Причины раскола Русской православной церкви

Министерство  образования и науки Российской Федерации

ГОУ ВПО Нижегородский  государственный педагогический университет

Кафедра философии

 

 

 

 

 

 

Реферат по дисциплине «Религиоведение» на тему

«ПРИЧИНЫ РАСКОЛА  РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В XVII ВЕКЕ»

 

 

 

                                           Выполнил студент 4 курса

                                           исторического факультета

                     Артемьев Э.Р.

 

 

                  Проверил:

                                             доктор философских наук

                        Пушкин С.Н.

                                                      

 

 

Нижний Новгород

2011

Содержание

 

Введение_________________________________________________________3

 

Причины раскола с точки  зрения богословской позиции_________________4

 

Причины раскола с биолого-антропологической  точки зрения____________7

 

Причины раскола с материалистической точки зрения__________________11

 

Заключение______________________________________________________14

 

Список литературы________________________________________________16

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

Раскол середины XVII века в Русской Православной Церкви – одна из самых трагичных страниц российской истории. Разделение некогда единого православного народа на «никониан-нововеров» и «раскольников-староверов», продолжающееся и по сей день, сыграло в истории куда более негативную роль, чем, к примеру, Смутное время, предшествовавшее расколу.

Раскол не преодолен до сих пор. В настоящее время  существует большое количество старообрядческих согласий, не находящихся в каноническом общении ни с Русской Православной Церковью, ни друг с другом. Перечислим основные из этих согласий:

1. Русская Православная Старообрядческая Церковь (РПСЦ), известная также как белокриницкое согласие – самое крупное из существующих согласий. Принадлежит к поповскому направлению, то есть к староверам, признающим священство. Возглавляется митрополитом Московским и всея Руси Корнилием.
2. Русская Древлеправославная Церковь (РДЦ) – до XX века именовались беглопоповцами и принимали священников, перешедших их официальной церкви, но в 1923 году после перехода в старообрядчество архиепископа Николы обзавелись собственной иерархией. В настоящее время возглавляется патриархом Московским и всея Руси Александром.
3. Древлеправославная Поморская Церковь (ДПЦ), или поморское согласие – самое крупное из беспоповских согласий и одно из самых старейших согласий. Не признают священнослужителей, богослужения совершаются мирянами-наставниками.
4. Федосеевцы (Федосеевское безбрачное старопоморское согласие) – более радикальное беспоповское согласие. Отличаются от поморцев более строгими ограничениями и отрицанием брака. Духовным центром федосеевцев является Преображенское кладбище в Москве.

 

Кроме вышеперечисленных  в настоящее время существуют и другие, но крайне малочисленные  старообрядческие согласия: филипповцы, спасовцы, часовенные, бегуны и т.д.

В своем реферате я попытаюсь рассмотреть причины, породившие старообрядческий раскол. В религиоведении принята выделять три подхода к проблеме возникновения тех или иных религиозных учений: богословский, биолого-антропологический и материалистический. Я попытаюсь осветить поставленную проблему с точки зрения всех трех подходов, насколько это представляется возможным.

 

 

 

Причины раскола  с точки зрения богословской позиции

 

Прежде всего, рассмотрим взгляд на причины раскола в XVII веке самой Церкви, как официальной, так и старообрядческой. Здесь нужно иметь в виду, что позиции старообрядцев и официальной Русской Православной Церкви (далее – РПЦ) в данном вопросе принципиально разные, а позиции богословов внутри самой РПЦ также подчас серьезно отличаются между собой.

Начнем с позиции старообрядчества. Несмотря на все разногласия между  различными направлениями и согласиями в старообрядческой среде, восприятие никоновской реформы и порожденного ей раскола одинаково у всех староверов.

