Политическая оппозиция
Выяснение причин возникновения, форм
деятельности, характеристик политической
оппозиции, определение ее роли в
политической жизни российского
общества приобретают все возрастающее
научное и практическое значение.
В отечественной политологии
эти проблемы оказались в силу
определенных причин почти не разработанными.
В любом демократическом обществе с устоявшимися традициями,
стабильным правопорядком политическая
оппозиция оценивается как закономерное,
естественное явление, способствующее
нормальной жизнедеятельности и развитию
общества вне зависимости от характера
его политической системы, как условие
совершенствования механизма обратной
связи между гражданами и органами политической
власти. Это означает, что в обществе стимулируется
многообразие социально-политической
жизни, не запрещаются образование и деятельность
различных политических партий, движений
и общественных организаций. Благодаря
такому многообразию политических сил
в обществе создается необходимая система
сдержек и противовесов, достигается определенный
баланс между различными конкурирующими
друг с другом политическими институтами,
что способствует социальному прогрессу
в целом.
Причин, обусловливающих существование
политической оппозиции, много. Это
и внутренняя противоречивость общества,
и социальное расслоение, вызывающее
социальный диспаритет, и игнорирование
принципа социальной справедливости,
и кризис между населением и властью.
Политическая оппозиция — это
противодействие, сопротивление действующей
государственной власти, противостояние
осуществляемому стратегическому
курсу с целью заменить его
на другой, удовлетворяющий оппозиционные
политические организации. Здесь речь
идет не о внутрипартийной, а о внутригосударственной
политической оппозиции.
В зависимости от степени лояльности
к государственной власти выделяют
умеренную и радикальную (непримиримую)
политическую оппозицию. Первая по своей
сути конструктивно-критическая, нередко
готовая прийти к согласию с властью.
Вторая открыто выступает за смену
существующего политического курса
с целью реализации своей политической
линии.
Особую роль приобретает политическая
оппозиция в обществе, находящемся
в переходном состоянии, когда происходят
глубокие изменения всего социально-экономического
уклада (строя). В такой ситуации
возрастает опасность использования
насилия для достижения политических
целей. Если же политическая власть запаздывает
с формированием механизма обратной
связи и модернизацией политических
институтов, политическая оппозиция
способна активизироваться, ее деятельность
может вызвать непредсказуемые
последствия.
Оппозицию подразделяют также на легальную
и нелегальную. Легальная оппозиция действует
открыто, в рамках конституции и других
законов. Нелегальная (подпольная) политическая
оппозиция действует скрытно, нередко
применяет методы, неприменимые в цивилизованном
обществе.
Чтобы политическая оппозиция была
эффективной, недостаточно видеть нерешенные
проблемы и критиковать работу государственных
органов. Включенность в оппозиционную
деятельность предполагает наличие
собственного, отличного от официального,
видения путей социального прогресса.
Немалая заслуга молодой российской
демократии состоит в признании
законности разнообразных интересов
в обществе, в легальности политической
оппозиции, которая сегодня вызвана
большими социальными издержками российских
радикальных реформ, обнищанием значительной
части общества.
Политическая оппозиция
Одним из наиболее распространенных
факторов дестабилизации политического
режима является деятельность
оппозиции. Оппозиция представляет
собой политический институт, имеющий
целью выражение интересов и
ценностей, не представленных
в деятельности правящего режима.
Тем самым оппозиция выражает
и консолидаризирует протестную активность
населения, формулирует требования, оппонирующие
или корректирующие поведение властей.
Оппозиция – это носитель “критического
духа” в политике.
Наличие оппозиции органически
связано как с разнородностью
общества, обусловливающей невозможность
постоянно сохранять в нем
устойчивость и неизменность
политических отношений, так и
со свойствами самого человека.
Ведь в природе человека как
социального существа заложено
стремление предлагать в затрагивающих
его интересы областях жизни
альтернативные проекты, осуществлять
поиск нового, преодолевать установленные
ограничения. Поэтому в политическом
смысле наличие оппозиции означает
принципиальную невозможность утверждения
в обществе единого, монолитного,
раз и навсегда установленного
отношения к выдвигаемым властью
целям, окончательной ликвидации
всякой почвы для конфликтных
отношений.
