План 
 

Введение

     Человек, воспитанный на русской классической литературе, при слове «провинция» в первую очередь вспоминает город С. из чеховского «Ионыча», произведения Ф. Решетникова, А. Писемского, Г. Успенского, А. Платонова, Е. Замятина - бездорожье, грязь, скука, ограниченность интересов, узость кругозора, косность взглядов и привычек обывателей. Была ли в действительности такой жизнь российской глубинки?

     Моршанск XVIII-XIX веков - небольшой уездный городок  Тамбовской губернии. «Географическо-статистический словарь Российской империи» П. П. Семенова содержит данные о работе пристани на реке Цне, с которой ежегодно отправлялись сотни барж купцов «моршанского каравана» - в основном с хлебом и салом - на сумму более 4,5 млн. руб. (1849 г.). Согласно словарю Брокгауза и Ефрона, на моршанских фабриках и заводах трудилось 485 рабочих, и оборот составлял 723718 рублей (1880 г.). До пожара 1875 года в Моршанске было от 200 до 300 мельниц, многие из которых располагались в возвышенной северо-западной части города, что запомнилось писателю В. А. Гиляровскому, в 70-е годы посетившему город с труппой артистов.

     Удостоился  Моршанск посещения двух царственных  особ: будущего царя Александра II с его наставником поэтом В. Жуковским и последнего Российского Императора Николая II. Моршанская земля - родина астронома А. А. Михайлова, директора Пулковской обсерватории, скульптора Е. А. Лансере.

     Особым  смыслом наполняются страницы прошлого Моршанска, когда узнаешь о его  духовном облике.

     В одном из самых древних документов о городе, писцовой книге старых сел Верхоценской волости Тамбовского уезда (1688 год), содержатся сведения о Никольской церкви села Морши, о часовне на территории оборонительной крепости на Кашме, о келье старца Никодима, жившего в сосновом лесу.

     Моршанские  купцы не жалели денег на строительство храмов. Старинный Моршанск - это город многочисленных церквей, составлявших главное украшение великолепного архитектурного ансамбля. В 1857 году в Моршанске был освящен громадный Троицкий собор. В 1904 году в нем молился Император Николай II. По свидетельству соборной певчей Феодосии Чичевой, лицо его было в слезах. В своей речи перед городской знатью Государь сказал, что поражен великолепием собора, особенно иконостаса. Чудесным назвал собор Великий князь Михаил Александрович, посетивший его вместе с царем.

     К концу XIX века в Моршанске было 17 храмов: собор, приходские и домовые  церкви, часовни. Господь даровал  Моршанску юродивых Христа ради, прозорливцев, великих молитвенников за родную землю. К ним постоянно шли  люди из разных уголков России. Многим верующим во время войны были известны прозорливые слова схимонахини Херувимы: «Моршанск охраняют четыре столпа православной веры со всех четырех сторон света. Немец его не тронет».

     В 30-е годы XX века на православную веру, казалось, обрушились все темные силы: церковные службы были запрещены, взрывали моршанские храмы, расстреливали и сажали в тюрьмы священников, монахов и просто верующих людей. Но духовные традиции в городе не прерывались: со всех сторон на постоянное жительство в Моршанск приезжали священники, монашествующие и миряне, гонимые за веру. Они вливались в большую духовную семью. Семья эта жива и поныне. Традиции ее свято хранятся и передаются из поколения в поколение.  
 
 

