Права человека и правовое государство. 2

Глава VI Права человека и правовое государство 

§ 1. Основные признаки правового государства 

История становления  и развития государственности неотделима от поиска оптимальных параметров взаимоотношения  власти и человека, которые всегда являлись стержневыми, определяющими  в государствах любой формации. На ранних этапах развития государственности  в зависимости от социально-классовой  принадлежности человек либо получал  возможность воздействия на власть, либо выступал в качестве бесправного  лица, несущего бремя обязанностей. Неравенство правовых позиций индивида было свидетельством ограниченности свободы, отсутствия демократии и в конечном итоге неразвитой государственности, низкого уровня культуры общества. Установление формального правового  равенства явилось важнейшим  историческим прорывом к свободе, праву, правам человека, которые открыли  путь новому этапу развития государственности  — правовому государству. 

Развитие идей правового  государства насчитывает тысячелетия. Оно включает те прогрессивные представления  о цивилизованном государстве, несовместимом  с произволом и насилием, которые  начали формироваться еще в античном мире, в древних государствах-полисах, достигших в тот период (IV—Vвв.дон.э.) высоких ступеней политического и культурного развития. 

Характерно, что развитие идей и доктрин правовой государственности  неотделимы от становления понятий  прав человека, явившихся в конечном счете тем центральным звеном вокруг которого и во имя которого развивались и выстраивались принципы правового государства. 

Социальные революции, приводившие к смене одной  общественно-экономической формации другой, всегда определяли не только новый  характер государства, отражавший принципы взаимоотношений власти и индивида, но и новые позиции по отношению  к праву, законности и органично  из них вытекающей проблеме прав человека, правового положения личности в  обществе. 

Как отмечалось, крупным  историческим шагом в этом направлении  явилась буржуазная революция, которая  устранила сословные ограничения  для буржуазии и осуществлялась под идеологическим воздействием "юридического мировоззрения", сменившего теологическое  мировоззрение средних веков. 

Такие революции  совершались в рамках западноевропейского  региона и охватили Нидерланды, Италию, Англию, Францию, т. е. страны, внутри которых  сложились социально-экономические  предпосылки для устранения сословно-феодальных границ и утверждения капиталистического способа производства. Вместе с тем они были подготовлены теоретически учениями великих мыслителей: Г. Гроция, Б. Спинозы, Д. Локка, Ш.Л. Монтескье, Ж.-Ж. Руссо и др. 

Антифеодальная борьба революционного класса — буржуазии  — опиралась на поиск новых  форм взаимоотношений индивида и  власти, на необходимость противопоставить феодальному произволу новые  принципы, а именно принципы прав человека. Эти принципы были основаны на идее свободы личности, ее раскрепощении  от жесткой феодальной регламентации  всех сфер жизнедеятельности со стороны  государства. 

Политическое и  правовое мышление Нового времени, выступив против власти государства, подавляющей  человека, выдвинуло на первый план индивида с его притязаниями и  интересами, и они должны были привести к установлению такого государственного порядка, который мог бы их удовлетворить. 

Основные притязания индивида к новой государственной  власти состояли в следующем: власть должна руководствоваться не произволом, а законом, охранять права и благосостояние всех членов общества; в новом государственном  порядке должна осуществляться неотъемлемо  принадлежащая человеку свобода. Из последнего постулата вытекает учение о естественных, неотчуждаемых правах человека, которые стоят выше государственной  власти и призваны стать ее ограничителем, удерживать ее от произвола и насилия. 

Раннебуржуазные теории господства права, правового государства, разделения властей опирались на теоретические построения античных мыслителей относительно подчинения закону, обеспечения свободы, гуманистической  ориентации государства. Для них  также характерна неотделимость  прав человека от принципов правового  государства. 

Для учений буржуазного  либерализма чрезвычайно важным оказался вопрос о границах деятельности государства. 

С этим связан принцип "негативной" свободы (т. е. свободы  индивида "от" любых посягательств, вмешательств, воздействий). В отличие от прежних теорий государственной власти либерализм идет не от государства к человеку, а от индивида к государству, взаимопонимание которых определяется общественным договором. Такой подход означал разрыв с феодальным религиозным мировоззрением, где человек с его интересами и притязаниями был заслонен божественными ценностями. 

