, индивидуальные различия между людьми следует понимать в терминах интеракций поведение-окружение  во времени.

Респондентное и оперантное поведение

При рассмотрении скиннеровского подхода к личности следует различать две разновидности  поведения: респондентное и оперантное.

Респондентное поведение подразумевает характерную реакцию, вызываемую известным стимулом, последний всегда предшествует первой во времени. Хорошо знакомые примеры – это сужение или расширение зрачка в ответ на световую стимуляцию, подергивание колена при ударе молоточком по коленному сухожилию и дрожь при холоде. В каждом из этих примеров взаимоотношение между стимулом (уменьшение световой стимуляции) и реакцией (расширение зрачка) невольное и спонтанное, это происходит всегда. Также респондентное поведение обычно влечет за собой рефлексы, включающие автономную нервную систему. Однако респондентному поведению можно и научить. Новая реакция называется условным рефлексом (УР), а ранее нейтральный, вызывающий ее стимул  получил название условный стимул (УСВ более поздних трудах Павлов отмечал, что если он переставал давать пищу после звука колокольчика, у собаки в конце концов совсем прекращалось слюноотделение на этот звук.

Респондентное поведение – это скиннеровская  версия павловского, или классического  обусловливания. Он также называл  его обусловливанием типа С, чтобы подчеркнуть важность стимула, который появляется до реакции и выявляет ее. Однако Скиннер полагал, что в целом поведение животных и человека нельзя объяснять в терминах классического обусловливания. Напротив, он делал акцент на поведении, не связанном с какими-либо известными стимулами. Пример для иллюстрации: рассматривая поведение, вы непосредственно сейчас занимаетесь чтением. Определенно, это не рефлекс, и стимул, управляющий этим процессом (экзамены и оценки), не предшествует ему. Наоборот, в основном на ваше поведение чтения воздействуют стимульные события, которые наступят после него, а именно – его последствия. Так как этот тип поведения предполагает, что организм активно воздействует на окружение с целью изменить события каким-то образом, Скиннер определил его как оперантное поведение. Он также называл его обусловливание типа Р, чтобы подчеркнуть воздействие реакции на будущее поведение.

Оперантное  поведение (вызванное оперантным научением) определяется событиями, которые следуют  за реакцией. То есть за поведением идет следствие, и природа этого следствия  изменяет тенденцию организма повторять  данное поведение в будущем. Например, катание на роликовой доске, игра на фортепиано, метание дротиков и  написание собственного имени –  это образцы оперантной реакции, или операнты, контролируемые результатами, следующими за соответствующим поведением. Это произвольные приобретенные  реакции, для которых не существует стимула, поддающегося распознаванию. Скиннер понимал, что бессмысленно рассуждать о происхождении оперантного  поведения, так как нам неизвестны стимул или внутренняя причина, ответственная  за его появление. Оно происходит спонтанно.

Если  последствия благоприятны для организма, тогда вероятность повторения операнта в будущем усиливается. Когда  это происходит, говорят, что последствия  подкрепляются, и оперантные реакции, полученные в результате подкрепления (в смысле высокой вероятности  его появления) обусловились. Сила позитивного  подкрепляющего стимула таким образом  определяется в соответствии с его  воздействием на последующую частоту  реакций, которые непосредственно  предшествовали ему.