Корни и истоки

     Моршанская  земля была заселена с глубокой древности. Обилие в этой местности рыбы, зверя и диких пчел привлекало людей. Крупная река этого региона Цна была естественным водоразделом, отделяющим степь от леса, а также диких и свирепых кочевников - степняков от жителей леса. Как степная, так и лесная полосы будущего Моршанского района были заселены мордвой, мещерой, татарами. Основным населением края надолго стала издревле сформировавшаяся в бассейне реки Цны из местных финно-угорских племен народность - мордва (мокша). Названия местных рек и сел - мордовские. По правому берегу Цны обнаружены городища и могильники древней мордвы (Крюково-Кужновский и Елизавето-Михайловский, расположенные в 5 и 7 километрах от города). Они относятся к VIII-XI векам и свидетельствуют о высокой культуре народа. Мордовские племена занимались подсечным земледелием, скотоводством, рыбной ловлей, бортничеством, различными кустарными ремеслами. Цнинская мордва поддерживала торговые, экономические, культурные связи со своими соседями, в том числе и славянами-вятичами, проживавшими на Рязанщине. Позже эта территория попадет в зону расселения восточных славян. Здесь была окраина русских земель, постоянно подвергавшаяся нашествию кочевников.

     В XIII веке освоение этого края было нарушено ордами Батыя, так как земля превратилась в поле брани. Хотя Поценье не входило в территорию Золотой Орды, отдельные татарские князья проникали в мордовские земли, захватывали их в качестве личных феодальных владений. Уже в 1298 году князь Бахмет Ширинский завладел землями по Цне и нижней Мокше. Цнинская мордва в конце XIV века, как видно из русских договорных грамот, считалась уже вассалом рязанских князей и регулярно платила им дань. О проживании русских в бассейне Цны в этот период почти ничего не известно. Лишь в грамоте строителя Шацкого Чернеева монастыря от 1583 года сообщается о старинной русской церкви, стоящей здесь «без пения сто лет». Этот факт косвенно свидетельствует о наличии русского населения в среднем течении Цны в XV веке. Некоторые ученые полагают, что славяне начали селиться здесь в XIII веке, после разгрома ханом Батыем Рязани, когда сорванные несчастьем с родных мест крестьяне бежали в этот глухой край, неся с собой русские обычаи и православную веру. В процессе археологических раскопок, проведенных в первой половине XX века основателем МИХМ П. П. Ивановым, на месте стоянок XIV-XVI веков (в 6 километрах от села Крюково, на Кашме) помимо предметов домашнего обихода и оружия были найдены древние христианские крестики.

     Крымские  татары, господствовавшие на обширном степном пространстве, начинавшемся за Тулой и Рязанщиной, совершали опустошительные набеги на русские земли, захватывая многочисленных пленных. Не избежала разорения и моршанская земля, все поселения на которой были уничтожены в XV-XVI веках. Но богатая зверем, рыбой и диким медом черноземная земля вновь и вновь манила к себе поселенцев.

Верхоценская  волость

     Взятие  в 1552 году войсками Иоанна IV Казани, а  позже - Астрахани привело к изменению политической ситуации на южных и восточных рубежах страны: сложилась благоприятная обстановка для освоения значительных территорий лесостепной зоны, что повлекло за собой строительство новых городов и сел. К этому времени относится строительство на левом притоке Цны реке Шаче города Шацка (в 70 километрах от Моршанска). Шацк стал центром Шацкой провинции, куда вошел и будущий Моршанск.

     Во  второй половине XVI века в составе  Шацкого уезда появилась новая  административная единица – Верхоценская волость, принадлежавшая татарам из рода Кудашевых. Она раскинулась на обширной территории от устья реки Цны до ее верховьев. Поселения волости возникали гнездовым методом: от одного крупного селения отпочковывались мелкие. Так появлялись группы поселений. Район Алкужи, например, объединял пять деревень, район Морши - три, Черкино - три. Расстояние между селениями внутри группы исчислялось несколькими километрами. Общая численность населения Верхоценской волости составляла около 10 тыс. человек. Писцы делили население волости на три группы: 1) мордва, 2) новокрещеная мордва и 3) старокрещеная мордва и русские крестьяне. В 1623 году более 60 процентов всего населения волости составляла мордва. Старинным занятием местного населения оставалось бортничество - добыча меда диких пчел. В первой трети XVII века Верхоценская волость превратилась в крупный хозяйственный центр юга России. На территории волости, которая в 1636 году отошла к тамбовскому уезду, имелось 31 поселение, в том числе и село Морша. Население Верхоценской волости часто подвергалось нападению татар. Так, в 1624 году особенно пострадали от татарских набегов села Сокольники и Морша. Они потеряли 30 человек пленными и 10 убитыми. О приближении неприятеля войско оповещали шацкие сторожи, находившиеся в нескольких днях пути от Шацка.