Понятие правового  государства, "господства права" на ранних этапах буржуазного развития означало прежде всего ограничение его вмешательства в экономику и гарантии личной свободы индивида в распоряжении собственностью, в рыночной стихии. Так, Локк цель государства видел в потребности охраны собственности и отрицал его право выходить за пределы этой цели. Такого же взгляда придерживался Адам Смит с позиций экономического развития общества. Еще в XVIII в. Томас Пэйн, указывая на Соединенные Штаты, утверждал, что общество само в состоянии делать почти все, что обычно возлагается на правительство. Последнее, по его мнению, не только не помогает обществу, но и мешает ему развиваться. Такие же позиции занимал В. Гумбольдт, полагая, что задача государства состоит только в устранении зла и государство не обязано содействовать благосостоянию граждан. Роль государства сводилась по сути дела к осуществлению полицейских функций, роли "ночного сторожа". 

Однако понятие "негативной" свободы после прохождения капитализмом периода первоначального накопления вступало в противоречие с реалиями. Индивид расширил свои требования, и новый этап развития либерализма, относящийся ко второй половине XIX в., потребовал дополнить "негативное" понимание свободы как свободы "от" позитивным — свободой "на" (на защиту государства, на получение от него определенных благ, на более активное участие в осуществлении власти и т. д.). 

Односторонность индивидуалистического  понимания роли государства резко  критиковал Б. Чичерин. "Нет сомнения, что излишняя регламентация со стороны  государства и вмешательство  его во все дела могут действовать  вредно. Гумбольдт прав, когда он говорит, что этим подрывается самодеятельность и тем самым умаляются материальные и нравственные силы народа, который  привыкает во всем обращаться к правительству, вместо того, чтобы полагаться на самого себя. Но это доказывает только необходимость  рядом с деятельностью государства  предоставить возможность и широкий  простор личной свободе. Цель общественной жизни состоит в гармоническом  соглашении обоих элементов, а не в пожертвовании одним в пользу другого"1. 

Б. Чичерин ссылается  на пример Англии, где нелюбовь к  вмешательству государства возведена  была в догмат. "А между тем, в последние пятьдесят лет  под влиянием настоятельной практической необходимости, государство постоянно  расширяло свои ведомства". Также  и "Северная Америка не может служить  ни нормой, ни доказательством в  пользу индивидуалистической теории"2. 

В середине XIX в. происходит изменение взглядов на границы государственного вмешательства в жизнь общества, хотя концепции неограниченной свободы  индивида и невмешательства государства, отрицание его роли в оказании благ человеку сохранились до настоящего времени в неоконсервативных, либеральных  теориях Д. Белла. Л. Липсета, Э. Шилса, Ф. Хайе-ка, Р. Нозика, М. Фридмена и др. Все большее распространение получают теории, согласно которым роль правового государства не сводится только к охранительным функциям: оно обретает определенные (пока весьма ограниченные) социальные функции. В противовес первоначальным замыслам буржуазных либеральных идеологов, отстаивающих свободу конкуренции и недопустимость государственного вмешательства в процесс перераспределения собственности и ресурсов, правовое государство обретает новые качества, переходит в новую стадию развития. 

В конце XIX — начале XX в. правовое государство и в  теории и на практике обретает те черты, свойства и характеристики, без которых  цивилизованное общество существовать не может: гуманизм (приоритет прав человека по отношению к власти); демократичность (преодоление отчуждения личности от государства, создание массовой социальной базы); нравственность (забота об "общем благе"); ограничение  всевластия (разделение властей, создание сдержек и противовесов). 

1Чичерин Б.Собственность  и государство. Ч. 2. С. 201. 2Там же. С. 202, 204. 

Обобщая практику современных  ему правовых государств, Б. Кистяковский писал: "Правовое государство —  это высшая форма государственного быта, которую выработало человечество как реальный факт"1. 

