Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Риторика древнего Рима

Оглавление

Введение 3

1. Предпосылки возникновения риторики Средневековья 5

2. Развитие гомилетики 6

3. Иоанн Златоуст 10

4. Фома Аквинский 12

Заключение 16

Библиографический список 17

Практическая часть 18

Введение

Дар слова – одна из величайших способностей человека, возвышающая его над миром всего живого и делающая собственно человеком. Жизнь людей немыслима без языка, без речи. Слово - это средство общения между людьми, способ обмена информацией, инструмент воздействия на сознание и поступки другого человека. Владение словом ценится очень высоко. Эта способность является составной частью общей культуры человека, его образованности. Для интеллигентного человека, отмечал А.П. Чехов, дурно говорить должно бы считаться таким же неприличием, как не уметь читать и писать.

Слово фиксирует предшествующее развитие общества и делает возможным его дальнейший прогресс. Оно же служит мощным орудием непосредственного влияния на разум и волю людей, просвещения их, формирования убеждений, мобилизации граждан на конкретные действия.

С древнейших времен люди стремились понять, в чем секрет воздействия живого слова, врожденный ли это дар или результат длительного кропотливого обучения и самообразования. Ответ на эти и другие вопросы дает риторика – особая наука о законах изобретения, расположения и выражения мыслей в речи. Авторитет этой науки в древности, ее влияние на жизнь общества и государства были столь велики, что риторику называли «искусством управлять умами» (Платон) и ставили в один ряд с искусством полководца, с эпосом и музыкой. Тогда же родилось и другое название этой науки — «ораторское искусство».

Величайший мыслитель древности Аристотель, автор первой научной разработки ораторского искусства, определил риторику как «способность находить возможные способы убеждения относительно каждого данного предмета». Здесь в центре внимания находится главная проблема речи — ее убедительность.

Во все времена существования ораторского искусства остаются актуальными такие вопросы: Как достичь цели, поставленной оратором? Как завоевать аудиторию, привлечь ее на свою сторону? Какую речь считать наиболее действенной? В чем секреты убедительности устного публичного выступления? Из чего слагается успех ораторской речи? Какие возможные способы убеждения следует считать наиболее эффективными?

Найти ответы на эти вопросы невозможно без глубокого изучения истории и теории риторики, без знакомства с трудами известных ученых и мастеров устного слова.

1. Предпосылки возникновения риторики Средневековья

Падение рабовладельческой Римской империи в конце V в. знаменовало собой переход к новой феодальной формации. Отношения равноправного партнерства свободных граждан сменяются иерархической субординацией сеньоров и вассалов.

Новая социально-экономическая организация обусловила существенные изменения во всех сферах духовной жизни, в том числе и в риторике.

Господствующим жанром становится церковное красноречие, главной особенностью которого являются догматизм и схоластика.

Христианская церковь обратила свое слово ко всем без исключения: и к богатому вельможе, и к бедному крестьянину. Церковная проповедь стала самой распространенной формой устного массового общения, и одновременно – одним из инструментов политической пропаганды: значительная часть проповедей напрямую соотносилась с идеологическими запросами, утверждая соответствующие нормы нравственности и социального поведения.

Проповедование предполагало довольно высокий уровень ораторского мастерства. На основе проповеди развивается средневековое ораторское искусство, воспринявшее основные нормы античной риторики и формальной логики, опыт древних ораторов.

Но окрашенное в религиозные тона ораторское искусство средневековья приобрело и новые качества. Видоизменения были связаны прежде всего с появлением абсолютного авторитета в виде религиозной догмы. О чем бы ни говорил проповедник, он соотносил свои суждения и выводы со Священным писанием. Ссылки на непререкаемый авторитет, с одной стороны, избавляли оратора от необходимости использовать углубленную аргументацию, а с другой — привносили в выступление элементы схоластики.

Несколько веков риторики, постоянно обращающейся к верховному авторитету, наложили на нее свой отпечаток, который в какой-то мере сохраняется и ныне. Отголоски средневековой схоластичности, догматизма, раболепного благоговения перед авторитетом чаще всего проявляются в неоправданном обилии цитат и славословий, бездоказательности речи.

Но даже в жестких религиозных рамках риторика продолжала развиваться, и немалую роль в этом сыграли, например, еретические движения, направленные против догматов церкви.

