Русская Правда – правовой кодекс Руси

Содержание

Введение………………………………………………………………….………………………...3

Глава I. Происхождение и источники возникновения Русской Правды……………………….5

Глава II. Русская  Правда – правовой кодекс Руси……………………………………………....5

2.1.  Правовой статус  населения……………………………………………………………….….7

2.2. Основные положения обязательственного, семейного и наследственного права………..9

2.3.  Уголовное право  и наказание………………………………………………………….……13

2.4.   Судебная практика  и судебный процесс………………………………………….….…….16

2.5.   Влияние церкви…………………………………………………………………………..…..18

Заключение…………………………………………………………………………………..……..20

Список литературы………………………………………………………………………………...21

Введение

        Русская Правда как памятник древнерусского права  является важнейшим источником для изучения нашего древнего права.

       Русская Правда дошла до нас в списках 13—18 вв. в 3 редакциях: Краткой, Пространной и Сокращённой. Списки Русской Правды входят в состав Кормчих книг, «Мерила праведного», юридических сборников и летописей. В основе Русской Правды лежали обычное право, княжеское законодательство, судебная практика. Древнейшей редакцией, подготовленной не позднее 1054 г. является Краткая Правда, состоящая из Правды Ярослава 1016 г. или 1036 г. (ст. 1-18), Правды Ярославичей (Изяслава, Святослава и Всеволода) от 1702 г. (ст.19-41), Покона вирного 1020 или 1030 гг. (ст. 42); Урока мостников  1020 или 1030 гг. (ст. 43).          

       Пространная редакция, возникшая не ранее 1113 г. и связанная с именем Владимира Мономаха, разделялась на Суд Ярослава (ст. 1-52) и Устав Владимира Мономаха (ст.53-121).         

       Сокращенная  редакция появилась в середине XV в. из переработанной Пространной  Редакции.

       Краткую редакцию Русской Правды составляют Правда Ярослава («Древнейшая Правда», связанная с именем Ярослава Мудрого, Правда Ярославичей и др.). Русская Правда отразила в своём тексте эволюцию древнерусских общественных отношений 11—13 вв. Правда Ярослава включала в себя наряду с нормами феодального права и архаические нормы, восходящие к периоду первобытнообщинного строя. Дальнейшее развитие и совершенствование Русской Правды произошло при сыновьях Ярослава и его внуке Владимире Мономахе. Важнейшие постановления Ярославичей последовали после восстаний в Киеве, Новгороде и Ростово-Суздальской земле 1068—1071. Правда Ярославичей увеличивала ответственность общины за убийства княжеских дружинников, тиунов, старост, отроков и других слуг, совершённые на её территории; предусматривала тяжёлые наказания за поджоги хозяйственных построек, намеренную порчу скота, за коллективные посягательства на имущество зажиточных людей.

      После восстания  в Киеве 1113 в Р. п. был включен  устав о процентах (резах) Владимира  Мономаха, ограничивавший ростовщические  операции. Р. п. фиксирует систему  феодальных отношений и факты  имущественного и социального  неравенства. В ней отмечено  на протяжении 11—13 вв. усиление феодальной  зависимости смердов, закупов,  холопов и др. В тексте Пространной редакции Русской Правды положению закупов и холопов посвящены специальные уставы. В Русской Правде отражены возрастающая роль княжеского суда, тенденция к большей дифференциации наказаний, увеличение штрафов в пользу князя и княжеской администрации с соответствующим уменьшением компенсации потерпевшим. Стремясь к упразднению кровной мести, Русская Правда сужает сферу её применения и ограничивает круг мстителей ближайшими родственниками убитого. При отсутствии мстителей убийца принуждается к уплате штрафа (виры) князю и частного вознаграждения (головничества) родственникам убитого. Свободные общинники, связанные круговой порукой, должны были оказывать помощь убийце в уплате виры. За убийство женщины выплачивался половинный штраф (полувирье). Р. п. защищала здоровье и честь свободных представителей феодального общества, предусматривала денежные возмещения за увечья и оскорбления действием. В Русской Правде детально разрабатывалась система наказаний за кражу в городе и сельской местности, кражи или намеренную порчу бортных и охотничьих угодий, нарушение границ земельных владений и т.д. Большое внимание уделено упорядочению долговых отношений. В Русскую Правду входит также устав, посвященный наследственному и семейному праву. Порядок судопроизводства в Русской Правде предполагал привлечение свидетелей, применение ордалий, клятвы (рота). Разыскание преступников производилось по свидетельским показаниям или следу. Предусматривалась проверка лжесвидетельских показаний (поклёп). Намечены первичные элементы судебной экспертизы. Нормы Русской правды, действовавшие до конца 15 в. (до введения Судебника 1497), легли в основу Псковской и Новгородской судных грамот, а также украинского, белорусского и литовского права.

