Реформы Столыпина. 12
СРЕДНЯЯ ШКОЛА №46.
РЕФЕРАТ
ПО ИСТОРИИ
ТЕМА: Реформы Столыпина
Брянск 2000.
Содержание.
Введение.
1. Серебряный орёл
на красно-голубом поле.
2. Помещик из Ковенской губернии.
3. Губернатор.
4. На вершине власти.
5. Трудные годы Столыпина.
6. Загадка Киевского
покушения.
Заключение.
Список использованной литературы.
Приложение
Введение.
Кажется, ни о ком из деятелей царского режима последнего периода его существования не высказывается столько противоречивых мнений, как о П. А. Столыпине. С некоторых пор о нем стали писать как о человеке, который лучше других выразил государственные требования своего времени и сумел во многом воплотить в жизнь свою программу. Даже фигура С. Ю. Витте, чья государственная деятельность была продолжительнее и разнообразнее, не привлекает такого внимания. Однако, несмотря на острый интерес к личности Столыпина, биографических работ о нем мало.
Среди государственных деятелей дореволюционной России П. А. Столыпин - личность безусловно неординарная. В тогдашней публицистике, в русской дореволюционной, советской и зарубежной исторической литературе можно встретить самые разноречивые суждения о Столыпине - от неумеренных похвал до крайне резкой критики. В последнеее время в нашей прессе вновь замелькало это имя. Вокруг него возникло немало односторонних, преимущественно восторженных отзывов о реформаторской деятельности Столыпина. Необходим беспристрастный научный анализ характера и исторического значения Столыпинских преобразований, объективность и непредвзятость в оценке личных качеств этого человека. Предлагаемый реферат и ставит такую задачу.
П. А. Столыпин - «премьер-министр» царского правительства с 1906 по 1911г. – вошел в историю как крупный реформатор русской деревни и одновременно как глава политического курса самодержавия после революции 1905-1907гг., курса, получившего в исследовательской и учебной литературе определение «столыпинской реакции». Однако это был не только период реакции, но и время преобразований, знаменовавший собой новый (после реформ 1860-70гг.) «шаг по пути превращения феодальной монархии в буржуазную монархию». Противоречивость такой политики заключается в том, что она несла в себе как прогрессивные (способствовала дальнейшему развитию капитализма в стране), так и реакционные (подавление освободительного движения) начала.
Убежденный монархист, последовательный сторонник и активный защитник «твердой власти», Столыпин выступал за проведение социальных и политических реформ, направленных на «модернизацию» России, за развитие её экономики и культуры, за то, чтобы Россия заняла достойное место среди наиболее развитых держав мира.
Суть его программы, кратко выраженной в изречении «сначала успокоение, а потом реформы», означала в первую очередь суровое подавление революционного движения как основной, в его понимании, деструктивной силы в стране, «наведение порядка» как необходимого условия для проведения реформы. Но в действительности и то и другое приходится осуществлять одновременно.
С самого начала своего премьерства Столыпин наряду с репрессиями стал разрабатывать и проводить в жизнь реформы, которые в конечном счете также преследовали путь «успокоения», то есть путем определенных уступок создавать социальную обстановку в стране, исключающую новый революционный взрыв. Выполнить эту последнюю задачу Столыпину не удалось: причины приведшие к первой буржуазной революции 1905-1907гг. привели к новой - Февральской революции 1917г. и свержению царизма.
Сейчас, через 89 лет после смерти П. А. Столыпина, всё ещё актуальны те проблемы, которые стояли перед правительством в 1906-1911гг. Нерешены проблемы земельной реформы. В настоящее время не действует глава 17 «Право собственности и другие вещные права на землю» Гражданского кодекса. Не принят Земельный кодекс, проект которого сейчас только принят к рассмотрению Думой. В этой связи как никогда актуально изучение идей Столыпина, который уделял земельной реформе огромное внимание.
Я выбрала данную тему потому, что мне интересны идеи Столыпина, многие из которых жизненны до сих пор. Именно он предпринял ряд начинаний во многих областях жизни страны. Меня в нем привлекают такие черты характера, как огромная любовь к Родине, стремление принести пользу своей стране по мере своих сил, хотя политика Столыпина крайне разноречива. Данный реферат ставит перед собой задачу провести непредвзятый анализ деятельности А. П. Столыпина.
1. Серебряный орёл на красно-голубом поле.
