Россия в XVII веке

Содержание

Фёдор Алексе́евич (III)

В истории царю Фёдору не повезло. Он умер, не дожив  месяца до 21 года, и пробыл на московском престоле всего 6 лет. Его правление пришлось на время между двумя великими царствованиями: отца Алексея Михайловича и младшего брата Петра, личности которых затмили Фёдора. Поэтому и рассматривали историки его время или как продолжение политики "Тишайшего" Алексея, или как прелюдию к правлению великого Петра. Между тем Фёдор Алексеевич был личностью незаурядной и оставил в истории пусть не яркий, но всё же значительный след.

В 1674 он был торжественно "объявлен" народу как наследник  престола. Царевич получил прекрасное образование. Его учителем был Симеон Полоцкий, сумевший привить Фёдору любовь к стихосложению, преподававший ему философию и риторику, польский язык и латынь. Учился царевич и церковному пению, известно, что, уже будучи царём, он неоднократно пел на клиросе во время службы. Увлечение поэзией вылилось в сочинение нескольких псалмов, вошедших в "Псалтырь" Симеона. Некоторые молитвы Фёдор положил на музыку, мы и сейчас можем услышать его произведения. Но главное, Полоцкий приобщил Фёдора к западной культуре и внушил ему идею об особой роли царя как хранителя истины и закона, ревнителя веры и правды, правителя во имя "общего блага". Иными словами, царевича сознательно готовили к  управлению государством.

К сожалению, Фёдор  не отличался крепким здоровьем. В детстве, видимо, это особо не проявлялось. Мальчик часто сопровождал отца в дальних поездках на богомолье, выезжал с ним на охоту. Но, когда Фёдору шёл тринадцатый год, случилось несчастье. Царевич очень любил лошадей, эта страсть оставалась с ним до конца жизни. И вот как-то раз он с тётками и сестрами захотел прогуляться в санях за городом. Фёдор сел на лошадь, а царевны в сани, но вдруг лошадь вскочила на дыбы и сбросила седока. Царевич попал под сани, лошадь рванулась вперёд, и "тут сани всею своею тяжестью проехали по спине лежащего на земле Фёдора и измяли у него грудь". Кроме того, известно, что Фёдор так же, как отец и брат Иван (будущий Иван V), болел цингой. Временами он с трудом мог ходить, только опираясь на палку. Он болел, когда ему сообщили о смерти Алексея Михайловича. Бояре на руках внесли Фёдора в большой зал и посадили на трон. Сидя на носилках, он сопровождал похоронную процессию. Так началось его царствование.

Восшествие  на престол 14-летнего Фёдора сразу  же выдвинуло на первый план его  родственников по матери - семейство Милославских. Из дальнего воеводства в Москву был вызван двоюродный дядя царя И. М. Милославский. Чуть ли не все бояре выехали встречать его за Москву. Ближайшими соратниками честолюбивого царедворца были князья Ю. А. Долгоруков и Я. Н. Одоевский, Б. И. Хитрово. Все они возглавили важнейшие приказы, причём одновременно управляли сразу несколькими учреждениями, сконцентрировав в своих руках и большую власть, и большие богатства. Одновременно опале подверглись сторонники Нарышкиных, родственников второй жены Алексея Михайловича. Царица Наталья Кирилловна с детьми была удалена от двора, её братья отправились в ссылку, а через некоторое время был лишён боярства и сослан ближайший сподвижник покойного царя А. С. Матвеев. Устранив противников, Милославский надеялся без труда управлять молодым царём. Так началась многолетняя вражда двух дворянских кланов. Но в 1680 Фёдор вышел из-под опеки Милославских, рядом с ним оказались соратники, в большинстве своём происходившие из незнатных родов: И. М. Языков, братья А. Т. и М. Т Лихачёвы, князь В. В. Голицын (будущий фаворит царевны Софьи), ученик Симеона Полоцкого Сильвестр Медведев.

В царствование Фёдора произошли многие важные события, показавшие его стремление к преобразованиям. В 1678 началась общая подворная перепись, в результате которой изменилась налоговая система; вместо многочисленных податей была введена единая - так называемые "стрелецкие  деньги", которые шли на содержание стрелецкого войска; была создана система "разрядов", по которой все служилые люди государства, кроме жителей Поволжья и Сибири, по территориальному принципу делились на 9 военных округов; отменено местничество, по которому должности замещались в зависимости от знатности происхождения; положено начало высшему образованию в России. Царь организовывал богадельни, а в 1682 издал указ об основании школ для нищих детей с обучением всевозможным ремёслам.