       Целью  данного реферата является заключение в том, чтобы сделать выводы о ценности этого памятника, как документа права. Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

• Определить происхождение и источники Русской Правды;
• Проанализировать содержание Русской Правды;
• Понять какое место она занимает среди других дошедших до нас правовых документов древней Руси.

В работе использованы работы таких авторов как: Афанасьева В.И., Исаев И.А. и др.

Глава I. Происхождение и источники возникновения Русской Правды

        Русская  Правда  -  древнейший  памятник  славянского права. Во  всех   своих  редакциях и  списках   это  документ  большого исторического значения.

        На протяжении  нескольких веков Русская Правда  служила основным руководством  при судебных разбирательствах. В том или ином виде она вошла в состав или послужила одним из источников позднейших судных грамот: Псковской судной грамоты, Двинской уставной грамоты, Судебника Казимира 1468 г., Судебников 1497 и 1550 гг., даже некоторых статей Соборного Уложения 1649 г. Долгое  применение  Русской Правды  в  судебных  делах  объясняет появление  таких  видов   Пространной  Редакции  Русской  Правды, которые  подвергались  переделкам и дополнениям еще в XIV-XVI вв. До наших дней дошло более ста списков Русской Правды, которые можно представить в трех основных редакциях: Краткая, Пространная и Сокращенная. Древнейшей редакцией, подготовленной не позднее 1054 г. является Краткая Правда, состоящая из Правды Ярослава 1016 г. или 1036 г. (ст. 1-18), Правды Ярославичей (Изяслава, Святослава и Всеволода) от 1702 г. (ст.19-41), Покона вирного¹ 1020 или 1030 гг. (ст. 42); Урока мостников² 1020 или 1030 гг. (ст. 43).          

         Пространная редакция, возникшая не ранее 1113 г. и связанная с именем Владимира Мономаха, разделялась на Суд Ярослава (ст. 1-52) и Устав Владимира Мономаха (ст.53-121).         

     Сокращенная редакция появилась в середине XV в. из переработанной Пространной Редакции.

      В литературе существуют две противоположные оценки признающие Русскую Правду либо официальным сводом княжеского права действующего на Руси (Погодин, Беляев), либо частным сборником юридических обычаев и судебной практики (Сергеевич и т.д.). По мнению В.О. Ключевского, Русская Правда представляла собой дополнение к Кормчей книге, а ее текст сформировался в сфере не княжеского, а церковного судопроизводства. В ее основу положен целый ряд церковно-правовых источников византийского происхождения – Номоканон (превращенный в русских условиях в Кормчую книгу), Эклога, Закон судный людем, Прохирон, Закон градский (IX в.). Ключевский считал, что Русская Правда использовалась в качестве кодекса церковными судами для разбирательства нецерковных гражданских и уголовных дел.

        Во многих случаях текст Правды является переложением, пересказом княжеских законов. При этом пересказ отражал идеологическую позицию кодификатора: в тексте отпускаются составы преступлений, санкции и процессуальные действия, имевшие место в действительном судопроизводстве; нет раздела о государственных преступлениях, отсутствуют смертная казнь и судебный поединок («поле»), против которых всегда активно выступала Церковь. Со временем действие Русской Правды выходит за пределы церковной юрисдикции и судопроизводства (по нецерковным делам) и распространяется на княжеское судопроизводство. Однако не будучи непосредственным сводом княжеских законов (а сборником обычаев и церковного законодательства), Правда остается руководством, пособием для княжеских судей. Русская Правда применяет казуальный или формальный способ обработки материала: из реальной жизни или правового источника (обычая, византийского права, судебной практики) брался конкретный казус, решение которого Русская Правда определяла сама. При этом имел место двойной мотив решения: сугубо формальный, догматический (как гласит закон) и религиозно-нравственный (по справедливости).