В таком положении есть
как отрицательные, так и положительные
стороны. Так, оппозиция предотвращает
монополизацию власти. Без нее
политический режим утрачивает
возможности к саморазвитию и, напротив,
стремится к окостенению власти. При демократических
режимах наличие оппозиции является важнейшим
атрибутом власти, это ее “визитная карточка”.
В государствах этого типа у оппозиции
существует свой статус, права, возможности
влияния на власть. Например, в Великобритании
“оппозиция Ее Величества Королева”
– это один из основополагающих политических
институтов. В то же время оппозиция, как
отмечалось, выступает и в роли фактора,
дестабилизирующего общественные порядки.
В качестве основных причин
формирования политической оппозиции
правящему режиму, как правило,
называют: социальное расслоение
в обществе, национальное неравенство,
несовершенство избирательной системы,
разочарование населения (элит) в идеалах
господствующего строя, раскол элит и
неудовлетворенные амбиции отдельных
деятелей.
По степени лояльности
к целям и ценностям правительства
обычно разделяют проправительственную,
нейтральную и непримиримую формы
(типы) оппозиции, а также институционализированные
(включающие партии, “теневые кабинеты”
и т.п.) и неинститупионализированные (ограничивающиеся
идейной критикой). Главной характеристикой
любого типа оппозиции служит степень
ее сплоченности, организованности, массовости,
отношение к легальным и законным средствам
протеста. Иногда оппозиция складывается
даже внутри правящих кругов (например,
на основе разочарования части правящей
элиты в идеалах системы власти).
Соответственно типу оппозиции
формируются и средства, способы
ее политической деятельности: от
критики режима узкой группой
инакомыслящих, диссидентов (олицетворяющих
духовную оппозицию власти и
не прибегающих к каким-либо
активным политическим действиям,
организации протеста) до политического
террора и насилия со стороны
партий и движений, находящихся
на нелегальном положении. В
сочетании с реакцией властей
на свою деятельность оппозиционные
силы различаются степенью влияния
на принимаемые в государстве
решения, объемом допуска к
СМИ, характером критики властей.
Они могут инициировать разрушительные
для государства формы нелегального
вооруженного сопротивления властям,
революции, мятежи, бунты, гражданские
войны. Но оппозиция может играть
и роль “клапана” для “выпускания
пара”, снижения степени протеста
в целях стабилизации власти
и даже выполнять чисто декоративные
функции для “облагораживания”
режима в глазах зарубежного
общественного мнения. Нередки случаи,
когда общественный протест передается
от прежнего режима и усиливается
в совершенно другой ситуации,
действуя независимо от позитивных,
реформаторских усилий властей.
В такие периоды режим может
оказаться в положении частичной
изоляции, а оппозиция играть
роль защитницы общественных
интересов.
Самые значительные проблемы
для режима создает непримиримая
оппозиция, не признающая ценностей
правительства, постоянно призывающая
к пересмотру итогов выборов,
не считающаяся с нормами политической
игры и имеющая тенденцию переходить
к вооруженным формам протеста.
Непримиримые оппозиционеры нередко отказываются
от участия в выборах, используют провокации,
ведут поиск союзников за рубежами страны,
обращаются к международной поддержке
своих требований, убеждают общество в
том, что правящий режим является проводником
чуждых зарубежных интересов и получил
власть в результате противоправных действий
или международного тайного заговора
(“масонов”, “мирового сионизма” и т.д.).
Характеризуя стиль поведения непримиримой
оппозиции, известный политолог X. Линц
в этот арсенал средств включает: систематическую
клевету на политиков, представляющих
партии системной ориентации; постоянную
обструкцию парламенту; поддержку предложений,
сформулированных специально в целях
усугубления кризиса; действия, направленные
на потерю правительством авторитета;
выдвижение заведомо неприемлемых требований
для переговоров с правительством. Такая
деятельность объективно ведет к идейно-политической
поляризации, фрагментаризации и даже
распаду общества. Особенно большие проблемы
в этом смысле создают сепаратистские
движения, радикальные, экстремистские
и анархистские группировки, противостоящие
не только властям, но и всему обществу.