Фёдор Алексеевич отличался спокойным характером. Его, как и отца, называли "Тишайшим", а себя он именовал в торжественных  случаях "наша тихость". Современники свидетельствовали о любви царя к порядку, неприятии пышных церемоний и многочисленной свиты. Фёдора без преувеличения можно назвать просвещённым  монархом. Он собрал большую, библиотеку, в которой хранились книги и на иностранных языках. Была у него отдельная нотная библиотека. Очень любил живопись и прикладное искусство, всячески поддерживал мастеров Оружейной палаты, интересовался вопросами архитектуры, в частности, по его чертежам были построены Малый дворец в Кремле и Алексеевская церковь Чудова монастыря. В любимом подмосковном селе Воробьёве его стараниями был возведён новый дворец.

Большое внимание царь уделял благоустройству Москвы. Он лично выезжал на городские  пожары, в его время были заново вымощены московские улицы, широко развернулось каменное строительство. В подмосковном селе Воскресенском Фёдор устроил "государев" сад и зверинец. Животных он очень любил, и особенно лошадей, по его распоряжению во многих дворцовых сёлах появились конные заводы. В правление Фёдора была осуществлена и "реформа" одежды: старые кафтаны придворных были заменены на "служилое платье" западного образца.

В 1680 Фёдор Алексеевич женился. По преданию, во время крестного  хода ему приглянулась молодая девушка  Агафья Семёновна Грушецкая. Она  была дочерью мелкого дворянина, предки которого когда-то приехали на Русь из Польши. Царская свадьба прошла чрезвычайно скромно, в присутствии лишь нескольких приближённых. Но брак оказался недолгим, царица Агафья умерла после родов. В феврале 1682 по настоянию И. М. Языкова Фёдор женился вторично. Новой царицей стала 17-летняя Марфа Матвеевна Апраксина, крестница А. С. Матвеева. Свадьба также прошла очень тихо, Фёдор тогда был уже болен и венчался, сидя в кресле. В последние месяцы он, вероятно, не надеясь на рождение наследника, подумывал о назначении своим преемником Петра.

Царевна Софья Алексеевна

Царевна Софья  Алексеевна родилась 27 (17 по ст.ст.) сентября 1657 г. в Москве.

Одна из шести  дочерей царя Алексея Михайловича  от брака с Марией Милославской, которая родила царю еще и двух сыновей - Федора и Ивана. Софья почти все свое время уделяла чтению и учебе. Ее учителем был проповедник, писатель и поэт Симеон Полоцкий. Она знала латынь, польский, писала пьесы для придворного театра, разбиралась в богословских вопросах, увлекалась историей.

Отрочество  царевны проходило в атмосфере  жестокой междоусобицы Милославских, родственников ее умершей матери, и Нарышкиных, родни ее мачехи, второй жены царя Алексея Михайловича. Софья  Алексеевна отличалась умом, энергией и честолюбием и не желала сидеть затворницей в тереме, как полагалось тогда царевнам.

В 1676 году, после  смерти отца, государем стал младший  родной брат Софьи Федор — «из  Милославских». Став советницей подвластного ее влиянию Федора, Софья постепенно начала принимать участие в государственных делах.

Софья завела доселе не практиковавшийся порядок   она, женщина, присутствовала на царских  докладах, а со временем без стеснения  прилюдно стала давать собственные  распоряжения.

После смерти царя Федора Алексеевича 7 мая (27 апреля по ст.ст.) 1682 г., Софья стала активно участвовать в борьбе придворных партий, поскольку была недовольна избранием на царский престол десятилетнего Петра I, сына царя Алексея Михайловича и его второй жены Нарышкиной.

После стрелецкого  бунта, вспыхнувшего в Москве 15 мая 1682 г., обе партии, в конечном счете, пошли на компромисс: царями были провозглашены два сводных брата Иван V (сын Алексея Михайловича от первого брака) и Петр I. Софья Алексеевна стала правительницей при обоих несовершеннолетних царях. Ее имя вошло в официальный царский титул «великие государи и великая государыня царевна и великая княжна София Алексеевна...». В 1684 г. Софья повелела чеканить свое изображение на монетах. С 1686 г. она именовала себя самодержицей, а в январе 1687 г. оформила этот титул специальным указом.