        Краткая редакция Русской Правды состоит из двух частей: первая, включающая 17 статей, содержит нормы об убийстве, побоях, о нарушении права собственности и способах его восстановления, о вознаграждении за порчу чужих вещей. Во второй части содержатся решения, принятые на княжеском съезде потомков Ярослава, дополняющие уже имеющиеся статьи нормами судебных пошлин и расходов.

        Пространная редакция развивает положение Краткой, выстраивая их в более стройную систему, и добавляет к ним нормы, установленные законодательством Владимира Мономаха. Разделение Правды на «Суд Ярослава» и «Устав Владимира» довольно условное: с именами этих князей связаны только первые статьи разделов, остальные статьи кодекса заимствованы из разных эпох и источников, ведь в задачу Правды входило собрать и включить в свой состав разные нормы, которые кодификатор считал необходимым закрепить.  Ей пользовались духовные судьи при разборе светских дел или тяжб. Она значительно отличалась от Краткой Правды. Число статей - 121. Этот кодекс отражал дальнейшую социальную дифференциацию, привилегии феодалов, зависимое положение смердов, закупов, бесправие холопов. Пространная Правда свидетельствовала о процессе дальнейшего развития феодального земледелия, уделяя много внимания охране прав собственности на землю и другое имущество. В связи с развитием товарно-денежных отношений и необходимостью их правового регулирования Пространная Правда определяла порядок заключения ряда договоров, передаче имущества по наследству.

        Источниками кодификации были нормы обычного права и княжеская судебная практика. К числу норм обычного права относятся прежде всего положения о кровной мести (ст.1) и круговой поруке (ст. 19 КП). Законодатель по – разному оценивает эти обычаи: кровную месть он стремится ограничить (сужая круг мстителей) или вовсе отменить, заменив денежным штрафом (вирой). Круговая порука, напротив, сохраняется как политическая мера, связывающая всех членов общины ответственностью за своего члена, совершившего преступление («дикая вира» налагалась на всю общину). Нормы, выработанные княжеской судебной практикой, многочисленны в Русской Правде и иногда связываются с именами князей, принимавших их (Ярослава, сыновей Ярослава, Владимира Мономаха).

Глава II. Русская Правда – правовой кодекс Руси

2.1.  Правовой статус населения

        В Русской Правде содержится ряд норм, определяющих положение отдельных групп населения. По ее тексту достаточно трудно разграничить правовой статус правящего слоя и остального населения. Основная масса населения разделялась на свободных и зависимых людей, также существовали промежуточные и переходные категории. Юридически и экономически независимыми группами были посадские люди и смерды – общинники (они уплачивали налоги и выполняли повинности только в пользу государства). Городское (посадское) население делилось на ряд социальных групп – боярство, духовенство, купечество, «низы» (ремесленники, мелкие торговцы, рабочие). 

                                                                          Смерды

         Историки до сих пор не пришли к единому мнению о том, каково было их положение. Штраф за убийство смерда составлял лишь 5 гривен. Если смерд умирал без детей, то его имущество не доставалось его братьям или племянникам, а переходило князю. На практике, вероятно, это означало необходимость заплатить за вступление в наследство. Само слово «смерд» было в Древней Руси бранным, презрительным. Вместе с тем, в отличие от холопа, смерд сам платил штрафы, т.е. самостоятельно нес ответственность, а следовательно, обладал какими-то правами. Скорее всего, смерды - это полусвободные люди, несшие повинности в пользу князя и платившие ему дань. Нельзя исключить и предположения, что смердами называли обложенных данью жителей недавно покоренных земель.   Кроме свободных смердов существовали и другие их категории, о которых Русская Правда упоминает как о зависимых людях. В литературе существует несколько точек зрения на правовое положение этой группы населения, однако следует помнить, что она неоднородна: наряду со свободными были и зависимые («крепостные») смерды, находившиеся в кабале и услужении у феодалов. Свободный смерд – общинник обладал определенным имуществом, которое мог завещать детям (землю – только сыновьям). При отсутствии наследников его имущество переходило общине. Закон защищал личность и имущество смерда. За совершенные проступки и преступления, а также по обязательствам и договорам он нес личную и имущественную ответственность. В судебном процессе смерд выступал полноправным участником.