В принципе при конкурентной
демократии даже непримиримая
оппозиция может встроиться в
политическую систему (как, например,
европейская социал-демократия в
XX в.). Но она может стать и лидером сопротивления
режиму, возглавить протест и добиться
смещения властей (как, например, антикоммунистические
силы в странах Восточной Европы в 80-90-х
гг. XX столетия). В то же время непримиримая
оппозиция, когда общество отказывает
ей в доверии, нередко подвергается политическим
репрессиям, а правительственные решения
принимаются в целях ее окончательного
разгрома.
Особый тип политической
оппозиции представляет собой
центризм. Формулируемые им задачи
не имеют агрессивного характера,
а ориентированы на принципиальное
соглашательство, т.е. на предпочтение
стабильности перед инновациями,
на рационально-прагматический учет
всего позитивного, что формулируется
как властями так и на противоположных
флангах политического спектра. Политические
требования центризма неразрывно связаны
с легальными механизмами передачи власти,
отрицанием насилия, отказом от разжигающей
противоречия риторики, стремлением добиться
реальной ответственности властей за
принимаемые решения. Однако рациональные
и примиренческие позиции не всегда ясны
избирателям, ориентирующимся на крайние
позиции, что снижает возможности примиренческой
стратегии в странах, где идет интенсивная
политическая борьба.
В условиях демократических
систем, как правило, осуществляется
гибкая тактика по отношению
к оппозиции, она определяется
в зависимости от степени ее
лояльности власти. При этом активно
используются технологии политического
логроллинга (заключения сделок, ведения
торга с конкурентами), частичного блокирования
и создания коалиций с отрядами оппозиции.
Широкое распространение получают механизмы
согласования интересов, образования
согласительных комитетов, арбитражных
комиссий парламента, проведения “круглых
столов”. При таком подходе оппозиция
никогда не остается единой, накал противоречий
снижается, а угроза для власти уменьшается,
уровень интеграции общества повышается.
В тоталитарных же и авторитарных режимах,
которые не заинтересованы в определении
степени лояльности оппозиции и однозначно
негативно относятся ко всем ее слоям,
расценивая как потенциально опасную
любую протестную деятельность граждан,
любое взаимодействие с нею чревато провоцированием
насилия, усилением отчуждения граждан
от политики и власти.
ПРОБЛЕМЫ СТАНОВЛЕНИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ
ОППОЗИЦИИ В КЫРГЫЗСТАНЕ *
Эльвира МАМЫТОВА
Эльвира Мамытова, кандидат экономических
наук, доцент, директор исследовательского
центра "Евразия", вице-президент
Ассоциации исследователей социальных
наук Кыргызской Республики.
* Работа выполнена при финансовой
поддержке Фонда Сороса (грант
№ 324.99).
Партийная оппозиция — основной
канал для выражения социального
недовольства существующим режимом
и наиболее эффективная возможность
познакомить со своими взглядами
официальные власти и широкую
общественность. Однако при анализе
политической оппозиции в условиях
трансформации общественной системы
следует, на наш взгляд, отойти от классического
определения, существующего в западной
политологии, для которой оппозиция
— постоянно действующий институт1.
Необходимо учитывать, что это определение
сформулировано в основном на материалах
индустриальных стран Северной Америки
и Западной Европы конца XIX — начала XX
веков. Под оппозицией применительно к
государствам переходного периода следует
понимать, на наш взгляд, противопоставление
стратегических и тактических целей различных
политических партий, движений, блоков
стратегическому и тактическому направлению
властных институтов.
Используемая в западной политической
науке классификация политической
оппозиции2 также, на наш взгляд, применима
лишь для сформировавшейся демократии
и высокой культуры гражданского общества.
В Кыргызстане только начинается формироваться
инфраструктура гражданского общества,
способного обеспечить условия для создания
реально заинтересованных групп, объединений,
партий, которые смогут представлять интересы
этого общества в структурах власти. Можно
согласиться с точкой зрения ряда исследователей:
во всех посткоммунистических странах
существует раскол между либеральными
рыночно-космополитическими и авторитарными
этатистско-националистическими партиями.
Поэтому в переходный период от авторитаризма
к демократии оппозиция как демократический
институт не существует, линия раскола
проходит в координатах коммунизма и национализма.