Годы правления  Софьи отмечены ее стремлением к  широкому обновлению Русского общества. Ею были предприняты все меры для  развития промышленности и торговли. Во времена правления Софьи Россия начала производить бархат и атлас, ранее импортируемые из Европы. При ней была создана Славяно греко латинская академия. Софья Алексеевна отправила первое русское посольство в Париж. Во времена ее правления в Грановитой палате Кремля произошел знаменитый спор о вере, который положил конец многолетнему церковному расколу.

Кроме того, во времена правления царевны Софьи  состоялась первая перепись населения, она провела реформу налоговой  системы, а также изменила правила  получения государственных должностей (теперь от чиновников требовался не только титул, но и деловые качества претендентов). Софья начала реорганизацию армии по европейскому образцу, но не успела завершить начатое.

В годы правления  Софьи были сделаны небольшие  уступки посадам и ослаблен сыск беглых крестьян, что вызвало недовольство дворян. Во внешней политике наиболее значительными акциями правительства Софьи Алексеевны были заключение «Вечного мира» 1686 г. с Польшей, закрепившего за Россией Левобережную Украину, Киев и Смоленск, Нерчинского договора 1689 г. с Китаем, вступление в войну с Турцией и Крымским ханством. В 1689 г. произошел разрыв между Софьей и боярско дворянской группировкой, поддерживавшей Петра I. Партия Петра I одержала победу.

Правительство Софьи пало, ее имя исключили из царского титула, а сама она была направлена в Новодевичий монастырь в Москве - без пострижения в монахини. В монастыре она расписывала церковные книги, много писала.

Во время  Стрелецкого восстания 1698 г. Софья  попыталась взять власть еще раз. Она написала стрельцам письмо, где просила постоять за нее и пойти против царя.

После подавления восстания Софья Алексеевна была пострижена под именем Сусанны в  монахини Новодевичьего монастыря, в котором в общей сложности  прожила 15 лет.

Умерла Софья  Алексеевна 14 (3 по ст.ст.) июля 1704 г. Перед кончиной она приняла схиму (высшая ступень православного монашества), взяв при этом свое прежнее имя - Софья.

Крымские походы.

Крымские походы — военные походы русской армии  против Крымского ханства, предпринятые в 1687 и 1689 годах. Они были частью Русско-турецкой войны 1686—1700 и частью масштабной европейской Великой Турецкой войны.

Первый  Крымский поход

Подписав «Вечный  мир» с Речью Посполитой в 1686 году, Русское царство стало членом антитурецкой коалиции, так называемой Священной Лиги, состоявшей из Австрии, Венеции и Польши, боровшихся с Османской империей и её вассалом — Крымским ханством. В мае 1687 года русская армия, насчитывавшая примерно 100 тысяч солдат и возглавляемая князем Василием Голицыным, выступила из левобережной Украины вместе с донскими и запорожскими казаками и двинулась в сторону Крыма. Когда русские переправлялись через Конские воды, крымские татары (по другой версии — украинские казаки) подожгли степь, лишив русских лошадей пастбищ. В результате этого, армия возвратилась назад 17 июня. Голицын требовал от русского правительства заменить гетмана Ивана Самойловича Иваном Мазепой, обвиняя Самойловича в своей неудаче, хотя последний предрекал возможность подпала степи.

На правом фланге был разгромлен турецкий вассал, Буджакская орда. Генерал Григорий Касогов взял крепость Очаков и некоторые другие крепости и вышел к Чёрному морю, где начал строительство крепостей. Об успехах Касогова восторженно писали западноевропейские газеты, а турки, опасаясь атаки Константинополя, стягивали к нему армии и флот.

Второй  Крымский поход

В 1689 году начались приготовления ко второму походу. Речь Посполитая начала переговоры с  Османской империей, перекладывая всё  бремя войны на Россию. Ранней весной (или в феврале) 1689 года русское  войско, увеличенное до 150 тысяч человек (по другим данным - 112 тысяч при 400 орудиях) направилось на юг. 15 мая недалеко от деревни Зелёная Долина произошло нападение крымских татар, которое было отбито артиллерийским огнём и ружейными залпами. 20 мая русская армия подошла к Перекопу. Однако возглавлявший поход Василий Голицын отказался брать Перекоп, так как в нём было всего три колодца с пресной водой, чего не хватило бы для армии. Кроме того, за Перекопом простиралась безводная степь, и потери после взятия Перекопа были бы весьма значительны. На военном совете было решено строить несколько крепостей для накопления в них воды, продовольствия и снаряжения. Однако этим планам не суждено было сбыться, и Голицын отступил от Перекопа, но сохранил почти всю армию.