Петр Аркадьевич Столыпин принадлежал
к старинному дворянскому роду, известному с XVI века. К середине
XIX в. род сильно разветвился, владея многочисленными
поместьями в разных губерниях. Родоначальником
трех наиболее известных линий был Алексей
Столыпин (1748-1810 гг.). Одну из ветвей представлял
Аркадий Алексеевич, друг М. М. Сперанского,
сенатор. Его старший сын Николай был дипломатом.
Средний сын Алексей, проживший недолго,
дружил с М. Ю. Лермонтовым. Младший сын
Дмитрий cлужил в гвардии, затем вышел
и отставку, долго жил за границей, где
увлекся философией О. Конта. Вернувшись
в Россию и поселившись в имении, он решил
заняться устройством крестьянского быта.
Но мужики плохо слушались философа, и
он нашел корень зла в крестьянской общине,
где «личность пригнетена, порядки некрасивы».
Среднюю ветвь рода представляла Елизавета Алексеевна (в замужестве Арсеньева), бабушка Лермонтова. За исключением Алексея Аркадьевича, пожалуй, никто из Столыпиных не любил своего знаменитого сородича. Все жаловались на его трудный характер. Одна из тетушек до самой смерти отказывалась прочесть хотя бы строчку из сочинений «этого невыносимого мальчишки». Младшим братом Аркадия и Елизаветы был Дмитрий, дед П. А. Столыпина. Его сын, Аркадий Дмитриевич, участвовал в Крымской войне, во время которой стал «адъютантом командующего армией князя М. Д. Горчакова, своего будущего тестя. В русско-турецкой войне 1877-1878 гг. А. Д. Столыпин участвовал уже в генеральском чине, в дальнейшем занимал ряд должностей в Военном министерстве. Последняя из них - комендант Кремлевского дворца.
Интересы А. Д. Столыпина не замыкались на военном деле. Он сочинял музыку, играл на скрипке, увлекался скульптурой, интересовался богословием и историей, но ни одно из этих увлечений не переросло рамки дилетантства. Аркадий Дмитриевич был большой жизнелюб, бонвиван и картежник. Однажды он выиграл поместье Колноберже неподалеку от Ковно. Оно настолько понравилось Столыпиным, что на долгие годы стало основным местом их жительства. Во время Крымской войны А. Д. Сто-лыпин подружился с Л. Н. Толстым и впоследствии неоднократно бывал в Ясной Поляне. Постепенно, однако, произошло отдаление: Столыпин сблизился с придворными верхами. Толстой же все более отдалялся от того круга, к которому принадлежал по рождению.
А. Д. Столыпин на десять лет пережил свою жену. Наталья Михайловна, умная и образованная женщина, была знакома со многими выдающимися людьми. Однажды еще до замужества, будучи на заграничном курорте, она шокировала своих подруг тем, что долго гуляла по парку с каким-то плохо одетым человеком странного вида. Пришлось объяснить, что это Н. В. Гоголь.
Сыновья Пётр и Андрей унаследовали имение и родовой герб: «В щите, имеющем в верхней половине красное поле, а в нижней - голубое, изображен одноглавый серебряный орел, держащий в правой лапе свившегося змея, а в левой – серебрянную подкову с золотым крестом. Щит держат два единорога. Под щитом девиз: «Deo spes mea» («Укрепи меня, Господи»).
2. Помещик из Ковенской губернии.
Сын Петр родился 5 апреля 1862 г. в Дрездене, куда его мать ездила к родственникам. Детство и раннюю юность он провел в основном в Литве. Летом семья жила в Колноберже или выезжала в Швейцарию. Когда детям пришла пора учиться, купили дом в Вильне, чтобы не уезжать далеко от имения.
П. А. Столыпин окончил Виленскую гимназию и в 1881 г. поступил на физико-математический факультет Петербургского университета. Помимо физики и математики, на факультете преподавали химию, геологию, ботанику, зоологию, агрономию. Именно последние науки привлекли П. А. Столыпина. Однажды на экзамене у Д. И. Менделеева он попал в сложное положение: профессор стал задавать дополнительные вопросы, студент отвечал, но Менделеев не унимался, и экзамен уже перешел в диспут, когда великий химик спохватился: «Боже мой, что же это я? Ну, довольно, пять, пять, великолепно». В дипломной работе Столыпина рассматривались табачные культуры Южной России.
