Нравы и быт монголов глазами европейских путешественников

Иоанн де Плано Карпини, брат ордена миноритов, легат апостольского  Престола был послан к Татарам  и другим народам востока Папой  Римским и кардиналами. Первым делом  путешественники направились к  Татарам. Они сильно опасались, что  от монголов будет грозить опасность  Божьей Церкви. Они также боялись, что эти народы могут убить  их или взять в плен, измываться над ними и мучить. Но они не щадили себя, их цель – выполнить поручение  Папы и принести пользу христианам, узнав истинные намерения Татар, чтобы те не произвели кровопролития  среди христианского народа. Автор  призывает верить каждому его  слову, ибо он видел всё собственными глазами и пережил сам, просуществовав в этой земле год и четыре месяца, общался с пленными-христианами. Его спутником был принадлежащий  к тому же ордену брат Бенедикт.

Первая глава посвящается  земле Татар, ее количеству и природным условиям.

Земля Татар, по словам Плано Карпини, расположена в той части востока, где он соединяется с севером. С востока от них – Китай  и земля Салангов, с запада –  область Найманов, с юго-запада –  земля Гуиров, с юга – земля  Саррацинов, с севера – море. Земля  представляет собой горы и равнины, в основном она песчаная. На одной  части территории расположены леса, на другой их нет вовсе. Огонь Татары разводят из бычьего и конского навоза. Почти вся земля неплодородна, если не орошать ее речными водами. Но рек и ручьев там очень мало. Зато земля пригодна для разведения скота.

Погодные условия совершенно иные. Летом,  когда у всех тепло, у Татар бывают сильные громы и молнии, которые убивают много людей. Также в это время очень много снега, сильные бури с холодными ветрами, такие, что люди с трудом ездят верхом.  От ветра падают деревья, а пыль стоит столбом, поэтому людям тяжело смотреть. Зимой в этой земле никогда не бывает дождя, он идет только летом и то очень не долгое время, даже не успевает смочить корни трав. Часто там бывает крупный град. Плано Карпини приводит в пример, когда выпал столь сильный град, который снес имущество и жилища, а  после того, как растаял, утонуло 160 человек. Летом может быть сильный зной, резко сменяющийся холодом. Земля монголов велика, но мало пригодна для жилья.

Вторая глава рассказывает о людях, о внешнем виде лиц, о  супружестве, одеянии, жилищах и  имуществе.

Лицом они сильно отличались от европейцев. Между глаз и щек они шире, чем  другие люди, щеки сильно выделяются от скул, плоский и маленький нос, небольшие глаза, ресницы приподняты до бровей. Татары маленького роста  с тонкой талией и небольшими ногами. Борода у всех очень короткая. Голову бреют на три пальца ширины от одного уха до другого, на маковке имеют гуменце, надо лбом бреют два пальца ширины, остальные волосы оставляют расти, делая из них две косы, завязывая каждую за ухом.

Жен у каждого столько, сколько  он в состоянии содержать. Они  могут сочетаться браком с любой родственницей, кроме матери, дочери, сестры от той же матери. На сестрах от другой матери и женах умершего отца или брата они могут жениться. Будущих жен покупают у родителей очень дорого .После смерти мужа женщине тяжело заново вступить в брак.

Одеяние и у мужчин, и у женщин однообразное.  У них нет ни плащей, ни шуб, ни шляп, ни шапок. Носят  кафтаны из букарана, пурпура и  балдакина, которые сверху до низу разрезаны  и запахиваются на груди ; с левого боку они застегиваются одной, а на правом – тремя пряжками, на левом также боку разрезаны до рукава. Полушубки шьются таким же образом, но верхний полушубок имеет волосы снаружи, а сзади он открыт, он с хвостиком, висящим сзади до колен. Замужние женщины носят широкий и разрезанный спереди до земли кафтан. На голове носят нечто круглое из прутьев или из коры, длиною в один локоть и заканчивающееся наверху четырехугольником. Убор увеличивается в ширину, наверху имеет один длинный и тонкий прутик из золота, серебра или дерева или даже перо, он нашит на шапочку, которая простирается до плеч и покрыта букараном или пурпуром. Без убора они никогда не появляются на людях. Молодых девушек с трудом можно отличить от мужчин, так как одеваются они во всем также.