От  Морши до Моршанска

     Первые  сведения о селе Морша появляются в 1623 году в Шацкой писцовой книге Ф. Чеботова. Там отмечается, что село Морша было вотчиной рязанских архиереев и принадлежало Солотчинскому монастырю. Существует несколько версий образования села. По одной из них, древнее поселение людей находилось северо- восточнее современного города, на стыке дорог, недалеко от места впадения реки Кашмы в Цну. В продолжение 1601-1603 годов на Руси были неурожаи. Это заставило многих крестьян бежать от своих землевладельцев, отказавшихся кормить их в голодные годы. Есть все основания полагать, что часть населения Морши составили беглые крестьяне центральных областей.

     Единственной  известной летописью села Морши  является труд диакона Тимофея, служившего в 1700-х годах в Никольской церкви. Он написал летопись на основании рассказов «некоторых умных людей, отличавшихся выдающимися способностями, обладавших твердой памятью на запоминание исторических фактов», а также «на основании письменных документов». В настоящее время оригинал этого труда утерян. Сохранились лишь выписки из копии летописи, сделанные современным краеведом Иваном Гульшиным, согласно которым на месте нынешнего села не было никаких построек. Люди жили в погребах и ямах, словно звери. Они поклонялись идолам и приносили им в жертву рыб и животных. Главный их идол Чура был сделан из дерева, имел звероподобную голову и шесть рук. Поклонявшиеся ему люди назывались чураями. Однажды пришел из Яблоневой пустыни, расположенной в 18 верстах от Лебедяни, монах Симеон и поселился у чураев, встретивших его доброжелательно. Когда же Симеон начал проповедовать среди них учение Христа, то жрец чураев Морш начал гнать монаха из поселения, видя в нем врага, подрывающего его влияние на чураев. Более благоразумные чураи не принимали в этом участия. Однажды ночью Морш избил Симеона до полусмерти. Утром чураи, узнав об избиении Симеона, стали жалеть страдальца. Внезапно Морш упал на землю и в сильных судорогах скончался. Это произвело на чураев столь сильное впечатление, что после сожжения трупа Морша все 30 жителей крестились у Симеона. Место поселения чураев стало называться Моршев стан.

     Позднее на Моршев стан пришли с Волги болдыри - христиане и научили чураев ловить рыбу в реках, волков и лис с  помощью ям, белок - силками-капканами. Несмотря на разное происхождение, чураи и болдыри жили дружно. Вскоре болдыри ушли, оставив лишь троих, а вернулись с женами и детьми, и на двенадцати лошадях привезли домашний скарб, сети, бредни, железные рогатины для охоты на зверей, копья, топоры и «буровы для рытья колодцев», привели коров, овец, собак. Они построили себе шесть больших домов, а следующей весной - двенадцать домов поменьше для чураев. Так на месте, где скончался языческий жрец Морш, появилось селение с христианской общиной, получившее название Морша. Сооружен был и храм в честь святителя Николая.

     В 1636 году село Морша уже входило  в Тамбовский уезд. В 70-е годы в  селе насчитывалось 298 дворов, из которых 280 принадлежало тягловым крестьянам (обязанным нести военную и городскую службу), 15 - бобылям (безземельным), 3 - солдатам. Численность мужского населения составляла 923 человека. Общее число жителей приближалось к двум тысячам. Они имели пахотные «оброчные земли во всех трех полях» (выгоны, пастбища). Небольшая часть населения (98 человек) направлялась «на службу Государя на Дон», а солдатские дворы «несли службу по Танбовскому валу».

     Село  Морша играло в тот период важную оборонительную роль, но к концу XVII века оно потеряло военную значимость и являлось важным пунктом торгово-транспортных операций и сельскохозяйственного производства. В Морше находились судебная изба, кружечный двор и таможенная служба, которая вела досмотр и взимала пошлины с товаров, шедших по реке Кашме с юго-восточных степей к Москве и в обратном направлении.