Итоги

Крымские походы позволили на некоторое время отвлечь значительные силы турок и крымцев и пошли на пользу европейским союзникам России. Россия прекратила платить крымскому хану; международный авторитет России возрос после Крымских походов. Однако в результате походов цель обезопасить южные границы России так и не была достигнута.

Восстание стрельцов 1682г. или Стрелецкий бунт (1682)

Предпосылки бунта

Недовольство  стрельцов назревало долгое время  в течение царствования Фёдора Алексеевича. Казна была пуста, и жалование стрельцам выплачивалось нерегулярно, с большими задержками. Кроме того, старшие командиры стрелецкого войска — сотники и полковники часто злоупотребляли своим положением: удерживали в свою пользу часть стрелецкого жалования, заставляли стрельцов выполнять хозяйственные работы в своих имениях и т. п.

27 апреля 1682 года царь  Фёдор Алексеевич умер, не оставив  прямого наследника. Престол должен  был перейти к одному из  его братьев — 15-летнему Ивану  — сыну первой жены Алексея  Михайловича, покойной царицы Марии Ильиничны (в девичестве Милославской), или 10-летнему Петру — сыну второй жены Алексея Михайловича, вдовствующей царицы Натальи Кирилловны (в девичестве Нарышкиной). Достигла кульминации борьба между двумя боярскими родами — Милославских — родственников по матери царевича Ивана, и Нарышкиных — родственников Натальи Кирилловны и Петра. От того, кто станет царём, зависело — какой из этих кланов займёт положение ближних бояр — советников царя при принятии важнейших государственных решений и ответственных исполнителей этих решений, распределяющих высшие должности в государстве и распоряжающихся царской казной.

 Окончательное решение  по вопросу принимала боярская  дума. Для большинства бояр, будущее  которых зависело от милости  или немилости царя, очень важно было угадать, кто из претендентов выиграет, чтобы заранее стать на его сторону. Иван — старший по возрасту, с младенчества был очень болен (как и всё мужское потомство царицы Марии Ильиничны), считалось вероятным, что он вскоре умрёт, и тогда царём всё равно станет Пётр. В этой ситуации большинство боярской думы и патриарх Иоаким склонились в пользу более «перспективного» Петра, и 27 апреля 1682 года (в день смерти Фёдора Алексеевича) Пётр был провозглашён царём.

Для Милославских такой оборот событий означал утрату всех властных перспектив, и умная, энергичная царевна Софья Алексеевна решила воспользоваться недовольством стрельцов, чтобы изменить ситуацию в свою пользу, опираясь на клан Милославских, и на ряд бояр, в том числе князей В. В. Голицына и И. А. Хованского — представителей древнейшей русской аристократии, болезненно воспринимавших возвышение худородных Нарышкиных.

Начало  бунта

Эмиссары Милославских стали разжигать недовольство стрельцов, распространяя среди них слухи, что теперь, под властью Нарышкиных, их ждут ещё бо́льшие притеснения и лишения. Среди стрельцов участились случаи неповиновения начальству, и нескольких стрелецких командиров, пытавшихся восстановить дисциплину, стрельцы втащили на колокольню и сбросили наземь.

15 мая разнёсся  слух, что в Кремле Нарышкины  задушили царевича Ивана. Ударил  набатный колокол и стрельцы  многих полков бросились с  оружием в Кремль, смяли немногочисленную  охрану из царской дворни и  заполнили Соборную площадь перед  дворцом. На Красное крыльцо вышли царица Наталья Кирилловна, державшая за руки царя Петра и царевича Ивана, патриарх и несколько бояр, не побоявшихся встретить опасность лицом. Среди стрельцов произошло замешательство: царевич Иван был жив и невредим, на расспросы стрельцов отвечал: «Меня никто не изводит, и жаловаться мне не на кого». Действия стрельцов, в таком случае, не имели оправдания и могли расцениваться как бунт. В это время князь Михаил Долгоруков, сын высшего стрелецкого начальника кн. Ю. А. Долгорукого стал кричать на стрельцов, обвиняя их в воровстве[3], измене и угрожая суровой расправой. Это взорвало накалённую до предела толпу, стрельцы поднялись на крыльцо и сбросили Долгорукого на подставленные копья, после чего кровопролитие пошло по нарастающей: следующей жертвой стал боярин Артамон Матвеев — общепризнанный лидер клана Нарышкиных. Стрельцы ворвались во внутренние покои дворца, убили нескольких бояр, в том числе брата царицы Афанасия Кирилловича Нарышкина, князя Григория Григорьевича Ромодановского, боярина Языкова, начальника посольского приказа Лариона Иванова. Стрельцы разыскивали другого брата царицы — Ивана Кирилловича Нарышкина, но в тот день не нашли его, он скрывался в покоях своей сестры. В городе также происходили убийства бояр и стрелецких начальников, в том числе боярина стрелецкого приказа кн. Ю. А. Долгорукого, который был стар, болен и из дома не выходил — его убили из опасения мести за сына Михаила. Стрельцы расставили в Кремле свои караулы, которые не должны были никого ни впускать, ни выпускать.