На поприще церковного проповедничества выросли крупные богословские ораторы. Одними из самых знаменитых ораторов Средневековья были Иоанн Златоуст и Фома Аквинский, о которых подробнее пойдет речь ниже.

2. Развитие гомилетики

Гомилетика — наука о христианской церковной проповеди. Название науки происходит от греческого глагола oJmilevw, имевшего в классическую эпоху следующие значения: быть связанным (с кем-либо); быть хорошо знакомым (с кем-либо); собираться (в собрание). В новозаветную эпоху это слово стало обозначать: созывать на собрание, произносить речь в собрании. Производное от этого глагола существительное oJmiliva, первоначально означавшее просто общение, стало обозначать беседу в собрании. Соответственно существительное oJmilhtikhv, являющееся непосредственным предшественником термина гомилетика, можно перевести как умение общаться с людьми, умение вести беседу.

До III века по Р.Х. в Церкви не существовало специальной гомилетической теории. Общераспространенным являлся взгляд на проповедь как на плод непосредственного вдохновения от Святого Духа. В I-II веке в Церкви не было обычая выступать перед слушателями с заранее подготовленной проповедью.

К пересмотру такого взгляда на проповедь первым призвал Ориген. Он высказал мысль, что проповедь является не только плодом наития свыше, но и плодом личного творчества проповедника. Ориген призывал дидаскалов (церковных учителей) к напряжению всех своих умственных сил, применению всех своих знаний, всего образования в деле подготовки гомилий (церковных бесед). Такой взгляд на проповедь вскоре стал в Церкви общераспространенным, что создало основу для построения теории церковной проповеди, в значительной степени заимствовавшей принципы светского ораторского искусства. При этом в Церкви никогда не переставала существовать и всецело импровизированная проповедь. Поэтому, можно сказать, что к IV веку оформилось два основных подхода к построению проповеди. Профессор Н. И. Барсов определил их как профетический и риторический.

Первые специальные трактаты по гомилетике появились на Западе. Это, прежде всего, сочинение блаженного Августина «О христианской науке» (De doctrina christiana) и «Пастырское правило» (Regulae pastoralis liber) святителя Григория Двоеслова. У восточных отцов Церкви цельной гомилетической теории никогда не было. Их учение о проповеди выражено в отрывочных замечаниях и высказывается ими эпизодически.

В эпоху Возрождения в связи с активным изучением античного наследия (в том числе и античной риторики) появляется ряд принципиально новых руководств по гомилетике. Это, например, сочинения Рейхлина «Liber congestorum de arte praedicandi» (Сборник об искусстве проповеди, 1504) и Эразма Роттердамского «Ecclesiastes, sive concionator evangelicus» (Екклесиаст, или Евангельский проповедник, 1535). Оба автора были последовательными сторонниками риторического направления. Гомилетику они рассматривали исключительно как церковную риторику. Проповедь, по их мнению, должна подчиняться общим законам ораторского искусства.

После начала Реформации наблюдается стремление вернуться к первоначальной безыскусственности церковной проповеди. Эту точку зрения, в частности, отстаивал Мартин Лютер. По его мнению, задача церковной проповеди – это простое и ясное объяснение Священного Писания. Однако после смерти Лютера в лютеранстве (равно как и в других протестантских конфессиях) начался процесс постепенного заимствования приемов светского ораторства, приведший к возникновению так называемой протестантской схоластики. В результате гомилетическая наука в Германии в XVII веке развивалась почти исключительно в риторическом направлении. Отход от схоластических принципов наметился здесь лишь в XVIII веке в связи с широким распространением пиетизма.

На Руси гомилетической теории не существовало вплоть до XVII века. Первым отечественным курсом гомилетики принято считать сочинение архимандрита Иоанникия Галятовского «Наука, альбо способ зложеня казаня» (Наука, или способ составления проповеди). Это сочинение представляло собой приложение к двухтомному сборнику проповедей архимандрита Иоанникия («Ключ разумения»), увидевшему свет в Киеве в 1659-1660 годах. «Наука» была написана под влиянием католических гомилетик и потому активно заимствовала не только их теоретические подходы, но и саму латинскую терминологию. Таким образом, эта книга представляет собой классическое руководство по схоластической гомилетике.