В результате социально-экономических
преобразований в СССР, наступивших
после апрельского 1985 года Пленума
ЦК КПСС, стало возможно возрождение
многопартийной системы в Кыргызстане,
где к сегодняшнему дню официально
зарегистрировано 30 политических партий.
Однако этот оппозиционный лагерь чрезвычайно
разнолик и раздроблен по региональным,
политическим, родоплеменным принципам,
что, собственно говоря, присуще всем
политическим организациям на ранних
этапах становления демократии. Организационно
политическая оппозиция в Кыргызстане
еще не сформировалась, исключением
являются политические кланы.
Для анализа причин возникновения
политической оппозиции и степени
ее влияния на общество важное значение
имеет исследование процесса становления
многопартийности. При этом в новых независимых
государствах принято выделять несколько
этапов, качественно отличающихся друг
от друга. Первый этап, так называемая
"неформальная волна теоретического
дискутирования", характеризуется появлением
различных общественно-политических организаций
при полном господстве КПСС. В Кыргызстане
к числу таких независимых организаций
исследователи относят дискуссионный
клуб "Демос", организованный в Бишкеке
в 1987 году при редакции газеты "Комсомолец
Киргизии", политклуб "Современник",
киноклуб "Поиск" и др.3
Однако реальное участие этих организаций
в общественной жизни было крайне
ограничено, никто из них не стремился
к оппозиции действующей власти.
Да и созданы они были, на наш
взгляд, искусственно, по указке свыше
и только для того, чтобы, как задумал
М. Горбачев, создать "карманную оппозицию".
Такая оппозиция нужна была ему,
во-первых, для борьбы с представителями
партийно-советского аппарата, хозяйственной
номенклатуры и силовых структур,
которые противодействовали идеям
перестройки, во-вторых, для преодоления
инертности части населения, не включившейся
в процесс преобразований. Сломить
сопротивление консервативных сил
в самой системе управления можно
было, лишь подключив к этому процессу
широкие слои трудящихся. В 1986 году
на встрече с работниками средств
массовой информации М. Горбачев говорил,
что "многие из наших консервативных
проявлений, ошибок, просчетов, вызывающих
застой мысли и действия и в
партии, и в государстве, связаны
с отсутствием оппозиции, альтернативных
мнений, оценок". Следует отметить, что
идею искусственного создания "карманной"
оппозиции высказывали еще в самом начале
перестройки. В 1985 году А. Яковлев предложил
разделить КПСС на две партии, которые
образовали бы демократическое поле соперничества.
"На этом пути они бы обновлялись, сменяли
на основе свободных выборов друг друга
у власти"4.
Начало второго этапа становления
многопартийности можно отнести
к весне 1989 года, когда заявили
о себе национальные движения. В
Ошской области появились неформальные
киргизские организации "Национально-демократический
фронт Киргизии" и "Ош аймагы",
объединение узбеков "Адолат", которое
поставило вопрос об узбекской автономии
в республике и признании узбекского языка
государственным. Если бы эти объединения
были зарегистрированы и получили возможность
отстаивать свои интересы легальными
методами, то, возможно, и не возникли бы
кровавые ошские события 1990 года.
Параллельно возникали далекие
от политических интересов общественные
организации: "Ашар", "Единство
застройщиков", "Кок-Джар" и другие,
требовавшие решить проблемы застройщиков.
Однако давление властных структур на
эти организации способствовало тому,
что они заменили свои чисто экономические
требования на политические. В мае 1990 года
на базе национально-демократических
движений "Асаба", "Атулдук демилге",
"Ашар" и других возникло общереспубликанское
массовое демократическое движение "Кыргызстан",
которое своей главной задачей объявило
построение демократического Кыргызстана.
Одновременно в самом Верховном
Совете Киргизской ССР к 1990 году сформировалась
фракция радикально настроенных
депутатов "За демократическое обновление,
гражданское согласие в Киргизии",
выступившее в средствах массовой
информации с рядом заявлений
о ситуации в республике и предложениями
по выходу из кризиса5.