В отличие от отца Петр Аркадьевич был равнодушен к музыке, но литературу и живопись любил. Ему нравились проза И. С. Тургенева, поэзия А. К. Толстого и А. Н. Апухтина. Он и сам был неплохим рассказчиком и сочинителем (его дочери приходили в восторг от сказок о «девочке с двумя носиками» и о приключениях в «круглом доме», сочинявшихся экспромтом каждый вечер), но не придавал большого значения своему литературному дарованию.
Петр Аркадьевич не курил, редко употреблял спиртное, почти не играл в карты. Он рано женился, оказавшись чуть ли не единственным женатым студентом в университете. Его жена Ольга Борисовна прежде была невестой его старшего брата, убитого на дуэли. Петр Аркадьевич стрелялся с убийцей брата и получил ранение в правую руку, которая с тех пор плохо действовала. Тесть Столыпина Б. А. Нейгардт, почетный опекун Московского присутствия Опекунского совета учреждений императрицы Марии, был отцом многочисленного семейства. Впоследствии клан Нейгардтов сыграл важную роль в карьере Столыпина. Молодые супруги мечтали о сыне, а на свет одна за другой появлялись девочки, и лишь шестым, последним ребенком оказался мальчик. К моменту его рождения старшей дочери уже исполнилось 19 лет.
В литературе тех лет часто
В 1888г. Столыпин получил придворное звание камер-юнкера и впервые попал в адрес-календарь. К тому времени Столыпин в скромном чине коллежского секретаря занимал должность помощника столоначальника. Служба в Министерстве государственных имуществ была рутинной, и в 1889г. Столыпин снова перешёл и Министерство внутренних дел. В то же время он стал ковенским уездным предводителем дворянства, а также мировым судьей Ковенского судебного округа.
В Ковенской губернии, в этническом отношении довольно пестрой, среди помещиков преобладали поляки, среди крестьян - литовцы. В ту пору Литва почти не знала хуторов, крестьяне жили в деревнях, а их земли были разбиты на чересполосные участки. Земельных переделов у них не существовало.
Теперь пять месяцев в году семья жила в Ковно, семь - в Колноберже. Столыпин занимался делами имения, на время расставшись с мечтой о карьере государственного деятеля. Позднее, оказавшись в должности губернатора, он улучил момент, чтобы заехать в Колноберже. Увидев его за хозяйственными занятиями, один из соседей заметил, что «не губернаторское это дело». «Не губернаторское, а помещичье, значит, важное и нужное»,- ответил Столыпин.
Семья владела также поместьями в Нижегородской, Казанской, Пензенской и Саратовской губерниях. Но дети не хотели знать никаких других мест кроме Колноберже. Раз в год Петр Аркадьевич объезжал свои владения. Он тяготился разлукой с близкими и не задерживался в поездках. Самое дальнее из этих поместий, саратовское, он в конце концов продал. В Ковенской губернии у Столыпина было еще одно имение, на границе с Германией, Российские дороги всегда были плохи, самый удобный путь в это имение прилегал через Восточную Пруссию. Именно при таких «заграничных» разъездах Столыпин познакомился с хуторами и, возвращаясь домой, рассказывал не столько о своем имении, сколько об образцовых немецких хозяйствах. Он пытался распространить хутора среди литовских крестьян и добился принятия несколькими сельскими обществами приговоров о разверстании их наделов.
Служба в Ковно позволила Столыпину глубже ознакомиться с жизнью местного дворянства, завести в его среде обширные связи и приобрести богатый административный опыт.
3. Губернатор.
В 1899 г. Столыпин стал ковенским губернским предводителем дворянства, а в 1902 г. был назначен гродненским губернатором. Его выдвинул новый министр внутренних дел В. К. Плеве, считавший, что замещать губернаторские должности должны местные землевладельцы. Здесь был и определённый расчет Плеве, подбиравшего на губернаторские посты западных губерний людей культурных, образованных, даже «в меру либеральных», имевших тесные связи с местным дворянством, дабы оказывать на него влияние. Столыпин как нельзя лучше подходил для этой роли.
В Гродно Столыпин пробыл 10 месяцев. В это время были созваны местные комитеты о нуждах сельскохозяйственной промышленности, и на заседаниях Гродненского комитета будущий премьер впервые публично изложил свои взгляды. Они в основном сводились к уничтожению крестьянской чересполосицы и расселению на хутора.