Фактически  все обитатели Кремля, включая  царскую семью, оказались заложниками  мятежников.

На следующий  день стрельцы вновь пришли в Кремль, требуя выдачи Ивана Нарышкина, угрожая, в противном случае, перебить всех бояр. Софья и бояре оказали на Наталью Кирилловну сильное давление: «Брату твоему не отбыть от стрельцов; не погибать же нам всем за него!». Иван Нарышкин был выдан, подвергнут пытке и казнён. Отец царицы — престарелый Кирилл Полуэктович Нарышкин по настоянию стрельцов был пострижен в монахи и выслан в Кирилло-Белозерский монастырь.

Бессудные расправы над боярами и стрелецкими  командирами продолжались до 18 мая. Одной из последних жертв стрельцов  стал немец лекарь фон Гаден. Его  обвинили в отравлении царя Фёдора Алексеевича. Не помогло и заступничество вдовы покойного царя, царицы Марфы, свидетельствовавшей, что фон Гаден на её глазах отведывал все снадобья, которые давал больному царю.

Государственная власть была уничтожена: царём номинально оставался малолетний Пётр, царица Наталья Кирилловна — регентшей, но никакого дееспособного правительства у них не было: все их родственники и сторонники были либо перебиты, либо бежали из Москвы, спасаясь от стрельцов.

19 мая выборные  от стрелецких полков подали  царю челобитную (формально —  просьбу, а фактически — ультимативное требование) выплатить всю задолженность по жалованию, которая составила по их расчётам 240 000 рублей. Таких денег в казне не было, тем не менее приходилось это требование удовлетворить, и Софья (ещё не располагавшая никакими формальными полномочиями) распорядилась собирать для этого деньги по всей стране и переплавлять на деньги золотую и серебряную посуду царской столовой.

23 мая стрельцы  подали новую челобитную, чтобы  помимо Петра царём (притом  старшим) был назван ещё и  царевич Иван, а 29 мая была подана ещё одна челобитная, чтобы ввиду малолетства царей, царевна Софья Алексеевна была правительницей (регентшей). Эти требования стрельцов, отвечавшие, главным образом, интересам клана Милославских[4], очевидно, были им подсказаны сторонниками Софьи, а в усилении Милославских, и ниспровержении Нарышкиных стрельцы видели для себя некоторые гарантии от мести последних. Патриарх и боярская дума выполнили требования стрельцов.

Стрельцы оказались  хозяевами положения, диктовавшими свою волю правительству, но чувствовали себя неуверенно, понимая, что как только они уйдут из Кремля, их власть закончится, и тогда ничего хорошего ждать от правительства им не придётся. Стремясь обезопасить себя от возможных преследований в будущем, стрельцы подают правительнице новую челобитную-ультиматум, согласно которой все действия стрельцов 15-18 мая, включая убийства бояр, должны быть признаны правительством правомочными, отвечающими интересам государства и царской фамилии, впредь не влекущими преследований стрельцов, в знак чего на Лобном месте должен быть установлен памятный столб, на котором должны быть вырезаны имена всех воров-бояр, истреблённых стрельцами, с перечислением их провинностей и злоупотреблений (действительных или надуманных). Правительство было вынуждено выполнить эти унизительные требования. Софья, пришедшая к власти на стрелецких копьях, теперь ощутила всё их неудобство.