Ставки круглые в виде палатки из прутьев. Наверху в середине круглое окно, откуда попадает свет, а также для выхода дыма потому, что в середине всегда разведен огонь. Двери из войлока, стены и крыши тоже покрыты войлоком. Некоторые быстро разбираются и переносятся на вьючных животных, другие не могут разбираться, но перевозятся на повозках. Куда бы они ни шли, на войну ли или в другое место, они всегда перевозят их с собой.

Татары очень богаты скотом: верблюдами, быками, овцами, козами и  лошадьми. Вьючного скота у них  такое огромное количество, какого, по мнению автора, нет и в целом  мире; свиней и иных животных нет  вовсе.

Третья глава  повествует об обычаях, богопочитании, о том, что они признают грехами, о гаданиях и очищениях и погребальном обряде.

Они веруют в единого Бога, которого признают творцом видимого и невидимого, блаженства  и мучений, однако они не молятся ему и  не совершают обрядов. У них есть человекообразные идолы из войлока, они ставят их с обеих сторон двери  ставки и вкладывают в них нечто  из войлока, сделанное наподобие  сосцов, и признают их за охранителей  стад, дарующих им обилие молока и приплода скота. Других идолов делают из шелка. Некоторые ставят их на прекрасной закрытой повозке пред входом в ставку, а кто украдет что-нибудь из нее, они убивают без всякого сожаления. Делают этих идолов пожилые хозяйки, собиравшиеся вместе, а когда сделают, убивают овцу, едят ее и сжигают кости. Если кто-то болен, делают идола и вешают над кроватью больного. Вожди, тысячники и сотники всегда имеют козла в середине ставки. Когда начинают есть или пить прежде всего приносят идолам часть кушанья. Когда убивают зверя, приносят блюдце с сердцем идолу, который находится на повозке, и оставляют до утрапотом варят его и едят. Делают идол для императора, с почетом ставят его на повозке перед ставкой и приносят ему много даров. Посвящают ему лошадей, на которых все боятся садиться до самой их смерти. Посвящают ему также и иных животных, и если убивают их для еды, то не сокрушают у них ни единой кости, а сжигают огнем. В полдень также они поклоняются ему как Богу и заставляют поклоняться некоторых знатных лиц, которые им подчинены.Однажды Татары убили князя Михаила за то, что он отказался поклоняться Чингисхану, так как христиане не кланяются мертвым. Татары также набожно поклоняются солнцу, луне и огню воде и земле. Они никого не заставляют отказываться от своей веры или закона, однако некоторые предполагают, что получив единовластие, они заставят всех покланяться этому идолу. Однажды хан Бату приказал жениться брату убитого русского князя на его жене, но так как у христиан так не принято, оба долго отказывались, тогда он принудил их к этому.

Хотя у них нет никакого закона о справедливых деяниях или  предостережении от греха, они имеют  некоторые предания о том, что  называют грехами. Например, вонзать  нож в огонь, касаться огня ножом, или извлекать ножом мясо из котла, рубить топором возле огня, ибо  они веруют, что таким образом  должна быть отнята голова у огня; же опираться на плеть, которой погоняют коня; касаться стрел бичом; ловить или убивать молодых птиц, ударять  лошадь уздою; ломать кость о другую кость проливать на землю молоко или пищу, мочиться в ставке, но если кто это сделает добровольно, его убивают, если иначе, он должен заплатить  колдуну за очищение ставки, пока это  не произойдет, никто не должен входить  в нее. Если кому положат в рот  кусочек, и он не может проглотить его и выбросить его изо  рта, то под ставкой делают отверстие, вытаскивают его через это  отверстие и без всякого сожаления  убивают. Если кто наступает на порог  ставки какого-нибудь вождя, то его умерщвляют. Убивать людей, нападать на земли других, захватывать имущество других всяким несправедливым способом, предаться блуду, обижать других людей, поступать вопреки запрещениям и заповедям Божиим отнюдь не считается у них греховным. Они ничего не знают о вечной жизни и вечном осуждении; веруют, что после смерти станут жить в ином мире, будут умножать свои стада, есть, пить и делать другое, что делают все, что живущие в этом мире.

