Психология научного творчества и методы его развития

    МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ

    Сочинский государственный  университет

    Экономический факультет

    Кафедра Налоги и Налогообложение 
 
 

    РЕФЕРАТ

    по  дисциплине «Методология научного исследования в налогообложении»

    На  тему: «Психология научного творчества и методы его развития». 
 
 
 
 
 
 
 

    Выполнила:

    студентка 2 курса ОФО

    группа 10-НН-1

    Перепёлкина Е.В. 

    Проверила:

    Доц. Воробей Е.К. 
 
 
 
 

Сочи, 2011 
 

Содержание:

Введение                                                                                                                                        3

1. Понятие научного поиска                                                                                                 6
2. Научно-техническое творчество как позновательно-психологический процесс      11
3. Психология творчества                                                                                                   15                            
4. Феномен творчества в контексте научного познания                                                  21
5. Методы развития психологии научного творчества                                                    28

Заключение                                                                                                                                  34                         

Библиографический список                                                                                                       36 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Введение 

    Проблема  творчества стала в наши дни настолько  актуальной, что по праву считается  «проблемой века».

    А в чем, собственно, проблема? Композиторы  пишут музыку, музыканты играют, художники создают свои полотнища. Изобретатели достигают новых высот  в нанотехнологиях. Полки книжных  магазинов завалены донцовыми, мариниными и прочими производительными авторами. Снимают фильмы! Стихи пишут! Все идет своим чередом, в чем проблема? 

    То  на первый взгляд. Вот мы сейчас и  попробуем разобраться в этом извечном вопросе. Даже не разобраться, − столько ученых сломало копья  на нем, − дал бы бог вникнуть, слегка прикоснуться, притронуться к этой теме.

    На  рубеже XIX - XX столетий, как специальная  область исследований, начала складываться «наука о творчестве»; «теория творчества»  или «психология творчества»

    Ситуация  научно-технической революции второй половины ХХ века создала условия, открывающие новый этап развития исследований творчества. 

    Актуальность  изучения психологии творчества и научного творчества, в частности, возникли в  связи с потребностью оптимизации  и интенсификации принципов организации  научной деятельности и управления ею.  

    Творчество  далеко не новый предмет исследования. Оно всегда интересовало мыслителей всех эпох и вызывало стремление создать  «теорию творчества». Уж сколько  раз пытались «мерить алгеброй гармонию»! Найти универсальную формулу, применив которую, можно было бы творить бесценные произведения искусства, создавать по заказу шедевры. Почему же, если я досконально изучу все эти ямбы, хореи и, извините, амфибрахии, освою все законы виршеплетства, то у меня получатся, в лучшем случае, рифмованные строчки, которые и пригодятся, разве что, для банкетного поздравления, но – никакие это не будут стихи. Где учат на Пушкина?! В какой консерватории выпускают Чайковских и Рахманиновых? В каком университете готовят нобелевских лауреатов в области нанотехнологий? 

    Многие  хотели бы получить ответ на эти  вопросы. Целью данного реферата не является дать решение этой проблемы, предоставить готовый рецепт или  инструкцию. Мы лишь проведем ознакомительную  экскурсию для освещения этой интересной и занимательной темы. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1. Понятие научного поиска

    Творчество  обычно определяют как процесс создания чего-то нового, никогда раньше не бывшего. Творчество касается не только научно-исследовательской  работы, технических изобретений  или решения школьной задачи нешаблонным методом. Оно связано с производством, вопросами управления многими другими сферами деятельности. Творчество, как правило, не начинается с фактов: оно начинается с выявления проблемы и веры в возможность ее решения. Кульминационным этапом творчества является открытие новой, основной, главной мысли или идеи, определяющей, каким образом может быть решена проблема, давшая начало творческому процессу. Конечно, новые идеи открываются не каждому, а лишь подготовленному и заинтересованному уму. Однако история научных открытий и изобретений свидетельствуют, что одних научных и технических знаний и правильных установок еще не достаточно, чтобы выработать новые идеи. Все попытки свести творчество к точной методологии, применяемой каждым, кто занимается творчеством, до сих пор терпят неудачу. Творчество не удается свести к чисто логической процедуре, а это значит, что проблемы творчества должны быть исключены из логики. 