Попытку преодолеть всецело схоластический характер отечественной гомилетической теории и церковной проповеди предпринял в начале XVIII века архиепископ Феофан (Прокопович). В противовес польско-латинскому влиянию он стремился использовать в своей проповеднической деятельности протестантский опыт. Тем не менее господство схоластических подходов сохранялось в отечественной гомилетической науке вплоть до середины XIX века.

Важную роль в преодолении схоластического метода сыграла книга профессора Киевской Духовной Академии Я. К. Амфитеатрова «Чтения по церковной словесности, или гомилетика» (Киев, 1846), которая послужила основой для формирования самобытного отечественного стиля церковной проповеди. Вплоть до начала ХХ века она являлась основным учебным пособием по гомилетике на русском языке. Курсы гомилетики, изданные во второй половине XIX столетия, в значительной мере следовали Амфитеатрову и принесли мало нового в гомилетическую науку. Одним из главных представителей этой линии был профессор КДА протоиерей Н. А. Фаворов. Его книга «Руководство к церковному собеседованию, или гомилетика» выдержала множество переизданий и стала нормативным семинарским учебником по гомилетике.

Новый шаг вперед в отечественной гомилетической науке относится уже к началу ХХ века. В 1906 году профессор КДА В. Ф. Певницкий выпустил в свет книгу «Церковное красноречие и его основные законы». Написанию этой книги предшествовало многолетнее изучение профессором Певницким истории христианской церковной проповеди. Его книга представляет собой попытку возврата к святоотеческому подходу в церковном проповедничестве.

Особое место в истории отечественной гомилетики занимает архиепископ Амвросий (Ключарев). Этот выдающийся проповедник отстаивал необходимость возрождения импровизированной проповеди. Владыка Амвросий попытался обобщить свой богатый проповеднический опыт в книге «Живое слово». Это небольшое сочинение и по сей день остается единственным в нашей церковной литературе практическим руководством по проповеднической импровизации.

Со второй половины XIX века в отечественной церковной науке наряду с гомилетической теорией активно развивается изучение истории церковной проповеди. Кроме профессора Певницкого ряд ценных трудов по истории проповедничества принадлежит профессору СПбДА Н. И. Барсову. Наиболее известные учебные пособия и хрестоматии по истории церковной проповеди были составлены преподавателем Киевской духовной семинарии протоиереем М. А. Поторжинским.

Несколько особняком в отечественной гомилетике стоит фигура профессора МДА М. М. Тареева. В своей книге «По вопросам гомилетики» он призывал к полному отказу от использования в проповеди приемов ораторского искусства. Профессор Тареев полагал, что проповедь должна вернуться к Евангельской простоте и безыскусственности.

Таким образом, к 1917 году в отечественной науке сосуществовали различные подходы к определению самых ключевых понятий гомилетики. Окончательный синтез разных точек зрения так и не был осуществлен.

В послереволюционный период творческое развитие отечественной гомилетики было насильственно прервано. Отечественные авторы второй половины ХХ столетия в основном опирались на труды дореволюционных ученых, не ставя перед собой задачу творческого развития этого наследия. Из сочинений по гомилетике этого периода можно выделить труды профессоров МДА протоиерея А. А. Ветелева и игумена Марка (Лозинского). В 1970-е годы в МДА велась работа по составлению тематического указателя основных святоотеческих творений для использования его в написании проповедей. Эта работа послужила основой для составления пятого, шестого и седьмого томов «Настольной книги священнослужителя», которые посвящены практическим вопросам церковной проповеди.

3. Иоанн Златоуст

Знаменитый Иоанн Златоуст (347-407 г.) считался идеальным византийским проповедником. Само прозвище Златоуст свидетельствует об уважительном отношении к публичному слову и о почитании людей, умевших посредством живой речи воздействовать на слушателей.

Святой Иоанн Златоуст происходил из знатной антиохийской семьи. Лишившись в детстве отца, он был тщательно воспитан своей матерью Анфусой, превосходной женщиной и образцовой христианкой. Потом он учился у знаменитого языческого оратора Ливания. Имея от природы блестящие дарования, он тщательно развил их основательным и глубоким образованием (библейским в соединении с классическим). Когда спросили у Ливания, кого он считал достойным себе преемником, он с грустью ответил: «Конечно Иоанна, если бы не отняли его у нас христиане», а о матери его так выразился: «Какие бывают достойные женщины у этих христиан!»