Старообрядчество, как и  вообще православие в целом, основывается на двух источниках веры – Священном  Писании и Священном Предании. Под Священным Писанием понимается Библия, как Ветхий, так и Новый  Завет. Под Преданием же понимается совокупность всех догматов, и учений Церкви, разработанных святыми отцами и зафиксированных на Вселенских и Поместных Соборах. Необходимость  Предания основана в частности на словах апостола Павла: «Итак, братия, стойте и держитесь предания, которым вы научены или словом, или посланием нашим». Из этого вытекает, что все церковные установления и традиции, упоминаемые у святых отцов, либо зафиксированные в деяниях Соборов, являются незыблемыми. Это относится не только к основным догматам, но и к таким вещам, которые кажутся многим современным людям незначительными. Сознательное нарушение, а значит, отрицание Предания приравнивается старообрядчеством к протестантизму, который, как известно отвергает ценность Священного предания и потому однозначно классифицируется как ересь.¹

Именно поэтому нововведения патриарха Никона не были приняты  старообрядчеством, как нарушающие Священное Предание и в частности постановления Стоглавого Собора 1551 года. Русская Церковь по мнению староверов, приняв православие из Византии в 988 году, сумела сохранить его в чистоте и непорочности на протяжении семи веков, поскольку не подвергалась никаким иноземным еретическим влияниям. Греческая же церковь с начала XIII века постоянно подвергалась влиянию католиков, а в 1439 году и вовсе заключила унию с римским папой (за что, по мнению староверов, Византия и поплатилась в скором времени). И хотя уния через некоторое время была расторгнута, но воздействие Запада сказались весьма сильно. Именно этим староверы объясняют то различие в обрядах, которое существовало между Русской Церковью и восточными Церквями к середине XVII века. Таким образом, реформы Никона, направленные на исправление старых обрядов и введение новых, искаженных еретиками, были, по мнению староверов, ничем иным как предательством Православия.²

Здесь необходимо указать  основные моменты никоновской реформы, воспринятые староверами как  еретические нововведения:

- Замена двуперстия троеперстием. Двуперстное крестное знамение  символизировало два основных  догмата православия. Сложенные  вместе указательный и средний  пальцы обозначают двойственную  природу Христа – божественную  и человеческую, а сложенные большой,  безымянный и мизинец – Святую  Троицу. Троеперстие поначалу отражало  лишь один из этих двух догматов  – догмат о Троице. Позже (не  ранее XIX века) в ходе полемики со староверами было придумано толкование о том, что прижатые к ладони мизинец и безымянный палец также символизируют богочеловечность Христа. Главным аргументов староверов является то, что крестясь именно тремя пальцами, человек возводит на крест не Христа (Христа символизируют два пальца), а Святую Троицу.

- Написание имени «Исус»  было изменено на «Иисус». Написание  «Иисус» практически повторяло  польскую форму «Иезус». Подобное  изменение также не могло не  восприниматься, как влияние католической  Польши. Также старообрядцам виделось, что при произнесении имени  «Иисус» кощунственным образом  меняется смысл Исусовой молитвы:  «Господи Исусе Христе…» теперь  слышалось как «Господи и Исусе  Христе…».

- Крестный ход стал  совершаться не посолонь, а противосолонь,  то есть против солнца. Символика  «посолонь-противосолонь» является  очень древней и уходит еще  в языческие времена. Движение противосолонь традиционно воспринимается как символ оборотной (темной) стороны бытия, иными словами обозначает нечто, противостоящее привычному ходу вещей.

- На богослужениях сугубая  аллилуйя («Аллилуйя, аллилуйя, слава  Тебе, Боже») была заменена на  трегубую («Аллилуйя, аллилуйя, аллилуйя, слава Тебе, Боже»). Учитывая, что  слово «аллилуйя» в принципе  можно перевести как «Слава  Тебе, Боже», трегубая аллилуйя  славит Бога не три, а четыре  раза, что противоречит догмату  о Троице.³

- Позже (уже после Никона) было внесено еще целый ряд изменений, усугубивших различия между староверами и «никонианами». Так в РПЦ получило практически всеобщее распространение крещение обливанием, а не погружением. Подобная форма крещения старообрядцами однозначно признается недействительной. Также были деканонизированы некоторые святые (Максим Грек, Анна Кашинская), чей культ играл староверам на руку. Деканонизация этих святых была уникальным случаем в истории православия. Правда, позже, когда отношение к старообрядцам изменилось, они вновь были канонизированы РПЦ.

