Общие признаки терроризма

Общие признаки терроризма:

 

1. Терроризм предполагает  достижение определенной политической  цели.

 

2. В отношении противостоящей  стороны применяется насилие  в той или иной форме либо  угроза использования такового.

 

3. Угроза насилия или  само насилие сопровождается  массовым устрашением, направленным  на частичную или полную деморализацию  объекта воздействия.

 

4. Цели террористического  воздействия:

 

 а) некоторые категории  граждан, определяемые по политическому,  социальному, национальному, религиозному  или иному принципу либо случайные  люди;

 

 б) Общественный порядок,  которым является конституционный  строй либо один из его элементов  (территориальная целостность, порядок  управления, экономическая мощь  и т.д.).

 

 Словари определяют понятие «терроризм» (от латинского “terror” – страх, ужас) как насильственные действия (убийство государственных и общественных деятелей, взрывы, захваты заложников и др.) преступных лиц с целью подрыва существующей власти, осложнения международных отношений, политических и экономических вымогательств у государств и корпораций.

 

 Нет простого, всеми  принятого определения терроризма. На это имеется множество причин. Одна из них опять-таки заключается  в том, что кое-кто из «правозащитников»  по-прежнему склонен видеть в  террористах «борцов за свободу». Большинство определений терроризма  говорят о систематическом применении  или угрозе применения физического  насилия против мирных жителей,  чтобы создать атмосферу страха  с целью достижения определенных  политических или социальных  перемен. О какой свободе речь?

 

 УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

 

 СТАТЬЯ 205. ТЕРРОРИЗМ

 

1. Терроризм, то есть совершение взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, если эти действия совершены в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения либо оказания воздействия на принятие решений органами власти, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях - наказываются лишением свободы на срок от пяти до десяти лет.

 

 Не знаю, насколько  эффективно действие данной статьи  Уголовного кодекса, который мы  все должны уважать и исполнять,  но для меня ясны следующие  положения по борьбе с терроризмом:

 

 Первое. Террористов нужно  либо насильственно изолировать  на очень длительный срок, либо  уничтожать. Никаких амнистий и  подобных послаблений. Ведь что  такое срок 5 лет? Он отсидит,  выйдет и продолжит свою деятельность. Все, хватит.

 

 Второе. Ни один террорист  не должен избежать такого  сурового, но единственно правильного  наказания.

 

 Третье. Так или иначе,  должны быть взяты на заметку  лица, составляющие среду, окружение  террориста, его родственники, соплеменники, единомышленники.

 

 Четвертое. Лица из  террористической среды должны  иметь возможность заработать  на жизнь, не занимаясь терроризмом  и политическим бандитизмом.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Геополитика террора 

 

Сопоставляя источники, можно  сказать, что лидер исламистского  террористического подполья развил в девяностые годы бурную деятельность, став фактически вездесущим в разных уголках земного шара.

 

Интересно, что «Аль-Каида», позиционировавшая себя в качестве защитницы мусульман от «иудеев  и крестоносцев» никак не отметилась в Палестине, хотя вопрос об Иерусалиме является основным для каждого движения радикального ислама. Ее боевики вообще не участвовали ни в одном арабо-израильском  конфликте.

 

Зато в регионах бывшего  социалистического лагеря, до этого  относительно спокойных и веротерпимых, бойцы этой организации приняли  активное участие в межрелигиозных конфликтах. Усама бен Ладен несколько раз побывал в Сараево. Британская журналистка Ив-Энн Прентис информировала, что видела в 1994 г. террориста №1, выходящим из кабинета боснийского президента Алии Изетбеговича. По некоторым данным, Изетбегович даже предоставил бен Ладену боснийское гражданство в благодарность за помощь в направлении в Боснию арабских моджахедов. Кстати, эти моджахеды проявили себя в Боснии зверствами против сербского населения, уничтожив по некоторым оценкам до 70 тысяч человек.