Совместные усилия демократической
фракции в парламенте и массового
выступления ДДК, требовавших отставки
руководства республики, способствовали
тому, что 24 октября 1990 года на внеочередной
сессии Верховного Совета Киргизской
ССР был принят закон "Об учреждении
поста Президента Киргизской ССР".
Собственно говоря, этот день можно
считать датой рождения легальной
оппозиции в республике. В дальнейшем
формированию многопартийной системы
способствовали принятые в СССР законы
"Об общественных объединениях" и
"О политических партиях".
Выборы в Жогорку Кенеш (парламент)
1995 и 2000 годов показывают, что большое
число партий еще не свидетельство того,
что в республике сформирована полноценная
политическая оппозиция. Парламентские
выборы 1995 года, организованные по мажоритарной
системе, проходили с явными нарушениями
законодательства и ознаменовались ярко
выраженными регионализмом и трайбализмом,
подкупом избирателей, манипуляциями
Центризбиркома. Обсуждалась даже возможность
аннулировать их результаты и еще раз
провести выборы, но уже по новой избирательной
системе.
В выборах 1995 года участвовало
11 политических партий, все вместе
они получили 31 депутатское место,
из них 11 — в Законодательное
собрание. Но избирательная кампания
показала, что сами партии, их
лидеры и политические платформы
ничего не значат для избирателей.
На первое место выступила
дифференциация по национальному
и религиозному принципам. Показательно,
что ни один кандидат в депутаты
ЖК, будучи выходцем из севера
республики, даже не пытался быть
избранным на юге, и наоборот.
Порой разворачивалась жестокая
конкурентная борьба между крупными
племенами. Так, в Нарынской
области было организовано общество
"Саруу уруссу", одной из главных
целей которого являлась победа кандидатов
из племени саруу.
Парламентские выборы 2000 года проходили
уже по мажоритарно-пропорциональной
системе, и число депутатов Законодательного
собрания было увеличено с 35 до 60, из
них 15 мест — для представителей
партий. Из общего числа 27 партий, зарегистрированных
к тому времени, в выборах по партийным
спискам участвовало только 136. Остальные
не смогли участвовать по разным причинам.
У партии горожан Бишкека и
у партии "Манас Эл" это право не
было предусмотрено их уставами. Партии
"Адилет" и "Ар Намыс" не были
допущены к выборам, так как не выдержали
временной ценз, то есть с момента их регистрации
до выборов не прошло одного года7.
В процессе подготовки к выборам
некоторые партии объединились в
блоки, самым мощными из которых
стали проправительственный блок Союз
демократических сил (СДС) и Демократическое
движение Кыргызстана (ДДК). Намечавшийся
Конгресс демократических сил не
сформировался из-за внутренних организационных
разногласий. В свою очередь администрация
президента сделала все возможное,
чтобы предотвратить создание широкой
оппозиционной коалиции, в результате
чего некоторые лидеры оппозиции
получили посты в высших структурах
власти. Те же, кто отказался от сотрудничества,
попали под давление властей. Например,
были арестованы председатель Народной
партии Д. Усенов, председатель партии
"Ар Намыс" Ф. Кулов, лидер партии
ДДК Ж. Жекшеев. Собственно говоря, подобная
практика по отношению к оппозиционно
настроенным лидерам — повседневная действительность
независимого Кыргызстана. Так, аналогичные
методы испытали на себе лидеры партии
ЭрК Т. Тургуналиев и Турсунбай Бакир уллу.
Партия даже была вынуждена перерегистрироваться
и сменить свой радикализм на центризм.
В конце концов в бюллетень по партийным
спискам вошли девять партий и два избирательных
блока8. Пятипроцентный барьер в Законодательное
собрание преодолели следующие блоки
и партии: партия коммунистов Кыргызстана
— 27,67%, избирательный блок СДС — 18,64%, Демократическая
партия женщин — 12,68%, политическая партия
ветеранов войны в Афганистане — 8,03%, социалистическая
партия Ата-Мекен — 6, 47% и партия "Моя
страна" — 5,01%. Следует отметить, что
результаты выборов в столице отличаются
от итогов голосования по республике в
целом. Так, если партия правоцентристской
ориентации "Моя страна" вышла на
второе место в столице, то по республике
— на шестое. Пятое место в Бишкеке и второе
по республике заняла партия власти СДС.