 Это лишь самые основные отличия. По мнению старообрядцев «никонианская» церковь со времени реформ  является еретической, однако степень этой еретичности вызывает бурные споры среди представителей разных согласий. Так староверы-беспоповцы (поморцы, федосеевцы, филипповцы и т.д.) убеждены, что «никониане» - еретики «по первому чину», то есть в РПЦ после никоновских реформ совершенно исчезла всякая благодать. Поэтому все таинства в этой церкви не могут иметь силы, а значит «никониан, переходящих в старообрядчество, необходимо перекрещивать. Однако представители белокриницкого согласия и «беглопоповцы» (нынешнее название – Русская Древлеправославная Церковь) считают, что, несмотря на «еретические» искажения, благодать в РПЦ сохранилась. Потому таинства, совершаемые в ней (в частности крещение и хиротония), действенны, следовательно, можно принимать священнослужителей РПЦ, переходящих в старую веру, в существующем сане. Правда, в настоящее время среди поповцев распространена та точка зрения, что современная РПЦ утратила благодать, которая еще оставалась в ней после реформ Никона (в частности, из-за всеобщей распространенности обливательного крещение, которое всеми староверами однозначно признается недействительным).

Что касается отношения к  расколу со стороны РПЦ, то здесь  можно выделить две основных позиции. Первая позиция характерна для РПЦ  в дореволюционный, синодальный  период, а также для наиболее консервативно  настроенных современных богословов. Позиция эта заключается в том, что обряды, существовавшие на Руси до Никона и освященные Стоглавым Собором, - неправильные и, если не еретические, то по крайней мере сильно искаженны, тогда как греческие обряды, напротив, были наиболее верными. Сторонники этой точки зрения прямо указывали на то, что Стоглавый Собор издал свои постановления в виду собственной невежественности, «по недомыслию своему». Такая позиция многими (и не только староверами) расценивается как кощунственная, поскольку вся дониконовская церковь, включая многочисленных святых угодников, автоматически попадает под обвинение в невежественности или вовсе еретичности. Кроме того, данная позиция не имеет под собой никаких исторических оснований, поскольку еще дореволюционными историками (Голубинский Е.Е.) было доказано, что русские обряды были всё же ближе к древним греческим, нежели новогреческие обряды, введенные Никоном. Так двуперстие появилось уже в V-VI веках, заменив предшествующее единоперстие (при чем первые упоминания о нем были в католической Европе). Троеперстие же появилось гораздо позже, лишь на рубеже XII-XIII веков. Ранее этого периода никаких изображений и упоминаний троеперстия нет.⁴ Аргументация сторонников этой версии раскола, как правило, ограничивается голословными утверждениями либо крайне сомнительными доводами, вроде «троеперстного сложения» руки на мощах преподобного Спиридона Печерского.

Однако, в XX веке, особенно после Поместного Собора 1970 года, в Русской Православной Церкви установился иной взгляд на раскол XVII века. РПЦ признала ошибочной деятельность патриарха Никона в деле «исправления» старых русских обрядов, а сами старые обряды были признаны «равночестными» новым и «спасительными». Церковь признала, что основная вина в расколе лежала не на староверах, а на Никоне и его преемниках, неправильно и слишком резко проводивших церковную политику. Подобная точка зрения способствовала распространению единоверия, появившегося еще в 1800 году, когда часть староверов перешло под юрисдикцию РПЦ, сохраняя при этом старые обряды. В 2000 году Архиерейский собор Русской Православной Церкви зарубежом (РПЦЗ) принес покаяние перед старообрядцами за те жестокости и преследования, которым подвергались последние.

Однако даже такая лояльная точка зрения в РПЦ тем не менее  тоже имеет ряд оговорок. Во-первых, эта лояльность, как правило, относится  только к старообрядцам-поповцам. Беспоповцы однозначно осуждаются официальной церковью за то, что, отвергая священство, они отказываются и от совершения церковных таинств (кроме крещения) церковных таинств, столь необходимых для спасения согласно православной догматике (особенно это касается таинства Евхаристии). Во-вторых, и старообрядцы-поповцы также упрекаются в обрядоверии. По мнению РПЦ различия в обрядах не могут быть определяющими и ни в коем случае не должны быть причиной отделения от церкви. В последние десятилетия РПЦ неоднократно предпринимало попытки сближения со староверами, однако со стороны староверов ответного стремления к диалогу не наблюдается.