 

В 1998 г. руководитель албанской  разведки Фатос Клоси заявил, что в 1994 и 1995гг. бен Ладен приезжал в Албанию, где встречался с тогдашним президентом этой страны Сали Беришей и лидерами косовских сепаратистов Рамушем Харадинаем и Хашимом Тачи.

 

Орудовала сеть бен Ладена и в Центральной Азии. Так, бен  Ладен неоднократно встречался с лидерами подрывного «Исламского движения Узбекистана» (ИДУ) Тахиром Юлдашевым и Джумой Намангани, оказывал им немалую финансовую помощь и помогал координации их действий с талибами.

 

Закономерным является вопрос: откуда у бен Ладена появлялись финансовые средства на спонсорскую помощь всем экстремистам от Косова до Филиппин? 250 миллионов – большие деньги, но когда-то они должны были закончиться. Перекрыть каналы легального бизнеса  бен Ладена для ЦРУ с его  возможностями не составляло никакого труда. Некоторые источники выдвигают  версию о том, что бен Ладен в Афганистане занялся наркобизнесом и существенно пополнил свои финансы. Однако такая специфическая отрасль экономики как производство наркотиков и торговля ими предусматривает жесткую конкуренцию. Вряд ли бы афганские наркобароны потеснились, уступив место бен Ладену даже из идейных соображений. Напрашивается вывод о том, что у бен Ладена могли быть могущественные соратники или покровители.

 

11 сентября 2001г. происходят  теракты в Нью-Йорке, ответственность  за которые взял бен Ладен. Разрушение зданий ВТЦ и одного крыла Пентагона вызвали гибель трех тысяч ни в чем не повинных людей. Это беспрецедентное по своей жестокости преступление вызвало тектонические сдвиги в мировой политике, в числе которых оккупация американским войсками Афганистана и Ирака. В 2004г. Фиск решил вновь взять интервью у бен Ладена. Встретиться с ним лично он по понятным причинам не мог. Вопросник для лидера террористов английский журналист передал через своих пакистанских друзей. Один из вопросов был таким: «Каким образом бен Ладен считает себя защитником мусульман, если его деятельность вызвала приход американских оккупантов на земли дар-уль-ислам?». Бен Ладен ответил, что крестоносцы, придя на земли мусульман сами вырыли себе могилу, ведь теперь правоверные знают их истинное лицо.

 

Конец войны с терроризмом

 

Последние десять лет жизни  бен Ладена по идее должны были стать  кошмаром непрерывного бегства от ожесточенных мстителей. Примерно так и описывали  быт Усамы западные СМИ. Изредка  загнанный в горы Тора-Бора главарь  «Аль-Каиды» устраивал громкие теракты (например, в Лондоне и Мадриде  в 2005г.). В крайнем случае Усама мог появиться в Северном Вазиристане или забытой Богом Кветте.

 

Каково же было удивление  мирового сообщества после сообщения  о ликвидации международного террориста в пакистанском Абботобаде. Этот город с населением в полмиллиона человек расположен в 50 км от столицы страны – Исламабада. Здесь, в частности, расположен штаб Северного армейского корпуса пакистанской армии. В центре города, где был расположен дом бен Ладена, любили селиться представители высшего пакистанского офицерства и генералитета. Построить здесь особняк для одного из самых разыскиваемых в мире преступников было невозможно и практически и теоретически.

 

Бен Ладен погиб вовремя  для своих американских недругов и пакистанских врагов (покровителей?). Отношения между Пакистаном и  США из-за фактического переноса афганской  войны на пакистанскую территорию в  последние полтора года находились на нижней точке. Взаимное недоверие, отчетливо  проявившееся во время разоблачения американской дипломатической переписки  сайтом Wiki-Leaks, чуть было не обернулось разрывом. Вместе с тем в Пакистане отчетливо понимали, что без американской военной помощи и благожелательного отношения в индо-пакистанском конфликте страну ждут трудные времена. Американские спецслужбы и военные также понимают, что без пакистанской поддержки невозможно достойно уйти из Афганистана. Американский бюджет с его дефицитом уже неспособен нести бремя широкомасштабных военных действий, следовательно американское присутствие в Центральной Азии необходимо закреплять экономическими политическими методами, выводя войска. С гибелью бен Ладена у всех развязаны руки. Барак Обама объявил о конце войны с терроризмом, цель которой достигнута.