    Конечно творческое мышление не есть магическое заклинание, изучив которое можно приобрести возможность творить чудеса. И все же глубокое изучение творчества подсказывает, что его различные виды имеют много общего, протекают по сходной схеме, имеется ряд общих технических приемов творчества. Знание того, что представляет творческое мышление, как оно действует дает возможность развивать его с помощью специальных тренировок, организованных совершенно сознательно, а самое главное достаточно эффективно управлять творческой деятельностью. Так что было бы не рационально исключать проблемы творчества из проблем методологии науки и относить их только к психологии творчества. 

    Гельмгольц, Гаусс, Пуанкаре, Луи де Бройль. Ж.Адамар и другие ученые, специально наблюдавшие  за своим творческим процессом и  описавшие его, единодушны в том, что новые идеи не обязательно рождаются в результате логического вывода. К решению научных проблем, как правило, не приходят и посредством сознательного планомерного организованного поиска, хотя такой поиск, обычно предваряет нахождение решения. О решении догадываются, его подсказывает интуиция, догадка, озарение, инсайт в другой терминологии. 

    Исследования  психологов, занимающихся творчеством, и педагогов, стремящихся развивать  у своих учащихся творческое мышление, также подсказывают, что каких-либо алгоритмов поиска решения проблем, способных заменить инсайт, интуитивную догадку, не существует. Можно лишь в какой-то мере управлять ситуацией, ускоряющей момент наступления инсайта и развивать творческую интуицию учащихся с помощью довольно искусственных приемов. 

    Еще родоначальник дедукции Аристотель далеко не разделял мнение, что все знание должно выводиться исключительно дедуктивным путем из немногих общих очевидных предпосылок (аксиом). Всегда возникает вопрос: «Откуда берутся сами предпосылки?». Отвечая на него, он указывал, что «надежное знание» должно строиться на том, что непосредственно дано нам в ощущении. Но обобщение материала чувственного восприятия индуктивным путем не дает нам «надежного знания». Когда с помощью индукции мы ищем общее в большом количестве случаев, мы должны учитывать, что никакие два события не совпадают друг с другом. Ощущение, а вместе с ним и знание того, что общее действительно присутствует в исследуемых явлениях, дает нам особое чутье, интуиция, такое понимание сути. Для Аристотеля, таким образом, интуиция составляет в конечном счете «первоисточник науки». 

    Средневековые схоласты приспособили аристотелевскую  логику к решению теологических  проблем и превознесли логическое мышление в качестве единственного  эффективного способа использования разума. 

    Ф. Бекон критикуя схоластику в своем  главном сочинении «Новый органон» попытался доказать, что науку  можно свести к точной методологии, приложимой к фактам чисто механически  каждым, кто попытается выявить причины  явления. Предлагаемая им, а затем и его последователем Дж. Ст. Миллем процедура состоит в том, чтобы в наблюдении или эксперименте рассмотреть столько случаев проявления некоего феномена, сколько исследователю нужно, чтобы объяснить и проанализировать все обстоятельства или факты, связанные с каждым из этих проявлений. Эти обстоятельства, которые отсутствуют в некоторых из случаев, не могут быть причиной этого явления. В конечном счете, если у явления происходит, и отсутствует всякий раз, когда оно не происходит, может быть причиной. 

    Однако  практика научного исследования подсказывал, что такая процедура хотя и  полезна и дает определенный эффект все же не объясняет процесс рождения новых идей. Количество обстоятельств, сопутствующих любому явлению, как  правило, бесконечно, и бэконовская исключающая индукция не дают ни каких критериев отбора нужных. Такой отбор требует предварительной гипотезы, а предлагаемый метод не дает ни каких способов выдвижения гипотез. 

    Первый, кто попытался создать логику интуитивного познания, был Р.Декарт. Картезианская интуиция представляет нечто иное как способность разума мыслить что-то ясно и отчетливо. Она рациональная операция, с помощью которой дается полное и непосредственное определение истин. То, что «2+2=4», «3+1=4», «2+2=3+1», мы, считает Декарт, понимаем интуитивно, т.е. без анализа и доказательств, и такие истины следует выбирать в качестве аксиом. У человека нет никакого другого пути для достижения истины, считает Декарт, кроме самоочевидной интуиции и необходимого доказательства. 

    Картезианская логика интуитивного познания оказалась малосодержательной и фактически свелась к четырем весьма абстрактным малоэффективным правилам. Но идея ее возможности оказалась весьма плодотворной. 

    Для Спинозы интуиция - это просто быстрый  вывод умозаключения, который облегчается знаковой формой, отображающей используемые понятия. Лейбниц понимал интуицию таким же образом. Тем самым оба эти великие мыслители отводили интуиции весьма скромную роль в процессе познания: суждения выведенные дедуктивным путем - это аналитические суждения, суждения частные, и их предикат мало что добавляет к содержанию субъекта. 