Хованщина

Высшим стрелецким начальником Софья назначила  популярного среди стрельцов  князя И. А. Хованского, сторонника Милославских. Софья надеялась, что Хованский утихомирит стрельцов, но тот, видимо, решил играть свою игру. Он потакал стрельцам во всём и, опираясь на них, пытался оказывать давление на правительницу, уверяя её: «Когда меня не станет, то в Москве будут ходить по колена в крови». Стрельцы продолжали контролировать Кремль под предлогом его охраны, сохраняя за собой возможность выдвижения новых унизительных и разорительных требований к правительству. Это время и получило в русской истории название Хованщина.

В это время, почувствовав слабость правительства, старообрядцы, подвергавшиеся до той  поры жестоким преследованиям со стороны  царской власти, решили, что наступил их час. Их активисты собрались в  Москве из дальних скитов и проповедовали  в стрелецких полках возврат к старой вере. Эти претензии были с энтузиазмом поддержаны Хованским, который нашёл в этом ещё один рычаг давления на правительство. Но ни стрелецкий начальник Хованский, ни правительница Софья, при всём желании, не могли решать этот вопрос, находившийся в компетенции церкви — патриарха и архиереев. Церковь ни при каких обстоятельствах не могла отказаться от постановлений, принятых Собором, тем более что к тому времени она уже признала старообрядцев еретиками. А для Софьи возврат к старой вере означал признание неправоты её отца, царя Алексея Михайловича, и брата, царя Фёдора Алексеевича, поддерживавших новый обряд.

Для разрешения спора старообрядцы предлагали открытый теологический диспут между апологетами  новой и старой веры, который должен быть проведён на Красной площади в присутствии всего народа. Старообрядцы полагали, что перед лицом народа все ереси и неправды никонианские станут очевидными, все увидят и признают истину старой веры. В действительности же различия между новым и старым обрядами касались многочисленных деталей литургии и орфографии написания религиозных текстов. Смысл этих различий был понятен лишь профессиональным священнослужителям, да и то не всем, а только наиболее образованным из них.

За идею диспута  ухватился Хованский и стал добиваться проведения её в жизнь. Патриарх возражал против проведения диспута на площади, понимая, что победа в нём будет зависеть не от аргументов и логики, а от симпатий толпы, изначально настроенной против власти и поддерживаемой ею официальной церкви. Патриарх предлагал провести диспут в Грановитой палате Кремля, где не может поместиться много простонародья, и ему составят значительный противовес патриаршья свита, царская дворня, бояре и стража. Софья активно вмешалась в этот спор на стороне патриарха, выразив желание присутствовать на диспуте вместе с царевнами — своими сёстрами и тётками, а им, как девицам, по строгим понятиям того времени, появляться на площади было зазорно. Хованский и старообрядцы после долгих пререканий согласились, в конце концов, на Грановитую палату, и 5 июля диспут о вере состоялся. Официальную церковь представлял патриарх Иоаким, старообрядческую — Никита Пустосвят. Спор свёлся ко взаимному обвинению сторон в ереси и невежестве и, в конце концов, к ругани и чуть ли не к драке.

В этих словах содержалась  неприкрытая угроза: покинув Москву, и освободившись от опеки стрельцов, правительство могло объявить созыв  дворянского ополчения — силы, способной подавить стрельцов. Стрельцы отступились от старообрядцев, обвинив  их в смуте и желании восстановить их против царей, а вечером этого же дня расправились с Никитой Пустосвятом, обезглавив его. Хованский едва успел спасти остальных старообрядцев, которым он ранее гарантировал безопасность. После этого случая Софья больше не рассчитывала на помощь Хованского и рассматривала его, как одного из главных своих противников.

Зависимое от стрельцов  положение правительства продолжалось до середины августа, пока Софья не нашла способа привести в исполнение свою угрозу. 19 августа должен был состояться крестный ход в Донском монастыре, в котором по обычаю должны были принимать участие цари. Воспользовавшись этим, царская семья в полном составе (оба царя, обе вдовствующие царицы — Наталья и Марфа, и восемь царевен — две тётки и шесть сестёр царей, в том числе, правительница Софья) под конвоем царских стольников выехала, якобы в монастырь, но по дороге свернула в Коломенское — подмосковное имение царской семьи, откуда они по просёлкам, в объезд Москвы к 14 сентября добрались до села Воздвиженского на Ярославской дороге, в нескольких верстах от Троице-Сергиевого монастыря, который был выбран в качестве царской резиденции на время противостояния со стрельцами. Сюда же собрались остатки боярской думы и царской дворни. Эти манёвры встревожили стрельцов. Князь Хованский с сыном Андреем отправились в Воздвиженское договариваться с правительницей, но в Пушкине, где они заночевали по дороге, были схвачены сильным отрядом царских стольников, и 17 сентября (день рождения Софьи) привезены в Воздвиженское, как пленники. Здесь, у околицы, в присутствии нескольких бояр отцу и сыну было зачитано обвинение в намерении погубить царей и самим завладеть престолом, и смертный приговор, который был тут же приведён в исполнение. Софья же перенесла свою ставку в Троицу и стала собирать ополчение.