Они любят гадать по полету птиц и внутренностям животных, интересуются чародейством и волшебством. Бога, который  отвечает им ( но которого автор называет демоном) они именуют Итога, они  страшно боятся и чтут его, приносят ему дары, делают все согласно его  ответам. Все, что они делают нового, они начинают в начале луны или  в полнолуние, именуя луну великим  императором, преклоняются перед ней  и молятся. Солнце называют матерью  луны, потому что она получает свет от солнца. Татары верят, что огнем  все очищается, поэтому когда  к ним приходят послы или вельможи, то им вместе с их дарами надлежит пройти между двух огней, чтобы очиститься, дабы они не устроили какого-нибудь отравления и не принесли яду или  зла. . Если кто-то смертельно заболеет, на ставке выставляют копье и обвивают вокруг черным войлоком, и чужой  не смеет вступить в его ставку. Присутствующие при чьей-либо смерти  не могут входить в орду князя или императора до новой луны. Знатных лиц хоронят тайно в поле вместе со ставкой, сидящими посредине, перед ними ставят стол и корыто, полное мяса, и чашу с кобыльим молоком, и вместе с ними хоронят кобылу с жеребенком и коня с уздечкой и седлом, а другого коня съедают, набивают кожу соломой и ставят ее повыше на двух или четырех деревяшках, чтобы у них была в другом мире ставка, где жить, кобыла, чтобы получать от нее молоко и даже иметь возможность умножать себе коней, и кони, на коих он мог бы ездить, а кости того коня, которого они съедают за упокой его души, они сжигают. Золото и серебро они хоронят таким же образом вместе с ним. Повозку, на которой везут его, ломают, а ставку его разрушают, и никто до третьего поколения не называет умершего его собственным именем.

В поле удаляют траву с  корнем, делают большую яму и с  боку этой ямы делают яму под землею и кладут под покойника раба-любимца. Раб лежит под ним долго, затем его вытаскивают, чтобы он мог вздохнуть, так происходит трижды, если он уцелеет, то становится свободным. Сверху захоронения кладут траву, чтобы нельзя было найти это место. В их земле два кладбища: императорское, княжеское и вельможеское, а другое – то, на котором похоронены те, кто был убит в Венгрии. К этим кладбищам никто не подходит, кроме сторожей, а если кто подойдет, его обнажают и подвергают очень злым побоям. Автор сам случайно забрел на это кладбище, но сторожа дали им уйти, так как они были послами и не знали обычая страны.  Родственников усопшего и всех, кто пребывает в его ставках, нужно очистить огнем. Устраивают два огня и рядом с огнями ставят два копья с веревкой на верхушке копий, и над этой веревкой привязывают обрезки из букарана; под этой веревкой и привязками между упомянутых двух огней проходят люди. И присутствуют две женщины, прыскающие воду и произносящие заклинания.

Четвертая глава  посвящена хорошим и дурным нравам Татар и их пище.

Татары повинуются своим  владыкам больше, чем остальные люди, более всех уважают их. Пререкания бывают редко, драк не бывает вовсе  также как войн, ссор, ран, человекоубийства между друг другом.. Там нет разбойников  и воров, поэтому их ставки и повозки  не закрываются замками. Они помогают искать пропавшее имущество, например скот. Люди чтят друг друга, все дружны; делятся пищей между собою. Они  выносливы, поэтому, голодая, не выражают нетерпения, а поют и играют, как  будто хорошо поели. Спокойно выносят  свои погодные условия. Татары не изнеженные. Взаимной зависти у них нет; они  сплоченные, поддерживают насколько  могут, по средствам. Женщины целомудренны, и о бесстыдстве их ничего среди  них не слышно; однако некоторые  из них в шутку произносят достаточно позорных и бесстыдных слов. Несмотря на пьянство, никогда не вступают в словопрения или драки.

Татары слишком гордые по сравнению с другими людьми и презирают всех. Они очень  вспыльчивы и раздражительны, лживы, льстивы, коварные обманщики, хитрые. Пьянство почетно. Они очень алчны и  скупы, попрошайки, но очень скупы. Убийство других людей не считается чем-то плохим. Их пищу составляет все, что  можно разжевать, они едят собак, волков, лисиц и лошадей, а в  случае нужды и человеческое мясо. Они едят также очищения, выходящие  из кобыл вместе с жеребятами. Плано  Карпини рассказывает, что видел  даже, как они ели вшей и мышей. Скатертей и салфеток у них  нет. Хлеба тоже нет, как зелени и  овощей,  ничего, кроме мяса. Жир от мяса они вытирают о сапоги или траву. Один разрезает пищу, другой раздает кусочки. Они не моют посуду, а если иногда и моют мясной похлебкой, то снова с мясом выливают в горшок. У них считается великим грехом, если что-то погибнет из питья или пищи, поэтому они не бросают собакам кости, пока сами не высосут мозжечок. Платья свои они не моют. . Кобылье молоко пьют в огромном количестве, пьют также овечье, коровье и верблюжье молоко. У них нет вина, пива и меду, если этого им не пришлют и не подарят другие народы. Зимой, так как нет кобыльего молока, они варят просо с водою, размельчая его, чтобы пить. И каждый пьет поутру чашу или две, и днем они больше ничего не едят, а вечером каждому дается немного мяса, и они пьют мясную похлебку. Летом они редко едят мясо, если им случайно не подарят его, или они не поймают на охоте.