    Идею  об интуиции как способности разума высказывать синтетические суждения, т.е. такие, предикат которых добавляет  новое к содержанию субъекта, развивает  И. Кант. Для него интуиция - это способность разума с помощью априорных категорий пространства и времени высказывать содержательные (синтетические) суждения арифметики и геометрии и вообще с помощью этих и других априорных категорий (качества, количества и др.) упорядочивать материал чувственности и предписывать законы природе. С помощью интуиции, считает Кант, разум - достоверное знание о чувственно воспринимаемых вещах (явлениях в терминологии Канта). 

    Итак, одна из великих заслуг мыслителей от Аристотеля до Канта заключалась в том, что они доказали существование интуитивного познания, отстаивали мысль о том, что интуиция - это не какой-то божественный дар или наитие свыше, а способность разума в отличие от чувственного и рационального познания сначала догадываться, а затем уже доказывать. У этих мыслителей логика и интуиция не противостоят друг другу, а предполагают друг друга, помогают друг другу. 

    Пожалуй от Шеллинга и Шопенгауэра берут  начало попытки использовать интуитивное  познание для устранения интеллектуальных проблем, для борьбы с рационализмом, эмпиризмом и материализмом. Шеллинг правильно констатирует, что вещи и явления противоречивы. И из этого он делает вывод, что логическое мышление, подчиняющееся закону тождества и непротиворечия, не может дать истинное знание о противоречивом мире. Истина об этом мире, считает Шеллинг, открывается интеллектуальному созерцанию, интеллектуальной интуиции философского и художественного гения. Но все попытки проповеди философии откровения провалились. 

    Научное познание, считает Шопенгауэр, оперирует понятиями и умозаключениями и не проникает в сущность вещей и явлений. Оно дает лишь знание их отношений. Поэтому понятия разума, относящиеся к вещам и явлениям, должны «черпать свой материал и свое содержание из интуитивного познания», интуиция противостоит разуму и представляет собой нечто иное как способность интеллекта познавать непосредственно и наглядно без помощи доказательства и умозаключений. Иррационалистическое понимание интуиции развили дальше Гельтей, Зиммель, Гуссерль и др. 

    Идею  об интуиции как скрытом, затаенном  и бессознательном первоисточнике творчества выдвинули А. Берксон  и З. Фрейд. Для них интуиция подсознательное  организующее все творчество начало. Многие психологи, изучающие творчество, отмечают, что то, что принято называть интуицией есть не что иное как подсознательное мышление, итогом которого является идея дающая решение проблемы. Человек давно научился использовать его. В подсознании, отмечает Дьюи, могут быть решены очень сложные мыслительные задачи. При этом сам процесс не осознается, а «входит в сознание» лишь его результат (если он получен). На нем фиксируется внимание, а человеку иной раз кажется, что на него «ниспослано озарение» что удачная мысль пришла «неведомо откуда», что кто-то иной, «высший» «водил его рукой, держащей перо». Когда результат на лицо, тогда ретроспективным анализом весь ход решения задачи может быть сознательно прослежен. Однако не всегда полученная последовательность рассуждений и операций совпадает с той, которая на самом деле имела место в подсознании. В этом и состоит одна из основных трудностей изучения подсознательного мышления, что самонаблюдения и самоотчеты часто уводят в сторону от истинного хода подсознательного процесса. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    2. Научно-техническое творчество как познавательно-психологический процесс 

    Трехаспектная концепция Ф.Энгельса

    Категории единичности, особенности и всеобщности  отражают последовательные ступени  в процессе совершения научных открытий и решении технических задач. Такую трактовку названных трех категорий мы называем генетической.

    Эти же самые три категории выражают собой три сосуществующие в единстве между собой стороны научно-технического творчества. Раскрытие и учет их во взаимодействии составляют сущность такого подхода к изучению творчества ученых и изобретателей, который называют структурным.

    Сейчас  важно подчеркнуть диалектическое единство обоих подходов ? генетического  и структурного, их полную общность и нераздельность. На этой основе возникает  трехаспектная концепция, объясняющая генезис движения научной мысли, то есть ее исторический и логический ход, и структуру взаимодействующих исторических, социальных и психологических факторов, обусловливающих этот ее ход.