После окончания образования Иоанн вступил в должность адвоката и прославился своим красноречием. Но вскоре мирская жизнь прискучила ему. Приняв, по обычаю того времени, крещение уже в годах мужества, он хотел удалиться в пустыню и остался единственно по просьбе матери. Между тем о необыкновенных дарованиях Иоанна узнал Мелетий, епископ антиохийский, и записал его в число клира. В это время Иоанн усиленно занимался изучением Священного Писания и других наук, относящихся к богословию.

После кончины матери, он исполнил свое давнее желание: четыре года жил в уединенной обители, а два года в совершенном уединении в одной пещере. Расстройство здоровья побудило его возвратиться в Антиохию. Здесь он принял сан диакона и затем священника. 12 лет священства в Антиохии были самым счастливым временем в его жизни. Он неутомимо проповедовал и принимал самое живое участие в радостях и скорбях антиохийской паствы. Проповеди его часто прерывались рукоплесканиями. Иоанн останавливал слушателей, говоря: «Что мне в ваших рукоплесканиях? – Исправление жизни и обращение к Богу – вот лучшая мне похвала от вас». Особенно прославился он своими словами по случаю бедствий, угрожавших антиохийцам за низвержение императорских статуй.

В скором времени во всем христианском мире уже гремела слава святого Иоанна, как Златоуста (название, данное ему одной простой женщиной во всеуслышание в храме, в порыве восторга от его слова). Поэтому, когда после смерти епископа Нектария, преемника св. Григория Богослова, стала свободной кафедра константинопольского архиепископа, император Аркадий (395-408 г.) пожелал, чтобы она предоставлена была Златоусту.

Первое время святительства было очень утешительно для Иоанна, и он со всем усердием предался заботам об искоренении остатков арианства, примирении враждовавших епископов, исправлении духовенства и всей паствы. Но эта энергичная деятельность восстановила против него много врагов, во главе которых открыто встала императрица Евдоксия, женщина крайне суетная и властолюбивая.

Евдоксия привлекла на свою сторону александрийского архиепископа Феофила, около которого объединились недовольные Иоанном епископы. Эти епископы составили собор (в местечке Дуб, близ Константинополя) и осудили Иоанна на лишение кафедры и изгнание. «Церковь Иисуса Христа не мною началась и не мною кончится», - сказал Иоанн своим преданным друзьям и оставил столицу. Но в ту же ночь случилось сильное землетрясение, и удары его особенно слышались во дворце. Устрашенная Евдоксия просила Златоуста поскорее возвратиться. Прошло два месяца, Евдоксия снова предалась своим страстям и порокам, и Иоанн снова выступил со словом обличения. На этот раз Иоанн был осужден уже заочно и отправлен в ссылку.

Около трех лет Иоанн прожил в армянском городе Кукузе, затем отправлен был далее в Пициунт (на северо-восточном берегу Черного моря, в нынешней Абхазии). Суровые воины в течение трех месяцев вели святителя пешком чрез горы и в зной, и в проливной дождь. Изнеможенный до крайности, святитель остановился в городе Команах. Здесь ночью явился ему святой мученик Василиск (мощи которого почивали в этом городе) и сказал: «Не унывай, брат Иоанн, завтра будем вместе». Иоанн причастился святых Таин и мирно скончался со словами: «Слава Богу за все!».

В своих многочисленных беседах (до 800) святой Златоуст оставил вдохновенные объяснения (толкования) на многие книги Священного Писания и почитается Церковью очень авторитетным толкователем Библии. Он составил последование (чин) Литургии, носящей его имя, ввел в церковное употребление крестные ходы и некоторые другие благочестивые обычаи. Сверх всего этого он известен своей заботой о распространении веры Христовой. Между прочим, послал и на Русь к тогдашним скифам проповедников веры и почитается одним из ее просветителей.

4. Фома Аквинский

Фома Аквинский (1225-1274) – еще один выдающийся оратор Средневековья. Аквинский происходил из знатного неаполитанского рода. С пяти лет он обучался в монастыре бенедиктинцев, а затем в университете Неаполя. В 18-летнем возрасте он решил стать монахом ордена доминиканцев и настоял на своем, несмотря на протесты семьи. Будучи монахом, Фома продолжал изучать теологию, сначала в Париже, а затем в Кельне. Коллеги по учебе звали его «Немым быком» за огромный рост, полноту, а также отсутствие интереса к беседам и диспутам.