Пакистанское руководство, озабоченное приходом к власти в  Афганистане дружественного правительства, теперь может начать переговоры с  «умеренными талибами», не отягощенными больше связью с Аль-Каидой.

 

Неслучайно осведомленный  пакистанский журналист Сайед Салим Шахзад пишет о том, что ликвидации бен Ладена предшествовали контакты руководства ЦРУ и ИСИ, как напрямую так и при посредничестве некоторых саудовских принцев и духовного лидера исмаилитов Ага Хана. В частности за неделю до ликвидации бен Ладена (или его клона) руководитель ИСИ генерал-лейтенант Ахмед Шуджа Паша летал в США на встречу с руководством ЦРУ и в Париж для переговоров с Ага Ханом.  

 

Что же осталось от самого бен  Ладена, которого некоторые доморощенные конспирологи в 2001 г. отождествляли с «королем ужаса», предсказанным Нострадамусом? Останки бен Ладена американцы бросили в Персидский залив, хотя ни одно из положений шариата и фикха, детально регламентирующих правила погребения, не предусматривает похороны в море. Такое погребение гораздо более приличествовало бы главарю пиратской шайки, какому-нибудь капитану Флинту или Джеку Воробью, чем верующему мусульманину.

 

С идеологическим и богословским багажом бен Ладена дело обстоит  еще более плачевно. Понятно, что  создавая свое движение, он играл на чувствах миллионов мусульман, сопротивляющихся агрессивной культурной и экономической  вестернизации. Однако его альтернатива новому мировому порядку фактически означала торжество активного ничто и вела в тупик. На сегодняшний день исламской уммой выработаны два аргументированных ответа на вызов Запада. Первый является традиционалистским проектом, реализующимся с 1979 г. в Иране. Второй сформулирован исламскими демократами из числа «Братьев-мусульман», активно участвовавшими в свержении антинародного режима Мубарака в Египте. Оба категорически осуждают убийства беззащитных мирных людей и террор. Оба разрабатывают для исламского мира приемлемые социальные модели, а не вооруженные джамааты, пригодные лишь для кочевых бедуинов. Арабские революции 2011 г. покеазали, что народы дар-уль-ислам требуют справедливости и реального участия в управлении своих стран, а не хаоса и крови. В этом смысле вся деятельность покойного была скорее антиисламской, какими бы лозунгами он ее не оправдывал.              

 

Александр Кузнецов

 

 

 

ГЛАВА 16 ГЕОПОЛИТИКА ТЕРРОРА  КАВКАЗ И ТЕРРОР: ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ  АСПЕКТЫ

 

 

В последние годы именно Кавказ представляет собой регион, находящийся  в эпицентре масштабных террористических актов (Буденновск, Кизляр, Назрань, Беслан, Нальчик и т. д.). Будущее Кавказа  невозможно прогнозировать без учета  его предыдущего геополитического развития.

 

В эволюции геополитики Кавказа  можно выделить несколько этапов.

 

Первый этап — середина XVI — середина XVIII века. При Иване  Грозном русские пришли на Кавказ (одна из его жен была кабардинка). На протяжении нескольких веков после  этого на Кавказе была относительная  стабильность.