У Татар есть закон убивать  мужчину или женщину, которых  они застанут в явном прелюбодеянии.  Воров убивали сразу, как и шпионов. За оскорбление старших – жестокое избиение. Между сыном от наложницы и от жены нет разницы, но отец дает каждому из них, что хочет, и если он из рода князей, то сын наложницы является князем постольку же, как и сын законной супруги. И если один Татарин имеет много жен, то каждая из них сама по себе имеет свою ставку и свое семейство; и один день он пьет, ест и спит с одной, а другой день с другою, одна из них считается старшей, и он бывает с ней чаще.

Мужчины ничего не делают, кроме  упражнений в стрельбе. Все они  хорошие стрелки, и дети их, с двух лет начинают ездить верхом и управляют  лошадьми, скачут на них, и им дают лук  по возрасту, и они учатся пускать  стрелы, ибо они очень ловки, а  также смелы. Девушки и женщины  ездят верхом и ловко скачут на конях, как мужчины. Стремена у них  очень короткие, лошадей они очень  берегут. Жены их все делают: шьют одежду и обувь, правят повозками и чинят  их, вьючат верблюдов. Все женщины  носят штаны, а некоторые и  стреляют, как мужчины.

Пятая глава описывает  зарождение державы Татар, их князей и власть императора.

Земля Татар именуется  Монгал. Эта земля имела некогда  четыре народа: один назывался Йека-Монгал, то есть великие Монгалы, второй назывался  Су-Монгал, то есть водяные Монгалы, сами же себя они именовали Татарами от некоей реки, которая течет чрез их страну и называется Татар; третий народ назвался Меркит, четвертый  – Мекрит. Все эти народы имели  одну форму лиц и один язык, хотя между собою они разделялись  по областям и государям. . В земле  Йека-Монгал появился Чингис, который  научил людей воровать и грабить  добычу. Далее, он ходил в другие земли и не оставлял пленять и  присоединять к себе кого только мог, людей  своего народа он преклонил  к себе, и они следовали за ним, как за вождем. После этого, вместе со всеми ними, он подчинил Меркитов, страна которых была расположена  возле земли Татар. Найманы и  Кара-Китаи также были побеждены  Монгалами, и большая часть их была убита, а другие, которые не могли ускользнуть, были обращены в  рабство.  После тяжелого поражения  в битве с китайцами, Чингис снова подготовился к бою и вышел на войну против земли Гуиров; эти люди – христиане несторианской ереси; их он также покорил войною, и Татары приняли их грамоту, ибо прежде не имели никаких письмен. Двинувшись отсюда против земли Сари-Гуйюр и против земли Каранитов, и против земли Войрат, и против земли Комана, Чингис покорил войною все эти земли. После долгой борьбы с китайцами, Татары покорили большую часть земли китайцев, императора их заперли в его главном городе. Они осаждали его так долго, что у войска не хватило вовсе съестных припасов, и Чингисхан приказал им, чтобы они отдавали для еды одного человека из десяти. Затем они хитростью взяли город, убили императора и взяли все богатства. . И тогда впервые, после победы над императором Китаев, Чингисхан сделался императором. На дальнейшие завоевания он отправлял своих сыновей. Чингисхан издал постановление, что всякого, кто, превознесся в гордости, пожелает быть императором собственною властью без избрания князей, должно убивать без малейшего сожаления; и, что Татары должны подчинить себе всю землю и не должны иметь мира ни с каким народом, если прежде не будут они подчинены. . Он установил также, что их войско должно быть разделено под начальством тысячников, сотников, десятников и тьмы (то есть десять тысяч). Чингисхан был убит ударом грома.