Фома был основательным человеком, и, лишь пройдя все ступени обучения и получив степень магистра, он начинает писать собственные работы и участвовать в диспутах по теологическим вопросам. Упорство Фомы было вознаграждено: в 1259 году именно ему была поручена работа над наследием Аристотеля. Результатом стал грандиозный труд под названием «Сумма теологии», который Фома создавал более 10 лет. В 1273 году работа над ним была завершена.

Его труды легли в основу гомилетики – теории церковного красноречия. В ней на первый план выступают форма, внешняя красивость и напыщенность, главным принципом становится не убеждение, а внушение. Важнейшее приобретение риторики в средние века – это умение завладеть чувствами и сознанием людей, влиять на их психику и воображение. Эффективность и действенность ораторской речи в этот период характеризовалась именно этими умениями проповедника.

Не зря самым интересным разделом в учении Фомы Аквинского считается раздел, связанный с его трактовкой души, причем не только души человека. Здесь Фома исходит из Аристотеля. Он различает вегетативную душу, присущую растениям, и функции этой души – питание и размножение. Далее идет сенситивная душа, которой обладают животные. Функциями этой души являются чувственное восприятие, стремление и произвольное движение. И только человек имеет разумную душу, функцией которой является мышление. При этом разумная душа человека заодно выполняет и функции двух низших душ.

Душа человека, согласно Фоме, есть чистая форма без материи, она духовна, бестелесна и бессмертна. Но, будучи крупнейшим систематизатором человеческих познаний, Фома дает развернутую картину познавательных способностей души. Так, помимо чувства и разума он выделяет у человека волю, воображение, способность суждения и память. Вслед за Аристотелем он различает активный и пассивный интеллект, а также говорит о наличии у человека некоего «общего чувства», которое находится между разумом, постигающим общее, и чувством, имеющим дело с единичным.

Интересней всего то, что высшей познавательной способностью человека у Фомы оказывается интеллектуальное созерцание, сближающее человека с ангелами. Если люди пользуются обычно чувствами, разумом и т.п., то ангелы, считал Фома, не пользуются абстракциями, не рассуждают, а схватывают суть бытия в чистом акте непосредственного созерцания. Лишь частично эта способность присутствует и у человека. Но есть такой способ познания, доказывает Фома, который недоступен даже ангелам. Это абсолютное знание всего и вся, без каких-либо специальных приемов и способностей. Такое познание свойственно лишь Богу.

Тип риторики, проповедуемый Фомой Аквинским, оказал существенное влияние на культуру всех стран Западной и Центральной Европы, так как его распрост¬ранению способствовало отсутствие языковых барьеров: проповеди читались исключительно на латинском языке.

5. «Свободное искусство» Средневековья

Шагом вперед по сравнению с богословской риторикой была средневековая университетская лекция. Она, хотя и читалась в буквальном смысле этого слова (лат. lectio – чтение, lector – чтец) прямо по книге, все же была обращена к явлениям и фактам реальной действительности, подчинялась законам знания. Позже, в XV-XVI вв., с развитием книгопечатания читаемая лекция стала активно вытесняться устной, по сути превратилась в публичное изложение учебного материала и, перенимая достижения красноречия, оформилась в новый жанр риторики.

Надо сказать, что к ХIII в. в Европе уже появилось несколько университетских центров. Университеты были, к примеру, в Болонье, Падуе, Тулузе, а также в Оксфорде и Кембридже. Около 1200 года открылся Парижский университет. И во всех этих университетах помимо теологии изучались «свободные искусства», право и медицина. Подготовка в области «свободных искусств» была условием поступления на другие факультеты. Но занятия «свободными искусствами» не всегда давали учащимся те духовные ориентиры, на которые рассчитывало духовенство.

Эта тенденция усилилась с ростом популярности работ Аристотеля, и прежде всего его естественнонаучных работ, а также «Метафизики». Ситуация усугублялась тем, что указанные работы распространялись вместе с комментариями Аверроэса, который усилил материалистические акценты в творчестве Аристотеля. В результате на популярность материалистических идей Аристотеля католическая церковь ответила запретом на изучение его трудов в Парижском университете.