 

 

Причины раскола  с биолого-антропологической точки  зрения

 

Биолого-антропологический  взгляд предусматривает, что те или  иные идеи, движения, конфессии и  т.д. возникают по воле отдельных  людей и появляются в сознании индивида спонтанно, самопроизвольно, независимо от внешних воздействий. Этот подход предполагает анализ конкретных личностей, чьи действия и взгляды повлияли на те или иные процессы. Применительно к анализу причин церковного раскола XVII века этими личностями безусловно являются патриарх Никон и протопоп Аввакум.

Итак, инициатором реформ, вызвавших церковный раскол, был  патриарх Никон (1605-1681). Никон был фигурой крайне противоречивой. С одной стороны он отличался личным благочестием, аскетизмом, с другой – неограниченным властолюбием. Согласно старообрядческой легенде, когда Никон еще был иноком Анзерского скита на Соловках, настоятель скита – старец Елеазар – увидел однажды на его шее змея, как символа сатаны. Сблизившись с царем, Никон очень скоро вошел к нему в доверие, и вскоре не без вмешательства царя был избран патриархом всея Руси.⁵

Никон, как и многие его современники, находился под сильным влиянием идеи «Третьего Рима». Согласно этой идее Русь осталась последним христианским государством на земле и поэтому является преемницей Римской и Византийской империй. Первые две христианские столицы – Рим и Константинополь – пали, и последним оплотом православия стала Москва. Соответственно и Русская Православная Церковь, по мнению Никона, должна стать преемницей Византийской Церкви, а титул Вселенского патриарха должен перейти от константинопольского патриарха к московскому. И действительно, восточные патриархи, находившиеся под гнетом Османской империи, смотрели на Русь, как на возможную избавительницу, часто посещали Москву и получали немалые средства от русского царя. Никон в свою очередь был убежден, что для того, чтобы стать полноправной преемницей Греческой Церкви, Русская Церковь должна соответствовать ей во всем. А между тем, греки, приезжавшие в те времена в Россию, равно как и русские, ездившие на православный Восток, отмечали, что обрядовая практика Русской и Греческой Церквей сильно разнится. Этот факт сильно вредил авторитету Русской Церкви среди других поместных Церквей. Никон пришел к ошибочному выводу, что подобные расхождения произошли из-за того, что в русских богослужебных книгах накопилось большое количество ошибок и несоответствий, поэтому нужно привести их в соответствие с греческими оригиналами.

Патриарх Никон подошел  к делу исправления книг со всей решимостью и бескомпромиссностью  своего характера. В первые же годы своего патриаршества он жестоко  подавлял любую оппозицию и разогнал кружок «ревнителей древнего благочестия», выходцем из которого сам являлся. Близость Никона к царю в те годы обеспечила Никона фактически неограниченной властью. Вероятно, жесткость Никона и его нежелание прислушиваться к мнению других была одной из главных причин столь бурного сопротивления его реформам. И если среди высшего духовенства у Никона практически не было противников (кроме Павла Коломенского), то среди священников и монашества реформы Никона вызвали крайне негативную реакцию. Кроме того, властолюбие патриарха привело к его конфликту с царем. Никон стал автором идеи о том, что «священство» выше «царства», и что царь должен находиться в зависимости от патриарха. Царю такое положение дел, конечно, не понравилось и вскоре Никон удалился в Новоиерусалимский монастырь, формально сохранив за собой сан патриарха.⁶

По мнению ряда исследователей, после удаления в Новоиерусалимский  монастырь Никон разочаровался  в своей реформе.⁷ Так или иначе, но последние годы своего патриаршества он был сосредоточен на обосновании идеи превосходства священства над царством, и кто знает – останься Никон на посту патриарха после 1667 года – неисключено, что он пошел бы на компромисс со староверами, и раскол был бы преодолен. Тем не менее, этого не произошло, а после собора 1667 года, предавшего анафеме староверов и одновременно низложившего Никона, церковный раскол уже стал необратимым.