 

Второй этап — середина XVIII — середина XIX века. В конце 60-х  годов XVIII века Россия вступила в открытое столкновение с Турцией. В результате побед в Русско-турецких войнах (1768–1774 гг., 1787–1791 гг.) Россия получила ряд  новых территорий на Кавказе и  упрочила позиции в Закавказье. Это  повлекло резкое обострение отношений  с Ираном. Военное столкновение становилось  неизбежным. Детонатором послужило  освобождение Грузии от вассальной зависимости  от шаха и переход под власть русского царя. В первой трети XIX века Россия выиграла две войны у Ирана (1804–1813 гг., 1826–1829 гг.) и две у Турции (1806–1812 гг., 1828–1829 гг.). Эти победы закрепили  за Россией практически всю территорию Кавказа.

 

Третий этап — середина XIX — конец XIX века. Между Российской империей, с одной стороны, и Британской империей — с другой, началась глобальная геополитическая борьба, которая  привела к войне. Крымскую войну (1853–1856 гг.) Россия проиграла. Но Парижский  конгресс зафиксировал принадлежность Кавказа России как международно-правовую реальность. Парижский трактат создал внешнеполитические, а завершение Кавказской войны (1864 г.) — внутриполитические предпосылки для превращения  Кавказа в неотъемлемую часть  Российской империи и установления там относительной стабильности.

 

Четвертый этап — конец XIX века — 1917 год.

 

В конце XIX — начале XX века геополитическое значение Кавказа  возрастает в связи с вовлечением  его в мировое хозяйство. Богатые  природные ресурсы региона, прежде всего нефтяные, превращают его в арену острой экономической конкуренции мировых держав. На рубеже XIX–XX веков Российская империя была крупнейшим нефтедобытчиком в мире, а ее бакинские и грозненские нефтепромыслы занимали главное место в российской нефтяной промышленности. В Баку был представлен английский, шведский, немецкий капитал, а также американский в лице рокфеллеровской «Стандарт ойл».

 

Пятый этап — 1917–1922 годы.

 

После революции 1917 года интересы Запада к Кавказу не угасли. В  конце ноября 1917 года маршал Фош адресовал Лондону и Вашингтону меморандум «О мерах в отношении России». По его мнению, район Прикаспия должен находиться под англо-американским контролем с преобладанием там английского влияния. В 1918 году был составлен 15-летний план разработки месторождений Каспия британскими фирмами. В дележе решила принять участие и Америка. В 1919–1920 годах Англия взяла под свой контроль черноморские порты Грузии, в первую очередь Батуми и Поти, поскольку именно через них планировалось транспортировать азербайджанскую нефть. В английских политических документах того времени цель политики определялась как превращение Каспия во внутреннее море Британской империи, которая взяла бы под контроль судоходство по Волге. Вспомним, что 26 бакинских комиссаров были расстреляны солдатами Английского экспедиционного корпуса на Кавказе. Последовавшее в 1922 году образование Советского Союза сковало обручем внешних границ территорию закавказского региона, закрепив на том историческом этапе геополитический спор между Лондоном и Москвой в пользу последней.

 

Шестой этап — 1922–1991 годы.

 

Но Англия не собиралась мириться с этой ситуацией. Недавно опубликованы архивные материалы, содержащие, в частности, донесение советского агента — запись беседы с военным атташе Великобритании в Тегеране. Документ датируется 1923 годом. Полковник Сандерс, выражая надежду на смену большевистского режима, называл в ряду важных задач расчленение России, «чтобы легче управлять ею… Надо создать самостоятельную Закавказскую Республику из Грузии, Армении, Азербайджана и Дагестана. Это окончательно поставит Центральную Россию в зависимость от нас, особенно в отношении жидкого топлива, да и на Черном море мы окажемся хозяевами. Тайные комитеты уже работают, особенно в Грузии, Батуми, Тифлисе, Кутаиси, Хони, Гори, Сухуми, Азербайджане, Карабахе. С Арменией же дело обстоит хуже. Сторонников русских там больше. Армяне предпочитают большевизм еще и потому, что боятся одни в соседстве с турками без русской поддержки…».