                                                                          Закупы

           Более сложной юридической фигурой  является закуп. Краткая редакция  Русской Правды не упоминает  закупа, зато в Пространной редакции  помещен специальный Устав о  закупах. Закуп – человек, работающий в хозяйстве за «купу», т.е. заем, в который могли включаться разные ценности – земля, скот, зерно, деньги и проч. Этот долг следовало отработать, причем установленных нормативов и эквивалентов не существовало. Объем работы определялся кредитором. Поэтому с нарастанием процентов на заем кабальная зависимость усиливалась и могла продолжаться долгое время. Впервые долговые отношения закупов с кредиторами юридически были урегулированы в Уставе Владимира Мономаха после восстания закупов в 1113 г. Устанавливались предельные размеры процентов на долг. Закон охранял личность и имущество закупа, запрещая господину беспричинно наказывать его и отнимать имущество. Если сам закуп совершал правонарушение, ответственность была двоякой: господин уплачивал за него штраф потерпевшему, но сам закуп мог быть «выдан головой», т.е. превращен в полного холопа.

          В качестве свидетеля в судебном  процессе закуп мог выступать  только в особых случаях: по  малозначительным делам («в малых  исках») или в случае отсутствия  других свидетелей («по нужде»). Закуп  был той юридической фигурой,  которая наиболее ярко иллюстрировала  процесс «феодализации», закабаления, закрепощения бывших свободных общинников. В Русской Правде «ролейный» (пахотный) закуп, работавший на чужой земле, по своему правовому статусу не отличался от закупа «неролейного». От наемных работников те и другие отличались, в частности, тем, что получали плату за работу впрок, а не после ее выполнения. Ролейные закупы, работая на чужой земле, обрабатывали ее частью на господина, частью на себя. Неролейные закупы оказывали личные услуги господину в его доме. Таким образом, по своему положению закуп напоминает, скорее, феодально зависимого крестьянина, нежели раба: он несвободен, но владеет средствами производства.

Холопы

         В каком же положении находились холопы? «В холопе и в робе виры нетуть», - говорится в Русской Правде³. Впрочем, убивший чужого холопа должен был возместить его владельцу стоимость утраченного имущества - 5 гривен (вира за убитого свободного составляла 40 гривен). Такой же штраф взимался за помощь холопу в бегстве от его господина. Холоп, ударивший свободного, мог быть убит на месте. Господин ничем не был ограничен в своих правах к холопу. Он мог его продать, отдать в работу, даже убить. Холоп не мог свидетельствовать на суде, не владел имуществом, все штрафы за него платил господин. Кроме обычных «страдных», т.е. работающих в поле, холопов, в Русской Правде упоминается многочисленный штат тиунов (управителей), сельских и ратайных старост, огнищан (людей, принадлежащих к «огнищу», т.е. дому князя или боярина). 
Жизнь этих холопов ценилась высоко: за убийство княжеского тиуна платилась двойная вира в 80 гривен, за боярского - 40, как и за свободного человека. Сорокагривенная вира охраняла также жизнь княжеского конюха или повара. Менее тяжелым был штраф за убийство сельского тиуна, или ратайного старосты, - 12 гривен. Если же тиун или огнищанин был убит на княжьем дворе, то преступника следовало «убить в пса место», т.е. как собаку, сразу, без суда.    Холоп – наиболее бесправный субъект права. Его имущественное положение особое – все, чем он обладал, являлось собственностью господина. Его имущественное положение особое – все, чем он обладал, являлось собственностью господина. Все последствия, вытекающие из договоров и обязательств, которые заключал холоп (с ведома хозяина), также ложились на господина. Личность холопа как субъекта права фактически не защищалась законом. За его убийство взимался штраф, как за уничтожение имущества, либо господину в качестве компенсации передавался другой холоп. Самого холопа, совершившего преступление, следовало выдать потерпевшему (в более ранний период его можно было просто убить на месте преступления). Штрафную ответственность за холопа всегда нес господин. В судебном процессе холоп не мог выступать в качестве стороны (истца, ответчика, свидетеля). Ссылаясь на его показания в суде, свободный человек должен был оговориться, что ссылается на «слова холопа». Закон регламентировал различные источники холопства. Русская Правда предусматривала следующие случаи: самопродажа в кабалу (одного человека либо всей семьи), рождение от холопа, женитьба на «робе», «ключничество» - поступление в услужение к господину, но без оговорки о сохранении статуса свободного человека. Источниками холопства были также совершение преступления (такое наказание, как «поток и разграбление», предусматривало выдачу преступника «головой», превращение в холопа), бегство закупа от господина, злостное банкротство (купец проигрывает или транжирит чужое имущество). Наиболее распространенным источником холопства, не упомянутым, однако, в Русской Правде, был плен.  