Конец бунта

Лишившись своего лидера, стрельцы потеряли всякую способность  действовать сколь-нибудь решительно. Они посылали правительнице одну челобитную за другой, в которых  просили Софью не лишать их своей  милости и обещали служить ей верой и правдой, не щадя живота. Они выдали в Троицу младшего сына Хованского — Ивана, который, впрочем, не был казнён, а отправлен в ссылку. Наконец, в октябре стрельцы прислали челобитную, в которой признавали свои действия 15-18 мая преступными, умоляли царей о помиловании, и сами просили царского указа о сносе памятного столба на Лобном месте, который в своё время был воздвигнут по их требованию, как гарантия от преследований. Софья обещала стрельцам прощение, казнив только выданного стрельцами ближайшего помощника Хованского — Алексея Юдина. Начальником стрелецкого приказа был назначен думный дьяк Ф. Л. Шакловитый, который твёрдой рукой восстановил в стрелецком войске порядок и дисциплину, обходясь, в основном, без репрессий, но когда в полку Бохина возник рецидив смуты, четверо стрельцов, признанных зачинщиками, были немедленно казнены.

В начале ноября царский двор вернулся в Москву, только царица Наталья Кирилловна сочла  небезопасным для себя и сына оставаться в Кремле, где всё было под контролем Милославских, и предпочла жить в загородной резиденции Алексея Михайловича — селе Преображенском, под охраной верных ей людей. Царь Пётр тоже жил там, приезжая в Москву только для участия в церемониях, на которых его присутствие было необходимо.

Режим правления Софьи Алексеевны при номинальном царствовании Петра I и Ивана V, установленный в результате стрелецкого бунта, продлился 7 лет, до сентября 1689 года, когда в результате обострения конфронтации между повзрослевшим Петром и Софьей последняя была отстранена от власти.

Петр Первый. Приход к власти!

Дни регентства Софьи были уже сочтены. В селе Преображенском под Москвой, куда Софья  отправила семейство Нарышкиных, подрастал второй венчанный на царство  монарх — Петр I.

Предоставленный самому себе да своему учителю Никите Зотову, который научил его считать, писать и читать книги в основном религиозного содержания, Петр свободное время отдавал военным играм. Ему стало тесно в палатах с игрушечными шатром, солдатиками и крепостями. Петр собирал сверстников в свои потешные, как говорили в то время, войска. Среди них были дети знатных людей, дворян и выходцы из простых семей. Сын придворного конюха Александр Ментиков особенно сблизился с царем.

Вскоре потешные были сформированы в два батальона. Они имели командование, казну, несли «потешную» службу. Их игры постепенно превращались в настоящие маневры. Так началось формирование будущих петровских гвардейских полков — Преображенского и Семеновского.

Жизнь Петра  проходила вдалеке от царского двора. Лишь изредка его привозили в Кремлевский дворец на официальные встречи с иностранными послами, сажали на трон. Он начал понимать несоответствие между своим царским положением и реальной жизнью. Подраставший Петр со своими сторонниками и воспитателем, двоюродным братом канцлера князем Б.А. Голицыным, приходил в приказы и знакомился с делами, он чаще посещал Боярскую думу. Женитьба на юной красавице Евдокии Лопухиной, к чему его принудила мать, сделала его полностью легитимным монархом.

Часто после  официальных церемоний между братом и сестрой вспыхивали перепалки. Постепенно чаша весов склонялась в сторону Петра. Все большая часть Боярской думы и приказных деятелей поддерживала его. Сторонники Петра критиковали правительство Софьи — Голицына за якобы неудачные крымские походы, за «вечный мир» с Польшей, за приверженность к реформам. В эти летние месяцы 1689 г. партия Нарышкиных, по существу, выступала с традиционных старобоярских позиций.