Для того, чтобы изучать оперантное поведение  в лаборатории, Скиннер придумал на первый взгляд простую процедуру, названную свободным оперантным методом. Полуголодную крысу поместили в пустую "свободно-оперантную камеру" (известную как "ящик Скиннера"), где был только рычаг и миска для еды. Сначала крыса демонстрировала множество оперантов: ходила, принюхивалась, почесывалась, чистила себя и мочилась. Такие реакции не вызывались никаким узнаваемым стимулом; они были спонтанны. В конце концов, в ходе своей ознакомительной деятельности крыса нажимала на рычаг, тем самым получая шарик пищи, автоматически доставляемый в миску под рычагом. Так как реакция нажатия рычага первоначально имела низкую вероятность возникновения, ее следует считать чисто случайной по отношению к питанию; то есть мы не можем предсказать, когда крыса будет нажимать на рычаг, и не можем заставить ее делать это. Однако, лишая ее пищи, скажем, на 24 часа, мы можем убедиться, что реакция нажима рычага приобретет, в конце концов, высокую вероятность в такой особой ситуации. Это делается при помощи метода, называющегося научение через кормушку, посредством которого экспериментатор дает шарики пищи каждый раз, когда крыса нажимает на рычаг. Потом можно увидеть, что крыса проводит все больше времени рядом с рычагом и миской для пищи, а через соответствующий промежуток времени она начнет нажимать рычаг все быстрее и быстрее. Таким образом, нажатие рычага постепенно становится наиболее частой реакцией крысы на условие пищевой депривации. В ситуации оперантного научения поведение крысы является инструментальным, то есть оно действует на окружающую среду, порождая подкрепление (пищу). Если далее идут неподкрепляемые опыты, то есть если пища не появляется постоянно вслед за реакцией нажатия рычага, крыса, в конце концов, перестанет нажимать его, и произойдет экспериментальное угасание.

Суть  оперантного научения состоит в  том, что подкрепленное поведение  стремится повториться, а поведение  неподкрепленное или наказуемое имеет тенденцию не повторяться  или подавляться. Следовательно, концепция  подкрепления играет ключевую роль в  теории Скиннера.

Скорость, с которой оперантное поведение  приобретается и сохраняется, зависит  от режима применяемого подкрепления. Режим подкрепления – правило, устанавливающее вероятность, с которой подкрепление будет происходить. Самым простым правилом является предъявление подкрепления каждый раз, когда субъект дает желаемую реакцию. Это называется режимом непрерывного подкрепления и обычно используется на начальном этапе любого оперантного научения, когда организм учится производить правильную реакцию. В большинстве ситуаций повседневной жизни, однако, это либо неосуществимо, либо неэкономично для сохранения желаемой реакции, так как подкрепление поведения бывает не всегда одинаковым и регулярным. В большинстве случаев социальное поведение человека подкрепляется только иногда. Ребенок плачет неоднократно, прежде чем добьется внимания матери. Ученый много раз ошибается, прежде чем приходит к правильному решению трудной проблемы. В обоих этих примерах неподкрепленные реакции встречаются до тех пор, пока одна из них не будет подкреплена.

Небольшое изменение в стандартной процедуре  оперантного научения демонстрирует, как нейтральный стимул может  приобрести подкрепляющую силу для  поведения. Когда крыса научилась  нажимать на рычаг в "ящике Скиннера", сразу же ввели звуковой сигнал (сразу  после осуществления реакции), за которым следовал шарик еды. В  этом случае звук действует как различительный стимул (то есть животное учится реагировать только при наличии звукового сигнала, так как он сообщает о пищевом вознаграждении). После того, как эта специфическая оперантная реакция устанавливается, начинается угасание: когда крыса нажимает на рычаг, не появляются ни пища, ни звуковой сигнал. Через какое-то время крыса перестает нажимать на рычаг. Затем звуковой сигнал повторяется каждый раз, когда животное нажимает на рычаг, но шарик пищи не появляется. Несмотря на отсутствие первоначального подкрепляющего стимула, животное понимает, что нажатие на рычаг вызывает звуковой сигнал, поэтому оно продолжает настойчиво реагировать, тем самым ослабляя угасание. Другими словами, установленная скорость нажатия на рычаг отражает тот факт, что звуковой сигнал теперь действует как условный подкрепляющий фактор. Точная скорость реагирования зависит от силы звукового сигнала как условного подкрепляющего стимула (то есть от числа случаев, когда звуковой сигнал ассоциировался с первичным подкрепляющим стимулом, пищей, в процессе научения). Скиннер доказывал, что фактически любой нейтральный стимул может стать подкрепляющим, если он ассоциируется с другими стимулами, ранее имевшими подкрепляющие свойства. Таким образом, феномен условного подкрепления в значительной степени увеличивает сферу возможного оперантного научения, особенно если это касается социального поведения человека. Иначе говоря, если бы все, чему мы научились, было пропорционально первичному подкреплению, то возможности для научения были бы очень ограничены, и деятельность человека не была бы столь разнообразна[3].