     Стремительному  экономическому росту Морши во 2-й половине XVII века способствовало открытие в селе торга. В 1666 году крестьяне и старосты разных сел и деревень обратились с челобитной к царю Алексею Михайлввичу, чтобы он «велел в селе Морша у таможни и. кружечного двора торг построить, чтоб им было где продать и купить и чтоб дать сию Великого Государя грамоту в Тамбов к воеводе...». Государь внимательно отнесся к челобитной и 20 марта 1668 года послал грамоту Т. Я. Хитрово, где указывал «в том месте торг завести вновь».

     Необыкновенно предприимчивым народом были жители Морши конца XVII века. Они не только сумели добиться царского разрешения на торговлю, но и для удобства торговых перевозок изменили русло Цны, приблизив  реку к городу. Для этого был  прорыт глубокий и широкий канал протяженностью несколько километров, на месте которого раньше был небольшой ручей.

Первые  страницы летописи города Моршанска

     В XVIII веке село Морша становится, наряду с городами Козлов и Тамбов, крупным узлом гужевых дорог и речным портом на Цне, из которого уходят сотни барж, груженных хлебом, салом, мясом, медом и промышленными товарами. Чтобы баржи свободно проходили, реку в районе Морши регулярно чистили и углубляли. С появлением санного пути в Моршанск потянулись нескончаемые повозки с хлебом, который везли из окрестных сел и соседних губерний. Привозимый хлеб скупался купцами и с наступлением навигации отправлялся в Петербург, Нижний Новгород, Симбирск и другие города. Его сплавляли через пристань, расположенную рядом с тем местом, где сейчас находится Троицкий собор. Отсюда на 40 километров вплоть до Носины весь берег был занят хлебом. Скот доставляли из Саратовской губернии. Поташ и купорос были местного производства, с реки Челновой. В огромных количествах вывозилось сало. В это время в Моршанске работала одна из мощнейших в России водяных мельниц со сложной системой гидросооружений. Мельница была построена французским инженером Боадебаром и принадлежала графу Кутайсову, бывшему брадобрею Императора Павла I, который получил от царя в подарок моршанские земли в районе теперешней суконной фабрики.

     К середине 70-х годов село по экономическим  показателям достигло уровня многих городов, и 16 сентября 1779 года повелением императрицы Екатерины был издан указ «О состоянии Тамбовского наместничества из 15 уездов», которым село Морша было переименовано в город Моршанск и стало административным центром обширного уезда Тамбовской губернии и крупньш торговым узлом. Первым городским головой был избран Петр Тихонов, а открывал город царский наместник Салтыков.

     Город был обведен глубоким рвом. Согласно летописи диакона Тимофея, чтобы  «крепко уравнять площадь», мужчины, женщины и дети с лошадьми работали пять месяцев. Много потребовалось  песку, хвои и земли. Там, где был  лес, делали просеки «для свободного пространства». Были указаны места, где «находиться присутственным судам». При церквях оставлены были площади для городской торговли. Лес не воспрещалось рубить и распиливать на доски. Бедных, по повелению Императрицы, приказано было «не только в чем-либо не принуждать, но стараться больше оказывать им помощи во всем»...

     Очень интересной была городская дренажная  система. В плане города 1789 года строгим прямоугольником был очерчен городской вал. В него дружно стекались весенние воды, и он превращался в бурную реку, текущую в Цну.

     Сейчас  можно увидеть лишь северо-западную часть вала. С юга он засыпан, и  образована ул. Пролетарская. У шацкой, базевской и барашевской застав над валом были навесные мосты  и, если их поднимали во время половодья, то в город проникнуть было невозможно. Около застав располагались кузницы и постоялые дворы.