Император Татар имеет  высочайшую власть над всеми. Никто  не имеет право пребывать в  другой стране, если император не укажет ему. Он указывает, где пребывать  вождям, вожди - тысячникам, тысячники- сотникам, сотники - десятникам. Они  повинуются ему без всякого противоречия. Куда бы он ни отправлял послов, им должны давать подводы и содержание, но послы, приходящие из других стран, терпят большую нужду. При дворах князей дается им поесть раз в день, и  очень мало; если им причиняют обиды, они не могут жаловаться, поэтому им следует терпеливо сносить все эти обиды. Все Татары как знатные, так и незнатные, выпрашивают у них много подарков, а если они не получают, то низко ценят послов, а если послы отправлены великими людьми, то они не желают брать от них скромный подарок. Поэтому и автору пришлось отдать по нужде на подарки большую часть тех вещей, которые дали им для продовольствия. Все принадлежит императору, имущество, вьючный скот и люди.  Ту же власть имеют во всем вожди над своими людьми. Татары и другие, распределены между вождями. Все обязаны давать императору для дохода кобыл, чтобы он получал от них молоко. Среди них нет никого свободного. Император и вожди берут из их имущества все, что ни захотят и сколько хотят.

По смерти императора вожди  выбрали в императоры Оккодая, сына Чингисхана. Он подчинил себе земли  Высокого Султана и Бисерминов, землю  Турков и произвели множество  погромов в земле Русской, взяли  столицу Киев, опустошили всю Русь, затем сразились с Венграми и  Поляками. Возвратившись оттуда, они  пришли в землю Мордванов, продвинувшись  отсюда против Булгарии, против великой  Венгрии, против Самогедов, потом вернулись  в Команию. Побеждены Кергисы, Армены, взяли землю солдана Урумского и Халапии , земли калифа Балдахского. Все правители этих земель посылали вместе с данью великие дары, прося прощения.

В шестой главе  рассказывается о войнах и разделении войск, об оружии и хитростях при столкновении, об осаде укреплений и вероломстве их против тех, кто сдается им, и о жестокости против пленных.

Чингисхан приказал, чтобы  во главе десяти человек был поставлен  десятник, а во главе десяти десятников - сотник, а во главе десяти сотников - тысячник. Во главе всего войска два-три вождя, но они подчиняются  одному. Когда находятся на войне, если из десяти человек хоть один бежит, то все они умерщвляются, и если бегут десять, а не бегут другие сто, то все умерщвляются, а если из десяти попадают в плен хоть один, другие же товарищи не освобождают его, то они также умерщвляются. Все должны иметь два- три лука, три больших колчана, полных стрелами, один топор и веревки, чтобы тянуть орудия. У богатых есть мечи, острые в конце, режущие только с одной стороны и немного кривые; у них также есть вооруженная лошадь, прикрытия для голеней, шлемы и латы. Некоторые имеют латы и прикрытия для лошадей из кожи. Латы имеют четыре части: одна часть простирается от бедра до шеи, но она сделана согласно расположению человеческого тела, так как сжата перед грудью, а от рук и ниже облегает кругло вокруг тела; сзади кладут другой кусок, который простирается от шеи до того куска, который облегает вокруг тела; на плечах передний и задний кусок прикрепляются пряжками к двум железным полосам, которые находятся на обоих плечах; на обеих руках сверху они имеют кусок, который простирается от плеч до кисти рук, которые также ниже открыты, и на каждом колене они имеют по куску; все эти куски соединяются пряжками. Шлем сверху железный или медный, а то, что прикрывает кругом шею и горло, – из кожи. У некоторых всё это составлено из железа: делаются одна тонкая полоса шириною в палец, а длиною в ладонь, приготавливается много полос; в каждой полосе делается восемь маленьких отверстий и вставляется внутрь три ремня плотных и крепких, кладутся полосы одна на другую, как бы поднимаясь по уступам, и привязываются вышеназванные полосы к ремням тонкими ремешками, которые пропускаются чрез отмеченные выше отверстия; в верхней части вшивается один ремешок, который удваивается с той и другой стороны и сшивается с другим ремешком, чтобы полосы крепко сходились вместе, и образуют из полос один ремень, а после связываются все по кускам. Они делают это как для вооружения коней, так и людей. Они начищают до блеска так, что человек может видеть в них свое лицо. У некоторых копья, и на шейке железа копья они имеют крюк, которым стаскивают человека с седла. Длина их стрел составляет два фута, одну ладонь и два пальца. Железные наконечники стрел остры и режут с обеих сторон; они всегда носят при колчане напильники для натачивания стрел. Щит сделан из ивовых прутьев, но они носят его только в лагере и для охраны императора и князей, да и то только ночью. У них есть также и другие стрелы для охоты на  птиц, зверей и безоружных людей, в три пальца ширины.