Лидером противоположного лагеря был земляк патриарха Никона –  протопоп Аввакум (1620-1681). Аввакум отличался крайней бескомпромиссностью и принципиальностью по отношению к нарушителям церковных канонов. Эти его качества проявились еще до раскола: так еще во время своего служения в Юрьеве-Польском Аввакум был избит прихожанами, недовольными строгостью протопопа, а боярин Василий Шереметев велел бросить Аввакума в Волгу за то, что тот отказался благословить его сына, бреющего бороду (что запрещалось канонами).⁸ В Москве Аввакум вступил в кружок «ревнителей древнего благочестия» или «боголюбцев», главной целью которого было возрождение и нуклонное следования древним церковным уставом (некоторое время к данному кружку был близок и Никон). Неудивительно, что именно Аввакум встал во главе движения противников никоновских реформ.

Конечно, к началу раскола  Аввакум несомненно обладал меньшей  известностью и авторитетом чем например другие противники реформ – протопоп Стефан Вонифатьев, который был духовником царя Алексея Михайловича и основным кандидатом на патриарший престол в 1652 году (добровольно отказался от сана в пользу Никона), протопоп Иоанн Неронов, который был неофициальным лидером «ревнителей древнего благочестия», епископ Павел Коломенский – единственный архиерей, выступивший против богослужебных реформ, и др. Однако, ни Стефан Вонифатьев, ни Иоанн Неронов, ни Павел Коломенский, не обладали той напористостью и эмоциональностью, как Аввакум. К тому же Павел умер уже в 1656 году (по одной из версий – убит по приказу Никона), Вонифатьев – в 1664-1665 годах, а Неронов на соборе 1666-1667 годов публично покаялся и перешел на сторону официальной церкви. Таким образом, после 1667 года Аввакум остался главным идеологом старообрядчества.⁹

Аввакум был очень талантливым  оратором и апологетом. Практически  все свои произведения (включая автобиографическое «Житие», многочисленные послания и  беседы) он написал сидя в пустозерской тюрьме. Его произведения расходились  по стране и сыграли огромную роль в становлении русского старообрядчества на его раннем этапе. И хотя в одной  тюрьме с ним сидели другие известные  старообрядческие писатели – инок Епифаний и дьякон Феодор, но их писания  не могли сравниться с аввакумовскими по силе влияния на аудиторию. Аввакум  беспощадно клеймил «никониан», и его послания были для гонимых староверов своеобразной моральной опорой и одновременно – источником многочисленных аргументов в полемике с новообрядцами. Своими бескомпромиссными проповедями Аввакум окончательно порвал с официальной церковью. Если в 50-е годы, когда во главе «никониан» стоял сам Никон, а во главе староверов – И.Неронов и другие «ревнители древнего благочестия», еще была какая-то надежда на устранение раскола, то после анафем 1667 года и проповедей Аввакума такой надежды уже не было.¹⁰

Протопоп Аввакум с  сочувствием относился и к  таким радикальным проявлением  раскола, как самосожжение. В своих посланиях он сравнивает самосожженцев с апостолами и первыми мучениками, а в послании к некому Сергию прямо пишет: «Что ты задумался? Не задумывайся, не размышляй много, пойди в огонь, - Бог благословит. Добро те делали, кои в огонь забежали… Вечная им память».¹¹ Учитывая авторитет Аввакума среди староверов, можно предполагать, что его роль в распространении практики самосожжений была отнюдь не последняя.

Однако основной призыв к  самосожжениям шел не от Аввакума, а от других проповедников, которые  не были никоим образом связаны с  московскими «ревнителями древнего благочестия». Дело в том, что одновременно с проповедями Аввакума в ряде регионов развивалось радикальное  движение так называемых «пустынников»  или «лесных старцев», которые  по сути положили начало беспоповщине. У истоков этого движения стоял старец Капитон (ум. 1660) – человек, гораздо менее известный, чем Аввакум, но также объективно повлиявший на развитие старообрядчества (в его беспоповском варианте) и бывший по сути предтечей раскола, поэтому нельзя не упомянуть о нем в этой главе.