     Но  не только городской вал помогал  отвести воду от города, осушить почву. Архитектор JI. Н. Фролов, занимаясь в 1960-е годы заменой водопровода по улице Интернациональной, обнаружил под проезжей частью на метровой глубине ковер-плетень из ивовых прутьев, сплетенный, как корзина. На 60 сантиметров ниже него лежал другой такой же плетень.

     Удивительно, что прутья были, как будто только что срезаны. Такая система осушения имелась на всех улицах в центре города. Устроена она была так: между проезжей частью и тротуаром под углом к реке прокапывалась траншея, на дно которой укладывали ивовые прутья, увязанные пучками диаметром от 20 до 40 сантиметров, соединяя их сплошной линией. Между прутьями вода свободно проходила в реку. Эта система выводила воду из всех городских подвалов. Но в чем секрет такой сохранности прутьев? Один старожил рассказывал Л. Н. Фролову, что, если ивовый прут срезать через 1 -2 дня после Петрова дня, он не будет подвержен гниению. Город осушали и артезианские колодцы, самым крупным из которых был «Морской колодец», находившийся недалеко от базара. Позже его закрыли, построив на этом месте кафе «Весна».

     В настоящее время труд наших предков  по осушению города испорчен. Рытье грунта экскаваторами уничтожило дренажную систему, люди превратили в свалку городской вал, который сохранился на улицах Сакко и Ванцетти, Заводской и Рабочей. Небольшой уютный Моршанск в дождливое время безнадежно затоплен водой. Весной огромные лужи разливаются на месте артезианских скважин, вода стоит в подвалах и погребах, разрушая фундаменты старинных домов.

     В 1779 году в городе сгорели лесопилка  и бумажная фабрика. Поджог учинил Яшка Забозлаев, беглый вор. Заключенный в колоды, он был увезен в Тамбов для допроса к наместнику.

     В 1781 году был высочайше утвержден герб Моршанска, выполненный художником - миниатюристом П. Вьюновым. В верхней части гербового щита был изображен герб губернского города Тамбова: на голубом поле - улей с тремя вылетающими из него золотыми пчелами; в нижней - два скрещенных якоря на синем фоне. Над самим щитом - золотая императорская корона  на ленте святого Андрея Первозванного. Это был один из красивейших гербов России. В  его утверждении принимал участие и знаменитый граф Р. Л. Воронцов, которому принадлежало имение в Новотомникове.

    Местное предание гласит, что в период с 1778 по 1779 год в Новотомниково была приглашена Екатерина Великая. Карета императрицы остановилась в районе, где впоследствии была построена станция «Безобразово». Граф Р. Воронцов и местное купечество встретили Ее Величество. По прекрасной липовой алдее они продолжили путь в Новотомниково. Там царицу ждали богатейшие моршанские купцы. Они устроили ей роскошный прием, осыпали дорогими подарками. Старожилы города утверждали, что именно Екатерина II прислала в город столичных архитекторов, разработавших замечательный план Моршанска и принявших участие в его застройке в 1789 году.

   В 1873 году в городском саду Моршанска  был установлен памятник Екатерине II. Бронзовый бюст отлит по эскизу скульптора С. И. Гальберга, профессора Санкт-Петербургской академии художеств. Правительница - в декольтированном платье, с лентой через плечо, в горностаевой мантии. Скульптура сохранилась до наших дней и находится во дворе городского музея.

    Другим  важным событием 1781 года было открытие в Моршанске училища для мальчиков. Набирали в него силой, при великом плаче матерей. Отцов стыдили и всячески понуждали отдавать детей в учение. Учителей было трое: священник, учитель грамоты (граматарь) и учитель арифметики (чиферный).

     9 сентября 1796 года в город прибыл  наместник Державин, знаменитый  российский поэт. При его въезде в город стряпчий велел звонить в колокола, желая угодить начальству, но вместо того был отстранен от службы.