Анализируя условия  становления идей и принципов  правового государства, можно с  уверенностью сказать, что само это  понятие не могло бы сложиться  без таких "облагораживающих" свойств, как права человека, как "человеческое измерение" государственности. Поэтому в своем становлении  и развитии права человека и правовое государство неразделимы. И верховенство права, и приоритет прав человека не просто свойства, качества правового  государства, но в конечном счете — его цель, которой подчинены все иные его характеристики. Б. Кистяковский подчеркнул это важнейшее свойство правового государства, отметив, что осуществление неотъемлемых прав человека и гражданина — непременное условие всякого политического, правового и социального прогресса. Поэтому оно должно быть основополагающим в любой теории, которая стремится выработать взаимоотношения личности и власти2. 

О сущности и признаках  правового государства написано много. Исследователи выделяют различные  признаки государства. Однако в них  неизменно включаются признание  прав человека, господство права, разделение властей. 

Б. Кистяковский отмечал, что главное и самое существенное содержание права составляет свобода  и право есть только там, где есть свобода личности. "Если мы сосредоточим свое внимание на правовой организации  конституционного государства, то для  уяснения его природы наиболее важными  являются именно эти свойства права. Поэтому правовой порядок есть конституционная  система отношений, при которой  все лица данного общества обладают наибольшей свободой деятельности и  самоопределения"3. 

1 Кистяковский Б.  Государство правовое и социалистическое // Вопросы философии. 1990. № 6. С. 143. 

2См.: Кистяковский  Б. Социальные науки и право.  М., 1916. С. 490. 

3Кистяковский Б.А.В  защиту права (Интеллигенция ц  правосознание) // Вестник Московского  университета. Серия 7. Философия. 1990. № 3. С. 56. 

П. Новгородцев, анализируя природу правового государства, подчеркивал, что она основана на свободе и правах человека и именно в этом качестве государство сохранило  практическую ценность необходимой  и целесообразной организации, оказывающей  человечеству элементарные, но незаменимые  услуги1. 

Существует несколько  понятий правового государства, однако при различиях конкретных структурных элементов, включенных в эти понятия, неизменным выступает свобода личности, объективированная в системе ее неотъемлемых прав. К этому главному, определяющему элементу привел многовековой поиск нормальных отношений между личностью и государством, которое в своей первоначальной сущности "нависало" над индивидом, подавляло его, ограничивало его свободу, навязывая ему стандарты поведения, удобные прежде всего государству. На самых ранних этапах его существования этой цели служило божественное обоснование государственной власти, наделение его качествами, определяющими первичность по отношению к индивиду (патернализм, забота о подданных и т. д.). И в этом смысле свободы не имели даже правящие, привилегированные классы и слои, поскольку государство изначально не знало ограничений и самоограничений. Законы государства в добуржуазную эпоху не опирались на принцип формального равенства и, следовательно, ставили в различные позиции по отношению к власти представителей различных классов и социальных групп. 

Высокая ценность правового  государства состоит в том, что  оно возникло на путях поиска свободы  и в свою очередь стремится  быть гарантом этой свободы. "Всемирная  история, — писал Гегель, — это  прогресс в сознании свободы, прогресс как в смысле познания объективной истины, так и внешней объективации достигнутых ступеней познания в государственно-правовых формах"2. Правовое государство в современных условиях — высшая ступень развития свободы и ее выражения в определенных государственно-правовых категориях. Правовое государство есть форма ограничения власти правами и свободами человека. Права и свободы индивида — важнейший противовес всесилию государственной власти, призванной обеспечить ее ограничение и самоограничение. Поэтому приоритет прав человека по отношению к государству является первичным, определяющим, системообразующим признаком правового государства, с которым связаны иные его признаки, служащие осуществлению свободы и прав человека: построение государственной и общественной жизни на принципах права, разделение властей, взаимная ответственность индивида и государства. Цель правового государства — обеспечение границ свободы индивида, недопустимость нарушения поля свободы, очерченного правом, запрет применения насильственных мер, не основанных на праве. Права человека "держат дистанцию" между индивидом и государством. Правовое государство призвано обеспечивать в обществе разумный компромисс, предотвращая социальные катаклизмы и перевороты. 

1 См.1.Новгородцев  П.Кризис современного правосознания.  М., 1909. С. 388. 2 Гегель. Соч. Т. 8. М.; Л., 1934. С. 98-99. 