Но это не было выходом из положения, а потому одновременно с запретом была создана комиссия с целью приспособления трудов Аристотеля к христианскому вероучению. Комиссия работала шесть лет, не оправдав надежд церкви. И только после того, как эту работу поручили проделать ученым из ордена доминиканцев, был получен результат. Львиная доля этого успеха пришлась на особое дарование одного из членов ордена – Фомы Аквинского, о котором как раз и шла речь в предыдущем параграфе.

Заключение

Риторика и культура речи пронизывает все сферы общества. Язык – это форма мышления и средство коммуникации.

Риторика необходимо для формирования культурного уровня человека, его возможности устанавливать взаимоотношения с обществом. Профессиональная карьера очень зависит от культуры общения и использования профессионального языка. Умение налаживать отношения с коллегами совершено необходимо для продуктивной профессиональной деятельности. Необходимо всячески пропагандировать идею устного публичного дебатирования общественно значимых проблем, а так же пропагандировать риторические нормы и обучать дебатированию, начиная со школы.

Представляется, что это - важнейшая общественная задача сегодняшнего дня, решение которой позволит сформировать в обществе подлинно демократический климат, приведет к формированию гражданской отвественности граждан за свою страну, за собственное решение на выборах или референдуме, будет способствовать формированию внимания и интереса к чужому мнению, формированию политической и межличностной толерантности, столь необходимой нашему обществу.

Библиографический список

Н. Войченко. «Кодекс чести оратора или Об искусстве публичных выступлений» – 2008 г.;
О.Я. Гойхман «Научно-практические проблемы обучения речевой коммуникации студентов-нефилологов…». – 2000 г;
Татьяна Жаринова. «Нужна ли риторика современному обществу? » // Журнал «Самиздат». – 2005 г.;
Н.Е. Каменская Проблемы риторики в современной России. // Язык как средство коммуникации: теория, практика, методика преподавания. – 2008 г.;
Т.В. Мазур, «Профессионально ориентированная риторическая подготовка студентов-юристов в вузе». – 2001 г.

Практическая часть

1. Сережа и Павел — друзья. Оба учатся в институте. Оба любят играть в лотерею. Если они играют вместе, обоим везёт, оба выигрывают, у обоих много призов.

2. Глаза:

О цвете.

Агатовые, акварельные, антрацитовые, белёсые (белесые), белые, бесцветные, бирюзовые, бледные, блеклые, васильковые, вылинявшие, выцветшие, голубовато-серые, голубые, дегтярно-черные, дегтярные, дымчатые, желтые, желудевые, жемчужно-серые, жемчужные, зеленые, золотистые, золотые, изумрудные, иссиня-черные, капустные, карие, коричневые, кофейные, красные, лазурные, матовые, медовые, молочно-голубые, оливковые, оловянно-мутные, оловянные, ореховые, полуденные (устар. поэт.), полуночные (устар. поэт.), сапфирные (устар.), сапфировые, светло-голубые, светло-зеленые, светло-карие, светло-синие, светлые, свинцовые, сердоликовые, серые, сине-белые, синие, сиреневые, стальные, табачные, темно-серые, темные, ультрамариновые, фиалковые, цыганские, черносливные, черносливовые, черные, шоколадные, янтарные, ярко-голубые.

О физическом состоянии глаз; о характере взгляда.

Бархатные, бегающие, бездонные, безжизненные, бельмастые (простореч.), бессонные, блестящие, близорукие, блуждающие, больные, быстрые, влажные, водянистые, воспаленные, глянцевые, горячечные, дальнозоркие, жаркие, жидкие, заспанные, заплаканные, заплывшие, запухшие, застывшие, затуманенные, зеркальные, зоркие, зыбкие, измученные, искрометные, искрящиеся, кровянистые, курослепые (простореч.), ледяные, лихорадочные, лучистые, масленые, мерклые, мертвые, мерцающие, мокрые, мутные, набухшие, налитые, неподвижные, огненные, опухшие, осовевшие, осовелые, осоловелые, остекленевшие, остекленелые, острые, открытые, отуманенные, пламенные, погасшие, подслеповатые, подслепые (устар.), полусонные, померкшие, понурые, посоловелые, потупленные, потухшие, пристальные, прожигающие, прозрачные, пронзительные, пронизывающие, пьяные, рассеянные, ртутные, русалочьи, сверкающие, сияющие, смеженные, смирные, сонные, стеклянные, студенистые, сухие, туманные, тусклые, увядшие, усталые, утомленные, хмельные, чистые, юркие, яркие, ясные.