Когда Татары хотят пойти  на войну, они отправляют вперед передовых  застрельщиков, у которых с собой  ничего нет, кроме войлоков, лошадей  и оружия. Они не грабят, не жгут дома, не убивают зверей, и только ранят  и убивают людей или  обращают их в бегство. За ними следует войско, которое, наоборот, забирает все, что находит. Стоящие во главе войска посылают после этого глашатаев, которые должны находить людей и укрепления, и они очень искусны в розысках. Через реки они переплавляются так: более знатные имеют круглую и гладкую кожу, на поверхности которой кругом они делают частые ручки, в которые вставляют веревку и завязывают так, что образуется некий круглый мешок, который наполняют платьями и иным имуществом, и очень крепко связывают; после этого в середине кладут седла и другие более жесткие предметы; люди также садятся в середине. И этот корабль они привязывают к хвосту лошади и заставляют плыть вперед, наравне с лошадью, человека, который управляет ей. Или иногда они берут два весла, ими гребут по воде и таким образом переправляются через реку, лошадей же гонят в воду, и один человек плывет рядом с лошадью, которою управляет, все же другие лошади следуют за той и таким образом переправляются через воды и большие реки. Более бедные имеют кошель из кожи, крепко сшитый; всякий обязан иметь его. В этот кошель они кладут платье и все свое имущество, крепко связывают этот мешок вверху, вешают на хвост коня и переправляются, как сказано выше.

Как они завидят врагов, они идут на них, и каждый бросает  в своих противников три или  четыре стрелы; и если они видят, что не могут их победить, то делаю  вид, что отступают, чтобы враги  преследовали их до тех мест, где  они устроили засаду. Иногда они  ждут,  пока войско врагов не разделится, и тогда они опустошают всю  землю. В войнах они  хитры, так  как сражались с другими народами уже сорок лет и даже более. Когда они хотят приступить к  сражению, то располагают все войска так, как они должны сражаться. Вожди  или начальники а не вступают в  бой, стоят вдали против войска врагов и имеют рядом с собой на конях отроков, а также женщин и лошадей. Иногда они делают изображения  людей и помещают их на лошадей, чтобы запугать врага – будто воюющих больше. Пред лицом врагов они посылают отряд пленных и других народов, которые находятся между ними, храбрых людей они посылают справа и слева, чтобы их не видали их противники, и таким образом окружают противников и замыкают в середину, начиная сражаться со всех сторон. Догоняя убегающих воинов, они убивают еще больше, чем на поле сражения.

Если встретится крепость, они ее окружают так, что никто не может войти или выйти; они храбро сражаются орудиями и стрелами и ни на один день или на ночь не прекращают сражения, так что находящиеся на укреплениях не имеют отдыха; сами Татары разделяют войска, и одно сменяет в бою другое, так что они не очень утомляются. Если они не могут овладеть укреплением, то бросают на него греческий огонь; мало того, они обычно берут иногда жир людей и выливают его в растопленном виде на дома; там, где огонь попадает на этот жир, он горит неугасимо. Если возможно, они потопляют укрепление. Если же это сделать нельзя, то они делают подкоп, а когда они уже вошли, то одна часть бросает огонь, чтобы сжечь его, а другая часть борется с людьми того укрепления. Если же и так они не могут победить его, то ставят против него свой лагерь или укрепление, чтобы не видеть тягости от вражеских копий, и стоят против него долгое время, если войско, которое с ними борется, случайно не получит подмоги и не удалит их силою. Когда они стоят против укрепления, то много обещают его жителям, чтобы те отдались в их руки, а когда те выйдут к ним, то Татары спрашивают, кто из них ремесленники, и их оставляют, а других, исключая тех, кого захотят иметь рабами, убивают топором. Во время же войн они убивают всех, кого берут в плен. Назначенных на убиение они разделяют между сотниками, чтобы они умерщвляли их обоюдоострою секирою; те же после этого разделяют пленников и дают каждому рабу для умерщвления десять человек.

В седьмой главе  говорится о том, как Татары заключают мир и о жестокости, которую они проявляют к своим подданным.