В исторических реалиях  не было еще идеального правового  государства, выражавшего его первоначальный замысел и предназначение. С начальных  периодов формирования правового государства  необходимо было искать и находить ответы на важнейшие вопросы: каким должно быть государство, чтобы обеспечить справедливый порядок отношений между ним и индивидом? как ограничить самовластие государства и обеспечить автономию и свободу личности? каковы должны быть условия и гарантии, обеспечивающие уверенность человека в предсказуемости действий властей? как соблюсти баланс в обеспечении свободы личности и ограничении ее эгоизма и произвола? наконец, как ограничить государственную власть, не снизив ее полномочий в обеспечении порядка и организации общества? Каждый из этих вопросов несет в себе противоречия, подчас очень глубокие и труднопреодолимые. Ведь речь идет о поисках тончайших граней, переступив которые государство может стать тоталитарным, либо, напротив, ввергнет общество в анархическую неуправляемость, противоборство антагонистических сил и своеволие эгоистических страстей. 

1Новгородцев П.Указ. соч. С. 18. 

Исследуя в начале века причины кризиса идей правового  государства, П. Новгородцев писал: "Опыт жизни показал, что идеальные  начала правового государства не только не могли быть немедленно осуществлены, но еще и заключали в себе, вместо полной гармонии, известный антагонизм, который вообще делал их неосуществимыми  в чистом и безусловном выражении"1. Поэтому и в конце XX в., когда мы говорим о правовых государствах Германии, Испании, Австрии, Швейцарии, Франции и др., следует учитывать трудности реализации всех принципов правового государства, их зависимость от состояния экономики и расстановки политических сил, от уровня социальной культуры и степени солидарности общественных интересов, от внешних факторов и взаимоотношений в мировом сообществе, от национальных и исторических особенностей страны, ее персоноцентристской либо системоцентристской ориентации. Б. Кистяковский писал, что "нет единых и одних и тех же идей свободы личности, правового строя, конституционного государства, одинаковых для всех народов и времен, как нет капитализма или другой хозяйственной и общественной организации, одинаковой для всех стран. Все правовые идеи в сознании каждого отдельного народа получают своеобразную окраску и свой собственный оттенок"1. 

Такое своеобразие  проявляется и в особенностях правового государства различных  стран мира, в специфике правовых институтов и процедур защиты прав человека. Поэтому для постижения правовой государственности наряду с его признаками, системой процедур, механизмов защиты прав человека следует  учитывать традиции, правовые представления, особенности правосознания народа, его социальной психологии. Провозглашение правовой государственности не есть конституционная констатация уже  достигнутого и завершенного процесса: это длительное развитие, переход  от одной ступени формирования к  другой. 

Трансформацию представлений  о правовом государстве можно  наблюдать, анализируя смену теории Руссо, считавшего народную волю, выражаемую непосредственно и объективируемую  в общественном договоре, основой  государства, теорией представительства  Монтескье, который утверждал, что  не народ, а лучшие из людей, стоящие  выше обычного уровня, способны к управлению. 

Теория народного  суверенитета, выдвинутая Руссо, была видоизменена: общая воля, по мнению Монтескье, Локка, раскрывается в решениях представительных (законодательных) органов, наряду с которыми независимо существуют исполнительная и судебная власти. Это создает условия в отношениях "индивид — государство" для  обеспечения приоритета прав и свобод человека. 

1 Кистякоаскии Б.  В защиту права (Интеллигенция  и правосознание). С. 52. 

Если народный суверенитет  Руссо построен на отчуждении личностью  своих прав в пользу общности, то у Локка и Монтескье неотчуждаемые  права и свободы становятся ограничителями власти, первичны по отношению к  ней. Если народный суверенитет у  Руссо неотчуждаем и неделим, то сторонники теории разделения властей  считают его, наряду с правами  человека, необходимым условием ограничения  всевластия государства и сохранения свободы личности. 