     6 октября того же 1796 года, в день апостола Фомы, разразилась страшная буря: померк свет, вихрь поднял деревья, доски, комья земли. Раздавались плач, вопли испуганных людей, никогда не видавших подобного. Снесены были все крыши с домов, а на храме Николы в Барашеве наклонились крест и глава. В тот же день в бору загорелась Смесова салотопня, где находилось много сала. Жертвой огня стал и лес, который горел три недели. Огонь по корням деревьев ушел в землю и там горел до Крещения. Многие удивлялись, что из-под снега шел дым.

Моршанский  караван

     Невозможно представить себе истории города без моршанского купечества. Оно было пульсом Морши. Именно купцы создавали Моршанск, застраивали его, жертвовали на храмы, приюты, богадельни, учебные заведения. По статистике справочных изданий Российской империи в конце XVIII - начале XIX века, каждый четвертый житель Моршанска был купцом. Издавна многие торговцы приезжали сюда, оценив выгодное экономическое положение судоходного села. В некоторых источниках городское купеческое общество называется «моршанским караваном». Его составляли купцы, имевшие в общей сложности до 400 барж, ежегодно отправлявшихся в крупные города России от пристани на Дне. Для обслуживания судоходства на пристани Моршанск-Рыбинск был создан специальный тип судов «Мокшанка». Кроме них использовались суда и баржи «коломенки», «гусянки», «кладнушки», вмещавшие от 20 до 60 тысяч пудов груза.

     Купцами становились многие крепостные крестьяне  Моршанского района. Каждое село имело  свою специализацию. Были села, где  жили каменщики, плотники, вальщики, шорники, скорняки, портные. Летом они уходили на заработки в другие районы, чтобы потом сдать оброк. Крестьяне - отходники заводили мелкую торговлю с рук и лотка, нанимаясь на определенный срок к московским и петербургским купцам. Они зарабатывали нужную сумму для помещика и некоторую откладывали для себя, чтобы потом выкупиться у хозяина. Получив отпускное свидетельство, такой мужик окончательно поселялся в городе: торговал, строил крупорушки, мельницы, приобретал недвижимость и становился настоящим купцом. Торговая жизнь Морши помогла многим беднякам сделаться богачами. Выходцами из крестьян были крупнейшие фабриканты: Г. И. Белоусов, М. В. Асеев. Из крепостных крестьян был городской голова и видный церковный благотворитель Исидор Петрович Попов. Он достиг высшего положения, возможного для бывшего крепостного крестьянина, - стал головой города Моршанска и директором местного банка. Моршанским купцом был прадед А. П. Чехова Герасим Морозов. Он женился на крепостной кресть янке Татьяне Леонтьевой, от которой имел пятерых детей; младшим был Яков - дед Чехова. Скопив небольшой капитал, Герасим Морозов стал участником «моршанского каравана».

     Скупали хлеб в зимнее время, а весной, в  половодье, на баржах отправляли во Владимирщину по Цне, Мокше, Оке и Клязьме. При удачном исходе торговой операции участники «каравана» богатели за один год. Герасиму Морозову повезло: общий объем торговли после 1812 года позволил ему выкупиться на волю, а в дальнейшем - открыть мануфактурную торговлю в Моршанске. Позднее он приписался к городскому купеческому сословию.

     Моршанские  купцы имели два клуба, деливших их по богатству. Купцы 1 и 2-й гильдии собирались в доме по улице 2-я Базарная, где проводили свободное время (ныне Советская, 9, здесь находился «Спутник»).

     Их  жены шили себе наряды у лучших портных города.

       Как-то известный в городе портной  Голованов по просьбе купца Каверина сшил украшенную бубенчиками попону для лошади помещика Безобразова. Голованов никогда прежде не шил подобных вещей, но Каверин настоял, чтобы угодить заносчивому графу, желавшему покрасоваться перед моршанским высшим обществом.

     Важным  событием в жизни города стало  строительство в 1867 году железнодорожной  ветки Ряжск - Моршанск протяженностью в 121 версту. Купеческий капитал сыграл решающую роль в осуществлении этого  проекта. Именами учредителей и строителей железной дороги были названы станции Башмаково, Дашково, Фитингофф и др. Эта дорога была предназначена для перевозки сельскохозяйственных грузов.