Они не заключают мир ни с кем, если те им не подчинятся. Татары требуют от них, чтобы шли с  ними в войске против всякого человека, когда им угодно, и чтобы они  давали им десятую часть от всего, как от людей, так и от имущества. Каждый, как малый, так и большой, даже однодневный младенец, и бедный, и богатый должен был платить  дань в размере одной шкуры  белого медведя, одного черного бобра, одного черного соболя и одной черной лисьей шкуры. И всякий, кто не даст этого, должен быть отведен к Татарам и обращен в их раба. Они посылают за государями земель, чтобы те являлись к ним без замедления; когда они приходят, то не получают никакого должного почета, и им надлежит подносить великие дары вождям, их женам, чиновникам, тысячникам и сотникам, даже рабы, просят у них даров. Многих они губят также напитками или ядом. У тех, которых они отпускают, они требуют сыновей или братьев, которых больше никогда не отпускают. Башафов – наместников своих, они ставят в земле тех, кому позволяют вернуться, те разрушают города и землю, а людей, которые в ней находятся, убивают при помощи сильного отряда Татар, требуют и забирают без всякого условия золото и серебро и другое, что угодно и сколько угодно. Они берут дань также с тех народов, которые находятся далеко от них и смежены с другими, которых они боятся и которые им не подчинены, и поступают с ними участливо, чтобы те не привели на них войска.

В среде земель, которых  они являются господами, они забирают всех лучших ремесленников и приставляют  их ко всем своим делам. Другие ремесленники платят им дань от своего занятия. Все  посевы они убирают в житницы  своих господ; но те отпускают им семян и столько хлеба, сколько  им достаточно для продовольствия; другим же каждому они дают на день хлеба на вес и небольшую порцию мяса трижды в неделю. И они делают это только для тех ремесленников, которые пребывают в городах. Сверх того, когда угодно господам, они забирают всех юношей с женами и сыновьями и заставляют идти сзади себя со всеми своими слугами. В войнах они идут первыми, если приходится перейти болото, то им надлежит сперва изведать брод. Если они кого-нибудь оскорбят или не повинуются, то их бьют. Они мало едят, пьют и скверно одеваются, если только они не смогут что-нибудь заработать в качестве золотых дел мастеров и других хороших ремесленников. Но некоторые имеют таких плохих господ, что те им ничего не отпускают, и у них нет времени, чтобы заработать. Те, которых держат в дома в качестве рабов, ходят в меховых штанах, а остальное тело все голое, несмотря на сильнейший солнечный зной, а зимою они испытывают сильнейший холод. Некоторые от сильной стужи теряли пальцы на ногах и руках; другие умирали или также от сильной стужи все члены тела их становились непригодными.

Восьмая глава  о том, как нужно встретиться с Татарами на войне, об укреплении крепостей и городов и что необходимо делать с пленными.

Замысел Татар состоит  в том, чтобы покорить себе весь мир. Поэтому они не заключают мира ни с кем, если только те не предаются  в их руки. Кроме христианских, нет  ни одной страны в мире, которой  бы они не владели. Куйюкхан поднял со всеми князьями знамя против Церкви Божией и Римской Империи, против всех царств христиан и против народов  Запада, в случае если бы они не исполнили  того, что он приказывает Господину  Папе, государям и всем народам  христиан на Западе. Автор считает, что не следует это исполнять  как по причине невыносимого рабства, в которое они обращают все  народы, им подчиненные, так и потому, что к ним нет никакой веры, ни один народ не может доверять их словам. Почитание Бога сводится у них ни к чему, души погибают, тела терпят мучения больше, чем можно поверить; они льстивы, а после жалят, терзают и мучают. Они меньше числом и слабее телом, чем христианские народы. В собрании были назначены ратники и начальники войска. Со всякой земли их державы из десяти человек они посылают троих с их слугами. Одно войско должно вступить через Венгрию, другое – через Польшу; срок похода - 18 лет. Император сам сказал, что желает послать свое войско в Ливонию и Пруссию. Он замышляет разорить или обратить в рабство всю землю. Если они будут плохо сражаться, то будут убиты, а если хорошо, то Татары удержат их льстивыми речами, и сулят им, что сделают их великими господами, а после того обращают их в рабов; так же поступают с женщинами, которых желают держать в качестве рабынь и наложниц. Если христиане хотят сохранить себя, свою землю и христианство, то царям, князьям, баронам и правителям земель надлежит собраться воедино и послать против них людей на бой, прежде чем они начнут распространяться по земле.