При этом Столыпин подчеркивал: «Ставить в зависимость от доброй воли крестьян момент ожидаемой реформы, рассчитывать, что при подъеме умственного развития населения, которое настанет неизвестно когда, жгучие вопросы разрешатся сами собой, - это значит отложить на неопределенное время проведение тех мероприятий, без которых немыслима ни культура, ни подъем доходности земли, ни спокойное владение земельной собственностью». Иными словами, народ темен, пользы своей не разумеет, а потому следует улучшать его быт, не спрашивая его мнения. Это убеждение Столыпин пронес через всю свою государственную деятельность.
Один из присутствовавших на заседании помещиков подметил наиболее удачное, на его взгляд, выражение в этой тираде и попытался его развить: «Нам нужна рабочая сила человека, нужен физический труд, а не образование. Образование должно быть доступно обеспеченным классам, а не массе, нравственные и государственные взгляды которой таковы, что с введением обязательного образования или с расширением доступа в школы она несомненно будет стремиться к государственному перевороту, социальной революции и анархии».
Но губернатор не согласился с такой трактовкой: «Бояться грамоты и просвещения, бояться света нельзя. Образование народа, правильно и разумно поставленное, никогда не поведет к анархии... Общее образование в Германии должно служить идеалом для многих культурных стран».
Во время пребывания Столыпина
на посту гродненского губернатора
уже чувствовалось приближение
народной революции: то тут, то там вспыхивали
крестьянские народные бунты, в стране
усиливалась революционная
Итак, в 1903 г. Столыпин был назначен саратовским губернатором. Для детей переезд на новое место был путешествием в незнакомую страну. Пожалуй, и их отец отчасти чувствовал себя «иностранцем». Ведь вся его прежняя жизнь (ему было уже за 40) была связана с Западным краем и Петербургом. В коренной России он бывал едва ли чаще, чем в Германии, а русскую деревню знал недостаточно. Чтобы освоиться на новом месте, требовалось время.
Между тем в 1904г. началась война с Японией. Старшая дочь Столыпина однажды спросила, почему не видно того воодушевления, как в 1812 году? «Как может мужик идти радостно в бой, защищая какую-то арендованную землю в неведомых ему краях? - ответил отец. - Грустна и тяжела война, не скрашенная жертвенным порывом». Этот разговор состоялся незадолго до отправки из Саратова на Дальний Восток отряда Красного Креста. На обеде в связи с этим событием губернатор произнес речь. Он говорил, в частности, о том, что «каждый сын России обязан, по зову своего царя, встать на защиту Родины от всякого посягательства на величие и честь её». Речь имела шумный успех. «Мне самому кажется, что сказал я неплохо,- говорил потом Столыпин.- Не понимаю, как это вышло: я ведь всегда считал себя косноязычным и не решался произносить больших речей».
Вслед за войной пришла первая российская революция. Как и всюду, в Саратове и других городах губернии начались забастовки, митинги и демонстрации. Столыпин попытался сплотить всех противников революции, от черносотенного епископа Гермогена до умеренных земцев типа А. А. Уварова и Д. А. Олсуфьепа. Было собрано около 60 тыс. руб., губернский город разбили на три части, в каждой из которых открыли «народные клубы», ставшие центрами контрреволюционной пропаганды и опорными пунктами черносотенных дружин.
Всякий раз, когда начинались демонстрации, правые устраивали контрдемонстрации, каждый участник которых нес корзину с камнями, а во главе колонны шли дюжие молодцы. Получая камни из задних рядов, они швыряли их в демонстрантов. Так, руками черносотенцев, стараясь не прибегать к помощи войск, Столыпин боролся с революционным движением в Саратове. Но отношения с черносотенцами у Столыпина не всегда ладились. Черносотенная агитация «Братского листка», издававшегося под покровительством епископа, перешла пределы допустимого даже с точки зрения губернатора, и он задержал распространение нескольких номеров.
Тем не менее в момент наивысшего подъема революции пришлось использовать и войска. 16 декабря 1905 г. они разогнали митинг, восемь человек были убиты; 18 декабря полиция арестовала членов Саратовского Совета рабочих депутатов. В дальнейшем идентичной тактики Столыпин придерживался в других городах губернии.