Первые сведения о Капитоне относятся к началу 30-х годов  XVII века. В этот период инок Капитон основал несколько скитов на Ярославщине и Вологодчине. Отличаясь крайним аскетизмом, он был «воздержен в посте, вериги на себе носил каменные, плита созади, а другая спереди, по полтора пуда в обеих: и всего весу три пуда. Петля ему бе пояс, а крюк в потолке, а обе железны, то ему постеля: прицепил крюк в петлю повисе спати…»¹². Уже в период правления патриарха Иосифа Капитон начал учить, что в мире воцарился антихрист и что грядет кончина мира. Одновременно он резко критиковал представителей духовенства за развращенные нравы и содействие антихристу. В результате Капитон подвергся преследованиям со стороны власти и церкви, был посажен «на исправление» в Спасов монастырь в Ярославле, но сбежал оттуда и основал еще несколько скитов, сначала в Костромской волости, а затем на Владимирщине. К концу 40-х годов Капитон уже окончательно порвал с церковью, признав в ней служанку антихриста и велел своим ученикам не ходить на православные богослужения и не принимать причастие, так как наступили последние времена. Одновременно Капитон и его последователи практиковали радикальный аскетизм: практически полное воздержание от пищи, ношение вериг и т.д.. Учение Капитона во многом было схоже со средневековыми дуалистическими ересями и манихейством. Когда в 1652 году начались никоновские реформы, то для Капитона они стали лишь очередным доказательством отступничества Русской Церкви. Однако теперь многие, видя происходящие «отступления», убеждались в правоте Капитона, и количество его последователей стало неуклонно расти. Так и появилось движение «лесных старцев» – первое беспоповское течение в старообрядчестве. Сам Капитон умер уже в 1660 году, но движение, возглавленное после его смерти его учениками (Прохором, Вавилой, Леонидом и др.), распространилось по всей центральной России и приняло еще более радикальные формы – самосожжение и самоуморение. Со временем однако ж радикальные составляющие учения сошли на нет, но осталось отрицание священства и необходимости церковных таинств (кроме крещения и покаяния). К тому же все священники, рукоположенные до Никона, умерли к концу XVII века, что привело к окончательному оформлению беспоповщины в самостоятельную ветвь раскола.¹³

Наконец, говоря о людях, так или иначе ставших виновниками  церковного раскола в XVII веке нельзя не сказать и пару слов о личности царя Алексея Михайловича (1629-1676). Царь был горячим сторонником реформ патриарха Никона, и дело было не только и не столько в его личной симпатии к патриарху. Когда произошел разрыв отношений между царем и Никоном, то у староверов появилось надежда на то, что царь теперь вернется к древнему православию, однако этого не произошло. Напротив – собор 1666-1667 годов утвердил все реформы Никона именно с подачи Алексея Михайловича. И именно с его подачи проходили все последующие преследования староверов. Трудно сказать, чем была вызвана такая приверженность царя новым обрядам, но видимо главную роль здесь играл политический фактор, о котором будет сказано в следующей главе.

 

 

 

 

Причины раскола  с материалистической точки зрения

 

С точки зрения материалистической позиции те или иные религиозные  движения возникают не по воле отдельных  людей, а в силу воздействия тех или иных внешних сил: природных, политических, экономических, социальных и т.д.

Что касается ситуации с расколом Русской Православной Церкви в середине XVII века, то можно сказать, что причинами раскола стали следующие факторы:

1) Главным фактором, заставившим  правящие круги (и в первую  очередь – царя Алексея Михайловича)  активно поддерживать реформы  Никона даже после низложения  последнего, была внешнеполитическая  ситуация. В первую очередь здесь  сыграло роль присоединение Украины  к России и переход Украинской  Церкви под юрисдикцию Московского  Патриархата. После отделения  Киевской митрополии от Московской  в середине XV века Украинская Церковь находилась под юрисдикцией Константинопольского патриарха, но при этом значительная часть ее руководства больше тяготела к католическому Западу, что привело к подписанию Брестской унии с католиками в 1596 году. Западно-русские иерархи и богословы учились в католических университетах, что часто служило предметом нареканий со стороны православных Московской Руси. К киевским богословам в Москве относились очень насторожено, зачастую прямо называя их еретиками. Подтверждением этому служило значительное несоответствие между богослужебной практикой на Украине и в России, поскольку обряды западно-русской церкви были гораздо ближе к греческим: на Украине крестились троеперстием, крестный ход совершали противосолонь и т.д. Поэтому при объединении Украины и России было необходимо восстановить не только территориальное, но и религиозное единство. Власти пошли по самому простому (как им казалось) пути – все обряды были унифицированы по греческому, а точнее – по западно-русскому образцу. Также немалую роль сыграли и планы русского правительства относительно православного Востока. Греческие патриархи неоднократно обращались к русским царям с жалобами на турецкое иго, недвусмысленно выражая надежду на то, что Москва освободит их от этого ига и возьмет под свое покровительство. Русским царям очень льстили подобные просьбы, но при этом Руси необходимо было соответствовать статусу спасительницы православия, а значит и требовалось приведение в соответствие богослужебной практики.¹⁴

2) Другим фактором были внутренние настроения в русском обществе. Начиная XVI века, в обществе становится популярна уже упоминавшаяся концепция «Москва – третий Рим», в соответствии с которой России предназначалась особая миссия хранительницы православия. Выше уже говорилось о том, как данная концепция повлияла на взгляды патриарха Никона и его единомышленников относительно необходимости реформировать русское богослужение. Одновременно с этим уже с XV века среди наиболее религиозной части русского общества были сильны эсхатологические ожидания. Первоначально ожидания конца света были приурочены к 1492 году, когда истекало 7000 лет от сотворения мира. Однако когда эти ожидания не оправдались, то возникла новая теория, согласно которой второму пришествию Христа будет предшествовать серия отступлений от истинной веры. Первое отступление произошли через тысячу лет после прихода в мир Спасителя – от православия отпал Запад. Еще через четыре с половиной века отпала Греческая Церковь, и православие отныне сохранилось только в России. Но будет и последнее отступление, когда от православия отпадет и Русская Церковь, после чего и совершится кончина мира. Большинство сходилось на том, что это последнее отступление произойдет в 1666 году, связывая это с «числом зверя» 666, упоминаемом в Апокалипсисе. По мере приближения указанной даты апокалипсические ожидания в российском обществе все усиливались. Поэтому нет ничего удивительного в том, что грянувшие в этот момент церковные реформы были восприняты значительной частью населения именно как то самое последнее отступление, за которым должно было последовать второе пришествие Христа, и вызвали соответствующую реакцию.¹⁵

3) Наконец, немаловажную  роль сыграл и социальный фактор. Середина XVII века в России была эпохой сильной социальной нестабильности и социальной напряженности. Основной причиной было резкое усиления крепостнического гнета. В 1649 году были отменены «урочные лета», т.е. срок сыска беглых крестьян. Учитывая, что Россия оставалась аграрной страной, а подавляющее большинство населения были крестьянами, то отмена «урочных лет» стала ударом по основной массе населения страны. Недовольства было велико и среди городского населения ввиду неоправданного повышения налогов и обесценивания денег, и среди боярства, недовольного усилением самодержавия, и среди казачества, опасавшегося за свои вольности. Страну захлестнули многочисленные бунты. При этом русский человек был по-прежнему очень религиозен, а поэтому социальный протест неизбежно должен был приобрести религиозную окраску, как это всегда было в Средневековье. И никоновские реформы стали очень удобным поводом для этого. Социальный и религиозный протест слились воедино, сторонники старой веры приняли деятельной участие во многих антиправительственных выступлениях той эпохи и в первую очередь – в крестьянской войне под руководством Степана Разина. Н.М. Никольский даже называет разинское восстание «попыткой старообрядческой революции на Дону»¹⁶. При этом справедливости ради следует отметить, что сам С.Разин старовером не был и даже использовал в своих интересах личность опального Никона, утверждая, что бывший патриарх находится на стороне восставших. Но тем не менее восстание имело большой успех во многом именно благодаря участию в нем сторонников старой веры.