Желающие сражаться с ними должны иметь крепкие луки, баллисты, которых они очень боятся, достаточное количество стрел, палицу из хорошего железа, или секиру с длинной ручкой, мечи и копья с крючком, чтобы иметь возможность стаскивать их с седла, ножики и двойные латы, так как стрелы их нелегко пронзают их, шлем. В общем, Плано Карпини призывает христиан бороться с Татарами их же методами, использовать те же оружия и защиту, также делить войско и строиться, быть к ним также жестокими и быть готовыми к их хитрости. 

Местоположение крепостей  должно быть таково, чтобы их нельзя было завоевать орудиями и стрелами, чтобы у них было достаточно воды и дров, чтобы нельзя было, насколько  возможно, пресечь к ним вход и  выход и чтобы было достаточное  количество лиц, могущих сражаться  попеременно. Должно иметь запас  продовольствия, достаточный на много  лет; следует все же тщательно  сохранять съестные припасы и  изводить их в определенных размерах, так как неизвестно, сколько времени  придется быть заключенными в крепости. Другие же крепости и города, не имеющие  подобного положения, надлежит сильно укрепить глубокими и обнесенными  стенами рвами и хорошо устроенными  стенами; и нужно иметь достаточное  количество луков и стрел, камней и пращей.

Если же какие-нибудь Татары будут на войне сброшены со своих  лошадей, то их тотчас следует брать  в плен, потому что, будучи на земле, они сильно стреляют, ранят и убивают  лошадей и людей. И, если их сохранить, они могут оказаться такими, что  из-за них можно получить, так  сказать, вечный мир и взять за них большие деньги, так как они очень любят друг друга, но надо приставить бдительный караул, чтобы они не убежали.

Последняя глава  повествует об областях земли Татар и об их положении, о дворе императора и его князей.

Отправляясь к Татарам, путешественники  прибыли сначала к королю Богемскому. Он был благосклонен, рассказал какая  дорога лучше для путешествия, дал  хороших провожатых и продовольствие. Поехали через Польшу и Россию.  Ехали в смертельной опасности  из-за Литовцев, которые часто и  тайно делали набеги на землю Русскую. После пересечения границы земли  Татар, дав подарки и получив  для подвод лошадей, мы поспешили  с их провожатыми отправиться  к Коренце. Там князь долго  выпрашивал у них дары, обещая достойного обращения. Взяв дары, их повели к князя, и научили, чтобы они трижды преклонили левое колено пред входом в ставку и бережно остереглись ступить  ногой на порог входной двери. Они поднесли ему грамоту Господина  Папы, но так как не было пригодного толмача, Татары не понимали содержания. Тогда они отправились ко двору  хана Бату , где им пришлось пройти между  двух огней и отдать все, что у  них было в качестве даров. Но Бату прочитав грамоту, направил их к Куйюку, нынешнему императору. Там им создали нормальные условия для проживания, дали продовольствие. Бату вручил императору перевод грамоты Господина Папы, через шесть дней, он отослал их к его матери, где собиралось торжественное заседание всех вождей. Заседание проходило в шатрах, хорошо охраняемое. Автора с его спутниками угостили пивом (так как они не пили кобыльего молока), чем оказали им великий почет. Эта ставка именуется Сыра-Орда. Затем они четыре дня ехали до шатра, называемого у них Золотой Ордой. У императора они прожили около месяца, получая паек на четверых, которого с трудом хватило бы на одного.  У Татарского императора обычай не разговаривать напрямую, с послами он общался через посредников. Императору было сорок пять лет или больше; он небольшого роста; очень благоразумен и чересчур хитер, весьма серьезен и важен характером. Никогда не видел человек, чтобы он попусту смеялся и совершал легкомысленные поступки. Живущие там христиане твердо веруют, что он должен стать христианином; признак этого они видят в том, что он держит христианских клириков и дает им содержание, пред большой своей палаткой имеет всегда христианскую часовню; и они поют всенародно и открыто и звонят к часам, согласно обычаю Греков. Целью возвращения автора в родную землю была передача грамоты от императора Татар Папе.  Они ехали всю зиму, приходилось часто спать на снегу в пустынях, где не было дерев. Получив проезжую грамоту от Бату, они удалились от него. Возвращались послы тем же путем. Русские также написали грамоту Папе и передали ее через них.