Хотя выборы 2000 года проходили по
мажоритарно-пропорциональной системе
и отличались беспрецедентным числом
независимых наблюдателей, тем не
менее политическим партиям и отдельным
кандидатам чинили всевозможные препятствия,
в частности они на себе испытали, что
означает зависимость избирательных комиссий
от властных структур, предвзятость масс-медиа,
вмешательство госчиновников в избирательный
процесс.
Так, произвольное толкование Центральной
избирательной комиссией Кодекса
о выборах привело к тому, что
кандидата признавали автоматически
избранным во втором туре голосования
в случае, если его соперник после
первого тура отказывался от дальнейшей
борьбы. Такое толкование Кодекса
открыло широкие возможности
для злоупотреблений, так как
появилась возможность оказывать
серьезное давление на кандидатов,
в результате чего несколько видных
представителей оппозиции были дисквалифицированы
или же их регистрацию отменили еще
до второго тура голосования. В качестве
примера можно привести вопиющий
случай с лидером Народной партии
Д. Усеновым, за которого в первом туре
было отдано более 50% голосов избирателей.
Выборы не только продемонстрировали
противостояние власти, но и показали,
что процесс формирования политической
оппозиции в республике еще далек
от завершения, а влияние парламента
и партий на общество незначительно.
Иерархия властных отношений в
Кыргызстане складывалась с 1990 по 1998
год и является итогом конституционных
и законодательных изменений. Последние
поправки в конституцию, внесенные
по результатам референдума 17 октября
1998 года, установили президентскую
форму правления в республике.
Сложившаяся схема распределения
полномочий между ветвями власти
характеризует неадекватность конституционного
статуса президента как главы
государства и гаранта конституции
с его фактическими полномочиями
как главы исполнительной власти.
Это создает проблемы с легитимностью
национального правительства, поскольку
гражданам не ясно, кто же в конечном
счете несет политическую ответственность
за властные решения. Полномочия парламента
оказались в значительной мере урезаны.
Если раньше исключительно Законодательное
собрание определяло ставки налогов, тарифов
и сборов, что позволяло контролировать
работу исполнительной власти, то теперь
депутаты практически потеряли этот рычаг,
поскольку любая поправка в законодательство,
увеличивающая или уменьшающая доходы
госбюджета, должна быть одобрена правительством.
Полномочный институт президентской
власти снижает роль политических
кампаний, основанных на идеологических
принципах, и усиливает значимость
мероприятий, в центре которых
стоят отдельные личности —
конкуренция между ними становится
важнее партийных интересов и
нарушается так называемое "чувство
локтя".
Немаловажное значение имеет и
унитарная государственная власть.
Как показывает исторический опыт,
интеграции оппозиции в политическую
систему во многом способствует федеративное
устройство государства, при котором
крупные оппозиционные партии, даже
если они проигрывают общенациональные
выборы, практически никогда не бывают
полностью отстранены от власти, а,
как правило, продолжают контролировать
некоторые ее местные структуры.
А приглашение партийных лидеров
во власть ставит их перед выбором:
или попытаться реализовать часть
своих политических программ в рамках
исполнительной власти, или отказаться
от такого сотрудничества и тем самым
предоставить предлагаемый пост своим
идейным противникам.
К числу основных причин отсутствия
полноценного института политической
оппозиции в Кыргызстане следует
отнести также следующие: стремление
вчерашней оппозиции, пришедшей
к власти, уничтожить своих противников,
привлекая их лидеров на государственные
должности или создавая так называемую
ложную оппозицию; слабая связь с
избирателями, что обусловлено патриархально-подданническим
типом политической культуры, ориентацией
населения на государственную власть;
политическую регионализацию общества
— при единой административно-политической
системе оно весьма разнородно в культурно-языковом,
религиозном и экономическом отношении,
что обусловлено спецификой исторического
развития, природно-хозяйственными и географическими
особенностями, незавершенностью национальной
консолидации; коммерционализация партий,
когда коммерческая деятельность для
их лидеров становится важнее политической
работы, в результате чего многие вчерашние
ярые демократы превращаются в "новых
кыргызов"; внутренние проблемы и ошибки
оппозиции (недостаточная мобилизация
ресурсов, неудачный выбор стратегии и
тактики, слабая идейная и организационная
консолидация); отсутствие организационной
базы, ведь партии, возникшие на гребне
демократических преобразований и ставшие
кадровым ресурсом оппозиции, характеризуются
расплывчатой организационной структурой
и низкой партийной дисциплиной; проблемы
утраты идентичности, вызванные идейными
шатаниями, переходом в полуоппозицию
или постепенным отказом от демократических
методов борьбы и переходом в лагерь антидемократической
(коммунистической, национал-патриотической)
оппозиции; выбор между опасностью утратить
политические позиции и угрозой смены
политического режима, который может создать
невыносимые условия для деятельности
партий.