Однако сторонники теории правового государства понимали невозможность отъединения юридических  свойств правового государства от взаимоотношений индивидов и социальных общностей. Локк выдвигает принцип "согласия" как условие общественного договора, Монтескье отстаивает принцип "политической свободы", которая необходима для обеспечения безопасности гражданина или его уверенности в своей безопасности. Кант, считая республику наиболее приемлемым и прочным государством, основанном на правовом законе, подчеркивает важность гражданской свободы, равенства, самостоятельности. Для Гегеля государство воплощает не только юридические начала, но и разум, и свободу. 

Русские либеральные  юристы считали необходимым условием существования государства, основанного  на праве, солидарность общества (Б. Кистяковский, С. Котляревский, П. Новгородцев). Последний расширил сферу факторов, необходимых для существования правового государства: "Новые задачи правового государства более чем какие-либо иные требуют укрепления и поддержки со стороны факторов нравственных, средств воспитания и всяких способов общественного воздействия на умы и характеры людей, долженствующими свободными усилиями общества создать более совершенное общество"1. 

Таким образом, следует  сделать следующие выводы. 

1Новгородирв П.  Указ. соч. С. 370. 

Во-первых, теория правового  государства не возникает сразу  в законченном виде. Она видоизменяется и трансформируется, дополняется  новыми качествами. С появлением в  ней принципа неотъемлемых естественных прав человека она обретает свое основное ценностное качество, становится определяющим ориентиром, высшим приоритетом. Для  обеспечения этого принципа необходимы разделение властей, призванное их уравновешивать; господство правового закона; основанное на таком законе ограничение индивидуализма с целью предотвратить злоупотребления  правами и свободами как самих граждан, так и злоупотребления, неправомерные действия государства, всех его властей. Приоритет прав человека не снимает с него ответственности за надлежащее использование своих прав и свобод и одновременно возлагает ответственность за обеспечение этих прав на государство. Создается особая правовая связь: взаимная ответственность государства и гражданина, которая не колеблет свободы последнего, но лишь стремится разумно сочетать свободу всех индивидов общества. 

Во-вторых, практика формирования правового государства  сложна и противоречива. В реальности чрезвычайно трудно воплотить те принципы правового государства, которые  явились результатом поиска оптимальных  ответов на основной вопрос: как  строить отношения индивида и  государства? Правовое государство  развивается в преодолении трудностей и противоречий как чисто правового  свойства, так и находящихся вне  правового поля. Формирование правового  государства не одномоментная акция, а поэтапный процесс, который  не имеет конечных границ. 

В-третьих, правовое государство для выполнения своей  основнок функции — защиты и охраны прав и свобод граждан — должно быть оснащено системой процедур, механизмов, институтов, гарантирующих защиту субъективных прав человека. Эти процедуры, механизмы, институты не являются неизменными, они находятся в динамике, совершенствуются, приспосабливаясь к изменяющимся условиям жизни общества. Обширная и разнообразная  система органов и процедур,защищающих права человека, создает механизм, без которого не может функционировать правовое государство: конституционные суды (ФРГ, Испания, Италия, Австрия, Россия), Конституционный Совет (Франция), Верховный суд (США), Государственный Совет (Италия), административные суды, суды общей юрисдикции, омбудсманы (Швеция, Испания, Великобритания, Финляндия, Франция, Польша и др.), медиатор-посредник (Франция) — вот далеко не полный перечень механизмов, обеспечивающих права и свободы человека. 

Важное значение имеет принцип связанности законодателя правами человека. 

В-четвертых, правовое государство невозможно создать  в обществе, раздираемом социальными  противоречиями, конфронтацией, политической борьбой, выходящей за пределы права. Правовое государство может существовать и успешно развиваться в обществе, где есть согласие граждан относительно принципов его устройства, целей  его развития, где свобода и  права человека сопряжены с уважением  и доверием сограждан к государственным  учреждениям и друг другу.Нравственные факторы, солидарность, объединение вокруг общепризнанных ценностей — эти неправовые факторы оказывают неоценимое влияние на отношение к правам человека, праву, законности. Как бы ни были прекрасны принципы правового государства, их никогда не удавалось воплотить в жизнь в атмосфере нестабильности, безверия, нравственной деградации общества. Цель правового государства — защищая права человека, обеспечить достоинство личности как неотъемлемый компонент культуры общества, воплотившей многовековые представления о самоопределяющемся человеке, свободном от нищеты, насилия, угнетения, унижения. В обеспечении достоинства огромная роль принадлежит характеру взаимоотношений человека и власти, при котором человек выступает не как объект команд и распоряжений, а как равноправный партнер государства, участвующий в принятии решений, осуществляющий в предусмотренных законом формах контроль за деятельностью властных структур, освобожденный от жесткой опеки государственной власти. 