О форме, размере, очертании глаз.

Базедовые, библейские, большие, бутылочные, впалые, выкаченные (простореч.), выпуклые, выпученные, вытаращенные, глубокие, громадные, длинные, запавшие, зрачкастые, иконописные, калмыцкие, квадратные, косые, круглые, крупные, кукольные, маленькие, миндалевидные, монгольские, небольшие, огромные, открытые, плоские, полуприкрытые, прижмуренные, прищуренные, прищурые, провалившиеся, продолговатые, пухлые, раскосые, раскошенные, распахнутые, расширенные, сливовые, сощуренные, суженные, татарские, треугольные, узкие, черкесские, широкие.

О выражении чувства, состояния, характера человека.

Азартные, алчные, алчущие, бедовые, безгрешные, бездумные, беззаботные, беззащитные, безмятежные, безропотные, безумные, беспечные, беспокойные, бессмысленные, бесстыдные, бесстыжие (разг.), бесшабашные, бешеные, благодарные, блудливые, бойкие, брезгливые, вдохновенные, вдумчивые, веселые, взволнованные, виноватые, властные, влюбленные, внимательные, возбужденные, вольные, вопрошающие, воровские, восторженные, восхищенные, враждебные, встревоженные, въедливые, вызывающие, выразительные, гневные, говорящие, голодные, гордые, горячие, горящие, грозные, грустные, дерзкие, дикие, добродушные, добрые, доверчивые, дурные, дьявольские, елейные, жадные, жалкие, жалобные, жалостные, жгучие, жестокие, живые, жизнерадостные, жуткие, завидущие (простореч.), завистливые, завороженные, задорные, задумчивые, зачарованные, злобные, зовущие, изумленные, изучающие, иронические, испытующие, ищущие, кислые, клейкие, колючие, кроткие, ласковые, леденящие, ледяные, ленивые, лихие, лукавые, льстивые, любвеобильные, любопытные, любящие, мальчишеские, манящие, масленые, медовые, мечтательные, молящие, мудрые, мученические, мягкие, наблюдательные, наглые, надменные, наивные, насмешливые, настороженные, нахальные, невинные, недобрые, нежные, ненавидящие, неподкупные, непонимающие, несчастные, огорченные, одичалые, одуревшие, одурелые, озорные, осмысленные, отважные, отрешенные, отсутствующие, отчаянные, отчужденные, ошарашенные, пасмурные, переменчивые, печальные, плутоватые, плутовские, подозрительные, покорные, понимающие, послушные, посторонние, почтительные, правдивые, презрительные, приветливые, пронзительные, проникновенные, проницательные, пронырливые, простодушные, прямодушные, пугливые, пустые, пытливые, радостные, развратные, ревнивые, робкие, сверлящие, сердитые, серьезные, скользкие, скорбные, смелые, смешливые, смеющиеся, смышленные, сочувствующие, спокойные, стеснительные, сторожкие, страдальческие, страдающие, строгие, сумасшедшие, суровые, счастливые, сытые, теплые, тихие, томные, тоскующие, требовательные, тревожные, трогательные, тупые, угарные, угнетенные, угодливые, удивленные, укоризненные, улыбчивые, умиленные, умильные, умные, унылые, упорные, упрямые, усмешливые, хитрецкие (разг.), хитрые, хищные, холодные, цепкие, честные, чужие, чуткие, шаловливые, шалые (простореч.), шальные, шельмоватые, шустрые, энергичные, яростные. Африканские, бетонные, блескучие, вещие, византийские, водочные, далънострельные, дремучие, дряхлые, египетские, зимние, золотушные, иглистые, игольчатые, итальянские, каменные, камышовые, копеечные, крыжовенные, купоросовые, лешачьи, морозные, мохнатые, негритянские, неотрекающиеся, оледенелые, пемзовые, переливчатые, пластмассовые, ржаные, родниковые, ртутные, седые, славянские, сладкие, стоячие, траурные, трупные, чахоточные, экстатические.