На всю Россию стал известен инцидент в Балашове. В местной гостинице собрались забастовавшие земские медики. Толпа черносотенцев окружила гостиницу и начала выламывать ворота. Неизвестно, что произошло бы далее, если бы не присутствие в городе губернатора. По его распоряжению казаки образовали живой коридор, по которому стали выходить осажденные. Но черносотенцы бросали камни через цепь казаков, а те вдруг обрушили нагайки на земских служащих. Один камень попал и в губернатора, что, надо думать, не входило в первоначальный замысел.
Еще летом 1905 г. Саратовская губерния стала одним из главных очагов крестьянского движения. В сопровождении казаков Столыпин разъезжал по мятежным деревням. «Высокий рост, косая сажень в плечах, что не мешало стройности его фигуры, соколиный взгляд, властный тон - придавали ему вид достойного представителя власти, начальника и хозяина губернии»,- вспоминал один из крестьян, видевший Столыпина в те дни.
Против крестьян губернатор уже не стеснялся использовать войска. Производились повальные обыски и аресты. Чтобы выявить рожь, предположительно захваченную у помещиков, Столыпин составил таблицу, которая показывала соотношение между крестьянской посевной площадью и величиной урожая. Выступая на сходах, губернатор употреблял много бранных слов, грозил Сибирью, каторгой и казаками, сурово пресекал возражения.
Не всегда такие выступления были для него безопасны. Современники приводили немало рассказов о его храбрости. Передаваясь из уст в уста, некоторые из них превратились в легенды. Например, одни из почитателей Столыпина, В. В. Шульгин, пишет, как губернатор оказался однажды без охраны перед лицом взволнованного схода и «дюжий парень пошел на него с дубиной». Не растерявшись, Столыпин бросил ему шинель: «Подержи!»- «буян опешил, послушно подхватил шинель и выронил дубину». Сам Шульгин не присутствовал при этом эпизоде, как и старшая дочь Столыпина М. П. Бок.
Однако она услышала рассказ из уст отца по свежим следам события: «Из толпы выделился какой-то парень с крайне возбужденным лицом и далеко не доброжелательным видом и направился прямо на моего отца... Он нагло поднял голову и, глядя в лицо отца, собирался говорить, как вдруг услыхал спокойный и повелительный голос отца: «Подержи мою шинель!». Следовательно, дубины не было. В другой раз, как говорили, Столыпин, явившись в недавно бунтовавшее село, ударом ноги выбил из крестьянских рук поднесенные ему хлеб-соль.
Подобную твердость Столыпин умело
сочетал с выдержкой и
«В настоящее время,- докладывал царю 6 августа 1905 г. товарищ министра внутренних дел Д. Ф. Трепов,- в Саратовской губернии благодаря энергии, полной распорядительности и весьма умелым действиям губернатора, камергера двора Вашего императорского величества Столыпина порядок восстановлен». За успешное подавление крестьянских волнений Столыпин удостоился личной благодарности Николая II.
В августе 1905 г., в разгар полевых работ, наблюдался общий спад крестьянского движения. Осенью, однако, волнения возобновились с невиданной силой. Столыпин на этот раз не вполне справлялся с положением, и на помощь ему был командирован генерал-адъютант В. В. Сахаров, бывший военный министр.
Сахаров отправился в карательную экспедицию, а по возвращении, в конце ноября 1905 г., был застрелен посетительницей, явившейся к нему на прием. Вместо Сахарова прибыл генерал-адютант К. К. Максимович, действовавший в Саратовской и Пензенской губерниях до начала 1906 года. Отчасти потому, что в критический период революции карательными экспедициями руководили генерал-адъютанты, а Столыпин оказался как бы в стороне, он прослыл либеральным губернатором. Крестьянское же движение продолжалось, то затухая, то разгораясь, и после отъезда из губернии не только Максимовича, но и Столыпина.
4. На вершине власти.
В докладах царю Столыпин утверждал, что главной причиной аграрных беспорядков является стремление крестьян получить землю в собственность. Если крестьяне станут мелкими собственниками, они перестанут бунтовать. Кроме того, он ставил вопрос о желательности передачи крестьянам государственных земель. Как видно, Столыпин отчасти признавал крестьянское малоземелье. Вряд ли именно эти доклады сыграли роль в выдвижении Столыпина на пост министра внутренних дел. Тем не менее, сравнительно молодой и малоопытный губернатор, мало известный в столице, неожиданно взлетел на ключевой пост в российской админи-страции.