2.2.   Основные положения обязательственного, семейного и

наследственного права

        Русская Правда - это механическое объединение в одном документе всех правовых норм Древнерусского феодального государства. Вновь издаваемые нормы включались в сборник по мере их издания. Законодателям и «кодификаторам» того времени не было известно, деление на нормы гражданского, уголовного и процессуального права, оно представляется весьма условно. 

        Русская Правда знает два вида возникновения оснований обязательств: договоры и причинение вреда. Причинение вреда по Русской Правде называлось обидой, по своему характеру оно сливалось с преступлением и влекло за собой наказание.

        Система обязательств Киевского государства вследствие неразвитости оборота была несложной. Существовали следующие договоры: мены, купли-продажи, займа, найма имущества, личного найма, закупничества. Обязательства периода Киевской Руси имели ряд особенностей, отличающих их от периода позднего феодализма.

• В более позднее время обязательства вели к установлению прав на действия обязанных лиц. В период же Киевской Руси они вели к установлению прав на личность обязанных лиц.
• Обязательства возлагались не только на обязанное лицо, они падали и на лиц его семьи (т. е. на жену н детей).
• Неисполнение обязательств могло иметь своим последствием превращение обязательного лица в холопа. Так, закуп, не желавший выполнить обязательство по этому договору или ушедший от своего хозяина, превращался в полного холопа (ст. 56).
• Договоры, заключившиеся в Древнерусском государстве, были устные и сопровождались символическими действиями: рукобитьем, магарычом, связыванием рук и т. п. Возможно, сделки о земле раньше других стали заключаться в письменной форме.

                                                                     Договор займа 

          Ему посвящен ряд статей Русской Правды. Предметом займа могли быть деньги, жито, мед, в зависимости от этого и проценты носили разные названия; так, проценты с денег - «рез», с меда - «настав», а с зернового хлеба - «присоп». В зависимости от суммы займа или стоимости полученных в заем ценностей предусматривался определенный порядок заключения договора займа. Если сумма займа не превышала 3-х гривен кунами, то при отсутствии у заимодавателя свидетелей сделки он мог подтвердить наличие долга присягой. Если же сумма долга превышала 3 гривны кунами и свидетелей сделки у заимодавца не было, то он не вправе был требовать возмещения долга (ст. 52). В ст. 52 говорилось: «Сам виноват, если не ставил свидетелей, давал деньги»⁴, а ст. 53 ограничивала взимание процентов двумя годами, после чего возврату подлежала только взятая сумма. Следовательно, заимодавец мог получить не более двойной суммы одолженных денег.

         Для купцов был предусмотрен другой порядок признания договора действительным. Если купец-должник отрицал долг, то для признания долга существующим достаточно было присяги купца - заимодавца (ст. 48). Для купцов была установлена льготная рассрочка платежа долга на несколько лет, если купец-должник потерпел кораблекрушение, подвергся ограблению, или его товар погиб при пожаре (ст. 54). Если купец сам был повинен в растрате денег, то купцы-заимодавцы имели право поступить с ним по своему усмотрению: продавать в рабство или предоставить отсрочку платежа (ст. 54). Статья 55 определяла последствия несостоятельности купца, обманом получившего то вар у иногороднего купца. Проценты различались месячные, третные и годовые. Самый высокий процент - месячный, а самый низкий - годовой. В ст. 51 определялся размер долговых процентов при долгосрочном и краткосрочном займах. «Месячный рост при краткосрочном займе брать заимодавцу по уговору; если же долг не будет уплачен в течение целого года, то считать рост с него на две трети (50%), а месячный отвергнуть»⁵.