    Роль  и значение категорий единичности, особенности и всеобщности впервые раскрыл Ф. Энгельс, поэтому названную выше трехаспектную концепцию мы называем энгельсовской. В ней показано, что всеобщее выступает в научно-техническом творчестве как логический момент, особенное ? как социально-исторический момент, а единичное ? как психологический и биографический. Это соответствует тому, что всеобщее (общечеловеческое) в развитии науки изучает логика (диалектическая), особенное ? история и социология, а единичное ? психология и та часть истории науки и техники, которая занимается биографиями ученых и изобретателей. Отсюда следует, что только в теснейшем взаимодействии всех трех названных моментов и должно изучаться научно-техническое творчество в целом. Ибо в нем представлены в нераздельном единстве все три его структурные стороны, выраженные категориями всеобщего, особенного и единичного.

    И мы приходим к следующему выводу: ученый или изобретатель (единичное) должен уметь улавливать, схватывать и связывать  между собой то, что несут с  собой всеобщее и особенное, «витающие  в воздухе» и не зафиксированные на бумаге в виде плановых заданий. Их улавливание может осуществиться только интуитивно. Ученый или изобретатель, обладающий способностью интуитивно мыслить, должен уметь делать соответствующие выводы для себя из своей творческой деятельности, из всего прочитанного им (научно-технической литературы), виденного (устройства и конструкции, явления природы и т. д.) и слышанного (во время бесед и дискуссий, симпозиумов и конгрессов).

    Методы  исследования научно-технического творчества

    Вопрос  о том, каким путем совершается  открытие и как затем строится информация о нем, имеет большое  значение для разработки общей теории научно-технического творчества. Следует  при этом подчеркнуть, что факты  имеют научно-познавательную ценность только в тех случаях, когда они систематизированы, когда между ними вскрыты неслучайные зависимости, определены причины следствия. Таким образом, задача выявления истины требует не только сбора фактов, но и правильной их теоретической обработки. Первоначальная систематизация фактов и их анализ проводится уже в процессе наблюдений, бесед, экспериментов, ибо эти методы включают в себя не только акты чувственного восприятия предметов и явлений, но и их отбор, классификацию, осмысливание воспринятого материала, его фиксирование.

    Методы  эти таковы: Наблюдение, Сравнение, Счёт, Эксперимент, Обобщение, Абстрагирование, Анализ, Синтез.

    В исторической практике построения информации об изобретениях сложилась следующая  общедоступная схема: сначала - непосредственные данные анализа изобретения, затем - выявление эмпирической закономерности и, наконец, - ее теоретическое объяснение.

    Именно  логика показывает (в отличие от психологии) то, как работала мысль  ученого или изобретателя в поисках  истины, двигаясь логически наиболее коротким путем. Это мы видим, в частности, в том случае, когда работу интуиции (после ее свершения), то есть получение непосредственного умозаключения, мы начинаем логически обрабатывать, выявляя в ней скрытые звенья последовательного хода рассуждений, которые творческая мысль смогла «проскочить» с помощью интуиции. 

    Таким образом, и здесь мы видим своеобразное соотношение между логикой и  психологией при рассмотрении истории  научных открытий и техических изобретений.

    Во  всяком случае, вся эта проблема имеет исключительно важное значение для разработки общей теории научно-технического творчества. Тут никак нельзя упускать из виду ни логической, ни психологической стороны вопроса, надо брать их в единстве и взаимодействии.

    Принцип дополнительности в его познавательно-психологической трактовке имеет место в названной области психологической науки, причем здесь он выступает двояко: во-первых, как требование преодоления барьера, разобщающего различные стороны единого научного исследования, которые должны быть связаны между собой; во-вторых, как требование обеспечения преемственной связи между различными поколениями ученых. Возникшая еще в XV веке дифференциация наук разобщила естествоиспытателей, специалистов в различных областях естествознания, в частности, химиков и физиков. К 80-м годам XIX века дело дошло до того, что они часто вообще не понимали друг друга.

    В итоге два ученых, работающих рука об руку, воссоздавали бы цельность, восполняя  ее до необходимой полноты. Этим преодолевался  бы барьер, возводивший непереходимую преграду между физикой и химией. В этом и заключается принцип дополнительности в науке.

    Второй  тип проявления принципа дополнительности предполагает взаимодействие между  учителем и учеником, зачинателем  научного направления и его продолжателем, а шире ? между двумя поколениями ученых ? старшим и младшим.