     Пристань  постепенно теряла свою роль, а в 1903 году была официально закрыта. Моршанск перестал быть крупным речным портом страны.

     В 1859 году епископом Тамбовским и Шацким был назначен святитель Феофан, будущий  затворник Вышенский. 1 сентября того же года он посетил Моршанск. Обращаясь  к прихожанам Троицкого собора, святитель  призвал их положить «себе законом свято хранить веру православную.., не поддаваясь тем, кои имели несчастье отпасть от нее - заблудиться и закостенеть в своем заблуждении...». В этих словах прозвучала тревога за моршанцев, которых уже несколько десятилетий вовлекали в секту скопцов.

    Скопцы, имевшие огромные капиталы и пожелавшие вложить их в торговлю, приехали в город в конце XVIII века. Известный краевед И. И. Дубасов в своих «Очерках из истории Тамбовского края» (1893 г.) упоминает, что в 1812 году в Моршанске оскопились семейства Платицыных, Поповых, Кудиновых, Загородневых. Первые две фамилии - богатейшие купцы Моршанска. В 1838 году начался процесс по делу купца Е. И. Платицына, известного богача и главного наставника всех тахмбовских скопцов. Перед судом предстал 70-летний старик, увешанный медалями, на всю губернию прославившийся щедрыми пожертвованиями. Его оправдали. Между тем улики против него были...

    В 1841 году Е. И. Платицын умер, передав  свои капиталы и авторитет в скопчестве племяннику Максиму Кузьмичу Платицыну, и опять началась подпольная работа, и появились массы прозелитов дикого учения. Сам Платицын все более богател, украшайся золотыми орденами и медалями, жертвовал средства на строительство церквей, благодетельствовал чиновникам и втихомолку проворачивал свои дела, не пренебрегая при случае и грубым насилием.

     Так дело шло до конца 1868 года, пока некий  питерский чиновник Боголюбов после  неоднократных доносов на Платицына  и его скопческую пропаганду не добился, наконец, знаменитого «платицынского процесса». Дело повели, вследствие решительных приказаний из Петербурга, с такой энергией, что все скопческие капиталы оказались бессильны. М. К. Платицын лишен был всех отличий и прав и сослан на поселение в Восточную Сибирь.

     Только  в 1892 году в городе начало действовать Братство по противодействию раскольникам и сектантам. В 1896 году в Братстве Моршанска работали: протоиерей соборной церкви И. Кобяков, протоиерей кладбищенской церкви И. Архангельский, протоиерей Никольской церкви Д. Лебедянский, иерей В. Колчев и купец А. И. Каверин (казначей).

     На  грустные мысли наводят и документы  о нравственном облике некоторых купцов, дворян, чиновников и крестьян в XVIII и XIX веках. И. И. Дубасов описывает ужасающие выходки знаменитых тамбовских самодуров, «печально прославивших нашу северную татаро-мордовскую сторону». Богачи пытали, били, насиловали своих крепостных. Разгневанные мужья и отцы нередко убивали обидчиков, а еще чаще поджигали их дома. Одна жительница Моршанска рассказывала, что ее прабабушку, крепостную Лукерью Леонтьевну, один барин выменял у другого на щенка. Это было в 40-50-е годы XIX века. Лукерья Леонтьевна родила сына от нового хозяина. К чести человека, заключившего неслыханную сделку, ребенка своего он не бросил. Когда мальчик подрос, барин устроил его поваром в моршанский ресторан, где он всю жизнь работал, кормя приходивших к нему дочерей и внуков.

Пожар 1875 года 

     Накануне 15-летнего шествия пожаров по Тамбовской губернии епископ Феофан призывал тамбовскую паству к покаянию, считая пожары и засуху Божьей карой за нераскаянные грехи людей. Кто знает, за какие злодеяния послал Бог на моршанскую землю страшный пожар, который можно сравнить только с «истреблением Содома и Гоморры, с огненной геенной, в которой пекся злополучный Моршанск», как писал свидетель этого страшного события.