                                                                        Договор мены

         В Киевском феодальном государстве  он, безусловно, существовал, но ни в Русской Правде, ни в других источниках о нем ничего не говорится, поэтому нет возможности установить лиц, участвующих в договоре.

                                                                   Договор купли - продажи

           Предметом купли-продажи могли быть холопы, одежда, кони, скотина и др. Закон не обусловливал обязательное наличие письменной формы договора, но зато требовал иметь свидетелей при купле-продаже для предотвращения невыгодных последствий, связанных с покупкой краденых вещей.

       В ст. 37 Пространной Правды говорилось об одном из возможных случаев, когда краденое было куплено кем-либо на торгу, причем продавец его не был найден. Статья 118 указывала, что «если кто купил чужого холопа, не зная того, настоящему господину взять своего холопа, а покупщику возвратить деньги под присягой, что он купил холопа по незнанию»⁶. Если же окажется, что он купил заведомо чужого холопа, то он терял свои деньги. Упоминалась должность пятенщика, который ставил пятно на покупаемую лошадь и взимал «пятенный сбор», а мытник свидетельствовал факт совершения купли-продажи.

        После принятия христианства на Руси вопросы заключения брака, его расторжения или признания недействительным подлежали юрисдикции церкви. Разрешалось заключать не более двух браков, даже смерть одного из супругов во втором браке не давала права оставшемуся в живых вступить в третий брак.

      Родители по отношению к детям имели не только большие права, но и обязанности. «Устав князя Ярослава» предусматривал ответственность за обеспечение детей и устройство их в жизни. Так, невыдача дочери замуж каралась штрафом в пользу митрополита: если девушка из великих бояр не выходит замуж, родители платят митрополиту пять гривен золота, а простой чади - гривна серебра. Развод супругов в Древней Руси допускался. Ему предшествовало судебное разбирательство с привлечением свидетелей. «Если муж разводится с женой по своей воле и будучи они венчаны, то митрополиту - 12 гривен».             Церковь решала и имущественные споры между мужем и женой. Однако некоторые стороны имущественных отношений супругов нашли отражение в Русской Правде.

          Статьи 94 и 95 определяют правовое положение имущества, приносимого женой при ее вступлении в брак. Это имущество (приданое) сохранялось за ней и во время брака, а после ее смерти переходило наследникам, даже если муж вторично женился (ст. 94). Статья 95 обязывала братьев из полученного ими наследства часть имущества выделить сестре для обеспечения ее приданым при выходе замуж. Статья 99 определяет, что имущество супругов является раздельным. Жена после смерти мужа является опекуном при детях, если не выходила замуж вторично. Если же она выходила замуж вторично, то имущество от первого мужа в присутствии свидетелей должно быть передано ближайшему родственнику детей, который становился их опекуном, или же отчиму. О раздельности имущества супругов свидетельствуют положения ст. 101 и 102 после смерти мужа жена имеет право управлять имуществом, жить в одном доме с детьми, если даже они этого не хотят. Но если мать «проживет имение и пойдет замуж, то обязана возвратить детям все прожитое». Но раздельность имущества супругов не является препятствием для установления ответственности жены за вину и долги мужа. Статья 7 говорит именно об этом. Если муж совершил убийство с целью грабежа, то он выделяется князю на поток вместе с женой и детьми, а имение конфискуется князем. Но большинство вопросов семейного права регулировалось церковным законодательством.