§ 2. Права человека и формирование правового государства  в России 

Статья 1 (ч. 1) Конституции  РФ провозглашает Российскую Федерацию  демократическим правовым государством с республиканской формой правления. Смысл правового государства  раскрывается через ст. 2 Конституции: "Человек, его права и свободы  являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность  государства". 

Высоко оценивая значимость этих конституционных записей, следует, однако, отметить, что Россия сегодня не является правовым государством, равно как и права и свободы  человека в реальности не стали высшей ценностью. И это факт закономерный, определяемый как предшествующей историей, так и той сложной ситуацией, в которой оказалась современная  Россия. Формирование правового государства  и уважения прав человека — задача чрезвычайно трудная, и ее решение  возможно лишь в результате многих лет (а может быть, и десятилетий) усилий всего общества, связанных  с преодолением как наследия прошлого, так и тех ошибок и просчетов, которые были допущены в последние годы. 

Остановимся на причинах трудностей формирования правового  государства в России. 

а) Одна из основных трудностей — исторические традиции России, которые были несовместимы с демократией и свободой. Россия — страна, в которой господствовал  системоцен-тристский подход во взаимоотношениях личности и власти. Идеи свободы  и прав человека, всеобщего равенства  и справедливости, получившие широкое  распространение в государствах Европы и в США в XVII—XVIII вв. и  ставшие универсальным лозунгом буржуазных революций, не были чужды  политической мысли России. Однако возникли они во второй половине XVIII в. (А.Н. Радищев, С.Е. Десницкий, Н.И. Новиков  и др.). К сожалению, эти идеи не могли быть восприняты общественным сознанием народа, отсталого и  безграмотного, задавленного крепостным правом и самодержавием, безграничной верой в "доброго царя". 

Либеральные идеи начали проникать в политико-правовую мысль  во второй половине XIX — начале XX в. 

Стремление осмыслить  опыт Французской революции, корни  которой были заложены в Реформации и Просвещении, характерно для большой  плеяды русских юристов и историков. Отсюда и идеи естественного права  и правового государства, которые  исследуются в трудах Б.Н. Чичерина, П.И. Новго-родцева, Б. А. Кистяковского, В.М. Гессена, Л. И. Петражицкого и др. Они являются пока еще не оцененным  вкладом в создание идеала права, обеспечение свободы личности и  ее прав. Однако эти либеральные  идеи замыкались в узкой среде  профессионалов, они остались чуждыми  общественному сознанию не только народных масс, но даже интеллигенции. Об этом с  горечью писал Б. А. Кистяковский: "Наше общественное сознание никогда  не выдвигало идеала правовой личности. Обе стороны этого идеала —  личность, дисциплинированная правом и устойчивым правопорядком, и личность, наделенная всеми правами и свободно пользующаяся ими, чужды сознанию нашей  интеллигенции"1. 

Режим, установленный  после Октябрьской революции, явился шагом назад, поскольку он отверг главные демократические ценности — свободу, господство права, права  человека, правовое государство. Авторитаризм, полное нивелирование индивидуальности и самобытности человека, отрицание  его права на свободу выбора и  самоопределения стали универсальными правилами новой жизни. 

Принципы прав и  свобод человека и неприкосновенности личности не могли вписаться в  главную концепцию революции  — диктатуру пролетариата, опирающуюся  на насилие и не связанную никакими законами2. Диктатура пролетариата — это антипод правового государства, поскольку она отрицает юридическое равенство и, по выражению Ленина, "дает ряд изъятий из свободы"3по отношению к лицам, принадлежащим к "чуждым классам". Речь идет по сути дела о массовом подавлении индивидов, лишении их таких неотъемлемых прав, как право на жизнь, личную неприкосновенность и др.