 

В 1940 году должен был реализоваться  британо-французский план, который  предусматривал вторжение в СССР через Иран и Турцию. Тегеран и  Анкара своим отказом сорвали  этот план. Включение Кавказа в  СССР превратило его в геополитический  рычаг влияния Советского Союза  на Ближнем и Среднем Востоке. После 1945 года это влияние становится важным фактором равновесия между двумя сверхдержавами — СССР И США. Такой баланс держался до конца 1980-х годов, обеспечивая региональную и глобальную безопасность.

 

Седьмой этап — 1991–1994 годы.

 

После развала Союза наметился  процесс вхождения Кавказа в  новый миропорядок с доминирующей ролью США. Новые государства (Армения, Азербайджан, Грузия) столкнулись с  массой внутренних проблем, порожденных  распадом Союза и постсоветской  анархией, а также с проблемами поиска геополитических основ независимости. Стабильность Кавказа затрудняется наличием серьезных этноконфликтов в регионе (карабахский, абхазский, осетинский, чеченский и т. д.). Вдобавок ситуацию осложняет «нефтяная геополитика»: с 1991 года западные компании (прежде всего американские и английские — «Амоко», «Би-Пи», и др.) стали открыто внедряться в регион. Азербайджан с приходом к власти Народного фронта (май 1992 г.) официально взял курс на форсирование прозападной нефтяной стратегии. С этого момента началось конвергирование (вхождение в симбиоз) миротворческой и нефтяной дипломатии: Баку рассчитывал геополитической стратегией, нефтяной энергетикой, преодолеть зависимость от России и выйти на оперативный простор решения проблем страны. В силу географической закрытости региона от мировых рынков для Баку особое значение приобретала проблема выбора маршрута транзита нефти, и потому уже с 1992 года началась трубопроводная геополитическая война, охватившая весь регион. Из теоретически возможных и целесообразных маршрутов (северный через Россию, южный через Иран и западный через Грузию, Армению или Иран) устремлениям Баку отвечал проект Баку—Тбилиси. Прозападным маршрутом Баку хотел дистанцироваться от Москвы и наладить более надежное стратегическое партнерство по линии США—Турция. При этом в Баку особо не камуфлировали то, что в прозападную нефтепроводную стратегию закладывается и возможность политического урегулирования карабахского конфликта. Вплоть до 1994 года США и Россия соблюдали «джентльменский сговор»: конфликты контролировала Москва, а Вашингтон уверенно и энергично курировал нефть. В то же время Россия исподволь пыталась отстоять претензии и на нефть, а Запад перехватывал инициативу и в сфере миротворческой миссии. Такая ситуация сохранялась до середины 1994 года.

 

Восьмой этап — 1994–2003 годы.

 

В мае 1994 года в Бишкеке  под патронажем Москвы было заключено  соглашение о прекращении армяно-азербайджанской  войны. В это же время Азербайджан  официально одобрил «Партнерство во имя мира». В сентябре 1994 года в  Баку состоялось подписание с американо-британскими  компаниями, являющимися первым уровнем  управления Новой Британской империи, нефтяного «контракта века». Первый документ закреплял миротворческое (и военное) присутствие России, второй создавал предпосылки для внедрения в регион США и НАТО, третий фиксировал монопольные претензии США на нефть. В итоге проблемы миротворчества и нефтяной дипломатии сплелись в очень сложный геополитический узел: конфликты и трубопроводы становились составной частью большой игры, которая определяла геополитический климат Кавказа. Конфликт интересов все более трансформируется в блоковое противостояние: с одной стороны, Россия (Иран, Армения), а с другой — США (в альянсе с Турцией, Азербайджаном, Грузией). На сегодня зафиксирована четкая связь между «картой конфликтов» и «картой маршрутов». Уже не секрет, что нефтяная геополитика эксплуатирует «симбиоз конфликта и маршрута», а в ряде случаев провоцирует новые очаги. Все усилия России навязать оппонентам целесообразность «северного маршрута» (Баку—Новороссийск) были блокированы чеченским кризисом. А в декабре 1994 года начался вооруженный конфликт. Конфликт в Чечне, повысив коэффициент риска северного маршрута, существенно девальвировал шансы России на транспортировку каспийской нефти. Кстати, теракты происходят в основном у основных транзитных узлов перекачки нефти (Буденновск и т. д.). В этом контексте чеченская проблема (на сегодняшний день самая болезненная для России) представляет собой лишь часть нефтетранзита на Кавказе.