            В Русской Правде отражены нормы наследственного права, известно наследование по закону и наследование по завещанию. Русская Правда определила два различных порядка наследования по закону: один - для бояр, другой - для смердов. «Если умрет кто из бояр или дружинников, то князь не наследует, а получают наследство дочери, если сыновей не останется» - (ст. 9l). «Если смерд умрет бездетным, то наследует князь, если останутся в доме незамужние дочери, то выделить на них некоторую часть; если же будут замужем, то не давать и части»⁷ (ст.90). Смысл этих статей, ограничивающий право наследования смердов, заключается не в том, что дочери смерда не могут продолжить трудовой эксплуатации земельного участка. Все дело в стремлении князей к дальнейшему обогащению, в том числе и за счет выморочного хозяйства смерда. Бояре же, являвшиеся крупными землевладельцами, отстаивали право собственности на вотчины и право передачи их по наследству. Интересна по содержанию ст. 92, где в первой части воля умершего главы семьи выражена в форме завещания. Закон представлял завещателю полную неограниченную свободу распоряжения, он не был органичен кругом наследников. Наследователь мог лишать некоторых детей наследства вообще. Если завещания не было, то по закону имущество переходило детям (сыновьям). Статья 106 сформулирована более четко: «А мать (пусть) дает свое (имущество) тому сыну, который (был) добр (по отношению к ней, пусть он от первого мужа или от второго), а если все ее сыновья будут неблагодарны, то может отдать (свое имущество той) дочери, которая ее кормила». Русское право наследования имело еще некоторые особенности. Дочери при наличии сыновей наследства не получали (ст. 95). Младший сын имел пре имущество перед своими старшими братьями в наследовании двора отца (ст. 100). «Меньшему сыну отцовский двор». Дети одной матери, но разных отцов, наследовали имущество своих отцов. Но если умирал отчим, растратив имущество своих пасынков, то его дети были обязаны уплатить своим единоутробным братьям вес, что их отец утратил из имущества пасынков (ст. 104, 105). Жена не являлась наследницей основной массы имущества своего супруга (ст. 93), а получала только долю (выдел).

  «Русской Правде» известно деление детей па законных и незаконных. Под последними (ст. 98) подразумевались дети рабыни-наложницы, после смерти отца они не могли наследовать его имущество, но получали с матерью свободу.

   Нормами «Русской Правды» о наследовании закреплялись как права, так и обязанности наследников. Так, на наследников возлагалась обязанность выделить часть имущества церкви на помин души (ст. 92 и 93), а на наследников- сыновей - обязанность выдать сестер замуж, «как они могут». В тесной связи с наследованием находится опека. Она назначалась в случае смерти отца, малолетства детей, вторичного замужества матери или в связи с се смертью. Опекун принимал нa себя известные юридические обязанности по сохранению имущества опекаемых до совершеннолетия, в противном случае он возмещал убытки.

                                                      2.3.  Уголовное право и наказание

       Как уже отмечалось, Русская Правда не отделяет гражданско-правовые нарушения от уголовных. Не знает она и термина «преступление», хотя этот термин из переводной греческой литературы был известен на Руси. Нарушение закона, преступление, носит в ней название обиды, под чем понимается причинение лицу или группе лиц физического, материального или морального ущерба. Не выделяя особо государственного преступления, защищая права частных лиц, Русская Правда, однако, обнаруживает и полное понимание государственных интересов: все штрафы за «обиду» поступают не в карман потерпевшего, а в пользу общественной власти (князя). Этот уголовный штраф Русская Правда называет продал/сей.

         Субъектами преступления, т.е. лицами, способными отвечать за криминальные действия, могли быть все свободные люди при наличии у них ясного сознания. Злодеяния, совершенные холопами, преступлениями не считались и не влекли за собой уголовных взысканий. За их деяния отвечали их хозяева, которые либо выкупали провинившегося, либо выдавали его «лицом» потерпевшему. По Правде Ярослава, раба, ударившего свободного мужа, можно было убить, но сыновья Ярослава это наказание «установили на куны», т.е. перевели на денежный выкуп, разрешив при этом побить холопа.

        О возрасте при уголовном вменении ни Русская Правда, ни другие памятники публичного права не содержат данных вплоть до середины XVII в. Очевидно, им было время, когда дети начинали «сами себя печаловати». Зато Русская Правда знает о субъективной стороне преступления, относя к ней умысел или неосторожность. Так, ст. 6 Пространной Правды говорит об убийстве «в сваде или на пиру», по которому виновный наказывается штрафом. Другое дело, если убийство произошло в разбое, во время грабежа. Тогда преступник вместе с семьей подвергается самому тяжкому наказанию – отдается на поток и разграбление. К отягчающим вину обстоятельствам закон относит корыстный умысел, а к смягчающим вину, кроме опьянения («на пиру»), – состояние аффекта («если кто ударит кого батогом, а тот, не стерпевши, ткнет мечом, то вины ему в этом нет»).