Исторический опыт показывает, что
при низком уровне массовой поддержки
демократическая оппозиция стремится
к созданию опасных коалиций, которые,
в конечном счете, способны "растворить"
их в оппозиции антидемократической.
1 См.: Duverger M. Political Parties. Their Organization and Activity
in Modern State. N.Y., 1964; Dahl R. Political Opposition in Western
Democraсies. Yale University Press, 1966; он же. Polyarchy. Participation
and Opposition. New Haven and London, 1971; он же. Regimes and Oppositions.
Yale University Press, 1973; он же. Governments and Political Oppositions
// F. Greenstein (ed.). Handbook of Political Science, 1975, Vol.3;
Stepan A. On the Tasks of Democratic Opposition. В кн.: Diamond L.,
Plattner M. (eds.). The Global Resurgence of Democracy. Johns Hopkins
University Press, 1993.
2 См.: Kirchheimer O. The Waining of Opposition in Parliamentary
Regimes // Social Research, 1957, Vol. 24, No. 2; Линц Х. Крушение
демократических режимов: кризис, разрушение
и восстановление равновесия // Проблемы
Восточной Европы, 1993, № 3—4; Obberreuter H. Parlamintarische
Opposition. Hamburg, 1975; Sartori G. Parties and Party Systems. Cambridge,
1976; Barghoorn T. Factional, Sectoral and Subversive Opposition in
Soviet Politics. В кн.: Dahl R. Regimes and Oppositions. New Haven,
1973; Gordon Skilling H. Opposition in Communist East Europe. В кн.:
Dahl R. Regimes and Oppositions; Linz J. Opposition To and Under Authoritarian
Regime: The Case of Spain. В кн.: Dahl R. Regimes and Oppositions.
Место и роль оппозиции в политической
системе Кыргызстана. Формирование
условий для ее деятельности
Автор: admin от 23-10-2006, 06:35
85
1
2
3
4
5
Власть новая, а проблемы старые
Несмотря на обновление власти
современная общественно-политическая
ситуация говорит о том, что
существуют определенные изъяны
в политической системе общества.
Конфликты и проблемы, возникающие
в ней, не в полной мере
или вообще не находят своего
эффективного решения. Об этом
свидетельствуют многочисленные
митинги, курултаи, пикеты, голодовки
и другие формы протеста, которые
буквально захлестнули страну
за последнее время. Практически
любая проблема, касающаяся интересов
более чем десятка человек,
получает свое продолжение в
форме митинга или пикета.
Конечно, не смена власти
24 марта послужила причиной роста
митинговой демократии. Те события
как раз были ответом на
многолетнюю неэффективную работу
прежнего руководства страны, которое
оказалось неспособным в полной
мере, открыто и профессионально
выполнять возложенные на него обязанности.
В то же время очевидно, что завышенные
ожидания людей к новому руководству,
обусловленные революцией 2005 г., во многом
не оправдались. Вероятно, что многие из
этих ожиданий были неоправданными и нереальными.
Но наличие системных проблем в обществе
налицо.
Периодически вспыхивают конфликты
по линии президент-правительство-парламент.
Жогорку Кенеш, как коллегиальный орган,
получивший свой мандат от народа, пытается
поставить под контроль деятельность
правительства. Президент, также получивший
свой пост по результатам всенародных
выборов и, как реальный глава исполнительной
власти, хочет больше самостоятельности
при принятии решений. При этом судебная
власть, номинально являясь независимой,
фактически зависима от президента и его
администрации.