 

Девятый этап — 2003 год —  настоящее время. Турецкий маршрут  Баку—Супса—Джейхан был изначально в центре внимания Новой Британской империи.

 

Но именно этот наиболее приемлемый для них маршрут максимально  «напичкан» наличными и потенциально возможными конфликтами (армяно-азербайджанский, абхазский и т. д.). Кроме того, сохраняется «очаговая война» в  зоне курдского участка маршрута на территории Турции. Причем лидеры курдского  сепаратизма периодически заявляют о своих претензиях на участие  в нефтепроводной игре. По нашему мнению, автономия курдов в Ираке является своеобразной «платой» за стабильность маршрута нефтепровода через территории курдов. А по мере форсирования Новой  Британской империей планов реализации маршрута Баку—Джейхан все более  явно проступала тенденция взаимовлияния (а позже и тесного симбиоза) нефти и конфликтов. Невзирая на то, что весь ареал маршрута проходит через конфликты, Запад последовательно  наращивает геополитический вес  проекта Баку—Джейхан и начал  строительство по этому маршруту. Внедрение Новой Британской империи  в регион автоматически отсекает Иран от стратегического партнера —  России. В подобных условиях Иран и  Россия должны идти на более тесный военно-политический альянс с подключением Индии в рамках ШОС.

 

 

ВЫВОДЫ

 

Кавказ является ареной конфронтации геополитических интересов Новой  Британской империи и ослабленных  России и Ирана. По плотности конфликтов и интенсивности геополитической  конфронтации Кавказ является зоной  наиболее повышенного риска. Британо-американским транснациональным корпорациям  необходим плацдарм на Кавказе для  возможной военной акции против Ирана и для стратегического  давления на все более «не- послушную» Турцию. Также этот плацдарм нужен США как государству для организации антикитайских военно-политических действий. В этом республиканские стратеги-неоконсерваторы (окружение Дж. Буша) совпадают с глобалистами из демократической партии (за исключением группы Дж. Керри—Эд. Кеннеди, которые склоняются к многополярной картине мира). От развития грузино-осетинского и грузино-абхазского конфликтов зависит вся геополитическая ситуация на Кавказе и в целом в Евразии. Линия Саакашвили (и стоящих за ним сил Новой Британской империи) провокационна и ведет к негативным последствиям. Россия вместе с Ираном и другими странами ШОС должна остановить эскалацию напряженности на Кавказе. В данном случае очень важен нейтралитет Турции, который может быть обеспечен успешной работой газопровода «Голубой поток» по дну Черного моря. В связи с этим очень важно, что Президент России Владимир Путин посетил Турцию с рабочим визитом 17 ноября 2005 года и принял участие в мероприятиях по официальному открытию трансчерноморского газопровода «Голубой поток». В мероприятиях по открытию газопровода приняли участие также премьер-министр Турции Тайип Реджеп Эрдоган и итальянский премьер Сильвио Берлускони. «Голубой поток» — магистральный газопровод, предназначенный для прямых поставок российского газа в Турцию по дну Черного моря. Общая протяженность сухопутного и морского участков газопровода составляет 1213 километров. Строительство газопровода было завершено в декабре 2002 года.

 

Необходима также разработка стратегической (на период до 2020 г.), последовательной и целенаправленной политики России на Кавказе.