    Научные дискуссии как способ преодоления  ППБ (Познавательно Психологический  Барьер) и преодолевающего его  трамплина

    Хорошо  известно, что научные дискуссии и споры способствуют нахождению истины, иначе говоря, способствуют преодолению барьеров, существовавших на пути к ней. Объясняется это тем, что сторонник определенных взглядов, в том числе и таких, которые вносят нечто новое в науку, не всегда сам замечает слабые и даже явно ошибочные стороны своих взглядов, а потому и не может вовремя уточнить и развить то, что он отстаивает, освободив это от слабостей и недостатков. Наоборот, противник его взглядов, отвергая их, ищет, прежде всего, слабые места в критикуемых им воззрениях и находит их гораздо быстрее и убедительнее, чем защитник этих взглядов. И это обстоятельство становится своеобразной подсказкой-трамплином для работы мысли защитника критикуемых воззрений. Увидя, что его взгляды содержат явно слабые, ошибочные пункты, на которые нападает его противник, он начинает искать способы их преодоления. Тем самым он продвигается вперед к истине и преодолевает до конца прежний, стоявший на пути к ней барьер.

    Типология ученых с позиций трехаспектной  концепции.

    В работах ряда историков науки, а  также психологов, занимающихся изучением научного творчества, было предложено немало классификаций типов ученых. Так, широко известна типология, предложенная В. Оствальдом, с разделением ученых на «классиков» и «романтиков». Интересна также выдвинутая М. Фарадеем типология научного творчества.

    Соответствующие черты творчества ученого, как и  психологии самого ученого, не могут  быть рассмотрены изолированно от той  ступени познания, к которой относятся  труды этого ученого.

    В общем случае процесс научного познания в той или иной его области проходит последовательно три главные ступени: единичность, особенность и всеобщность.

    На  ступени единичности, когда устанавливаются  новые факты, в творчестве ученого  исключительно важна такая черта, как наблюдательность. В самом  деле, обнаружить и констатировать новизну вновь открытого факта нельзя, если ученый не обладает тонкой наблюдательностью. Он может не суметь объяснить новый факт, но он должен, во всяком случае, заметить его, уловить его новизну, сравнивая его с другими, ранее уже известными фактами.

    Следующая ступень особенность. Она предполагает не просто наблюдательность, а способность  группировать, систематизировать наблюденные  факты, связывать их между собою, а значит, мыслить, причем мыслить  индуктивно, формально-логически.

    Наконец, на ступени всеобщности обнаруживаются такие черты ученого, как способность к абстрактному, теоретическому мышлению, к теоретическим обобщениям, раскрывающим сущность изучаемого и наблюдаемого явления.

    И в заключении стороны или элементы теории научно-технического творчества: 1) трехаспектная концепция Ф. Энгельса, 2) характеристика познавательно-психологического метода исследования научно-технического творчества, 3) общая схема функционирования ППБ и преодолевающего его трамплина и 4) анализ деятельности ученого в личностном плане. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

3. Психология  творчества

    Психология  творчества - область научного и  прикладного знания, разрабатываемая  преимущественно общей психологией, психологией личности и дифференциальной психологией. Эта отрасль психологии обобщает теоретические и экспериментальные исследования творчества, изучает общие психологические закономерности строения, регуляции и развития творческой деятельности, а также особенности творческой личности, природу творческих способностей и пути их развития. 

    Психологии  творчества использует знания из различных  отраслей психологии: социальной психологии, возрастной и педагогической психологии, психологии личности, психофизиологии, психогенетики. Психология творчества представлена в различных направлениях современной психологии: культурно-историческом подходе, теории деятельности, психоанализе, гештальттеории, экзистенционализме, гуманистических течениях, когнитивной психологии, что определяет теоретические принципы и методы исследования, а также варианты используемых психокоррекционных и тренниговых практик и процедур. Психология творчества имеет большое значение для других наук: философии, социологии, политологии, экономики, менеджмента, рекламы, маркетинга, информатики и искусственного интеллекта, инженеринга и теории проектирования, педагогики, искусствоведения и для всех прикладных дисциплин, связанных с поиском и анализом новых творческих решений. 

    Искусство развивается, подчиняясь диалектическому  методу. Искусство работает пирамидально: в основе новых достижений - положено использование всего, накопленного там, внизу, в основании пирамиды. Революций здесь не бывает, больше, чем где-нибудь, - здесь эволюция. И нам надо знать то, что в области техники художественного слова сделано до нас. Это не значит, что вы должны идти по старым путям: вы должны вносить свое. Художественное произведение только тогда и ценно, когда оно оригинально и по содержанию, и по форме. Но для того, чтобы прыгнуть вверх, надо оттолкнуться от земли, надо, чтобы была земля.