Какие пружины при этом действовали, до сих пор не вполне ясно. Впервые его кандидатура обсуждалась в октябре 1905 г. на совещании Витте с «общественными деятелями». Обер-прокурор Синода князь А. Д. Оболенский, родственник Столыпина, предложил его на пост министра внутренних дел, просто стараясь вывести тогда переговоры из тупика. Но Витте не хотел видеть на этом посту никого другого, кроме П. Н. Дурново, а «общественные деятели» мало что знали о Столыпине.
Вторично вопрос о Столыпине на таком уровне встал в апреле 1906 г., когда уходило в отставку правительство Витте. Американская исследо-вательница М. Копрой высказывает предположение, что новым на-значением Столыпин во многом был обязан своему шурину Д. Б. Нейгардту, недавно удаленному с поста одесского градоначальника (в связи с еврейским погромом), но сохранившему влияние при дворе. Предположение резонное, хотя, думается, больше всего Столыпин был обязан Д. Ф. Трепову, который был переведен с поста товарища министра внутренних дел на должность дворцового коменданта и приобрел огромное влияние на царя. С того времени Трепов стал разыгрывать глубокомысленные и многоходовые «назначенческие» комбинации. Замена непосредственно перед созывом Думы либерального премьера Витте на реакционного Горемыкина явилась вызовом общественному мнению. Зато прямолинейный каратель Дурново был замещен сравнительно более либеральным Столыпиным.
«Достигнув власти без труда и борьбы, силою одной лишь удачи и родственных связей, Столыпин всю свою недолгую, но блестящую карьеру чувствовал над собой попечительную руку Провидения»,— вспоминал товарищ министра внутренних дел С. К. Крыжановский. Действительно, Столыпину сразу повезло на его новом посту. Когда разгорелся конфликт между правительством и I Думой, Столыпин сумел выгодно отличиться на фоне других министров, которые не любили ходить в Думу. Они привыкли к чинным заседаниям в Государственном совете и Сенате, где сияли золотом мундиры и ордена. В Думе же было иначе: там хаотически смешивались сюртуки и пиджаки, рабочие косоворотки и крестьянские рубахи, полукафтаны и священнические рясы; в зале было шумно, с мест раздавались выкрики, а когда на трибуне появлялись члены правительства, начинался невообразимый шум: это называлось новомодным словом «обструкция».
С точки зрения министров, Дума представляла собой безобразное зрелище: «Если первые дни кадеты, имевшие в Думе значительное число голосов и сумели придать собраниям некоторое благообразие, а тор-жественный Муромцев даже и напыщенность, то этот тон быстро поблек после первых же успехов Аладьина, Онипки и их товарищей, явно показавших, что элементы правового строя тонут в Думе в революционных и анархических».
Из всех министров достаточно уверенно в Думе вел себя только Столыпин, за два года пребывания в Саратовской губернии познавший, что такое стихия вышедшего из повиновения многотысячного крестьянского схода. Выступая в Думе, Столыпин говорил твердо и корректно, хладнокровно отвечая на выпады. Это не всегда нравилось Думе, зато нравилось царю.
При посредничестве Крыжановского Столыпин вскоре завязал негласные контакты с председателем Думы кадетом С. А. Муромцевым, состоялась также его встреча с лидером кадетов П. Н. Милюковым. В либеральных кругах создалось впечатление, что Столыпин благосклонно относится к созданию думского министерства с сохранением за Столыпиным его портфеля. Трудно провести черту, до которой эти переговоры велись с целью зондирования почвы, а потом стали прикрытием подготовки к роспуску Думы. В конце концов Столыпин обнаружил то же коварство, как и при балашовском инциденте. Однажды и июльскую пятницу 1906г. он позвонил Муромцеву и сказал, что в понедельник выступит в Думе. А в воскресенье Дума была распущена.
В то же время гораздо более
Настроение прибывших на съезд дворян не было единодушным. Некоторых настолько напугала революция, что они считали необходимым сделать кое-какие уступки в земельном вопросе, но таких было немного. «Дворянство Рязанской губернии,- заявил, например, Л. Л. Кисловский,- не находится в таком цветущем состоянии, чтобы оно могло делать подарки и приносить жертвы. Наоборот, когда нас выбирали уполномоченными, то нам рекомендовалось заботиться о неприкосновенности частной собственности».
